Галина Гончарова

Полет алого дракона

© Г. Гончарова, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Пролог

Ардейл, замок Ланидиров

Муж смотрел на нее сверху вниз.

Холодно, надменно. Сейчас он мог так смотреть.

Он получил все, что хотел. Растоптал всех, кто стоял у него на пути, сломал все преграды и торжествовал.

Он – победил. Это конец?

Во рту стало горько, начало подташнивать. Далина отвела глаза в сторону. Не видеть этого самодовольного лица. Собраться, взять себя в руки, приготовиться. Она знала, что будет дальше. Но она еще могла бороться! Ее война еще не проиграна!

Муж произнес:

– Что ж, сын у меня есть. Ты мне теперь не нужна. А потому, дорогая, ничего личного. Наш договор – твой приговор.

И улыбнулся.

Как же, Клаус пошутил! Только вот Далина не из тех, кто будет заливаться идиотским смехом. И за это он ее тоже ненавидел. Люто, искренне… Это у них взаимно. Даже странно, что такое чудо, как сын, появилось на свет не от любви, а от ненависти.

Далина смотрела на мужа в упор. Она уже собралась, взяла себя в руки. Сейчас ей нельзя волноваться, сейчас последует рывок…

– Когда?

– Приговор будет приведен в исполнение немедленно. К чему ждать?

Далина знала, почему так.

Здесь и сейчас она была слаба. После родов прошло буквально несколько дней, она не успела восстановиться, даже зубы пока еще как у людей, а не как у драконов. Сейчас ее форма была ближе всего к человеческой. Она еще ничего не могла, вообще ничего…

Не должна. Но есть вещи, которые зависят не от силы дракона, а от его крови. «Так соберись, Далия, он ничего не должен заподозрить».

– Подонок.

– Да, дорогая моя.

Он победил. И сейчас куражится. Что ж, горе побежденным, не так ли? Но кто тут побежден?

– Последнее желание просить будешь?

Далина улыбнулась и кивнула:

– Буду, конечно. Даже не сомневайся.

Клаус поморщился, но традиции… Да ладно, какие традиции! Он просто хотел поглумиться напоследок, и сейчас это играло против него.

Последнее желание.

Пыльные книги в библиотеке.

Старое знание. Такое старое, что даже не все алые его помнили. Может, только самые мудрые, или книжники, или… Да неважно! У черных этого знания нет, оно и среди алых-то как сказка. Такого ведь не может быть! Это слишком невероятно, чтобы быть правдой! О таком и детям-то не рассказывают!

Оно – есть.

Но те, кто своей жизнью платит за чудо, предпочитают об этом не рассказывать. Они не обманывают смерть, они предлагают сделку, но выбирает и выигрывает в ней – всегда! – смерть.

– Дай мне попрощаться с сыном.

– Если ты думаешь причинить ему вред…

Далина покачала головой.

– Это – мой сын!

Муж смотрел с подозрением, но… что он может сделать? Слово сказано, сейчас уже и он не сможет отступить.

– Если что-то устроишь – подыхать будешь долго.

Далина молча кивнула.

– Принесите колыбель.

Уединения не будет.

Что ж, так тоже можно.

Колыбель – настоящее произведение искусства. Ничего общего с той старенькой, родовой, в которую укладывали всех Ланидиров. Та деревянная, украшенная простенькими завитушками, зато была вырезана из ясеня, и дети, которые в ней спали, никогда не болели, и кошмары им не снились, а эта… даром что вся покрыта золотом, Далина от нее ничего не чувствовала.

Просто колыбель.

Красивая. Раззолоченная. Никакая.

Это пока неважно. Далина поговорила, с кем смогла. Конечно, она не могла сказать прямо и правду, но позаботилась о другом. Дубдраган… ах, такой Дуб! Идеальный воин, но были вещи, в которых он просто не разбирался. И не надо ему.

Главное, чтобы все было сделано как надо, пока ее не будет рядом с сыном.

И тонкая рука мягко коснулась пушка на голове малыша.

– Детка моя. Леонидас.

– Его зовут Карл!

Муж вмешался не ко времени, Далина посмотрела на него с отвращением.

И ведь кому-то такое нравится. Высокий, красивый, сильный, глава рода, и… И плевать на все!

– Леонидас, – тихо позвала она сына.

Малыш открыл глазенки.

Красно-коричневые, как и у нее. В нем не было ничего от отца. Может быть, пушок на голове, черный, но и он потом может покраснеть. Это не так важно сейчас.

Ничего не важно.

У детей два самых выраженных рефлекса – сосательный и хватательный. И что удивительного, если малыш схватил мамин палец, потянул его в рот?

Ничего.

Капелька крови скатилась по крохотному язычку.

Невесомая.

Незаметная.

Но почему-то Далине показалось, что эта капля сейчас светится алым светом. Она поцеловала сына в лоб и встала.

Муж достал свой клинок. Палача приглашать не будут?

Впрочем, крови он не боялся, он уже это доказал.

А потом женщина почувствовала холод. Ледяной пронзительный холод. И, видя, что из ее груди выдвигается окровавленное лезвие клинка, осела куда-то в свет. Золотистый слепящий свет.

Клаус торжествующе посмотрел на труп. Ну, кто тут главный?

Все, больше ты не улыбаешься.

А на коже женщины, на груди, над сердцем, там, куда пришелся удар клинка, медленно выцветали руны.

Тело погибло.

Жертва принята.

Смерть ответила.

Глава 1

Россия, наши дни

Душа неслась сквозь пространство и время.

Летела – куда? Она пока и сама не знала, она отчаянно искала зацепку.

Нечто такое, что позволило бы ей остаться, не уходить… Нет, якорь у нее был, но нужна была и пристань. Оболочка, которую ей позволят занять. И почему-то душу не устраивала мертвая кошка под забором, ей не нравилась убитая свинья… Что она искала?

Кто знает… Просто свет должен стать ярче, он должен поглотить душу, пока тоненькая алая ниточка, которая еще ее удерживает, не порвется со звонким хлопком, и ее уже не будет, ничего не будет…

Где же ты?

Где найти человека, который находится в таком же отчаянии? Который готов платить – всем? Душа держалась, искала, отчаянно звала, впивалась в пространство всеми щупальцами… Ей нельзя, никак нельзя уходить. Слышите, предки, она борется, она не сдается!

Крик о помощи раздался внезапно.

«Только спаси!!! Спаси, сохрани, помоги… все отдам!!!»

Так не кричат по пустякам. Это был крик последней надежды, когда нет ни сил, ни возможностей, ничего нет, только одно громадное всепоглощающее отчаяние, когда даже умереть не хватает сил… ты права не имеешь умирать, потому что – ноша!

И она для тебя непосильна…

И душа рванулась на этот крик, рванулась так отчаянно, что даже золотое сияние отстало, чуть разжав щупальца. Дало ей возможность подхватить что-то бесцветное, совсем прозрачное… такое отчаянное!

– Ты… поможешь?

– Да. Я принимаю твои долги и твою дорогу.

И прозрачное нечто с легким вздохом взмыло в небеса. И уже это самое нечто пронзили золотистые лучики света и тепла, обволокли солнечным медом, подхватили, качнули на ласковых руках… У каждого своя ноша? И дается каждому крест по силе?

А если судьба не рассчитает?

Если сломается под этой тяжестью человек и рухнет в грязь, не в силах подняться, – добивайте! И будут добивать.

Кто пожалеет тебя там – в грязи, под крестом?

Были такие? Пусть. Но что они изменили для распятого?

Так-то…

Болело все, и рвалось что-то в груди, и эта боль была такая огромная, что ее даже вместить было нельзя. Легкое тело с отчаянным хрипом выгнулось на полу. Попыталось втолкнуть в легкие хоть частичку воздуха, хоть кусочек. Это не удалось, и сердце перестало биться на несколько минут, а потом… потом ее догнал самый крохотный и тоненький золотистый лучик.

Мама!

Женщина на полу снова выгнулась, цепляясь ободранными в кровь пальцами за грязные доски, закричала от отчаянной боли…

И открыла глаза.

– Хвостом!

Это первое и единственное, что удалось сказать Далине. Потом она отчаянно рухнула назад, на грязный пол… Кажется, от него еще плесенью пованивало… А, нет. Это просто доски такие.

Старые, серые… не особо грязные, но, похоже, лежат чуть ли не на земле. Сначала уложены деревянные бревна, на них лаги – и доски сверху. Пространство между землей и досками забили чем-то вроде опилок. Вот они гниют и воняют…

Далина вдохнула.

Выдохнула.

Она жива?

О да! Вполне жива, здорова – это она тоже чувствовала и отлично себя осознавала. А главное – все вспомнила.

Леонидас.

Муж.

Клинок.

Хвостом дракона!

Да, ее убили – там! А потом ее душа оказалась здесь!

Опять накатила боль. Далина заставила себя расслабиться и лежать спокойно, хотя судороги накатывали волнами, скручивали тело в тугую пружину, заставляли выть и корчиться от боли.

Неважно!

Все это сейчас неважно… надо просто перетерпеть. Она может потерпеть боль, она воин! Ей и не такое терпеть приходилось, когда были тренировки! Когда она становилась взрослой, когда вошла в силу, когда приняла вторую ипостась, когда заключила сделку с алтарем… Ты дурак, Клаус! Какой же ты дурак, черный дракон Клаус Дубраган, какой невероятный идиот!

Ты смог временно подчинить себе алых драконов, но ты никогда не сможешь узнать их главную тайну. Никогда…

Далина хрипло хмыкнула. Выдох получился с каким-то свистом, пока еще нездоровый… Ничего страшного!

Драконы!

Испокон веков белые – лекари, черные – воины, синие – водники, зеленые – природники, золотые – с деньгами – лучше всех. А что же алые?

А они просто есть.

Вроде бы слабые, вроде бы не самые богатые и не способные притягивать к себе рудные жилы… они просто есть. И когда Клаус задумал стать повелителем драконов, он решил начать с самых главных. А именно с Ланидиров. Есть род, а есть клан. Клан – алые драконы. Род – Ланидиры. И глава Ланидиров был не только главой рода, но еще и главой клана. Клаус наивно решил, что, уничтожив Ланидиров, он подомнет под себя всех остальных. Даже план составил и принялся воплощать его в жизнь.

Наивный.

Алые драконы недаром стояли в стороне, всегда старались жениться внутри своего клана, не лезли в чужие, если что – принимали других драконов к себе, но сами предпочитали из семьи не уходить. Была, была причина.

Еще выдох.

Уже легче, и в груди уже не так печет, и дышать проще…

Далина понимала: ей требуется время, чтобы это тело подстроилось под нее. Или она – под него? Пока второе. Первое позднее, сразу такое не получится. Выдох, еще выдох… и боль постепенно стихает, можно даже рукой шевельнуть, не опасаясь нового приступа. М-да…

Попалось ей тельце! Сдыхоть темная… Рука почти прозрачная, такой не то что клинок, стилет не удержишь; начнешь в кого тыкать, так скорее себе кости переломаешь! Что тут еще хорошего?

Рука, сразу видно, грязная, неухоженная, с мозолями, к труду привыкла, а вот ногти… жуть жуткая! Где обломанные, где обрезанные до живого мяса. Нет, эта женщина за собой не ухаживала вообще. Но судя по состоянию кожи – она молода.

Да?

Надо бы встать и дойти до зеркала… если оно тут имеется. Но пока еще не было сил.

Они так медленно возвращались, так неуверенно… выдох, и еще выдох… какой же сладкий – воздух свободы! И плевать, что пахнет тут плесенью и гнилью, землей и какой-то дешевой сивухой! На все плевать! Она – жива!

Она – свободна!

– Дашка! Ты как тут?

Дашка?

Это… тело?

Далина скосила глаза в сторону – и выдохнула еще раз, со свистом. Потому что увидела ряд дверей в стене, и из одной, дальней, выглядывал мальчишка лет двенадцати-тринадцати, светловолосый и неожиданно конопатый. И у него на руках был сверток… ребенок?

Леонидас?!

Нет, этого не может быть… но…

Думать мальчишка не заставил. Нырнул обратно, вышел уже без свертка, зато из комнаты послышался пока еще тихий писк, и подошел к Далине.

– Руку давай. Я как увидел этих… Курбаша и других… страшно стало до ужаса. А они тебя… и потом ты упала, и так лежишь…

«Они меня что, изнасиловали?!»

Далина скосила глаза на себя.

Хм… по ощущениям – нет. Конечно, с ее силой это тельце все повреждения зарастит, но на это уйдет время. А еще изнасилование выглядит иначе. Она воин, она знает. Видела.

Кофточка была разорвана, штаны из грубой ткани спущены до колен, трусы… да, наверное, это были трусы, сейчас порваны, но следов насилия все равно не было, только синяки от грубых пальцев. И те скоро пропадут…

Это больше походило на то, что ее, точнее, это тело, пугали, издевались, что-то хотели получить… И это оказалось последней каплей для той души?

Нет, было что-то еще.

Далина прислушалась к себе. Кровь уверенно бежала по жилам… Ага, вот! Проблема с сердцем, оно просто не выдержало. Для нее-то это не вопрос, лучше прежнего будет, а вот девчонка в этом теле… как ее? Дашика?

Она не выдержала. А уйти почему-то не захотела, не смогла… Далина просто заняла ее место. Ладно, разберемся позже. У нее и так дел по горло, а еще домой бы надо наведаться, за сыном, но это точно потом, потом…

– Встать помоги, – вытолкнула она сквозь стиснутые зубы.

Мальчишка и помог, и подпер, при этом болтал не переставая:

– А я тут Ваську нянчу, а она молчала, и то хорошо, так страшно было, я уж боялся, что запищит, брр!

Понятно, чего боялся: что подонки обратят на него внимание. Сам бы он не отбился. И девушка, наверное, боялась того же. Детский писк становился все громче и громче, мальчишка засопел.

– Может, жрать хочет?

Далина почувствовала, как неприятно тянет грудь. Она что – кормит?

Кажется, да… Кое-как она доползла до комнаты, почти упала рядом с маленьким свертком. Руки сами вспомнили – уверенно подхватили, подняли, приложили к груди, устраивая поудобнее.

– Вот, держи! – Мальчишка сунул ей какую-то тряпку.

Далина кивнула, расправила поудобнее, посмотрела на малышку. Васька… как это полностью?

Она потом узнает. Сейчас это не так важно. Сейчас хорошо бы узнать о себе, о мире, о ситуации. А то попала на свою голову…

А для этой девочки, видимо, все оказалось неподъемно. И малышку она оставить не могла никак… Далина обещала взять на себя ее беды – и она возьмет! И разберется, и разгребет все, и со своими делами справится. Надо только понять, как ее зовут и где она оказалась.

Но для начала следовало покормить малышку.

Девочка насосалась и сыто засопела. Далина устроила ее рядом, на кровати, и попробовала подняться. Вот теперь можно было и одежду в порядок привести, и вообще…

Мальчишка сидел рядом, смотрел в какую-то плоскую штуковину, тыкал в нее пальцем. Та не кусалась, но иногда попискивала – живая? Нет, не похоже…

Видимо, не один раз приходилось при нем ребенка кормить. Ему это уже надоело.

– Поможешь? – спросила Далина.

– Чего помогать?

– Донеси малышку, пожалуйста. Упаду, боюсь…

Комната была небольшая. Две кровати, шкаф, буфет в углу, но ничего детского. А с малышкой было бы, правда?

Значит, Далина жила не здесь. А где?

Мальчишку второй раз просить не пришлось. Поднял девочку, придержал – вполне умело.

– Пошли. Пока твой батя не пришел, а то опять нажратый приползет, поди! Или моя мамашка заявится, орать будут!

Далина кивнула.

Пошли, мальчик. Показывай…

Ее комната оказалась третьей из пяти в ряду. Комната мальчика – пятой.

В ее комнате стояли взрослая кровать, детская кроватка. И – еще одна кровать.

Чья?

Шкаф, стол, кухонный угол. Все обшарпанное, старое, но чистенькое.

И нищета.

Жуткая нищета, сквозящая в каждой треснутой чашке, в каждой дешевой ложке, в каждом колченогом стуле… от хорошей жизни такого в доме не держат. Только когда реально нет денег ни на что. Даже мыло, которое лежало на отдельной полочке, воняло так… да у них в замке поломойкам такого не выдавали, жалели людей!

Дно жизни.

Что ж, это Далину не пугало, возможность заработать она найдет, драконы бедными не бывают. А вот информацию об этом мире хорошо бы получить, да побольше. Кто она, как ее зовут, с кем она живет… да много чего! И вот он – источник информации. Только спрашивать надо аккуратнее, а уж это Далина умела. Она была не обычным солдатом, который только мечом машет, она своим умом и горбом до капитана наемников дослужилась, а это не так просто. Она разберется!

Жаль только, что методы экстренного допроса применять нельзя. А то вышло бы и быстрее, и проще. Ладно, она справится…

Часа через три Далина опять кормила малышку. Сидела, кусала губы, смотрела в стену.

«Даша, Даша, понятно, почему ты сломалась. Неудивительно, что ты умерла. Похоже, сердечко у тебя было слабенькое, а тут еще роды тяжелые, жизнь сложная, подонки разные бродят, руки распускают. Лишние, наверное. И подонки, и руки. Ничего, сейчас я в твоем теле, я малышку в обиду не дам, да и тебя тоже».

Мальчика, кстати, звали Костя. Он и поделился всей историей жизни девушки Даши.

Ничего нового, ничего удивительного. Дарья Валентиновна Петрова, двадцать один год, самая обычная девушка, из рабочей семьи. Разве что родители оба были – Валентин и Валентина. Нашли друг друга. Поженились, комнату в бараке получили от завода, успели еще, а потом началась перестройка. Что это такое?

Далина не очень поняла, вроде как переворот в стране, свержение власти, в общем, ничего хорошего. Костя объяснить толком не мог, да и пусть его. Оно закончилось? Вот и отлично. Главное, сейчас ничего такого нет. Папа Валентин поступил так, как многие в перестройку. То есть запил. Вдохновенно и со вкусом, под девизом: «Все плохо, так хоть я этого видеть не буду».

Кто жил с алкоголиком, тот может понять, что это такое.

И пьяная свинья, которая жрет, орет, храпит, тянет из дома последние деньги, мотает нервы… и беременность, которая, как всегда, не ко времени, но с этим алкашом пропустила Валентина все сроки. А может, и надеялась, что образумится муж, как ребенка увидит.

Ага, размечталась!

Ребенка он увидит и пить перестанет!

Вот если бы он каждый раз видел сковородку, приложенную во многих местах, или чего потяжелее, то шансы, может, и были бы. А дети еще никого и никогда не останавливали, только усугубляли ситуацию.

Кое-как Валентина выживала с маленькой Дашкой на руках. Завод развалился, так она нашла себе подработку, благо на машинке шила хорошо. Вот по утрам шила, по вечерам полы мыла. На продукты хватало, если б еще муж из семьи последние деньги не тянул…

Здоровье у Валентина было богатырское, да и сейчас есть. Не сдох, к сожалению. Нехорошо так о живом человеке?

А о скотине, которая пьет, орет и руку на тебя поднимает?

Костя рассказал, что вот так и Дашиной маме досталось. Дочь-то она прикрыла, а ей этот пьяный внутрях что-то отбил, она стала болеть и два года назад тихонько умерла.

Папаша где?

Да нашел себе какую-то, к ней и съехал. Но может вернуться в любой момент.

Вот откуда вторая кровать. Выгнать его Валентина не могла, что-то там с документами было, Костя тоже не знал, так, обмолвился. Далина подумала, что она потом с этим разберется.

Сама Даша шить не умела. Вот чего не дано, того не дано. Зато могла приготовить такую вкуснятину, что пальчики оближешь. Потому и пошла после девятого класса в кулинарный. Все сытнее будет, да и с учебой у нее не слишком складывалось. Поди, поучись, с алкашом-то под боком?

Понятное дело, научишься. От колотушек уворачиваться, деньги прятать, удара ждать… Только вот ни разу это не математика. И не естественные науки.

Работала Даша в гипермаркете, резала салатики, кое-что домой приносила, им с матерью хватало. До маминой смерти.

Потом все посыпалось.

Даша, пребывая в полном отчаянии после смерти единственного родного человека, сделала самую большую (по мнению Далины) женскую глупость.

Влюбилась.

Росли они с Володей Любавиным в одном дворе. Два барачных дома стояли рядом буквой «Г». Во дворе сараи, туалеты, водопровод из колонки. Хорошо, что были газ и электричество. Барак на шесть квартир, две кухни, комнатушка крохотная, живи и радуйся. Понятно, в советские времена это было временное жилье, ненадолго. Но потом пришла перестройка и стало временное – постоянным.

Однако Далину это не трогало, ей и в худших условиях жить приходилось, хоть она и из Ланидиров. Давно уже забыты те времена, когда у нее были личные покои из восьми комнат, золотые тарелки и четыре перемены блюд. Чаще приходилось довольствоваться палаткой и кашей в котелке на восемь человек. И хорошо, если не пригорела.

Так что – дракон с ним, с жильем. А вот любовь…

Девочке восемнадцать, мальчику двадцать, они друг друга любили, благо, было где – комната у Даши свободна, хоть облюбись… Дальше понятно?

В конце концов мальчик Вова, цитируя Костю, «дурак, которого даже за деньги не выучишь», вылетел из института за постоянные прогулы и пошел в армию. А Даша осталась. «Ты же меня ждать будешь, правда?»

Да, конечно, и ждать будет, и попрощается на дорожку как следует, чтобы мальчику потом месяц ничего не хотелось. О том, что существуют противозачаточные заклинания… ладно, в этом мире что-то другое, девчонка не подумала. Не до того было. Слишком много всего навалилось.

Даша не сразу сообразила, что к чему. А потом живот на нос полез.

Сколько таких доверчивых дурех видела Далина?

Много. «Ой, он обязательно обрадуется нашему малышу или малышке, он меня любит, он вернется, он такой…» Все они поют на один голос!

Размечталась!

У Вовы была еще и мама. Нина Викторовна. И вот эта мама свято была уверена, что Вовочка достоин!

Чего именно? Да кто ж ее знает? Для мамы Даша была «неподходящей партией», а Вовочка заслуживал лучшего. Самого лучшего! Какой-нибудь умной, красивой, образованной и состоятельной девушки из хорошей семьи. А Дашка? Это так… мальчику же надо. Как раньше аристократы служанок брюхатили, так и Нина Викторовна рассматривала Дашу исключительно в роли секс-куклы для своего сыночка. Поигрались, и хватит! А в жены нам прынцесса нужна! Нет – королевна! И тут оказывается, что Дашка – беременна!

Нужно это Вовочке?

Нет!

Боевая мама пошла в атаку. Для начала Вовочке полетели звонки и письма от мамы и друзей, что Дашка загуляла после его отъезда и теперь жаждет повесить на него своего нагулыша. Конечно, когда Даша смогла связаться с любимым мужчиной, тот уже был правильно настроен, замотивирован и Дашу послал так далеко, что, поди, до Африки ближе добраться. Даша разрыдалась, но ехать к любимому было и не на что, и опасно, не то состояние. Аборт делать было уже поздно, все – поздно, оставалось только рожать. Малолетняя идиотка, в лучших романтических традициях, решила: родит и сделает тест на отцовство! И покажет Вовочке, что не изменяла.

О чем тут же и разболтала. И конечно, Нине Викторовне это не понравилось. Вот еще! Какое отцовство? Так еще и алименты присудят, и за мальчиком дурная слава пойдет… И крыса начала просто травить Дашку, делая это легко и изящно. Тут слово, там сплетня, здесь шепоток, и пошло, пошло… то ли он украл, то ли у него украли, но история-то была! А тут еще тяжелая беременность, отеки, токсикоз, нехватка денег и витаминов. Дашу, считай, месяца три до родов в больнице продержали, но там хоть кормили и спокойно было. А вот у Нины Викторовны как раз появилось время всех настроить и завести. Выписалась Даша с дочкой на руках домой – и началось. Шепотки, слухи, сплетни, потом мужики какие-то начали приставать, с неприличными предложениями звонили…

Почему соседи не верили Даше, а вместо этого слушали Нину Викторовну?

А как ей не верить? Она ж такая скромная, богобоязненная, в храм постоянно ходит. Да и проблема у нее какая-то с ногами, хромает, трость ей требуется, считай – инвалид. И святых через слово поминает, все праздники знает, да разве такая может лгать?

Может. Нагло, подло и глядя в глаза. Но кому это объяснишь?

А сегодня явились трое мужиков, Дашку в углу зажали и то ли денег от нее требовали, то ли еще чего, Костя не понял. Только одежду на девчонке порвали, лапали за все места и, похоже, напугали до смерти. Которая и случилась. Дашке плохо стало, они и сбежали от греха подальше. Далина, которая пришла на место Даши, оказалась для всех интересной неожиданностью. Так бы девушка умерла, малышку сдали в детдом, и все было бы у старой гиены шито-крыто. Но не сложилось и никогда уже не сложится.

Далина погладила темную головку Василисы.

Васёна. У них, на Ардейле, было похожее имя. Валисса. Может, так и называть пока… дочку? Вали? Или лучше сразу вживаться в этот мир?

Василиса, Васёнушка…

«Ничего, детка, пускай твоя мама оказалась слишком слабенькой, так тоже бывает. Теперь рядом с тобой мама Далина, и уж она никому не даст спуска. Родной ребенок у нее, правда, в другом мире, но это дело поправимое. А воспитывать двоих… и что? Тоже мне проблема! И шестерых воспитает! С полком управлялась, солдатами командовала, а тут – струсит? Ха!»

И на миг, на долю секунды глаза Далины вдруг мигнули, залила их словно алая горячая кровь, зрачок вытянулся, и – исчезло все. Сидит девушка, ребенка грудью кормит.

Показалось?

Конечно, показалось…

Ребенок – это хорошо, но и сплетнями сыт не будешь. Первое, что сделала Далина после того, как перепеленала и уложила малышку, это быстро постирала ее пеленки. Костя помогал по мере сил. И воду носил, и грел… без него Далина точно не управилась бы. Руки Даши помнили, конечно, но получалось все неосознанно. Отключишь разум – руки делают: и тазик достали, и кусок жуткого мыла. Опомнишься – и стоишь, думаешь: «Что это я тут делаю?»

Неудобно, конечно.

Потом Костя показал, где у Даши холодильник, и был приглашен на трапезу. М-да… В белом агрегате стояли пакет с белой жидкостью – вроде бы молоко и кастрюлька с чем-то, что Костя назвал «макаронсы». Лежали яйца и какая-то подвявшая зелень. Негусто.

Понятно, что-то кормящей матери просто нельзя, но с такой еды и ноги протянешь!

– Ты говорила, денег нет, почти. – Костя смотрел чуточку виновато.

Далина махнула рукой. Попробовала «макаронс», подумала, что это есть можно, потом руки сами собой достали сковородку, вытряхнули на нее слипшуюся массу, добавили пару яиц, какие-то специи… запахло вкусно. Костя облизнулся и умял половину сковородки. Далина тоже ела с аппетитом. Болтала вроде бы ни о чем, потом опять захныкала малышка, и Далина ушла к себе в комнату.

М-да…

Ситуация.

Конечно, когда ты умеешь готовить, это хорошо, и салатики нарезать всегда возьмут, но есть одно НО! Здоровущее такое! Ребенок называется. Которого не оставишь, которого надо кормить, за которым надо приглядывать, который плачет, пачкает пеленки, требует внимания. Салатики же нельзя нарезать в свободное от ребенка время. И малышу не место там, где готовят пищу. Так что работы Даша лишилась. Хорошо еще, директор оказался порядочным и помог получить все возможные пособия, и деньги ей выплатили, хоть небольшие, но и то помогло. На одежду Даша почти не тратилась, для ребенка ей много чего отдали. Оказывается, в ВК есть специальные группы, Костя рассказал. Да и сама Даша устроилась работать уборщицей в развлекательный центр неподалеку. Туда можно было приходить вечером, после десяти, с малышкой. Костя с ней тоже ходил, помогал немного.

У мальчишки тоже была сложная судьба. Всего тринадцать лет, а жизнь не радовала. Отца нет, мать – то с одним хахалем, то с другим, Костя рос как сорняк. Ну а комнаты почти рядом, поэтому Даша его воспринимала как младшего брата. И Дашина мать его подкармливала и по мере сил помогала. Не бросать же мальчика. Вот и он делал что мог. Разве что те полгода, когда Даша была с Володей, она особо ни о ком не думала, но за это Костя ее не упрекал. Понятно же, первая любовь, Даша-то «как лампочка сияла», по его выражению. В таком состоянии женщины головой не думают.

Далина потерла лоб.

Ладно, на первое время сойдет и так. Точнее на пару дней, за которые ей надо освоиться в этом мире. Тут все странное, непохожее ни на что. Какие-то мо-биль-ны-е, ка-ме-ры (и в них не сидят, ими снимают – что?), те-ле-фи-зо-ры…

На столе стоял небольшой квадратный ящик. Далина коснулась кнопки, и эк-ран зажегся, на нем появились люди, заговорили, задвигались… пусть! Она и так будет изучать этот мир.

А еще…

Следовало проверить свое новое тело.

Далина знала, оно подстроится под душу драконицы, но это когда еще будет? А пока хорошо бы понимать, на что она может рассчитывать.

Итак, приседания, отжимания, растяжка – большего тут не сделать, да и ребенка будить было ни к чему. Очень уж малышка хорошо спала. Дочка… Разве она думала, что так будет? А теперь у нее и дочка, и сын…

Накатили воспоминания о Леонидасе.

«Я не сдамся, Клаус! Слышишь ты – я жива! И я приду за своим сыном!»

И снова глаза девушки залило алым, и медленно, нехотя схлынуло. Но кто это мог видеть? Разве что Василиса, а она точно никому не расскажет. Она пока еще говорить не умеет.

Ночь выдалась реально тяжелой. Далина металась по кровати, горела в полубреду, что-то шептала, кусала пересохшие губы. Температура поднималась до жутких значений, сердце колотилось так, словно она марафон пробежала в полной выкладке. То ее мутило, то она испытывала жуткий голод. Болела, казалось, каждая клеточка ее тела.

Далина кусала подушку, чтобы не орать от боли. Получалось плохо. И начинка эта мерзкая. Что они в подушки засовывают? Такое противное и вонючее?

Это точно не перья и не шерсть!

Костя спал, и малышка спала, а драконица готова была лезть на стену. Понимала, что другого выхода нет, что все правильно…

Любое рождение – это боль.

Для матери, для ребенка…

Она в этом мире новорожденная. У нее новое тело, а вот память крови – старая. Память крови, тень крови… здесь и сейчас у нее человеческое тело, но она же дракон! А это не просто так!

Дракон будет подстраивать под себя организм. Кровь, плоть, магию. Да, копией прежней Далины Ланидир она не станет – не тот рост, не тот вес, но основное… самая ее суть вернется, рано или поздно. И сейчас проходила инициация, первый прорыв… потом будет легче. Да, ее будет накрывать приступами, она это уже сейчас знала. Ее кровь, лимфа, мышцы, нервы – меняться будет все! Все тело!

И это будет жутко больно.

С чем это можно сравнить? Да с той же раковой опухолью, только тут она распространится на весь организм! Меняться будет не часть клеток, а вообще все!

Далина вцепилась зубами в одеяло. Тонкое, но хоть без наполнителя.

Протянула руку, взяла прозрачную бутылку из чего-то гибкого, проминающегося под пальцами, Костя назвал это пластик, кое-как сделала глоток воды.

Хорошо!

Много нельзя. Она сама не дойдет до отхожего места. И с кровати-то не встанет, наверное. Но чуть-чуть, по глоточку в десять минут… И следить за секундной стрелкой на часах, пока она десять кругов не опишет.

Ох!

Очередной приступ накатил, заставил изогнуться на старой кровати так, что казалось, сейчас пятки коснутся головы. Человек так не может? А дракон – запросто!

Бо-о-ольно!

«Будь ты проклят, Дубдраган! Это все из-за тебя! Видит предок-дракон, я вернусь! И оторву хвост мерзкому чернушному ублюдку! Уй!»

В этот раз приступ ударил по глазам, и Далина поспешила их закрыть, пережидая, пока перестроится сетчатка. Ощущение – как будто под каждое веко по ведру песка насыпали. И не утешало, что потом будет лучше!

Вот прямо сейчас она чувствовала себя слепой…

– Дашка, ты чего?

Костя?! Ох, предок-дракон!

Далина кое-как разжала стиснутые на одеяле зубы, не замечая, как Костя смотрит на дыру в дешевой тряпке.

– Все хорошо, Костя.

– Все хорошо не так выглядит. Ладно, я с тобой посижу.

– Н-не на-а-а-а…

Далина даже отказаться нормально не смогла, накрыл очередной приступ. Костя побледнел, но с места не дернулся. В барачных домах и не такого насмотришься. Когда Далину отпустил приступ, он заговорил снова:

– Дашк, может, скорую вызвать?

Далина, которую как раз отпустила судорога, качнула головой. Ладно, мотнула, на кровати же лежит, поэтому – как получилось.

– Не надо. Хочешь, чтобы полегчало, – поговори со мной. Хоть о чем.

– Ну…

– Обо всем. Я слышу твой голос – и мне легче. И Васёне спокойнее.

Ночь выдалась беспокойная. Далину корежило почти до утра, Костя сидел рядом с ней, поил, даже один раз помог добраться до поганого ведра и потом вежливо вышел, пока его не позвали обратно.

Обтирал, держал за руку, правда, выше пальцев. Пальцами Далина так вцепилась в старую кровать, что проволочную сетку покорежила. За человека так ухватиться – считай, кости ему переломать.

Костя же подносил к ней маленькую Василису, придерживая ее у материнской груди. Далина старалась держаться, пока ребенок сосал… не кричать, не орать, не шевелиться… больно, как же больно! Молодец мальчишка! С таким можно в бой идти, спину прикроет!

Стремительно и неожиданно в новом мире драконица обзавелась не только ребенком, но и братом. Пусть не по крови, неважно, душа-то у него настоящего дракона. Костя помогал, сидел рядом и говорил, говорил, говорил… о доме, о мире, обо всем на свете, о своих увлечениях, о школе, об одноклассниках, о друзьях и врагах, о кино и музыке… И драконице действительно становилось легче.

Детский голос.

Запах дочери.

Якоря, за которые она цеплялась что есть сил. Она понимала, будь она одна – да, можно и орать, и кататься по земле, и терять сознание, и пусть было бы как угодно… но не сейчас! Рядом с ней дети! Это усложняло задачу, но в то же время и помогало выжить. Выдержать!

Чуть лучше ей стало только под утро.

Они с Костей так и уснули, чуть не в обнимку. Она на кровати, мертвым сном, он рядом с кроватью… и проснулись только к полудню, когда маленькая Василиса резко выразила свое негодование.

Мама!

Мне кушать надо! И не только!

По-о-одъем!

Боль все еще оставалась, она затаилась внутри, она ворочалась под сердцем раскаленным шариком, она была… Ничего! С этим Далина уже могла действовать! И начать решила с зарядки. А как еще узнать, что с ее телом?

Физическая форма Даши драконицу порадовала. Как ни странно. Да, сдыхоть, прозрачная, бледная, никакая, сил мало, но задатки хорошие.

Вы не можете похудеть и накачать мышцы? А полы мыть в гипермаркетах не пробовали? Там площадь-то ого-го! Час за часом, день за днем… тут и руки накачаются, и ноги, и жировой прослойки не будет. Какое там расползтись после родов? А если еще и денег особенно нет, и на еде экономишь, и кушаешь каши, которые легко сварить из дешевой крупы, а не пирожные-мороженые, как бы худее не стать.

Пешочком туда, пешочком сюда, потому что проезд – это тоже деньги, и мышцы постепенно укрепляются.

Руки-ноги не кисельные, растяжка плохая, конечно, но это ж работать надо! Далина в своем прежнем теле могла хоть в продольный шпагат сесть, хоть в поперечный, в любой стойке простоять несколько часов. Даше о таком и мечтать не приходилось. Но это дело поправимое. Нормальное питание, упражнения, и будет все отлично. Подкачает она мышцы, никуда не денется. Дело знакомое. А вот внешность…

Ох.

И еще раз – ох.

Из старого зеркала, с потемневшей и кое-где облупившейся амальгамой, на Далину смотрела типичная бледная немощь. Сама драконица была в человеческом облике высокой, крепкой, с хорошими формами, хоть спереди, хоть сзади. Красные волосы, красно-коричневые глаза, красота Ланидиров как она есть. А сейчас напротив нее – что-то такое, тощее и невыразительное.

Худое, сутулое, с коротко обрезанными темно-русыми волосами и непонятно-серыми глазами. Черты лица невыразительные. Мышь обыкновенная серая, но уж никак не драконица. Печально.

Руки и ноги как веточки, одежда висит мешком, лицо усталое, под глазами круги…

Ладно!

Пусть нет ни малейшего сходства с той Далиной, главное не внешность, а кровь и дух дракона, остальное – разберем потихоньку. Женщина решительно выпрямилась, расправила плечи. Прямо взглянула в зеркало.

Она – Далина Ланидир.

Она – драконица.

Она проиграла битву, но выиграет войну. А для начала – берегись, новый мир. Я изучу тебя, подстроюсь, и приму, а потом… потом займу положенное мне место. Драконы это умеют.

Но для начала – мыть полы.

Далина перепеленала Васюшу, устроила ее в забавной штучке с лямками, которую Костя называл «кенгурушка», и вышла из комнаты. Подмигнула брату… да, пусть будет братом. Главное для дракона – гнездо, а главное в гнезде – семья. Вот она у драконицы и будет. А кто и что там думает по этому поводу – хвостом! Два раза!

– Костя, идешь со мной сегодня?

– Иду. Сейчас, минуту подожди. – Костя скрылся в своей комнате, чтобы переодеться. Пропотели они ночью, конечно, и измятое все…

– Вот дрянь гулящая, еще и детей с собой тащит! – прошипело сзади.

Далина резко развернулась.

На нее смотрела средних лет тетя. Не слишком высокая, чуть выше Даши, но зато массивная. Прямоугольная такая. Квадратная голова плавно переходила в кисельную объемную грудь, та ложилась на выпуклый, словно тазик, живот, а он уже свисал на жирные бедра.

Отекшие ноги, никогда не знавшие педикюра, покоились в драных шлепанцах и выглядели так, словно их не мыли последние пару лет.

Как обычно реагировала Даша, драконица не знала, но не спускать же подобное хамство?

– Вы это мне, неуважаемая?

Баба уперла руки в бока, где-то посреди жировых складок.

– Да уж другой такой дряни поищи! Хоть людей бы постыдилась!

– Когда увижу здесь человека – так сразу, – отрезала Далина. – А ты, жаба ожиревшая, прыгай в свое болото и не квакай, а то сожру!

– Ах ты ж!

Бабища размахнулась. Возможно, Даша отбиться и не смогла бы. И потому терпела, и терпела, и молчала, и в конце концов этой травли стало слишком много. А Далина даже напрягаться не стала. Шаг в сторону – и легкий тычок в спину. И бабища, которая пыталась на нее накинуться, полетела в угол. Обо что она там треснулась? Ах, об холодильник! Ну и пусть, ничего страшного. Даже вмятины на металле нет, техника не пострадала. А тетка?

Сидела, головой трясла так, что все шесть подбородков подрагивали.

– В следующий раз добавлю, – предупредила Далина и развернулась к комнате, из которой выглядывал Костя.

– Ух ты ж! Как ты ее!

– Научить?

– Да!

Далина коварно усмехнулась.

– Тогда завтра утром и начнем. С разминки.

Костя чуточку сник, но вид бегемотихи, которая нежно прильнула к холодильнику, отлично стимулировал на подвиги.

– Хорошо!

Мытье полов – дело несложное. Швабра она везде швабра. Да-да, проще платить паре-тройке уборщиц, чем купить дорогую машину, которая будет ломаться через раз, и платить тому, кто будет гонять ее по гипермаркету. Или так думало руководство.

Так что…

Швабру в ведро, отжать, протереть – опять тряпку в ведро. Тяжело, скучно, монотонно, но главное – вечернее время и ребенок рядом. Оба ребенка. А мыть полы ей не привыкать, Далина с солдата начинала. С обычного рядового.

Казалось бы – драконица, да еще из рода Ланидир?

Ну так что же? Это родилась она удачно, а вот все остальное… Не те карты ей на раздаче выпали.

Далина получила не только фамильную силу, но еще и фамильный характер. Вот братья-сестры у нее были совсем другие, они-то отцу подчинялись и даже не думали заниматься чем-то другим. Отец сказал: семейное дело, вот они и будут послушно сидеть в шахтах.

Сказано жениться? Женятся, на ком сказал отец. Любовь вообще не довод.

С Далиной все было сложно. Сначала она была ненужной дочерью, а потом, когда стала выправляться, было уже поздно обрабатывать, давить и промывать ей мозги. Девочка уже выросла, и читала книги, и отлично знала, что не хочет выходить замуж по приказу отца, что не будет сидеть дома, рядом с выбранным для нее мужем, рожать породистых детей… Дракону нужно небо!

Как только появилась возможность, девочка начала сбегать на конюшню.

Именно там был спрятан один из ее секретов. На конюшне работал старый наемник Фредо, который по ранению ушел из отряда, нанялся в конюхи и жил вроде бы спокойно. Женился даже, только вот детей у него не было. А Далина – была. Сначала она просто прибегала послушать его рассказы. Потом стала интересоваться конями, потом жизнью наемников, а потом Фредо и тренировать ее начал потихоньку. Когда стало ясно, что Далина быстро вытягивается, что ни ростом, ни силой ее предок-дракон не обидел, тут и началось.

Как стоять, дышать, падать, бегать, потом – как бить и куда, чем и когда, как выбирать оружие…

В семнадцать лет, когда состоялся первый бал Далины Ланидир, отец позвал ее к себе и сообщил, что выбрал для нее жениха. В ту же ночь Далина ушла из дома.

Так начался путь наемницы.

Далия Ланн стала рядовой в одном из вольных отрядов. Воевала то там, то тут, потихоньку росла в чинах. Пытался ли отец отыскать ее?

Наверное, да, но Далина знала многое о родовой силе. Читала, изучала старые хроники, верила, что знания помогут в любой ситуации, училась и развивалась, тренировала не только мышцы, но и родовые таланты. И искала способ спрятаться.

И получилось ведь!

Когда ее наконец разыскали Ланидиры, она была уже капитаном, а из полка выдачи нет. Тем более от наемников.

Далия Ланн – и точка! Родственники отстали, Далина продолжила совершенствоваться и расти в чинах, жизнь была практически налажена… Только вот Клауса никто не предусмотрел.

Дубдраган, полукровка из рода черных драконов, оказался неожиданно талантливым. Редко бывает такое, чтобы ублюдок мог овладеть родовой магией, а уж подмять под себя клан? Но ведь справился как-то и решил к клану черных добавить еще один. А кого?

Правильно, самых вроде бы безобидных, красных драконов. Сидят они у себя в шахтах и дальше будут сидеть, только хозяин поменяется. Какая им разница, кто ими управляет? Кому налоги платить – Ланидирам или Дубдраганам? Клаус решил, что обычному дракону все равно, а человеку тем более. И начал действовать.

Далина находилась на другом континенте и о войне узнала поздно, слишком поздно. Когда были убиты отец и братья, когда ее мать разорвали на части, когда сестер заставили отречься от своего рода и перейти в род мужей… одна драконица при этом не выжила.

А Далина попала в плен из собственных клятв и обязанностей перед родом.

И Клаус не нашел ничего лучше, как жениться на ней.

Нет не по любви – у него уже была любовница и он не расставался с ней, – просто Далина могла дать ему сына, в котором смешалась бы кровь черных и красных драконов. С точки зрения закона – он стал бы наследником обоих кланов, а остальное Клауса не сильно волновало.

Далина вспомнила свадьбу по принуждению и шантаж, вспомнила насилие и даже зубами заскрежетала.

«Погоди, гад, я тебе за это отплачу!»

Если бы первой родилась дочь, Клаус продолжал бы держать Далину при себе и дальше и старался получить сына. Но мучиться не пришлось, Далина забеременела Леонидасом чуть ли не с первого раза. Что ж, неудивительно, Далина столько лет не встречалась ни с кем из драконов…

«Ах, малыш, я обязательно к тебе вернусь, дай только немного времени! Дай только сил набраться!»

И Далина еще усерднее принялась возить по полу шваброй под болтовню Кости. Но прислушивалась она внимательно. И составляла для себя план действий.

Это Даша была достаточно беспомощна. Далина же… могла она найти себе работу?

Наверное, могла. Интересно, есть ли здесь гладиаторские бои? Гонки? Какие-то соревнования?

Конечно, это тело еще не слишком крепкое, но кое-что было ей под силу!

Надо разузнать. В ее мире это было вполне законно и нормально, но тут все такое странное! Просто диву даешься! И люди какие-то не такие… В ее мире жили не только драконы. Были и сирены, и друиды, и маги разные, а тут словно магии-то и нет! Костя так и сказал однажды, что о ней только в книгах читают. Это вроде как сказочки!

Но ведь магия – это не сказки, а целая наука! Серьезные исследования, формулы, графики, обоснования… Ей тоже обучаться надо, как и всему остальному. Может, тут просто люди такие – бестолковые? Не понимают, о чем речь?

Далина подумала, что надо бы посмотреть потоки. Не сейчас, конечно, а когда это тельце чуточку перестроится под ее потребности, под ее кровь и силу. Тогда она сможет и видеть магию, и управлять ею. Дракон сам по себе – магия. Не маг, вернее, не столько маг. Драконы все одаренные в той или иной степени. Кто-то зажигает огонь, кто-то усмиряет землю, кто-то подчиняет себе воду… Есть своя магия и у красных драконов. Магия крови.

Вот и сейчас… Далина здесь не во плоти и крови, она всего лишь душа, которая заняла пустой сосуд, но это совершенно ей не мешает.

Есть поговорка: «Какова душа, таково и тело», и это верно. Слабый дух сделает слабым даже лучшее тело, но сильная душа заставит подняться и калеку. А для красных драконов все еще интереснее.

Далина знала, что с ней будет происходить в ближайшее время. Память несла знания о ее крови, о родовых способностях и родовых талантах, и это тело будет перестраиваться и рано или поздно примет силу красных драконов.

Алых… Когда-то их называли только алыми и боялись задирать. Опасались.

Однако уже давно алые стали красными, вместо разговоров с кровью ушли в шахты, но кто хотел, тот мог найти старые знания.

Далина искала и нашла.

Она знала, что отец мог проводить ее поиск по крови. И наверняка проводил. Только вот не помогло! Вообще никак! А все потому, что умная девочка прочитала то, что надо, и сделала все необходимое. К алтарю ходила, своей кровью его поила. Правда, заплатить за это пришлось дорого – она десять лет не могла подняться в воздух, расправить крылья, выпустить полетать свою драконицу, но свобода…

Свобода стоила и большего. И это понимали обе половинки: и человеческая, и драконья. Хотя так о них говорить не стоит. В любой ипостаси – чешуйчатой, промежуточной или мягкокожей – Далина оставалась самой собой.

Домыли они все достаточно быстро и отправились обратно. Василиса посапывала на груди у матери, Костя болтал обо всем подряд, упомянул и о Курбаше…

– Пашка, он ну это… недавно с зоны откинулся…

– Что? – не поняла Далина.

Какая зона?

Откидывают – это как? В сторону? Ногой?

– Да говорю же, – заворчал Костя, – он из тюрьмы пришел, а жить особо негде. Вот эта гадюка с клюкой ему и намекнула, что ты подходящий вариант. Небось и комната есть, и на шею тебе сесть можно, и будет он жить-поживать, а ты вокруг бегать и его обслуживать.

– Жаль, недолго, – фыркнула Далина.

– Что – недолго?

– Проживет он недолго.

– Ну… сроку он тебе неделю дал. Думаешь, раньше помрет?

Далина едва не рассмеялась в голос. Помрет? Запросто! Если она поможет.

– Не помрет, так передумает. А я помогу.

– А ты справишься? – Костя явно в это не верил.

Она?

С каким-то, прости, предок-дракон, несчастным каторжником, который недавно вышел на свободу? Справится или нет?

Вопрос должен стоять другим образом: сожрать его или не устраивать себе несварение желудка? Ах да! Она же временно не дракон!

Ладно, жрать не будем. Наверное… Надо только узнать, как тут ищут убийц. Некроманты ей не страшны, но вдруг в этом мире есть еще что-то такое… неприятное?

Примерно об этом она расспросила Костю и обнаружила, что проблемы – будут.

В этом мире были ка-ме-ры.

Кри-ми-на-лис-ти-ка.

Что-то еще наверняка…

Понятно. Дело надо обставлять так, чтобы ее никто не искал. Пусть все думают, что они перепились и друг друга зарезали, к примеру. Надо подумать, как это лучше сделать и где, чтобы не было свидетелей. А то их тоже убивать придется… Нет, свидетелей не жалко, просто чего зря убивать-то?

Далина всегда была уверена, что убивать надо только за дело. А просто так зачем? Вот Клаус убивал, чтобы его боялись. А Далине было противно даже смотреть на него, она не боялась, она брезговала. Наверное, муженек это чувствовал и ненавидел ее за это.

Можно поймать дракона. Но невозможно его приручить. Дракон – это стихия, она не терпит оков и ошейников, она всегда свободна! А Далина – дракон!

– Значит, зарплата у меня еще не скоро?

– Ты говорила, шестого и двадцатого, а сегодня только десятое. Ну дотянем как-нибудь…

– Дотянем, – согласилась Далина. – Куда ж мы денемся?

По телу в очередной раз прокатилась волна жара. Изменения шли, медленно и незаметно, но они были. А ведь она кормит малышку! Хотя ничего страшного не будет. Просто молоко станет чуть более насыщенным магией. Может, потом у малышки и какие-нибудь способности дракона проявятся? Было бы неплохо! Раз уж она здесь… Реальность напомнила о себе подозрительным звуком и запахом от Василисы.

Тьфу ты!

Кажется, малявка опять нагадила!

Утро Далина начала с разминки. Как и решила. Встала, поискала одежду, нашла что-то растянутое, похожее на штаны, и такую же майку и надела. Постучала к Косте.

– Идешь тренироваться?

– Рано…

– Значит, не идешь.

– Дашка, ну ты чего?.. Сейчас я!

Костя как был, в одних трусах, выбрался из-под одеяла. Далина отметила, что такое и нищим-то на бедность подавать зазорно. Такой тряпкой полы начнешь мыть – так паркет от ужаса дыбом встанет! Хорошо, с этим она разберется чуть позднее, когда денег заработает.

– Давай одевайся.

На календаре был август, становилось уже прохладно, но они точно не замерзнут. Далина выгнала мальчишку во двор и начала с азов: как правильно стоять, как правильно дышать, как напрягать и расслаблять мышцы. Ей это тоже пригодится. С этим-то тельцем!

Костя слушался, работа шла, мышцы ныли и гудели. Она как раз показывала мальчишке, как правильно стоять в защитной стойке, чтобы тебя не сразу пробили и падать было удобно, когда раздалось:

– Ты что это делаешь, бесстыдница?

Еще одна баба. Размером поменьше, чем вчерашняя, но постарше. Вон, вся в морщинах, и на голове проплешины, которые даже платок не закрывает.

Далина не оглянулась даже. За что и…

Нет, тычок в спину она не получила. Еще не хватало, чтобы к ней всякая пакость свои руки грязные тянула. Шаг в сторону, и бабка промахнулась, рука повисла в воздухе.

– Ты! Ты что творишь, негодяйка?!

Костя отошел на несколько шагов. Бабка и не заметила, как он достал из кармана старый сотовый телефон и включил съемку. Этот вопрос они вчера обсудили. Для Далины местные законы показались жуткой дикостью. На нее пытаются напасть, а она даже защитить себя не может! Сначала ей должны нанести серьезные повреждения, и только потом она имеет право ответить.

А сможет?

А если ударить первой, то это будет превышение необходимой самообороны и ее могут за это осудить. Бред какой-то! Сначала тебя покалечат, а потом ты защищайся?

Хвостом на такие законы!

Костя подумал и предложил другой вариант. Она может защищаться, но он будет все записывать. Потом, в суде, видео смогут принять как доказательство, да и всякие-разные поосторожнее будут, если их выходки станут общеизвестны.

Ан нет.

Не осторожничают.

Далина уперла руки в бока, выпятила грудь, с тоской вспоминая старое тело. Ах, какая была грудь! А тут – два прыщика, выдавить и помазать чистотелом! И рост! И голос… Ах, как она на плацу орала, генералы шарахались! А тут что?

Позорище печальное!

– Бабуся, у тебя чего – обострение? Так иди, таблетки выпей, а не на людей кидайся! Мы с мальчишкой зарядкой занимаемся. Ты-то куда лезешь?

А ничего получилось. Голос у Даши оказался чистым и высоким – это если нормально говорить или петь. А если визжать – аж в мозги ввинчивался!

– Ах ты…

Переорать старую дуру Далина и не надеялась. Вместо этого подхватила ведро, которое стояло рядом, и отправилась к колонке, находившейся тут же, во дворе. Бабка последовала за ней, продолжая верещать про гнусную молодежь, которая последние двадцать тысяч лет не уважает старших. Может, и раньше не уважала, но тогда был ледниковый период, свидетелей не осталось.

Собственно, за что боролась, на то и напоролась. Далина специально ее подзадорила, чтобы тетка точно не отстала. Она и повелась.

– Шла б ты, тетя, мамонту под хвост!

– Ах ты погань!!! – замахнулась тетка.

Далина отступила от удара и чуточку поскользнулась. Или сделала вид?

– Дзанг, – сказало ведро.

– Вшшшуххх! – шепнула вода, вырываясь из него красивой дугой.

– А-и-и!!! – громче всех завизжала бабка, с ног до головы облитая полезной ледяной водичкой из скважины.

А Далина что? Она честно набрала воды в ведро, повернулась, но дернулась неудачно, уклоняясь от удара, и ведро из руки выпустила. Стоп! Снято для будущих поколений.

Несчастный Костя корчился то ли от желудочных колик, то ли от усилий сдержать смех. Очень ему хотелось хохотать, но кто же снимать будет?

– Вот беда-то какая! – громко посочувствовала Далина. – Зато теперь чисты не только помыслы, но и трусы!

Бабка, продолжая визжать, кинулась в барак. Как-то неуютно скандалить, когда вся одежда мокрая, и такой свежий утренний ветерок… Далина пожала плечами и еще раз наполнила ведро.

– Костя, давай кипятильничек кинем. Как раз тренироваться закончим, и будет теплая водичка. И не отлынивай! Ты чего ногу так скрутил? Я тебя сейчас по колену пну, и ты упадешь! Да что там – я! Ветер подует, и тебя свалит, ну-ка, разверни колено! Вот, чуешь? Так устойчивее!

Ардейл, замок Ланидиров

Ридола Гарм пробиралась по замку потайными ходами.

Тихо-тихо, чтобы даже чешуйка на хвосте не ворохнулась. Медленно, оглядываясь на каждом шагу и на всякий случай облившись полынью, которая отбивает запахи. Слишком уж острое обоняние у драконов…

Ей позарез требовалось кое-что проверить, а доступа в хозяйскую часть замка у нее не было. Теперь – не было.

Боялся Дубдраган за свой облезлый хвост! Берегся!

Ух, она б его… Нельзя, пока – нельзя!

Ридола поморщилась. Откуда-то потянуло такой сивушной вонью, что ей-ей… От такого и дракон загнется! А откуда?

Как тут было не сделать буквально пару шагов по коридору и не подглядеть в глазок? Осторожно, прислушиваясь, принюхиваясь, чтобы ее не обнаружили…

Ее?!

Да мужчина и целый парад не обнаружил бы! Рядами маршируй – не повернет голову! Судя по… две, три, четыре… Ага! Девять пустых бутылок и еще с десяток полных!

Да ему под такой дозой хоть что покажи! А куда это он смотрит, да еще с таким выражением лица?

Ридола сощурилась. Возраст? Когда речь шла о ее личном любопытстве, она могла дать фору любому соколу! И увидит, и услышит что надо!

Капитан стражи и доверенный дракон Клауса смотрел на маленький портрет Далины Ланидир. И где только взял? Он был нарисован давно, еще до ее побега! Миниатюра размером с ладошку, женихам отправлять. Как и положено в хорошей драконьей семье…

Смотрел, смотрел, а потом еще одну бутылку взял и высосал в один глоток.

И снова уставился.

Чувства?

Ридола кивнула сама себе и закрыла смотровое окошко. А потом отправилась дальше.

Спальня.

Вот и он – ночник. И один из камней… Ридола сощурилась, достала из кармана платок с пятнышком засохшей крови, приложила к алому камню. И была вознаграждена теплым сиянием, разлившимся по его поверхностси.

А крови и не осталось.

Женщина сунула платок за пазуху и торопливо покинула комнату, так же стараясь не шуметь.

Она узнала все, что хотела, и даже немного больше. Теперь надо действовать!

Глава 2

Россия, наши дни

– Костя, а правда, есть в городе что-нибудь подобное?

– Дашк, ты уверена?

– Мне не хотелось, сам понимаешь, опасное это дело. Но деньги нам нужны.

Костя кивнул.

– Попробую разузнать.

Дверь хлопнула.

– До-оч-ка!

Далина медленно поднялась с кровати.

Валентин?

Когда-то давно это существо было человекообразным. Даже, наверное, симпатичным, высоким, светловолосым. А сейчас…

Перегаром от него воняло на всю комнату. А еще несвежей одеждой и потным телом. Жуткая смесь запахов, Далина аж закашлялась. Ладно, в отряде и не такое бывало; поверьте, гангрена пахнет хуже.

– Дядя Валя! – подтвердил Костя.

– Ага! – подтвердило существо. – Доча, денег дай?

– С какой стати?

И были бы у нее деньги, ни медяшки б не дала! То есть ни рубля! А денег и так нет!

– А то здесь останусь! – нагло заявило тело. И плюхнулось на пол. – Ты ж папку не выгонишь, я ж тут прописан!

Далина хмыкнула.

Она отлично поняла, о чем речь. Вот это скотообразное было прописано в бараке и ему принадлежала половина комнаты. Так в свое время были оформлены документы: одна половина Далине, то есть Даше, подарком от матери еще при ее жизни, вторая половина папочке. Вот он и повадился. Так-то после смерти матери он жил у какой-то бабы, но, когда уходил в запой, та его выгоняла к дочери. Папаша приходил, орал, бушевал, распускал руки, требовал денег… Даша давала. Защитить-то она себя не могла.

Даша.

– Не выгоню? – ласково спросила драконица.

Алкоголик заметил, как глаза девушки на миг блеснули красным, но списал это на освещение. А что? Померещилось! Бывает… Страха он и вовсе никакого не испытал. Какой тут страх – по пьянке? Так что подошла к нему Далина совершенно спокойно.

И крепко пнула сзади, по почкам. Единственное, жаль, что на ногах были тапочки. Вот если бы сапоги с жестким мыском или ботинки ее любимые… так почки из брюха погулять бы вышли! Но и так получилось вполне доходчиво – алкаш воздвигся с пола.

– Ах ты ж…

Продолжить Далина ему не дала. Чего это он при ее детях будет воздух портить? Взяла «на прием», и согнулся несчастный в три погибели. Заодно и заткнулся, потому что Далина не пожалела, так руку в суставе выломала, еще немного – и треснет кость.

Ладно, не треснет, разве что вывих будет, но алкашу-то больно! Суставы-то хрустят! А как его еще удержать? У него масса в два раза больше, чем у Даши. Если его надежно не зафиксировать – вырвется. Хорошо еще, не полный алкогольный наркоз, тогда эти уроды к боли нечувствительны. А сейчас в самый раз сойдет.

– Костик, ну-ка, подай мне вон ту скалку, – вежливо попросила Далина.

Эх, ну что за противное тело! Не размахнуться! Не зафиксировать как следует! Вот раньше она б его одной рукой скрутила, второй прибила. А эта сдыхоть что может? Ну ничего, она и так справится, тычками по болевым точкам… она это умеет!

– Еще раз! Ты! Сволочь! Явишься! Ко мне! – с каждым восклицанием Далина тыкала в алкаша ручкой скалки, попадая в те самые болевые точки, и мужчина принялся орать как резаный. – Я ж тебя! Погань! Под землю! Зарою! И там! Достану! Вырою! И выкину! На помойку!!!

Продолжая разъяснительную работу, она вывела алкаша на крыльцо, поставила поудобнее, прицелилась – и пнула в зад. Хорошо так пнула, к ужасу соседей, душевно. Туша Валентина полетела с крыльца, по дороге проскакала по детской песочнице, своротила два ведра с водой, разводя во дворе грязь, и почти упокоилась в туалете типа сортир.

А, нет!

Недолет.

Уходить Далина не торопилась. Стояла, скалкой так небрежно по ладошке похлопывала, наблюдала. Она понимала, сейчас вот это, пьяное и озверевшее, может вернуться, и лучше его встретить здесь. Где просторнее, спокойнее, где точно ничего не поломается, кроме слишком любопытных соседей, но их не жалко. А свою мебель – жалко!

– Дашка, ты чего? Это ж батька твой! – вякнул кто-то.

– Пр-равильно! – рявкнула Далина так, что вздрогнули даже туалеты. – Другого я бы давно в сор-ртире утопила, а этого тер-рплю!

Намек получился вполне понятный. Соседи принялись переглядываться. Далина на них не смотрела: во-первых, они для нее пока все на одно лицо, во-вторых, опасность исходила не от них. От папаши.

Валентин очухался от родного запаха уборной, оклемался и понял, что денег не будет. А нет денег – нет выпивки… И вообще, как это так? Дашка – не дает?!

Так не бывает!

Осознать, что мир изменился, он пока не мог, а потому подхватил обломок какой-то палки, кажется, изначально это был черенок от лопаты, и попер на дочь.

– Да я ж тебя…

Что он там хотел сделать, Далина прослушала.

Шагнула с крыльца, развернулась, скрестила скалку с черенком, аккуратно отводя его в сторону и вниз. Палка уперлась в землю, и Валентин, который по инерции полетел вперед, мощно напоролся на нее брюхом, а головой затормозил о стенку барака.

Лицо мужчины побелело.

– Ы-ы-ы…

– Костя! Вызови скорую!

– Убили! – заорал кто-то. – Как есть – убили!

– Статья сто двадцать восьмая УК РФ, часть первая. За клевету, – громко произнесла Далина. Благо, Костя проконсультировал и по этому вопросу. Мальчишке хотелось бы стать адвокатом, но не с его возможностями такое осилить. Какое за это дают наказание, она не запомнила, да и ни к чему. Главное, местные заткнулись. – Костя!

– Вызвал уже! Сейчас приедут! А чего это с ним?

– Ушиб сильный. Так лететь-то! Все себе отбил, когда споткнулся. – И Далина медленно, расчетливо погладила скалку.

Днем, накормив обоих детей обедом и уложив спать, Далина стала подводить итоги.

Этот мир монорасовый.

Если в ее родном мире были и драконы, и русалки, и много кто еще, то здесь только люди. Это было не хорошо и не плохо. Красные драконы, и Далина в том числе, отлично знали про теорию множественности миров.

Этот мир условно без магии. Конечно, так не бывает. Потоки эфира здесь имелись, и следовательно, их можно использовать. К тому же местные знали о существовании магии, а значит, она была.

А может, есть сейчас, но не для всех. Впрочем, ей это неважно, у нее свои интересы. Она – дракон, для нее магия точно будет. Всегда.

Это мир, в котором сложно, но можно устроиться, и вот это самое главное. Ей просто нужны деньги, чтобы обеспечить себе и детям сносное существование. Может она это сделать?

А почему нет? Только вот где заработать?

Далина оценивала себя здраво. Она хороший военный, но тут ее навыки не пригодятся. Увы. Здесь другая армия, да и не сможет она сейчас служить, и иностранный легион, вроде ее прежнего отряда, ей тоже не подойдет. Куда ей с ребенком, даже с двумя? На кого она их оставит?

Телохранитель? Охранник? Тоже не вариант. Она просто не сможет надолго оставлять детей, а это работа круглосуточная, рисковая (что тоже противопоказано, пока дети не вырастут). К тому же местное оружие она пока не изучила, да и подстраиваться под какую-нибудь фифу… нет, на это Далина была органически не способна. Драконий характер, знаете ли.

Впрочем, были и другие варианты.

ММА.

Смешанные боевые искусства. Вот это ее весьма и весьма заинтересовало. А что? Провел бой, получил деньги, достаточно большие по местным меркам. А если бой зрелищный, если можно еще и ставки делать, тем лучше. Даже подставные бои Далину не смущали.

Грязно? Обман?

А люди туда зачем приходят? Чтобы получить адреналин, пощекотать себе нервы, набраться впечатлений… и за тем, чтобы их обманули, тоже. Она должна думать о таких? Да она их даже есть побрезгует! Насмотрелась в своем мире… Бойцы хоть дерутся честно, а эти сами ни на что не способны, а крови требуют! Упыри!

Оставалась самая малость. Попасть на такие бои.

Кое в чем ей повезло. Она оказалась в достаточно крупном областном центре, городе-миллионнике. С ума сойти, какие люди плодовитые! Драконов миллион не наберется, даже если их всех сложить. А тут только в одном городе. А сколько всего городов на планете? Но это пока неважно. Главное, что в таком городе должны быть ММА-клубы. И проводиться ММА-бои. Наверняка есть и подпольные. Надо только туда попасть.

Далина решила, что начнет с клубов, а там посмотрит.

Бояться ей было нечего. Драконья сила – она и есть драконья сила. Соперников ей тут не найдется. Даже в этом теле, даже сейчас она справится… да практически с кем угодно. Надо просто провести разведку, посмотреть, на что способны местные бойцы, попробовать их на зубок… нет, пока не в том смысле. Драконы вообще людоедство не уважают.

Они могут сожрать человека. Еще как могут. Не стоит скрывать сей печальный факт. Все же дракон – здоровущая рептилия, крылатая и огнедышащая, потому врага слопает и не задумается, инстинкты возьмут вверх. Но это считается дурным тоном. Не принято, знаете ли, прилюдно портить воздух, чесать половые органы и жрать своих врагов. Как здесь говорят – не комильфо.

Хотя никто не сказал, что нельзя. Тем более если никто не видит… Ситуации бывают разные, а поговорка «Нет тела – нет дела» привела Далину в драконий восторг. Правда же!

Но была одна главная причина, по которой драконы не любили есть людей. Они отвратительно переваривались. Человек – это не только мясо, это еще и весьма неудобные кости. А у дракона клыки. Понимаете? Не прямые коренные зубы, которыми можно дробить и перетирать, а пасть клыков в два ряда. Резать, рвать, но не грызть кости! Так сожрешь сегодня, а кости получится переварить только через месяц-другой. И все это время они будут доставлять неприятные ощущения, что-то вроде серьезной изжоги. Так что лопай на свой выбор.

И кстати, человек – это просто невкусно. Лично Далина предпочитала рыбу, но знала драконов, которые любили говядину и баранину, однако свинина не нравилась почти никому. И человечина тоже.

Вкус и запах не те. Конечно, с голодухи можно и такое сожрать. Если, к примеру, вопрос стоит так: или смерть, или людоедство, но при прочих равных – фу!

Так что она решила найти адреса ММА-клубов, сходить посмотреть, а потом и поучаствовать, если что. И нынешняя внешность ей даже в плюс шла. Вот в драконьем теле Далина выглядела так, что могла половину клуба пинками разогнать. А тут хрупкая девчонка, почти прозрачная…

Никто ж не знал, что душа сейчас меняла кровь, что кровь меняла тело…

И не надо. Стальной прут – он тоже тоненький, но, если им ударить, мало не покажется.

Далина опустилась на пол. Отжиматься. Чем больше усилий она приложит, тем лучше станет ей повиноваться тело. Да и перестройка пойдет быстрее. Зрение уже улучшилось, и сердце бьется ровно, и реакция стала лучше.

«Работаем, Далия, работаем! У тебя еще много дел…»

Ближе к вечеру в дверь постучали.

Далина насторожилась. Шаги за дверью принадлежали не Косте. Вообще не мужчине. Скорее это была женщина. Пахло чем-то едким, химическим. Наверное, лекарствами. Женщины этого мира предпочитали такие ядовитые запахи. Слышалось пошаркивание и пристук… Не свекровка ли пожаловала? Несостоявшаяся.

Далина спокойно открыла дверь.

Ну, так и есть.

На пороге стояла баба на вид лет шестидесяти. Возможно, на самом деле она была моложе. Но очень уж портили ее седые волосы кудельками и морщинистое лицо без грамма косметики, да и само выражение лица – тоже.

Далина охарактеризовала ее сразу и четко.

Крыса в сиропе.

Насмотрелась она на таких в отряде. На словах все чистые, белые, пушистые, воды не замутят, муравьишку не раздавят. А как копнешь, на деле такая сволочь! Муравья они пожалеют, а человека сожрут с костями, так что дракону и не снилось.

Неприязнь вспыхнула, как драконий огонь. Могла бы Далина сейчас выдохнуть пламя – горел бы тут ровный костерок. Да вот беда – тело пока еще не перестроилось.

– Что вам угодно?

А вот взгляд сверху вниз у Далины получился отличный. И тело не помешало, и рост – метр с кепкой. Надменности было столько, что даже Нину Викторовну пробило. Жаль, ненадолго.

– Мне? Здороваться ты по-прежнему забываешь?

– Я вам здоровья не желаю, вот и не здороваюсь, – отбила подачу Далина.

Баба схватилась за сердце.

– Ох! Как ты можешь такое говорить пожилому человеку?

– Вот и я думаю – чего с вами говорить? – согласилась Далина. И попробовала закрыть дверь.

Помешала подставленная палка.

Далина посмотрела на костыль, затем на его хозяйку.

– Вторгаетесь в чужое владение? Законы нарушаете?

Нина Викторовна поняла, что первый раунд проигран, но ведь это еще не конец боя, правда же? И пошла в атаку.

– Мне нужно с тобой поговорить. Ты меня пригласишь или совсем забыла правила приличия?

– А вы как вампир, без приглашения не заходите? – оскалилась Далина. – Не приглашаю. Какие уж тут, в бараке, правила приличия?

– Благородный человек будет вести себя достойно в любой ситуации.

– Меня вы таковой не считаете. Костыль уберите, а то я его сейчас пну.

Второй раунд оказался тоже проигран.

– Ты хочешь, чтобы о наших личных делах знали все окружающие?

Далина стрельнула глазами по сторонам. Вот ведь как интересно устроены местные люди! Как что – они водку жрут и помощи от них не дождешься. А если скандал какой или что интересненькое происходит – мигом выползают уши погреть!

– Больше будут знать – меньше станут врать.

Нина Викторовна поняла, что с этой стороны не пройдет, и зашла с другой:

– Ох… мне же тяжело стоять!

– А вы на кухне табуреточку возьмите, – подсказала ласково Далина. – Как раз тут сядете, и поговорим.

– Хорошо. Можешь принести мне табуретку.

Далина подняла брови. Даже в Дашином теле это получилось более чем выразительно. Эх, где ее родная внешность?!

– Я?

Нина Викторовна изобразила страдание. Получилось откровенно плохо.

– Ты же видишь, мне тяжело!

– Тогда коврик перед порогом к вашим услугам. Я его лично стирала… в том году.

Со стороны Костиной комнаты послышалось хрюканье. Надо будет с ним провести разъяснительную работу. Она тут дипломатией балуется, а мелкий паршивец ее с настроя сбивает. Далина на таких Нин плевала огнем с высоты километра. И попадала, кстати. А вот Дашино тело на уровне рефлексов, где-то в подсознании, так и норовило сжаться, согласиться на все, уползти… Как же бедную девчонку загнала эта мегера! Помрешь тут!

Приходилось себя контролировать, чтобы не зажиматься, стоять ровно, смотреть надменно. Получалось. Но это и неудивительно. Сколько лет практики! Барак на этом месте меньше стоит!

– Наглая девчонка!

– Благодаря вашему сыночку – уже молодая мама. Что отличает девчонку от женщины – знаете, или учебник анатомии одолжить?

– Фу, как вульгарно!

– Любезнейшая, – в голосе Далины не было ничего, кроме вселенской скуки, – вы свое дело изложите или еще часик тут постоим?

Нина Викторовна заскрипела зубами и сдалась.

– Вот об этом я и хотела с тобой поговорить. Я считаю, что мой мальчик не виноват в твоем положении!

Молчание. Если Даша и принималась уверять, что она девушка честная, то Далина просто не видела в этом смысла. Зачем тратить время и силы? Все равно переврут как захотят.

– И я думаю, вам надо сделать ДНК-тест. Чтобы точно установить отцовство!

О таком Далина и в своем мире слышала. Более того, сама могла сделать. На то она и алая драконица. А если прислушаться к тому, что пела ей кровь, то – увы. Ее Василисочка и эта гидра действительно родственницы. Печально, но факт.

Хм… в ее мире это было дорого. Алые за это бешеные деньги брали. А тут?

– У меня нет денег.

– Я оплачу процедуру. У нас ее делают в «Линкомеде», можем сходить хоть завтра.

Далина насмешливо фыркнула:

– А с чего вдруг такая щедрость?

– Не хочу, чтобы на репутации моего сына было такое пятно, – поджала губы баба. – Он у меня мальчик из приличной, верующей семьи…

Хрюканье из-за Костиной двери стало вдвое громче. Далина только головой покачала:

– Нет.

– Можем завтра с утра… Что?!

– Нет, – отрезала Далина. – Мы никуда не пойдем.

– Я так и знала, что ты свою девку невесть от кого нагуляла! – гордо выпрямилась баба.

Тут уж Костя не выдержал. Может, юристом ему и не стать, но законы он знал и решил выступить. Высунулся из комнаты и заверещал на весь коридор, к полному удовольствию зрителей:

– Нина Викторовна, вот мы подадим на установление отцовства, суд экспертизу назначит, тогда и пойдем куда скажут! А пока Дашка права – чего дергаться? Ваш Вовка невесть где служит, с кем родство-то устанавливать?

– У меня есть его волосы… – Баба чуточку растерялась от такого нахальства. Да и вообще, этот разговор выбил ее из колеи.

Все шло не так. Словно Дашка резко поменялась. Но это все равно она, так ее не подделает никто. И одежда ее, и лицо, только вот взгляд серых глаз холодный, жестокий, и кажется, зрачки вертикальные?

Нет, не понять… Наверное, свет так падает. Глупости какие!

– Если это все ваше дело, то мой ответ – нет, – напомнила о себе Дашка.

Нина Викторовна стукнула клюкой об пол.

– Да ты… ты, дрянь гулящая, хочешь на моего сына своего выщенка повесить?

– В суд, – отрезала Далина, не размениваясь на ругань.

– Да я тебя…

Забывшись, Нина Викторовна, взмахнула руками. Костыль сдвинулся – и тут же перед ее носом захлопнулась дверь. Костя заржал, показал бабке средний палец и удрал к себе.

Может, если бы не это, Нина Викторовна и сдержалась бы, а так…

– А ну, открой, гадина! Я с тобой еще не договорила!

Далина покосилась на кровать.

Василиса заворочалась и недовольно хныкнула. Из-за двери неслись стук, треск и скандальные вопли, призывающие «наглую девку» немедленно проявить уважение к старшим. Руки чесались его проявить, но… рукоприкладство, при свидетелях… нет, нельзя.

Нельзя бить первой, даже если оппонент давно этого заслуживает. А что тогда делать?

Далина огляделась по сторонам. Увы, воды нет, да и повторяться – это пошлость.

Из-за того, что соседи пили и подворовывали продукты, Даша многое хранила у себя в комнате. И что тут у нас есть?

Какая прелесть!

Дверь распахнулась внезапно.

Нина Викторовна, которая колотила по ней клюкой, по инерции замахнулась.

– Ой! – сказала Даша, выпуская из рук пачку крахмала и отскакивая назад.

Пачка перевернулась в воздухе, раскрылась, и совершенно случайно возмущенная дама оказалась осыпана крахмалом с головы до ног.

– Ой! – сказала Нина Викторовна.

Кто-то из соседей заржал.

– Мне кажется, вам надо срочно в душ, – ангельским тоном подсказала Дашка. – Вы идите, Нина Викторовна, полы за вами я, так и быть, помою.

– Ты!!!

– Вы уж в следующий раз поаккуратнее будьте. Мало ли, что и у кого в руках окажется. Хорошо, я пирог печь собиралась, а не полы с хлоркой отмывать, – посетовала Далина.

Нина Викторовна поняла, что сражение проиграно, и решила отступить. Ничего, она еще вернется! И гадкая девица пожалеет.

– Мерзкая дрянь!

Горделиво удалиться помешал Костя, который выл раненой гиеной у своей двери, и таращившиеся на нее соседи. А крахмал все еще летал в воздухе…

– Снег кружится, летает, летает, – пропел Костя. – Дашка, давай ведро, я за водой схожу.

– Держи.

Полы пришлось отмывать, но ребенка это не потревожило ни капельки. А Далина подумала: вот заберет она сына, и что? Его сюда приносить?

Не вариант.

Она – дракон. Ей нужна личная пещера… ладно, в местных условиях – дом. А значит, нужно много денег.

«Держитесь, клубы, я иду».

Ардейл, замок Ланидиров

Норберт печально смотрел на тело, лежащее в саркофаге.

Далина была прекрасна при жизни, не изменилась и после смерти. Словно спала.

Струились по плечам алые волосы, улыбались алые полные губы…

Лина, Лина…

Только вот что он мог сделать?

Ничего.

Норберт являлся сыном придворного библиотекаря и, конечно, по уши был влюблен в дочку хозяина – такую яркую, горячую, полную жизненных сил, недосягаемую и крылатую, умную и гордую, сильную и невероятно хрупкую. Как можно было не любить Далину? Правда, она на него такого внимания не обращала.

Друг? Да, безусловно, Норберт был ее другом. Но о чем-то большем ему и заикаться не стоило. Впрочем, он и так был счастлив. Он находился рядом, мог ее видеть, разговаривать с ней, он будет знать, что Далина счастлива, – что еще надо?

Увы, этого ему не дали.

И Норберт с горечью осознал, что он – ничтожество и трус.

Да, именно так. Сначала Далина сбежала, и он ничем ей не помог, а потом его любимую девушку заставили выйти замуж за другого, принудили, практически взяли силой, а он…

А он сидел в своей библиотеке и ничего не мог сделать.

Только вот…

Далина любила алые розы, и сегодня Норберт принес ей букет. Положил в ногах, коснулся холодного золота саркофага.

– Прости меня, Лина. Я буду рядом с твоим ребенком, обещаю…

Показалось ему, или улыбка на губах Далины стала презрительной?

Рядом? Ничтожество! Что толку быть рядом, если ты ничего не сможешь сделать?

– Обещаю, я расскажу твоему сыну о тебе. Всю правду расскажу…

Еще раз посмотреть в лицо мертвой любимой Норберт так и не решился. Развернулся – и вышел. И дверью усыпальницы хлопнул.

Куда уж ему было заметить, как тень в углу сгустилась, уплотнилась, обрела объем и плоть – и стала высоким черноволосым мужчиной.

Еще один незваный гость подошел к гробу, коснулся щеки Далины. Только говорить ничего не стал. Зачем?

Что толку от его слов?

Он присягу давал, он не сможет ее нарушить. И любовь к прекрасной алой драконице ничего для него не меняла. Вообще ничего. Клаус никогда не позволил бы ему, им… да что там! Если бы он просто заподозрил, что происходит в голове у его капитана, он бы убил обоих.

Не заподозрил.

А сейчас это уже и не так важно. Далины все равно нет. И Клаус о ней даже не вспоминает, разве что кривит губы, когда смотрит на малыша. Сын – копия матери.

Сможет ли Беннет ему помочь?

Капитан не знал.

Хотел бы, но… клятва не даст ему свернуть в сторону.

Говорили, что алые драконы могут многое, в том числе и с клятвой разобраться. Но кто бы ему подтвердил или опроверг эти слухи? Далина? Да у него даже возможности с ней поговорить не было. Так, парой слов перекинулись, и то с ее стороны сквозило лишь жестокое холодное презрение.

А с его… Вот так он и начал признаваться в любви жене своего хозяина! Говорить о клятве, каяться в грехах, просить о прощении и любви. Смешно даже.

После ее смерти он так нажрался… вино пил, как воду, и все равно не взяло. Кто бы знал, как ему было плохо! И сейчас волком выть хотелось.

Зачем он сюда приходит?

А потому что дурак. Другого ответа у мужчины не было. Мертвое тело ему не ответит, а смотреть и каждый раз рвать себе душу когтями… больно.

Но и не приходить Беннет не мог. Он не приносил роз, не читал стихов, но тоски в его взгляде хватило бы на трех драконов.

Далина…

Россия, наши дни

– Дашка, а у Вовки когда срок выходит?

– Призыв был осенний, вот и считай, первого октября.

Это Далина нашла в записях Даши. Та, в лучших традициях «порядочной девушки», а по мнению Далины, малолетней влюбленной идиотки, вела дневник. Да-да, кто бы спорил, сейчас все в телефоне. А если он откровенно паршивый и старый? Б/у и куплен с рук?

В телефоне были фотографии, а все важное Даша записывала в тетрадку с сердечками и котятами: что нравится и что не нравится Вовочке и его мамаше, когда у них были свидания, свои впечатления…

Далина с этой тетрадкой даже в туалет не пошла бы – раздражение будет. Вернее, уже есть, хотя и не в том месте. Как можно быть такой доверчивой дурой? Драконица и в десять лет была умнее.

Хотя…

Родители драконицы занимались только собой. Но у нее были Фредо, и старый библиотекарь, и друзья, и учителя, которые воспитывали ее. Может, и не идеально, но основа была. База, если хотите.

А что было у Даши?

Кулинарный техникум и мама, которая повторяла, что главное в жизни – удачно выйти замуж.

Ага, сама «удачно» вышла и дочери решила жизнь испохабить? Такое замужество, пожалуй, похлеще будет, чем у Далины с Клаусом. Клаус на нее руку не поднимал и нарочно не мучил. Договор был по всем правилам, права и обязанности в браке расписаны. Его окружение пыталось издеваться, особенно Рассина… ух, добралась бы Далина до этой белобрысой сволочи! Но драконицу не били, не морили голодом, а насмешки ей давно хвостом были. Ребенка она вынашивала более-менее спокойно, а что ее убьют, знала с первого дня замужества. Таков был договор, чего уж там…

Отца, мать, братьев – убили. Ей сделали предложение. Если согласится, Клаус будет заботиться о ее клане как о своем и власть потом перейдет к их сыну.

Если нет…

Ребенка от нее можно получить разными путями. А вот алых драконов Клаус будет попросту вырезать. Далина точно знала – он бы так и поступил. Да, такое свойство красных драконов – знать, врут тебе или нет. Не просто так они алые, не просто так…

Много времени прошло с той поры, очень много, и забылось уже основное свойство каждого дракона. Да, каждый дракон обязательно владеет магией огня. Умеет превращаться. Способен летать. Это здоровущая, длиной до пятидесяти метров (с хвостом) чешуйчатая ящерица, и чешуя у нее не хуже иной брони. Черные драконы созданы для войны. Они силовики, и найти тех, кто их одолеет, весьма непросто. Золотые драконы могут почуять под горами даже крупинку золотого песка. Синие драконы могут управлять водой и воздухом. Зеленые даже в пустыне вырастят сады. Это помимо огня.

А вот алые…

Кровь – алая у всех. Даже у русалок, как ни странно. И именно с кровью умеют разговаривать алые драконы.

Из них получались лучшие целители и диагносты, они могли справиться практически с любой болезнью. Но это были далеко не все таланты алых драконов. То, что проделала Далина и в чем ей помог сын, тоже было одним из талантов алых драконов.

Кровь к крови, сила к силе… при этом неважно, жив ты или мертв, главное в другом. Кровь зовет, кровь поет… Когда Клаус решил убить супругу, она отправилась попрощаться с сыном. И капелька крови Далины стала якорем.

Что такое – одна капля крови?

Меньше чем ничего, секунда, и она высохла и ее развеял ветер. Но Далина отдала эту каплю, чтобы ее сохранил сын. Отдала с частичкой своей души и силы и теперь чувствовала свою кровь. Через миры, через границы… Эта капля звала ее, и сын тоже звал – и однажды, очень скоро, она придет.

А пока следовало жить здесь. И для начала устроиться покомфортнее.

– Я все думаю, чего эта гадюка колченогая к тебе приперлась. – Костя потер лоб. – Ты ж знаешь, у нее снега зимой не допросишься, а тут пришла, предложила… Нет, не к добру!

Далина пожала плечами.

– Наплевать. Скажи, ты сегодня посидишь с Васей?

– Посижу, конечно. А ты?

– А я хочу сходить в тот клуб.

Адрес Костя для нее нашел. И Далина его запомнила.

«ММА lifestyle»[1].

Посмотрим, что это за стиль жизни такой…

Умар Бероев сидел в своем кабинете и смотрел на главный зал. Ему так нравилось. Король озирал свое королевство. Не только через камеры, но и лично. Зал в ММА lifestyle был двухярусным. На первом этаже – тренажерные и спортивные залы, раздевалка, душевая, ресепшен. На втором – кабинет хозяина, массажные кабинеты, косметология, ну и еще кое-что для отдельных клиентов. С хорошей звукоизоляцией.

В качестве места для наблюдения кабинет Бероева был великолепен. Из него открывался вид на весь первый этаж. Одна стена была полностью стеклянной: прозрачной с внутренней стороны и темной – с внешней. Все знали, что Умар в любой момент может наблюдать за происходящим в зале, и лишний раз не ленились. И правильно. Расслабятся без хозяйского глаза – потом проблем не оберешься.

На столе звякнул телефон.

– Умар Дамирович, у нас проблема, – раздался голос Наташи с ресепшена.

– Какая проблема?

– Вы не могли бы подойти на ресепшен? Тут у Рустама проблема.

– Какая?!

У Рустама проблема? Ему что – балка на голову упала? По-другому этого быка не проймешь!

– Ему тут руку сломали… кажется, – пискнула Наташа.

Умар от шока чуть через окно не вышел.

Рустаму сломали руку на ресепшене? А может, еще инопланетяне прилетели, а он не в курсе? Это что-то запредельное! Силовики устроили рейд в их клубе? Да нет, вряд ли. А кто тогда? Умар кинул трубку телефона на базу и решительным шагом направился посмотреть на чудо.

– Что тут происходит?

Картину в разуме уместить не удавалось.

Рустам лежит на полу лицом вниз. На нем сверху сидит девчонка. Свороченный стол, покосившаяся стойка, подозрительно бледная и растрепанная Наташа, сбитое покрытие…

– Да что тут случилось, вашу мать?! – громко спросил Умар, но услышан не был, потому что в эту секунду Рустам испустил протяжный вой, и девчонка с него спрыгнула.

Бероев на всякий случай посмотрел на их одежду… Нет, оба одеты, выть не с чего. Так что случилось?

Ясность внесла Наташа:

– Тут девушка зашла, спросила, где тренируются. Рустам Мирзаевич ее увидел, сказал: пойдем, покажу, ну и шлепнул ее…

Умар в этом не увидел ничего такого. Рустам был одним из его лучших клиентов. Боец, каких мало, а что на баб падок… И что? Со всяким бывает! Бабы сюда тоже больше ходили, чтобы жеребца на ночь найти, так что все довольны. Но что-то пошло не так?

– Девушка ему сказала, что руку сломает. Рустам Мирзаевич засмеялся и опять руку протянул, а потом я сама не поняла, что случилось.

Умар зло посмотрел на нее и хотел было сорваться, но его перебил холодный голос:

– Плечо перебинтуешь, и дня три не нагружать. Потом, если захочешь, покажу этот прием, но тебе не подойдет. У тебя масса большая. Это для таких, как я. А для тебя можно кое-что другое придумать.

– А ты через три дня тут будешь?

– Приду вечером. Слово даю.

Умар смотрел, как Рустам (Рустам!) обменивается рукопожатием с русской бабой, словно считая ее равной или выше, как исчезают в его лапище маленькие пальчики девчонки – да она ему чуть выше пояса! – и чувствовал, что мир странно уплывает из-под ног.

– Так! Все в мой кабинет! Наташка, где запись с камер? Выведи на экран!

Рустам и русская баба переглянулись, и Рустам качнул головой:

– Это Умар, он тут главный. Пошли, покажу тебе, где его кабинет.

– Главный?

Девчонка посмотрела на Умара, и он вдруг ощутил что-то вроде страха. Да нет! Чего ему бояться? Вокруг его люди, да он и сам эту соплю в секунду скрутит!

А мороз бежал по позвоночнику, словно намекая: хозяин, ты, конечно, и главный, и крупный, и самэц, но, может, не раздражать эту девицу? А то… сожрет?

Судя по взгляду, может.

В своем кабинете Умар почувствовал себя хозяином. Упал в кресло, посмотрел на Рустама:

– Ну и?

Рустам развел руками:

– Клянусь, плохого не хотел.

Умар и не сомневался. Но что случилось-то? Запись он уже просмотрел и только в замедленном воспроизведении смог увидеть, как хрупкая девушка подправляет траекторию движения мужчины, как берет его на прием…

Девица, кстати, сидела в кресле с таким видом, словно все вокруг были ей должны, смотрела в окно, изучала зал. Молчала.

Умар взглянул на нее:

– Что вы можете сказать в свое оправдание?

Далина подняла бровь. Получилось достаточно иронично.

– Масса мужчины больше моей, поэтому руку я ему не сломала, а только вывихнула. Пользуясь его же весом. Обещаю исправиться.

Умар аж воздухом подавился от такой наглости.

– Ты… ты что себе позволяешь?

И опять равнодушный светлый взгляд, от которого сделалось холодно. Нет, драконы не людоеды. Но если дракон совершенно случайно кому-то откусит голову, он ее проглотит. Не плеваться же? Это так некультурно!

– Я? Любезнейший, я пришла в клуб, потренироваться. Сначала мне сказали, что уборщица тут не нужна. Потом ваш друг протянул руки куда не следовало. Я проявила максимум сдержанности, все живы и целы. Но репутация вашего заведения явно преувеличена. Бои! Ха, да тут со мной-то никто из ваших бойцов не справится. Пожалуй, я поищу заведение поприличнее.

– Что?!

Умар и сам не понял, что попался на удочку.

Никто не справится? Вот же… наглая! Да Умар лично тебя одним пальцем в бараний рог завернет… Ладно, не лично, Бероев давно уже не выступал. Но разве не найдется тот, кто скрутит поганку в бараний рог? Рустам по глупости попался, а вот Хусейн… Ты нарвалась, зараза!

Хозяин развернулся к девчонке:

– Выдержишь три боя – получишь бесплатный абонемент. На год.

– По году за каждый бой, – не поддалась Далина.

– Хорошо. Выигранный бой.

– По рукам.

Тонкая бледная ладошка исчезла в ладони Умара полностью. Ну что это за баба такая? Моль бледная, кошмар жуткий! Вот у Бероева жена – красота. И спереди есть что оценить, и сзади, и брови вразлет, и глаза огромные, и косы какие! А эта что? Ее, поди, в постели и не найдешь! А если и найдешь, так раздавишь, неловко повернувшись!

– Когда?

– Сейчас, – рыкнул Умар, благо один из спортивных залов был свободен, и принялся набирать номер. – Хусейн, можешь подойти в третий зал? И Махмуда захвати, на всякий случай.

– Правила у боев есть? – ожила девица.

– Боишься? – смерил ее насмешливым взглядом Бероев и тут же отвел глаза. Еще кто кого испугается! Страха в серых глазах не было вообще. Только плотоядный хищный интерес.

– Нет.

– В пах не бить, глаза не выдавливать, не кусаться.

«Не убивать. Не калечить», – мысленно продолжила Далина. Вот это сложнее всего, когда мужчины настолько крупнее. И что? Физика – она и для драконов работает, и для всех остальных. Есть масса – есть инерция. А если вспомнить, чему ее учил Фредо? Старый наемник не знал, какой она вырастет, просто повторял одно и то же. Женщина всегда слабее мужчины[2]. Это закон. Надо использовать то, что есть. Гибкость, ловкость, подлые ухватки. Не надо бить кулаком, надо сделать так, чтобы твой противник убил себя сам. Не надо давить его массой, просто помоги врагу. Законы рычага тоже не меняются от мира к миру[3].

Далина была хорошей ученицей. Она ведь еще жива!

Зал был не слишком большим: метров восемь на восемь, на полу разметка. Умар кивнул на круг, свободный от спортивных снарядов:

– Драться – там. Хусейн, Махмуд, рад вас видеть!

Гортанное наречие Далина не понимала, да и зачем? И так ясно. Судя по взглядам на нее, Умар рассказывает, какая она нахалка, и предлагает бабу проучить. Возможно, просит не калечить.

Далина сняла старенькую куртку. Она пришла в спортивном костюме и не прогадала. Легко, удобно, двигаться не мешает. Кроссовки тоже сняла, она не привыкла к такой обуви, лучше босиком.

Хусейн шагнул в круг первым. Далина последовала за ним. Привычно, как учили, поклонилась. Рука к сердцу, голова чуть наклоняется, взгляд не отрывается от противника.

Мужчина подумал, сложил руки и тоже поклонился с усмешкой. Сделал шаг к ней и протянул руку.

Этого было достаточно. Далина скользнула вперед, поднырнула, ухватила и повела. А в следующий миг Хусейн обнаружил, что разглядывает потолок. Вскочил, жутко разозлился.

– Когда бой считается выигранным?

Эмоций в голосе Далины не было вообще. Словно робот говорит. Да что там! У нее даже дыхание не сбилось! Умар задумался.

– Три касания ковра спиной. Идет?

– Первое – считается?

– Нет, – оскалился мужчина.

Далина даже плечами не пожала. Зачем? У нее тут есть нечто более интересное. Хусейн явно не смирился с проигрышем, просто сейчас старался быть осторожнее. Шаг, второй, и снова он оказывается на полу. Но – как?! А девчонка стоит рядом, смотрит.

Да что ж за наглость такая?

Он не видел, как переглянулись Умар с Махмудом.

Они оценили. Чтобы ударить, чтобы просто дотронуться, Хусейн делал движение вперед. Девушка подхватывала его и использовала в своих целях. Она его почти не роняла, просто направляла в нужную сторону. И сил не тратила.

Хусейн, разозлившись, двигался вперед. Ему хотелось достать наглую девчонку… удар кулаком был выполнен безукоризненно. У него же длиннее руки и ноги, он должен ее пробить, правда? А в следующую секунду его снова шарахнуло об пол, только намного сильнее.

Воздух с шумом вырвался из его груди. Головой он тоже приложился, Далина силы не рассчитала. В своем теле она бы его придержала бережнее, а тут вес-то не драконий, а цыплячий! Поди, поймай такого быка!

– Достаточно? Или еще разок повторить? Мне кажется, ему плохо будет.

– Плохо?

– Я чуточку не рассчитала, он головой ударился. Если нужно, я могу еще раз, но… это будет перебор.

– Хусейн?

Мужчина шевельнулся на полу.

– Да… чего-то я…

Девушка опустилась рядом на колени.

– Ну-ка, замри… – Рука прошлась по затылку, спустилась ниже. – Позвоночник в порядке, но лучше что-то фиксирующее и пару дней без нагрузок. Прости, неудачно вышло, давай помогу подняться.

– Я сам!

– Это понятно. Просто чтобы ты головой пока не двигал.

Впечатление было откровенно жутким. Эта девчонка… и Хусейн, который в два раза ее тяжелее и сильнее – и такой результат? А сейчас она его поддерживала и объясняла, что удар был неудачным, а позвоночник – место сложное, поэтому надо поберечься.

На это Хусейн согласился. И устроился в углу зала. Ему было любопытно.

– Со мной попробуешь? – Махмуд шагнул в круг, на ходу покрутил кистями рук, чуточку размял их. – Теперь достань меня.

И встал, скрестив руки на груди. «Ты можешь меня уронить, когда я двигаюсь. А что ты будешь делать, если я просто стою?»

Далина фыркнула. Потом аккуратно переместилась Махмуду за спину. Одно движение, и мужчина полетел на пол. Как стоял, лицом вниз.

– Ух!

Всего-то и следовало попасть в нужную точку. Если вы думаете, что стоящего человека сложно уронить, – зря. В обычной жизни человек не стоит ровно. Он старается занять наиболее энергоэкономную позу, больше опирается на одну ногу, освобождает вторую, старается прислониться к чему-то, и это отлично. Под одну ногу подтолкнуть, а вторую подсечь. Если сделать это быстро, никто ничего не поймет, не среагирует. Далина просто помогла Махмуду потерять равновесие[4].

Ага, разозлился, вскочил… Далина даже позволила ему сделать целых три шага. А потом опять уронила.

– Скажи, а ты только руками или оружием тоже можешь? – заинтересовался Умар.

– Любое холодное оружие, – отозвалась Далина, не отвлекаясь от противника.

– Вообще любое?

– Абсолютно.

– Метательное?

– В том числе.

В этот раз Махмуд был осторожнее и даже ощутил в пальцах ткань старой майки. А потом все равно полетел вверх тормашками. Так грянулся, что дух вышибло.

Далина сделала шаг назад.

– Поможешь встать? – Мужчина протянул руку.

– Нет.

Махмуд сверкнул глазами. Уж он бы дотянулся до поганки… И как она это делает? Вроде почти не двигается, но не ухватишь!

– Почему?

– Не доверяю.

Это было логично.

Умар кивнул приятелю, мол, отползай, и сам шагнул в круг.

– Если я тебе боккен дам?

– Боккен? – Далина впервые растерялась. Этого слова она не знала.

– Меч для тренировок.

– Дашь – или выберу? Под руку?

– Выбери сама, – предложил мужчина, кивая в сторону японского зала.

Да, был в клубе и такой, под настроение становившийся японским, китайским или корейским. Разные культуры? И что? Мечи повесить, пару вееров, иероглифы нарисовать, а уж чьи они там… кто разбираться будет?

Далина подошла к стойке, посмотрела на мечи, покривилась. Ей как-то ближе была пара клинок – кинжал. Клинок в правой руке, кинжал – в левой, удобно и работать, и удары парировать, и сила позволяла. А с этими палками ей было чуточку непривычно. А, ладно!

Она была наемницей, а на поле боя не всегда есть возможность выбрать оружие, так что худо-бедно Далина владела даже шестопером. И кистенем помахать могла, и с копьем управлялась при необходимости. В бою и так бывает, свое оружие выбили, так ты чужое подбери – и вперед! Фредо учил, а потом уж в армии натаскали получше.

Далина выбрала подходящее оружие и встала в стойку.

Умар осмотрел ее, хмыкнул и тоже взял мечи. Аж целых два. Шагнул вперед, попробовал нанести удар – и едва успел отпрянуть. Хорошая реакция. Мог бы и животом налететь на рукояти клинков, а это чревато. Далина их направила в пол, так что упор был бы хороший. Нет, до разрыва селезенки вряд ли дошло бы, но болело бы долго. А так просто на колено упал – и тут же ощутил, как загривка коснулся прохладный бамбук.

– Один.

Вторая попытка прошла еще менее успешно. Или более, это как посмотреть. Клинки были выбиты из рук Умара и полетели в дальний угол зала. Махмуд едва увернуться успел, а то получил бы поперек груди.

– Уй! – Умар затряс кистью, по которой пришелся удар. – Ты как это?

– Два, – озвучила Далина.

Умар махнул рукой и бросил боккен из левой руки на пол.

– Покажешь, как ты это сделала? Похоже, я с тобой тоже не справлюсь.

– Не, не справишься, – согласилась Далина. – Пари?

– Три года твои, без разговоров. В бухгалтерию зайдем завтра, сейчас уж все домой ушли. Тебя как зовут-то?

– Даша.

– Даша… так что с ударом?

– Клинок подними!

Далина дождалась, пока Умар выполнил ее приказ, замахнулся, как в прошлый раз, и уже медленно, очень медленно, показала, куда надо нанести удар, чтобы разжались пальцы, чтобы полетел выбитый клинок.

Умар оценил.

– Погоди, так же пальцы и сломать можно?

– Если ударить сильнее – да. Или сменить направление. – Далина чуть изогнула кисть, показывая, как прошел бы удар.

Умар оценил. У него пальцы просто ныли. А могла бы и покалечить… Странно осознавать себя человеком, которого пожалели!

– Даша, ты где так драться научилась?

Это был самый паршивый вопрос. А правда – где? Но и на него Далина знала ответ. Придумала. Благо такое не проверишь.

– Мать, когда я маленькая была, полы в спортивном зале мыла. А меня с собой таскала, ну и я училась. Талант был, а с учителями повезло.

– А, вот как. Бывает.

Далина кивнула.

– Я это умею. Рада, что ничего не забыла.

Она умеет…

Умела ее кровь, ее память алой драконицы. Тело Даши было просто основой, на которую все это хорошо легло и подстраивало сейчас под себя. Но кому это важно?

– Будешь ходить тренироваться?

– Буду, – кивнула Далина. – Но мне нужны деньги. Говорят, тут будет турнир?

Мужчины молча переглянулись. Первым нарушил молчание Умар:

– Турниры у нас регулярно бывают. Ты хочешь участвовать?

Далина кивнула:

– Хочу. Это возможно?

Мужчины переглянулись еще раз.

– Пошли-ка в кабинет, – решил Умар. – Ребята, спасибо, дальше мы с Дашей сами поговорим.

Спорить никто не стал. Видимо, полеты носом в пол стимулируют мозговую деятельность и пробуждают вежливость.

В кабинете Бероев устроился в кресле и кивнул девушке на второе:

– Садись. Поговорим.

Далина осмотрела кресло и устроилась на подлокотнике. Умар ухмыльнулся:

– Поняла?

– Из него так просто не выберешься. Не хочу драться, но и подставляться тоже.

– Расскажешь о себе?

Это было самое слабое место ее плана. Или наоборот?

– Петрова Дарья Валентиновна, двадцать один год. Окончила кулинарный техникум.

– Это все?

– Практически, – потерла лоб Далина. – Деньги нужны, а другим способом я их заработать, наверное, не смогу.

– Ты и в ММА их заработать, наверное, не сможешь, – кивнул Умар. – Подумай сама, у тебя какой вес? И с кем ты собираешься драться?

Далина не поняла. Вес? А что не так? Ну да, она легкая, но справится практически с кем угодно. У нее за плечами больше семидесяти лет сражений. Это такой опыт, который людям и не снился. И драконья кровь. Для нее все происходящее не драка, а избиение младенцев. Она даже десятой части своих навыков не продемонстрировала, а ведь могла и по точкам бить. Попади удачно – и у человека на нее рука не поднимется, в буквальном смысле. А если еще душевнее попасть – вообще отсохнет.

– С кем угодно.

– Да тебя с этим самым кем угодно не поставят. Только равный вес. А еще надо, чтобы с тобой согласились драться. Ты пока никто и ничто. Кто о тебе знает?

Это Далина понимала.

– Плохо, – покачала она головой.

Умар смотрел на нее задумчиво.

– Тебе очень деньги нужны?

– Очень, – не стала врать Далина.

– Могу пока взять тебя на ставку тренера. Хусейн, Махмуд, Рустам – парни молчать не будут, да и ты за себя можешь постоять. Справишься.

– А ставка тренера какая?

Сумма и график работы порадовали. Но…

– С чего такая щедрость?

– Отработаешь.

– Чем и как отработаю?

Умар сощурился:

– Есть условия?

– У меня дети, – отозвалась Далина. Костю она уже подсознательно воспринимала как своего. Это с Дашей у них разница в возрасте крохотная, а с драконицей-то намного больше. – Я их под удар не поставлю.

– У тебя? Дети?

Ошарашенный взгляд мужчины искренне позабавил драконицу.

– Двое. Потому мне и нужны деньги.

– Хм… ладно! Я буду предлагать, а ты сама решишь, от чего отказаться. Так договоримся?

– Да.

– Сможешь фехтование преподавать? Стойки, удары? Хорошего специалиста найти сложно, а ты можешь, я вижу.

Далина кивнула:

– Смогу.

– И, может, курсы самообороны на тебя повешу.

– Не стоит.

– Почему? Ты вон какая… и от нас троих вполне успешно защищалась. Даже от четверых.

– У меня школа ориентирована на другое. Я не защищаюсь, я убиваю, – спокойно объяснила Далина. – Меня учили вывести противника из строя так, чтобы он потом не встал. С вами-то я дурака валяла. А самооборона на другое рассчитана.

– Ну да, если кого покалечишь, засудят, – согласился Умар.

Ответом ему был короткий кивок.

– Я могу научить, но не тому.

– Ладно. Тогда пока оставим фехтование. А насчет самообороны подумай: если учить не убивать врага, а что-то вроде ударить и бежать?

– Не знаю. Надо думать, – качнула головой Далина. – Для меня это напрасная трата времени.

Напрасная? И где же у нас учат убивать? В спортзалах? Но и отказываться от такого интересного специалиста тоже не хотелось. Сейчас возьмет, потом, не торопясь, посмотрит, что подобрал.

– Думай. И завтра к девяти утра приходи оформляться на работу.

– Спасибо.

– Не за что.

Когда за девушкой закрылась дверь, Умар какое-то время наблюдал за ней в окно. Через зал Даша прошла абсолютно спокойно. Так двигается человек, полностью уверенный в себе. Плечи развернуты, голова поднята, движения плавные. И не скажешь, что она совсем недавно провела несколько схваток, а потом еще и с ним разговаривала. А силу своего воздействия Бероев знал. У него даже сильные мужики потели, дергались и нервничали, а тут никакой реакции, хоть он и пытался давить. Женщина была спокойна. Абсолютно.

Дверь стукнула, в кабинет зашел Хусейн.

– Брат, что это за баба такая?

Он и правда был братом. Пусть и троюродным, но по меркам Умара – близкая родня.

– Понравилась?

– Нет. Баба должна быть ух, – Хусейн показал руками, насколько Даша не дотягивает до его параметров красоты. – Но дерется как шайтан!

– Она у нас работать будет.

– Кем?

– Фехтование будет вести, общее и частное. Сам знаешь, спрос есть, а вот предложений мало. Надо потом уточнить: вдруг она и ножевой бой сможет? Холодняк для нее привычен.

– И все?

– А что?

Хусейн пожал плечами.

– Необычная она. Понимаешь?

Умар понимал.

И реакции у нее неправильные, и движения странные, и характера вводные – не те! Девчонка с такими характеристиками не может быть одета как нищенка. И вид у нее запущенный, это-то сразу бросается в глаза. Из Золушки не сделаешь принцессу, зола въедается.

А тут…

Что-то неправильное. Не то. Словно в тягучую восточную музыку врывается выстрел. Или взрыв. Вроде тоже звук, но не то!

– И что?

– Как бы за ней чего плохого не потянулось. Кто ее родители? Чем они в девяностые занимались?

Умар сощурился.

– Думаешь? А ведь возможно!

Сложное было время. Фильм «Леон», кстати, Умар смотрел когда-то. И «Ханна. Совершенное оружие» тоже. Может, она как эти?[5]

– Будь осторожнее.

Умар кивнул:

– Я наведу справки. Если никто об этой Даше не слышал, может, ее на бои выставить?

Хусейн аж рот открыл. О каких боях говорит старший брат, он понял. Но…

– А она согласится?

– Ей деньги нужны, так что может согласиться. Посмотрим… Или тебе ее жалко стало?

– С чего вдруг? Просто не было бы проблем.

Вот и Бероев думал о том же. Связываться с неизвестным – призывать на свою голову проблемы. Но денег хотелось! А сейчас были вот именно что не девяностые. Может, попробовать?

– Начем с одного боя, а потом посмотрим.

– С ее согласия?

– Да.

Хусейн кивнул. Девушку ему было не жалко. Чего ее жалеть?

Она другого народа, другой веры, не замужем, а с детьми, то есть гулящая. Уважать ее не за что, ну и жалеть тоже. Не его это дело. Сможет брат с нее пользу получить – хорошо. А Хусейн поможет. И если получится для себя что-то урвать, тоже неплохо будет[6].

Главное, чтобы лишних проблем не было.

Глава 3

Вечером Далина лежала в кровати и разглядывала стены.

О-бо-и…

Из бумаги. На Ардейле обои делали из ткани. Или просто белили и красили стены, если не было денег на дорогую обивку.

Все иное, непривычное. Странное, непонятное. Все чужое, страшноватое…

Она смотрела удивительный агрегат и слушала о странной сети ин-тер-нет. Она не знала ничего об этом мире. Ни его законов, ни порядков, ни людей… Ничего!

Здесь расплачивались какими-то странными карточками, а деньги, кажется, не имели ценности. На Ардейле платили золотом, серебром, медью. Здесь за эти смешные бумажки можно было что-то купить, но сами по себе эти деньги – как листья, которые колышет ветер.

Курс одних денег, других…

Что за странный бред? На Ардейле иначе. Там деньги – не бумажки, там они реальная ценность. Драконы на другое не соглашались.

В одном золотом три грамма золота, плюс наценка за чеканку. Все. Три грамма золота, три грамма серебра, три грамма меди. Это логично. Это разумно. А здесь деньги были привязаны не к золоту, а к чему-то другому. Это такое ценное нечто? Нет, вроде бы тоже просто бумага. Так странно!

На Ардейле тоже были чеки и векселя, но это другое. Совсем другое…

Нет, Далина ничего не понимала в этом мире. Она терялась здесь, была совсем беспомощна и… откровенно боялась.

Потекли слезы, а глаза отсвечивали алым, и казалось, что по лицу девушки текут крохотные капельки крови. Впитываются в подушку…

Как же низко она пала!

Раньше боялись ее. Алая драконица, гордая властительница небес, повелительница огня и крови…

Теперь боялась она. Так боялась этой новой жизни, что готова была спрятаться под кровать и заплакать. Уткнуться бы, как в раннем детстве, маме под крыло, чтобы она по голове погладила и сказала: «Далина, прекрати! Ты помнешь мне платье!»

Ага, как же!

Далина зло зашипела, руки сжались в кулаки, слезы высохли, а глаза зло сощурились, блеснули кроваво-алым в сумраке комнаты. Не было близких – и нечего о них вспоминать! Не семья это была, а так… За свой род она постояла и еще постоит. Игра не окончена!

Она одна? Так она одна и была, с раннего детства. Няньки имелись, а вот матери и отца не было. Больной, ненужный ребенок, позор семьи, свидетельство вырождения!

Да хвостом ей на все это три раза!

Чего это она разнюнилась?

Тело другое?

Неважно. Главное, что тело – есть! Кое-какая магия в этом мире имелась, пусть ленивая и сонная, но это до поры. Вот разовьет она свою драконицу, а там и магии повеселее будет, и она обжиться тут сумеет!

Можно подумать, когда-то ей легче было!

Карты, деньги, интернеты… Главное что? Правильно, люди. А они одинаковы и тут и там. Они везде хотят получше жить, любить, рожать детей, воспитывать их и видеть внуков. Везде любят деньги и не слишком любят работать, даром-то оно куда как интереснее все получать…

Что она, не освоится тут?

Да еще как!

Ну понаделает глупостей первое время, и что с того? Может, она не глупая, а эксцентричная! Нравится ей чудить! Главное – закон пока не нарушать, а то придется бежать, убивать… не ко времени получится. Значит, она будет осторожна. Очень осторожна.

Далина посмотрела на кровать, в которой сопела крохотная Василиса. В сердце кольнуло.

Ее малыш пока на Ардейле.

Пока она не может вытащить Леонидаса, но это еще впереди! Она справится! Даже не сомневайтесь!

Придется трудно? Ничего, немного времени у нее есть. Только на Ардейл надо возвращаться в силе. Тогда и с родовым алтарем удастся договориться, и со всем остальным разберется. Пусть не сразу, но первые шаги она уже делает. А пока…

Далина взяла захныкавшую малышку на руки, покачала.

Вот и дети везде одинаковы: им нужны мама, молоко и тепло.

«Спи, маленькая. Вот братика заберем, и все у нас будет хорошо. Я тебя не подведу, не брошу, не предам, выращу, на крыло поставлю… ах да, ты не драконичик.

А это неважно!

У каждого свой полет и свои крылья. И я помогу тебе найти твои, личные.

И не такие горы сворачивали! На то и дракон, что весь мир под крылом!»

Далина смотрела в окно. Тепло детского тельца на руках странным образом придавало уверенности. Вот ведь характер такой! За себя ей всегда было стоять сложнее. А когда за ней кто-то был – ее род, ее сын, вот эта малышка, забавный человеческий мальчик Костя – тут и крылья расправлялись, и драконица поднималась на лапы, грозно обводя всех ласковым взглядом.

Ну, кто тут посмеет поднять хвост на маленькую тихую дракошку?

Ах, пока она на себя не похожа? Хвоста нет, чешуи нет. А это неважно!

Главное – суть, а не внешность.

Драконица принимает бой!

Ардейл, замок Ланидиров

Клаус Дубдраган медленно спускался в подземелье.

На руках его мягко лежала колыбель. Тяжело? Нормально, донесет! Это лучше, чем таскать на руках ребенка; дети – они такие хрупкие, неудобные, и так их не возьми, и этак не поверни… Ничего, донесет он малыша прямо в колыбели! Не брать же к алтарю няньку? Это даже смешно!

Вот и здоровущая каменная дверь, даже Клаус ее открывал с трудом.

Или – именно ему трудно?

Далина только ладонью касалась камня, и тот повиновался.

Как и всегда, при мысли о казненной жене черный дракон стиснул клыки.

Стерва!

Дрянь, зараза, гадина такая… Женщина, которую он так и не смог понять до конца. Хотя женщин Клаус от души презирал. Они глупые, похотливые, безмозглые, стервозные, всем им нужны от мужчины деньги, власть и страсть. А так… тупые самки, годные только для размножения.

Рассина – приятное исключение, но таких, как она, мало.

Вот и алтарь.

Здоровущая алая каменюка мягко светилась в темноте, пульсировала, и Клаусу стало неприятно от этой пульсации.

Официально он имел право здесь находиться, он – отец наследника рода. Более того, отец последнего из рода Ланидир. А неофициально… Алтарь неразумен. Нечто полуживое-полубезумное-полумагическое. Это же не камень, а частично застывшая магия, оформившаяся в такой вид сила Ланидиров. Сила клана алых! И Клаус аккуратно поставил колыбельку рядом с камнем. Выпутал из пеленок (тьфу, гадость, опять пованивает!) ручку малыша, который очнулся, но не орал. Только смотрел неожиданно ярко-алыми глазами, и Клаусу снова захотелось плюнуть. Тьфу, отродье, ничего в нем от отца не было! Всего несколько дней от роду, а глаза красные, волосы краснеют… Не было смысла себе повторять, что это его выбор, что он сам так хотел! Злость иррациональна, она просто есть.

Клаус достал клинок… и на миг ему захотелось ударить всерьез. Так, чтобы кинжал пробил и младенца, и люльку, и алтарь… Пусть все втроем напьются крови! Пусть!

Отцовская любовь?

Она рядом с Дубдраганом и не ночевала!

Для него сын – будущий соперник. Пока он еще маленький, но это пока. А потом подрастет, и… И что? Или он станет послушным инструментом, или Клаус найдет, как его сломать! Вот Далина уж насколько гордячка, но сломалась же!

Или нет?

Клаус вспомнил ее взгляд… О, словами она сказать ничего не могла, да и не стала бы его лишний раз провоцировать. Но как же были красноречивы ее взгляды. Они даже шкуру черного дракона прошибали! Надменные, насмешливые, почти издевательские…

«Ты получил тело, но по-твоему все равно не будет. Никогда».

Что ж! Пусть теперь эта стерва рассказывает Перводракону о своих успехах! Она – мертва!

Хотя и эта мысль была отравлена. Мертва – да. Побеждена? Нет! И это было самым обидным.

Хныкнул младенец, который не понимал, зачем его сюда принесли. Ему хотелось молочка, тепла и спать. А вместо этого холодно, чем-то пахнет, а магия… Мамы рядом не было, а без нее малыш был самым обычным младенцем. Во всяком случае – пока.

Клаус оскалился.

Кольнул клинком детскую ручку и, не обращая внимания на истошный визг, ввинчивающийся, кажется, в самый мозг, приложил окровавленную ладонь к алтарю.

– Се свидетельствую, что это последний из рода Ланидир! Карл Ланидир-Дубдраган!

Тоже традиция. Пока Карл оставался последним из Ланидиров, их фамилия ставилась впереди. Как знак, какой род надо продолжить первым.

Ярким алым светом полыхнул алтарь.

Красные протуберанцы словно взвились с его поверхности и осыпали малыша искрами, которые ему даже понравились. Мальчишка уже не орал, он смеялся, и – все стихло.

Карл тихонько лежал в колыбели.

То, что красным полыхнул еще один кусок алтаря, Клаус не знал. Да и никто не знал. Кого это волнует? Кто там будет приглядываться к лампе? Ей по должности светиться положено. А ярче ли, бледнее ли, неважно.

Клаус поднял колыбель и отправился обратно.

Сейчас он вручит противного пискуна нянькам, а потом… а потом позовет Рассину. Злость надо куда-то стравить, а ей нравится пожестче!

Клаус был свободным, холостым, и имел право таскать к себе в постель хоть кого! Черный дракон довольно облизнулся, предвкушая постельный марафон.

Если бы он знал, что в другом мире сейчас на кровати оскалилась красная драконица, он не был бы таким счастливым.

Карл не являлся последним из Ланидиров. Алтарь через малыша учуял свою дочь в другом мире.

Он позовет.

Его – услышат.

Россия, наши дни

Утро началось не с зарядки.

В комнату весь белый, с перекошенным лицом влетел Костя. Его трясло.

– Дашка!

– Что случилось?!

– Дашка! Там мама…

– Что?

– Кажется… того…

Далина тряхнула головой и решительно усадила Костю на кровать. Огляделась… Так, в шкафу хранилось успокоительное. Она открыла пузырек.

– Ну-ка! Выпей!

Костя послушался.

– Сиди смирно, а я пойду посмотрю, что и как.

Вчера мальчишка так у нее и заночевал. Была же вторая кровать! Пока Далина вернулась, уже наступила ночь-полночь, и чего ходить? Костина мать была скора на руку, могла и оплеуху отвесить, а тут он в тепле да и за маленькой Василисой приглядит. Всем сплошная выгода.

Далина дошла до соседней комнаты, аккуратно, ручкой швабры толкнула дверь и хмыкнула. Алая драконица мгновенно определила – труп. Добавки не нужно. У женщины было перерезано горло. И сделали это явно со спящей, точнее, в умат пьяной. Лицо у покойницы было спокойное, она даже не поняла, что умирает. Видимо, наркоз был лошадиный.

Крови… много.

На кровати, на полу. Даже на стенах брызги. Попало ли на убийцу? Должно было попасть, но это если он не имел никакой защиты. В родном мире Далины такой пользовались врачи. Активируешь – и вся грязь, кровь, вода, неважно что, стекает, не оставляя пятен. Иначе одежды не напасешься. Здесь такое есть?

Оп-па!

Какой интересный нож! Далина видела его на Дашкиной кухне. Да не просто видела! Она им лично хлеб резала. Работа повара подразумевает, что у тебя есть несколько ножей, под разные задачи, и все они качественные и остро заточенные.

Интересно, а отпечаток ее ауры на ноже есть? Должен быть. Она же брала его в руки, пользовалась… Далина прицелилась шваброй, и нож с кровати упал на пол. Затем подвинула к себе поближе. Теперь следовало его взять и спрятать: сначала в невесть откуда взявшийся полиэтиленовый пакет, а потом под одежду. Иначе кровью обмараешься.

А это еще что валяется?

Далина увидела у двери одну из своих заколок. Волосы у Даши были прямые, висели грустными прядями, но стрижку она не делала, просто стягивала их сзади в хвост, а спереди подкалывала заколками. Вот как раз одной из таких. Обычная розовая заколка клик-клак, с зайчиком, дешевка, но ее у девушки часто видели.

Дашу кто-то подставляет?

Что за бред! Кому это надо? Кому может помешать такая Даша?

Заколка тоже перекочевала в карман к Далине, а потом она решительно сделала шаг, второй, остановилась в месте, испачканном кровью, как раз так, чтобы смазать следы от швабры, и громко завизжала.

Долго надрываться не пришлось. Послышался топот, влетели люди, кто-то упал в обморок, а Далина упорно визжала, раз за разом набирая в грудь воздуха, пока кто-то не дал ей по лицу. Не сильно, так, чтобы в чувство привести.

– А ну, пошла отсюда!

Она и пошла. А чего стоять, если так уговаривают?

Уже в своей комнате она посмотрела на спящего Костю и задумалась. А если сейчас будут искать орудие убийства?

Как такие дела решались дома, она знала. Звали мага, тот снимал ауры с оружия, с места преступления, потом всех опрашивали, искали того, кто лжет… находили быстро.

Тут магов не было. Можно ли как-то определить ложь? Далина точно не знала. Ее запах и аура точно там будут, да и куча других сейчас примешается. Но вот от ножа хорошо бы избавиться.

А как?

Задача! Куда можно в такой крохотной комнатке сунуть нож так, чтобы его не нашли? И заколку? Если кто-то решил подставить Дашу, он мог и еще что-то подкинуть, как-то намекнуть… Далина решила, что разбираться с местными стражами закона для нее слишком большая роскошь. Обойдутся!

Вымыть бы нож, но…

Она посмотрела на окно. На дверь.

А потом застонала и вылетела из комнаты.

– Пусти-и-ите-е-е! Меня тошни-и-ит… э-э-э…

Бульканье выглядело вполне правдоподобно. Далина вылетела во двор, забежала в один из туалетов типа «сортир», где ее на самом деле вырвало.

Вот так.

Если убийца наблюдал за ней, все выглядело правдоподобно. Она попыталась избавиться от ножа, кинуть его в нужник. Но ведь нож все равно принадлежит ей, и ауру так не уничтожишь. Значит, надо навести стражей порядка на именно этот туалет.

Далина умылась у колонки, кое-как пригладила мокрыми руками мокрые же волосы и вернулась домой. Вскоре во дворе что-то противно завыло.

– Полиция приехала, – обрадовался кто-то.

Вот и отлично. Еще пара минут у нее есть, а больше и не надо.

Костя не проснулся, зато захныкала маленькая Василиса. Пришлось махнуть на все рукой, взять малышку и кормить. Мало ли кто там и кого убил? Ребенок ждать не будет!

Полицию тоже долго ждать не пришлось. В дверь постучали и тут же открыли. Интересно, что они ожидали увидеть? Точно не кормящую мать… Далина подняла голову.

– Чего надо?

– Добрый день, – кашлянул мужчина лет тридцати – тридцати пяти. – Вы Дарья Валентиновна?

– Не добрый. Но я, да.

Мужчина хмыкнул.

– Старший лейтенант Фуников. Дмитрий Алексеевич. С вами поговорить можно?

– Можно, конечно, – вздохнула Даша. – Только я маленькую кормлю, вам не помешает?

Дмитрий Алексеевич покосился на Ваську, которая крепко вцепилась в мамину грудь, и махнул рукой:

– Чего уж там. Не помешает. Ваша дочка?

– Да. Василиса Владимировна.

– Красиво звучит.

Далина пожала плечами. Может быть.

– Скажите, Дарья Валентиновна, вы первой нашли убитую?

– Нет.

– А вроде сказали, вы завизжали…

– Да. Костя, это сын убитой, прибежал ко мне, сказал, с мамой неладно. Я его успокоила, сама пошла смотреть, а там – труп.

– Костя?

– Да. Вот он, спит на кровати. Только вы его сейчас не разбудите, я ему большую дозу успокоительного дала.

Лейтенант и не удивился. Конечно, мальчишка такое увидел…

– А где он ночевал, интересно? Если не дома.

Далина пожала плечами.

– Так здесь и ночевал. Он у меня регулярно остается, когда мать в запое. Я его и подкормлю, а он за моей малышкой приглядит, пока я подрабатываю. С ребенком сложно, пособие – слезы, декретные тоже не очень большие, вот хожу по вечерам, полы мою.

– Понимаю, – кивнул лейтенант. Пока то, что он слышал, вызывало уважение.

Девчонка вроде опрятная, комнатка тоже чистенькая, ребенка родила, работает, не пьет, выживает, как может. Ну так время тяжелое, бывает.

– Вот и вчера он у меня остался спать. Я поздно пришла, ходила еще на работу устраиваться…

– Куда?

– В ММА-клуб.

– Ага.

Кем и зачем, лейтенант даже не спросил. Понятно же, уборщицей, как еще?

– Пришла поздно, покормила малышку, спать упала. Она у меня на грудном молоке, так что как захочет кушать, так просыпается. Я с ней… стараюсь досыпать, когда могу.

– Ночью вы ничего не слышали?

– Даже не прислушивалась. Вот честно, не тот здесь народ, чтобы интересоваться. У кого скандалы, у кого пьянки, у кого гулянки, а я буду слушать? Ни к чему.

– Понятно. Мальчик переночевал у вас…

– Ну да, мы уже привыкли так. А с утра у нас зарядка, он пошел в их комнату переодеваться и увидел… зрелище. Мать все-таки. Поганая, пьяная, безмозглая, но мать.

– Ишь как вы ее!

– У меня отец алкаш, мать из-за него, считай, рано ушла. И тут я насмотрелась… тварей! Это вам по должности положено вежливым быть, а для меня алкаш – не человек. Опасное животное, которое тебя убьет, покалечит и потом даже не вспомнит, что натворило.

Далина говорила вполне серьезно. Алкоголь делает из мужчины – зверя. А когда он на тебя кинется – только вопрос времени. Но это обязательно случится.

Вы не живете с крокодилом в ванной или тигром в туалете? Нет? Но почему-то живете с алкоголиком. Странно… с тигра хоть шкуру можно взять[7].

– Хм…

Кажется, лейтенант был солидарен с Далиной, но вслух об этом сказать не мог. Не положено.

– Костя прилетел, я напоила успокоительным и пошла посмотреть. А там кровь… Кажется, я сперва просто стояла, а потом заорала как больная. Народ сбежался, меня выставили.

– Понимаю.

– Меня потом еще стошнило. Тапки еще отмывать надо, или лучше выкинуть?

– Тапки?

– Я там, кажется, в лужу крови наступила. – Далина кивнула на коврик у порога, на котором стояли те самые тапки.

Лейтенант аккуратно осмотрел их.

– Да, нехорошо вышло.

– Лучше, наверное, выкинуть. А то так тошнить и будет, как вспомню… брр!

– Пока не выкидывайте, лучше мне отдайте. Чтобы мы ваши следы отличили.

Далина кивнула.

– Пакет вам дать?

– Дайте, пожалуйста.

Далина сунула тапки в пакет, вручила лейтенанту и почти дружески распрощалась. Сейчас полиция уйдет, она и от ножа избавится.

Кстати, где он?

А, вот! И нож, и заколка нашли свое пристанище в придверном коврике. Валентина таких в свое время штук пять сшила, чтобы можно их было по очереди мыть-стирать. Кусок старого ковра, кусок полиэтилена, кусок ткани. И грязь впитывает неплохо, и на пол ничего не протечет, и вытряхнуть несложно, а то и постирать. Щеткой почистил – и он как новенький.

И нож, и заколка были засунуты как раз под тапочки. Риск, конечно, но выкидывать оружие…

Далина поглядела в окно. Ага… судя по всему, будут откачивать туалеты. И понятно: если оружия не нашли, значит, его выкинули. А куда?

Реки тут поблизости нет, а вот выгребная яма имеется.

Тяжелая работа у полиции. Главное, кто им о таком намекнул? Вот что интересно.

В окно смотрела не только Далина.

Убийца тоже наблюдал и в негодовании сжимал кулаки.

Выкрутилась!

Вот ведь зараза! Знать бы, что она такого сказала полиции? Где спрятала нож?

Обыск, конечно, состоялся, но ничего не нашли, да и искали плоховато, а ведь убийца все продумал! Нож взял нужный, заколку подкинул…

Мимо!

Ах, как обидно! Такой хороший случай – и впустую! Ну, Дашка, ну, стерва!!! Что ж на тебя никак управа-то не найдется? Ну ничего. Не те, так эти, разберемся еще!

Костя спал почти до обеда, потом сел на кровати, помотал головой…

Вспомнил.

Осознал. И Далина, видя, как на лице мальчишки проступают боль и отчаяние, тут же обняла его, прижала к себе.

– А ну-ка выдохни! Я с тобой, я рядом, вместе мы не пропадем. Понял, братишка?

Мальчишка уткнулся ей куда-то в район отсутствующего бюста, плечи тряслись, майка на девушке промокала от рыданий.

– Даша…

Далина кое-как успокаивала его, твердя, что не бросит, не обманет, и вообще – прокормит, не переломится. Будет у них семья, не хуже прочих. Сестра и брат, чем плохо? Выплывут, если сейчас в слезах не потонут! Однако Костя ревел. Поэтому они не сразу услышали, как в дверь постучали. Сначала негромко, потом сильнее. Пришлось сунуть парню стакан воды и отправиться открывать.

На пороге стояла Нина Викторовна.

– Какого дракона?! – рыкнула Далина.

– Что?

Кажется, вредная тетка не готова была услышать про драконов, но Далину это не остановило.

– Чего надо, я спрашиваю.

– Мы тут собираем на похороны…

Костю аж затрясло. Далина окончательно забыла, что в этом облике она в два раза легче и на две головы ниже, и двинулась на тетку так, что ее из комнаты спиной вперед вынесло. Далина хлопнула дверью и злобно зашипела:

– Ты, дура, чего лезешь? Не видишь, парню плохо? Ты его до истерики довести хочешь? А ну лети в туман! Чтобы я тебя рядом не видела и не слышала! Не смей к нему подходить, не то тебе костыли уже не понадобятся! Я тебе все четыре ноги переломаю!

От такого неприкрытого хамства Нина Викторовна ошалела, но Далина ей даже выдохнуть не дала, не то что высказаться.

– Какие тебе похороны, когда тело забрали и невесть когда отдадут! И где список, кто дал, сколько…

Нина Викторовна икнула.

– Мы по зову души…

– Открысишь половину?! Народ, пишите на конверте, кто и сколько дал, – рявкнула Далина на весь барак. – А то парень потом половины не досчитается!

– Да как ты смеешь! Я женщина верующая!

Опомнилась. И даже начала набирать громкость. А зря.

– Поэтому сначала согрешишь, а потом покаешься?

– Боже! Как тяжело выносить подобные несправедливые обвинения! Я из лучших побуждений, чтобы помочь мальчику…

– Вот и делай все, как положено! Кто дал денег, сколько дал… Соседи, меня все слышали?

– Слышали, – отозвался кто-то. – Нинка, конверт дай, я и правда напишу. Хоть и немного, но парню каждая копейка пригодится.

– Так и продолжайте, – кивнула Далина. И хлопнула дверью перед самым носом страдающей общественницы. Могла бы и по носу, но – увы. Не дотянулась. Надо было ее уронить, что ли?

Ладно, в следующий раз. Вот холера!

Костя сидел на кровати, подтянув колени к груди и обхватив их руками, покачивался, и глаза у него были пустые и безнадежные. Таких глаз и у солдат-то не должно быть перед последним боем, а уж у мальчишки тринадцати лет…

– Дашка, меня теперь, наверное, в приют отдадут.

– Чего это еще?

– Мамки нет, отец вообще не знаю кто, другой родни тоже нет…

– А мы с Васькой?

– Вы ж не кровная!

– Плевать! Костя, послушай меня! Я работать буду, и деньги заработаю, и тебя не брошу, и будем все вместе жить! Не знаю как, но ты у меня еще и школу окончишь, и знаменитым юристом станешь! Если ты этого хочешь.

– Даш?

– Сделаю. Моя кровь ответит за слово.

И мальчишка увидел, как на миг в глазах Дашки плеснуло алое марево. И зрачок вытянулся, навроде змеиного… Да ерунда это!

Показалось просто… но на душе все равно стало спокойнее. Точно – не бросит. А странная поговорка его не заинтересовала, по телевизору и не такое услышишь.

Убийство там или цыганочка с выходом, а на работу все равно надо было идти и оформляться тоже. Клуб встретил драконицу неприязненно. Девушка на ресепшен смотрела на нее как на врага народа, в бухгалтерии такие же лакированные красотки пытались глядеть сверху вниз. Отдела кадров тут не было, приемами и увольнениями тоже занималась бухгалтерия. Далина пропустила все взгляды мимо и принялась тщательно читать бумаги.

– Не доверяешь?

Оказывается, хозяин клуба какое-то время стоял в дверях.

Далина поругала себя за глупость. Мало ли кто вот так подойдет? Расслабилась, распустилась! А зря! Но это она наверстает.

– Нет.

– Может, и правильно.

Далина пожала плечами и поставила свою подпись там, где сказали.

– Сегодня тренировка будет?

– Нет. Сегодня Наташа покажет твой шкафчик, о клубе расскажет, объяснит, чем тут можно пользоваться и как, а первое занятие у тебя будет завтра. Ребятам стало интересно, что за девица такая Хусейна с Махмудом уделала.

– Так быстро не научишь, – покачала головой драконица. – Требуется время. Нужно отрабатывать каждый день, хотя бы по паре часов…

И опыт. Опыт десятков лет в наемниках. Он подскажет, что за противник перед тобой. Он позволит подметить, как враг двигается, как дышит, как бережет ногу, к примеру, или бок, как опускает локоть, открывая уязвимую точку… Разве этому научишь быстро?

Когда она наемничала, тренировки обязательно были три-четыре часа в день, а то и больше. С разным оружием, с магией и без магии. С тренировки потом дохлые уползали, сил не было ни на что. Шли, мылись, занимались лагерем: кто уборкой, кто на кухне – война не каждый день, а готовить надо три раза в день. И выгребные ямы чистить раз в три дня, и белье стирать, и за животными ухаживать, и за оружием следить, хоть за своим, хоть за тренировочным… много чего! К вечеру все падали в палатках и спали как убитые.

Любовь? Романтика? Какая тут любовь, мозоли бы свести и синяки вылечить! А то в постели будешь не от страсти стонать!

– Ну, по паре часов не получится, но ты девушка умная, придумаешь что-нибудь.

Далина кивнула. Были программы и попроще: научить клинок держать, удары парировать. А если говорить о приемах… есть и такие, которые помогут против более сильного противника.

Три У. Увернуться – ударить – удрать.

Неблагородно? А наемникам за благородство и не платят, им за сделанное дело капает. А будешь с каждым поединки затевать, век до цели не доберешься.

– Чему смогу – научу.

– Вот и учи.

Умар вышел. Далина положила договор на стол, посмотрела на девушку.

– Наташа…

– Меня зовут Яна. Павловна!

Далина подняла брови.

– А почему тогда Наташа?

– Он так ко всем девушкам в клубе обращается.

Драконица промолчала, но запомнила.

Вечер. Опять уборка, опять прогулка домой.

Все спокойно?

Ан нет. Стоило только свернуть на свою улицу, как три силуэта отделились от забора.

– Даша, радость наша! – пропел один.

Далина сощурилась.

Глаза у нее постепенно перестраивались, и в темноте она видела уже неплохо.

– Курбаш! – прошептал идущий рядом Костя.

Далина сунула ему маленькую Василису.

– Держать и не бежать. Стоишь вон там, под деревом. Не дергаешься, никуда не лезешь. Понял?

– Даш, ты чего?

– Я? – Далина оскалилась, как настоящий дракон. Жаль, в темноте видно не было. – Я – ничего, а вот им сейчас будет и чего, и когда, и даже почему. Не лезь, понял? С этими уродами я справлюсь, главное, чтобы вас не зацепило.

Парням надоело слушать их перешептывания.

– Пацан, ты домой топай с малявкой, а девушка с нами останется. Порадует нас как следует…

– Порадую, – согласилась Далина.

«Вы, сволочи, довели девчонку до смерти. По вашей вине ей стало плохо, и никто даже не помог. Вы виноваты – и вы заплатите. Я с удовольствием возьму расчет за все».

Она сделала шаг им навстречу. Второй.

Кажется, стоящий впереди мужчина что-то понял. Хотя какой это мужчина? Нечто противное, вонючее, несуразное, вихлястое. Волосы черные, кожа желтоватая, рыхлая, нездоровая, вся в рытвинах и прыщах, глаза маленькие, лоб низкий, половины зубов нет, плечи сутулые, руки длинные, как у обезьяны. А запах!

Если вот это в речку бросить, в ней вся рыба подохнет! В отряде такого принудительно бы из ведер поливали, пока сам мыться не научится.

Двуногое человекообразное, как есть.

А как, наверное, страшно было Даше! Над беззащитными такие твари куражатся с особым удовольствием!

Курбаш протянул руку. Наверное, собирался подтянуть Далину поближе к себе. Но кто ж ему даст? Она перехватила его запястье, поморщившись от прикосновения к какой-то заскорузлой даже коже, а потом жестко взяла «на излом».

Хруст суставов отозвался музыкой в ушах. Она не жалела, вкладывала все Дашкины цыплячьи силы и точно знала – это не вывих. Разрыв связок. Может, повреждение суставной сумки. Могут ли здесь такое лечить? Два сустава она уроду точно повредила, на правой руке. Локоть и запястье.

Курбаш с воем опустился на землю и выбыл из боя. Это надолго, боль – огненная!

Далина шагнула ко второму, который стоял чуть дальше. И тут на нее кинулся третий.

Удар был нанесен на автомате. Рукой, сложенной «клювом», в горло. Чуть сильнее, и убила бы. Но и так это далеко не нежная ласка. Минут десять подонок будет вспоминать, как дышать.

А второй что? Ах, он нож достал.

Далина церемониться не стала. Пинок в запястье – лучше такое не проводить, если не умеешь. Могут перехватить за ногу, и тогда уже тебе станет хуже. Но драконица умела.

Нож вылетел из руки нападающего, печально звякнул где-то в темноте об асфальт, а Далина перешла в наступление. Следующий удар пришелся в опорное колено врага. Если не стесняться, так можно сустав выбить, а Далина не сомневалась. Била резко, жестоко, без малейших сомнений.

– Дашка!

Крик Кости не отвлек. Просто Далина сделала шаг в сторону. На нее с рыком несся Курбаш.

Бежал человек, а потом тело его вдруг осталось на месте, а ноги продолжили бег, взлетели в небеса – и мужчина со всей дури грянулся телом об асфальт.

– Бук! – сказала голова Курбаша, встречаясь с земной поверхностью.

Готов. Можно добить, а можно и не добивать.

Далина, недолго думая, пробила второму по голове ногой. Полежит в обмороке, вспомнит, как дышать. Третий стоял на четвереньках, пытался – что? Уже неважно. Ногой в подбородок – отлично получается, надо только силу дозировать, а то и шею сломать несложно.

– Костя, вы в порядке?

– Да! Дашка, а ты?

– А что со мной сделается? – удивилась Далина. – Погоди минуту…

Она профессионально охлопала карманы нападавших. В ее собственность перешли три кошелька, из которых она вытащила деньги, двое часов неплохого качества и один нож, который так и хотелось назвать «свинорезом». Здоровущий, с зазубринами… Ладно, сталь неплохая, а у Даши в хозяйстве ничего такого нет. Пусть этот полежит…

– А это у нас что?

Пакетик с белым порошком Далина не опознала, зато понял Костя.

– Дашк, это наркота[8].

Далина переправила в свой карман еще один сотовый телефон.

– Такого нам не надо. – Пакетик издевательски вывернули над тушкой, посыпая все белой смертью. – А вот телефончики возьмем. Продать сможем?

– Спрашиваешь! Завтра симки выкину и загоню, все копеечка будет.

– Вот и ладно, нам в хозяйстве все пригодится. Что с них еще можно взять?

– Цепи, гайки есть? Подержи малышку, я посмотрю.

Далина кивнула. И что бы она делала без этого мальчишки? Пожалуй, дать ему дом – меньшее, чем она может отплатить за добро.

– Дашка, а почему ты раньше так не делала?

– А было с кем?

– Ну… нет. А когда они первый раз пришли?

– Костя, я живой человек, я могу растеряться, запаниковать…

– Ты?

– А что такого? – даже обиделась Далина. Что она, не человек, что ли?

Хотя нет. Она – дракон.

– Раньше могла, а вот последние дня три или четыре ты какая-то другая, – задумался Костя. – Но тебе так лучше. Раньше ты о Вовке блеяла постоянно, а сейчас и не вспоминаешь. Пашка тебе, что ли, так память отшиб?

– Наверное. Пойти ему и за это добавить?

– Ты его и так… не сдох бы!

Далина пожала плечами.

– Это будет проблемой?

Костя задумался.

– Не знаю… он на районе так всех достал, может, полиция и искать никого не будет, решит, что сами передрались, да и за наркоту их закрыть можно. Если в себя не придут и не уползут.

– Ну и хвост с ним. Пошли домой, отсыпаться!

Уже на подходе к дому она почувствовала неладное. Провела языком по зубам: один шатался, все сильнее и сильнее. Далина сунула палец в рот и пошатала зуб. Не больно. Потянула, и тот легко остался у нее в руке. А в лунке уже прорастал новый зародыш.

Драконы в чем-то сродни акулам. И их можно отличить от людей по одной простой примете. У них зубы растут в два ряда. Не как у людей – резцы, клыки, коренные. А два ряда зубов, и все – резцы и клыки. Прямых коренных зубов у драконов не предусмотрено, они хищники и плотоядные. Небесные акулы. Далина ожидала начала изменений чуть позднее, но если дело идет быстро – это хорошо. Кровь приняла дух, кровь перестраивается, и вслед за ней тело приближается к драконьему. Превращение будет идти медленно, но верно.

Глаза, волосы, зубы… Ладно, глаза останутся похожими на человеческие. Раньше у Далины глаза были карими, до темно-красного цвета, а алыми становились, только когда она волновалась или менялась. Волосы, даже если покраснеют в цвет чешуи, здесь так носят, она видела в телевизоре. И покрасить их всегда можно. Так что не страшно.

А вот зубы… такого ни у кого нет, она будет единственной и уникальной. На Ардейле даже поговорка существует: дракона по зубам узнаешь. Ну и ладно. Кто ей тут будет в рот заглядывать? Разве тот, кому руки лишние!

Далина спала и видела сон. И во сне она опять стояла перед Клаусом Дубдраганом, смотрела ему в глаза.

Он большой. Не столько высокий, сколько массивный, широкий, приземистый. И дракон у него такой же: широкий, короткохвостый. Над ним за это потешались. Не в глаза, понятно, – в лицо ему никто ничего такого не скажет, а вот за спиной…

Далина и сама посмеивалась.

У нее дракон совсем другой. Изящный, стремительный, с длинным хвостом и роскошными алыми крыльями, которые светятся пламенем заката. С острым гребнем и шикарными алыми когтями.

У Клауса дракон был словно вырублен из дерева тупым топором. Кривоногий, как сам Клаус, весь какой-то неаккуратный, чешуя топорщится, зубы в разные стороны торчат… Полукровка, вот и все.

Только внешность – не главный недостаток Дубдрагана. Страшнее всего другое. Ощущение опасности, которое шло от этого человека.

Или даже безумия.

Клаус Дубдраган

Он вел себя нормально, разговаривал спокойно, поступает разумно, но это чувство… Ему нравилось ломать, давить, ставить на колени. Ему нравилось унижать тех, кто красивее, сильнее, кто чистой крови, кто лучше Клауса…

Далина это видела, только выбора у нее сейчас не было.

Драконий закон суров. Она могла порвать с семьей и уехать, могла сама зарабатывать на жизнь, могла представляться другими именем и фамилией… но не перестала при этом быть Далиной Ланидир!

Кровь оставалась кровью, драконица – Ланидир, и принадлежность к роду никуда не делась. А еще кровь диктовала и обязывала. Клаус мог напасть, мог ударить, мог вырезать ее семью. Война… Такое бывает.

Но Далина была обязана явиться домой, принять род Ланидиров и отомстить за убитых. В противном случае ее покарает ее же кровь.

Ее отговаривали, говорили, что это приговор, что надо взять войско, что должен быть другой выход и его можно найти, но Далина трезво оценивала свои шансы.

Наемники – не воины крови и рода, они воюют за деньги и не пойдут в безнадежный бой. Драконы – это драконы. Бронированные летающие чудовища, которых даже магией не вдруг одолеешь, да и тут речь шла о родовых разборках. Драконы не на людей напали, не город вырезали, просто в одном из кланов сменилась власть, причем законно.

Клаус был в своем праве, как это ни печально. Драконьи законы суровы и во многом идут с древних времен, от летающих ящеров. Один дракон может вызвать другого на поединок. Это не просто, но вполне возможно. Клаус подмял под себя черных драконов, стал их главой и во главе войска черных вторгся в земли красных. Не разрушал, не убивал, просто пытался присоединить.

Отец Далины вышел ему навстречу, и Клаус предложил решить дело поединком. Так тоже делали.

Делают.

Клаус победил. Как ему это удалось, Далина не знала, но не удивилась. Спеси у отца всегда было больше, чем чешуи, даже она с ним справилась бы. Один на один – наверняка.

Глава рода, глава клана непобедим на своей земле? О да! При соблюдении некоторых условий. Только отец их как раз не соблюдал. Что до самой Далины, шансы у нее были, но… не здесь и не сейчас.

Ее отец проиграл и был разорван. Братья должны были вызвать Клауса на бой или уступить ему место главы клана. На такое они пойти не могли, а вот проиграть в поединках – запросто. Заниматься шахтами и заниматься боевыми искусствами – совершенно разные вещи. Далина это точно знала! Может, баланс она и не сведет и в качестве руды не разбирается, но в поединках выиграет девять из десяти.

А братья проиграли. Клаус разорвал и их.

Дальше вступили в действие законы драконов.

Если отец проиграл, то его супруга и дети – законная добыча победителя. Варварство? Но закон не был отменен, просто давно не использовался. Собирался Клаус убивать мать Далины или нет? Ответа не было.

Если бы обезумевшая от горя и ярости женщина не кинулась на него, перевоплощаясь в дракона в полете, ее, может, и не перехватили бы. И не разорвали бы.

Но сделали же! Драконы, этим все сказано. В горячке боя у летучих ящеров может просто отключиться разум. Ах, сколько времени потратили наемники, выбивая это из Далии Ланн! Какое такое боевое безумие? И сама пропадешь, и людей подведешь! Н-на!

А после победы Клаус заставил сестер Далины перейти в род их мужей…

Чтобы оборвать род Ланидиров, это было вполне логично. Красные драконы на это способны. Одна из сестер вышла за зеленого, две других – за синих. Детей они все равно родили бы в род мужа, отец подобрал им сильных драконов, но чтобы самим сменить род и кровь?

Это можно сделать. Только сил у дракониц должно быть намного больше. Далина могла. А вот ее сестры?

Слишком давно они расстались, слишком много времени прошло. Она помнила примерный их уровень, но сила могла в равной степени как вырасти, так и уменьшиться в зависимости от поведения… Уже потом она узнала, что одна из сестер не пережила перехода.

Из рода Ланидир оставалась одна Далина. И она была обязана прийти, дотронуться до родового алтаря, принять главенство над семьей…

Дракон – это не только магия и полет, это еще и обязанности. И от них тебя не освободят никакие крылья. Не бывает власти без ответственности, права без долга, увы.

Самым простым способом было прийти к Клаусу и просто поговорить. Но… оказавшись рядом с ним, Далина почувствовала себя так, словно рядом находилась бешеная крыса.

Опасная, ужасная… просто бешеная! Разумом ты понимаешь, что здесь и сейчас тебя не укусят, но инстинкты орут словно безумные, они приказывают, требуют, давят. И ты невольно отзываешься им.

Весь рисунок разговора полетел дракону под хвост в первую же минуту. Надо было придумывать нечто другое. И она заговорила первой:

– Приветствую тебя, черный дракон.

– И я тебя приветствую, красная.

– Последняя из Ланидиров, твоей милостью.

– Жалеешь о тех, кто не перемолвился с тобой и словом за несколько десятков лет?

Далина пожала плечами.

– Голос крови, драк Дубдраган. Ты лучше меня знаешь, что это такое. Кровь дракона подняла тебя в небо, кровь дракона сделала главным в стае.

Когда работаешь наемницей, учишься разговаривать даже с безумными клиентами. Клаус кивнул, соглашаясь с ней.

– Да, кровь. И чего же требует твоя кровь?

– Конечно, мести. И заявить о себе как о последней из Ланидиров. Почему ты меня не убил?

– Я мог бы, да. Хорошо, что ты это понимаешь, наемница Далия Ланн.

– Понимаю. Ты что-то хочешь от меня?

– Я узнал о тебе не так давно, но приказал последить. Ты чем-то похожа на меня, Далина Ланидир. Ты отказалась слушаться отца, стала жить самостоятельно. Ты пробилась… Мне стало жаль тебя убивать – тогда.

– А сейчас?

Клаус усмехнулся. В маленьких черных глазах горело тщательно скрываемое безумие.

– Ответь мне – ты обязана попробовать меня убить?

– Не попробовать. Просто убить. Даже несколько раз, за каждого из родных. Но ты закончишься быстрее, чем я отомщу.

Клаус хихикнул, и драконице словно точилом по шкуре провели, безжалостно обдирая чешую.

– Забавно. Я не убивал бы тебя, драка Ланидир, но у меня тоже нет выбора. Однако есть для тебя другое предложение.

– Какое же?

– На что ты готова, чтобы власть над кланом красных осталась в руках красного дракона? Более того, у Ланидиров?

– Хм… очень на многое.

– Даже на то, чтобы выйти за меня замуж?

Тут уж выдержка Далине изменила.

– Драк Дубдраган, не мог бы ты покончить с собой менее изощренно?

Клаус захохотал как безумный. Хотя почему – как?!

– Подумай сама, последняя из рода Ланидир. Ты обязана меня убить. А сможешь?

– Если вызову на поединок, возможно.

А может, и нет. Наемники отлично понимали, с кем не надо связываться. Против Клауса надо было выставить троих таких, как Далина. Если только воззвать к родовой силе, но… и тут беда! Далина уже более полувека не была у родового алтаря, не поила его своей кровью раз в год, как это делали остальные, родовая сила если ей и отзывалась, то далеко не сразу. А вот у Дубдрагана такой проблемы явно не было. Алтарь красных его слушаться не будет, но алтарь черных – наверняка. И сил своему хозяину он даст сколько надо, у черных все на силе завязано. Если Далина напоит кровью родовой алтарь, ее шансы повысятся. Но алтарь контролировал Клаус. Подпустит он ее к алтарю?

Нет.

Но тогда что?! Что он предлагает?!

– Чтобы спасти свой народ, ты дашь мне согласие на подчиненный брак, Ланидир. Родишь сына. Он и получит власть над обоими кланами. Потом я тебя убью.

– Выгодное предложение.

Сарказма Клаус не заметил.

– Очень. В противном случае я убью тебя прямо сейчас. А так еще поживешь какое-то время. Потомство оставишь.

Далина подняла брови.

– Оставлю беспомощного малыша в твоих руках? Серьезно?

– Я тебе принесу клятву, как и ты мне. Равноправный брак не предложу. Подчиненный, но для тебя и это неплохо. И гарантии безопасности для твоего потомства.

– Как только я соглашусь на подчиненный брак, и я, и мои дети окажемся полностью в твоей власти. Я знаю законы.

– Ты и так в моей власти.

– О нет. Умереть я могу в любой момент, и наследника с кровью алых ты не получишь. Я – твой единственный шанс, ты сам так устроил.

– Верно. И ты можешь сделать так, чтобы в нем было поровну нашей крови. И твоей, и моей. Я знаю, вы, Ланидиры, так делали.

– Да.

– Вот и я предоставляю тебе возможность оставить потомка, отдать ему власть над кланом и родовым алтарем, а самой получить легкую смерть. Ты мне даешь сына, который сможет принять власть и над черными, и над алыми.

– Хм… нет, невыгодно, – качнула головой Далина. – Кого ты решишь подчинить следующим? Синих? Зеленых? И тебе понадобится наследник и их крови… Не случится ли так, что моего сына убьют?

– Я не стану делать ничего такого в ближайшие сорок лет. Среди черных мою власть никто не оспаривает, но вот среди красных… нет, не в ближайшее время. Наш сын еще успеет вырасти, и, возможно, именно он будет укреплять мой союз с синими или зелеными. Или золотыми, кто знает?

Далине чуть дурно не стало.

Роди ребенка, оставь его в руках безумца, а как еще тот воспитает малыша?

Альтернатива, правда, не лучше. Но…

Было еще одно, о чем забыли драконы. Алые – мастера сделок и договоров. Как известно, каждое слово имеет значение. А иногда этих значений несколько, и трактовать сделку можно по-разному. И выполнять – тоже.

Будет ли у нее такая возможность? Вот в чем вопрос.

У Далины уже было преимущество. Дубдраган не знал о родовой магии Ланидиров. Той самой, исконной, настоящей. А Далина просвещать его была не обязана. Подчиняться – да, возможно. Но не выворачиваться наизнанку, не рассказывать все и сразу…

– Я не знаю, что ответить.

– Я думаю – знаешь.

– Драк, я похожа на дуру? Сначала наш договор, а потом уже мой положительный ответ, и никак иначе!

Судя по лицу, Клаус рассчитывал на другую реакцию. А Далине было тошно от страха, ярости, отчаяния, боли… Ей предстояло пройти по волоску над пропастью. И если она не справится… крылья ей не помогут.

Глава 4

Далина вскинулась на кровати, вся в ледяном поту.

Уф!

Это сон, только сон, это было и прошло. Она жива, и пусть еще не выиграла, но следующий ход за ней. Если она не ошибается… ну-ка?!

Далина вытянула вперед руки.

Зубы, да. Но это начало. А что еще?

Вокруг пальцев засветилась туманная дымка. Такая смутная, светлая, еще не алая, скорее, розовая. Далина опустила руку и коснулась пола. Его не жалко. Палец, окутанный туманом, легко и непринужденно прошел через старую доску. Далина осмотрела его.

Палец был цел, невредим и даже не испачкан. В полу – дырка. Это начинала просыпаться вторая форма дракона. Вообще, у драконов было три формы, но везде имелись свои хитрости. Первая форма – мощное и грозное крылатое, летучее и огнедышащее, от тридцати до пятидесяти метров длиной. Вторая форма – слабое двуногое.

О третьей форме знали на Ардейле, а тут даже в сказках о таком не говорилось, Далина проверила. А если подумать? Иногда требуется драконья сила, защита, клыки, но превратиться в полноценного дракона тридцати метров длиной просто нет возможности. Вот тогда и можно принять третью форму – ящера, чуть крупнее человека, или измениться частично. К примеру, человек, но с драконьими лапами, или дракон с человеческой головой…

Это реальность. Но не для плоти, а для энергетического контура. То, что здесь, на Земле, называют аурой, можно сделать плотным, каркасным, и работать уже с чистой энергией.

Далина пока еще многое не могла, только когти. Но и это неплохо! Такими руками она спокойно вскроет любой металл, прорежет стену, про человека и говорить не приходится.

Опасное оружие.

Но были и минусы.

Далина откинулась на подушку. За эти несколько секунд она стала мокрой как мышь, и слабость накатила. Кто сказал, что это легко? Такие действия требовали энергии, а она не бралась из ниоткуда, все человеком… Однако радовало то, что лед тронулся.

Есть зубы, есть когти, потом энергетический контур будет строиться дальше. Даже если она не сможет перекинуться полноценно в этом мире, так что же! Она это сделает на Ардейле! Главное, достроить тело здесь, пройти полноценное изменение, а уж потом… Она имела право на один визит в родной мир, и для начала надо было рассчитать, когда его нанести.

Да-да, время в разных мирах шло по-разному. Здесь оно текло, может, быстрее. Может, медленнее. Далина не знала.

С другой стороны…

Звездную карту своего родного мира она помнила идеально. Бумага есть, калькулятор есть. Великолепное приспособление, за него любой дракон хвост отдал бы! Вот правда, почему они такого не изобрели? Насколько легче с ним считать звездные круги?

А еще у Даши был атлас.

Хороший. Как Костя сказал – еще советский. В нем не все современные границы были обозначены верно, зато имелись карты звездного неба. Значит, и рисовать ничего не придется, только считать.

Василиса и Костя сопели на пару.

Далина села в уголке и принялась за вычисления. Тихо-тихо. Лампочка едва светила, но ей хватало, она и без нее обошлась бы. Просто глаза еще не перестроились окончательно. Вот зубы – те уже начинают. Вчера один из клыков вывалился, и на его месте рос новый. Острый, крепкий – хоть железо им перекусывай.

Далина просидела за расчетами до утра, ругаясь и путаясь, но к утру кое-что было примерно ясно.

Коэффициент между мирами 4:5. То есть в этом мире проходило четыре дня, а на Ардейле – пять. В этом мире четыре года, в мире, где живет ее сын, – пять лет. Но так долго Далина ждать не будет, малыш не должен расти без матери.

Проблема была в другом.

Вернуться – обречь себя на смерть. А вернуться надо, не все так просто.

Родовой алтарь Ланидиров требовал. У каждого рода драконов был свой алтарь, и у каждого рода он разный. У Дубдраганов, кстати, это плита черного обсидиана. Здоровущая, не всякий дракон поднимет. А вот Ланидиры поступили хитрее.

У них в подвале стояла красная каменюка. Здоровая, мощная, и родовой магией от нее фонило так, что не подойти. Только это был не весь алтарь.

Еще первый из Ланидиров понял простую истину: алтарь должен быть небольшим, чтобы его можно было легко перевезти, перенести в руках, спрятать, наконец. Да и ситуации могли быть разные. Например, как у Далины. А потому…

Алтарь Ланидиров был поделен на две части. Бо́льшую, самую главную и активную, удобно устроили в подвале. А вторую, меньшую часть алтаря, Ланидиры принципиально хранили в открытом доступе. Все равно никто не знал, что это такое.

Красный алмаз находился в супружеской спальне главы рода. Под него сделали шикарную лампу, из золота отлили дерево, ну и все остальное добавили: изумрудные листья, рубиновые и сапфировые цветы, птиц разных. А брюшком одной из птиц как раз и был тот самый алый алмаз. Очень удобно, кстати. Все обряды можно было проводить, не выходя из спальни. Да и никто не стал бы искать алтарь в таком месте.

А еще…

Когда Дубдраган захватил замок Ланидиров и устроил в нем свою резиденцию, лампу он не выкинул и никому не отдал. Не позволила такого душа дракона! Там одних драгоценных камней три ведра, как ее отдать? Такое самому нужно! Для подтверждения статуса. Так это все и воспринимали.

Так что лампа осталась стоять, где стояла, и Далина легко могла к ней подобраться и провести все нужные ритуалы. А если бы захотела, то и забрать с собой. И Клауса информировать не надо. Дайте ей полчаса времени, и все.

Далина подумала, что кто-то из предков был жутко хитрой сволочью. Спасибо ему за это.

А вернуться все равно надо. Не просто так Клаус сделал ей предложение. По-человечески, по-драконьи это было жутко. А с точки зрения родовой магии все нормально. Далина – последняя из рода – была обязана обеспечить продолжение рода и отомстить. От кого она решила бы родить, было неважно. Могла и от Клауса. Сильный самец, захватил гнездо, от него будут хорошие дети. Приблизительно так рассуждал алтарь.

А вот второе действие было печальней.

Она обязана отомстить за родных.

Именно в такой последовательности: сначала род, потом месть. А то вдруг она голову сложит, и сама не отомстит, и род закончится. Это неправильно.

Потом месть должна перейти к ее сыну. Ну тут уж половина на половину. Станет он мстить родному отцу? Его выбор. Магия такое позволяет. Клаус убийца, но он – отец! Можно требовать справедливости, но можно и простить. Не у каждого хватит мужества убить своего отца или мать, магия это тоже учитывала.

Так что Клаус действовал верно. Он себя обезопасил. Не до конца, правда. Далина оказалась умнее и хитрее. Она была жива, а супруг об этом не знал. И не узнает, даже если они встретятся. Клятвы были разорваны, они действовали до смерти одной из сторон. Смерть состоялась, тело Далины честь по чести положили в фамильный склеп, они больше не женаты. А Дашино тело отлично ее защитит. Внешность у нее другая, а у Клауса чутье, как у топора. То есть его почти нет. Полукровка, ублюдок, просто с громадной силой, но это игра случая… и силы всегда мало!

Могла ли Далина отказаться играть по правилам?

Вполне. С одной крохотной оговоркой: она отречется от рода Ланидиров и долго не проживет. Предатели родовой магии и своей крови вообще долго не живут, это все знали.

Вот был пример.

Не так давно, всего лет пятьсот назад, у синих драконов. Но какая разница? Принципы все равно одни и те же. Наследник рода женился на стерве. Ничего удивительного. Такое и с самыми лучшими драконами бывает, тем более если они думают не головой. Так он, даже став главой рода, все вопросы принялся решать тем же местом, которым любил жену. Нет, не головой.

Мать из клана выгнал с воплем: «Моя семья – это моя жена и мои дети». Старая драконица такого позора не пережила, поднялась повыше, да и сложила крылья. Может, она и простила сына и не проклинала, все-таки она – мать. Но были еще и дочери, и внучки. У драконов семьи плодовитые, и старый глава клана никого от рода не отсекал. Может, он видел гнильцу в наследнике, может, дочерям шанс давал, только не они в род супруга уходили, а мужья приходили в род жен. И вот одна из внучек решилась. То ли из-за любви к бабушке, то ли из-за ненависти к дяде или тете, кто ж ответит? У нее самой спрашивать дураков не было. Так или иначе она пришла к родовому алтарю и провела ритуал. Напоила камень своей кровью и попросила справедливости.

А алтарь – не мама любящая. Алтарь «доведение до смерти» понимает прямо, как убийство.

Наследник при следующем же обращении к алтарю поплатился жизнью. Вместе со всей своей семьей. Жена, сыновья, дочь… Алтарь жалости не знает. И слов не слушает. Он тебе в душу заглядывает.

Ты знал, что обрекаешь мать на смерть?

Да.

Твоя жена знала? Твои дети знали?

Да.

А страшнее преступления, чем поднять коготь на родителей, пожалуй, и нет. Уйти можно, убить… лучше не рисковать. Синий рискнул – и проиграл все.

Приговор приводится в исполнение мгновенно и обжалованию не подлежит. Сгнили все шестеро за три дня, и закопали их как падаль. А во главе рода, кстати, встала та самая внучка, и сейчас правили ее потомки. Алтарь это учел.

Все логично и безукоризненно рассудочно.

Самое ценное в мире – своя кровь. Она тебя не предавала, не наносила ущерба, не вредила никаким образом, а ты от нее отрекся? Значит, нанес ущерб роду, и приговор тебе один: смерть. Тебе, твоим пособникам, тем, кто знал и не пресек… Еще и поэтому внучка стала главой клана. Откат по всем драконам ударил, они тогда долго болели. Пропорционально своей подлости.

Если бы Далина отказалась играть по правилам алтарей… нет, долго она не прожила бы. Полгода, год – это если очень повезет. Клаус хорошо ее поймал, но недостаточно крепко. И Далина снова с удовольствием посмотрела на когти.

Она еще вернется.

Размышления прервал крепкий зевок. Проснулся Костя.

Ардейл, замок Ланидиров

За каждым успехом мужчины стоит его женщина.

Рассина была в этом абсолютно уверена. Она смотрела в зеркало и гордилась собой. А почему нет?

Кем она была еще двадцать лет назад? Шестая дочь, синие драконы, малозаметная личность… да какая там личность? Синие плодовиты, таких, как она, у отца еще восемь. И четверо сыновей. О приданом можно было не заговаривать. Из перспектив – выйти замуж за кого-нибудь и рожать, рожать, рожать! А ей не хотелось. Она же красивая!

Самая красивая из сестер, между прочим.

И глаза у нее потрясающие, синие, и волосы золотые, шикарные. Да, это признак слабости крови. Если дракон сильный, то у него и глаза и волосы в родовом цвете, а у Рассины ни одной синей прядки нет. Только глаза. Ну и что с того?

Вон у Дальки волосы были густо-алые. Хотя ей это и не помогло, ха! Головой надо думать, а не хвостом махать! Дура!

Наемница безмозглая!

Рассина

Как бы ты ни сильна была, а хитрость всегда свое возьмет.

И сколько этой хитрости понадобилось Рассине, чтобы приручить Клауса, стать для него той самой, единственной и неповторимой, чтобы все ему объяснить правильно, то есть так, как выгодно ей… ух, если вспоминать, жутко станет.

Клаус мог бы многого добиться. Воинских талантов у него не отнять, и дракон сильный. Если подумать, он вполне мог основать свой род… лет так через сто пятьдесят – двести. Завести сильную жену, завести потомков – три, а лучше, пять поколений…

Но Рассину это не устраивало по множеству причин.

Первая и главная – это когда еще будет, а ей нужно здесь и сейчас! Она что, этого недостойна?

Вторая – от Рассины не получить сильного потомства. Она может вступить в существующий род, но усилить его… нет, не тот случай. Любой ребенок от нее получится слабее отца. Сильного дракона она просто не выносит.

Третья – что такое созданный род? Это не так хорошо, не так сытно, не так богато! И вообще, Клаус имел права на большее. Надо просто научить его, как воспользоваться этими правами. И Рассина научила.

А что такого? Если он не просто ублюдок, а побочный ребенок одного из сыновей главы клана черных.

Он имел полное право и отца вызвать на поединок, и с братьями разобраться, раз его бросили и участия в его жизни не принимали, и главой черных драконов стать, причем клана драконов, а не одного рода! Вообще – всех черных!

Деление внутри драконов было достаточно четкое. Существовал клан черных драконов, включавших в себя триста или четыреста родов. У каждого рода был свой предок, и каждый род был так или иначе связан с родовым алтарем Дубдраганов. Нет, не браками, это совсем не обязательно, хотя в той или иной степени драконы между собой родня. Там бабка вышла замуж за прадеда, тут дядя с тетей хвосты переплели, дело житейское. К объединению родов в клан это не имеет никакого отношения. Обычно для объединения хватает капли крови на родовом алтаре. То же самое было у алых, только у них главными в клане были Ланидиры.

Когда в роду менялся глава, преемник приходил к главе клана, они шли к алтарю, жертвовали каплю крови, и алтарь принимал новую связь.

Алтарь…

Рассина поморщилась, вспомнив, что ее родовой алтарь – это алтарь синих. Черные ее не примут, алые тоже, да она и сама не пойдет. У нее не хватит сил сменить род, увы. Она едва могла менять ипостась… и это тоже было обидно. Клаус не любил своего дракона, но легко поднимался в небо. Далина могла парить часами, да она так и делала. А вот Рассине каждая смена ипостаси давалась с таким трудом, что хоть ты хвостом ударь! Драконицу словно наизнанку выворачивало, со всеми «приятными» ощущениями, и летать потом не хотелось. Каждое превращение отнимало у нее пару дней полноценной жизни.

Пока превратишься – сутки. Пока в драконьем облике все сделаешь, потом обратно еще мучиться… Перекинуться-то можно за час. А вот от ощущений отходить быстро не получалось, лежи и страдай. А Клаус просто разводил руки в стороны и тут же начинал обрастать чешуей, увеличиваться в размерах… Десять-пятнадцать минут, и дракон готов.

У Далины Ланидир все происходило еще быстрее. Буквально несколько секунд, и она была уже в небе. Ну и что? Помог ей полет? Да ни разу. Как была на цепи у Клауса, так и осталась. Клятвы держали ее крепче ошейника, хоть по сорок раз на дню перекидывайся. А кто все придумал?

То-то же!

Рассина могла гордиться собой. Одного клана ей было мало. Ну так и прекрасно, можно подмять под себя второй! Не золотых – те слишком богаты. Не синих – опасно. И даже не зеленых, о, нет! Зеленые тесно связаны с синими, а ее отец не дурак. Пока Рассина резвится в других кланах, он закроет на это глаза. А если окажется слишком наглой… Была сотня с лишним способов прищемить хвост слишком наглому дракону. Алтарь и для этого годился.

Что такое алтарь?

Первый алтарь был создан алыми в незапамятные времена, когда драконы только осознавали себя. Сложно выбирать между двумя телами, сложно переходить из одного состояния в другое, сложно вынашивать и рожать… Только это жизнь. И у кого-то силы больше, аж через край хлещет, а кто-то едва хвост таскает! Тогда и придумали алтарь.

Место, где можно отдать силу и взять силу, принять в род и изгнать из рода. Фактически алтарь – это инструмент, на котором виртуозно должен играть глава клана. Бездушный и безмозглый инструмент. Нажмешь правильно – получится музыка, не сумеешь справиться – будет жуткая какофония.

Одно условие – глава клана должен быть достаточно силен! Оговорка: необязательно самым сильным в поколении, иначе главный род менялся бы раз в сто лет, а то и чаще. Просто – достаточно сильным и лучше из того рода, который в свое время создавал алтарь. Попробовать свои силы может и любой другой род, но тут без гарантии. Может получиться. А можно и сгореть, в буквальном смысле слова.

Но с алыми вроде как все получилось! Клаус получил наследника, а уж воспитать его – дело Рассины. Далька боялась, что Рассина причинит вред ее ребенку. Идиотка! Это еще один билет Рассины в светлое будущее! Да она будет самой лучшей мамочкой, как только ребенок начнет что-то соображать. Пока к этой мерзкой личинке и прикоснуться-то было противно. Фу! А еще лет через пятьдесят можно и золотыми заняться. Малышу Карлу не помешает золотая невеста из правящего рода. И пусть только попробуют отказаться! Один раз сработало, и второй прекрасно получится!

Россия, наши дни

– Дашка, ты волосы, что ли, покрасила?

– А чего?

– Они у тебя словно розовым отливают? И заметно так…

– Да вот взяла неудачный шампунь. Оказалось, он такой оттенок дает, – отмахнулась Далина.

– А-а…

Впрочем, умолк Костя ненадолго. Ровно до стука в дверь. А потом ручку сразу же и подергали. Если бы Далина не заперлась на задвижку, которую лично приколотила, так и вошли бы.

Вот наглость!

Кому это жизнь надоела?

Далина распахнула дверь – и едва не попала по тетке в строгом костюме.

– Девушка, вы что?!

Кроме сухопарой, длинной, словно жердь, тетки с короткой стрижкой и в синем брючном костюме за дверью стояла еще одна – на голову ниже и в два раза шире, в зеленом, и какой-то мужчина в джинсах и свитере. Средних лет, с усталым выражением лица, с папкой наперевес.

– Я что? Нет, это вы – кто? Извольте представиться!

Агрессии в словах «костюмной» женщины хватало и возмущения тоже. А драконы на такое очень быстро отзываются и начинают скалить зубы. Зверь же! Которого контролирует, конечно, человек, но в основе своей дракон – хищник! А человек – дичь. Это идет еще от неразумных ящеров и диких обезьян, и противостоять инстинктам сложно. Сожрать не сожрет, но получить хвостом с размаху по всей тушке – тоже приятного мало! До места приземления обычно долетает уже покойник.

– Я? Я Наталья Михайловна! Инспектор по делам несовершеннолетних!

– И кого вы тут собрались инспектировать? – подобралась Далина.

Что делают инспекторы в этом мире, она не знала, а вот на Ардейле от них были одни проблемы.

– Так… Свиридов Константин Константинович у вас находится?

Послышался стук упавшего табурета. Костя встал из-за стола, и лицо у него было белое-белое…

– Вам что нужно? – резко спросила Далина.

Тетка напирала бюстом, стараясь оттеснить наглую девчонку и пройти в комнату, но куда там! Хрупкая с виду соплячка стояла словно скала и смотрела так, что мороз по коже бежал и давить на нее не хотелось. Страшновато.

Инстинкты – они такие, отлично работают в обе стороны. Пусть в этом мире динозавры вымерли, а не развились в гордых драконов, но… с памятью веков не поспоришь. И динозавры преотлично лопали приматов, не разделяя на сухоносых и мокроносых[9].

– Па-азвольте! Петров Иван Сергеевич. Ваш участковый.

– Позволяю. А мы тут при чем? – начала терять терпение Далина.

– Константин Свиридов – несовершеннолетний, поэтому им должны заниматься органы опеки.

Далина пожала плечами.

– Допустим. В чем это выражается?

– Поскольку ему пока еще тринадцать лет, Константина Свиридова следует поместить в детский дом.

Далина скрипнула зубами (второй ряд, кстати, прореза́лся потихоньку, но чесался зверски и настроения не улучшал). В ее мире такого не было. В ее мире осиротевший ребенок мог сдать своего рода экзамен на зрелость и спокойно жить один. Или с кем-то из родственников. Да, возможны злоупотребления, но где их нет?

– Он может остаться жить со мной?

– Вы – родственница?

– Условно.

А что? Все мы родственники через тех приматов, которых не слопали драконы.

– Нет, – вмешалась вторая тетка, в костюме дивного оттенка болотной зелени, который придавал ей потрясающее сходство с жабой и едва не лопался на объемном пузе. – Вам самой-то сколько лет? И условий тут нет! И работы нормальной у вас нет! И ребенок свой… Где его отец?

– Химеры съели, – огрызнулась Далина.

И не успела перейти в наступление, как позади теток взвился мерзотный голос Нины Викторовны. Ах ты ж, паразитина недодавленная!

– Да-да, вы ее проверьте! Она тут со всеми пере… шлялась, ребенка лупит, не кормит. Такой, как она, детей доверять вообще нельзя! Вы пройдите ко мне, я вам все-все расскажу!

Участковый развернулся с таким видом, словно у него зубы заболели.

– Нина Викторовна! Пожалуйста…

Помолчать? Заткнуться? Куда там! Зараза почувствовала кровь и перешла в наступление. Вцепилась в рукав одной из теток и затараторила:

– Вы ж обязаны, если вам сигнализируют, так рассмотреть сигнал! Разве ж это мать? Понарожают, сами не знают от кого, а потом пьют, гуляют! Вы посмотрите, какая она тощая! Может, у нее и наркота какая есть…

«Жаба» слушала и млела. И взгляд ее выпуклых глаз не предвещал Далине ничего хорошего.

Драконица даже растерялась ненадолго.

А правда – что делать? В своем мире она была величина, у нее были права, а тут она кто? Ноль! И считаться с ней никто не обязан!

Этих людей можно убить, но на их место придут другие! А само явление не убьешь, вот где беда! Хоть клыки в три ряда отрасти – не поможет. Нина Викторовна тараторила все быстрее. И не заткнешь мерзавку…

Дзен! Вопрос решил сам Костя, который попросту выпрыгнул в окно. Участковый дернулся было за ним, но куда там! Не с его пузом за мальчишками скакать.

Далина развела руками.

– Нет человека – нет проблемы.

– Это ничего, мы сейчас к вам в гости зайдем! Посмотрим, что у вас с условиями для содержания ребенка, – сощурилась «жаба».

Далина отзеркалила взгляд.

– Для начала вы мне документы покажете. А я их себе сфотографирую, чтобы знать, на кого писать заявление. Но не участковому. Да, Иван Сергеевич? В прокуратуру! Что-то мне подсказывает, что у вас должна быть во-от такая стопочка бумаг, а если ее нет, это произвол. Вы собираетесь меня гнобить на основании сплетен вот этой особы? Замечательно, просто замечательно!

Женщины побагровели от возмущения.

– Сплетен?! – взвилась Нина Викторовна.

– А есть доказательства? – ухмыльнулась в ответ Далина. – Тут что, пустые бутылки валяются? Сигареты по всем углам рассованы? Мужчины строем стоят в боевой готовности? Нет? Что вам еще надо? Вы бы эту тетку лучше проверили. Ей-ей, не зря ей ногу в юности сломали!

– Да ты! Ты знаешь…

– Да все знают, как вам любовник ноги переломал за то, что вы его беременную жену доводили, – припечатала Далина.

На самом деле она и не в курсе была, что да как… но тут главное – выглядеть уверенно и придумать гадость погрязнее. Пусть потом оппонент оправдывается! Может, она и предъявит справки о своих болезнях. А может, и нет.

«Синяя» и «зеленая» тетки переглянулись. Эта сплетня была явно поинтереснее. Нина Викторовна побурела и завизжала уж совсем на высоких нотах. Далина скрестила руки на груди и смотрела. Молча. Чтобы лишнего не наговорить и потому, что зубы чесались зверски.

Ей сегодня в спортзал надо. И полы мыть. Побыстрее бы это представление закончилось. А потом еще Костю искать… хоть бы с мальчишкой ничего не случилось! Хоть бы сам догадался прийти!

Паразитки!

– Господа, сегодня я буду вести у вас занятие. Это не совсем та борьба, к которой вы привыкли. Я буду учить вас немного иначе. Вас тут… да, шестеро. А теперь попробуйте меня схватить и повалить.

Мужчины переглянулись – и шагнули к хрупкой на вид девушке.

Умар наблюдал за всем происходящим через несколько камер, которые приказал установить в японском зале.

Вот девушка стоит посреди зала. А вот… не исчезает, нет. Он и слова такого не подберет! Больше всего это было похоже на издевательский танец. Девушка шагала ровно туда, где ее не ожидали увидеть! Ищешь ее впереди, а она у тебя за плечом. Поворачиваешься, но она уже совсем в другой стороне и сдвигается ровно туда, куда тебе не дотянуться. И то, что против нее не один, а шестеро противников, ей совершенно не мешало. Напротив, они топтались, сбивались с ноги и мешали друг другу, а Дарья издевательски касалась то одного, то второго. Голой рукой и достаточно легко. Но можно было без труда представить, как в этой изящной ручке пляшет острый клинок.

Дураком Умар не был и после получаса наблюдений, понял, что именно видит. Дарью действительно учили убивать, она ему не солгала. Ее не учили возиться с противником, не учили красивой и благородной схватке напоказ, на камеру, не учили обезвреживать. У нее была чуточку странная школа, но понимающему человеку становилось ясно – все в ней направлено на уничтожение врага.

Вот и она учила тому, что умела сама. То, что она делала, – просто, эффективно, логично и жестоко. Уйти от атаки, ударить в ответ и снова уйти. А если вступать в схватку, то бить быстро и жестоко.

Каких же усилий ей стоило не поубивать пацанов в прошлый раз?

Интересно, где у нас так учат? Спецслужбы какие-то? Да нет, девчонка совсем молодая, разве что кто-то из ее родных там служил и мог научить.

Кстати, двигалась она… нет, не то чтобы неловко, но часть приемов парировала немного медленней. Словно тот, кто ее учил, был крупнее. Массивнее, сильнее, чем Даша. Она хотела применить прием, потом вспоминала, что сил не хватит, и делала нечто другое. Не прямой удар или прямое столкновение, сила на силу, а отвод, уход, захват. Она словно адаптировала чужие приемы под себя, но… не до конца.

Странно, но дареному коню в зубы не смотрят.

Скоро приедет Хабиб, он и посмотрит «золотую девочку» Дашу, он и попробует ее в бою. И если одобрит… О, тогда Умар заработает очень много денег. А Даша?

Она тоже заработает, конечно, в разы меньше, но это справедливо. Зачем ей деньги? Какие вообще деньги нужны женщине? Ей муж нужен…

Но эту лучше замуж не выдавать. Вот так, не понравится ей супруг, и его потом в листик раскатают и в трубочку свернут. А уж куда засунут, и вовсе лучше не думать. Женщина должна быть покорной, ласковой и нежной, а вот эта жуткая хищница любого сожрет. М-да. А может, не связываться?

Нет. Такая удача бывает только раз в жизни, нельзя от нее отказываться!

Умар посмотрел на камеру.

Хусейн как раз протягивал руку к Даше, а та нарочито медленно ускользала от него, явно показывая новое движение. Захват, излом…

Да, это – редкость. Нельзя ее упускать.

Да что ей, черт ворожит, что ли?

Убийца только зубами скрипел!

Пашка, поганец, два раза дело сделать не сумел! Первый раз все бросил и сбежал, говорил, лежала Дашка как дохлая… Вот бы! Так нет же, выжила!

Второй раз все происходило еще веселее. Дашка их побила, покалечила… Правда, их еще и наряд отпинал, так что не ясно было, что и где. Не положено так?

А менты что, не люди?!

Может, они этим троим и помогли бы, но не успели спросить, что случилось, как Пашка на них и бросился. Что-то у него с мозгами совсем плохо стало после Дашкиного удара.

Вот и получил. На него теперь надежды нет, одна только радость – он никому не скажет, кто его науськал.

И с убийством не вышло.

Хотя там-то получилось уж и вовсе случайно…

Но что делать с Дашкой?

Убийца поежился.

Одно дело – как получилось с пьяной дурой, другое – справиться с молодой сильной женщиной. Нет, такое он не сможет сделать. Или… сможет?

А если она увернется?

Вроде бы ничего такого она не умела, но… С Пашкой же как-то справилась. И с Валькой…

Убийца скрипнул зубами. С убийством-то вышло случайно… он и руку, считай, не приложил, пьяная дура сама все сделала. А с Дашкой так не получится.

Может, ей яда подсыпать? Но куда и как?

Почему так сложно убивать людей?!

Хотя… это ему сложно. А есть люди, которые на все способны! Почему бы не поговорить еще с одним? И убийца потянулся к полке, на которой стояла бутылка водки.

– Ну, наконец-то!

Далина крепко обняла парнишку, который едва на ногах стоял от всего пережитого. Конечно, дома он не появился, кто бы сомневался. Прибежал в торговый центр. Там и встретились.

– Дашка…

– Выдохни и расслабься, тебя никто не ищет.

– Ага, как же! – Костя сжал кулаки. – Это только пока!

Далина кивнула.

– Участковый сказал, что, когда ты появишься дома, он будет вынужден тебя забрать и препроводить в детский дом.

– Сволочи!

– Полностью с тобой согласна. Детский дом – это не наш вариант.

– А какой наш? Бегать и прятаться? Дашка, я под мостом жить не смогу, у меня бронхит хронический!

Далина кивнула. Об этом она уже знала. Костя, увы, обладал крайне слабыми легкими. Сказать бы спасибо за это его матери, да чем потяжелее. Пьяное зачатие всегда скажется. Может, не сразу, не сию минуту, но обязательно проявит себя, вылезет, покажет свою змеиную голову. А уж какой орган будет задет – лотерея с обязательным проигрышем, иначе и не скажешь.

Костя редко какую зиму проводил без болезни, и Даша регулярно колола ему антибиотики. Две пневмонии у него уже было, может, и еще будет. Хотя Далина была уверена, тут и все остальное помогает: дом с деревянными полами, в котором зимой наверняка холод и сырость, плохое питание, слишком легкая одежда, мамаша, которой плевать на мальчишку… сама бы стерву убила, да кто-то опередил!

– Знаю. Но я тут подумала… а если я возьму над тобой опеку?

Костя аж засветился от радости. Но – ненадолго.

– Даш, тебе не дадут.

– Почему?

– Молодая, денег мало, условия не очень, семья неполная… Это еще полбеды, но все остальное точно сыграет против тебя.

Далина скрипнула зубами, оцарапав язык. Да, клыки растут, активно.

– Тогда второй вариант. Сниму квартиру и переедем.

– Пробьют по компьютеру, школу-то я посещать буду, там и выловят.

– Значит, переедем в другой город. В ту же Москву. Кто тебя там ловить будет?

– Ну…

– Купим тебе другие документы и переедем в этом городе.

– Это преступление.

– Ни разу! Мы их не будем слишком долго использовать, только шесть лет.

– Шесть лет?

– Ну… чтобы ты как следует отучился, окончил школу и получил аттестат. А потом уж явишься с повинной, если захочешь.

– Эм… Чего захочу?

– Жить как старая личность. Если что, у тебя пока всех документов свидетельство о рождении и полис, я посмотрела. Немного подделывать, дорого не запросят.

– У нас и тех денег нет.

– Заработаю. – Далина говорила таким тоном, что Костя и сомневаться не стал. Сделает. Горы свернет. И прижался покрепче к девушке.

– Дашка, спасибо…

– Есть еще и третий вариант, там и подделывать ничего особо не надо. Одного анализа хватит.

– Да?

– Я твое свидетельство о рождении посмотрела, там отец не указан.

– Ну… мать пила, да…

– И сама не знала, от кого рожала, – жестко подвела черту Далина. – И это хорошо.

– Разве? – засомневался Костя, которого по этому поводу в детстве только ленивый не дразнил.

– Представь. Является на похороны твоей мамы мужчина, представляется твоим отцом, делаете вы анализ, и он идет в суд. А там тебе определяют место жительства с отцом.

– Не хочу!

– А он преспокойно передает тебя – мне.

– На это тоже деньги нужны. Но так, наверное, можно. Участковый мои документы забрал?

– Смеешься? Это я знаю, где ты их хранил, а участковому и в голову не пришло ковер со стены снимать, переворачивать, подкладку отдирать…

Костя расслабился.

Так он и документы хранил, и свои невеликие сбережения, и фотографии – несколько штук. Мать у него чего только не вытворяла, могла и выкинуть, и порезать в клочья… Страшная штука – алкоголь.

– Дашка, спасибо тебе.

– Было б за что. Тебе серьезное задание. Садишься на телефон, обзваниваешь все объявления о сдаче квартиры внаем женщине с двумя детьми. Ищешь территорию поближе к спортзалу, в котором я сейчас работаю. Не хочу по ночам город ногами мерить.

– А уборку бросишь?

– Месяц доработаю – и пусть остаются без меня. Прокормлю я вас обоих как-нибудь, не пушись.

– Я не… Дашка, я сам подрабатывать буду, газеты разносить, объявления расклеивать, машины мыть могу.

– Вот и прекрасно! А будешь – учиться. И желательно на пятерки. Вырастешь, станешь знаменитым юристом и будешь помогать нам с Васёной. Ага?

– Дашка, я для тебя – что угодно.

– Что угодно – не надо. Нам бы пока место переночевать для тебя на недельку найти, а там уж и основательно снимать квартиру. Плохо, что у нас с тобой разные отчества, с фамилиями-то отговориться можно, а вот это… хвостом! Выкрутимся! Я пока мою, а ты смотришь за Васькой и ищешь квартиру. Вперед! Нам надо уже сегодня тебя куда-то поселить, точнее, всем троим поселиться.

Костя закивал и принялся копаться в телефоне. Тот медленно грузился, показывая объявления.

– На цены сильно не смотри, деньги есть. На пару месяцев мы точно жилье можем снять. – Спасибо поганцам, которых тряханула Далина, Курбашу и прочим. – Смотри на район. И на Ваську поглядывай, начнет пищать – зови.

И удалилась, не слушая благодарностей.

Парень уже свой, Далина его не бросит. Он же ее не бросил, когда у нее перестройка тела началась, и когда ей плохо было, и вообще…

Кто-то думает, что драконы собирают золото.

Нет. Не все. Алые драконы собирали вокруг себя людей. Верных и преданных. И это ценнее любого золота. Просто к чему об этом лишний раз говорить? И Далина принялась мыть полы. Она еще немного к мальчишке присмотрится, а потом, когда появятся доказательства, сможет ему и о себе рассказать.

Квартиру Костя нашел. Кстати, не самую плохую. Хрущевка-распашонка, так он это назвал. Крохотный коридор, небольшая комната, из которой две двери ведут и вовсе уж в крохотные комнатушки, кухня, совмещенный санузел. Все маленькое и ремонт старый, но что еще надо для счастья? Далине за глаза хватило!

Одна комнатенка для Кости, одна – для нее с малышкой, пока в самый раз. Хозяйка с сомнением оглядела ребенка и прибавила к арендной плате примерно пятую часть, но Далина возражать не стала.

– Как скажете, Евгения Михайловна. Задаток и за месяц вперед.

Получив деньги, хозяйка подобрела.

– Детской кроватки у меня нет, но могу по знакомым поспрашивать.

Далина вздохнула:

– Евгения Михайловна, буду очень признательна. Много заплатить не смогу… тут такое дело.

Лапшу на уши Далина вешала профессионально.

Она замужем. И муж ушел в запой, а заодно решил почесать кулаки о жену и ее брата. Ну… гражданский брак – он же тоже считается.

Даша раз по лицу получила, два получила, поняла, что так продолжаться не может, и ушла. Взяла самое необходимое. Конечно, они еще кое-что прикупят, обживаться будут, но это не сразу. К мужу она не вернется, хватит с нее! Пьяная скотина соображает мало, а дерется часто, сами понимаете, один удар – и Даша на небесах, а муж в тюрьме. Очень даже запросто. И кто тогда детей воспитывать будет? Лучше сразу удрать, чем потом лежать ровно ниже уровня земли.

Обойдется?

Вот-вот, так все и считают. Пока не помрут.

Евгения Михайловна согласно кивала.

– Ты правильно поступаешь. А моя дочь от своего негодяя никак уйти не может, вот где горе горькое.

– Тоже алкоголик?

– Хуже. Бизнесь-мен! Зарабатывает хорошо, тут ничего не скажу, отказа Катьке ни в чем нет, но ведь и пьет как лошадь, и с бабами гуляет, скотина! Кулаков о жену не чешет, но все его выходки – у детей на глазах.

Далина только головой покачала.

– Да, в такой ситуации женщине намного сложнее.

Не все могут жить самостоятельно. И не все себя уважают достаточно, чтобы уйти. И мужчины разные бывают… Иной так нервы вымотает, что взвоешь! Это не только на Земле, это и на Ардейле так. Что у людей, что у драконов, что у сирен – какая разница? Везде, где есть брак, есть и сложности.

– Да Катька ушла бы, но детей она не бросит, а он ей мальчишек не отдаст! Ладно, ты обживайся пока, – небрежно перешла на ты хозяйка. – Про кроватку поспрашиваю. И может, чего еще из детских вещичек наберу.

– Спасибо огромное, – искренне сказала Далина.

Она пока не знала, сколько придется здесь прожить, но вещи лишними не будут, это точно.

С утра все было неплохо, пока Далина не собралась обратно в барак.

– Дашка, лучше бы мне пойти с тобой.

– Костя, в этом нет никакого смысла. Допустим, ты пойдешь со мной. Тогда и Васёну надо брать. Получится, что я занята вещами, а вы просто зря таскаетесь по холоду.

А малышке это не полезно. И Косте бы дома посидеть, вон покашливает после вчерашнего. Температуры нет, ну так это быстро изменится. Погуляешь – появится. Пограничное состояние, когда тело еще не решило, болеет оно или держится. Вот и пусть дома сидит, не качает этот маятник.

Костя насупился.

– Там и моя комната. И насчет мамки узнать бы.

– Слушай, я все понимаю. – Далина мимоходом потрепала парня по затылку. – Но и ты подумай. Вызовут участкового – опять тебе придется бежать, а мне ругаться. Оно нам надо? Сбежал ты и сбежал, и хорошо. Я вещи соберу и вернусь. Главное, хвост за собой не притащить. А чем ты дорожишь в своей комнате? Что хочешь забрать оттуда?

Костя помолчал пару минут.

– Альбом. Старый такой, в красном коленкоре, он у меня под кроватью, в ящике. В самом низу. Там фотки. И мамкины, пока она нормальной была, и бабки с дедом…

Это Далина понимала. И уважала.

– Я принесу. Слово даю. Еще что взять?

– Ничего. Остальное мне не нужно, ты же сказала: новое купим. У нас денег точно хватит?

Далина кивнула:

– Купим, конечно. Не переживай, Кость, мы справимся, и денег у меня на все хватит, и еще заработаю. Только с малышкой посиди пару часиков. Она накормленная, пищать не должна.

Василиса и правда была на редкость спокойным ребенком, существующим в режиме «поешь – поспи». Возмущаться она могла только из-за грязных пеленок, но когда Далина узнала про подгузники…

Творцу этого дивного изобретения надо было ставить памятник! В золоте! Даже странно, что в ее родном мире не додумались до такой прекрасной вещи! Оказывается, и люди на что-то способны. Может, если она вернется в родной мир, то прихватит с собой упаковку… ладно, вагон подгузников и технологию изготовления!

– Посижу, – кивнул Костя, отвлекая Далину от мечты: вот она душит Клауса с помощью использованного подгузника! Особо циничным методом!

– Тогда я пошла.

Далина вооружилась двумя здоровущими сумками и отправилась к Даше домой.

Кто бы приличный ее встречал, а то…

– Нина Викторовна, – оскалилась Далина так, что чуть все клыки не показала. Даже второй ряд.

– Ага, явилась, не запылилась! А где Константин?

– Где-то в городе, наверное. Вам от него чего надо?

Противная тетка сощурилась, продолжая идти за Далиной и гундосить. Вот ведь и костыль ей не мешает. Где не надо, она горной козой скачет, холера! Чтоб тебя хвостом прибило!

– Ты понимаешь, что нарушаешь закон, пряча мальчишку от полиции и органов опеки?

– А вы понимаете, что я могу вас за клевету притянуть? Я его прячу. Докажите! Нет? Тогда отвечайте за свои слова! Или вы только врать горазды?

– Да я никогда не вру! Как ты смеешь, гадкая девчонка?

– Вот и не врите. Особенно за моей спиной, – огрызнулась Далина. – Думаете, не знаю, какие слухи вы распускаете? Давно бы на вас в суд подала, да беременность мешала!

– На меня! Честную женщину! Какая-то проститутка клеветать будет!

– Ага, честная женщина! А сыночка своего ты от кого родила? Мужика из семьи уводить тебе религия не помешала, нет?

Нина Викторовна поперхнулась ядовитой слюной. Ну было! Все отлично знали, что Вовика своего она родила от женатого мужчины. Надеялась, что любовник к ней уйдет, а он, наоборот, ушел от нее. Еще и в другой город переехал, и всю семью свою перевез. Алименты платил, но общаться не желал.

– У нас любовь была! А там еще и венчания не было, так что это не считается!

– Тетя, у нас светское государство. Считается – загс! А все остальное – твои нездоровые фантазии, и держи их от меня подальше! – вовсе уж по-хамски рявкнула Далина, с размаху захлопывая дверь перед активисткой. М-да. Так и к Косте не зайдешь… а альбом забрать надо! Вот сволочь какая, всех перебаламутила!

Далина быстро покидала в сумки свои вещи и кое-что для ребенка и отправилась на съемную квартиру, на чем свет стоит ругая Нину Викторовну.

Холера старая, чтоб тебе повылазило! Чтоб тебя лихоманка пробрала, чтоб у тебя чешуя осыпалась и не отросла, чтоб тебя паразиты зажрали, чтоб у тебя крылья обвисли и хвост поломался… плевать, что не дракон! Все равно! Случается же такое! Чистокровный человек, а какая гадина!

– Дашка, ты чего?

– Тсс!

Далина прижала палец к губам, прося Костю помолчать. Мальчишка послушался и притих, даже покачивать Ваську начал, чтобы та не пищала и не вертелась.

Драконица прислушалась.

Опасность!

Где-то рядом был враг. Чужой, недобрый взгляд сверлил ей спину, кто-то смотрел из темноты… Что за бред?

Они только что закончили убирать, вышли из торгового центра… Далина и хотела бы сразу бросить эту работу, но упросили остаться, пока ей не найдут замену. На такое драконица, конечно, не согласилась, кто там и что будет искать? Наверняка тянуть будут… так что две недели – и прощайте, но это время она доработает честно.

С боями пока было непонятно, но Умар уже что-то такое упоминал. Что у знакомого в клубе состоятся бои. Может, Даша захочет принять участие?

Далина согласилась, она не против, но это еще когда будет? А жить надо сейчас. Так что не пренебрегала даже медяком… то есть копейкой.

– Дашка?

– Костя, сейчас вы с малышкой идете домой. Спокойно. Не оглядываясь. Сможешь?

– Э-э-э… да. А ты?

– А я тут чуточку задержусь. – Далина улыбнулась. Уже не как Даша, а как капитан отряда наемников Далия Ланн, которую боялись – и заслуженно.

Костю вот тоже передернуло.

– Ты…

– Иди и не оглядывайся, что бы ни услышал.

Костя послушно побрел вперед. Василиса пискнула у него в кенгурушке, но Далина уже ни на что не обращала внимания. Она сделала шаг в темноту, второй – и тьма ласково обвила ее своими бесплотными руками. У драконов свои отношения с ночью. У алых – точно.

Темнота шептала, темнота подсказывала, темнота укрывала Далину, не давая ее никому разглядеть. Темнота подталкивала ее – и вот Далина увидела мужчину… И это за ней следит? Фу, какая гадость!

Дешевая одежда, пропитое лицо, дерганые движения – и злющие глаза.

Эх, в своем теле она лучше справилась бы, но и так сойдет.

Далина вышла из темноты аккурат за мужчиной. Не просто так, она еще нанесла ему два сильных удара по почкам. Для понимающих: таким ударом и убить можно, только не сразу, если умеючи. И боль от него жуткая.

Мужчина упал на колени, и Далина, не давая ему передышки, добила. Сильно, жестоко, вколачивая ногу ему в позвоночник так, что под каблуком хрустнуло.

Если каблук сломался – она заставит гада сожрать обломки!

А, нет! Кажется, это не каблук, а позвоночник. Тогда пусть живет… недолго!

Мужчина упал, он даже орать от боли не мог, и Далина оказалась на нем верхом, схватила за волосы и оттянула голову назад.

– Ты кто? Кто тебя послал за мной следить?!

Хвостом! Перестаралась!

Мужчина захрипел, изо рта у него пошла пена… Кажется, он подыхал. Какая невезуха! Ну, если так, сворачивать человеку шею? Можно, если сил хватает. А если не хватает – проще надавить на сонную артерию. Тогда потеря сознания и смерть. Далина это умела.

Ай, дракон-первопредок! Про вес забыла! Далина еще не привыкла к своим габаритам, и рука мужчины в последней, предсмертной судороге взлетела вверх и врезалась ей в нос. Далина почувствовала солоноватый привкус крови. Едва успела уткнуться носом в свое же плечо, чтобы кровью не накапать на труп. Пропала толстовка…

– Дашка?

Костя вернулся и смотрел с ужасом.

Далина выдохнула и встала с того, что было человеком.

– Костя, ты…

Вот как парня уговаривать, чтобы не орал и не бежал? А у него еще малышка…

Костя сощурил глаза. И внезапно выдал взрослым голосом:

– Ты мне потом все расскажешь. А пока давай тут приберемся, камер поблизости вроде нет. Если следы заметем, нас не вычислят.

– Приберемся?

– Карманы надо обшарить, а тушку… ага, вот туда, спихнем, чтобы не сразу заметили. Пусть хоть до утра не найдут!

Далине осталось только выдохнуть. Вот уж, воистину, в трудных условиях дети взрослеют быстро.

Дома Костя взялся за телефон мужчины.

– Дерьмо кнопочное, тут даже блокировки нет. Дешевка полная.

– Есть что-то полезное?

– Ну…

– Костя!

– Тут полно мусорных номеров. – Костя внимательно смотрел в список, потом достал свой телефон, стал что-то сверять, кивнул. – Часть – это, наверное, собутыльники. А вот этот номер тебе точно знаком.

– Какой?

– Твоей несостоявшейся свекрови.

Далина не сразу сообразила, что речь идет о Нине Викторовне, и скривилась.

– Фу!

– Может, и фу, но номер-то ее есть!

– Думаешь, она попросила за мной проследить? Или вообще убить? А зачем?

– Дашка, а этого я не знаю. Вообще, она дрянь такая, что может гадить из любви к искусству. Помнишь, как она Спиридоновых поссорила? Ведь ничего ей с того не перепадало, просто пакостная баба, которой чужое счастье поперек хребта.

– Могла она за тобой охотиться?

– Почему нет? Могла и догадаться, что мы вместе. Она ж не просто дрянь, она дрянь хитрая и изворотливая.

Далина кивнула:

– Ну и ладно. Этого с хвоста стряхнули и остальных сбросим.

– Тоже убивать будешь?

– Костя, я не хотела, честно. – Далина даже растерялась. – Просто ударила слишком сильно, не рассчитала.

– Ударила она…

Далина развела руками. Она понимала, что рано или поздно Костя заметит странности, но прямо сейчас объясняться…

Вовремя захныкала Василиса, потянулась к матери.

– Кость, ее кормить надо.

– Ладно. Но мы еще поговорим.

– Обязательно.

Как хорошо, что Василиса любит кушать долго и со вкусом. Костя как раз заснуть успеет, умотался мальчишка.

Кровь…

Все было окрашено красным, и Далина тонула в этом море.

Кровь… она легкая, солоноватая, прозрачная, она обволакивала и окутывала, проникала в каждую клеточку тела и напитывала его силой, она звала и пела о древней расе драконов, она приказывала и требовала – и Далина шла на зов.

Кровь призывала кровь – и женщина точно знала: там, за морями и мирами, есть еще одна алая искра жизни. Ее сын.

Его надо будет забрать, рано или поздно. Как только она накопит достаточно сил, чтобы проложить дорогу в родной мир. Это души бесплотны и могут перемещаться, куда им захочется, а с телами так не выйдет.

Кровь пела о силе и памяти.

О распахнутых алых крыльях в синем небе, об огне, который струился вдоль хребта, играя золотом на алой чешуе, о мощных когтях, под которыми рвалась и стонала земля, о глазах, в которые нельзя смотреть слабым, ибо можно лишиться рассудка.

Кровь пела хвалу алым драконам – и Далина слышала эту песню.

Она впитывала ее, она радовалась, она смеялась от счастья.

Наконец-то она возвращается к себе…

Кровь звала огонь, и огонь пришел, сначала ласковый и игривый, как котенок, но потом он обернулся могучим тигром, он охватил женщину с ног до головы, он ревел, он пожирал ее, он втягивал драконицу и сминал ее в комок, стремясь вылепить нечто новое, он сжигал дотла… что?

Далина не знала.

Сейчас она отчаянно боролась за свою душу, свой разум. Она знала, что если не устоит сейчас, забудет нечто важное.

И где-то на самой грани сознания горели алым две крохотные искры.

Они тоже боролись вместе с ней.

Они звали свою маму…

– Дашка! Дашка!!!

Такого от человека как-то не ожидаешь. Чтобы Дашка, привычная с детства Дашка, убила человека, а потом ночью началось вообще ненормальное!

Костя проснулся от сдавленного стона и увидел, как Дашка выгибается на кровати. Она не просто извивалась. Ее словно судороги пробирали. Однажды у нее уже был приступ, но тогда она разговаривала и соображала, а сейчас через нее словно ток пропускали.

Р-раз!

Пролетел импульс по всему телу, выгнул ее, сделал твердой, словно камень.

Два!

Тело упало на кровать, словно тряпичное.

И снова – выгнулось.

И снова упало, впиваясь пальцами в матрас… О черт! Она что – серьезно?!

Пальцы Дашки прорывали в старом матрасе глубокие дыры. Как так вообще можно?

А еще…

От нее шел такой жар, что Костя его чувствовал даже на расстоянии. Протянул руку, коснулся Дашки одним пальцем – и с воплем отскочил.

Это – как?!

Человек при сорока одном градусе температуры уже погибает! Кажется. Ладно, сорок два – предел. А тут он словно до электроплитки дотронулся! Градусов сто, а то и больше! Как она жива-то? Так не бывает!

Костя рванул в ванную, набрал ведро воды, примчался – и опрокинул его на Дашку.

Ага! Вода над ней чуть ли не в воздухе высохла! Еще раз повторить?

Мальчишке стало страшно, но что еще он мог сделать? Вызвать скорую? Так пока они приедут… С этой оптимизацией в городе скоро врачей не останется! То две больницы в одну сольют, то три роддома вместе сведут, то скорые урежут! Им что? У чиновников небось врачи личные, а простому народу… Пока скорая освободится, Дашка три раза помереть успеет!

Так что в ванную! И еще водички! И еще!

Рядом жалобно хныкала Василиса, но хоть не орала и ничего не требовала. Просто капризничала. Костя не заметил, что в глазах малышки тоже пляшут алые искорки, да и не вглядывался он, не до того было! Успеть бы!

После двенадцатого ведра жар стал меньше. И Косте даже удалось намочить майку, которая была надета на Дашке. Та правда, сразу высохла, но все равно уже успех.

Надо продолжать!

И Костя таскал ведра с водой, радуясь, что Васька не верещит и кормить ее пока не надо, и с радостью видел, что Дашке получше. А после очередного (тридцатого? пятидесятого? сбился со счета) ведра она вдруг открыла глаза. Костя выронил пустое ведро и сел на пол.

Глаза у Дашки были алые. Ни белка, ни радужки, сплошной алый цвет. И узкая вертикальная золотая щель зрачка.

Это вообще – как?!

Ардейл, замок Ланидиров

– Повелитель, ребенку плохо!

– Что?!

С Рассины Клаус слетел так быстро, что любовница не удержалась, полетела в другую сторону и крепко треснулась головой об столбик кровати, злобно зашипев:

– Клауссс!

Шипеть было уже не на кого. Как был, с голым всем, дракон выскочил в коридор и помчался к ребенку. Любовь?

Да ни разу! Просто другой алой драконицы у него не было. Эх, поспешил! Надо было заставить Далину троих родить, а уж потом убивать! А что делать, если этот загнется? Где нового брать?

Так что Клаус влетел в детскую, сильно напугав нянек, попробовал схватить малыша. И тут же взвыл, отдергивая руки. Хорошо еще, схватить не успел, не выронил.

– Хвостом дракона!!!

Ребенок весь аж горел! И нет, это была не метафора. По коже младенца бежали искорки огня, сливаясь в ленты. В борьбе с ними смертью храбрых пали уже пеленки и одеяльца, колыбель тоже собиралась прогореть, и няньки явно размышляли, что делать дальше.

– Идиотки бестолковые!

Клаус развернулся.

В комнату, держа наперевес старую деревянную колыбель, влетела старая же красная драконица. Такая старая, что даже волосы у нее были уже белые, без малейшего проблеска розового.

– А?..

Старуха тем временем, не обращая внимания на господина и повелителя, ловко цапнула малыша и переложила его в другую колыбель. Отряхнула загоревшийся рукав, сбивая искру.

– Фу! Вот так. И чтобы из этой колыбели не перекладывали! Эта не прогорит, ее первый Ланидир заговаривал.

– От чего заговаривал? – ошалело спросил Клаус. – Это вообще что?

Старуха развернулась, смерила Клауса насмешливым взглядом, от которого у дракона кулаки сжались, и сняла с себя передник.

– Вы хоть ценности-то прикройте, тут женщины и дети.

Клаус в полном ошалении повязал передник. Хотя какой у него был выбор?

– Ридола Гарм, я тут в няньках уж несколько сотен лет, и прадеда Далины вынянчила, и саму ее, и вот малыша ее еще понянчу. Вы, правда, меня в уборщицы разжаловали, ну так дело хозяйское, в детской тоже уборка нужна. А это… сила пробуждается в малыше. Рановато, конечно, но и такое бывало.

Клаус помотал головой.

– Ридола?

Женщина пожала плечами. Ну да, и что? Имя как имя.

– А расскажите-ка мне, драка Гарм, что это за пробуждение силы?

У самого Клауса такого не было. Или было? Или это только у чистокровных?

Ридола ничего не стала скрывать.

– Вы, драк Дубдраган, наверняка тоже силу пробуждали. Просто у всех по-разному происходит, у алых – вот так.

– Через огонь?

– Ну так… и колыбель у них старая, зачарованная. И покои… ежели позволите, переехали б вы из хозяйской спальни, а малыша туда перенесли.

– Зачем?

– А она тоже заговоренная. Хоть не погорит все при очередном всплеске.

Клаус сдвинул брови.

– Погоди… но огонь пробуждается позднее. Когда вторая ипостась, тогда уже…

– У Ланидиров может быть и раньше. У Далины в четырнадцать, а вот у ее старшего брата в шесть. У прадеда в два года. У младенца, конечно, почти никогда так не случается, по крайней мере, давно не бывало. Может, лет семьсот минуло с последнего раза. Ну так сейчас и обстоятельства особые. Последний же в роду!

Бабка смотрела так… врезать бы ей! Но нельзя. Хамить она не хамит, а взгляд…

Пока она необходима. Пока…

– Драка Гарм, а это долго еще будет?

Ридола пожала плечами.

– Час или полтора. Надо малыша прохладной водой поливать, чтобы ему легче было. Так постепенно и прекратится. Не знаю, насколько…

– Насколько?

– Приступы будут повторяться, пока мальчик свою силу не примет полностью. А полноценного сознания у него пока еще нет, отвечать за себя он не может, и родители… матери нет, а вы не Ланидир, алтарь вам может и не отозваться.

Клаус заскрипел зубами.

Не Ланидир. И алтарь ему действительно не отзывается. Но почему так противно об этом слышать?

– Потому и надо бы его туда, где все заговоренное, хоть дворец особо не пострадает.

Клаус сжал кулаки.

– Ладно… ты можешь пока побыть при ребенке?

– Когда разрешите, драк.

– Разрешите… куда я денусь? Ты хоть знаешь, что делать, а эти овцы только блеют!

Женщина пожала плечами. Мол, я тут при чем? Сами таких набрали.

– Что тут происходит?!

Рассина.

На старуху Клаус пока не срывался, она еще в хозяйстве пригодится. На служанок… да прибить бы дур, но вроде как и не за что! Они ж не знают. Старую прислугу он, считай, всю повыгонял, разве что вот такие остались, и то, может, человек десять. А эти… откуда черным знать, как у красных инициация проходит? У черных-то все идет через бой. Может, в пять лет, а может, и в пятьдесят. Главное, чтобы дракон до конца сражался… там свои тонкости. Неважно сейчас.

Так что Клаус рыкнул во всю свою ярость:

– Вещи собери, и пошла вон из спальни!

– Клаус?

– Там теперь детская будет.

– А я…

Клаус ответил в рифму. Правда, непечатно. Рассина ахнула, всхлипнула, а потом залепила ему пощечину – и выбежала. Ладно, это если красиво сочинять. А на самом деле занесенную руку Клаус перехватил и Рассину так оттолкнул, что та за дверь вылетела. И плевать!

Не сдохнет!

Еще и мириться прибежит! Что он, не знает, что ли, таких? Прилетит, никуда не денется! Только придется подарить ей что-нибудь дорогое.

Старуха тем временем подошла к колыбели.

– Ну вот, вроде чуть получше будет. А все одно, драк, это не дело. Вы бы хоть в библиотеку сходить не постеснялись, раз уж вы тут главный. Угробите ж ребенка!

И что с ней делать? Прибить, такую умную?

А за сыном кто смотреть будет? Вот эти идиотки, которые даже не знают, что к чему?

Клаус поступил как настоящий дракон и мужчина: он выбрал разумное отступление, развернулся и удалился, сверкая волосатыми ягодицами. Бантик фартука над ними смотрелся особенно трогательно.

Сволочь! Гад, гад, гад!!!

Рассина прикладывала примочку к синяку. Получила, когда в дверь вылетела и на стену наткнулась. Злилась она, конечно, на Клауса.

Как он смел?!

Как он даже подумал так с ней обращаться? Это же она!

Да ее на руках носить надо, восхищаться, любить, ценить, а он!

Гад!!!

Синяк упорно не желал проходить. Рассина заскрипела зубами.

Спускать такое, конечно, нельзя. Раз о тебя вытрут ноги, второй… Кому нужна половая тряпка? Но как отомстить Клаусу так, чтобы при этом не лишиться головы? Над этим еще надо серьезно подумать! Месть должна быть сладкой. А что хорошего в мести, о которой Клаус так и не узнает?

А если узнает, он ей голову не оторвет?

Тоже может.

Рассина задумалась.

Но если потихоньку, то все можно! К примеру… между нами, драконицами, не такое уж Клаус и сокровище в постели. Сильный, выносливый, но ведь этого мало! В постели много чего уметь надо, играть на женщине, как на драгоценном инструменте, а не пилить бревно, пусть и несколькими способами.

Скучно с ним. Однообразно.

И о партнерше он практически не заботится… Ладно, Рассина сама его убедила, что он самый-самый лучший. А если он и так самый-самый, то зачем стараться?

А вот возьмет она да и подберет кого-нибудь для удовольствия: чтобы и руки красивые, и в постели не только дятлом работал. Пусть Клаус и не узнает, но какая разница? Главное, что будет знать сама Рассина. Тут тебе и месть, и удовольствие. А почему нет?

Как он вообще посмел на нее руку поднять?

Грр!

Глава 5

Россия, наши дни

– Дашка, ты как?

Костя.

Далина едва разлепила глаза.

Что-то такое было этой ночью… Ах, да! Вспомнила!

Ох, дракон-первопредок!

Конечно же! Она этой ночью убила. А потом у нее произошла спонтанная инициация! Кровь решила, что это тело достаточно перестроено «под дракона» и можно добавлять силу.

Да-да.

Магия, оборот… Далина же – дракон!

Человек в дракона обернуться не способен, без магии это просто не получится. И вот…

Ночью Далина принимала свою силу. А для алых это сложно. У черных инициация идет через бой, у синих – через воду, зеленые в лесу днюют и ночуют, а они, алые, всегда идут через кровь, смерть и огонь. Этой ночью были соблюдены все условия. Кровь Далины, смерть врага и огонь ее силы.

«Тут дом-то еще стоит? Или я все сожгла к хвостатой матери?»

– Костя?

– Ты в порядке?

– Паршиво, но жить буду.

– На, пей.

Далина припала к стакану с холодной водой, в которой плавали кусочки льда. Ум! Вкуснотища!

И еще такой же большой стакан, и еще один… Кусочки льда Далина сначала глотала, потом стала разгрызать и глотать уже медленнее. Как же хорошо, дракон-первопредок! Как же чудесно!

– Холодильник тут старый, но работает как зверь. Сунул воду – через час достал лед, – кивнул Костя. – Считай, всю ночь тебя им посыпал и поливал. Ты мне ничего рассказать не хочешь? Нет?

Далина подумала. Недолго.

– Костя, надо бы, но я не знаю… я не рехнулась, честно.

– Это я и так понимаю. Ты знаешь, что у тебя зубы другие стали? И волосы порозовели?

– Зеркало дашь?

Дал, конечно.

Нельзя сказать, что Далина стала похожа на себя, прежнюю, но волосы у нее и правда напоминали розовое облако. И глаза темно-карие.

Она прикрыла их. Сосредоточилась. Открыла.

Костя выругался.

А кто бы сказал иначе, видя алое марево с золотыми зрачками? То-то и оно!

Далина опять прикрыла глаза – и снова открыла. Уже обыкновенные, человеческие.

– Зато теперь ты мне точно поверишь.

Захныкала в коляске Васька, и Костя протянул малышку Далине:

– Ты корми и рассказывай, а то сейчас как завизжит… И так ночь чудом проспали! То есть ты проспала.

Под глазами у Кости были синие круги. Да, эту ночь он не спал и имел право на объяснения. Далина приложила малышку к груди, Василиса привычно впиявилась и замолчала, а драконица наконец собралась с духом.

– Костя… я не Даша.

– Да? А так похожа!

– Даша умерла… тогда. Когда пришли те трое, у нее или сердце не выдержало, или еще что с ней случилось, я не знаю точно. Только она умерла тогда. А я… я умерла в своем мире.

– Чем дальше, тем интереснее. В своем мире – это где?

– Это – Ардейл.

– Ардейл?

Далина вздохнула.

– Ваш мир называется Земля. Наш – Ардейл. Ар-дейл, колыбель жизни, если хочешь. Я тебе потом расскажу о нем подробно, это долго, сам понимаешь. Я жила там, и звали меня… зовут – Далина.

– До́лина?

– Да́лина. Далина Ланидир, из рода алых драконов Ланидир, к вашим услугам, юный эл.

– Эл?

– К драконам обращаются – драк или драка. А к людям – эл или эла.

– Интересно… А как вас можно отличить?

– По глазам. По зубам. Ну и по движениям, по пластике, драконы вообще другие, это надо видеть, – пожала плечами Далина.

– Вам что, зубы разглядывают?

– Не совсем. Просто у нас два ряда зубов, – честно сказала Далина. – У меня теперь, наверное, тоже вырастут. Я же силу приняла, изменения пойдут быстрее.

Костя сжал голову так, словно боялся, что она вот-вот треснет.

– Дашка, давай помедленнее, а? Я так просто не могу…

Далина кивнула.

– Я пока не буду много говорить о своем мире, постепенно расскажу. У нас была война, нас победили, ну и меня убили. Только вот я из рода алых драконов.

– Вы бессмертные?

– Нет, конечно. Но мы… – Далина заколебалась. Все же такое и самым близким не рассказывают. Но Костя – семья, считай, гнездо. – У нас очень многое завязано на магии крови. Я не имела права умирать и нашла способ сохранить свою жизнь и душу.

– Переселение души?

– Да. Только тут есть свои особенности. В своем мире я умерла. Окончательно. Мне туда надолго просто нельзя. И выжить моя душа может только в другом мире. Например, в вашем.

– У нас драконы не водятся.

– Зато динозавры водились. Так что неважно.

– Думаешь, были, а потом вымерли? – поймал идею Костя. – Вообще, человек – тварь такая, кого угодно выморит!

Далина пожала плечами:

– Может быть. Не знаю. Душе легче всего пройти между мирами. Я добровольно отдавала свою жизнь, свое тело, и… у нас с Дашей было кое-что общее. Она хотела спасти своего ребенка. Я – своего. У нее не было сил бороться, она сдалась окончательно. Не знаю почему. А я… я не сдаюсь. Никогда. Убить меня можно, а победить… Наверное, сдохну – и тогда драться буду.

– А, ну тогда ты по адресу, – кивнул Костя. И вдруг хихикнул почти истерически. – Про нас всегда говорят: «Русского человека можно убить, но не победить»[10].

Далина тоже хихикнула. А что – реветь, что ли? Да она всю жизнь истерики терпеть не могла, она воин, а не баба тупая!

– Мне нравится это высказывание.

– Зато всяким там сэшэашникам и европцам как не нравится, – фыркнул Костя. – Да и плевать на них три раза! Значит, в родном мире тебя убили.

– Да. А тут убили Дашу. И я смогла занять ее тело и позаботиться о вас. Она не хотела оставлять тебя, Василису…

– Она обо мне думала?

Если честно, то не очень. Но разве можно о таком сказать мальчишке? Далина решительно кивнула:

– О вас обоих. И когда я заняла ее место, слово дала о вас позаботиться. А вот это… Я же дракон, и мое тело перестраивается под дракона.

– И ты потом летать будешь? И огнем плеваться?

– Буду.

– Круто! И в пещере жить?

– Не-а. В доме уютнее. Заработаем денег побольше, купим дом и заживем вчетвером.

– Вчетвером?

– Ты, я, Василиса и мой сын. Леонидас.

– Леонидас? Ленька, значит?

– По-вашему да.

– Он сейчас в твоем мире остался?

Далина кивнула:

– Да. С отцом…

И невольно сжала клыки.

– Кажется, ты его не сильно любишь.

– Костя, в моем мире есть магия. А магия – это как физика, у нее свои законы, и от них не открутишься. Понимаешь?

– Да.

– Меня поймали с помощью такого закона, и сделал это как раз мой муж. Никакой любви или приязни я к нему не испытываю, он подонок и мразь, я бы его своими руками убила. Но – не могла. Подловили, понимаешь?

– Вполне.

– Смерть стирает клятвы, наш с ним брак практически расторгнут, тем более он сам убил меня. Но сына я ему не оставлю!

– Но тебе же туда нельзя? Или я чего-то не понял?

Далина кивнула:

– Нельзя. Надолго – никак. На одну луну от полнолуния до полнолуния, и то я буду слабеть, мне будет плохо, больно, я буду терять силы, а потом умру.

– То есть надо там появиться, забрать сына – и драпать. Понял. Дашк… ничего, если я так буду обращаться?

– Обращайся как привык. Сам понимаешь, жить я тут буду долго и тебя еще усыновлю и воспитаю…

– Нашлась тут… воспитательница! Сама сначала хвост подбери, – огрызнулся Костя и только потом понял, что его дразнят. Фыркнул, словно ежик. – Ладно, посмотрим. А твой муженек сюда не пройдет? Бывший. Он ведь тоже дракон?

– Дракон. Черный. И нет, не пройдет. Ардейл – закрытый мир, даже не так. Односторонне проницаемый. В него пройти можно, а из него – уже нет. Только душа может вырваться. Мои предки это давно узнали, но помалкивали. Зачем кому-то такие секреты?

– Угу, и без них проживут. А помрут – не ваша забота.

– Именно. Моя забота – мой род. Здесь – моя семья. Ты, Василиса, Ле… нька. Когда я его сюда заберу.

– А тебе его отдадут?

Далина потерла лицо руками.

– Нет. Добром – нет. И там столько всего надо предусмотреть… рехнешься!

– Э-э, вот этого не надо. У меня и так крыша едет, а два сумасшедших на квартиру – перебор. Дашка, давай так. Ты сейчас малявку корми, затем топай переодевайся, тебе еще сегодня на работу… Ты поэтому так драться умеешь?

– В своем мире я была капитаном наемников. А это звание не за красивые глаза дается.

– И много ты убила?

– Может, сотню. Может, две или еще больше. После первого десятка я уже не считала, – отмахнулась Далина. – Это своими руками. А своими людьми… там вообще счет на тысячи. На Ардейле часто воюют, и нас нанимали тоже часто.

– Драконы воюют?

– И драконы, и люди, и морские жители. Да много кто!

Костя закрыл глаза, потом открыл их и махнул рукой:

– Так! Ты мне потом все расскажешь, а пока поднимай хвост. У тебя не так много времени осталось, а за опоздание твой начальник и дракону хвост оторвет.

Далина фыркнула, но спорить не стала.

От Кости она ожидала любой реакции, вплоть до истерики, а тут… спокойно так. Драконица из другого мира, и что? Не до миров, выжить бы!

Так что покормить малышку – и вперед, вкалывать на благо семьи. А уж вечером посидеть, спокойно поговорить с Костей, начать рассказывать о своем мире…

Именно начать!

О мире нельзя рассказать в двух словах, это просто нереально! География, история, расы, много всего… А знать Костя должен. Далина еще не сказала ему, но… сама она не справится. Ей будут нужны помощники, и один уже есть. Так что Костя обязательно увидит Ардейл. Никуда он не денется.

Японский зал, в котором занималась Далина, неожиданно оказался занят. Там с шумом и топотом разминался здоровущий мужик, похожий на йети. Только черного цвета.

Волосы густой гривой падали на плечи, торчали из-под майки, махрились на густо татуированных руках и ногах.

На Далину он внимания не обращал. С хэканьем и ревом поднимал тяжелую штангу, потом опускал ее на стойку.

Далина глянула на часы. Она пришла чуть раньше, чтобы успеть сделать растяжку и разогреться, но хорошо бы это представление заканчивать. Сунула в рот два пальца и звонко свистнула.

Мужчина едва на себя штангу не уронил.

– Ты…

– Рот закрой и дверь с той стороны тоже, – оборвала его Далина. – У меня тут группа сейчас заниматься будет, так что покинь помещение.

Церемониться она ни с кем не собиралась. Будь тут хоть лично король английский – пошел вон! И быстро.

Мужчина сделал шаг вперед.

– Я тебя сейчас…

Далина вздохнула и поманила его левой рукой. Мышцы потом болеть будут, эх! Чтоб тебе после разминки появиться?

Шаг. Потом второй. Мужчина протянул к ней руку и попытался сгрести за волосы, в то же время ударив ногой под колени. Если бы Далина не ждала подвоха – постоянно, от всех, – она бы точно получила сильный удар, упала, а дальше… Добивай, не стесняйся!

Вместо этого девушка просто подпрыгнула, пропуская удар, приземлилась уже чуть в стороне и перехватила толстую кисть. Словно за меховую перчатку взялась.

– Ш-шу-у!

Шипение само вырвалось через стиснутые зубы. Даже согласно закону рычага попробуй поворочай такую тушу! А она не собиралась уклоняться. Удар ногой слегка развернул мужчину, ее нажим довершил дело, и Далина оказалась за спиной у противника. И положила пальцы второй руки ему на шею, надавила на несколько точек.

Нервы, нервы, господа.

Если правильно попасть в нервный узел, человеку будет не до сопротивления. Боль адская, а вот следов не остается. И последствий… Ладно, последствия будут, если пережать или передержать. Но Далина могла рассчитать и силу, и длительность воздействия. Не в первый раз.

Мужчина взвыл, падая носом на маты.

Драконица тут же отошла и отряхнула руки.

Сейчас оклемается и выползет наружу. Сам. Не ей же такую тушу тащить? Он в три раза больше весит! Ага, переворачивается. Отлично, значит, не пережала. В самый раз.

Далина-то знала, каково это – когда все тело простреливает острой болью по нервным окончаниям. И выть хочется, и корчиться от боли… Потом все проходит, и только словно иголками покалывает кое-где. Ничего, поделом!

Вперся без спроса, еще и хамить начал, явный перебор!

– Ты… как это?

– Еще раз показать? – поинтересовалась Далина.

– Да я с первого раза понимаю.

– Вот и отлично.

В зал вошел Хусейн.

– Хабиб?… – Дальше он продолжил на своем наречии, которое драконица не понимала.

Волосатик встал с пола. Тоже что-то ответил. Мужчины обменялись рукопожатиями и разошлись. Далина посмотрела на оставшегося в зале Хусейна:

– И что это было?

– Это Хабиб. Они с братом друзья. Наверное, он залом ошибся.

– А, ну-ну.

«А за вранье ты у меня еще постоишь в стойке. Значит, друг хозяина. И чего ж на мою голову свалилось вот это человекообразное волосатое? Точно, надо ждать подвоха».

– Что скажешь?

Хабиб поморщился, потер руку.

– Ты уже кому-то что-то обещал?

– Ну…

Не обещал. Намекал, да. Но намек – дело такое, его можно и в шутку перевести. Думал – гроза, оказалась коза, дело житейское.

– Отыграй назад, сколько можешь.

Умар аж воздухом подавился от неожиданности.

– Кха… пха… Ты серьезно?

Хабиб плеснул в стакан воды, протянул его другу.

– Более чем. Ты меня сколько лет знаешь?

– Ну… давно. В браке столько не живут, – хохотнул Умар.

– Если ты мне доверяешь, то лучше не трогай эту девку.

Умар медленно кивнул.

– Я ее на один бой уже записал, но это один бой. И такой… лайт-версия. Все почти легально, кроме ставок.

– Вот и хорошо. И закончи на этом.

– Почему?

Хабиб немного помолчал.

А как сформулировать то, что он чувствовал? То неприятное, что было у него внутри, что сидело в подсознании, выглядывало опасливо из дальнего уголка души и грозило пальцем? Хабиб много где бывал, воевал, сам стрелял и в него стреляли, и убивать случалось, и добивать, что еще неприятнее. В девушке, с которой он сейчас сцепился всерьез (себе-то можно не врать, сначала он играл, а потом дрался уже серьезно), он чувствовал равную. Так, двое людей, которые воевали по-настоящему, не протирали штаны в штабе, а убивали чужих и хоронили своих, сталкиваются на одной дорожке и оценивают друг друга. Как два волка…

Ты хищник и я хищник. И можно подраться. Но если незачем, то и не стоит начинать.

Есть вещи, которые понимающему человеку видны.

Умар не бывал там, где Хабиб, он жил более-менее мирной жизнью, вот и не почувствовал ничего. Да и остальные…

Бои ММА – это красиво, круто, опасно, но это не настоящая война. А Хабиб был на войне. И девушка Даша – тоже. Наверняка. Чувствовался в ней такой же зверь, способный и убить, и умереть, не сомневаясь, если это надо будет для победы, и держаться до последнего патрона, и добить беспомощного врага, не сомневаясь в своих действиях. А то, как она двигалась, добавляло угольков в костер.

Такому не научишься в мирное время. Этому учит только бой.

– У тебя есть досье на нее?

– Держи. – Умар проглядывал его не так давно. Да и чего там того досье? Пять строчек. Родилась, училась, переспала, родила! Читать – и то скучно.

Хабибу точно было неинтересно. Пробежал глазами по строчкам, покачал головой:

– Вранье все.

– Почему?

– Откуда у девчонки такой уровень владения своим телом? Это ж все не просто так, этому надо учиться и учиться, на такое мастерство годы уходят. А Даша – вот она. И ей чуть за двадцать… Я в свои тридцать шесть на такое не способен!

– Ты серьезно?

– Она меня сделает. Может, минут десять я продержусь против нее с голыми руками, но потом она меня достанет. Она слишком хорошо выучена, слишком быстро двигается, много знает, и она… она не сомневается. Если бы она могла убивать – убила бы.

– Тебя?

– Любого. Сам понимаешь, баба, да еще молодая… Откуда у нее такое? В досье ничего нет, а на деле – это чудовище. Не связывайся с ней, не хочу тебя оплакивать.

– Меня?

– Да. Я уверен: она любого уничтожит и не задумается. Я ее глаза видел. Лучше отступи.

Умар потер лоб.

– М-да… озадачил ты меня.

– Если моему чутью доверяешь, не трогай ее.

– Жаль. Такие деньги мимо пойдут.

– Поверь, трупам деньги ни к чему.

Умар кивнул:

– Ладно. В одном бою она поучаствует, а во что-то более серьезное я ее не вовлеку. А жаль. Мне кажется, деньги ей нужны, и драться она умеет.

– Слишком хорошо для своего возраста. Так не научишься самоучкой.

– Она говорила, мать работала в клубе, таком же, как мой, и ее с собой брала.

– Нет. Не тот уровень. Такому надо учить всерьез, и мне кажется, что ее учили лет десять.

– Да ей самой-то сколько!

– Да. С детства. И кто знает, чему еще?

Почему-то, стоило вспомнить хрупкую девушку Дашу, Хабибу на ум приходили слова: «монстр», «чудовище», «прирожденный убийца». Он был недалек от истины, но правда была слишком невероятна. Вот он и думал о том, что могло быть в реальном мире.

Тайные школы. Спецслужбы. Дети шпионов и убийц. Что, от того идиотского фильма что-то поменяется? Если есть спецслужбы, будет и все остальное. И женщин будут использовать в своих интересах, и детей, даже не сомневайтесь. И всеми конвенциями сразу утрутся. Потому что о таких делах лишний раз никто не скажет и не узнает[11].

– Ну, если ты уверен…

– Мирные люди так не смотрят. Так смотрят хищники, у которых руки по локоть в крови.

Может быть.

Умар не собирался спорить с другом, не для того он просил об услуге. Он просто принял информацию к сведению и кивнул.

Один бой.

И этого достаточно.

Ардейл, замок Ланидиров

Двое мужчин совершенно не ожидали, что столкнутся на могиле. И оскалились друг на друга почти одинаково. Здоровущий черный дракон и достаточно мелкий алый – оба показали клыки, зашипели и только потом соизволили приглядеться.

– Капитан!

– Библиотекарь! Какая встреча!

Норберт совершенно случайно застал Беннета врасплох. Если бы он подкрадывался, такого никогда бы не случилось. А Норберт просто шел не с той стороны, не по тропинке, розы рвал… На тропинке гравий, он поскрипывает, идущих слышно. А трава хорошо звуки скрадывает.

Мужчины смотрели друг на друга без всякой приязни. И глупых вопросов не задавали. Чего воздух сотрясать? На могиле лежал букет белых роз. Второй, из разноцветных роз, был в руках Норберта. Наломал, пока шел.

И не подметать им могилу библиотекарь собирался.

Беннет мог бы скрутить Норберта в два движения, мог бы оскорбить, и ничего бы Норберт ему не противопоставил – куда там библиотекарю! Но вместо этого достал флягу из-за пояса.

– Выпьем? Так, символически?

Норберт даже символически не пил, не нравилось ему. Но раз такое дело…

– А давай! По глотку!

– Ты мне о ней расскажешь?

– О чем?

– Я знаю только то, что в досье. Как она наемничала, в каких переделках бывала, какие отношения с родом. А вот что-то более личное для меня так тайной и осталось. Далина не откровенничала, поэтому и досье неполное. Что она любила, что ей не нравилось…

– Неужели этого узнать не удалось?

– Так наемница же. В той среде, сам понимаешь, открываться не принято. Сегодня вы друзья, а завтра сражаетесь на разных сторонах, всякое бывает. Она и помалкивала о себе.

– Она с детства привыкла все внутри держать. Старый Ланидир… Знаешь, почему Дубдрагану так легко удалось клан подмять?

– Почему?

– Потому что старый Ланидир сволочью был! Равнодушной, жестокой, расчетливой тварью! Своих дочерей как товар использовал, сыновей выгодно женить собирался, кого получше подбирал, ну и в семье у него теплоты не было. Он жену не любил, она – его, это был союз по расчету. Какие там тепло-любовь-доверие? Далька с детства молчать привыкла. Понимала: стоит ей душу открыть, родственнички в нее тут же плюнут.

– Даже так?

– Ты сам собирал данные. Видел, за кого Ланидир дочек выдавал. Есть там счастье?

Беннет только фыркнул.

– В чешуйке с моего хвоста счастья больше, чем во всех тех браках.

– Вот. И друг друга девки тоже ненавидели. Только потому, что одной плохо, она и другим зла желала. А уж Дальку-то!.. Когда она сбежала, тут такое было!

– А что было?

– Потеха, – хмыкнул чуточку запьяневший Норберт. – Старый Ланидир пытался к ней через алтарь воззвать, она же часть рода, а отклика не было. Он на жену орал, думал, та девчонку нагуляла. Жена на него орала, какие там гулянки, когда всех девок он к алтарю лично носил!

– Да уж…

– Сам понимаешь, в таком случае алтарь просто Дальку сжег бы на месте. И получается, что она есть, а воздействовать на нее никак.

– Почему?

– Я точно не знал, она мне не говорила. А потом сам догадался.

– О чем?

Чуточку захмелевший Норберт улыбнулся, гордясь собой.

– Я понял: она сама с алтарем связи разрывала. Вот отец и не мог ее заставить!

Беннет, ожидавший каких-то важных откровений, пожал плечами.

– И так бывает. Обычно глава рода отлучает, но всякое случается. Я, к примеру… ладно! Что в этом такого-то?

– Ты! Сравнил хвост с носом! Ты мужик! А она девочка, дочь главы клана, и такое…

Беннет особой разницы не видел. Когда перед тобой тридцатиметровая рептилия, становится все равно, мальчик она или девочка. Тебе в любом случае хватит!

– Она была настоящим бойцом.

– Я ее любил, – вздохнул Норберт. Беднягу развезло окончательно. – Она меня никогда, а вот я ее любил по-настоящему. А она… как она могла выйти замуж за этого урода? Зачем соглашалась? Он же не мог заставить…

Беннет сощурился.

А правда, почему?

Полюбила Клауса? Не смешите мою чешую, а то выпадет! Далина к нему прикоснуться-то не могла без гримасы отвращения, не то что любить! И она не играла, так не играют! Тогда зачем?

Наверное, что-то он произнес вслух. Самогон оказался коварный. Что дракон думал, то с языка и посыпалось.

– Не знаю. Я спрашивал, а она не сказ-зала!

Норберт развел руками, и Беннет вдруг ощутил жгучую ревность.

Ему – сказала. Вот этому хлюпику, которого соплей перешибешь! А Беннет… он – враг. И от этого становилось еще больнее.

Беннет стиснул зубы, оставил Норберту флягу и отправился в замок. Потянуло…

К единственной частице Далины Ланидир, которая осталась в этом проклятом богами и драконами замке. К ее сыну.

– Спи, дракончик мой крылатый, спи, мой мальчик аленький. Пусть тебе приснится небо, мой сыночек маленький…

Тихая колыбельная заполняла собой пространство фамильной спальни Ланидиров. Старая драка Ридола Гарм покачивала колыбельку и убаюкивала малыша. Обычно эту песню пели матери, но Далины не было рядом. Что ж, Ридола споет, ей несложно.

Резко хлопнула дверь.

Рассина.

– Уйди. Хочу побыть с сыном.

Ридола аж подобралась от возмущения. Какой он тебе сын, шлюха дешевая? Она и так-то не ушла бы, а уж сейчас и подавно.

И мальчик передумал спать. Пока не скандалил, но алые глазки приоткрыл. Это еще что такое? Все было тихо-мирно-спокойно, а тут пожалуйте!

– Пусть драк Дубдраган прикажет. Он тут господин.

– А я тебе не госпожа? – сощурилась драка.

– Нет. Ты его любовница.

– Да как ты смеешь, гнусная старая ящерица? – мгновенно взвилась Рассина. К своему статусу она была весьма чувствительна. Так раз спустишь с рук, второй, а на третий тебя просто сожрут с потрохами.

Недовольно завозился и захныкал в кроватке малыш.

– С удовольствием, – отчеканила Ридола. – Есть сомнения?

– Ах ты ж…

Рассина занесла руку и точно отвесила бы старухе пощечину, но одновременно произошло две вещи.

Хлопнула дверь.

– Что тут происходит?!

Шевельнулся в колыбели маленький Леонидас. Да-да, Леонидас Ланидир, а никакой не Карл, так-то! Полыхнуло красным под полуприкрытыми веками. И Рассину снесло к двери, где она кое-как извернулась и вцепилась в стоящего на пороге человека.

– Беннет! Капитан, я требую! Накажи эту старую гадину, она меня оскорбила!

Может, не будь Беннет так пьян, он промолчал бы. Или сгладил конфликт. Но алкоголь бродил в крови, а потому Беннет перехватил Рассину, отдирая от себя.

– А что – правду сказать у нас теперь оскорбление? Ты и есть шлюха! Дешевая…

– Что?!

Рассина аж взвилась. Раньше Беннет никогда так не говорил. Молчал, смотрел, но… Он правда так думает?

– Что слышала. Шлюха ты, и место тебе на скотном дворе. До настоящей хозяйки замка ты никогда не дотянешься. Ты против Далины Ланидир как червяк против дракона. Куда тебе хвост топорщить?

Пощечина не получилась. Даже в пьяном состоянии Беннет не позволил бы себя бить.

Ридола наблюдала за происходящим с откровенной тревогой. Она услышала кое-что другое; то, что прозевали занятые спором драконы.

– Далина мертва!

– А это ничего не меняет! Клаус просто идиот, ему надо было тебя прибить, а ее оставить.

– Вот даже как?

Дубдраган воздвигся в дверях, словно воплощенное возмездие. Ридола прикусила губу.

Беннет развернулся. Что уж, сто слов – один ответ.

– Она была настоящая. Воин, дракон, дочь главы клана. Она была как драконий огонь, а теперь ее нет. А эта дешевка… за деньги ее кто хочешь на спину завалит.

Рассина взвизгнула и кинулась к Клаусу, залилась горючими слезами. Ненатуральными, это даже Клаус понял. Беннет был прав, и с этим сложно было спорить. Далину ненавидел и Клаус. Ненавидел, убил, только вот уважение осталось. Сам бы он так, как Далина Ланидир, не смог.

Но это не повод спускать Беннету наглость. Волю почуял?

Клаус сделал такое движение, словно сжимал что-то в кулаке, – и Беннет побледнел, медленно опустился на колени, поднес руки к горлу, словно ему стало тяжелее дышать.

– Ты будешь наказан за самоуправство!

Ридола сделала шаг вперед:

– Драк Дубдраган! Прошу милости!

Черные глаза блеснули ядом безумия, впились в Ридолу двумя шильями.

– Что?!

– Драк, – старуха не дрогнула, и не таких видала за свою жизнь, – ваш человек виноват. Только вот эта, – узловатый палец ткнул в Рассину, – сама на нем повисла. И к сыну вашему лезла зачем-то!

Клаус так удивился, что даже Беннета отпустил – ненадолго.

– Рассина?

Драка посмотрела снизу вверх. Обычно такой взгляд ей очень хорошо удавался. Нежная красавица с громадными голубыми глазами, полными слез, кто сможет устоять?

– Я просто хотела поглядеть на нашего сына, Клаус. Он так похож на тебя…

У Клауса челюсть отвисла. Да и Беннет тоже не удержался, даром что едва воздуха глотнул.

– Ага, сразу видно…

Если кому что и было видно, то Ридоле. Малыш был копия Далины, но это и так все видели.

– Вы бы, драк, прямо сказали. Любовь-то вашу к сыночку допускать можно? Она его подушкой не придавит, нет?

Клаус задумался. Черные глаза начало заполнять привычное безумие.

– Рассина, больше ты одна к моему сыну не подходишь. Чтобы с тобой всегда трое драконов были! Беннет – во двор! Сто плетей! А ты, старуха, стереги.

Ридола молча кивнула. Рассина вылетела вон, хлопнув дверью так, что с потолка штукатурка посыпалась. Беннет кое-как поднялся на ноги и сделал шаг к двери.

– Быстрее, – хлестнул голос Клауса.

Ридола сочувственно посмотрела на дракона. Сто плетей.

Для человека это верная смерть! Да что там, пары жестоких ударов хватит, чтобы перебить позвоночник, а если по почкам попасть, то и вообще…

Черный дракон не стал ни возражать, ни спорить. Просто вышел вон. Клаус подошел к колыбельке.

– Спит.

– Да.

– На мать он больше похож.

Ридола пожала плечами.

– Маленькие дети чаще всего похожи сами на себя, драк.

Малыш прикрыл глаза, так что алого цвета было не видно, а пушок на голове… может, просто свет такой, что красным отливает. Клаус кивнул.

– Занимайся им, драка. А я в долгу не останусь.

– Да, драк.

Клаус вышел. Ридола покачала колыбель. Задумалась.

Рассина винила Беннета, черный дракон списал все на Ридолу, и только старая драконица знала, что малыш защищал себя. Неосознанно пока, по-младенчески, но твердо осознавая, кто желает причинить ему вред. Какая же у него должна быть сила?

И что держит Беннета рядом с Клаусом? Почему черный дракон это терпит? Плети, издевательства… Почему?!

Пока у Ридолы не было ответа. Лишь подозрения. Только вот проверить их никак было нельзя. Она хоть и алая, да только сил у нее кот наплакал и возраст уже не тот.

«Ах, Далина!

Детка, как так получилось? Мы с тобой, конечно, кое о чем говорили, но так мало! Невероятно мало! И сказать ты толком ничего не могла…

Бедная моя девочка».

Россия, наши дни

Умар нажал на клавишу селектора, отдал приказание секретарше и стал ждать.

Далина пришла достаточно быстро. Вошла, улыбнулась, на предложение чай-кофе ответила отказом – дело к ночи, да ей еще и тренироваться, а потом домой. Нет, в другой раз.

Умар спорить не стал.

– Даша, а как ты к боям относишься?

– Зависит от условий и расценок, – обрадовала его девушка.

И правда, услышал бы он что-то бабское вроде: «Фу, какая гадость!» – было бы сложнее.

– Условия – стандартные. Вот прочитай. Расценки тут же. Если захочешь ставочку сделать, я тебе даже помогу.

Далина принялась внимательно читать.

– Так… ну, это нормально. Без оружия, в пах не бить, глаза не трогать, расценки мне тоже нравятся. Это вопрос теоретический?

– Сугубо практический. Хочешь принять участие от клуба? Оформление за мной.

– Гонорар?

– Вычитать за свои хлопоты не стану, весь тебе пойдет.

Далина посмотрела на сумму, прикинула.

Маловато, конечно, но им с Костей хватит на полгода снять квартиру. Но это если она выиграет. Делать ставки она пока не собиралась. Местные бойцы ее не впечатлили, но вдруг? Здесь же любители, а там будут профессионалы.

И она первый раз. Кто ей больше предложит?

– Согласна. Когда?

– Послезавтра. Успеешь подготовиться?

– Пф… а что именно еще надо?

– Если доверишь – костюм тебе организую, от клуба. И кличку какую-нибудь придумаю. Барби там или Зайка.

Далина подумала немного. Что такое Барби, она не знала, а Зайка… нет, это точно не она.

– А Драконом можно?

– С розовыми волосами?

Далина пожала плечами, делая вид, что так и надо. Ну розовые. И что? Ей так нравится.

– Что-то такое я видел или слышал. – Умар припомнил омерзительно-розовое существо, которое притащила как-то раз его секретарша, и ткнул селектор: – Наташка!

Примерно через десять минут выяснилось, что это и правда был розовый дракон. Звали его Кэсси и дети были от него без ума[12].

Далина пожала плечами. Против Кэсси она не возражала, пусть будет. Хотя розовый дракон… но не ждать же, пока она вся покраснеет? А она постепенно будет окрашиваться в родовые цвета, и волосы станут ярко-алыми… И пусть! Костя сказал, что здесь и не в такие цвета красятся. Еще и модно будет. И стильно!

– Так и решим, – согласился Умар. – Послезавтра чтобы с обеда была здесь, и не опаздывай.

– У меня ребенок. Мы долго будем отсутствовать?

– До полуночи, наверное. Возьмешь с собой, за ребенком Наташа присмотрит.

Судя по глазам секретарши, лучше бы у Далины был ядовитый скорпион. Но – куда деваться?

С утра и Костя, и Далина проспали. Сами виноваты. Костя дорвался до источника информации и жадно расспрашивал о новом мире. Далина отвечала. А когда хватились, было уже далеко за полночь.

Проснулись ближе к обеду. Далина рассказала про бой, и Костя тут же насторожился.

– Пойду с тобой.

– Нет. Останешься с Василисой.

– А если чего не так?

– Защитить себя мне будет проще, чем нас всех. Я уже начала изменяться, меня даже ваше огнестрельное оружие не убьет. По крайней мере, не сразу.

– А гранатомет?

– Вряд ли кто-то его возьмет для меня. Цель не та, – отмахнулась Далина. А вот она не отказалась бы. Для Клауса! Как не порадовать бывшего мужа?

Но вроде эти полезные вещи в свободной продаже не водятся. Ах, как обидно! Может, удастся договориться?

– Ладно, только ты сразу позвони, как и чего. Я волноваться буду.

Далина кивнула.

– Я сейчас пойду прогуляюсь. Заберу твой альбом и вернусь.

– Хорошо. А потом я в магазин.

– Ты мне список напиши, я куплю.

– Ты пока не так хорошо разбираешься, что у нас можно брать, а чего нельзя. Накупишь гадости по цене вертолета, потом не отплюемся. Кстати, я не подумал! А тебе малявку-то кормить можно? Ты не ядовитая?

Далина качнула головой:

– Нет. Ей только лучше будет. Может, еще какие свойства от меня переймет.

– Это и так передается?

– Генетически – Василиса моя дочь, а наша магия действует от крови к крови. Моя кровь сейчас меняется, а она связана со мной и тоже может меняться… до года. На тебя не подействует, если что.

– Обидно.

И это Далина еще не озвучивала кучу разных приятных плюшек для драконов. Кому ж не захочется жить по триста лет, летать, менять ипостась, плеваться огнем и еще много всего приятного? Ей еще и сотни лет не исполнилось, хотя в этом мире она может прожить и поменьше. Да еще в чужом теле… Ладно, это она еще будет смотреть и считать! О! Про подсчеты!

– Костя, а у вас есть места силы?

– Чего?

– Так я и предполагала. Скажи, ты можешь собрать мне информацию по магам, колдунам…

– Да они все жулики и шарлатаны!

– И ни одного нормального?

– Не-а. Снимаю сглаз, вешаю на уши.

– Чего? – не поняла шутки Далина. Но даже когда Костя все объяснил, помотала головой. – Слушай, ну не может ведь так быть, что все они жулики?

– Может.

– Не верю!

– А ты поверь. Лучше скажи, для чего тебе эти экстракексы нужны?

– А мне не они. Мне бы накопители нормальные и место силы. Из одного мира в другой легко только душам путешествовать, а когда ты человек – это совсем другой расклад. Столько всего надо!

Костя пожал плечами.

– Я в интернете покопаюсь, но на многое не рассчитывай. И о переезде нам бы правда подумать.

– Куда?

– Ну, если ты точно здесь жить будешь, в этом мире…

– У меня другого выхода нет.

– Тогда нам надо перебираться куда-то поближе к тайге. Там слона можно потерять, не то что дракона. И летать ты там сможешь. Даже если со спутника кто заметит, сами себе не поверят. А то и придумают типа «таежной Несси».

– Чего?

– Да сказка такая, шотландская. Бред, между нами говоря. Куда б там это чучело в озере ныряло? Давно б всю рыбу сожрало да и издохло! Или хоть бы тушки нашли?

Далина выслушала внимательно и замотала головой:

– Костя, ты не прав. Вот ищи мне такие места рядом, а не в другой стране. Чтобы доехать удобно было. Понял?

– Поищу. А зачем?

– Это могут быть точки силы. И чудовище это может существовать. Только оно не постоянно в озере живет, а через разрыв заплывает, понимаешь?

– Типа портал?

– Портал – это постоянно, надежно, а это разрыв или прокол. Надолго не хватит и активен, только когда силу накопит. Но если он ее копит…

– Там и есть место силы?

– Точно!

– Я поищу. У нас по России таких небось и побольше будет. Страна огромная, у нас таких Шотландий штук сто в рядок уложить можно…[13]

– Ищи. А я поехала.

Издали барачные дома показались Далине еще более жалкими. Она в такие даже свинью не поселила бы – зачем животинку мучить? А люди живут… все же драконы – это высшая форма разумных. Драконы в таком жить не стали бы. И вот не надо про пещеры, это была необходимость. В пещере проще хранить самое ценное. И опять не угадали. Неразумные драконы собирали не просто золото и драгоценности. Как существа, остро чувствующие магию, они искали то, что могло бы стать накопителем. А это именно драгоценные и полудрагоценные камни. А золото… Так зачем люди оправляют в него полезные вещи?

Ладно, она сюда не ворчать приехала. И если эта холера, которая Нина Викторовна, ей помешает… право слово, Далина ее в нужник воткнет! И костылем притопит! Не пачкать же об нее свои руки?

Толком она даже до дома дойти не успела.

– Дашка, радость-то какая! Вовка твой вернулся!

– Че-го? – повернулась Далина.

Тетка, имени которой она не помнила, такая объемная и со странными металлическими приспособлениями на крашеных в рыжий цвет волосах, аж шарахнулась.

– Ну, Вовка твой! Из армии!

Далина с трудом вспомнила, что так звали сына Нины Викторовны и отца ее дочери Василисы. Ах да, тот дурак, от которого родила Даша. Но ей-то он зачем?

– Да и фиг с ним, – коротко высказалась она и направилась за альбомом.

Повезло.

Все обитатели барака были на гулянке по случаю «возвращения государя», и альбом она успела забрать. И даже к себе в комнату заглянула.

Она точно ничего не забыла? Какие-то Дашины фотографии, памятные мелочи? Документы?

– Дашуля! Какая встреча!

Далина обернулась и присвистнула. В дверях комнаты стоял красотун! Или красавчик. Да как ни назови, все одно – хорош, гад!

Высокий, стройный, с идеальной фигурой, да и лицо дорогого стоит. Этакая смазливая красота киногероя или модели. Высокий лоб, тонкий нос, правильные черты лица, и в довершение всего – копна золотых волос и громадные голубые глаза.

Даша была реабилитирована. Далина и сама не устояла бы перед таким «бобром-молодцом». Не факт, что надолго, но на пару ночей – со всем нашим удовольствием. Хорош же! Если Василиса в отца пойдет, она сердца будет разбивать одной улыбкой.

Вот и этот улыбался, отлично понимая, какое впечатление производит.

– Дашуля, ты без меня скучала? Я вот очень соскучился!

Движение чуть пониже пояса отчетливо показывало, по чему именно соскучился красавчик. Может, Даша и упала бы ему в руки, и растаяла, но Далина, которая сейчас расхлебывала лужу, оставшуюся после предыдущего «потепления», только брови подняла.

– Дверь закрыл с той стороны.

– Что?! – откровенно опешил красавчик.

– Развернулся на сто восемьдесят градусов, сделал два шага, закрыл дверь и пошел дракону под хвост, – вежливо пояснила Далина. А могла бы и невежливо.

И надо бы. Два шага красавчик сделал, но внутрь комнаты и дверь прикрыл.

– Даша, я только что приехал, а ты меня так встречаешь! Ты кого-то себе нашла? Ты мне изменяла? Мама мне говорила, но я не хотел верить…

И с таким пафосом это было сказано, что Далине оставалось только лечь и помереть. Лечь – у ног красотуна и помереть от стыда. К ней такое сокровище снизошло… ага, щаз!

Если бы у мальчишки была хоть капля настоящих чувств к Даше, Далина бы еще подумала. Но обманывать дракона? Человеку?

Смешно даже. У дракона и слух, и нюх, и зрение острее человеческого, а когда человек врет, он себя выдает. Не цветом, так запахом. Тут и магии не нужно, обоняния хватит. Вот запах стал резче. Похоть плюс гнев, но ни о какой любви тут и речи не шло.

– Вовочка, – вкрадчиво пропела Далина и заметила, как красавчик дернулся от этого имени. – Ты чего пришел-то? А? Мама твоя все давно уж сказала, между нами все кончено, чего тебе еще надо?

– Даша, ну как между нами все может быть кончено? – До мальчика опять не дошло. – Я тебя люблю, ты меня любишь…

– И посему нам следует отлюбиться прямо сейчас? Штаны снимешь – или расстегнуть хватит? – ехидно уточнила драконица.

Кажется, дошло. Даша так точно не говорила.

– Дашуля?

Даже остановился, жаль, ненадолго.

– Я тебе непонятно сказала – отвали!

– Даша, ты на меня сердишься?

Нет, дебил. Даша на тебя уже не может сердиться. Она из-за тебя умерла. Именно потому, что тебя не оказалось рядом, когда ты был нужен. А вот где ты был – вопрос.

Будь Далина драконом, она бы недоумка уже пришибла хвостом. Но сейчас она была человеком. И разбираться с этим типом решила иначе. Сначала следовало выяснить, виноват он или нет, в чем и насколько. А уж потом и пришибить можно. Хвоста нет, так чем придется.

– Ты не получал моих писем?

– Нет.

Врет. Получал.

– Ты не мог позвонить?

– Не мог, Даш. Прости.

И еще шаг вперед. И снова врет. Он дурак – или как?

– И про ребенка ты тоже не знал?

– Откуда бы?

Далина зло сощурилась. Все он знал. Просто ничего не делал. А зачем?

– Теперь знаешь. Ты на мне женишься?

– Конечно!

И снова врет. Ну и кто тут идиот?

– Хорошо. Поехали подавать заявление в загс. Или сейчас это онлайн можно? Ладно, мы просто так доедем, – решила Далина. А что? Пусть подергается, гад!

Красавчик заулыбался.

– Я так и знал, что ты не сердишься. Иди ко мне…

Это и есть план? Он такого высокого мнения о своих способностях? Или просто Дашка, бедолажка, таяла от него и возразить не могла?

– Только после свадьбы, – ухмыльнулась Далина.

Вовочка сдвинул брови.

– Дашка, ну чего ты ломаешься? Я же внятно сказал – не знал! Иди сюда!

Далина ухмыльнулась – и сделала ровно один шаг вперед. А чего напрягаться?

В следующий миг Владимир Любавин ощутил что-то неладное. А именно – боль.

Нет, это была не пощечина или удар между ног, на которые так горазды обиженные бабы. Это было уверенное движение, какой-то прием типа айкидо. Его схватили за кисть, скрутили в бараний рог, согнули и теперь за руку, превращенную в сплошной сгусток боли, уверенно вели к двери.

– Ай! Дашка!!!

Вырываться? Изворачиваться?

Для этого Володя себя слишком сильно любил. А Далина, не задумываясь, вывернула бы ему пару пальцев из суставов. Подумаешь, мелочи какие. Не сломала же. Вправить – секунда!

Открыть дверь на щеколде – одно движение. А потом поточнее направить туда красавчика и дать пенделя. Такого, с протяжечкой.

– Пошел вон!

К чести Вовочки, он оказался достаточно сообразителен, чтобы не ломиться в закрытую дверь.

Если его еще раз так выкинут, поднимется шум-гам, позора не оберешься да и сплетен. Одно дело – побаловаться по-тихому, второе – вот так пролететь.

И это возвращало еще к одному вопросу, который следовало прояснить. И побыстрее.

Нет, ну что на Дашку нашло? Всегда же таяла и млела, и вдруг такое!

Нет, не понять. Так что надо возвращаться к маме, и пусть уже она с Дашкой разбирается. А что? Баба другую бабу всегда лучше поймет.

Бегство?

Да нет. Далина спокойно вышла, спокойно пошла домой… А чего ей? Тут сидеть? Скоро малышка проголодается, пищать начнет. А так она придет, Костя освободится, в магазин сходит, или где тут еда продается.

Звонок телефона даже застал ее врасплох. Как-то никто ей и не звонил особо.

– Да?

– Ты что себе позволяешь, мерзавка?!

Визг был такой, что смартфон аж нагрелся в ладони. Далина не сразу и поняла, кто верещит. Уточнить решила:

– Нина Викторовна?

– Ты что с моим сыном сделала?!

Э-э? А что именно она с ним сделала?

– Когда уходила – был жив и здоров. Если его кто другой пристукнул – сами и разбирайтесь, – не поняла Далина.

Ответом ей было сдавленное кваканье. Она послушала еще с полминуты, а потом отключила телефон.

Зря. Минут через пять он затрезвонил снова.

– Да?

– Володя мне все рассказал!

– Так он живой?

– Ты издеваешься, дрянь такая?!

Далина даже головой помотала. А в чем она издевается? Спросить, жив ли он, теперь плохо? Какие странные люди! Вот на Ардейле нормальные были, а эти какие-то не такие!

– Нина Викторовна, чего-то я вас не понимаю. Сын ваш жив и здоров, находится рядом с вами, от меня чего надо?

Пауза.

– Как ты смела поднять на него руку?!

Далина пожала плечами.

– Да я и не поднимала.

Ногой пнула. Но к ногам же претензий не было, верно?

– Вовочка мне не соврет!

– Правда?

– Как ты только посмела! Мальчик пришел к тебе поговорить…

– Ах, так это теперь так называется? – удивилась Далина. – Хорошо, мы поговорили, он ушел. Что вас не устраивает?

Судя по сопению на том конце связи, в предках у дамы были мопсы. Или кто-то еще такого же типа.

– Володя сказал, что вы не смогли найти общий язык.

– И что?

– Мне надо будет с тобой поговорить.

– Ну, говорите.

– Не так. С глазу на глаз! Приезжай ко мне завтра!

Далина представила, как перед боем она будет трепать себе нервы из-за этой паразитки. Вот еще не хватало!

– Или вы говорите сейчас, что вам надо, или я вас заблокирую. Ясно?

– Не надо. – Женщина явно выдохнула, собралась, сопение стало потише. – Даша, я тебя с детства знаю, и ты всегда была милой и умненькой девочкой…

Ну точно, хотят кинуть. Или как-то еще поиметь. Это Далина точно усвоила: как только начинаются воспоминания о возвышенном – все, ищи подвох!

Оборвать? Так ведь не заткнется… И слушать все это неохота, и добраться до смысла тоже нереально.

– …ты не могла бы подписать пару бумажек?

– Каких?

Неужели добрались до сути?

– Ну… Володя же официально не является отцом твоей дочери.

– Только фактически.

– Ну… ты пойми, ему надо ипотеку брать, обживаться, а у него ребенок… в банке могут не понять. Мы сейчас подпишем пару бумаг, что детей у него нет, он ипотеку возьмет, а там уж вы и пожениться сможете, и вместе жить в своей квартирке.

Тут и нормальная женщина поняла бы – дурят. А уж драконица-то…

– Нина Викторовна, я что – похожа на дуру?

Опять кваканье. Да что ж ты делать будешь? Бедные жабы!

– Ничего подписывать не буду. Сыночка вашего видеть не хочу, сволочь он и мерзавец. Подойдет ко мне – получит по заслугам! И нечего меня беспокоить! Без вас проблем хватает! Будет время – разберусь.

– Даша, ты не понимаешь…

– Все я отлично понимаю. А чего не пойму, разберусь вместе с адвокатом. Еще вопросы есть? Нет? Тогда шла бы ты на…

Невежливо, конечно, но некоторые люди просто не понимают простых русских слов. А ведь это еще не дракен! Там одних родов восемнадцать штук! Тут все намного проще…

И все равно не понимают! Наверное, надо прикладывать усилия, к примеру, руки или ноги. Вот Вовочка сегодня как хорошо все понял. Надо бы при случае повторить.

Но что вообще нужно этой сиропной гадине?

Документы?

Надо расспросить у Кости. Мальчишка намного лучше ориентировался в этом мире, чем она, он точно подскажет. Или хотя бы разберется, где надо посмотреть.

– Говоришь, документы подписать?

– Ну да… что детей у него нет.

– А свидетельство о рождении Василисы у тебя?

– Да.

– Тащи сюда, смотреть будем.

– Может, сходить к законнику? – вслух подумала Далина.

Костя только фыркнул.

– Если б у тебя что определенное было, дело другое. А у тебя одни подозрения, понимаешь? И вообще, сколько эти сволочи дерут! Лучше мы онлайн посмотрим!

Далина вздохнула. Ладно, в этом мире она правда не разбиралась в законах. Попробуем сначала так, как предложил Костя.

В свидетельстве о рождении матерью маленькой Василисы была записана Даша. Отцом – Володя. Вот как он есть, целиком и полностью.

– Так, – задумался Костя, – когда Дашка рожала, этот перец был в армии, девчонку признать не мог. Но у нас же демократия, могут хоть Абдулгамида Мухаммеджановича в свидетельство вписать, если заплатишь. Даже и бесплатно впишут.

Далина помотала головой.

– Зачем?

– Вот смотри. – Костя принялся что-то читать в телефоне. – Имя отца пишется со слов матери. Дашка вписала этого кренделя. Но она и правда родила от него, понимаешь?

– Нет.

– Ты можешь подать на алименты.

– Алименты?

– Идешь в суд, устанавливаешь через суд отцовство, и будет тебе Вовка платить как миленький, до совершеннолетия малявки.

– И много заплатит?

– Копейки. Но хвост этот за ним надолго потянется, да. И на наследство Василиса сможет претендовать, и статус все же другой, не безотцовщина.

– А платить, наверное, не хочется.

– Этой старой жабе? Точно!

– Думаешь, она из-за денег?

– А все в мире из-за денег. И из-за власти еще. Остальное – лохам рассказывают.

Далина вздохнула.

Когда такой вывод делает битая-перебитая жизнью наемница, это нормально. А когда мальчишка, которому жить бы да радоваться, смотрит тоскливыми глазами, в его жизни точно что-то не в порядке.

Будем исправлять. Не до солнечной наивности, но хоть иногда надо верить в хорошее. Иначе так всю жизнь и проживешь, никому не веря и никого не любя. Нельзя так.

– Ладно. Я поняла. Всех посылаем и ничего не подписываем.

– Примерно так. А я еще теть Маше позвоню и Клавдии Игоревне. Они обе эту жабу терпеть не могут. Если что можно разведать – обязательно мне расскажут.

Далина кивнула:

– Так и сделаем. И пошли кушать, нечего тут размышлять на голодный желудок.

С этим Костя был совершенно согласен. Даже если очень паршиво – следует поесть. И сразу станет лучше. И в аптеку надо сходить. За детским питанием.

Спустя полчаса, в аптеке, Далина в ужасе читала слова на симпатичной коробке.

В состав входят: деминерализованная молочная сыворотка, растительные масла (подсолнечное, кокосовое, соевое), сухое цельное молоко, мальтодекстрин, минеральные вещества, витамины, олигосахариды, рыбий жир, эмульгатор, антиокислитель…

– Костя – это что?

В такой священный ужас драконицу даже Клаус не повергал.

– Ну… этим детей кормят. Разводят в воде и кормят.

– За что?!

– Даль, я не понимаю, что не так?

– Костя, я через коробку чувствую, как воняет. Тут же ничего натурального нет! Вообще!

– Ну дети же едят?

– Девушка, – провизор церемониться не собиралась, – не нравится вам эта смесь, возьмите ту, что подороже! Если средства́ позволяют!

– Дайте почитаю, – сухо сказала Далина, поставив коробку на прилавок.

Вторая банка была намного красивее. А вот состав указан практически не был.

Перечень того, что есть в смеси, и перечень того, чего нет. А вот из чего она состоит и как сделана?[14]

– Костя, я этим ребенка кормить не буду.

– Ну и нечего ходить тут, коробки лапать, – проворчала провизор. – Небось не у всех молоко есть и средствов хватает!

Далина развернулась.

– Ты…

Костя цапнул ее за рукав.

– Далька, она не виновата! Ей что дали, то она и продает!

Далина не отрывала от провизора внезапно покрасневших и засветившихся недобрыми огнями глаз.

– Ты… з-з-апомни! Не у всех есть деньги или молоко, но если не будешь вежлива, я вернусь!

И оскалилась, закрепляя эффект.

Провизор хрюкнула и сползла под прилавок. Костя схватил Далину за руку и потащил на улицу.

– Ты что творишь?!

– Костя, этим нельзя детей кормить! Оно ядовито! Дети потом болеть будут постоянно!

– Ну а я что сделаю? Я ж не президент!

– Нет. У вас молоко продают? Коровье, а лучше козье.

– На рынке, наверное.

– Идем туда.

– Зачем?

– Куплю молоко, разведу, кашку на нем сварю, процежу и буду кормить ребенка.

– А если аллергия откроется?

– Я хорошее молоко выберу. На него не откроется.

Костя не стал спорить. Он в этом не разбирается, пусть Далина делает как решила. Ему главное что? Чтобы малявку накормить! А остальное не так важно.

Ардейл, замок Ланидиров

Беннету было плохо.

Болела спина, болело… да все болело! И жар еще добавился, и тошнота, и бред. И виделась ему почему-то Далина. Та стояла, улыбалась грустно. А потом по голове его погладила, ласково так…

– Как же ты так вляпался, мальчик?

– Дурак был. – Беннет и не сознавал, что говорит вслух. Ему-то казалось, что все происходит в его сне, волшебном прекрасном сне. – Мы с Клаусом мальчишками были, кровь смешали, я только не учел, что он потом сделает.

– А что он сделал?

– А он мою кровь на платок – и сохранил. А с кровью, сама знаешь, многое провернуть можно.

Ридола знала. Драконы – гордые и беспощадные повелители огня и небес, такие опасные и такие уязвимые. Кровь, их собственная кровь была и подмогой, и главным предателем.

– Как же ты так встрял, бедолага?

– Дурак я. И сам попал, и тебе помочь не смог.

– Ну, потерпи немного, хороший мой. Завтра будет новый день, глядишь, чего и поменяется.

– Нет, Далина. Не поменяется. Не хочу без тебя, не могу…

– Сможешь. Ради моего сына.

– Да… я постараюсь. Хотя бы какое-то время.

Капитан стражи Беннет Драган

Беннет окончательно уплыл в забытье, а Ридола горестно вздохнула. Да, и вот так бывает. У драконов кровь – вообще больная тема. Кровь смешивают, на крови клянутся, кровью и магией заключаются самые серьезные сделки, кровь меняется, когда дракон переходит из рода в род…

Кровь чувствует самого подходящего для тебя партнера, кровь зовет и поет, кровь тянет. Может, потому Беннет и не мог забыть красную драконицу?

Когда-то алых весьма уважительно называли хранителями крови.

Это уж потом все стало мирно и спокойно, драконы забыли, как воевали между собой кланы, как кровь лилась с неба потоками, как рвали друг другу глотки золотые и синие…

Ах, много всего тогда было.

И именно алые, принимая клятвы и строго следя за их соблюдением, смогли остановить боевое безумие. А потом все ушло, все забылось. Кто помнит? Такие старухи, как она.

И Далина помнила. Ридола сама ей рассказывала.

Няня примерно представляла, что могла сделать девочка, которую поймали как раз силой ее рода. Только вот лучше про это молчать. Хорошо молчать, крепко. Потому что некоторые вещи спугнуть можно, даже если дышать не в ту сторону. А уж поганый язык…

Прикусить!

На то дракону и даны два ряда зубов! Если один вдруг не справится!

Россия, наши дни

После тренировки Далина решила ехать домой на такси. Надо же осваиваться в этом мире? Надо! Вот у нее и телефон, и приложение, и такси она может отлично вызвать, и машину определить. Мелочи? Кому как. Для Далины все это было настоящим прорывом.

Так просто. Так удобно.

«Вас ожидает серая „Лада Калина“, номер…»

Из клуба Далина вышла заранее и машину увидела сразу. Вот она, темно-серая, светит в темноте фарами… и номер тот же.

Женщина шагнула вперед, открыла переднюю дверь. Она уже знала, что в такси принято ездить на заднем сиденье, но ей такое было не по вкусу. Ей нравилось смотреть в окно, ощущать скорость машины, видеть, как летит вперед дорога. Она решила, что обязательно научится водить и машина у нее будет скоростная. Может, даже в гонках будет участвовать, ей нравилось само ощущение. Драконов тут нет, но полет – есть.

– Добрый вечер.

– Добрый вэчэр, – поздоровался мужчина за рулем.

Далина уселась, даже не особо его разглядывая. Темненький, смуглый… В темноте все драконы – черные.

– Прыстэгнысь, красавыца.

Далина опять спорить не стала. Правила такие.

Мужчина помог, его рука на секунду скользнула по ее ладони – и что? Темно же, не все видят, где крепление.

– Спасибо, – кивнула она и откинулась на спинку сиденья.

Таксист нажал на педаль, машина взревела и прыгнула вперед. Из-под колес во все стороны брызнула лужа.

– Такая красывая и вэчэром адна?

– Работа, – коротко отозвалась Далина.

– Навэрное, дома муж ждет? Нэ встрэчает…

Далина пожала плечами, глядя в окно. Кольца у нее не было. И ответа не было.

– Хочэшь что пакажу?

Машина летела по темным улицам.

– Мы скоро приедем?

– Да, скоро, – согласился мужчина и притормозил.

Далина выхватила взглядом знакомые очертания. Ага, это детская площадка. Метров триста – и она дома. И чего не едем?

– Что-то случилось?

– Да, случылас.

– Машина сломалась?

Далина решила, что триста метров она и пешком пройдет, и отстегнула ремень.

– Нэт. Рычаг…

И когда только успел? Пока Далина осматривала окрестности и пыталась понять, где она, таксист расстегнул штаны. Это что – чувство юмора такое?

– Прыласкаэшь? Я тэбя бэсплатно довэзу…

Далина чуть из машины не выпала. Ее что, считают настолько дешевой? Видимо, кому-то жить надоело.

Рука мужчины легла на ее колено.

Ну все… сам нарвался – сам и молись!

Далина развернулась к таксисту.

Медленно, очень медленно перед его лицом раскрылась нежная девичья ладошка, только вот на каждом пальце коготь был сантиметров десять. Длинный, черный, острый…

– Прыласкаю, – исковеркала она русский язык. – Запросто.

И улыбнулась.

Зубы тоже выползли соответствующие. Полосками пробежала по лицу чешуя, проклюнулись гребни, идущие к вискам, сверкнули свежей кровью глаза, медленно облизнул чешуйки на месте губ раздвоенный язык…

– А-а-а!!!

Инстинкт самосохранения у таксиста был. И подсказывал он, что надо бежать. Далеко, быстро, а потом еще дальше и быстрее. Не то сожрут.

Дверь машины грустно качнулась. Она-то выдержала, и замок тоже, а вот старая проржавевшая петля – уже нет. Напор просто снес ее, и таксист умчался в неизвестном направлении. Далина пожала плечами. В машине плохо пахло, так что оплату за проезд она оставила на сиденье. Ровно такую, какую ей назвал диспетчер.

Ее привезли, она все оплатила, а что там показалось идиоту?..

Костя хохотал минут пятнадцать.

– Думаешь, не придет? – чуточку беспокоилась Далина. Она бы и с десятком таких справилась, но в этом ужасном мире совершенно нельзя убивать врагов! Как с таким жить?

– Уверен. Решит, что накурился или нажевался, ну и померещилось. Запросто. А если его полиция примет, то еще лучше.

Далина пожала плечами. Костя посмотрел строго:

– А что, если на твоем месте оказалась бы другая симпатичная девчонка? Не дракон. Которая не может себя защитить.

– Пусть побегает, – согласилась Далина и потянулась к Василисе, которая улыбалась матери. – Чем больше проходит времени, тем мне легче управлять своим телом и форма становится стабильнее. Когда закрепится и установится, можно будет двигаться дальше.

Костя не спорил.

Дальше так дальше. Ему в любом случае по пути с Далиной. Это всяко лучше, чем помойка, детдом или какая-нибудь банда.

Ардейл, замок Тандиларов

Томрой Тандилар поднялся со своего места.

– Уважаемые драки, я собрал вас не просто так. У нас сложилась весьма неприятная ситуация, и ее надо как-то решать. Власть над алыми не может принадлежать черному.

– Так она и принадлежит красному, – фыркнул старый Истанар. – Сыну Далины Ланидир, последнему Ланидиру.

– Условно это не власть. Пока младенец подрастет, пройдет много времени. И даже потом он будет внешне красным, но по натуре своей черным. Его воспитывают черные, лепят под себя… Он будет соблюдать их интересы, не наши.

– А ты чьи интересы соблюдать будешь?

Томрой подумал, что зря он этого типа сюда пригласил.

– Драк Истанар, я думаю не только о себе, но и обо всех алых.

– Оно и понятно, Дубдраган с тебя и начнет. А предлагаешь ты что? И давай без вензелей, у меня не так много времени осталось.

Ага, времени! Прибедняется как может, почти триста лет скрипит и еще полетает, у него младшему сыну лет пятнадцать. Плодовитый, гад!

Томрой вообще Истанару завидовал, ему такое и не снилось. И жена у того моложе супруга чуть не вдвое, и от первой супруги шесть детей, и от второй уже восемь, и породниться с ними стремятся…

Разве что Истанар небогат. Но деньги – это дело наживное. А авторитет у него среди драконов огромный, потому и приглашен.

– Я предлагаю устранить Дубдрагана и забрать малыша. И воспитывать его как настоящего алого.

– В твоей семье. А потом и женить… У тебя младшей дочери сколько? Лет десять?

Томрой сдвинул брови.

– А хоть бы и в моей, что такого? Можно и в вашей, мне не жалко. Можно и круг драконов создать. Тут главное не у кого хвост длиннее, а чтобы алый был таким и по крови, и по духу.

– Оно понятно. А Дубдраган будет лежать и ждать, пока ты его пришибешь. Ага.

Томрой потупился.

Это была самая неудачная часть плана. Если честно, Ланидир был сильнее Томроя. И алтарь у него был мощнее, и ресурсов больше, но ничего ему не помогло, все равно порвали. Тандилар отлично понимал, что атаковать Дубдрагана в лоб – это самоубийство. Просто названо будет вежливо.

– Я пока не уверен в своем плане.

– Даже так?

– Один я не справлюсь, иначе не собирал бы вас тут, драки.

В этом никто и не сомневался. Мог бы Тандилар – так подгреб бы все под себя и не поделился. Дракон же! Порода такая!

– Что ты предлагаешь? – не дал уйти в сторону от темы Истанар.

– Я думал над этим. Хотел активировать охранные системы Ланидиров, но это бесполезно. Дубдраган трижды в своем праве – как победитель старого Ланидира и его сыновей, как супруг Далины и как отец наследника. Но мы можем составить круг крови.

Драконы замолчали разом. Только Истанар побарабанил пальцами по столу.

– Ишь ты…

Круг крови.

Как легко догадаться из названия, это было оружие алых. И применялось оно не слишком часто. Двенадцать драконов творили заклинание против тринадцатого, и не от хорошей жизни. Применялось такое считаные разы, и тому были причины.

Когда творят круг крови, алые взывают именно что к крови дракона. Кровь предает своего хозяина, вскипает в венах, кровь становится худшим ядом… Это реально сделать. И так убить можно любого дракона.

Сложности начинаются дальше. Круг – это оружие невиновных.

Если дракон совершил преступление, ты знаешь об этом, но доказать не можешь или он стоит так высоко, что осудить его просто нельзя, тогда собирай круг.

Только тогда…

А вот если ты солгал и дракон не виноват, то откат получишь именно ты. И помрешь, понятно.

Дубдраган был виновен перед Ланидирами. Но перед ними же! А вот про присутствующих такого нельзя было сказать, перед ними никакой вины у него было. Спрашивать за чужое горе?

Магия таких тонкостей не понимает, в ней все должно быть четко. Есть обвинитель, есть обвиняемый, есть весы – виновен, невиновен…

Это – закон!

– Перед нами у него вины нет, – все же неохотно сказал Истанар. – Сами помрем и дела не сделаем.

– Ланидиры были первыми, а сейчас их нет. Мы можем мстить.

– Неубедительно.

– Другого варианта у нас не будет.

– И это не вариант. Ты подумай, Томрой, но на круг я не соглашусь.

– Тебя Дубдраган купил, что ли?

– Ты, мальчишка, думай, что говоришь! Я не потому до своих лет дожил, что в каждую авантюру совался. Извинись!

Сила вскипела, и Томрой невольно отвел глаза.

– Я не хотел оскорбить. Но если мы ничего не сделаем, он всех нас по одному подомнет.

– И снова ты прав, – кивнул Истанар. – Но сейчас… Драки, давайте думать. Я согласен с Томроем, Дубдраган нам не нужен. Но убирать его таким способом – значит искать себе бед и проблем. Это уж от безнадеги, да, Томрой?

Тандилар кивнул. Ничего лучшего ему в голову пока просто не приходило. Но что-то делать надо. Не просто же так смерти ждать!

Истанар смотрел с пониманием.

– Драки, давайте думать все вместе, и соберемся, скажем, через месяц. Как раз будет время и хроники родовые почитать, и кое-какие умения освежить в памяти.

– Долго, – вздохнул Томрой.

– Долго, тяжко, – Истанар смотрел строго. – Ланидиры быстро погибли, тебе тоже мучиться неохота?

Томрой оскалился.

– За меня первого возьмутся, но потом за вас!

Драконы это понимали. Это была их база, их основа: один за всех, все за одного против внешней угрозы. Между собой можно скалиться и грызться, но если приходит чужак, объединяться велит инстинкт. Только с умом, а не подставляться!

– Мы будем думать…

– Читать…

– Искать способ, – зашелестело по кругу.

Колесо стронулось с места, пошло вращаться, драконы решили сопротивляться Дубдрагану. Это было больше того, на что рассчитывал Томрой, но меньше, чем хотелось. Истанар прав: с налета такое не решается, обдумать надо, обговорить, прикинуть, кто и чем сможет помочь.

– Уважаемые драки, через месяц?

Драконы были согласны.

Месяц – это совсем недолго для тех, кто живет столетия. Они подождут.

Россия, наши дни

– На ринг приглашается наша обожаемая, несравненная Анджелина! Вы все знаете ее талант, вы ее видели не раз и не два – поприветствуем нашу звезду!

Аплодисменты, вой, свист. Кажется, эта Анджелина тут популярна.

– И первая ее противница – Кэсси!

Далина посмотрелась в зеркало.

М-да.

За такое ноги бы вырвать и под хвост засунуть! Называется – все за мной! Сволочь!

Нет, придраться-то нельзя: спортивная форма в наличии, все качественное и удобное, только цвет – розовый. Будто поросенок в атаке. Да еще стразики где можно!

Хотя с розовыми волосами сочеталось неплохо. Далина пожала плечами и вышла на ринг.

Напротив нее стояла женщина, весьма похожая на саму Далину. Ту, прежнюю. Только волосы не красные. А так – мощная, жилистая, по весу, может, килограмм на двадцать больше, чем Даша. И все это мышцы. Мощные такие, серьезные.

Да-да, у женщин в этих боях нет весового деления. У мужчин – есть, а вот у женщин нет.

Или полулегкий вес, или минимальный, наилегчайший… Только вот разница в категориях килограмм десять. Не больше.

А тут все двадцать – двадцать пять.

Надо полагать, местная фаворитка или знаменитость. А Далину ей подсунули для разогрева. Вон она какая серьезная, вся в черном, стильная и мрачная. Надо, наверное, бояться. Волосы были собраны в пучок, лицо как у древнего дракона – вот кинусь и сожру.

И напротив Далина. Совершенно несерьезная в своем розовом, с улыбочкой и длинными ресницами. Розовые волосы собраны в два хвостика, так помощница посоветовала. Да еще бантики на хвостиках, кто бы сомневался, розовые. Смотрится она – как кошечка против танка.

В этом и была идея?

Мужчины!

Презрительный свист был ей вместо аплодисментов. Далина милейшим образом улыбнулась, приветствуя соперницу. Вместе прослушали правила боя, вместе вышли, поклонились друг другу – презрение от женщины било аж фонтаном. И…

Наверное, идея была такая: Анджелина кинется, растопчет копытами эту девчонку, как сахарную вату на палочке…

Бросок был безукоризненным. И каким образом Анджелина влетела в ограждение, не поняла даже она сама. А розовая дрянь оказалась за ее спиной. И ждала, улыбаясь…

Еще один бросок! И опять мимо!

Далина улыбалась – и изо всех сил кусала изнутри щеку. Да что ж такое! Ей нельзя подпускать к себе соперницу, нельзя… «Успокаивайся, ну же, успокаивайся!»

Когда она вышла на ринг, все было хорошо. И первые несколько минут – тоже. А потом рев зала, атмосфера боя, заведенные до предела люди – и дракон отозвался! Далина не могла атаковать – на руках пытались вылезти когти. Да она противницу просто на лоскутки распустит! Она едва успевала уворачиваться – чешуя стремилась поползти по лицу!

И как на это отреагируют зрители?

Далина уже до крови прокусила щеку, но это не помогло. Боль – это хорошо, но вкус крови во рту только больше заводил дракона. Зверь рычал, ярился, требовал добычи – свеженькой… Ее тут столько!

Ну же!

Ему много не надо: один-два человека, пара смертей, чтобы он вспомнил, как это – чтобы кровь по когтям алыми каплями, чтобы дымящаяся требуха наружу… Это дракон!

Анджелина кинулась еще раз, и Далине пришлось снова увернуться.

«Да успокойся же ты! Я тут главная, я командую!»

Но пока зверь еще не слушался, и приходилось танцевать по рингу и уворачиваться, уворачиваться, к удивлению зрителей и негодованию противницы.

Первые три раза проходили под молчаливое недоумение зала. Следующие пять промахов – под хохот и свист. Анджелина нервничала все сильнее, кидалась агрессивнее… дайте ей только дотянуться до этой пакости! Она ж ее по уши в ринг вобьет… Тут уже речь не шла ни о чем! Была только чистая ярость! Разорвать, раскромсать, уничтожить…

Каким-то образом противница поняла, что игры закончились. И в следующий раз Анжделину жестоко ударили в спину. Нет, не по почкам и не по легким, покалечить таким образом сложно. Но боль так резко прострелила спину, что женщина потеряла равновесие и тряпкой повисла на ограждении.

Ей тут же заломили руку. Жестоко и безжалостно. Из такого захвата не вырвешься, на нем висишь, как на веревочке.

– Сдаешься?

Далина едва выдавила это слово.

Запах противницы бил по ноздрям, и хотелось сначала полоснуть когтями, раздирая ее в клочья, а потом откусить голову и взреветь, объявляя всем о своей победе! Она дракон!!! Кто смеет поднимать на нее хвост?!

«Ну, скорее же! Сдавайся, дура, я же не выдержу. Сейчас когти полезут… Ну!!!»

Анджелина скорее язык бы себе откусила, чем сдалась. Еще и пахло от этой дряни чем-то фруктово-конфетным! Да что ж такое?

Но все решили за нее. Пять минут уже истекали, она даже пальцем до соперницы не дотронулась, а та держала ее крепко и уверено и отпускать не собиралась. Калечить – тоже. Анджелина попробовала дернуться, но куда там! Только от боли взвыла.

При этом все видели, что вреда Анджелине не причинили. Даже нос не расквасили! Вообще ничего такого. Да что ж за чудовище на арену вышло?!

Тренер решительно швырнул в октагон полотенце.

– Все! Сдаемся!

Анджелина заорала матом, но пришлось посмотреть правде в глаза. Ее просто сделали как малолетку, которая ничего не знает и не умеет. Раскатали по матам. И до пяти минут ее продержат спокойно.

Ы-ы-ы!

Розовая дрянь отпустила ее и отошла. Вскинула руку вверх, в ответ на аплодисменты.

И тут Анджелину переклинило.

Выиграла?! Так ты, дрянь, сейчас нарвешься! Ярость рванула, захлестнула, поволокла за собой… Анджелина кинулась вперед, Далина едва не взвыла. «Что ты творишь, идиотка?! Я же тебя убью сейчас!»

Полезли когти, вокруг пальцев заклубился алый туман, она уже почти не контролировала себя и не могла даже рукой к бабе прикоснуться. Решение пришло мгновенно, и Далина выставила ногу в элементарной подножке.

Анджелина могла бы ее заметить, но в такой ярости… нет! Не тот случай! Она с размаху запнулась о выставленную вперед ногу, и сила инерции повлекла ее вперед, на канаты. Те оскорбленно спружинили и отбросили свою жертву обратно. Аккурат на ее же тренера.

Маты отозвались глухим эхом на мощный удар.

Зал секунду молчал, а потом грянул дикий хохот.

Так Далина и удрала, пока окончательно себя не разоблачила.

Уф, повезло! И пронесло.

Когда Умар зашел в гримерку, Далина стирала с лица краску влажными салфетками. Переоделась она в первую очередь, чтобы никто не видел то проступающей, то исчезающей чешуи на руках, и теперь убирала грим.

Воняло, раздражало, а дракон и так рвался наружу.

– Как ты?

– Плохо, – честно созналась Далина.

– Не похоже, – так же честно сказал Умар. – Не блюешь, в обморок не падаешь. Или еще что есть?

Версию Далина уже продумала, так что ответила со всей искренностью:

– Мне на бои нельзя. Простите, я себя переоценила. Вы вправе меня уволить.

– Почему? – заинтересовался мужчина.

– Потому что я не справляюсь. Я ее убить могла.

И снова ни слова неправды.

– Не убила же?

– Могла, если бы увлеклась. Если бы потеряла над собой контроль. У меня это на инстинктах, понимаете? В подсознание вбито: врага надо убить! А тут нельзя… Я дура! Так я могла вас подставить, да и себя тоже!

Умар не знал, что ответить. Понятно, баба – дура. И Хабиб советовал с ней не связываться, а он не дурак. Она и правда могла убить?

Умар еще раз осмотрел женщину, такую хрупкую и несерьезную. И волосы эти розовые. И глаза…

Далина честно старалась не смотреть на него впрямую, глаза в глаза, и сами глаза прятала за цветными контактными линзами, как Костя посоветовал, но…

Ровно на долю секунды их взгляды встретились – и Умар едва со стула не упал. Таким ледяным холодом его пробрало, такой ужас обуял, едва стул не намок. С детства он так не боялся, когда едва в омут не затянуло. Вот и сейчас что-то похожее: то же ледяное дыхание смерти, и сразу веришь в ее слова. Далина опустила глаза.

Умар замотал головой, сбрасывая наваждение.

– Так… гхм! Я понял. Бои больше не предлагаю. Но ты стала популярна. А если кто захочет с тобой познакомиться или поговорить?

– Им же хуже, – машинально ответила драконица.

Умар к словам цепляться не стал.

– Я твои контакты никому не дам, но ты учти, люди бывают настойчивы.

Далина вздохнула и снова потянулась за салфетками.

– Я виновата. Переоценила себя. Увольняйте.

– Работай пока. Там видно будет. Водитель тебя ждет за дверью, домой довезет, чтобы никто не прицепился. А я пока тут останусь.

– Спасибо.

– Не за что. Кстати, твои деньги. И я ставку на тебя сделал, вот твоя доля.

– Спасибо.

А что еще могла сказать драконица? Среди людей были те, кто разделял ее принципы? Право же, это очень приятно. А сейчас ей пора домой, пока дракон не вырвался из-под контроля окончательно. А ведь может, если рядом кого-нибудь убьют. Почует кровь, и она не удержит зверя. Пока еще это клубок инстинктов. Какая самонадеянная дура!

Ведь читала же, знала… решила, что справится.

Ах, идиотка!

Ночью у драконицы опять подскочила температура. Только уже не так сильно.

И зубы болели, и волосы стали ярче, и глаза.

И все тело тоже.

Костя, который деньги горячо одобрил («немного, но раньше ты за эту сумму полгода не разгибалась»), полночи поливал Далину водой, для чего драконица кое-как перебралась в ванну прямо в одежде.

Перестройка тела шла полным ходом. И подхлестывал ее адреналин.

Бой, ярость, азарт, кипящая кровь дракона… и получите состоявшуюся рептилию. Некрупную, всего метров тридцать длиной, и это с хвостом. Жаль, перестройка шла медленно. Далине остро не хватало магии, но где ее возьмешь в этом мире? Хотя Костя что-то накопал в интернете и обещал показать.

Ох, как же горячо!

Недоработали в этом мире. Нужны три крана! Горячая вода, холодная вода и лед! Обязательно нужен лед!

Глава 6

– Дашка, нам надо поговорить.

– Чего? Это вообще кто?

После вчерашнего боя Далина отсыпалась и отъедалась. Приступ прошел, оставив после себя кое-какие внешние признаки. И не только их.

Далина радовалась, как ребенок.

– Костя, это у наших детей так бывает, когда они еще маленькие. У сильных – быстрее. Смотри!

Из тонких пальцев показывались и снова исчезали когти. Точнее, призраки когтей.

Костя попробовал пальцем один из них.

– Как туман.

– А так?

Далина посмотрела, выбирая, что ей не жалко, потом взяла буханку хлеба и провела по ней когтями.

На доске оказались ровно нарезанные ломтики.

– Охренеть!

– Не выражайся!

– А драконы как в таких случаях говорят?

– Очешуеть, – созналась Далина. Хотя и похлеще выражались.

– Вот, очешуеть!

– Они есть, Костя! Главное, что они есть!

– Это как называется-то?

– Так и называется: когти. Я не буду сейчас вдаваться в теорию, ладно? Дракон – это не просто плоть, это еще и магия. В истинной форме сначала строится каркас, потом он частично заполняется плотью, а большую часть восполняет магия. Ну, сам подумай, в моей истинной форме длины было метров тридцать, по-вашему.

– Это без хвоста или с хвостом?

– С хвостом. И с мордой.

– Все равно нехило.

Далина гордо расправила плечи.

– Масса соответствует. А теперь представь, сколько весит человек, а сколько дракон?

– Ну… да! А откуда оно берется?

– Наши ученые вывели кучу формул, я их особо не учила, если честно. Просто дракон – на две третьих магическое существо. И в истинной форме магия формирует наш каркас, магия его заполняет, и на остаток идет человеческое тело.

– Чем вы крупнее людьми, тем больше дракон?

– Нет, зависимость не такая. Чем чище кровь, тем сильнее дракон, в любой форме… – Далина вспомнила Клауса, с его низким лбом человека и коротким хвостом дракона, кривыми лапами, неровными зубами, и брезгливо поморщилась. Как есть – недоделок.

Но ведь и силы хватает, и злобы, а вот вышло такое… одно слово – выродок. Порченная кровь.

– Ну… допустим. Все равно это как-то странно.

– Костя, я ваши сказки полистала, – Далина кивнула в сторону полки с книгами. Телефон и интернет были ей пока не слишком привычны, а вот книги, которые оставила хозяйка квартиры, – дело другое. – У вас же все это есть. «Будь же, князь, ты комаром»[15]. Ты не думал, куда там масса девается?

– Так сказка же.

– Сказка ложь, да в ней намек…

– Добрым молодцам урок, – вздохнул Костя. – Даль, я и правда не думал. Ну, может, и были у нас такие, как ты.

– Почему нет?

– Ну да. Я тут разные странные места поискал. Только вот как мы поступим? Ты ездить будешь?

Далина покачала головой:

– Нет. Ты мне для начала прочти описание места и его странности.

– Угу. Слушай. Я выбирал те, которые к нам поближе, хотя сейчас и в Карелию можно, и на Чукотку, но там смотреть надо. А более-менее в теме Куршская коса, озеро Светлояр, Невьянская башня… Ну и там разное… Ямантау, Аркаим…[16]

Далина внимательно слушала. Думала.

– Костя, а вот это место где?

– Змеиное урочище? А почему именно оно?

– Там точно место силы, – кивнула Далина. – Только не слишком популярное. И наверняка калиточка есть, а уж открыть ее в нужную сторону я смогу.

– А почему ты так решила?

– Да сам почитай. Ты же все это собирал!

– Ну…

Собирал. Но после десятой ссылки уже не то что не читал, даже не сильно вглядывался. Вот кто бы знал, какое дикое количество загадочных мест в России! Под каждым кустиком по две загадки! Так и хочется сказать – всю страну обзагадили![17]

– Ладно, – сжалилась Далина. – Смотри, в среднем раз в сорок-пятьдесят лет на несчастную местность кто-то нападает. Чаще всего – змеи. Большие. Обычно их в это время еще не видят. Климат там весной холодный. А тут вдруг здрасте вам! Наблюдается массовый выполз, причем первые сведения относятся еще к временам царствования Александра Второго. А если они выползали, должны бы расползтись и потомство дать. А люди уверяют, что обычно змеи там встречаются крайне редко. Аномалия раз в полвека – и все! Считай, при каждом императоре такое было и при советской власти тоже, даже два раза – в тридцатые и в восьмидесятые годы. Красота?

Костя сообразил быстро.

– Ты хочешь сказать, что примерно раз в полвека там чего-то накапливается и открывается? И пропускает этих самых змеюк?

– То ли на нерест, то ли еще для чего, не знаю. Но – да. И очень удачно получается, что до полувека еще лет десять-пятнадцать. Как раз энергия есть. Если немного добавить, сможем пройти. А добавить я смогу, я сама – магия!

– А куда добавлять-то будешь?

– Не знаю. Надо побывать на месте, там я почувствую.

– Полетим на самолете?

Далина подумала немного.

– Нет. Подождем чуток, когда моя энергетическая форма проявится и я смогу летать сама. Слетаю одна, так будет надежнее. А уж потом, когда я буду уверена, поедем вместе. Чего вас с малышкой по стране таскать?

– Ну, тоже верно. Даль, а покажи когти еще разок?

Далина показала с удовольствием. Костя снова потрогал их пальцем. Забавное ощущение: вроде бы и есть, а вроде бы и нет. Обычные когти Далина тоже уже могла отращивать, на пару секунд, и чешуя бежала полосками, но держать ее не получалось. Она то появлялась, то пропадала, неконтролируемо. А вот туманные когти она могла уже держать сколько захочет, она сама так сказала. И Косте было немного завидно!

– Как ты думаешь, а я так смогу? Или еще как-то?

– Не знаю, Костя. Надо смотреть. Может, не так или не сразу, но у тебя могут быть способности.

– Но я же не дракон.

– Я и не говорю, что ты сможешь подниматься в небо или превращаться в дракона. Даже если я постараюсь помочь, это нереально. Но какая-то магия у тебя может быть.

– Магия…

Суя по лицу Кости, он сейчас представлял что-то внушительное. Волну огня, или управление волнами, или молнии, или вообще простенькое: «Гора, иди отсюда». Пришлось разочаровать.

– У вас очень бедный мир.

– Бедный?

– О магии вы знаете достаточно мало. – Далина взяла лист бумаги и карандаш и принялась чертить. – Я не знаю формул и закономерностей, объясню на пальцах. Есть планета. Есть мир. Условно то, что называется «сердце мира».

– У нас оно тоже есть?

– У каждой планеты. Если она живая.

– Ага…

– От сердца идут артерии, вены, короче, сосуды, которые окутывают всю планету. У вас они достаточно редкие и незаметные. Они пересекаются между собой, и в точках пересечения магена становится более концентрированной.

– Магена?

– МАГическая ЭНергия.

– У нас говорят – мана.

– Вполне вероятно. Вот в таких точках пересечения и располагаются ваши странные и удивительные места. На Ардейле схема сосудов одна, у вас – другая. Это исследовать надо, изучать, в своем мире я старалась, а у вас все надо начинать с нуля.

– Так…

– Магена течет более-менее ровно. Но есть закономерность. Чем больше ей пользуются, тем интенсивнее ток.

– Ага, – сообразил Костя, – у вас ей пользуются, и она активная. Это как динамо-машина, мы на физике что-то такое видели. Крутишь быстрее – лампочка горит ярче.

Далина пожала плечами. Динамо ей ни о чем не говорило. Но почему нет?

– Наверное. Чем больше пользуешься, тем интенсивнее разгоняется по артериям магена. Вы тут почти не пользуетесь.

– Да что там – почти! Вообще не пользуемся, считай. Если и есть какие настоящие, то их раз-два по темным углам – и обчелся.

– Не представляю, как вы можете жить без магов?

– Зато у нас интернет есть.

Далина пожала плечами. Может, он тоже полезен. К чему спорить о том, в чем она до сих пор нормально не разобралась?

– В результате получается замкнутый круг. Магену не разгоняют – она застаивается, ее меньше – магов меньше, и двигать ее просто некому.

– Понятно. То есть в этом мире у меня шансов нет? Даже если я очень захочу стать магом.

– Почему? Если поселиться в подходящем месте, то будут. Но лучше… – Далина ненадолго заколебалась: рано или в самый раз? А потом все же решилась: – Костя, а ты не хочешь отправиться со мной в мой мир?

Костя аж головой замотал.

– С тобой? В туда? То есть… ну…

– Ардейл. Мой мир называется Ардейл. Как раз месяца нам хватит, от полнолуния до полнолуния, и ты сможешь раскрыть свой потенциал, я для тебя лично ритуалы проведу, обещаю. И я смогу забрать своего малыша. С тобой это будет проще. Я же Василиску тут не оставлю, Даша мне ее доверила, считай, это теперь тоже моя дочь.

Костя замотал головой.

– Ты погоди. Ты мне объяснить можешь, зачем я тебе там нужен? Только за Васькой приглядеть? Это я и тут могу, дело нехитрое, а здесь привычнее.

– Костя, ты не прав. Если бы ты мне нужен был только для этого… я могу и няньку нанять, у вас это реально. Заплачу побольше, вот и все.

– Я понимаю. И насчет себя тоже. Ты ведь не Дашка, а так со мной возиться собираешься. Зачем? Это долго, дорого, муторно, но ты все это делаешь. А бесплатный сыр… Зачем, Далина?

Драконица потерла лоб.

Вот как объяснить то, что в природе драконов? Вы как дышите? Да легко! А если весь механизм дыхания разобрать? Вот то-то же! И попробуй, объясни это доступным языком!

– Костя, это долго и муторно, так что ты переспрашивай, если не поймешь. Про разные рода драконов я тебе уже говорила.

– Да.

– Вот я из рода алых драконов. Потому и глаза такие, и волосы алыми станут со временем. Когда в силу войду.

– Допустим.

– Алые драконы, Костя, хранители Клятв и Крови.

– Че-го?

– Вы, люди, свободнее нас. Да, не удивляйся, я могу летать и дышать огнем, а ты нет. Но ты свободен. Ты можешь спокойно солгать, ты можешь развернуться и уйти, ты можешь многое… Вы предаете, продаете, обманываете, хитрите, даже просто недоговариваете. А мы, драконы, так не можем. Для нас каждое слово на вес золота. Буквально.

– Это чего не то ляпнешь и очешуеешь?

– Или лишишься чешуи. Такое тоже бывало. За свои слова мы отвечаем кровью, плотью и магией. Мы и есть магия, Костя, больше, чем на девять десятых, мы обязаны ее слушать. А она уважает тех, кто отвечает за свои слова.

– Чисто конкретно, в натуре.

– Не поняла?

– И за базар ответишь, – фыркнул Костя. – Не обращай внимания, это у нас так раньше было, да.

– Допустим. Я не знаю, поэтому промолчу. А у нас если ты дал слово, ты обязан его сдержать. Или последствия могут быть самые печальные. Для тебя, для твоего рода. Привожу пример. Есть дракон… Вова. Пусть. Он делает предложение драконице Даше, они сплетают хвосты, у них рождается дитя. Потом он отрекается от своего слова и от своей плоти и крови.

– И чего?

– У вас – ничего. А в моем мире он бы не смог поменять ипостась, к примеру. Застрял посредине, или потерял бы магию, или случилось бы что-то еще…

– Ага. У нас говорят – судьба наказала.

– Человеческая судьба, наверное, забегалась, вас слишком много. А драконов не так много, и она быстро добирается до каждого. Или он бы не смог иметь других детей. Как вариант.

– Ага. Вы огребаете быстро и конкретно.

– Ну да. За пренебрежение своим словом, своим долгом и своим родом. Такие вот пироги. Я уже назвала тебя своим братом, я сказала слово, и моя кровь его услышала. Можешь верить в это или не верить, но я его нарушить не смогу.

– Допустим.

– Это правда. Мы зависимы от своего слова, и я за это уже поплатилась.

– Расскажешь?

– Слушай дальше. Черные драконы – наша сила. Синие – вода, золотые – богатство, зеленые – жизнь, природа. А алые от века работали как раз с кровью и клятвами. В крови драконов копится много всякой дряни, ее надо чистить от последствий.

– И?

– Так и было. Какое-то время. А потом, сам понимаешь, стали накапливаться разногласия, проблемы, всякие неурядицы…

– Нет, не понимаю.

Далина потерла лицо руками.

Как все объяснить этому человеческому мальчику? Как впихнуть в несколько слов то, что длилось веками? Она даже не представляла, но решила попробовать.

– Костя, у вас, у людей, тоже бывает, рождается всякое, которое и на голову не натянешь.

– Ну, бывает.

– Я тоже была не в курсе, это началось даже не пару-тройку веков назад, намного раньше. Мой прадед решил жениться. А девушка была против, взяла и сбежала к золотому дракону. Чуть ли не в день свадьбы.

– И такое бывает. И чего он? Убил обоих?

– Ага, там убьешь! Золотые драконы сами кого хочешь в блинчик раскатают. Хвостом прихлопнут! На тот момент их клан был самым богатым, самым сильным…

– Самым крутым.

– Пусть так. Не знаю, что перемкнуло у прадеда, только он почему-то решил, что все из-за денег.

– Денег?

– Если б он был богаче, невеста бы его не бросила. Но я читала его дневники. Замкнутая озлобленная сволочь, корыстная и подлая, вот какой он был. Я б его тоже бросила.

– Ага.

– И после броска он сосредоточился на зарабатывании денег. Сам понимаешь, за исправление проклятий столько не заплатят, да и проклятия разные бывают.

– А это все красные могут? Ну, с проклятиями и с кровью.

– Условно – все. А так… Вот смотри, есть клан красных драконов. Внутри его несколько сотен родов. Разных. Кто сильнее, кто слабее, Ланидиры – главные. Нам подчиняется родовой алтарь, нас он слушается и признает. У каждого рода есть свой алтарь, но наш среди них главный. Первый. Центральный… как еще это назвать?

– А что это вообще такое – алтарь? Из чего его сделали?

– Родовой алтарь? Магия в чистом виде, концентрированная до материальной формы. Изначально была материальная форма, которую напитали магией и кровью, потом прошли века… и материи уже не осталось, одна магия, но настолько плотная, что ей убить можно. Это место, где заключаются все важные сделки, где подтверждаются клятвы, место, в которое приносят при рождении детей, чтобы их признал род. Пока я жива, у меня право крови. У меня, потом у моего сына. А больше уже никого и нет. Но я расскажу по порядку. Проклятия бывают разной силы. Разной направленности. Что-то несложное может снять глава любого слабого клана. Серьезное – тут надо смотреть. Сколько усилий приложит дракон, чем пожертвует, да и сила снимающего тоже важна…

– Я понял. Если болезнь типа простуды, ее и сельский фельдшер вылечит. А с онкологией, к примеру, не подергаешься.

– Очень близко к истине. Что-то могут снять быстро, для чего-то нужно реально много заплатить. И иногда речь идет не о деньгах. Платят и землями, и детьми…

– Но достаточно редко?

– Драконы осторожны. Нарываться никто не хочет, сам понимаешь, а два раза одно проклятие не снимешь. И два раза не заплатят.

– Эх, вам бы в наши медцентры на обучение. Мигом бы сообразили, как один насморк три года лечить.

– С проклятием так не получится. Оно или есть, или нет, тут не покрутишь и таблеточки не посоветуешь.

– Ладно, суть я понял. Твой прадед решил, что так много не заработаешь, да?

– И начал вкладываться в разработку шахт. Вот коммерческий талант у него был, дело пошло, денег стало очень много, но…

– Но?

– Сам он умалчивал, я так и не поняла, в чем суть. Но с проклятиями у него возникла проблема. Лично он практически ничего не снимал. Не знаю почему. Я читала дневники, среди глав рода это принято – оставлять записи. Что было, как было, как справились… надо же молодняк учить? Допустим, погиб отец, а сын еще молод. Где набираться опыта? На свой хвост шишек насажать? Или в библиотеку и послушать, о чем поведают предки?

– Смысл я понял.

– Вот о шахтах прадед писал много, о своих страданиях, о том, какие бабы стервы… гхм.

– Ладно, я понял. По специальности он почти не работал.

– А правил долго. И сын его тоже не особенно этим занимался, и внук, мой отец. Вместо того чтобы наращивать родовую мощь, мы вкладывались в шахты, в деньги, словно мы из золотого клана…

– Ага.

– Так пошло. И мои братья тоже такими были.

– А ты?

Далина неловко развела руками.

– А я в семье выродок. Так получилось, что, когда была маленькой, сильно болела. На меня махнули рукой. Если сестер заставляли заниматься танцами, изучать изящные искусства, то я лежала в своей комнате. Голова кружилась, все тело ломило…

– Тебя не лечили?

– Пытались.

– Но не от того?

– Кто б там разобрался, – вздохнула Далина. – Ланидиры – самые сильные в клане, никто просто не понял, что меня убивает моя же кровь. Пренебрежение долгом в течение трех поколений, вот и получили… проблемы. А проконсультироваться с кем-то отец даже не думал, он же по определению главный, как ему куда-то идти? Никак нельзя!

– А почему с тебя началось?

– Потому что я была самой слабой в семье.

– Серьезно?

– В детстве – да. Проклятие же начинает разрушать с самого слабого. Изведя меня, оно пошло бы на другую сестру, третью, на брата…

– Не извело?

– Нет. У меня был друг. Норберт. Берт. Сын библиотекаря. Случайно подружились, вот он единственный, кто меня навещал, таскал мне книги, читал вслух…

– Влюбился, что ли?

Далина пожала плечами.

– Может, по-детски. Мне сложно сказать… если и было, я не замечала.

– Женщины! – с таким выражением выдал Костя, что Далина невольно фыркнула. «Ну точно! И у него кто-то есть, и, может быть, его тоже не видят. Ничего, потихоньку поправим дело».

– Он мне и дневники прадедов таскал, и родовые записи…

– Они были в библиотеке?

– А где им еще быть?

– Ну… семейные секреты все же?

Далина фыркнула:

– Какие там секреты? По секрету всему свету, как у вас тут поется.

– Тс, это страшная тайна, все остальные уже знают.

– Вот именно. Можно имена заказчиков не писать. Или записывать их в отдельный дневник, а так – смысла нет таиться. Норберт таскал мне дневники, и в какой-то момент я поняла, в чем суть. Такое же было один раз у зеленых, только давно. Теперь у алых…

– И что ты сделала?

– Дождалась, пока отец улетит, пошла к родовому алтарю и провела ритуал.

– Упс. Тебе сколько лет-то было?

– Двенадцать.

– А драконьи двенадцать равны нашим?

– Примерно да. Только живем мы подольше, примерно до трехсот лет.

– А тебе сколько было, когда ты умерла?

– Еще и сотни не было.

– Почти малолетка?

– Практически. Иногда мне кажется, что драконы свое короткое детство компенсируют длинной юностью, нашей склонностью к авантюрам и приключениям, войне и путешествиям… мы часто гибнем. Это компенсация долгой жизни, иначе бы драконы заполонили мир.

– И вымерли бы, как динозавры, сожрав всю кормовую базу.

Далина пожала плечами. Кто его знает, от чего вымерли местные динозавры?

– Я провела ритуал. И ослабила свою связь с родовым алтарем.

– А так тоже можно?

– Да. Я обещала соблюдать все законы и правила рода, но взамен просила отпустить меня и дать расправить крылья.

– Как-то сложно.

– Это первый раз сложно услышать, а когда ты в этом живешь и варишься, все кажется простым и логичным. Магия рода убивала меня за грехи родителей, но осознание и принятие – это первый шаг к исправлению. Пусть родители этого не осознают, достаточно того, что пойму и сделаю я. Я не отвечала за них, они старше, я могла отвечать только за себя. Мне дали шанс, хотя и небольшой, и я начала отчаянно учиться. Я поняла, что изящные искусства и остальное… это путь в бездну. Мне нужно было знать как можно больше о родовом алтаре, свойствах, ритуалах. Параллельно я занялась собой. На конюшне у нас работал дедушка Фредо. Он начал учить меня. Он был наемником, прошел несколько кампаний. У нас же не совсем так, как у вас. У нас есть клановые гвардии, это только драконы. Но везде их не пошлешь, да и не одни драконы обитают на Ардейле. Так что есть отряды наемников, есть люди, сирены… да много кто туда идет.

– Иностранный легион?

– Это что?

Костя объяснил. Далина подумала пару минут и кивнула:

– Да, пожалуй. У наемников есть свои города, своя территория. Гражданства, правда, нет. Но с ними стараются не связываться. За обиду одного будут мстить все, иначе не выжить.

– Примерно я понял.

– Фредо был из очень слабых алых, именно поэтому ему в молодости отказала любимая, он плюнул на все, ушел в наемники, помотался по свету, женился, кстати, на человечке, детей завел…

– А вы так можете?

– Мы совместимы, – поджала губы Далина. – Но в таком браке чаще рождаются люди, а не драконы. Сам понимаешь, дракон – магия. Чтобы такое выдержать, человек должен быть очень сильным магом, ну или если дракон слабый, тогда тоже проще… У Фредо получились обычные люди. Может, с каплей драконьей крови, но полыхнет в них что-то или нет, я не знаю. Он дал им денег, когда его жена умерла, дал возможность жить человеческой жизнью и ушел к своим. Он учил меня как наемницу. А в двадцать два я сбежала из дома.

– Ага…

– Двадцать пять – возраст первого драконьего совершеннолетия. Магия сформирована, дракониц можно выдавать замуж. До этого возраста не рекомендуют, мы можем не выносить яйцо…

– И тебе приглядели жениха?

– А то ж! Раз я не сдохла, то надо найти породистого, ну и договор заключить. И тут такое дело. Я просила алтарь отрезать меня, ну он и выполнил. Считай, я не имею права на помощь рода, а он не имеет надо мной власти. Так, в очень ограниченных рамках. Торговаться можно, а приказывать нельзя.

– И замуж выдать – тоже?

– Если я сама соглашусь – можно. А если нет, то нет. А я соглашаться не хотела, и так едва не померла.

Костя задумчиво почесал нос. Драконица явно что-то недоговаривала, но чутье подсказывало, что это не из-за него. Просто личное. И он бы тоже все карты сразу не открыл. Нормально!

– Дай я скажу, как понял, а ты поправь. Значит, три поколения твоих предков косячили, и это отразилось на тебе. Увернуться ты успела, но если бы продолжила идти той же дорогой, ваша магия расценила бы это как предательство? Так?

– И влепила бы мне так, что чешуя облетела бы.

– Ну, с этим понятно. А то, что ты сбежала? Это типа не считается предательством?

– Нет. Отрезала – вот и держись подальше от рода, наращивай мощность, восстанавливай силу, работай над собой, изучай практики и теорию, это засчитывается. Если получится – работай по специальности.

– И получалось подработать?

– Конечно. Мы с Бертом много чего скопировали для меня. Я читала, училась, несколько раз снимала проклятия, когда ко мне обращались. Магия рода это засчитывает. А вот у моей семьи дела шли не так радужно.

– Породистый жених обиделся?

– В том числе. Но от него отец деньгами откупился. А вот у сестер и братьев начались проблемы. Братья женились, а детей не было и не было. Сестры повыходили замуж в другие рода, там малыши хоть и были, но только слабосилки. Конечно, и ритуалы проводили, и старались, но не получалось ничего. Меня нашли, но я уже на тот момент была капитаном наемников, меня никто не выдал бы. Я долго скрывалась, почти десять лет, это реально много.

– Всяко много. По нашим меркам вообще…

– Люди живут меньше. Я наотрез отказалась возвращаться домой, мы поскандалили, и меня достаточно долго не трогали.

– А потом отец позвал?

– Нет. Клаус Дубдраган.

– Дуб – чего?

– Черный дракон. Да не простой, а глава клана черных. Он вообще ублюдок и чуть ли не полукровка, с примесью, но жестокости и подлости у него хватило на весь клан. Меня это не сильно касалось, а зря. Надо было думать. Но кто мог такое предугадать? Он решил, что сможет объединить кланы черных и красных под своей рукой, и принялся это осуществлять. Для начала вторгся в наши земли. Вызвал отца на поединок, убил его. Мою мать разорвали в клочья. Мои братья тоже были убиты. Сестер Клаус заставил перейти в род мужей. Насильно. Может, это для них и было благом, по крайней мере, их отсекли от нашего алтаря, теперь дети у них могут стать сильнее, но одна из сестер не выдержала. Погибла. Я осталась последней из Ланидиров.

– И та от алтаря отвязана.

– Клаус об этом не знал. Иначе… я бы не смогла извернуться. Все и так было достаточно плохо. Как последняя из рода я обязана была отомстить за семью. И продолжить свой род. Обязательно. Этого требовал алтарь, давил, ведь магия не знает пощады. Но я была отвязана от алтаря, и на меня он не мог давить практически никак.

– Ты могла послать Клауса ему же под хвост?

– Не могла. Я все равно оставалась красной и из рода Ланидир. Если бы отказалась – мне пришлось бы вообще уходить в другой род. А это большая потеря сил, и все равно пришлось бы кому-то подчиняться. В родовом кодексе много оговорок. Я, кстати, его читала.

Костя припомнил Трудовой кодекс, Налоговый… Вряд ли у драконов там три строчки нацарапано. А ведь это не только пролистать как роман, это еще осмыслить, запомнить и применить.

– Очешуеть можно.

– У меня была определенная свобода действий, но очень небольшая. И… алые драконы – мой клан. Может, и не самый лучший, но рыба гниет с головы. Что я могла требовать от них, если моя – моя – семья уже столько лет пренебрегала своей кровью и магией? Заботилась лишь о выгоде… Что спрашивать с остальных?

– А что, твои красные так легко прогнулись?

Далина опустила глаза.

– В чем-то… Я не буду оправдывать отца. Я его не любила, и не только меня он обидел. А еще он рассчитывал справиться сам. Алые могут взывать к чужой крови. Но отец предполагал, что легко победит Дубдрагана, вот и отнесся легкомысленно. Если бы он приказал клану защищаться, если бы хоть попробовал воззвать к родовой магии, а он просто вышел на поединок. И я так полагаю, что недооценил противника. Я за Клаусом почти год наблюдала, он страшный враг. Отец же был самонадеян… Все закономерно. Алые просто получили другого правителя, а распределение осталось тем же самым. Те же доходы, те же долги, те же родовые способности, а если все то же самое – зачем бунтовать?

– Ну так-то да.

Далина пожала плечами. Конечно, она многое недоговаривала, это была общепринятая версия, но Косте пока и так сойдет.

– Я рядом с Клаусом была примерно год. Приглядывалась… И как наемник скажу тебе прямо. Он неглупый, но ограниченный. Очень злой, очень обиженный на своих же, и это сыграет с ним плохую шутку. Он страшный враг и ужасен в бою, но как политик «на троечку», как у вас говорят. Его достаточно легко прогнуть в нужном направлении – при желании.

– У тебя такого желания не было?

– Нет. У его любовницы было. Но это другой разговор.

– А тот – это который?

– У меня была плохая вилка. Я обязана была отомстить за отца, но мне это было не под силу. Я почти не связана с алтарем, сил он мне бы много не дал. А Клаус – один из сильнейших. Это был бы не бой, это убийство.

– Тебе бы гранатомет под крыло.

– Не было у меня ни гранатомета, ни возможности. Хотя идея мне нравится. Я как раз думала, когда мне привезли письмо. Клаус предлагал встретиться и поговорить. Я согласилась.

– И чего он сказал?

– Он предложил хотя бы частично удовлетворить желание алтаря.

– Это как?

– Выйти за него замуж и родить ему сына. Ланидира, который сможет объединить два клана.

– Очешуеть! – У Кости чуть пузыри носом не пошли. – А что, и так можно?

– Нет.

– Но он же предложил?

– И я даже согласилась!

Костя едва окончательно не подавился воздухом. Пришлось стучать по спине и откачивать.

– Что-то я ни хвоста не понимаю. Объяснишь?

– Алые это знают, остальные тоже, но как сказку, что ли. У людей же иначе: было одно королевство, стало три, через сто лет – два. Людям не все равно, но и с магией их ничего не будет. А драконы строго разделены по кланам. Есть черные, есть красные, черно-красных не будет. Так – нельзя.

– А Дуб этого не знал?

– А кто бы ему основы родовой магии объяснял? Если б я сама не училась, дурой была бы. А его кому учить было? Воевать он умеет, не поспоришь, да и традиционно черные в магии слабее, в бою сильнее.

– Сила есть, ума не надо.

– Есть там ум. Они стратеги, тактики, боевики, но не политики. Да и для магии крови другое нужно.

– Допустим. Получается, он поставил нереальную цель?

– Да. Мой сын родился алым, он не сможет командовать черными. Магия черных ему будет чужда.

– И Дуб этого не поймет?

– А как? К алтарю алых я сына принесла, мой род продолжен – условно. К алтарю черных его пока нельзя, только через год, не раньше, и до того мне надо забрать Леонидаса.

– Придешь и попросишь?

Далина пожала плечами.

– У меня есть план. Давай я расскажу тебе пока, что было дальше. Я заключила с Дубдраганом договор. В общем-то у меня не было выбора. Или я соглашаюсь на его условия, рожаю ребенка и умираю, или не соглашаюсь – и умираю сразу же.

– А он бы остался без бэбика?

– Нет. Была возможность… Если пресекается наш род, следующие по силе – Тандилары. Можно было повторить с ними тот же фокус. Дать им алтарь, и когда они возьмут его под контроль, опять вырезать род, опять оставить кого-то из девчонок, получить от нее сына – не одна, так другая, была бы чешуя алая.

– Погано как-то.

– Не то слово. А самое паршивое, я бы все равно померла. В первом случае у меня был шанс. Плохой, но был. Во втором – меня бы сразу убили.

– Ты согласилась на брак.

– Да. У нас был полноценный брак, только без возможности причинить подонку вред. С моей стороны. Клаус-то как раз мог навредить, но мы оговорили это. Без битья, без телесных повреждений, брачный контракт у нас был достаточно строгий. Таскай в постель хоть три раза на дню, но кулаки чесать не смей. Убить можешь, но сам. А прихвостни – мимо.

– Я понял. Что могла, ты оговорила.

– Торговались мы долго, как два барышника на конской ярмарке. Главное я сделала, брак мы заключили, мой отрыв от алтаря он увидел, но тут я отговорилась. Мол, слабая связь, все такое, родовая травма…

– Поверил?

– Влегкую. Такое бывает – плохой доступ к родовой магии. Вот Клаус и не запретил мне проводить ритуалы, ему просто в голову такое не пришло.

– А ты их проводила?

– Всю беременность. Я старалась, делала для малыша все возможное, привязывала его к алтарю, напитывала силой рода. Сейчас мой сын намного сильнее меня связан с алтарем, да он и просто сильнее. Я видела его потенциал… не зря старалась! Следовало совершить кучу ритуалов, под разные фазы Луны… я чуть не рехнулась. Спасибо Берту, он мне помог в свое время, я это знала! Если б пришлось в спешке искать, в жизни бы половину не нашла.

– Ты ему нравилась, наверное.

– Да нет, я ж говорю, друзья с детства, – отмахнулась Далина. – Ну и ему выгоднее без Клауса.

– Ну-ну.

– Пф… Потом ребенок родился – и через три дня, после первого ритуала у алтаря, меня не стало. Клаус лично убил меня. Он меня тоже ненавидел, понимаешь? Я – его, он – меня. Отношение не скроешь, мы друг к другу едва не в перчатках прикасались. Высчитали ночь, подходящую для зачатия, ну и… гадость, чтоб его!

– Ладно, убил тебя любимый муженек, а потом что?

– Я почти не привязана к алтарю, но я привязана к своему малышу, а малыш – к алтарю. Несколько капель крови – и моя душа смогла отправиться не на перерождение, а на поиски тела. Такое бывает, знаешь?

– Киношку видел. Там в мужика демон вселялся, и прочее…

– Я не демон. Но бывает так, как у Даши. Она не справилась, она умирала и просила защиты и помощи для своего ребенка. Я справилась, но мне нужно было продолжать. И я… В нашем мире бывало такое, что дух алого дракона находил себе новое тело, пока не закончены его дела на земле. Но это верно для Ардейла. А вот в другом мире свои законы.

– Какие?

– Уф! Дракон-первопредок, как же сложно объяснять то, что всем известно!

– Тренируйся. Потом мелкому объяснять придется, будет весело.

– Я тебя в няньки позову, не отвертишься.

– В армию удеру.

Далина фыркнула и принялась объяснять:

– Душа через сорок дней должна уйти. Это – закон.

– А, у нас это тоже есть. И что? Ты скоро загнешься?

– Если вернусь в свой мир – то через сорок дней. Если останусь здесь, то буду жить столько, сколько и обычные драконы. Еще лет двести мне отпущено, крови и магии хватит. Сына успею выучить, на крыло поставить, дочь выращу, тебя человеком сделаю.

– Ну-ну. Так тебе что, на Ардейл возвращаться нельзя?

– Можно. Но на тридцать дней, к примеру. Чтобы запас был. Лучше даже быстрее, забрать сына – и смыться.

– А тебе его так и отдадут?

– Ты что? Дубдраган сопротивляться будет, как сможет! Поэтому лучший вариант – забрать малыша и сразу же сюда. Худший… хотя нет, не худший. Можно убить Дубдрагана.

– Давай убьем, в чем вопрос?

– В оружии.

– Интересно, а дракона можно дроном завалить? Или гранатомет нужен? Или ракетная установка?

– Притормози. Ваше оружие у нас не сработает, у нас слишком большая насыщенность магией. Порох – еще куда ни шло, это простая химия, и на коленке смешать можно, а вот остальное никак. Электроника при проходе через портал погорит, как свечка.

– Неужели у нас нет шанса?

– Боюсь, что нет. Но отчаиваться мы не будем. Если все сложится хорошо, Клауса свои же разорвут. Я пока весь план четко не вижу, я пока думаю, но шансы у нас есть. И подставить, и забрать малыша… и жить здесь.

– А ничего, что вы драконы?

– Ничего. Переедем поближе к местам, насыщенным магией, а остальное детали. И вообще, мой сын потом наверняка захочет вернуться на Ардейл. А я останусь тут.

– М-да. Знаешь, я примерно половину не понял, а вторую половину не осознал, но одно ясно. Срочно надо зарабатывать. А то с двумя бэбиками на съеме – повесишься. Скажи, а у вас есть такое – компенсация за моральный ущерб?

– Чего? – не поняла уже Далина.

Послушала Костины пояснения и кивнула:

– Отличная идея. Я на это дело половину родового запаса выгребу. У черных.

– Вот и правильно. И свяжись с этими своими… как их? Ланами? Танами?

– Тандиларами.

– Долго на скороговорках тренировалась?

– Годами.

– Вот, с ними надо будет связаться. Если ты этого Дуба пришьешь, кто-то же должен будет взять власть в свои лапки?

– Тогда они ее моему сыну не отдадут. Нет, нужен кто-то другой. Я подумаю.

– Блин, как все сложно!

Далина развела руками. Жизнь вообще штука сложная и противная. И с этим ничего не поделаешь.

Ардейл, замок Ланидиров

– Долго ты еще валяться будешь?

Клаус смотрел на своего капитана с возмущением. С его точки зрения, через неделю после порки дракон уже обязан встать и мухой летать по замку! А он валялся, словно так и надо!

Беннет мог бы встать. И магией мог бы все ускорить, и дорогими лекарствами мазаться, но… не хотелось. Драконы не знают слова «депрессия», но у Беннета была именно она.

Далины нет.

И он связан клятвой.

И все темно, и пусто, и тоскливо… Можно жить без крыльев, но как выжить, когда нет надежды?

– Что-то не так?

– Ты мне нужен!

– Зачем?

Клаус аж поперхнулся.

– Зачем?! Да ты… ты что – с ума сошел?

Беннет посмотрел на своего… да что уж там! Хозяина! Посмотрел тоскливо и с явным отвращением, так что Клаус едва удержался, чтобы не добавить раненому. Остановило лишь одно соображение – выздоравливать будет дольше.

– Мне нужна твоя работа!

– Понимаю. Вот как встану, так сразу, – согласился Беннет. Он даже не издевался, просто потерял интерес к жизни. Тоска накатывала, аж дышать не хотелось. Мог бы и не дышать, драконы и так могут.

– Скоро ты встанешь?

– Не знаю.

– Что лекарь говорит? – пока еще спокойно поинтересовался Клаус.

– Не спрашивал, – отозвался Беннет.

Клаус рыкнул вовсе уж зло и пошел срывать гнев на лекаре. Ридола Гарм, которая об этом визите знала, дождалась, пока Дубдраган ушел, а лекарь уполз лечить свои синяки и ссадины, и встала у кровати Беннета.

– Хватит разлеживаться.

Беннет не удостоил ее даже взглядом. Ридола покачала головой.

– Вот так и уйдешь? И бросишь ее сына?

Ответом стал тоскливый взгляд. Мужчины! У женщины инстинкт требует защитить вот это маленькое-слабенькое, а мужчины частенько к детям равнодушны. К чужим детям.

И то, что Далина – мать маленького Леонидаса, особо ничего не меняло. Отец-то Клаус!

– Что ты от меня хочешь? – шевельнулись бледные губы.

– Приходи в себя. Тогда расскажу.

– Не хочу.

Ридола притопнула ногой.

– Хочешь, чтобы последнюю ее памятку убили?

– Не убьют, Клаус позаботится.

– О чем? Он своей бабе доверяет, а у той глаза как у кошки. И сало сожрать, и тряпкой не получить! Дорвется она до малыша, ничего хорошего не будет!

– Не дорвется.

Звучало это вроде бы безжизненно, но… Ридола усилила нажим:

– Я старая. Ты мне помоги, сынок, а потом хоть крылья складывай! Я тебе даже яд достану, если захочешь!

– В чем помочь?

Самоубийство Беннету клятва запрещала, но ведь ее и обойти можно. Если эта драка понимает, насколько ему плохо… он ей поможет выжить, а она ему – умереть. И неплохо получится!

– Мне мальчишку нужно до третьего посвящения довести, а там уж он сам разберется. Это лет пятнадцать, но куда торопиться?

– Пятнадцать?

Драконов к алтарю представляли трижды. Первый раз – как можно скорее после родов отец и мать. Второй раз глава рода, примерно лет в десять-двенадцать, как начиналось взросление, третий раз – когда дракон обретал свой второй облик. Или первый?

Дракон делился кровью, алтарь делился силой.

Далина, кстати, и второе и третье представление алтарю прошла сама. Родители ее со счета списали, это уж потом, когда жениха нашли, хотели дочь к алтарю привести. Только Далине уже не нужно было…

– Пятнадцать лет – это рано.

– Далина даже раньше второй облик приняла, ей четырнадцать было.

Беннет вспомнил рассказ библиотекаря и кивнул:

– Понимаю…

– Ты вот во сколько перекинулся?

– В двадцать шесть.

– А Клаус?

– В двадцать два.

Беннет помрачнел, вспоминая кое-что, и Ридола выругала себя. Рано сказала… попробуем повернуть.

– Далина сына любила. И понимала, что планы Клауса – это химера. Такого быть не может.

– Почему? Ну, будет он править двумя кланами, что такого?

Ридола качнула головой:

– Где ж вы растете-то, такие незнающие? А?

Беннет вздохнул.

– И так бывает.

– Расскажи, хоть знать буду – как?

Беннет пожал плечами.

Рассказать? А что тут рассказывать? Среди драконов, как ни странно, самые плодовитые синие, а самые любвеобильные – черные. И плевать чернышам, кого под себя грести. После боя, в горячке, они кого угодно вылюбят. И частенько после такого появляется потомство.

Только вот не все дети нужны родителям.

Печально? Но факт. Очень часто дракончик, когда рождается, забирает жизнь матери. Если она человек, если обычная, не слишком одаренная… дракон же магический, он просто высасывает несчастную. И получается, что одного родителя у дракончика сразу нет, а второй… да хорошо, если он вспомнит, с кем спал!

Проявится ли у ребенка дракон?

Этого никто не знает сразу. Считается, что если лет до пятидесяти не проявился, то дальше точно его не будет. Но на младенце-то не узнаешь! И даже подростки находятся в подвешенном состоянии.

В то же время драконов не так много. Разбрасываться ценными хищниками никто не хочет, и черные – тоже. А потому… детей, которые вот так остаются без родителей, они собирают на своих землях в несколько детских домов. Учат их там, кормят, воспитывают в верности клану, дважды представляют к алтарю, в младенчестве и когда дети начнут созревать, мальчики осознают себя мужчинами, девочки уронят первую кровь…

Алтарю от этого ни жарко ни холодно, не-драконов он просто не воспринимает. Кстати, часто матери сами в эти дома приходят, знают, если умрешь во время родов, ребенок хоть жив останется. Если есть вероятность, что папа драконом был… не всегда женщина точно знает, кто отец.

Потом мальчики получают профессию, девочки тоже учатся чему-то полезному в жизни, замуж выходят, им даже маленькое приданое дают…

Красиво звучит? Благородно даже.

Только вот нравы в таких приютах не драконьи, а волчьи. Старшие вытирают ноги о младших, те сбиваются в шайки, иначе не выжить…

Клаус был полукровкой.

Беннет – чистокровным драконом, только родившимся вне брака. У матери уже был другой жених, и ей случайный ребенок нужен не был. У отца тоже была своя семья, вот и получилось ни туда ни сюда. То есть – в приют.

А там стало еще хуже. У маленького дракончика рано проявились признаки второй ипостаси, уже после второго прихода к алтарю у него начали расти зубы, тот самый, второй ряд, начали время от времени появляться чешуйки…

Тут и началась травля. Детская, а значит, вдвойне жестокая и бессмысленная.

И пропасть бы Беннету, но рядом оказался Клаус.

Клаусу на тот момент уже семнадцать было, и прикрыть мальчишку он мог. Связываться с ним никто лишний раз не хотел, а Клаус уже и сам демонстрировал те же признаки. И зубы у него росли, хотя и плохо…

Сначала мальчишки держались вместе. Потом постепенно подружились. А потом Клаус просто подставил Беннета.

Ну кто там, в приютах, будет мальчишкам про родовые особенности рассказывать? Про клятвы, про кровь? Это уж потом, когда мальчишки вторую ипостась получат, какой-то род их к себе примет, вот там пусть и объясняют сколько захотят. А в приюте…

Зачем всем подряд такое знать?

Беннет и не знал.

Этим Клаус и воспользовался.

Кто в детских играх не клянется другу в верности? Играли же в рыцарей? Было? И короля выбирали, и присягу ему приносили, вроде бы понарошку, до конца игры…

Только вот однажды в огонь полетели волосы и кровь Беннета. А в остальном…

Текст клятвы тоже составлял Клаус.

Огонь, волосы, кровь, клятва – все оказалось настоящим. Тогда-то Беннет и не понял, уже потом, когда Клаус затянул поводок на шее друга.

Ридола внимательно слушала.

– И тебе оставалось только следовать за ним.

– Да.

Первое-то время плохо не было, Клаус рвался к власти над черными… и что? Беннету они – кто? Спасибо, не дали помереть с голода? Ай, благодетели!

Им бы такое детство, с постоянной травлей, в лохмотьях, впроголодь, с вороватыми воспитателями и «темными» по ночам. Уже не нравится? А почему?

Так что Беннет поддерживал друга.

А вот когда затосковал… Да вот, когда увидел Далину Ланидир.

Наверное, для Беннета она стала идеалом драконицы.

Алые волосы, алые глаза, алые губы, мощная, красивая, яркая… она сразу привлекала к себе внимание. Но не внешность была самым интересным. Беннет же собирал о ней информацию… как могла больная дракошка стать капитаном наемников? Как прошла такой путь? Участвовала в войнах, поединках, была лучшим клинком отряда…

Сколько ей пришлось приложить труда?

Уважение, восхищение, а потом еще и влюбленность… и все сложилось и ударило в самое сердце.

А когда Клаус поставил такое условие, когда потребовал от женщины пожертвовать собой, Далина и тогда вела себя более чем достойно! Это Клаус потерял лицо! А она…

Она была королевой! И ради клана сложила крылья, ради всех алых и ради своего рода… Беннет сам не понял, когда по уши влюбился. Он привык просто пользоваться женщинами, просто брать, бросать, идти дальше, только вот…

Далина.

Прекрасная. Алая.

Как вообще можно было смотреть на какую-то Рассину, когда рядом такое сокровище? Целовать жабу, если рядом королева? Даже смешно!

Ридола слушала. Внимательно, чутко, а потом… потом погладила дракона по черным волосам.

– Ты выздоравливай, мальчик. А я тебе вот что скажу. Я посмотрю по архивам. Если кто и мог бы разорвать твою клятву, то только алые.

– Разорвать?

– Хочешь небось отомстить?

Глаза Беннета сверкнули черными бриллиантами.

– Я не могу. Клятва.

– Я поищу, как ее можно разорвать. Но ты не сдавайся.

– Так не бывает.

– Алые – могли. Просто не говорили об этом, но шансы у тебя есть, если все так, как ты рассказываешь. А если не получится, так что же? Помоги мне, чтобы отомстить за нее, а потом уйдешь, если захочешь. Яда на твой век достанет! Только помоги! Я ж Далину с яйца растила, думаешь, мне сейчас легче? Она меня незадолго до родов просила сына поберечь, я и сделаю, она мне как родная дочка была!

Беннет медленно положил руку на ладонь Ридолы.

– Крепись.

– Сам видишь. Не складываю крылья. И ты не смей – пока! Понял?

Беннет понял. И опустил ресницы.

Он продержится. Какое-то время еще он продержится. Если есть надежда отомстить…

Ради такого стоит еще немного пожить! Определенно стоит!

Россия, наши дни

– Далька, как идет перестройка в дракона?

– Полным ходом, – потянулась Далина. – Энергетический каркас почти завершен, начинают проявляться драконьи черты. Да ты сам можешь увидеть. Чем ярче волосы и глаза, тем активнее процесс.

– Они у тебя уже достаточно яркие.

– И все остальное идет потихоньку. Вот и когти, и клыки, и сила…

– Сила?

– Иди сюда.

Костя себя легким не считал. Достаточно рослый мальчишка, хотя и худой, но… чтобы вот так?

Далина вспрыгнула на стул и вытянула вперед руки.

– Держись за мои ладони. Жестко.

– Ну… держусь.

И все равно было неожиданностью, когда Костю вдруг резко подняли.

– Ух ты!

– Да. Я уже могу поднять больше, чем вешу сама. Не так чтобы намного, но могу.

– Отлично!

– Возрастает сила, ловкость, гибкость, формируется энергетический каркас, потом я летать смогу, пусть и в энергетическом виде, но это лучше, чем ничего!

– Покатаешь?

– Не смогу. Сам подумай, какая моя масса, а какая тридцатиметрового дракона? У меня будет консистенция… киселя, если хочешь. Ты просто упадешь через меня.

– А ты не можешь сделать отдельные части поплотнее?

– Могу. Но это не сразу, и ненадолго, может, минут на пять-десять. Как чешую или когти. Магии у вас тут недостаточно!

Костя печально вздохнул.

А как было бы здорово! Вот он, на спине дракона, рассекает облака…

– На Ардейле покатаю. Обещаю.

– Здорово!

Не было печали, явился знакомый. На боях он был, но там подойти не успел, да и ни к чему солидному мужчине в очереди толкаться. Можно в клуб подъехать и словно бы издали завести разговор о том, что у тебя товар, а мне он приглянулся. Вот та, розовенькая, она и в постели такая же гибкая?

Умару такой друг и рядом не нужен был, но с Фаридом приходилось считаться. Потому он и старался переубеждать знакомого словами. Не надо, ни к чему, найди кого другого… Фарид не убеждался и активно требовал розовенькую Кэсси, и лучше в полное владение. Да-да, с бабой он договорится. Главное, чтобы друг Умар претензии не выставил!

Кэсси может не согласиться? Так баба же! Кто ее спрашивать будет?

– Умар, да что там эта сопля может?

– Что надо, то и может. Тебе запись с тренировки показать?

– Э, нет! Мне это неинтересно! Давай я сам попробую!

– Хабиб попробовал. Больше не хочет.

– А, это его трудности! Ну не может баба быть сильнее мужика!

– Она не сильнее, она опаснее, – попытался объяснить Умар, но Фарид махнул рукой:

– Не верю в такое!

Умар закатил глаза.

Да, в бизнесе иногда и такое случается. Фарид приметил Далину еще на боях, и ему стало интересно. Только он думал, что все подстроено, и пришел выяснять, через кого Умар все провернул.

Ну не могла ж она сама… там же немочь бледная, дунешь – улетит! Какие там победы? И волосы еще эти розовые – даже подумать смешно!

– Фато, ты ее положить сможешь?

– Если прикажешь, – отозвался телохранитель.

– Вот, пусть с Фато попробует.

Умар скрипнул зубами.

– Ладно. Я ее попрошу.

– Ее еще и просить надо? Прикажи, и все. – Фарид даже удивился.

Вот ведь идиот! Но куда деваться? Он может быть трижды идиотом, но у него свой бизнес и обороты хорошие, и Умару не надо бы с ним ссориться. А вот это может случиться, если Даша что-нибудь выкинет.

Или сам Фарид.

Они оба могут, и не знаешь, кто хуже.

В любом случае…

– Пошли в японский зал. Сразу и поговорите.

«Заодно и кабинет целее будет. А то вы его разнесете, если не договоритесь. Запросто».

Далина как раз тянулась. Ногу на перекладину, да повыше, самой телом наклониться к ноге, потом другую… лучше разогреть мышцы до занятия. Да-да, у тренера на занятии времени нет. Ему надо за всеми посмотреть, поправить тех, кто косячит, показать, как правильно, так что тренироваться получается или до, или после занятия. Лучше – до. Если показывать приемы, то на разогретые мышцы.

– Даша!

– Что случилось?

Голос Умара она узнала, но оборачиваться не стала, вот еще. Растянется – тогда. И вообще, в зеркале все видно. И самого Умара, и толстяка рядом с ним, и глыбу в дорогом костюме, которая стоит за толстяком. Телохранитель? Ха, бараны!

Кто ж телохранителя так одевает? Ему нужно свободно двигаться, легко доставать оружие, а тут костюм! Он в нем, бедный, как шкаф в чехле, не шевельнуться, не повернуться. А галстук чего стоит?

Кто придумал нацеплять на телохранителей эти удавки?

– Ты не могла бы повернуться?

– Секунду. – Далина сложилась еще раз, чувствуя, как приятно начинает тянуть сустав, потом сняла ногу с перекладины, развернулась и выпрямилась. – Слушаю?

– Вот мой друг, Фарид.

Далина посмотрела на квадрат в дорогом костюме. Точнее – куб.

– Рада знакомству.

– Он считает, что твой бой был подставным.

Далина пожала плечами:

– И что я должна сказать по этому поводу?

– А ты не говори, ты попробуй с Фато справиться? – предложил Фарид, азартно блестя глазами из складок сала.

Далина подняла брови.

– И что мне за это будет? – Толстяк даже опешил. Не ожидал? А зря. – Что мне будет, если я справлюсь с вашим человеком?

– Э-э… денег хочешь?

– Хочу. Я дерусь не ради удовольствия, а ради заработка, – не стала оправдываться Далина.

Умар хмыкнул, понимая, что может уесть «друга Фарида».

– Десять тысяч на Дашу.

– Отвечаю десятью тысячами.

– И выигрыш заберет победитель.

– Всего десять тысяч? – возмутилась Далина. – Меня так низко ценят?

Умар пожал плечами и увеличил ставку вдвое. А потом и еще вдвое, когда Даша сморщила нос. Фарид даже не засомневался, увеличивая ставку. Он-то рассчитывает, что платить не придется.

– Ладно. За эти деньги я согласна поработать. Фато – это он? – Далина невежливо ткнула пальцем в телохранителя.

– Да.

– Когда?

– Здесь и сейчас. Нас не заденете?

– Нет. Уважаемый, вас не затруднит подойти? – Далина отступила подальше от начальства и поманила к себе груду мышц.

Фато медленно снял пиджак. Наверное, мужчина рассчитывал произвести впечатление, но Далина даже бровью не повела. Перекачанная гора мышц с проработанным рельефом – это, конечно, красиво. Но сразу видно, что ноги у телохранителя слабее. А рельеф… кому он вообще нужен? Ты воевать собираешься или перед бабами в салонах красоваться? Во втором случае и рельеф можно. А в первом…

Наемники кубиками и ямочками похвастаться вообще не могут, у них другие задачи. Ладно, сам пришел, сам и напросился. И галстук не снял, баран.

Еще и пальцем ее манит.

Вот наивный человек!

Далина улыбнулась и сделала шаг вперед, покачивая бедрами. И еще один. И еще… Она рассчитывала шаги так, чтобы оказаться ровно в полутора шагах от Фато. И тот не выдержал. Потянулся вперед. Сейчас он достанет эту девицу и скрутит ее… ладно, не причиняя особенного вреда!

Он и правда был достаточно быстр – для человека. Только вот драконы другие. И Далина размазалась в воздухе, скользя под вытянутую руку. Галстук словно сам собой лег в ладонь, перекрутился, затянулся и дернулся вниз. А за ним и телохранитель.

– Ух!

Большой шкаф и падает громко, а Далина жалеть не стала. Если бы она весила побольше, смягчила бы падение Фато, а так… грохнулся несчастный всей тушкой да об маты. Аж зал вздрогнул. Плавно, как лепесток сакуры, слетел со стены расписанный японскими красотками веер.

Далина пожала плечами. Она понимала, что удар, пусть даже сильный, телохранителя так просто не остановит. Взгляд на Умара.

– До трех раз?

– Да.

Фато поднялся на колено. В этот раз он смотрел внимательно, настороженно, и уже Далина поманила его пальцем:

– Твоя очередь подходить.

Мужчина двинулся вперед. Галстук полетел в сторону. А хорошее качество – такую тушу свалил и не порвался! Фирма!

Теперь он был внимательным и сосредоточенным. Вот сейчас, ему только схватить… Он даже ощутил под своими пальцами теплое девичье плечо. А потом его закрутил какой-то неумолимый вихрь, размазал в пространстве, заставил пошатнуться…

– Ух!

– Два, – прокомментировала Далина.

В третий раз Фато был еще более осторожным, но ему опять не повезло. Оружие применять он не мог, а в рукопашной… У него был опыт! Да, безусловно, целых десять лет или даже пятнадцать. А у Далины – более полувека. И за это время она и в войнах участвовала, и в поединках, а уж сколько у нее было потасовок по тавернам, сколько поножовщины, сколько драк… Счет шел не на сотни – на тысячи и десятки тысяч.

Далина и не собиралась драться с теми, кто сильнее ее, лоб в лоб. Она позволила себя схватить – и нажала на одну из болевых точек. Секунды хватило.

Последствий практически не остается, но, когда нажимаешь, ощущение такое, словно тебя пробило током. Любая концентрация собьется, руки дрогнут. Они и дернулись, и Далина ударила уже всерьез, подсечкой сваливая противника, добивая…

– Ух!

– Еще надо или хватит?

– Думаю, достаточно, – кивнул Умар. Потом сгреб со стола деньги (не свои, понятно) и протянул Далине: – Свободна.

– Э, постой! – опомнился Фарид. – Слушай, я такой еще не встречал! Не хочешь у меня поработать?

Взгляд мужчины скользил по тонкой фигурке. И явно не со спортивным интересом. Далина даже опешила. Хотя… Мало ли извращенцев? Может, нравится ему, когда его баба тряпкой по стене гоняет?

– Нет.

– Я заплачу. Хорошо.

– С меня и этого довольно.

– Я в пять раз больше заплачу. И премии будут.

Масляные глаза блеснули, Далина поморщилась.

Что уж там, и в бытность ее наемницей бывали клиенты, которые путали воина с продажной девкой. Только тогда она была на две головы выше, и объемы соответствующие, и голос… Одного взгляда хватало, чтобы самые упертые понимали: нет – это когда нет. А если не доходило, Далина могла просто сесть сверху и раздавить самомнение.

– Значение слова «нет» посмотрите в толковом словаре, – сухо сказала драконица. – У меня скоро занятие начнется.

Может, Фарид и сказал бы что-то еще, но Умар оценил и стойку женщины, и нехорошие искры в глазах, и сжатые кулаки… и кое-как уволок приятеля. Далина выдохнула и стала ждать учеников.

Ну что за тупые люди?

Хотя не только люди. Ей встречались и тупые сирены, и тупые драконы… Идиот – понятие вне рас и национальностей. Но здесь идиоты хотя бы магией не владеют.

Здоровущий черный кадиллак Далину больше разозлил, чем испугал. Хотя и затормозил буквально в полуметре от ее кроссовок.

Стекла поползли вниз. Кто бы сомневался? Тот самый навязчивый идиот и его невезучий телохранитель. Почему невезучий? Потому что любой идиот рано или поздно нарвется, это закон мироздания. Может, позже, может, раньше, но это обязательно случится. А телохранители в таких ситуациях мигом становятся козлами отпущения, если вообще выживают.

– Садись, подвезу.

Далина качнула головой:

– Нет.

– Поговорим. Я тебя отвезу, куда скажешь.

– Нет.

– Фато…

– Мало получил? Добавлю.

Да, с этим вопросом была небольшая недоработка. Но Фарид подстраховался, и из машины вышло уже два «шкафа».

– Мы просто поговорим, да?

– Нет, – отрезала Далина.

В этот раз речь уже не шла о спорте, и потому она не стала ничего ждать. Упала, перекатилась, какой-то камешек больно впился в ладонь, но это была ерунда. Главное то, что оба телохранителя сбитыми кеглями полетели на асфальт. Далина буквально в метре от них извернулась и ударила своим телом, ногами, как варан – хвостом. Прямо по их ногам.

Кость Далина, конечно, не сломала, да и не каждый варан это сможет. Но мужчины повалились на тротуар. Фато, как более опытный и уже «летавший», сполз по джипу, но успел в последнюю минуту слегка сгруппироваться, а второй рухнул со всего размаха. Далина, следуя кодексу наемников, тут же вскочила на ноги, и Фато тут же сильно пожалел, что не упал. Следующий удар последовал в пах – и в горло, на добивание. Попутно досталось второму телохранителю, на которого Далина просто прыгнула сверху, чтобы достать до Фато. В нем и так не особо много воздуха оставалось, а она еще добавила приятных ощущений.

Фарид смотрел на все это круглыми глазами из окна машины.

Далина перевела на него плотоядный взгляд. И – направилась к окну.

Мужчина пискнул, поднял стекло, но…

Далина молча, не говоря ни единого дурного слова, ударила в стекло пальцами, скрюченными словно когти.

Где уж там в полумраке Фариду было приглядываться – есть свечение на кончиках пальцев, нет свечения… Да и Далина постаралась, чтобы оно было едва-едва заметно.

В стекле осталась аккуратная дырка. Сквозная. Пробитая пальцами. И побежали от нее в разные стороны веселенькие трещинки.

Далина вежливо оскалилась.

– Нет – это значит нет!

Развернулась и ушла. А что ей еще оставалось делать?

Кадиллак стоял на том же месте. В машине дурно пахло – пришло осознание. До самой глубины пробило. Постепенно приходили в себя телохранители. Поднялся сначала тот, на которого Далина просто прыгнула, потом Фато кое-как собрал себя в кучку.

– Хозяин?

Фарид, бледный как мел, уже горячо радовался тому, что в машине кожаный салон. И распоряжение его было кратким:

– Меня – домой. Машину – мыть и в химчистку.

– А эта баба?.. – начал было второй телохранитель. Потом посмотрел на Фато, на пробитое стекло и очень задумчиво замолчал.

– Хрен с ней, – махнул рукой Фарид, стараясь изобразить барственность. – Всех не пере… любишь.

Телохранители еще раз посмотрели на дырку. Потом вспомнили, что хозяин отдавал «Кадиллак» на переделку и стеклышки у него бронированные. Прикинули силу удара – и загрустили.

Ну его в болото с такими заданиями.

Им сейчас четко и ясно показали, что пожалели. Могли бы убить. Если такими пальчиками бронестекло пробили, то как это могло бы в горло прилететь? Или в живот? Да какая разница – куда? При такой-то силе удара!

Фато полез за руль.

Запаха, стоявшего в салоне, никто не замечал. Выветрился, наверное. Через свежесделанную вентиляцию.

– А стекло?

– Пусть заменят. А вот это – мне домой привезете.

Телохранители закивали.

Привезут. И лишний раз подумают, что Даша – добрая и вежливая девушка. Била бы она их с такой силой, лежали бы на асфальте два трупика.

Фарид по приезде домой засосал три бутылки коньяка в одно рыло. Потом проспался, а потом еще раз посмотрел на стекло и отдал Фато еще один приказ.

Что бы там ни было, но…

Уж очень все унизительно получилось для «настоящего мужчины»! Может, не напугайся он так или поведи себя Далина чуточку иначе… Но вот занесло! Закоротило, и искры посыпались в разные стороны. То ли от ярости, то ли от дурости.

Не хочешь по-хорошему?

Так будет по-моему!

Никуда ты не денешься! А потом и самой понравится!

Ардейл, замок Ланидиров

Норберт протирал книги в библиотеке.

Доверить столь важное занятие слугам?

Издеваться изволите?

Они все сделают не так! Вообще, могут мокрой тряпкой повозить по бесценному переплету! А уж их отношение к древним инкунабулам… то шарахаются от книг, как будто те кусаются, то лапают без всякого уважения, полной горстью… это тебе что – половник? Ты за ложку так хватайся, за кружку, а книгу – не смей!

Книги уважать надо!

Берт не представлял себе жизни без книг. Именно это и подружило его в свое время с Далиной.

Никто из Ланидиров не любил читать, но у маленькой алой драконицы, прикованной, казалось, к кровати навсегда, не было другого выхода. Книги были ее единственным окном во внешний мир.

Хорошо хоть читать девочку научили…

Берт сначала просто приносил ей книги. Не библиотекарь же будет с томиками по замку бегать, вот еще не хватало! Есть у него сынок на подхвате – вот и пусть старается. То принести, это отнести, читала Далина быстро, вскоре она уже глотала по одной-две книги в день, а иногда и быстрее – не набегаешься.

И… ребенок же!

О чем с ней может говорить умный человек, библиотекарь, да просто – взрослый мужчина! Это же маленькая девочка!

Так что отец Норберта быстро нашел решение.

Книги носил Берт. Он же и разговаривал с Далиной Ланидир, он же и книги для нее подбирал. Наверное, какие-нибудь романы… или что там читают маленькие девочки? Сказки? Истории про принцесс?

Неважно!

В библиотеке и без глупых девиц много дел!

Закупка, реставрация, восстановление, копирование, каталогизация, библиотекари свою зарплату не просто так получают! И дети оказались практически предоставлены сами себе.

Она – дочь главы клана.

Он – сын библиотекаря.

Звучит как начало любовного романа? Увы, Далина не интересовалась любовью. Она просто не верила, что когда-нибудь встанет на крыло, да и как это – любить? Ее же никто в своей семье не научил, родителям не до нее, братья-сестры заняты. Старая нянька? Ридола Гарм?

Эта Далину любила как родную, но тоже боялась потерять девочку… именно она как-то при Далине спросила Берта, что он читал последним. Так и разговорились.

А что может читать мальчик?

Путешествия, приключения, хроники войн… это же взялась читать и Далина. И очень быстро они подружились. Берту было интересно говорить с подругой о книгах, Далина тоже была рада общению, Ридола прикрывала их дружбу, сколько могла… долго, очень долго.

Именно Берт принес Далине первые дневники ее предков. Ему было интересно читать, правда, кое-что ему не открывалось. Родовая магия.

Любой дракон может вести дневник. Но если он хочет что-то скрыть от чужих глаз, оставить что-то для потомков, как быть? Выход нашел какой-то умный драконий предок. Несколько капель крови в чернильницу, коротенькое заклинание – и готово! Написанное тобой видно только твоим потомкам! Прямым, по крови! Если кто-то из потомков пожелает прочесть написанное вслух – пожалуйста. Тогда мудрые слова можно будет записать уже обычным способом, тогда они станут доступны всем. Обычно никто не желает.

Не просто так применяется заклинание, с его помощью записывают рецепты, заклинания, записывают самое сокровенное, то, что и подушке не доверят…

Но любопытно же! Вот взял Берт дневник Раймонда Ланидира, а там, считай, половина кровью написана! А это – Раймонд! Он воевал, путешествовал, четыре раза женился… это не так интересно, а вот как он через горы перелетал, как с дикарями жил…

Начинаешь читать – и тут пробел в записях! И опять начинаешь – и опять лакуна! Вот как тут быть?

Правильно, попросить Далину, чтобы та прочитала и рассказала Берту. Или вслух почитала, он честно-честно не будет ничего записывать. И без заклинаний и рецептов обойдется, не дурак же!

Далина и прочитала. И другие дневники у него попросила, и мужские, и женские, и читала их, и что-то даже для себя записывала… Одно из самых тайных воспоминаний Норберта – тонкий профиль драконицы, склоненный над книгой.

А теперь ее нет.

Скрипнула дверь. Норберт обернулся.

На пороге стояла эта синяя гадина… фу, слабачка! Чем сильнее дракон, тем ярче в его внешности родовые цвета. Даже у Норберта волосы отдают в красный… ладно, он каштановый, но с красными прядями! А эта вообще светловолосая, ни голубого оттенка, ни синей пряди!

– Что вам угодно, драка?

– Мне? – Рассина навила на палец золотую прядь. – Пожалуй, что-нибудь почитать. У вас в библиотеке есть эротические сонеты?

Норберт сморщился, но желание дамы – закон.

– Сейчас посмотрю. Драк Ренейт вам подойдет, или поискать еще кого-то?

– Вполне подойдет.

Норберт направился в глубину библиотеки.

«Сонеты! Эротические! Да зачем они тебе, с таким-то вырезом? Ты читать вообще умеешь?»

Книгу он нашел быстро, благо, знал, что и где стоит. Достал тот экземпляр, который подешевле и попроще… да-да, книги в библиотеках есть разные. И коллекционные, и для чтения вот такими… особями! Не выдавать же ей прижизненное издание, в сафьяновом переплете, отделанном золотом и ониксом? Потом книги недосчитаешься!

Ей и что попроще сойдет, вот, тисненная серебром кожа, даже несколько гравюр есть…

Рассина подошла поближе к библиотекарю, медленно взяла книгу у него из рук.

– Благодарю, драк… вы ее не читали?

Роскошный вырез оказался совсем рядом с Норбертом.

– Я… все читал…

Норберт хотел сказать это сухо и жестко, но голос дрогнул. А потом Рассина открыла книжку.

Едва зажжет твое прикосновенье

Во мне огнеподобную струю

И плоть начнет слепое нисхожденье…[18]

Голос ее понизился до рокочущих ноток, грудь вздымалась, и стояла она так близко, что Берт чувствовал ее запах, неожиданно притягательный, мускусный, острый, напоминающий о плотском грехе и смятых двумя телами простынях…

– А…

– И плоть начнет…

Рука Рассины уверенно нашла ту самую плоть, на которой нет глаз, и нежно сжала.

Пару секунд у Берта, наверное, еще был шанс вырваться. А потом…

Мозгов в этом органе, увы, тоже не было. А опыта у Рассины было всяко больше, чем у скромного библиотекаря, так что пальцы погладили сначала через одежду, а потом сноровисто расстегнули пуговицы и принялись действовать намного более вольно.

Несколько секунд Берт стоял как статуя, сверкая окаменелостями, а потом притянул к себе женщину и вспомнил другие книги. К примеру, те, в которых учили, что делать с женщинами и как это делать правильно. Да-да, он читал! И все оставались довольны! Наука же!

Рассина застонала так, что рассуждать стало намного сложнее. А потом…

Бедные книги! Чего им только не пришлось увидеть за их долгую книжную жизнь. Хорошо еще, томик сонетов упал в стороне и не пострадал. А то обидно было бы… сонетам.

Получив свое целых три раза, Рассина поцеловала любовника в щеку, оделась и ушла. И книгу с собой прихватила. Ей же нужен повод, чтобы вернуться.

А Норберт остался лежать на куче своей одежды. И размышлять, что это такое было?

Хотя думалось ему плохо. Лежалось и мечталось намного лучше… Дубдрагана он теперь понимал!

Какая женщина!

Глава 7

Россия, наши дни

Проявленный интерес встревожил Далину. Отбиться-то она смогла, но как это будет выглядеть дальше? В ее родном мире таких проблем не было, но там она была драконицей, а здесь пока лишь зародыш. И здесь нельзя убивать, и еще много чего тоже нельзя, так неудобно! Значит, надо бежать? А лучше уехать из города. Косте здесь неудобно, Далине тут ничего не нужно, так что она могла поменять место жительства. И никогда не возвращаться.

Надо просто посмотреть. Не метаться по стране, а когда проявится вторая ипостась, слетать, посмотреть на место переноса, и если это действительно портал, остаться рядом с ним. Почему нет?

На семейном совете (Далина, Костя, Василиса) было принято несколько важных решений.

Самое главное – им нужна база. Любая. Хоть квартирка поближе к месту переноса. Уйти-то ладно, но потом они ведь вернутся, и лучше, чтобы не на съемную квартиру. Кто знает, что будет в другом мире, как это будет… Не-не. Дом был бы еще лучше, но дороже. Понятно, хибару с мышами в деревне можно и за копейки купить, но как туда возвращаться с малышами? Должны быть горячая вода, свет, тепло… А в доме не уследишь – вернешься в полный мрак и холод. В квартире хоть есть вода и тепло, можно будет оглядеться и отлежаться. Но стоило это дороже, а денег пока не было. Украсть – не вариант. Далина собиралась жить в этом мире, так лучше в нем закон не нарушать лишний раз. Попадется же!

Вывод – надо зарабатывать. Жаль, что с боями не получится, но из клуба пока не гонят, а там Далина еще что-нибудь придумает. Заодно надо узнать насчет документов. Косте не нужны проблемы с полицией. Если получится их с Дашкой по документам родственниками сделать – отлично.

Чем заняться на новом месте? После переезда Далине надо учиться. Выбрать образование, получить профессию и работать. А почему нет? Она тут жить собирается, вот и пусть ассимилируется. Она кучу вещей не знает, о чем-то Костя и рассказать не сможет, а что-то для него само собой разумеется. Пусть изучает в процессе общения со студентами и преподавателями. Все равно она будет казаться странной, но уже не такой.

Тоже важное – нечего контактировать со старыми знакомыми. До увольнения из уборщиц осталось немного, так что старую сим-карту пока не ломаем, но убираем в карман и заводим новую.

Пока есть время, разрабатываем план по Ардейлу. Далина лучше знает свой мир, а Костя знает, что может предложить этот. Эх, почему нельзя переместить в другой мир ядрен-батон? Ладно, можно и скромнее. Скромный гранатомет – и нет дракона. Так ведь не получится… Невезуха. А чем вообще можно убить милую рептилию? Мечи и копья не подсовывать, они тридцатиметровой зверюшке и на зубочистку не сгодятся. Яды? Да драконы что хочешь сожрут, максимум у них в животе поурчит недолго. А что еще можно?

Хотя кое-что Костя и придумал.

– Дашк… то есть Далька. А у вас динамит есть? Ты говорила, что технику нельзя, а химию можно? Порох же у вас взрывается?

– Ну да. А зачем он нужен, если можно без него?

Костя усмехнулся.

– А вот я расскажу! И кстати, надо почитать про гранаты. Они же без электроники, там запал и взрывчатка. Их можно?

Далина неуверенно пожала плечами.

– Наверное. Такого опыта еще никто не проводил. По перемещению взрывчатых веществ из одного мира в другой.

– Ты портал будешь открывать?

– Да.

– О, отлично! Берем гранату, ты портал открываешь, мы туда закидываем первую, если не рванет самопроизвольно, то берем остальные и топаем в твой мир. И будет у нас оружие.

– А где они продаются? Эти… гранаты?

Костя печально скис.

Где-где… Фрукты – на рынке. А вот противотанковые… нигде. Законопослушному частному лицу их не купить. Это тем, кто закон нарушает, и гранаты продадут, и гранатометы. А как быть Косте?

– Искать будем. Нам надо, так что обязательно найдем. О, кстати! Можешь с Вовкой увидеться, он же недавно из армии!

– Думаешь, у него есть?

– Точно нет. Но вдруг он что-то знает или слышал?

– Надо обдумать.

Другого плана все равно не было. Так что с этими решениями наперевес Далина отправилась на работу.

Убийца был очень зол.

Почему, почему не получается ничего с этой мерзавкой? Черт ей, что ли, ворожит?

Все, кто на нее руку поднял… один умер, еще трое в тюрьме, и не выпустят их… Раньше-то поганка была рядом, а сейчас неизвестно где! Как ее там достать? Как подставить? Как еще найти-то?

Это в кино все так просто и понятно, а в жизни? Город у них – миллионник, полиция еще может кого-то найти, а они точно никак!

И с этой дохлой идиоткой тоже никак. Полиция на все рукой махнула, может, чего и отрабатывают… К шуму снаружи убийца прислушался. И вскоре был вознагражден интересной новостью. Нашли убийцу Райки Свиридовой.

Убийце чуть дурно не стало. Кого? Дашку?! Оказалось – нет. Одного из ее дружков.

Но это же неправда!!!

Но кому об этом мог сказать убийца?

А все происходило у него на глазах. Они сидели, разговаривали, Райка пила. Сначала допила одну бутылку, потом взяла другую. Странный запах водки ее не смутил, баба храбро ополовинила стакан и начала задыхаться. Посинела, схватилась за горло…

Убийца не хотел убивать. Скорее, оказать первую помощь. Знаете, что такое трахеотомия? Разрезать горло, чтобы дать возможность дышать. Да, да, убийца хотел просто помочь. И будет себе это повторять, сколько потребуется.

А нож соскользнул, пошел не туда… Хорошо, за ним вообще пришлось идти на общую кухню, и по возвращении помочь уже было нельзя… практически. Бабе жить оставалось считаные секунды. Это был уже акт милосердия, а не убийство!

А Дашка… Она сама виновата! Она предала доверие убийцы, вот! Эта мерзавка, негодяйка… все!

Она виновата сама!

Но почему, почему ей так везет? Отвратительная несправедливость!

Скорее бы разделаться со всем этим!

Устала. И надоело ей это мытье полов! Обещала, тут понятно. Еще четыре дня, но… на-до-е-ло! Имеет право скромный чешуйчатый дракон не любить уборку?

Полное!

Хотя и помогала она кое в чем. Вон от раздражения чешуйки стали появляться на тыльной стороне ладони! Плохо только, что Далина это контролировала. А кругом люди! Хотелось бы уже скорее восстановиться, и в небо. Но пока она полностью не придет в себя, на Ардейл ей нельзя! Ее даже родной алтарь не узнает.

Так что она убрала чешую, накинула куртку и направилась в сторону дома. Еще и дождик противный моросил… Хотя ей ли ворчать? Она чудом жива, надо наслаждаться жизнью!

– Подожди немного!

Голос был ей знаком. Далина обернулась.

Ага, Фато. Мало полетал? Добавки хочется?

Это она у мужчины и спросила. Тот покачал головой и вытащил из джипа здоровущий букет роз.

– Хозяин прислал.

– Сунь веник вон в ту вазу, – распорядилась Далина и показала на урну.

А что? Цветы ей не нравились никакие, она дракон, а не корова. А тащить вот это к себе домой? Чтобы у малышки аллергия началась? Еще не хватало.

– Это ты сама, – отрезал Фато. – С меня хозяин спросит!

Такая логика Далине тоже была понятна.

– Ладно, давай сюда, сама сейчас выкину. И скажи хозяину, пусть отвалит по-хорошему. Я и за все богатства мира к нему даже пальцем не притронусь.

Фато кивнул и вполне серьезно протянул Далине охапку роз. Та взяла ее… тяжелая, зараза! И почувствовала легкий укол. Шип?

Или…

Наркотик подействовал мгновенно. Последнее, что увидела Далина, оседая на мокрый асфальт, это довольная ухмылочка на лице негодяя.

Фато поднял женщину. Отпихнул ногой в сторону цветы. Он и купил-то их только ради камуфляжа. Вряд ли эта баба подпустила бы его достаточно близко, чтобы он мог вколоть наркотик.

Сейчас ее оглушило, потом, как начнет приходить в себя, ей вколют что-то возбуждающее, а после акта полирнут третьим – для забывчивости. Есть такое. Европа поставляет![19]

Выдержит ли сердце? Если три средства, да такие сильные, да подряд?

А это уже не проблема Фато. Хозяин приказал – он сделал. Самым быстрым и простым способом. А если что с бабой и случится… ну, строящихся домов в поселке еще хватает. И фундаментов, которые надо залить бетоном, – тоже.

Говорят, что у рептилий медленный обмен веществ.

Вот только к драконам это не относится. Дракон – существо полумагическое, с огнем внутри, и в нем все сгорает очень быстро. Чары, зелья…

На Ардейле все знали, что драконов травить – только яд переводить. Но то ж Ардейл! И тело пока еще было больше чем наполовину человеческое. Так что наркотик на Далину подействовал и вырубил ее. Но не на два часа, как планировалось, а на полчаса.

Она очнулась, когда ее доставали из машины. А поскольку Фато был предусмотрителен, то наручники он надел на нее сразу.

Полчаса – немного. Но даже за это время у Далины так все затекло, что остатки милосердия выветрились. Мигом. Зато проснулась драконья сущность.

Если кто видел, как охотится варан… Он не носится за каждой жертвой, он тщательно выбирает добычу и прорабатывает каждую атаку. Вот и Далина поступила как варан.

Здесь и сейчас она замерла, вспоминая, что с ней произошло, прислушалась к тому, что делают.

Нет, ничего такого с ней не делали: просто внесли в дом, подняли, судя по всему, на второй этаж и положили на кровать. Глаза она открывать пока не рисковала и даже ресницами не шевелила.

Язык, на котором говорили ее похитители, она не знала. Впрочем, их действия и так были понятны. Пощупать пульс, похлопать по щекам… Она им нужна в сознании?

Хоть говорили бы по-русски!

А, ладно! Это все равно неважно!

Далина анализировала окружающий мир доступными ей методами и знала, что в комнате никого нет. Камеры? Наверное, они могли быть. Но это не так страшно. Теперь надо оглядеться. Медленно, осторожно, ресницы практически не дрожат…

Комната.

Можно ее обозвать спальней психически больной принцессы. Все розовое. А что не розовое, то золотое. Стены с медальонами, кровать роскошная, с балдахином, цветы в вазах… И на кровати она, Далина.

Кому-то сильно надоело жить?

Возникли подозрения. Ее тут что, изнасиловать хотят? И камера стояла напротив, не крохотная, а профессиональная, мощная. Далина такие в телевизоре видела. И свет был выставлен. Самоубийцы.

Стукнула дверь, зашел тот же Фато. Далина открыла глаза и посмотрела на него в упор.

– Пришла в себя? Воды дать?

Далина кивнула. «Воды? Хорошая идея, за нее я тебя убью не больно. Остальным хуже будет».

Фато поднес к ее губам бутылку с минералкой.

– Лежи спокойно. Сейчас я тебе укол сделаю, и хозяина порадуешь. А потом еще один, забудешь обо всем и домой поедешь.

Далина подняла брови:

– Хозяина? Тот обо… толстяк?

– Язык придержи, – похлопал ее по щеке Фато. – Или не придерживай, как получится.

На этот раз улыбка получилась похабной.

Далина сощурилась.

– А без наркоты твой хозяин не может? Просто так с ним никто не соглашается? – Язвила она не просто так. Сопение за дверью было отлично слышно, а ей того и надо. Пусть только зайдет.

Ей и нужно-то пару минут, но лучше, чтобы жертвы за это время не успели сбежать.

Ответом ей была звонкая оплеуха. Сказали же – помолчи!

– Она что – уже очнулась?

Хозяин тоже говорил по-русски. Наверное, чтобы помучить жертву. Далина посмотрела на шприц в его руке, на Фато, который проверял камеру.

– Очнулась, – оскалилась она в два ряда зубов.

А в следующий миг мужчинам показалось, что фигура на кровати словно туманом окуталась, стала втрое, вчетверо крупнее, и это – не человек! Словно громадная ящерица оказалась на кровати.

И не выдержали ни скотч, ни наручники. Лопнуло и то и другое, а сама Далина, увеличившаяся в размерах, оттолкнулась от кровати крыльями и резко взлетела, уходя с траектории движения Фато, который кинулся вперед… только вот сам не понял – то ли хозяина спасать, то ли девку хватать.

Далина и разобраться не дала. Бегущий к кровати мужчина резко налетел на ее кулак и, охнув, осел рядом. Била она крепко, не жалела, а сил у дракона больше, чем у человека.

Кажется, даже и убила, что-то у него подозрительно в шее хрустнуло. Да и плевать!

Инерцию движения ей сбили, и Фарид успел сделать аж целый шаг к двери. И даже шприц уронил.

Далине казалось, что время замедлилось, воздух стал густым и тягучим, но на самом деле это она прыгнула, почти размываясь в пространстве, и ударила, подсекая.

Фарид ей нужен был живым – пока.

Мужчина упал как подрубленный, и драконица, не обращая ни на что внимания, принялась его связывать. Поясом от его же халата… Вот скот! Мог бы и трусы надеть! А то смотри на всю эту шерсть… хотя на что тут еще смотреть? С таким корнишоном и правда только на наркотики рассчитывать будешь! Зато какая шерсть! Густая, пышная, шелковистая…

Спеленав подонка, Далина отправилась гулять по дому, и не зря. Был еще один охранник. А больше и никого. Ну, понятно, оставил самых доверенных. Далина очень сомневалась, что местный закон одобряет такие игры. На Ардейле за изнасилование могли и хвост отрубить. По самые уши.

А теперь – допрос. Хотя нет. Сначала звонок Косте. Свои всегда важнее!

Мальчишка и правда успел перенервничать. Сколько Далине надо времени, чтобы добраться до дома, он знал, ее способности представлял – и сейчас, услышав родной голос в трубке, едва не разревелся.

– Даль… ты точно в порядке?

– Я – да. А вот что с этими тремя гадами делать…

Костя подумал недолго.

– Прибить.

– И как это сделать, чтобы следов не оставить?

– Может, сжечь там все? К растакой матери?

Понятно, что Костя, как любой подросток, это настолько всерьез не воспринимал. Кто в детстве не кричал: убью тебя?! Кто не мечтал уничтожить своих врагов?

Костя просто не представлял, насколько серьезно к этому отнеслась Далина.

Сжечь? Договорились!

И она преспокойно отправилась в рейд по особнячку.

А ничего так домик: три этажа, чердачок, подвальчик, собственная баня, сауна, бильярд, домашний кинотеатр – все, что могло придумать воображение разожравшегося клопа, все сюда втиснули!

Хотя это уже неважно.

Далина отправилась на роскошную кухню, обследовала холодильник, достала оттуда пакет сока, пару кусков жареного мяса, подкрепиться, поискала подходящий нож, взяла сразу несколько, и для рыбы, и для карвинга, и направилась обратно к Фариду.

Тот уже пришел в себя. А вот Фато остывал.

Туда ему и дорога, подонку услужливому. Что он – не понимал, что с ней сделают? Понимал и сам притащил, считай, на пытки, и наверняка не ее первую, слишком уж он все это привычно делал.

Далина присела рядом с Фаридом и первым делом сунула ему кляп.

– Вот так. А теперь я буду тебя мучить. Потом буду спрашивать и опять мучить. И если мне твои ответы не понравятся, ты будешь подыхать долго.

Судя по расширенным в ужасе карим глазам, программа Фариду не понравилась. Странно, а почему? Над ней издеваться можно, а его не тронь? Скажите пожалуйста, какие нежные у нас насильники и садисты оказались!

Фарид оказался не слишком крепок. Спустя два часа Далина стала обладательницей весьма хорошей суммы денег, которую нашла в его тайнике.

А еще…

Вот на что она не рассчитывала, так это на оружие. И не только огнестрельное, но и холодное. Зачем ему все это понадобилось? Допрос продолжился.

А спустя еще три часа Далина вышла из дома. Огляделась, поправила рюкзак за спиной. Туда она сложила все самое ценное. Побрякушки, деньги, оружие. Это надо будет пристроить в укромном месте. А пока…

Далина медленно свела руки вместе. И в них загорелся маленький огонек. Пока – маленький.

Он был таким крохотным, обманчиво слабым, жалким, и никто не знал главного. Это был драконий огонь. Пока тут не останется лишь зола, потушить не удастся.

«Ну иди, малыш. Кушай, не стесняйся, смотри, какой дом, большой, вкусный, и дерева там хватает, и тряпок, и даже один труп и два человека…» Огню все равно, что пожирать. От человека и костей не останется.

Это – драконий огонь. Он ярче, жарче, он все сожрет, только дайте…

Далина и дала. Ждать, пока все как следует разгорится, она не стала, развернулась – и через забор. Благо, энергетический каркас позволял. Хоть какая польза от подонков, вторая форма проявилась еще четче. Угроза жизни – отличный стимулятор.

– Давай посмотрим, что нам тут пригодится, а что лучше выкинуть, – Далина сняла с плеч здоровущий рюкзак и раскрыла его перед Костей.

– Ух ты!

Костя особых угрызений совести не испытывал. Даля сказала, что кого-то ограбила и убила. Это, конечно, плохо, но что собирались делать с ней? Изнасиловать, а может, и убить?

Так она полностью в своем праве. Если бы у нас все изнасилования так карались, ночью по городу можно было бы голышом ходить.

Что тут есть?

Костя с восхищением вертел в руках пистолеты, погладил автомат, вздохнул над красивыми клинками.

– Обалдеть! Жалко только – зря тащила. От него избавляться придется.

– Почему?

– Ножи, наверное, можно оставить, только не все, а вот огнестрел точно убираем.

– Объясни, – попросила Далина.

На Ардейле человека без штанов можно было встретить чаще, чем человека без оружия. Костя потыкал пальцем в телефон и протянул Далине – почитать. Она пробежала глазами по строчкам, нахмурилась.

– Нельзя хранить оружие?

– Такое – нельзя.

– И защищать себя нельзя.

– Ну… можно, если никого при этом не убьешь.

– Вот ужас-то! Как вы вообще еще живы?

– У нас полиция есть.

– А где она была, когда меня чуть не изнасиловали?

– На рабочем месте. Ты ж к ним с заявлением не обращалась…

– Я – нет. Но этот боров проговорился, что я там даже не десятая. По его словам, много таких было… У него хобби. Если ему добровольно давали, хорошо, если отказывали, он все равно свое получал, а еще видеосъемки устраивал! И хранил потом отснятые материалы.

– В облаке?

– Н-нет… он что-то говорил про сервер в подвале и про флешки. И сеть у него локальная, я уточняла, ты же сказал. Не подключена к общей, пока он пароль не введет.

– Ну, может, и сойдет, если так. Вряд ли он такие забавы сливал в облако или еще куда. Ты же говоришь, камера была как для кино?

– Да, большая такая.

– Вот. Вряд ли ему нужна была статья.

– Да. Если с ним не хотели встречаться, он все равно получал что хотел. Две девчонки умерли, он сказал, что их замуровали в фундаменты.

– А адреса помнишь?

– Помню. Он назвал.

– Угу. Даль, надо будет оружие это как следует протереть и подкинуть на крыльцо полицейского участка. И адреса напишем, где трупы.

– И что нам это даст?

– Может, искать нас будут спустя рукава. То есть кое-как. Одно дело – искать убийцу законопослушного торговца мандаринами, или чем там этот козел торговал?

– Я так поняла, что оружием. А мандарины – прикрытие.

– Вот. А искать того, кто грохнул такую матерую сволочь, будут меньше. Зачем? Гадов меньше, воздух чище!

– Ну, если ты так считаешь… Хотя отдавать оружие – это ненормально! Это вообще мой трофей!

– Оставь себе один пистолет. И то я бы не рисковал. Если из этого оружия кого-то убивали, а потом его найдут у тебя, будут считать, что ты – убийца.

– И что? Я и правда убийца!

– Нет, ты не поняла… а, ладно! – Костя махнул рукой на Уголовный кодекс и решил провести ликбез позднее. – Даль, ты в этом мире хуже разбираешься, так что давай выбирай, какое оружие тебе больше нравится, а остальное сейчас потащишь в полицию. Только оденься потемнее-поскромнее, чтобы волос не было видно.

Далина тряхнула темно-красной гривой.

– Костя, я сегодня смогла крылья призвать! И малый энергетический каркас!

– А еще есть и большой?

– Да. Малый – это как боевой вариант. Считай, доспех вокруг человека. Только энергетический.

– Покажешь?

Далина кивнула.

– Только близко не подходи. Все же энергия. Кто знает, как на тебя подействует!

Она отошла в центр комнаты и легонько встряхнулась.

Костя открыл рот, выговорил несколько слов и рот опять закрыл.

– Не выражайся.

А как тут не выражаться?

Далина словно увеличилась в размерах раза в полтора-два. Даже не в росте, хотя стоять ей приходилось согнувшись, голова в хрущевку уже не помещалась, а в самом объеме… руки и ноги стали толще в несколько раз, туловище раздулось, как будто вместо человека перед Костей оказался Халк. Только не зеленый и страшный, а прозрачный, как желе или плотный дым. И с крыльями сзади.

А через все это просвечивал силуэт Даши.

Но – только силуэт. Словно она была в центре всего этого и даже ногами пола не касалась.

– Красиво?

Далина что-то сделала, и по туману побежали алые искры, сливаясь в ленты.

– Обалденно! – честно сказал Костя. – Это называется энергетический каркас?

– Да.

– А еще есть и большой?

– Да. Но там уже тридцать метров и форма дракона.

– Этот построить легче.

– Ну да. Это промежуточная форма между человеком и драконом. Сам видишь, лапы у меня почти человеческие, только крылья есть.

– Раптор.

– Чего?

– Ящер такой был. Велоцираптор. Вот ты на него похожа, наверное. Только у тебя крылья есть, а хвоста нет.

– А в этой форме хвост особо и не нужен, это просто расход энергии. Хвост нужен дракону, без него не полетаешь толком, от этого развесовка зависит, а в этом каркасе я им даже драться не сумею.

– А для чего он тогда нужен?

– Малая боевая форма. Ну и не всегда можно обернуться в дракона, а силы нужны… на Ардейле я могла бы воплотиться. А тут – только каркас.

– А крылья зачем?

– Планировать. Не летать, а перепархивать и удержаться, если что. Ну и драться ими можно, кромка тут режущая.

Костя кивнул. Он помнил, Далина объясняла. Каркас построить легче, это чистая энергия. А вот плоть призвать… Ничего, не все сразу!

– И вот это оказалось в постели у несчастного насильника?

– Ага. – Далина встряхнулась, принимая обычные размеры. Туман словно уплотнился и лентами впитался внутрь ее фигурки.

Костя заржал.

– Чего?

– Просто подумал. Если бы он остался в живых, то насиловать бы точно перестал. По техническим причинам.

Далина тоже хохотнула.

– Ладно. Вот этот пистолет я себе оставлю и вот эти ножи, один боевой и два метательных, а остальное подкинем вашей полиции.

– Сейчас тряпку возьму и растворитель в кладовке. Протрем – и понесешь. Только перчатки найду…

Далина кивнула.

Тут она с мальчишкой и спорить не собиралась. Косте виднее.

Участковый Павел Валерьевич Можаров явился на работу первым. Где-то к семи утра. Можно бы и позднее, но так получилось. Любимый кобель вчера повел себя как последняя… самка собаки! А именно что-то такое съел и начал проситься на улицу через каждые полчаса.

Последняя прогулка как раз в пять утра и закончилась.

Плюнул Павел Валерьевич на попытки выспаться, решил, что днем в кабинете закроется хоть на часок или отойдет кого-нибудь проверить, а сам подремлет в гостинице… Были на участке и такие, на час-полтора его пустили бы.

Ага, как же!

На ступеньках участка лежал здоровущий сверток. Кто его сюда положил, как давно, почему не сперли?

Хотя последнее было и так понятно. Сразу же после прочтения записки, которая венчала большой узел. И гласила она, что по таким-то адресам спрятаны два трупа: замурованы в бетонном фундаменте. А сделал это товарищ такой-то.

Понятно, почему никто ничего не тронул. Небось если кто и подошел и записку прочитал, то тут же и ушел, от греха подальше.

А еще потом следовало камеры посмотреть, что там отобразилось.

Дежурный за ночь отлично выспался, повезло ему, и сверток не заметил. Тихий район. На камерах было видно, как подходит то ли парень, то ли девчонка, в толстовке с капюшоном, кладет сверток, разворачивается и уходит. Штаны мешковатые, толстовка тоже, капюшон низко опущен. Положил узел – и пошел, причем не так давно, буквально час-полтора назад.

А в узле-то!

Такой впечатляющий набор оружия оказался, что посмотреть приятно. И кое-какое точно по базе проходило.

Выспаться Павлу Валерьевичу не удалось, но он был не в претензии. Пока с оружием разобрались, пока узнали, что сегодня ночью один особнячок сгорел до кирпичей и арматуры, пока разбирались с трупами в фундаментах…

Это не на один день работа. Но перспективная. Так что никто не ругался. Побольше бы таких подарочков!

Ардейл, замок Ланидиров

– Тебе чего надо? – Рассина могла быть вежливой, но не с обслугой.

Ридола нарочито мирно развела руками.

– Извиняться пришла. Порки не хочется, знаешь ли…

А это Рассина понять могла. Вредная и гадкая бабка пришла не потому, что чувствовала свою вину, нет. Посмотрела на Беннета – и решила, что ей такое удовольствие не нужно.

– Ну, извиняйся.

– Извини, – Ридола откровенно ухмыльнулась. – Только не обессудь, к малышу я тебя все равно не подпущу. Ты ж не с добром шла.

Рассина фыркнула.

– Ошибаешься. Мне мальчишка как раз нужен. Живым и во главе клана. А если он меня мамочкой считать будет, так и лучше…

– Не похоже на то было.

Несколько минут женщины приглядывались друг к другу. А потом Ридола сделала первый шаг. Снова.

– Давай ты к мальчишке лезть лишний раз не будешь, хотя бы лет до пяти-семи, а я тебе покажу слуховые глазки, через которые можно будет за Клаусом наблюдать? Вот и квиты будем?

Рассина усмехнулась:

– Ну… хорошо. Не полезу я к нему.

Пока. А там посмотрим.

– Тогда… ты знаешь, что тебя в покоях супруги поселили?

– Да, знаю.

Рассина сама настояла. А что, она почти супруга! Далина, кстати, не возражала. Она как раз предпочитала жить подальше от Клауса. Чуть не в другом конце замка. А уж после ее смерти Рассина навестила покои соперницы и забрала себе все, что понравилось.

– Есть тут секретик, госпожа рассказала… – Ридола подошла к стене, коснулась нескольких завитушек – и приоткрыла дверь, которая до того казалась частью резьбы. – Я тебе потом покажу, что и в каком порядке нажимать.

– Хммм… показывай сейчас! И как ее изнутри открыть – тоже!

Ридола не спорила. Рассина все равно смотрела недоверчиво.

– Сходи-ка ты со мной!

Ридола согласно кивнула и молча показала на «светлячок», который тут же и взяла Рассина.

– Там лучше ничего не говорить. И двигаться потише, нас услышать могут.

Драконица кивнула.

Конечно, бабке она не верила и пакостей от нее ждала, но… пусть идет впереди. Хотя тут и идти не надо. Это коротенький, буквально несколько метров, узенький коридор с нишами. Рассина сообразила: покои главы клана и его супруги идут параллельно. Его прихожая – ее прихожая, ее приемная – его приемная, его кабинет – ее комната для шитья… и вот, между стенами хватило места для узенького коридора. А это…

– За мной тоже так можно?

Ридола кивнула и прижала палец к губам. И не зря. Из-за стены послышались голоса двух драконов.

– Наконец-то! – Клаус был рад видеть Беннета, хоть и не показывал этого. – Належался?

– Ты сам дал указание меня высечь. Что ты хотел?

– Чтобы ты уважал мою женщину.

Беннет пожал плечами.

– Я уважал. Твою супругу.

Глаза Клауса полыхнули красным.

– Молчи! Не смей, понял?!

Чего тут было не понять? Беннет все равно не испугался. Даже смерть… можно ли напугать смертью того, кто ее ищет?

– Я сказал, ты услышал. Или ты решил на Рассине жениться?

Клаус успокоился практически мгновенно. Махнул рукой:

– Нет, что ты! На таких, как она, жениться нельзя.

– Спать с ней это тебе не мешает. И хозяйкой она себя чувствует, так какая разница? Ты ж понимаешь, что она к тебе в жены планирует и любую твою женщину будет изводить?

Клаус фыркнул, словно не дракон, а лошадь.

– И что? Какое мне дело до бабских дрязг? Рассина прелесть, я ее люблю, но ты же сам понимаешь, она синяя, слабая, связей нет никаких, денег нет, ребенок тоже будет слабым, так что… жениться я не смогу. Пусть будет при мне, а жену надо выбирать ту, которая принесет выгоду и пользу. И потомство, конечно. Это будет только достойная черная, из самого хорошего рода. Может, одна из Вабларов, посмотрим. У них как раз дочка подрастает, я к ней приглядываюсь. Если будет достаточно сильной, можно и взять. А Рассина пусть пока будет рядом, потом решу, что с ней делать.

– Денег, домик и отставка?

– Посмотрим. Я хочу, чтобы она была рядом, и отпускать ее не планирую. Но да… бабы!

– Ты сам знаешь, с Ланидир они не воевали в открытую, но Рассина ей усложняла жизнь как могла.

Клаус сверкнул глазами.

– На Ланидир плевать! Сдохла, и ладно. Но ссориться с другим родом, сильным, не хотелось бы. Тут ты, пожалуй, прав. Ладно, подойдем к пропасти, там и крылья расправим. Ты-то себе пока никого не присмотрел?

– Пока нет. Дай еще время подумать, прикинуть, да и ты женишься, моя жена должна с твоей не конфликтовать, то есть союзный род или что-то такое.

– Соображаешь, – хохотнул Клаус. – Хорошо, я не давлю, но ты тоже приглядывайся. Два клана у меня под крылом есть, наследник есть, теперь можно и обо всем остальном подумать. Нам с тобой надо правильно жениться, взять в род подходящих жен, может, тебе кто из зеленых или золотых приглянется, подумай. Укрепляться надо, связи налаживать…

– Подумаю, – согласился Беннет. – Но с поркой ты перегнул палку.

– Сам знаешь, на меня иногда накатывает. И Раська накрутила, и ты… сам знаешь, мне про ту гадину думать до сих пор противно.

– Ты ее убил.

– Так и что? Сдохла она, а все равно привкус гадкий…

В потайном ходе, прижав ухо к слуховому отверстию, скорчилась Рассина. Глазами сверкала, но молчала, слушала.

Вот, значит, как?

«Я запомню, Клаус! Я все запомню! И отомщу!»

Жена! Новая жена! И не я!

Ах ты, гад!!!

Могла бы – горло порвала бы. А так приходилось только когтями стену драть, и то плохо получалось; едва коготь не сорвала. На эти стены лучший базальт пошел.

Значит, ему так хочется от нее избавиться? Даже не так… оставить для своего употребления, только в более зависимом и подчиненном положении? Ах ты ж…

Сам напросился. И только сам!

Это Беннет тебе клятву дал, а вот Рассина ее не давала! И об этом стоит помнить!

Кстати, пойти, что ли, библиотекаря еще раз за хвост потаскать? Это не совсем та месть, которой хотелось бы, но хоть какой-то способ сбросить напряжение.

Ридола Гарм, глядя на разъяренную красотку, только насмешливо улыбнулась.

Пока все складывалось, как ей надо. А дальше – посмотрим.

Глава 8

Россия, наши дни

– Дашка! Ну наконец-то!

Володя даже обрадовался. Интересно, чему? Тому, что Далина вставила в телефон старую сим-карту, обнаружила от него около двух сотен пропущенных вызовов и ответила ради интереса? Или другие поводы есть?

Далина решила уточнить при личной встрече и коротко спросила:

– Ты со мной встретиться можешь?

– Да, конечно. Приезжай домой.

Далина едва не зафыркала. Ага, домой, в барак, и там еще мамочка будет… Ей оно надо?

– Предлагаю встретиться в кафе. – Костя уже смотрел, что подальше от их нового дома. – «Азалия» подойдет?

Володя хмыкнул:

– Ну ладно!

– Через два часа.

– Может, чуть позже? Я недавно проснулся…

Далина посмотрела на часы. Ага, недавно. Времени – два часа дня.

– Если позже, то на следующей неделе. У меня дела, работа, ребенка растить надо…

В трубке явственно слышался голос мамочки, который требовал соглашаться. Человек не услышал бы или не разобрал бы слов, а Далина, с ее драконьим слухом, даже стук палки об пол слышала.

«Соглашайся… документы оформлять надо побыстрее! Лизочка долго ждать не будет!»

– Ну… ладно.

Про Лизочку Далина решила уточнить при личной встрече, а пока попрощалась и повесила трубку. Собираться? А зачем?

Она осмотрела себя в зеркале и осталась вполне довольна. Джинсы, майка, сверху свитер и ветровка – сойдет. Главное – тепло. Драконы вообще сродни змеям, то есть теплолюбивые. Да-да, великие повелители неба обожали теплые районы и не особенно любили холода и заморозки. Так что пещеры в горах и прочие сказки оставим на совести людей. В горах вообще холодно. Чем выше поднимаешься, тем холоднее, в небе – тоже. Так что… никаких высоких скал, никаких горных вершин, подножие скалы – в самый раз. Или уютная долинка.

Драконы могут летать на большой высоте? Могут. Но холод они прекрасно чувствуют. Они могут выдержать больше человека, но это им совершенно не нравится. Знаете, как противно, когда чешуя инеем покрывается, а хвост от холода не гнется и плохо маневрирует? И перепонки мерзнут… Может человек жить на Северном полюсе? Конечно! Но кто сказал, что ему там будет приятно и комфортно? А драконы что – хуже людей?

Им тоже тепла хочется, уюта, свитера из толстой шерсти и теплых носочков. Розовых.

Имеют право! И попробуй поспорь о правах с бронированным ящером!

Володя был неотразим. Один запах одеколона валил с ног даже в первом приближении. Далина расчихалась еще на улице. А остальное…

Оно тоже было на уровне.

Небрежно уложенные в модной стрижке волосы, начищенные туфли, явно недешевая одежда – Далина в местных модах не разбиралась, но видно же! Телефон с надкусанным яблоком на крышке, перевернутый так, чтобы всем было видно, папка с бумагами…

Интересно, те же самые?

Сейчас узнаем.

Далина опустилась за стол. Вовочка расплылся в улыбке, ожидая привычной реакции, а потом замер. Даже глазами хлопнул с довольно глупым видом.

Дашка на него с детства реагировала одинаково. Смотрела восторженными глазами, расплывалась в нежной улыбке, пара ласковых слов – и делай с ней что хочешь. Он, собственно, и делал. То есть он говорил, а Дашка делала. И домашние работы, и всякое такое, институтское, и уборку, и прочие неприятные дела, а что такого? Она ж считала, что Володя на ней женится, вот и старалась, угождала. Пока мать была жива, та еще как-то дочь в руках держала, да и с Ниной Викторовной ругалась почем зря, ну а когда старуха померла – кто бы им помешал? Подмяли, сели и поехали, еще и понукали.

А Дашка терпела.

Влюблена ж была как кошка, вот и ходила следом, хоть ты ее гони, хоть пинай… А сейчас что?

А сейчас смотрела на него ледяными глазами. И кажется, у нее глаза светлее были? Или нет?

Да кто там обращает внимание на глаза или волосы прислуги? Кто вглядывается в свою тень? В тряпку, которая тебе готова ноги лизать? Вот еще не хватало!

И волосы зачем-то покрасила.

Вова нахмурился:

– Ты что с собой сделала? Мне так не нравится!

Раньше его нахмуренных бровей хватало, чтобы Дашка краснела, бледнела, извинялась и делала все, как ему захочется. Даже если получалось откровенное уродство.

– Молодой человек, – один поворот головы, взгляд, и официант замер рядом с Дашкой по стойке «смирно». Только что честь не отдал. – Кофе. Мокачино. И пирожное «Наполеон». Две штуки.

– Кофе на соевом молоке, на обезжиренном…

Даша махнула рукой, останавливая угодливое перечисление.

– Молодой человек, мне нужно вкусно, а не модно. Мы друг друга поняли?

Официант кивнул и невольно улыбнулся.

Будешь тут ценить женщину, которая просто ест и наслаждается, а не выносит мозг всякими глупостями! Молоко такое, молоко сякое, калории, игнории… Знаете, как бесит иногда? Особенно когда она кривляется, не зная, что сейчас моднее, а ты стоишь и терпишь. Не знаете? Ваше счастье!

– Сейчас принесу.

И развернулся. Владимир аж воздухом подавился, забулькал.

– Водички, молодой человек?

– Н-нет! Пива! И жареных колбасок. И побыстрее!

– Какое пиво?

– Вот, крафтовое, – Володя ткнул пальцем в самую дорогую строчку меню.

Далина сощурилась, но ничего не сказала.

– Пиво сейчас принесу, колбаски будут готовы минут через пятнадцать, – не дрогнул парень. – Мы не в микроволновке разогреваем, у нас все свежее, жареное, с огонька…

– Неси давай!

Официант ретировался. Володя откашлялся и попробовал еще раз:

– Зачем ты покрасилась в этот уродский цвет?

Даша подняла брови. И как-то так посмотрела… Вот не сойти Вовочке с места, так на них майор Головин смотрел. Такая зараза… Просто смотрел, а ты себя уже чувствовал червяком. И хотел закопаться глубоко под землю, а то так огребешь!

Ну откуда ж бедняге было знать, что Далина примерно и была равна майору? А то и повыше.

– Ты сюда пришел обсуждать мою внешность?

– Эм…

Перед Далиной опустилась тарелочка с пирожными и чашка кофе, перед Владимиром поставили большой запотевший бокал с пивом, и он нервно отхлебнул янтарный напиток. Сморщился.

Дорого, а невкусно.

Впрочем, привычка никуда не делась. Если двадцать лет видел обожание в девичьих глазах и вытирал ноги о влюбленную дурочку, то поверить в ее прозрение мозг не поворачивался. Такого не может быть! По определению!

Небо голубое, вода мокрая, Дашка влюбленная… Просто за год от рук отбилась. А ну, к ноге!

– Дашенька, я же не просто так говорю. Ты знаешь, я хочу как лучше…

Далина сделала глоток кофе. И запустила ложечку в пирожное. Говорите-говорите, вы мне ничуть не мешаете. Вова стал злиться.

– Дашенька, я понимаю, ты можешь быть расстроена, обижена, но ведь армия – это важно!

«Ага, важно. Когда ты вылетел из института за тупость, даже мамочка не помогла, не было у нее столько денег, и отмазать тебя не было возможности».

Далина слушала. Кофе и пирожные убывали. Володя разливался соловьем, потом начал запинаться, потом замолчал… Горячие колбаски остывали и покрывались пленкой жира.

Далина отложила ложечку.

– Все сказал?

– Даша…

– Теперь по делу. Жениться будем? Дочь признавать собираешься?

Пиво пошло не в то горло и вылетело аккурат на колбаски.

– Чего?!

– Что неясно в моем вопросе? Ты свои обещания выполнять собираешься? А то пел сладко, лежал гладко, а теперь в кусты?

Ответом стали большие выпученные глаза. Ясно. Не согласен.

– Жаль.

Далина сунула под тарелочку деньги с чаевыми и поднялась из-за стола.

– Дашка, постой!

– Что? – удивленно приподняла бровь драконица.

– Дашка, а…

– А?

Володя понял, что сейчас она просто уйдет, и зачастил:

– Даш, мне надо на работу устраиваться, а там лучше, чтобы без детей, ты ж понимаешь. Ты подпиши мне быстренько документы, а потом, когда поженимся, я твоего ребенка признаю…

Далина криво усмехнулась. Не дочь. Не Василису.

Твоего ребенка.

Интересно, он даже не помнит, как ее зовут? Хотя чего тут выяснять?

– А зачем тянуть? Где тут загс? Поехали, подадим заявление. Думаю, на работе только обрадуются – не шантрапа какая, семейный человек пришел. Даже с ребенком.

Вова даже рот открыл.

– А… я сейчас не могу.

– Я тоже.

– Дашка!

Далина вздохнула. Потом взяла со стола папку и без малейших усилий порвала на две части. Вместе с документами. И уронила прямо в колбаски.

– А? – раскрыл рот Володя.

– Готовься, я подам на определение отцовства и алименты в ближайшее время. И будешь платить как миленький, – припечатала Далина. – Мне твои деньги не нужны, но для дочери я с тебя шкуру сниму.

И удалилась, не прощаясь.

Официант со злорадством глядел на парня, который вертел в руках две половинки папки. Плотненькой такой, красненькой… Потом выругался, расплатился и ушел из кафе. Папку, правда, с собой прихватил.

Видел официант таких… Гадина сиропная. И пакости от него можно ждать в любой момент. Дрянь человечишка. Хорошо, что девчонка не поддалась. Ничего доброго от таких и ожидать нельзя.

Поздно вечером Умар сидел в кабинете. Он только этим утром вернулся из Москвы, заглянул домой и сразу удрал на работу. Причина была уважительная.

Сидел, потягивал коньяк… домой идти не слишком хотелось. Там дети, шесть штук, там жена, там еще две тетки приехали, обе с семьями. Дом большой, но когда по нему штук четырнадцать детей разных возрастов носится – это уже перебор. И всем от него что-то надо, все чего-то хотят, шумят, галдят… Не будет он торопиться. Любовнице набрать?

Пожалуй, она ему надоела. Почти полгода встречаются, любовница уже начала показывать характер, чего-то требовать… Пфе! Такие, как она, годятся только для постели! Ни жениться на них, ни дела иметь…

Да, надо расставаться со старой любовницей, искать новую…

Кстати! А может, и не искать?

Если Дашку нельзя использовать на боях, то пусть по-другому отрабатывает. Если она с мужиком до свадьбы легла, да еще ребенка родила – значит, гулящая! Поговорить с ней? Фарид вроде собирался. Интересно, договорился или нет? Между делом Умар переключил камеру на зал, в котором обычно разминалась Далина, и замер у монитора.

Далина действительно была в зале. Одна. Занятие закончилось, и она решила чуточку размяться. Тело пока еще слушалось не так хорошо, как раньше, но постепенно, потихоньку она вспоминала пляску с мечами. Взяла из стойки две палки, подкинула в воздух, примерилась…

Умар смотрел завороженный.

Посреди зала двигалось… нечто. Девушка почти незаметно переступала ногами, и казалось, что она не идет, а плывет. Простые бамбуковые палки плясали в ее руках, то сливаясь в неразличимое облако, то вылетая вперед, то нанося удары, то отступая. Она то ли играла, то ли танцевала, и совершенно не казалось, что ей сложно, трудно; палки летали словно сами по себе, словно их ураганом крутило. И в глазу урагана стояла Далина.

Движения отточенные. Это драконица замечала у себя сотни огрехов, а со стороны – кто может увидеть неточность в змеином броске? Изящество смертоносного существа, смена поз и атак, удар, защита, опять удар, атака, жестокая и безжалостная, и добивание противника, и еще одна атака… так можно идти сквозь строй чужих солдат… и они падают, падают под неумолимыми клинками, брызжет во все стороны кровь, вываливаются внутренности, а женщина идет вперед, и ее не остановить…

Умару на долю секунды показалось, что в спортивном зале пляшет не женщина, а что-то другое – более сильное, древнее…

Да нет! Обычная баба!

Это ему просто показалось.

Умар покосился на монитор, на котором Далина без особых усилий взвилась в высоком прыжке, даже, кажется, зависла на пару минут в воздухе и приземлилась, раскручивая палки.

И снова удар. Одна из палок отлетела в сторону, и Далина нанесла удар голой рукой.

Словно сизые когти блеснули в полусумраке зала, и мужчине почудилось на них вырванное трепещущее человеческое сердце.

Кажется, не будет менять он любовницу.

Уж точно не на это!

И вообще, с такой связываться – себе дороже. А дураком Умар не был, иначе бы дома сидел и овец пас. Нет-нет, пусть эта бешеная делает что ей захочется.

Предупредил же его Хабиб, а Умар еще чего-то думал… Зря он даже мысль такую допустил. Гнать ее без оглядки! Чтобы такую в свою постель взять?

Умар ощутил, как боязливо поджался нижний этаж организма. Был бы хвост – и он бы под брюхо спрятался. Точно – к неприятностям. Не нужно ему такого. Исключительно деловые отношения.

Конечно, можно уговаривать себя, что это только баба, что с ней легко справиться, что против пистолета нет приема, но холодок бежал по позвоночнику и становилось жутковато. Наверное, он будет вести с ней дела честно.

Нет, он не испугался. Вот еще!

Просто такое мастерство легко не дается. А значит, есть еще учитель, есть другие, которые таким же владеют… Лучше – не рисковать. Целее будет.

Кстати! А Фарид что скажет? Вроде он был настроен серьезно? Разговаривал он уже с этой бешеной или нет пока? На нем и проверить можно, как Даша к такому предложению отнеслась.

Номер знакомого не отвечал.

Умар чуточку встревожился, позвонил еще по нескольким номерам, а потом решил новости посмотреть. И вот тут уже всерьез встревожился.

Как-то логично связались в его сознании танец девушки, настойчивость Фарида и пожар, который все так вычистил, что только кирпичи обгорелые от дома остались. И подкинутое кем-то оружие.

А если его подкинули, значит, был там кто-то.

Умар еще раз переключил камеру, посмотрел на Далину. Но баба же не может? Или…

Далина в это время как раз закончила разминку с клинками и кидала в стену мячик. Скромный такой, на двадцать килограмм. Кидала, ловила одной рукой, небрежно и даже изящно. Не нравились ей штанги, мяч был как-то ближе. Потом гантели взяла, на шестьдесят килограмм.

Посмотрел на это Умар и подумал, что жить хочется. А вот спать с такой женщиной – не хочется. Наверное, инстинкт самосохранения сигнал подал. «Не нужна! Не нравится! Не хочу!»

Он – мужчина и никого не боится. Просто эта женщина не в его вкусе. Страшненькая она какая-то, и вообще – фу!

Ардейл, замок Ланидиров

Библиотека…

Ридола шла сюда не просто так, ей нужен был один том из собрания Ланидиров. Даже не ей, Беннету.

Отправить в библиотеку капитана? Можно, конечно. Но не стоило забывать, что он черный. А Норберт… он любил Далину.

Лучше самой сходить, а потом дать книгу Беннету, и пусть задумается.

До библиотеки Ридола дошла. И даже внутрь зашла, а потом…

– О-о-о!

– А-а-а!

– А-а-ах!

Старость не сделала драконицу ханжой, и источник таких звуков она представляла. Один-то голос явно Норберта. А вот с кем он?

Хорошо еще, не у входной двери устроились, прелюбодеи, комнатку отдыха заняли. Ридола на цыпочках подкралась поближе к источнику звуков. Прислушалась… нет, не понять. Одни стоны.

А, нет! Вот сброшенные туфли. Синие, дорогие, золотом расшиты. И краешек синего платья, сорванного в порыве страсти, из двери выглядывает.

Рассина? Или кто-то из служанок решил покрасоваться и надел ее платье? Такое тоже может быть. Надо бы узнать точно.

Так, судя по звукам, у них процесс в разгаре, вон как задорно ухают и ахают.

Где там книга? В библиотеке Ридола ориентировалась ничуть не хуже Норберта. Метнуться к нужному стеллажу, вытащить книгу и спрятать в карман было делом минуты. А потом – за угол. И притаиться там, тихо-тихо. И ждать.

Да, ждать пришлось почти час, но дело того стоило. Из библиотеки действительно вышла Рассина. В том самом платье и туфельках.

Оказывается, Клаус у нас не Дубдраган, а Дуб-Роган?

Интересно… Ридола пока не знала, как использует эту информацию, но такое в хозяйстве точно пригодится.

– Скажи, твоя присяга обязывает говорить обо всем твоему хозяину?

Ридола гуляла в саду с ребенком. Беннет сидел рядом, смотрел на малыша. Он по-прежнему был равнодушен к маленькому Карлу, но что делать… если других ее частиц в мире не осталось.

– Нет.

– Что она вообще включает?

– Как большая присяга, только чуть покороче.

Ридола подняла брови:

– Сколько тебе лет-то было на тот момент?

– Пятнадцать.

– Беннет, и ты мне хочешь сказать, что в пятнадцать лет выговорил текст полной присяги своему другу?

Беннет удивленно посмотрел на женщину:

– А что там выговаривать? Следовать за другом, повиноваться во всем, не предавать, не поднимать на него руку, не злоумышлять… Этого мало?

Ридола застонала. А потом вытащила из кармана небольшой томик в синем переплете и душевно приложила дракона по лбу. Сидит тут, понимаешь, глазами хлопает!

– Ты серьезно?

– Что-то не так? – не понял Беннет.

Стон стал вовсе уж мученическим.

– Возьми книжку и почитай.

Беннет послушно взял томик и открыл:

– Клятвы, обещания, влияние крови на слово и последствия отката. Арлас Ланидир. Это дневник?

– Нет. Это он просто писал для потомков, ну и для остальных, потому что считал, что такие знания нельзя скрывать.

– Вот даже как?

– Клаусу не показывай.

– А если спросит?

– Сиди и читай, – рыкнула Ридола. – Ты никогда не задумывался, почему Далина поступила так, почему ты сам… короче – читай! Это то, о чем не расскажут в приютах! Некому! Да и проще вас так под себя подмять! Когда дракон о своей природе ничего толком не знает, он послушнее! Твой Клаус тебе еще и услугу оказал, просто вы не поняли. Прочитаешь – тогда разговаривать будем. Серьезно.

– О чем?

– Обо всем. И о Далине в том числе. Я ее сына нянчу, я и ее вырастила. Думаешь, она со мной не советовалась? То-то же!

Беннет вздохнул.

– Я прочитаю. Но клятвы необратимы…

– Ошибаешься. Клятва – это клинок, но какой стороной его повернуть… Первая часть посвящена формулировкам, вторая – откатам и расплатам.

– Я прочитаю.

Беннет не рассчитывал на чудо, но что он теряет? Полчаса на чтение? Это немного в сравнении с целой драконьей жизнью.

– А потом поговорим уже серьезно.

Россия, наши дни

Казалось бы, ночью торговый центр закрыт. И шуметь-греметь там никто не может, не должен. А поди ж ты!

Не успели выйти, как здравствуйте-пожалуйста.

Шум раздавался с парковки. У торгового центра их было две: одна подземная, но она на ночь закрывалась. Машину там можно было оставить, но выехать до утра не получится. И вторая парковка – рядом с центром. Правда, там мало кто решался машину на ночь ставить. Парковка образовалась стихийно, просто кусок пустыря оттяпали, и все. Там и деревья росли, и освещение было не очень, и половину камер местные жители перебили… А чего это всякие буржуи центры свои строят? Была тут помойка с бомжатником, свалка и гора мусора – вот и хорошо. А эти вперлись, понастроили, простому человеку теперь и выпить-то негде!

На подземной парковке было тихо и спокойно, а вот со стороны второй, надземной, раздавался возмущенный голос:

– Пусти!

Далина навострила уши.

Костя шел рядом, но явно ничего не слышал. Он же не дракон, а тут и шум города, и ветер, и голос не так чтобы громкий.

– Не хочу!

– Что, теперь ты не такая гордая? А визгу было!

Далина вздохнула. Вот куда она лезет? С другой стороны, чтобы проявилась драконья натура, необходим бой. Опасность, ярость, может, еще и кровь жертвы. И кого под когти пускать? Посторонних людей жалко, в клубе ей бои не предлагают, тренировки нужного уровня адреналина не дают, а тут само приползло!

Драконица жестом остановила Костю.

– Братишка, подождите здесь десять минут. Как свистну – идешь с Васькой на парковку. Можешь?

– Могу. А что там?

– А там кто-то потерял берега.

И судя по звуку пощечины и болезненному женскому вскрику – сильно потерял. Надо помочь найти. В один берег носом потыкать, в другой, а то и прикопать в источнике. Драконы – они ж отзывчивые! Вот Далина и отозвалась.

Маленькая красная машинка была эталоном дамской мечты.

Небольшая, яркая, даже кабриолет. Правда, Далина этого не разглядела. А вот светловолосую девушку увидела. И рядом с ней парня. Картина драконице не понравилась.

Девушка стояла на коленях, парень держал ее за руку, и явно «на излом», так что не подергаешься. Смотрел презрительно, зло… И пахло от него неправильно. Чем-то резким, химическим. От здорового человека так пахнуть не должно, даже если он обольется всеми духами мира.

Далина вежливо кашлянула. Парень обернулся.

– Это еще что?!

– Уборка территории, – абсолютно спокойно отозвалась драконица. Что у него во второй руке? Что-то стальное, острое… блестящее. Ей бы поближе подойти, чтобы он девушку не тронул.

– Чего?

– Ну, уборка. Тряпки, ведра, швабры, – заговаривала зубы Далина. – Вы тут не могли бы в уголок отойти. Я протру быстренько, только ведро возьму, а то меня начальство ругать будет…

Глаза парня – единственное, что виднелось над маской с оскалом черепа, – слегка осоловели. Да, подготовился человек. Капюшон толстовки на голову, маску на морду, и хоть завтра в террористы. Камеры тут не помогут.

– Тряпка… пошла вон отсюда!

– А начальство как же? Меня же премии лишат.

– Помогите! – пискнула девушка.

Парень еще сильнее вывернул ей руку, так что она взвыла и согнулась вовсе уж печально.

– Молчи, тварь! А ты пошла прочь…

Далине большего и не надо было.

Она уже оказалась почти рядом, на расстоянии удара. Почти…

Один шаг влево – и левая рука ударила бедолагу по самому кончику носа ребром ладони. А это и больно, и кровь начинает хлестать, если правильно ударить. На пару секунд парень потерял ориентацию. То, что надо!

Вторая рука пробила прямым в горло. Тоже надо уметь, иначе убьешь идиота, а это пока ни к чему. Далина могла бы, но был свидетель! И кто знает, какие у них отношения? Так что удар в горло, после которого оппонент мог думать только о дыхании. Левая рука отвела в сторону руку с лезвием.

Вот сволочь! Ну да, бритва – не холодное оружие. Обычное лезвие для бритвы, тоненькое, остренькое, а им, между прочим, очень серьезно можно изуродовать человека. Или вообще убить.

Не успел.

И девчонку сам отпустил. Получив удар по горлу, схватился за него, пытаясь понять, не перешибли ему шею начисто? Хрипел что-то… Еще одна польза от этого удара – не заорет.

Далина протянула девушке руку:

– Встать можешь?

– Да. А вы кто вообще?

– Так уборщица же, – ухмыльнулась Далина. – Мимо шла. Вот, мусор убрала.

Девушка стояла напротив и выглядела дорого. Высокая, с растрепанными светлыми волосами, чуть повыше Даши, на каблуках, в красном обтягивающем платье. Далина таких навидалась, пока наемничала. Чья-то женщина. Жена или дочь.

Чувствовался от нее запах больших денег, во всем чувствовался; и украшений куча нанизана – одних колец штук восемь. Золото, драгоценные камни, Далина чуяла.

– Так… Садись в машину. Поехали отсюда.

– А это? – Далина вежливо потыкала носком кроссовка хрипящего мужчину.

– А ему еще добавь, если несложно. Завтра отец его вообще зароет!

Далина пожала плечами и добавила. Благо, парень уже стоял на коленях, дотянуться было несложно. После такого удара в челюсть зубы не сохранить. Бегло охлопала тело, про огнестрельное оружие она уже знала, не хватало теперь спиной к такому повернуться.

– Достаточно?

– Хватит ему. А это бритва?

– Да.

– Козел! – Пинок от девушки был слабее, но душевнее. – Ладно, садись, поговорим.

– У меня тут еще двое детей.

– Где?

– Наверху. А нет… Костя, я кому сказала? Ты где ждать должен был?!

– Садитесь все! – решила девушка. И щелкнула брелком, открывая машину.

– Крутая модель. Это чего вообще? – Костя вертелся, как будто у него ежа под седалищем забыли. На такой машине он раньше не ездил и сейчас восторгался всем, от ручек до встроенного бара.

Далина вообще ни на каких машинах не ездила, так что ей было все равно.

– «Бугатти». Ограниченная серия[20].

– Реально круто! А фотку можно сделать? Пацанам расскажу…

– Сделай, – согласилась девушка. – Будем знакомы, Майя.

– Да… ша.

– Даш, спасибо тебе. Если бы этот гад мне лицо порезал… бр… даже думать не хочу. И обо всем остальном тоже.

Далина пожала плечами. Ну да, парень явно хмелел от осознания собственной власти, подзаводился, как от наркотика, и что бы он мог в таком состоянии натворить? Что угодно!

Потом бы волком выл: не думал, не хотел, простите идиота, но дело было бы уже сделано. Вслух она этого не сказала, нечего девчонку нервировать, да она и сама все понимает. Страшная это вещь – секундная безнаказанность.

– У него вообще мозгов нет? Или он мстил за что-то?

– Нет. Это мой бывший парень. Мы учились вместе, он за мной хвостом ходил, ну и однажды я решила: чего бы не попробовать? У меня отец в принципе без вывертов, он бы любого моего парня одобрил. А этот меня любит и неглупый… Не понимаю, что на него нашло?

– Правда? – иронично уточнила Далина. – Вот так и не понимаешь, и повода не было?

Майя чуточку смутилась.

– Ну… мы встречались, потом он меня замучил своей ревностью, и мы разошлись. И началось. Не доставайся же ты никому…

Видимо, это была цитата. Но Далина ее не знала, как и Костя. Так что вопрос был задан логично:

– А у тебя другой появился?

– Это громко сказано, – поморщилась Майя, – отец предложил посмотреть на сына его партнера. Парень нормальный, но у него своя девчонка есть, только бедная. И папаша заморочен начисто. Мой бы и дворника принял, лишь бы мне было хорошо, а у Влада – жуть лютая, статусно и денежно замороченная. Мы с ним поговорили и чисто по-дружески решили фотки делать, в соцсетях поститься, чтобы все нас считали парой.

– А потом? Это же не просто так?

– Нет, конечно. У него девчонка беременна, на сохранении, он бы отцу все выдал и так, но тогда там доносить без вариантов. А так я его до родов прикрою, а там пусть сам барахтается. Мне-то что? Похлопаю глазами, мол, не сошлись вкусами или характерами.

– А этот тип…

– Увидел и взревновал. Хотя мы с ним расстались почти полгода назад… ну, месяца четыре точно. И решил отомстить.

– На парковку тебя как занесло?

– Так от Влада сообщение пришло. Он просил приехать и подождать его пару минут, если задержится. Я приехала, вышла, жду, а тут…

– Сейчас с чужого аккаунта сообщение отправить как нефиг делать, – вставил Костя, – если хакера найти…

– Видимо, Леша и нашел. Повезло, что вы мимо проходили. Даша, а ты кто вообще? Кроме уборщицы?

– Тренер, – ответила Далина. – Так что да, тебе повезло. Сможешь нас высадить, где скажу?

– Зачем? Поехали ко мне!

– Зачем? – удивилась уже Далина. – Мы там что забыли?

– Ну… спасибо сказать.

– Так ты уже сказала, – фыркнула Далина. – Так бы мы или пешком шли, или такси пришлось бы вызывать, считай, сэкономили. Так что в расчете.

Майя внимательно посмотрела на девушку с розовыми волосами. Выглядела она вполне спокойно. Не собиралась просить денег, говорить о благодарности, как-то намекать…

Она сделала, что должна была, и прошла мимо. Все.

– С отца причитается. И с меня.

Далина покачала головой. Бессеребренницей она не была, но и брать за такое деньги? Парень явно неадекватен, потом ему будет стыдно… в больнице. И карманы его она обшарила, тоже компенсация.

– В качестве «причитающегося» ты мне скажи: у меня проблем с этим типом не будет?

Майя подумала пару минут.

– Нет, не должно. Я сейчас доеду до дома, поговорю с отцом, тот Лешкиному папаше все выскажет. Ты права, лучше вам в эпицентре не находиться. Да я вот сейчас… Подожди минуту!

Майя достала из сумочки телефон, потыкала в экран, дождалась ответа – и вдруг взвыла так, что Василиса едва не проснулась:

– Па-а-па-а-а! Он меня порезать хоте-е-ел!!!

Далина навострила уши.

– Что?! Кто?! Дочка, ты где?!

– Па-а-па-а-а!

Талант чувствовался. И было ведь с чего реветь!

Майя, размазывая сопли (и ведь тоже натуральные!) рассказывала, как злой Леша ее обманул – заманил – изуродовать хотел!

На том конце молчали, комментируя только междометиями. Потом стих последний всхлип, и папа принялся уточнять:

– Дочка, ты где?

– Меня тут выручили… Я на парковке у «Ленты»[21].

– А почему домой не едешь?

– Меня всю трясет. Пап, пожалуйста, пусть приедет кто-нибудь, а то я боюсь не доехать, у меня руки трясутся. И из машины выходить страшно, я сюда едва доехала. Па-а-па-а-а!

– Оставайся, где стоишь, заблокируй двери, ребят сейчас пришлю. Где, говоришь, на тебя напали?

Майя и сказала: а чего молчать?

– Сейчас и туда пошлю людей за видео. Все, сиди и жди. Заигрался Скобкин!

Майя хлюпнула еще несколько раз и отключилась. Посмотрела на Далину. На Костю. Василиса спала. Вот ведь идеальный ребенок, только с боку на бок поворачивается.

– Деньги я совать не буду, возможность отблагодарить найду. Телефоны у нас есть, не потеряемся. Даша, спасибо тебе… вам. Я не тварь какая неблагодарная, просто ты права, Лешка не из бедных, понимаешь? У него отец – адвокат, он ему и обучение оплатил, и сейчас отмазывать будет.

– Борьба тигра со слоном?

– Нет, не так все страшно. Отец, конечно, разберется, но не сразу. Поэтому вам лучше от меня держаться подальше, чтобы на вас не вышли. Но если что – сразу звони, поняла?

– Да. Кстати, может, твой отец на парковке не только записи найдет, но и самого героя. Я его хорошо приложила, да не один раз. Быстро не уползет.

– Да? – злорадство так и звенело в голосе девушки.

– Нос… нет, наверное, нос я ему не сломала. А вот несколько зубов точно выбила. Я качественно била.

– Хорошо, не убила.

– Я тоже так думаю. Хорошо. Удачи, Майя.

– Удачи, Даша.

– Далька, думаешь, будет польза от этой фифы?

– Вряд ли, – махнула рукой Далина. – Но ведь и мимо не пройдешь. Эта скотина ее бы точно изуродовала или поглумилась всласть. Так нельзя.

– Согласен. Поделом ему. Главное, чтобы из-за его папахена у нас проблем с законом не было. Это ж Скобкин…

– Ты слышал?

– Чего нет-то? Папаша не стеснялся.

– А Скобкин – это кто?

– Это у нас в городе адвокат. Такой, матерый и с хорошими связями. Обычно выигрывает, бабло стрижет, с судьями вась-вась…

– Примерно поняла. Думаешь, будут проблемы?

– Если б у меня сыночка так изуродовали, я бы разозлился. Тут зависит от ситуации. Кто кому вперед настучит, тот и прав будет. Но, наверное, нагадить постарается.

Далина пожала плечами.

– На-пле-вать!

– Нам терять нечего, кроме своих оков, – хохотнул Костя. За что и поплатился – всю дорогу до дома объяснял драконице, что такое пролетариат и революция. Хотя половину и сам-то не знал, увы.

Когда Далина легла, была уже глубокая ночь. Она устроилась поудобнее на диване, медленно вытянула перед собой руки. И улыбнулась.

Клыкасто так, душевно…

По тонким девичьим рукам бежали полоски алых чешуек. И пальцы были украшены здоровущими черными когтями. Уже вполне материальными.

Да, дракон – это бой, гнев, ярость, кровь. И чем больше она будет сражаться, тем скорее проявится ее зверь. А там можно и на Ардейл отправиться.

«Берегись, Клаус. Жди меня, и я приду. А можешь и не ждать, я все равно приду и спущу с тебя шкуру…»

Когти отблескивали синеватым в свете луны.

Ардейл, замок Ланидиров

Если бы кто-то оказался в укромном уголке сада Ланидиров, точно решил бы, что там прошел ураган.

Нет, Беннет не бился головой о деревья.

И о стены не бился. Но пару выплесков силы все же устроил.

Вот он дурак!

Нет, не просто дурак! Вдохновенный кретин! Идиот! Да как ни обзови, все равно мало будет! И сам, все сам, и даже не подумал, что может быть как-то иначе! На томик в синей обложке Беннет сейчас глядел как на святыню. Простыми и понятными словами Арлас Ланидир разъяснял своим потомкам, что такое клятва. Дракон – это плоть, кровь и магия.

Есть клятвы плоти, есть клятвы крови, есть клятвы магии. Да-да, три уровня. Первый и второй обойти можно, третий уже нельзя.

Какие бывают клятвы, как можно играть словами, что требуют алтари, какой откат и за что наступает… Ах, если бы Беннет это все знал в пятнадцать лет!

А если бы это знал Клаус?

Дракона аж мороз по спине пробрал!

Клаус… Да ему эту книгу давать в руки никак нельзя! Он бы точно не остановился и сейчас не остановится. Страшно это.

А еще есть клятва внутри клятвы; клятва, которая дается на клятву… да много чего!

Зато и со своими клятвами Беннет разобрался.

У него клятва плоти и крови. Магия не затронута. Причем клятва неполная, и Ланидир о таких упоминал и говорил, как ее можно обойти. Он клялся служить и защищать, беречь и хранить, быть верным и не лгать, подчиняться и идти за своим господином, не предавать и не бить в спину. Размытые формулировки, которые Клаус почерпнул… откуда? Он старался предусмотреть многое, но Арлас…

Что значит – не бить в спину? А в бок можно? Или в грудь?

Не лгать? А как насчет недоговаривать? Клаус не спрашивал про Далину Ланидир. Беннет и не говорил про нее. И про свои чувства тоже.

На прямой вопрос он может дать прямой ответ, но без него… Промолчать – не солгать.

Ложь умолчанием?

Запросто. Так же, как и убийство любовью и заботой. Пригласи к больному восемь врачей, и пусть они все пропишут свое лечение, и лечи! Твоя совесть чиста! Ты хотел как лучше, а что от такого и здоровый загнется… ну, бывает.

Можно ли избавиться от клятвы?

А можно! Если Клаус умрет, желательно не от руки Беннета. Или…

Да, есть и другие ритуалы. Но о них Арлас уже не писал в этой книге, просто упомянул, что с помощью родового алтаря можно многое. Но родовой алтарь Дубдраганов подчинялся Клаусу.

Или нет?

Он глава рода, но…

Но!

С алтарем может взаимодействовать любой член рода! А переход в другой род, кстати, меняет и плоть, и кровь. Так что клятвы благополучно погорят. Один минус – не все могут это пережить.

Правда, красные как-то исхитрялись. Они могли менять и кровь, и плоть, и магию.

Как? Не сказали. Видимо, это родовой секрет. Хотя к Ридоле Беннет с этим пришел. И ответом ему был искренний взгляд алых глаз.

– Не знаю. Не мой уровень. Далина знала, я нет.

– Далина… знала?

Ридола кивнула:

– Знала. И могла обойти любую клятву.

Беннет аж головой замотал.

– Но она вышла замуж за Клауса! Соблюдала все данные ему обещания! И… он ее убил!

Драконица продолжала молча смотреть на Беннета.

– Она это… позволила?

Длинные, несмотря на возраст, ресницы Ридолы опустились. Не прямое «да», но близко к тому.

– Но почему?!

– Драк, вы собирали сведения о Ланидирах?

– Да.

– Сколько сестер у Далины?

– Было три, осталось две.

– Сколько у них детей?

– Один… слабый.

– Сколько детей было у братьев Далины?

– Да их вообще нет!

Для Беннета в свое время это было большим облегчением! Да что там – радостью!

Он поклялся следовать за Клаусом, он так и поступал, но… чтобы получить контроль над алыми, Клаусу надо было убить всех Ланидиров. Будь у них дети, Беннету было бы сложнее. А так… глава рода уже старый, его сыновья взрослые, дочери замужем, а малышни в роду пока нет. Хотя сыновья были женаты достаточно долго. А правда – почему?

Последние слова он точно произнес вслух. Или думал так выразительно, что Ридола улыбнулась.

– А если попробовать ответить? Если вспомнить, что писал Арлас?

– Бесплодие или вырождение – это следствие нарушения взятых на себя обязательств перед родом.

– Абсолютно точно. Как только в роду уменьшается количество детей, надо искать или нарушенные клятвы, или вообще пренебрежительное отношение к своему кодексу, к алтарю…

Беннет схватился за голову. Ей-ей, после порки было легче!

– А думать всегда сложно, – подбодрила его Ридола. – Первое время вообще кошмар!

– Издеваетесь, драка?

– Есть немного. Ну так что скажете, драк?

– Если верить Арласу Ланидиру, алтарь всегда дает шансы. Трем поколениям. Первое поколение – количество детей уменьшается, потом идет резкий рост, но если это поколение не берется за ум, то оно становится бесплодным. Практически…

– Или рожает детей в другой род, тоже очень реально.

– Или так. Подождите, дед Далины имел одного ребенка, а именно отца Далины, и вот у него… выхотите сказать, что Далина – то самое, третье поколение?

– Алтарь – не любящая мамочка, вторых-пятых шансов он не дает.

– Но что такого сделал дед Далины?

– Прадед. Он пренебрег обычаями рода, дед последовал его примеру, отец тоже… Далина уже начала расплачиваться.

– Это ее болезнь в детстве?

– Да. – Ридола посмотрела на цветы, на малыша в колыбельке. Маленький Леонидас спал, не думая о родителях, о том, что он для отца – Карл. Ему пока не было дела до всей этой внутриклановой возни. – Далина умирала. Она чудом разобралась в своей проблеме, заключила сделку с алтарем и выполнила свою часть сделки.

– С Клаусом?

– Что писал Арлас о новой крови?

Беннет послушно открыл нужные страницы. Освежил знания в памяти, посмотрел на Ридолу.

– Минутку… оба сына старого главы были женаты…

– Внутри клана. На двоюродных-троюродных. Полезно для объединения денег, но это – не новая кровь.

– То есть вы хотите сказать… – Беннет потер лоб, потом ошалело полез в книгу проверять свои предположения. Потом воззрился на Ридолу как на оракула. – Далина просто… вывернула клятвы?

– Не совсем так. Сильно играть с формулировками она не могла, но ей помог сам Клаус. Ему ведь нужен был сын с кровью алых, чтобы управлять алым кланом. Для этого он – сильный черный дракон, глава своего рода, – пообещал первенца в чужой род.

Беннет схватился за голову.

– Да его ж за это…

– Правильно. Первенцев не отдают, – подтвердила Ридола. – Кстати, алтарь Ланидиров согласился бы и на второго и третьего сына, но если Клаус уперся? Он сам этого хотел, и Далина проводила все ритуалы, и он участвовал. При этом Клаус не ушел в род Ланидиров, Далина не ушла в род Дубдраганов. Фактически она родила продолжение рода от лучшего из возможных – от главы черных. А что он ублюдок и полукровка – это еще и лучше оказалось. Силы и ярости у него хватило, чтобы подмять под себя клан, но с родовым алтарем он связан намного слабее, чем другие драконы. К примеру, тот же Беннет Драган.

Дракон с размаху шлепнул себя по лбу, в голове зазвенело.

– Почему я чувствую себя таким идиотом?

– Потому что умным человека делают не клинки, а знания. Можно перерезать всех умников, только от клятв это не освободит и откаты не уберет.

– И Клаус теперь обречен? Откат случится, просто не сразу?

– Он обращался к алтарю за это время?

– Нет. Он даже из замка Ланидиров не улетал… ну, вы в курсе.

Ридола кивнула.

– До рождения ребенка у него был шанс что-то переиграть. Он, кажется, обращался к алтарю… раза два за тот год, который Далина носила ребенка?

Беннет кивнул.

– Для Клауса это скорее формальность. Он еще удивлялся количеству ритуалов, которые проводила Далина.

– Правильно. Удивлялся, потому что не разбирался. Фактически после смерти отца Далина стала главой рода, она же последняя из Ланидиров. Проводила все те ритуалы, которые должен был выполнять ее отец, забеременела, проводила все ритуалы для сына, причем муж участвовал добровольно и сына после рождения к алтарю принес добровольно.

– Получается, Клаус себя приговорил?

– Не сразу, но по сути – да. Первое же обращение к алтарю его или убьет, или покалечит так, что он даже перекинуться не сможет.

– И я должен ему об этом сказать.

– Должен? Или хочешь?

Беннет прислушался к себе.

Нет, здесь и сейчас клятва ничего не требовала. Если бы он знал раньше, когда Клаус ввязывался в эту авантюру, то был обязан предупредить. Вот тогда это засчитывалось бы алтарем как защита. А сейчас – как?

Никак. Чего крыльями махать, когда уже голову оторвали? Все уже было сделано, оставалось принимать последствия.

– Клаусу еще можно как-то помочь?

– Вряд ли. Далина могла бы, но…

– Понимаю. Получается, Клаус погибает, не оставив наследника, и в клане начнется…

– И клан черных, и лично род Дубдраганов ждут тяжелые времена. Но они меня не волнуют. Да и тебя тоже не должны.

– Почему?

– Потому что Клаус не озаботился полноценно принять тебя в род. Ты же Драган, не Дубдраган!

– Род меня рассматривает как телохранителя главы, как кровного родственника, но дальнего порядка. Все верно. Клаус меня не принимал, выбрал из того, что предложил алтарь.

– А чтобы принять, нужны ритуалы. Опять же, возвращаясь к этому, сколько Далина с алтарем работала?

– Много. Я понял: мы с Клаусом самонадеянные идиоты.

Ридола пожала плечами.

– Вполне возможно, что вы – идиоты, которыми воспользовались, чтобы расчистить себе дорогу. Я не знаю, что творится в клане черных, но наверняка есть кто-то…

– …кто подхватит власть из лап мертвого Клауса?

– Да.

– Я попробую вспомнить. Наверняка есть.

– Опять же, двое мальчишек из приюта – и такая карьера. Может, вам кто-то помогал? Это и предательством не считается, если что, просто помощь. А решение стать главой черных, убить предыдущего главу – это уже решение лично Клауса.

– Нас использовали?

– Дурака всегда используют. Это закон жизни. Если у тебя не хватает знаний, тебя обязательно куда-то втянут.

Беннет растер лицо руками.

– Голова кругом. Но Далина не рассчитала всего, она умерла…

– Она рассчитала, что могла. Это намного больше того, что она могла получить, я знаю.

– Смерть?

– Иногда смерть – начало новой дороги.

Этого Беннет не понял и махнул рукой:

– Ладно, а что теперь мне делать?

Ридола ухмыльнулась:

– Если несложно, слетай передай письмо? Далина просила.

– Далина?

– Она рассчитывала, что у нее будет чуть больше времени после родов, но подстраховалась. Сможешь? Желательно никому об этом не рассказывая?

– Кому?

– Драк Истанар. Старший, Эддар Истанар.

– Не Тандилар?

– Нет.

– Письмо прочесть дадите?

Ридола молча извлекла из кармана свиток и сунула Беннету:

– Читай, не запечатано.

Беннет принялся читать. И спустя пять минут захлопал глазами.

– Это что?

– Описание похода и битвы. А что тебя удивляет?

– Ну…

– Далина с ним и раньше списывалась. Так получилось. Она и другим дракам писала, ей же надо было знать, что творится в клане. И о себе рассказывала. Истанару это было интересно. Походы, битвы, кто сделал, что сделал… Дракон, который не знает историю, лишится и хвоста, и чешуи.

– Но это же люди!

– И мы должны знать, что от кого можно ожидать.

Беннет только головой потряс. Мыслей в нее набилось так много и они были так плотно спрессованы, что даже на уши давили.

– Кажется, у меня мигрень начинается.

– Ничего страшного, обезболивающее в замке есть.

– Слов у меня нет. Письмо я отнесу и никому не расскажу. Даже Клаусу, если не спросит впрямую.

– Вот и отлично. И читай умную книжку, тебе еще с клятвой разбираться.

– Если Клаус умрет, клятвы меня и так отпустят. Автоматически.

– После чего ты станешь Драганом, младшей ветвью Дубдраганов, и получишь все, что к ним относится. Автоматически, – передразнила его Ридола.

Беннет застонал и покосился на рядом стоящее дерево. Растение его энтузиазма не разделяло. Болит у тебя голова? Так ты о камешек ей постучи, о стеночку! Они не живые, им не больно, а о древо такой твердой головой биться не надо, ему это ни к чему. Ему еще расти и расти.

Пискнул в колыбельке маленький Ланидир.

– Кормить пора, – кивнула Ридола. – Проводите нас в замок, драк?

– Конечно, драка.

Книга исчезла за пазухой у Беннета, письмо тоже. А больные глаза… и что? Ему вон как недавно досталось! Тут и глаза больные будут, и голова, и спина… Хорошо еще, сам ходит и разговаривает. Никто и не удивился даже.

Россия, наши дни

– Даша, зайди к начальнику. – Секретарша на пороге зала и себя показывала, и на других посматривала. А то ж! Могла бы и просто позвонить, но прогуляться приятнее. И она вся такая на контрасте, ухоженная и элегантная, среди спортсменов…

– Хорошо. Сейчас занятие закончится, и сразу бегу. Не срочно же?

– Минут десять или пятнадцать потерпит.

– А я как раз закончу. Спасибо.

Секретарша кивнула и ушла. Далина развернулась к ученикам и отправилась поправлять клинки.

– Ну кто ж его таким хватом держит? Это что – баба? Чего ты вцепился, как в хвост дракона! Отпусти, лучше будет! Кисть расслабь… Так, понятно. Укреплять кисти не пробовал? Записываем. Берем шест во-от таких размеров и толщины и держим перед собой. На вытянутых руках. Сколько? А вот пока руки отваливаться не начнут, так и стоим. Лучше каждый день, по два раза в день. Или по три. Нет, это не издевательства. Это – упражнения!

Умар посмотрел на Далину. Потом опустил глаза в стол, переставил фигурку, вернул ее на место.

– Я хотел поговорить…

– Слушаю.

– Не обижайся. Мне не нужны проблемы.

– А я их доставляю?

– Я просто не хочу нарываться. И тебя обижать не хочу. Ты с Фаридом разговаривала?

– Нет. – Далина и не соврала. Она не разговаривала, она просто убивала.

Не прокатило. Умар поднял глаза от стола и мрачно поглядел на девушку.

– Я не хочу проблем. И я знаю, что ты не простой человек. Я с Хабибом говорил… слушай, давай я тебе пособие за три месяца выплачу. Только уволься сама, хорошо?

Далина пожала плечами. Она и так уволиться собиралась, просто чуть позднее. Кстати!

– Потому меня ни на какие бои и не ставили?

Умар кивнул.

– Не обижайся. Хабиб сказал, что ты – убийца.

– Чего уж на правду-то обижаться, – вздохнула Далина, опускаясь в кресло. – Ладно, без претензий. Пособие за полгода – и я отсюда уберусь.

Умар кивнул. Что для него полугодовая зарплата тренера? За неделю отобьет, не на одном, так на другом.

– Договорились. А все же? Хоть пару слов – я прав?

Далина припомнила все, что рассказывал ей Костя, и печально посмотрела на собеседника.

– Не все фильмы врут. Люди Икс, конечно, сказка, но работы в этом направлении ведутся, и у нас, и у них… Дальше уточнять? Убийцы тоже нужны, всегда будут нужны.

Умар и не сомневался.

– И ты…

– И я, и мои родители, это давно тянется, – в этот раз Далина даже не соврала. – Это не самое страшное из того, что я умею, просто зрелищное. И Хабиб прав. Меня учили максимально быстро и эффективно убить врага. Не бороться красиво на потеху публике. Я могу, но… неудобно. Руки не туда все время тянутся, приходится себя останавливать.

Умар кивнул.

– Я подозревал. Я видел, как ты тренируешься…

Далина пожала плечами. Красивый черный шарик на бронзовой подставке давно привлекал ее внимание. Настоящий, обсидиановый, тяжеленький…

– Можно?

Когтям дракона он поддался с легкостью, как апельсин. Далина их даже не выпускала сильно, а шарик словно бы сам распался на четыре части с чуточку неровными срезами.

– На память.

Умар осторожно взял шарик, поежился.

– Ты и металл так можешь?

– Все могу. А что?

– Ничего, – отчеканил мужчина. – Вообще ничего. Ты на меня точно зла не держишь?

– Слово даю.

– Ну и ладно. Иди в бухгалтерию, две недели отрабатывать не заставлю.

Далина махнула рукой. Ну и ладно, ей уже пора готовиться к отъезду.

– Ребят бросать жалко. Материал хороший.

– У пчелки жалко. Ты им свой телефон давала?

– Нет.

– Вот и не надо. Пожалей мальчишек, не нужны им такие умения.

Далина пожала плечами еще раз. Она бы поспорила, но если просят…

Кое-чему она парней научила, а дальше кто захочет, тот найдет себе подходящего учителя.

– Рада была познакомиться.

– Я тоже… рад. Прощай.

– И вам не хворать.

Это было явно окончательное прощание. Но Далина не была в претензии, Умар ее не обидел, и она его не тронула. Ведешь себя правильно – и все будет хорошо. А если ты возомнил себя хозяином жизни, за то и получил. Когда за женщиной закрылась дверь, Умар выдохнул. Дураком он не был и понимал: есть вещи, от которых лучше держаться подальше. Расстались по доброму согласию? Вот и отлично. И обманывать он не станет.

Загадка? Тайна? Любопытство?

Последнее он прикрутит, а от первых двух лучше держаться подальше. Тогда и поживешь подольше.

Ардейл, замок Истанаров

Три сотни лет – это не только опыт. Это еще и мудрость, и характер. Конечно, иногда возраст приходит, а ум не успевает дойти, но это не драконий случай. Среди драконов дурак столько не проживет.

Эддар Истанар дураком не был никогда. Сам о себе он честно говорил – большая сволочь с мерзким характером и дурными привычками. Говорил правду, но ему почему-то не верили. А зря.

Не прожил бы Эддар столько лет, раньше бы сожрали. Поводы были, и не раз. И за власть ему погрызться пришлось, и когда с первой женой расходился, и когда сын решил, что отца загрызть можно, и когда вторую жену Эддар отбивал у ее жениха… Между прочим, жених был в два раза моложе Эддара, только Милисент это не остановило и не удержало. Ушла, только крылом махнула.

Лучше с Эддаром жить сколько предки пошлют, чем с кем-то другим всю жизнь.

Вот уже лет тридцать вместе, и сын у них растет… перспективный мальчик. Старшие все же более мягкие, а младший весь в отца. Оно и к лучшему. Преданность семье у Эддара тоже была в крови. Вот он уйдет, младший будет мать защищать.

Но это еще не скоро. Если повезет, лет тридцать Эддар еще пролетает, если в глупые аферы не ввяжется. Вот что делать с Тандиларом? Сдавать Томроя или не сдавать?

Участвовать в его затеях точно не стоит, он дурак. Такой и сам пропадет, и всех подставит. Но если его не остановить сейчас, он и дальше будет плести интриги и попадется. Тут не то что Дубдраган узнает, тут и сирены в курсе будут. Идиот же!

Но если его сдать…

Истанар-то наверх не лез. Сил у него хватало, и связей тоже, и, положа лапу на сердце, среди алых он мог бы занять и второе место. А может, и первое. И с Ланидирами разобраться… мог бы. А оно ему надо?

Это дураки к власти рвутся, а умные другое понимают. Лучше не у власти, а так, в тени. Пусть кто-то другой и все дела тянет, и всю ответственность несет, а ты себе в стороночке стой; главное, чтобы вовремя от последствий увернуться.

Неблагородно? А драконы отродясь глупостями не страдали.

Доблесть, благородство…

Врага надо загрызть! Не получится загрызть – заплюй огнем! Сядь сверху и раздави! Да хоть что сделай, главное, за спиной не оставляй, а то вцепится в хвост – света не взвидишь!

Драк Эддар Истанар-старший

Не нужна Истанару власть. И рядом с властью не нужно.

А теперь считаем. Ланидиров – нет. Малыш пока не в счет. Если Тандилары тоже будут уничтожены, следующие – Арейны. А потом и Истанар. И если сейчас привлечь к себе внимание, он легко обойдет Арейнов и окажется «на коготке» у Дубдрагана. А не хотелось бы. Черный дракон слишком опасен и непредсказуем.

Это недостаток?

Сложно сказать. Когда это идет от ума – все в порядке, Истанар и сам сволочь не из последних. Но в Дубдрагане было безумие. И вот это старому дракону весьма и весьма не нравилось.

А еще Дубдраган многого не знал. Оно понятно – приютское воспитание, тяжелое детство. Эддар был в курсе и дракона уважал за силу, ярость, целеустремленность.

Но… Жизнь такая. Можно пробиться наверх на ярости, гневе, боли, везении… могут быть любые ветра, которые вознесут тебя на вершину. Но чтобы удержаться там, нужны уже не крылья, а когти.

Знания и еще раз знания!

Знания, драконы, деньги… Истанар мог бы перечислить многое. Сам он, будучи главным в своем клане уже больше двухсот лет, чего только не перевидал и мог сказать определенно: Дубдраган не удержится надолго. Это однодневка. Опасная, зубастая, но лет десять, не больше. Потом его сожрут. Правда, тем, кого он с собой утащит в пропасть, легче не будет.

Вот и сиди, Эддар, у камина, вот и смотри на огонь, лапу вперед протягивай, играй с языками пламени, думай о своем.

Как вывернуться? Как и род, и клан сохранить?

И словно ответом на его вопрос к предкам раздался легкий стук в окно. Эддар медленно повернулся, руки превратились в две лапы, окутались огнем.

Мужчина, который стоял снаружи, поднял свои ладони, показывая, что безоружен.

– Я пришел с миром, можете клятву взять.

– Клянись.

Рук Истанар не опускал и огонь тоже не убирал. Беннет Драган! Что этому приспешнику ублюдка надо в его замке?

Беннет тем временем поднял левую руку, выпустил коготь на правой и вспорол вену. Капли крови упали на подоконник, пока – снаружи.

– Кровью, плотью и магией. Клаус не знает, что я здесь, и я не стану ему этого рассказывать по доброй воле. Меня просили передать письмо от Далины Ланидир, и более ничего. Других целей у меня нет. Клянусь здесь и сейчас не причинять вреда Истанарам до конца моего визита.

Эддар медленно кивнул.

– Принято. – И свел вместе руки. Окно открылось пошире. – Проходи.

Беннет шагнул в комнату, не слишком далеко отходя от окна. Это ж он поклялся, а не ему. Его-то вполне убить могут.

Проклятый Арлас! До прочтения его книги Беннет и не задумывался, какой сложный этот мир.

– Вот, – свиток он просто положил на пол.

Истанар вытянул руку вперед, и Беннет молча наблюдал за комплексом сложнейших заклинаний, которые окутывали бумагу. Как она еще не загорелась-то?

– Все чисто. Что ж, молодой драк, проходите. Вино будете?

Смешно сказать, в обычной жизни сам Эддар предпочитал яблочный сок. Вот нравилось ему – вкусно, приятно. Вино? Да, для гостей он держал хороший погреб, со знанием дела рассуждал о цвете, вкусе, плотности, запахе, кислинке и горчинке, или что там еще понадобится, но удовольствия от вина не получал – никакого. Но предлагать Драгану яблочный сок?

Решит еще, что издеваются.

– Воды нет? – поинтересовался Беннет. – Мне еще домой лететь, не хочу вино.

– Сок будешь?

– Буду. Не отравлено?

Эддар хмыкнул, произнося стандартное: «Не причиню вреда во время этого визита», и Беннет чуточку расслабился.

– Спасибо.

– Не стоит благодарности. Я ждал письмо, но почему его принес именно ты?

– Меня попросили.

– Далина?

– Нет. Она со мной и не разговаривала даже.

– Значит, Ридола. Как там старая зараза поживает? Еще не всех сожрала?

– Пока нет.

– Ну и хорошо.

– Ответ будет?

– Нет. Зачем? Да и кому, если Далины нет. Скажи Ридоле, что отдал, да и хватит того.

– Скажу.

Несколько минут драконы молчали. Пили сок, изучали друг друга. Беннет подметил, что двигается Истанар, несмотря на возраст, легко и даже изящно. Явно и в бою не оплошает, и женщины на него ругаться не станут.

Истанар тоже разглядывал сидящего напротив дракона.

А ничего так, внешне симпатичный, это тоже показатель. Да-да, чем сильнее дракон, тем благороднее у него внешность. Высокий лоб, четкие скулы, острый подбородок, большие яркие глаза, густая грива волос, понятно, черных. Угольно-черных, без малейшего проблеска иного цвета.

Сам Истанар – алый, и глаза, и волосы у него до сих пор цветов клана. Седина, конечно, но это возраст.

Если сравнивать Клауса и Беннета, первый – беспородная ящерица. Низкий лоб, приплюснутое лицо, маленькие глазки, короткие волосы с проплешинами… Да, видно, кто тут породистый драк, а кто просто так.

– Погода сегодня хорошая, летная.

– И звезды отлично видно. Не хотите еще сока, драк?

– Спасибо, не откажусь.

– А то и просто в гости прилетайте. Поговорим… да, обо всем. Вот как вы к искусству относитесь?

– Никак. Я о нем почти ничего не знаю, в приюте рос.

– Вот я вам и расскажу. О поэзии можем поговорить, о живописи… на эти темы можно говорить спокойно. А то решите, что я секреты вашего друга выведать стараюсь.

Беннет фыркнул:

– Плохо стараетесь.

– А вдруг получится? – развел руками Эддар. Хотя отлично заметил, как при слове «друга» дернулся уголок губ Беннета, и выводы сделал. – Сейчас одно спрошу, второе, а дальше – как в детской сказке. Коготь за лапу, лапу за голову…

– И что вы хотите услышать?

– Какие отношения у Дубдрагана с Радданами? Вы в курсе?

Беннет ненадолго задумался.

– Пожалуй, что никаких. Это не самый заметный род черных, так что Клаус с ними общается очень мало.

– То есть вы не знаете.

– Что именно я должен знать?

– К примеру, откуда ваш старший друг взял деньги на наемников?

– Это я знаю. Да, ему эти деньги дал Итор Раддан, под проценты и в долг.

– Как мило! Хотя я и так это подозревал. А с чего такая щедрость – не знаете?

Беннет вздохнул. Не хотелось ему врать этому красному. Просто не хотелось.

– Вы в курсе, что случилось с сестрой Итора?

– А, это когда она вешалась на племянника главы клана, напоила его вусмерть, но, протрезвев, бедняга все равно не стал жениться?

Беннет рот открыл так, что оба ряда зубов стали видны.

– Э-э?

– Неужели вам рассказали версию с несчастной обесчещенной девушкой? – откровенно развеселился Эддар.

– Ну… да.

– Молодцы! И вы поверили?

Беннет пожал плечами.

– Я знал, что она девушка вольного нрава. Но кто сказал, что таким не бывает плохо или больно?

Эддар посмотрел с неожиданным уважением:

– Хм, тут ты прав. Но тому случаю я сам был свидетелем, не сомневайся, все было по доброй воле.

– Допустим. А почему вы вообще об этом заговорили?

Эддар покачал головой. Огонь бросил красный отблеск на седые волосы.

– Я не смогу рассказать тебе это просто так, мне нужна будет твоя клятва.

– Какая именно?

– Поклянешься, что не расскажешь Клаусу о нашем разговоре. Твоя присяга это позволяет?

Беннет кивнул:

– Позволяет. И я хотел с вами о ней поговорить. Ридола сказала, что вы хорошо разбираетесь…

– Тогда расскажи-ка ты мне сначала о своей клятве, а потом уже я тебе расскажу, что меня позабавило.

Пересказывать свою историю второй раз было намного проще. Эддар оказался благодарным слушателем, не перебивал, поддакивал в нужных местах, не осуждал и не ругался – что еще требовалось? Беннет и сам не заметил, как оказался стоящим в центре зала, да еще в нарисованной шестиконечной звезде, а Эддар вписывал в углы какие-то символы, ругался, задумывался, потом опять начинал заново. Наконец закончил, капнул чуточку крови на символ в верхнем луче, махнул Беннету – мол, замри.

И принялся внимательно изучать темное облако, которое проявилось вокруг тела дракона. Может, и час изучал бы, и два, но сквозняк помешал. Полчаса-то Беннет точно простоял, а потом пролетел ветерок, пощекотал, где не надо, и мужчина от души чихнул.

Эддар поморщился, но облако рассеивалось, да и… с его-то опытом ему и пяти минут хватит на диагностику. Еще двадцать минут ушли на мысли о том, как можно разрушить клятву и что за это попросить.

– Ты ведь имеешь представление о клятвах?

– Теперь уже да. Прочитал кое-что в библиотеке Ланидиров.

– Вот и отлично. Если что-то не поймешь, говори, не стесняйся.

– Хорошо.

– На тебе сейчас клятва плоти и клятва крови. Магия твоя не затронута, только тело. То есть душа повреждена не будет, если рвать. Ты не потеряешь в силе, твой род не пострадает.

– Это радует.

– Говоря «твой род», я имею в виду твоих потомков.

– У меня их пока нет.

– Это мне известно. Теперь поговорим о твоих клятвах предметнее. Во-первых, ты еще не прошел инициацию, то есть не перекидывался в дракона, когда их давал.

– Да.

– И их можно разорвать. Думаю, ты не слишком сильно пострадаешь при этом и откат будет небольшим. Ты давал клятвы не всерьез, вот они и легли в лучшем случае наполовину. Правда, при этом использовались твои плоть и кровь, а это чуточку затрудняет дело. Я могу тебе помочь, но… Клаус тут же узнает, что ты свободен. Связь-то между вами все равно есть.

– Я пару раз чуть не сдох из-за нее.

– По своей же вине, – развеселился Истанар. – Дракон – это еще и магия. Ты принимал все всерьез, твоя магия принимала клятву, фактически ты огребал не от Клауса, а от себя самого. Но все равно получил бы, просто слабее.

Беннет скрипнул зубами.

– Получается, если я хочу свободы, мне надо сразу и бежать?

– Не думаю, что тебя отпустят добром.

– Нет, не отпустят. Скажите, а что вы возьмете в уплату за разрыв?

Эддар пожал плечами.

– А что с тебя вообще можно взять? Деньги, что ли?

Беннет понял. Чтение записей алых драконов даром не прошло.

– Что вы хотите взамен?

– Я подумаю. Я правильно понимаю: мчаться в неизвестность с голым хвостом не входит в твои планы?

– Нет. Я подготовлюсь… думаю, месяца мне хватит. И потом приду к вам.

– Вот и я подготовлюсь. Сам понимаешь, возраст у меня уже не тот. Порвать твою клятву можно, но мне это сделать будет сложнее, чем сто лет назад. А плата… Долг, услуга – сам понимаешь.

– Понимаю. Условия оговорите?

– Оговорю. А пока могу чуточку ослабить нити, так, что ты сможешь обходить приказы своего хозяина.

Беннет кивнул:

– Если можно. Что в качестве оплаты?

– Все, что сможешь узнать про своего хозяина и Радданов. За десять дней управишься?

– Постараюсь.

– Вот и прилетай так же, в гости. Буду тебя ждать. Днем раньше, днем позже, не страшно.

– Спасибо, – от души сказал Беннет.

– Пока еще спасибо говорить рано. Давай раздевайся, а я пока делом займусь. И крови мне вот сюда нацеди, – Эддар снял с камина ритуальную чашу из сердолика и поставил перед Беннетом. – Даю слово, что не причиню вреда и использую твою кровь, только чтобы ослабить лежащие на тебе узы.

Беннет молча полез за клинком. Не в его положении отказываться от такого. Осталось еще выяснить, чего от него в обмен захочет Ридола.

Глава 9

Россия, наши дни

Майя позвонила достаточно быстро, суток еще не прошло.

– Даша, привет.

– Привет. А кто…

– Майя. Помнишь?

– Да. Как ты?

– Все нормально. Я от подруги звоню, так, на всякий случай. У нас тут такое началось! Папс отправил ко мне людей, меня отвезли сначала в травму, я там порез показала, все задокументировала, а охрана тем временем метнулась на парковку, ну… туда.

– И чего?

– Нашли там Лешку, – весьма ядовито произнесла Майя. – Потрясли, допросили. Ты ему так хорошо влепила, что из него грязь потоком полилась. Охранники все засняли, натурально, взяли записи, там камера никакая, а вот голоса слышно было отлично. Еще и я добавила. Папс взлетел ракетой, позвонил Скобкину и наехал на него танком.

– Красота!

– Не то слово. Скобкин к нам приехал, я ему рассказала все, как было. Про тебя, конечно, почти ничего не сказала, я ему приврала чуток. Сказала, что ты домой шла и искала уединенные кустики, вот и свернула по дороге.

– А-а…

– Там меня увидела, вот и помогла, по-человечески. Ревела, конечно… нос до сих пор красный.

– Но результат достигнут?

– Папс доволен по уши. Чего-то он из Скобкина такое полезное вытряс. А Лешеньку отправляют в специальное заведение, на перевоспитание.

– Вот и правильно.

– Про тебя и папс спрашивал, но я пока молчу. Подождем еще денек; если все нормально утрясется, покажешься в доме.

– А надо?

– А благодарность?

Далина вздохнула:

– Ладно, покажусь.

– Вот и отлично. Косте привет, малявке – сухой попы и вкусной мамы.

Далина невольно фыркнула.

– Передам. Держись там, если что – рыдай громче.

Майя хихикнула в трубку.

– Буду. Я, правда, сначала побаивалась. Сама понимаешь, самооборона – штука сложная. Сам не заметишь, как виноват останешься. Мне-то ничего, а вот вас я могла подставить. А сейчас, похоже, все нормально будет. Скобкин сыночка любит, но Лешка так нарвался, тут и отец его может полететь, и карьеры лишиться, и вообще… Мы согласились все замять, шума не подняли, а что с сыном делать – пусть сам разбирается. Отец, конечно, проконтролирует, но старший Скобкин благодарен, а младшего убрали надолго и основательно. Так что буду рада видеть.

– И я тебя, – вежливо сказала Далина.

Рада?

Посмотрим, что дальше будет. Но у нее пока свои дела.

– Костя, денег у нас хватает, так что давай готовиться к отъезду.

– Давай. А куда едем?

– Поближе к Змеиному урочищу. Найди нам, пожалуйста, там место, на месяц-другой.

– Запросто. На какую сумму я могу рассчитывать? Что у нас вообще по деньгам?

Далина и скрывать не стала. Но общая сумма выходила весьма приличная. Умар не поскупился, плюс призовые за выигрыш, плюс ставка, которую сделали от ее имени, плюс трофеи из особняка, да и вчера из карманов у Скобкина Далина кое-что нагребла. Карточки не брала, а налички там было неплохо – так, пара минимальных окладов точно, и несколько золотых побрякушек она с поганца сняла. Цепочку с крестиком, толщиной в палец, браслет, печатку… тоже найдется, кому продать. А пока пусть полежит в запасе.

Костя подумал.

– Свое жилье нам купить не хватит, но снять – запросто. Даже на год. И пожить этот год спокойно.

– Вот садись и ищи. Чтобы нам никто не мешал. Может, деревня какая или еще что… город пока не нужен.

– Ладно. А ты что?

Ответить Далина не успела. Зазвонил телефон. Иногда она старую сим-карту вставляла, вот и сейчас решила поинтересоваться, вдруг кто важный? А всплыло это…

Надо заканчивать с этим цирком! Наверное.

Или еще чуть-чуть их помучить? За Дашку.

Далина оскалилась и приняла вызов. Драконы – мстительные.

– Слушаю.

– Даша, нам надо увидеться.

– Нина Викторовна, чего вы ко мне прицепились?

Судя по зубовному скрежету, собеседница сейчас поцарапала клыками телефон.

– Даша, ну нельзя же так! Ты мать моей внучки…

– Которую вы таковой не признали. И не собираетесь.

– Даша, ну ты же понимаешь, обстоятельства бывают разные…

– Нет, не понимаю. Для меня все просто: или вы нас признаете, или нет. Я не навязываюсь, так что идите с миром, но… да-да, именно туда.

– Не груби мне, дрянь!

– Вы ради этого звонили?

– Н-нет, – взяла себя в руки противная тетка. – Даша, это не телефонный разговор.

– Почему?

– Я все объясню при встрече. Еще раз прошу, из уважения к моему возрасту, удели мне время.

– Если требуют уважения к возрасту, значит, больше в человеке уважать нечего, – вздохнула Далина. – Ладно. Где и когда?

– Я могу через час подъехать…

– Не-не, я так свободно своим временем не располагаю. Завтра в шесть или послезавтра в два, у меня есть окно. Какое вас устроит?

– Завтра в шесть. Кафе «Взбитые сливки».

Далина поморщилась.

Она, как дракон, предпочитала мясо во всех видах, и побольше, и можно даже с кровью. А вот это все сладкое… Съесть можно, но невкусно.

– Хорошо. Я буду.

– С Василисочкой?

– Нет.

– Смотри сама. Если тебе есть, с кем ее оставить.

– Завтра в шесть. До свидания.

– До свидания, – мрачно попрощалась собеседница.

Далина отключила сотовый и подумала, что Даша была не в своем уме.

Вот это – в свекрови?

Ладно бы там был невероятно умный и красивый сын, который обожал Дашку и не спускал ее с рук! Но ведь и Вовочка кроме внешности и подлости ничем похвастаться не мог.

И смысл с этими людьми связываться?

Бежать от них надо подальше. И побыстрее.

Даша не сбежала, а Далина запросто. Или сбежит, или сожрет. И совесть ее мучить не будет.

Ардейл, замок Ланидиров

– Нам надо поговорить.

Ридола кивнула.

Надо? Сам созрел? Отлично! Она поговорит, ей несложно.

Беннет переминаться с ноги на ногу не стал, рубанул, как клинком:

– Если я отсюда уйду, могу я забрать вас с малышом?

– Куда? – чуточку удивленно поинтересовалась Ридола.

– У меня найдется куда. Драк Истанар заставил меня задуматься.

Ридола едва не съехидничала: скажите, пожалуйста, какое достижение! Драк Истанар кого хочешь и заставит, и подставит, там опыта на сорок Беннетов хватит. Но смолчала. Даже язык чуточку пожевала, чтобы не вылез, раздвоенный.

– Если раньше я был вынужден следовать за Клаусом, то сейчас у меня появился выбор.

– И?

– Я хочу его использовать. Клаус… был моим другом. Но я понимаю, что сейчас он идет в пропасть. Если я расскажу ему то, что сам узнал, он взбесится, его реакция будет непредсказуемой. Я… я не хочу рисковать.

– Правильно. Ты сам видишь, твой друг быстро скатывается в безумие… может, еще лет десять он продержится, все же сил у него хватает, но не более того. Род ему не простит. Сына-то он отдал… Он собирается к родовому алтарю?

– Пока нет, так что время у нас есть.

– Как соберется – поставь меня в известность. Надо будет подготовиться.

Беннет кивнул.

– Сделанного не исправить. И я понимаю, что Клаус может наворотить вовсе уж плохого.

– Может.

– Я успею раньше. Может, пара-тройка месяцев, чтобы вывести средства, найти для нас место и спокойно там жить… до второго представления алтарю.

– А потом?

Ридола обдумывала этот вариант. Получалось неплохо, тем более часть алтаря она может взять с собой и провести ритуал там. Об этом даже Беннету сообщать не обязательно. Главное-то что? Что и она, и ребенок, и даже алтарь будут в безопасности.

– Я смогу защитить малыша. И вас смогу. Мне хватит и денег, и связей…

– Далина хотела уехать. Не успела.

– Вы были в курсе ее планов?

Ридола вздохнула и принялась сознаваться:

– Я уже говорила, что Далина была обречена на смерть. И если бы она не пошла к алтарю сама…

– Она пошла?

– Она сказала, что жутко боится, но если все равно умирать? Чуть раньше, чуть позже… она тогда еще даже девушкой не стала.

Беннет кивнул.

В его приюте девочек не было. Мальчиков и девочек содержали по разным местам, чтобы не получить новый приплод. Драконы в юном возрасте жутко похотливы, так что особенности женского характера оставались для него тайной. Но, наверное, в десять-двенадцать лет сделать такой вывод и принять неприятное для себя решение – это серьезно.

– Даля пошла к алтарю. Я не могла пойти с ней, я просто нянька, а там она должна была остаться одна. Ее выбор, ее решение, ее право, ее ответ. Даля рассказывала, что она порезала себе руку и произнесла большую формулу очищения.

– Отречения?

– Нет, Беннет. Для начала – раскаяния и очищения. Она понимала, что, оторванная от алтаря, она может и не выжить. Даже скорее всего не выживет. Да и не так это работает. Сначала идет осознание, потом раскаяние, очищение, искупление…

– Далина все это прошла?

– Осознание проходишь и ты, нет?

– И это неприятно.

– В ее возрасте понимать, что она погибает за грехи своих предков, было еще неприятнее.

– Характер, – восхищенно протянул Беннет. И было чем восхищаться. Далина… ему нравилось в ней все. Внешность, выбор, характер, а теперь выясняется, что она была еще сильнее, еще ярче, чем думал мужчина. Потрясающая женщина!

«Клаус, предки тебя побери, ты погубил дракона, до которого тебе как до солнца!»

– Да. Будь она другой, она бы умерла уже тогда. Она пришла к алтарю, и для начала было раскаяние и очищение. И тут ей повезло. Именно в силу юного возраста во внимание было принято все. Если бы раскаивался и осознавал ее отец… ну, там я бы поставила на мгновенную смерть. Далина выжила. Ее сильно потрепало, она больше месяца отлеживалась в постели, она даже из ритуального зала выйти не смогла, мне пришлось ее выносить…

Ладно-ладно. Ритуальным залом послужила как раз родительская спальня. А чего вниз идти, если часть алтаря рядом? Но Ридолу и правда туда не пустила. Зайти она смогла только после окончания ритуала.

– Это прошло незамеченным?

– Ее отцом? Вполне. Болеет девчонка? Так она постоянно болеет, какая разница? Скажите, когда помрет, похороны устроим, вот и все.

– Скот.

– Именно поэтому в поместье Ланидиров Клауса терпят. Вас тут не любят, но старый Ланидир был такой отборной скотиной, что на любой скотобойне прошел бы вне конкурса.

Беннет хохотнул. Хотя все было чистой правдой. Кстати, еще и поэтому Клаус предпочел замок Ланидиров. В замке Дубдраганов враждебностью дышали даже стены. Пусть никто не говорил вслух, но куда денешь взгляды? Что сделаешь с тихим неприятием нового хозяина рода?

Если даже слуги, и те…

Внешне все было спокойно, а внутренне… нет, неуютно. Неприятно как-то.

Беннет это ощущал всей шкурой, Клаус – не особенно, но в замке Ланидиров и ему было уютнее.

– Искупление. Осознать беду и почистить кровь от проклятия – это только половина дела. Как ушло, так и вернулось бы, весело и радостно, дай только шанс. Отмыться всегда сложнее, чем испачкаться. А потому… Далине было назначено свое. Сейчас я уже могу рассказывать более свободно, я же вижу, что Истанар для тебя сделал.

– Да. И я буду молчать. Клянусь кровью, плотью и магией, – произнес краткую формулировку Беннет, – я никому не расскажу об этом нашем разговоре без вашего разрешения.

– Вот и отлично. Дале было поставлено условие: до ста лет она должна была родить ребенка, и этот ребенок должен был стать наследником Ланидиров.

Беннет где стоял, там и сел.

– Че-го?!

– А ты думал, все так легко и просто? Из всего рода одна Далина осознала и исправилась, прошла очищение и попросила назначить ей цену. И алтарь решил, что одна она достойна продолжать род. Старому Ланидиру он уже отзывался больше на правах отца главы рода, кровь-то одна.

– Но…

– Далина согласилась на эту цену. До своих ста лет она должна была найти дракона, причем сильного и согласного отдать первенца в род Ланидиров.

– И как она собиралась решать эту проблему?

Ридола хихикнула.

– Думаешь, среди наемников драконов мало? Нашла бы. Просто не торопилась, понимая, что ее ждет крайне неприятный разговор с отцом. Побаивалась, и это было. Тянула… вот, дождалась.

– А вроде она себя отрезала от рода? Или нет?

– Малый ритуал. После своего демарша она считалась хотя и номинальной, но главой рода. Но объявить это отцу?

Беннет аж воздухом подавился от такой перспективы.

– Малый ритуал отсечения проводят, если глава рода по каким-то причинам не может сам выполнять все нужные ритуалы. К примеру, в отъезде, не может вернуться, поэтому я достала Далечке кровь ее отца, и девочка ритуалом отдала ему обязанности. И права, конечно, тоже.

– По этой причине алтарь и отзывался ему так плохо? Он просто заместитель?

– Да.

– И поэтому Клаусу было легко его одолеть, поэтому у старших сыновей не было детей… какой же я дурак!

– Не ты один. Тебе легче станет?

– Нет. Но я все равно дурак.

Ридола пожала плечами.

Как говорится, из уважения к вашей дурости, не смею противоречить вашей милости. Или не так? Неважно!

– А потом? С Клаусом?

– Далина планировала искать дракона и рожать ребенка. А тут… сам пришел.

Беннет хлопнул себя по лбу.

– Слов нет!

– Они заключили брачный договор.

– Но Клаус же потребовал подчинения?

Ридола фыркнула:

– Дорогой драк, родовые кодексы, конечно, должны находиться внутри рода! Но! За столько лет черные с красными между собой давно породнились, и наверняка у Дубдраганов в библиотеке есть что-то о Ланидирах. А у Ланидиров есть свое. Думаешь, Далина ничего не знала о вашем кодексе рода?

– Знала?

– Несомненно. И про запрет на отдачу детей в другой род – тоже. То есть не всех детей, девочек можно выдавать замуж, да и мальчики могут уйти в другой род, но первенец, да еще главы рода? Строгий запрет! Да и клятвы бывают разные.

– Разные?

– Как желток в яйце. Одно-, двух-, трехслойные. Скажем, если читать всю клятву, она брачная. Если читать каждое шестое слово, она подчиненная. Или наоборот… Кто мешал Далине дать свой вариант клятвы? Длинный, муторный…

– Ну да. Клаус признавался, что чуть не сдох со скуки, пока Далина все зачитала над алтарем. Еще и со свитком сверялась.

– Вот. А слушать все это внимательно он и не пытался. На то и рассчитано, на дракона, у которого сил много, а ума намного меньше.

– Ну…

– На словах Далина согласилась на подчиненный брак. Но на самом деле он был практически равноправный, только вот она не могла убить мужа. И вредить ему тоже. А он мог. Эти два пункта Клаус сам внес.

– Их он требовал строго. И то Далина извернулась: убить ее он мог, а причинять боль или наносить увечья – нет.

– Всю остальную клятву Далина взяла сама, и не с потолка. Там именно клятва в клятве… она получила что хотела. Ребенка от сильного дракона. А личные чувства тут значения не имели. Дал слово – держись, хоть об скалу расшибись. Помнишь?

– Помню.

– Вот она и держалась как могла. Сделала ребенка, выносила, родила, провела первый ритуал.

– И умерла.

Ридола кивнула.

– Она просто немного не успела. Клаус ударил первым.

– Не прощу его за это. Но получается, малыш – глава рода и последний из Ланидиров?

– Так и получается.

Беннет подергал себя за хвост черных волос.

– Тогда нам точно надо бежать. Драка Ридола, вы согласны? Сам я с малышом не справлюсь.

Ридола хихикнула.

– Согласна ли я на побег с романтическим красавцем? Безусловно! Эх, вспомню молодость лихую!

Драконы переглянулись и рассмеялись.

Россия, наши дни

– Добрый вечер, Даша. Что ты с собой сделала? Какой ужас! Красные волосы!

Далина язвительно фыркнула.

– Добрый вечер, Нина Викторовна. Как ваше здоровье? Мое вот в порядке. Рада вас видеть, а вы меня?

Женщина скривила губы, понимая, что ее сейчас поставили на место.

– Тебе этот цвет не к лицу. Он слишком вульгарный.

– Вы меня за этим звали? Свое мнение высказать?

Если Даша и терпела, пока ей прохаживались по нервам, то Далина не собиралась терпеть ни минуты, вот еще не хватало!

– Нет. – Женщина явственно злилась. Ах, как бы она отчитала эту молодую выскочку! Как бы она сейчас поставила ее на место. Но… придется потерпеть. Недолго.

– Даша, давай поговорим как взрослые люди. Володе не нужна слава отца, который бросил своего ребенка.

– Ему и я не нужна, и ребенок. И что дальше?

– Я рада, что ты это понимаешь. Он только-только жить начинает.

– Чего уж тут непонятного? – согласилась Далина. И жестко припечатала: – И начал как подлец, и продолжит мерзавцем, и кончит плохо.

– Шта-а-а? – От возмущения, что кто-то посмел обидеть ее сыночка, Нина Викторовна аж воздухом подавилась. – Да как ты смеешь?!

– Правду говорить? Словами через рот. Попробуйте, вдруг получится. – Далина сверкнула глазами, уже не прячась за маски. – Ваш сын поступил как подлец. Соблазнял неопытную влюбленную девчонку и не думал ни о чем. Только о своем удовольствии и своих хотелках. Хоть на презервативы бы заработал, но нет! Авось обойдется? Не обошлось. С чем его и поздравляю.

– Это просто неосторожность.

– Нет, – качнула головой Далина. – Это пренебрежение. Ему просто было наплевать и на меня, и на возможные последствия. Он был уверен, что как-нибудь да разгребется. Он сделал подлость и сейчас не хочет отвечать за свои поступки.

– Подлость?!

– Как иначе это назвать?

– Сама должна была предохраняться. Вовочка сказал мне, что ты хотела залететь!

– Не надо передергивать. Я хотела семью, любимого и любящего мужа, ребенка – это естественно для каждой женщины. И хотела ее с вашим сыном. А он? Он мне хоть раз сказал правду? «Дашка, ты мне на время, попользоваться… так что без обязательств и надежд».

– Наверняка он намекал.

– Скажи он это прямо, я бы выкинула его в окно. А ему хотелось удовольствия без обязательств. И без денег, да… сам же он ничего не зарабатывает. Или начал?

– Не твое дело.

– Почему же? Алименты – дело такое, общее.

– Да ты…

– Да, я подам на алименты.

Далине вообще было плевать на деньги. Но если в этом мире так принято… Да и неприятно ей было. Для драконов дети – самое важное. А тут вот так? Наплодил и бросил, как щенка под забором? Нет уж! Пусть получит по морде сейчас, может, потом будет вести себя поприличнее. В другое время, с другой женщиной, с другим ребенком. Со своими Далина разберется, но она-то дракон! А остальные?

– Еще алименты тебе?!

– Почему нет? Ребенок – это не просто слово, это еще и одежда, пища, крыша над головой, воспитание и образование. И если ваш сын не готов быть отцом, пусть будет хотя бы кошельком.

– Всегда знала, что ты подлая и меркантильная особа.

– Я его силком затащила?

– Сука не захочет, кобель не вскочит!

– Так ведь и кобелям алиментных щенков выдают. Нет?

– Ты что – своего ребенка хочешь на нас спихнуть?

– Нет. – Далина потерла переносицу. Разговор стал ей надоедать. – Хочу я алименты. А вот чего вы от меня хотите – непонятно.

– У меня к тебе предложение. Обдумай его, потому что лучшего ты не получишь.

– Слушаю?

– Даша, здравствуй.

Володя подошел незаметно. Ну почти. Для человека. Далина его уже пару минут как слышала, да и запах… Неприятно пахло. Кажется, у него что-то не в порядке. От здорового человека так пахнуть не должно.

– Здравствуй, – обернулась она. – Группа поддержки?

– Дашка, ну давай серьезно! Не хочу я это ярмо на шею!

– А развлекаться хотел?

– Мы с мамой предлагаем тебе компенсацию.

– Какую?

– Вот смотри, у мамы есть комната. Если прикинуть, это как раз та сумма, которую я тебе могу выплатить до совершеннолетия малышки. Или не выплатить.

– Есть. И что?

– Мама может написать завещание на твою дочь.

– Нашу, Вовочка, нашу.

– Я ее не признавал. Просто хочу время сэкономить.

– И силы. Дочь-то твоя. Любой суд это рано или поздно признает.

– Так ты не против?

– Против, – пожала плечами Далина. – Завещание можно переписать еще сорок раз, а вот отказ от отцовства – нет.

– Мама не будет его переписывать. Она тебе честное слово даст.

Издевательский хохот Далина и сдерживать не пыталась. Честное слово! Предок-дракон, как это… мило! Ее правда идиоткой считают?

– Че-го?

– Ты что – мне не веришь?

Нина Викторовна продолжила делать оскорбленное лицо. Только вот Далина все это слушать не собиралась.

– Не верю. Еще варианты?

– Ну…

– Можете написать дарственную на мою дочь. Вот прямо сейчас. Тогда я откажусь от алиментов, могу официально.

– Дарственную? А я на улице останусь?

Далина пожала плечами.

– Мне ваша хибара не нужна. А дочь… Пусть у нее что-то от папочки будет, не только глаза.

И протянула руку к чашке с кофе. Взяла, поднесла к губам. Как вкусно пахнет… Минутку? А чем это пахнет?

Далина принюхалась тщательнее.

Человек не уловил бы разницы, а вот она… Сквозь восхитительный запах кофе (на Ардейле его нет, а это оказалась такая прелесть; Далина уже жизни без кофе не представляла) пробивался тонкий аромат лекарственного средства.

– Та-ак…

Опять же, не будь Далина драконом, не успела бы она убрать руку, по которой резко ударил Вова. А так его взмах закончился на ребре стола, и парень взвыл.

– Уй!

– Вовочка! Ручка?! – подхватилась его мамаша.

– Официант! – рявкнула Далина.

Рявк вышел отличный, ждать не пришлось. Мигом подлетел!

– Что случилось?

– У вас есть чистая пустая бутылка? Мне нужно перелить вот этот кофе, поставить дату и подписи. Подозреваю, что в бутылке появилась не предусмотренная поваром примесь. Что там, Нина Викторовна? Какое лекарство?

– Ле… ле…

– Скорее всего, что-то сердечное. Или сосудистое, чтобы мне потом плохо стало. Есть ведь такие! Я бы ушла и свалилась… А что бы с вашей внучкой стало, вам наплевать? Да?!

– Да ничего бы с ней не случилось, – процедила Любавина. – Не померла бы! Ты ж ее не одну оставила!

– Это, конечно, меняет дело, – сощурилась Далина. – Спасибо, молодой человек. У вас запись идет?

– Да.

– И запись, пожалуйста, тоже.

– Я сейчас главного приглашу…

– Да, будьте любезны.

– Ты ничего не докажешь! – оскалилась мерзкая тетка.

– Следователь докажет.

– Ты…

Далина пожала плечами.

– Я даю вам последний шанс. Полицию вызывать сейчас не буду. – Это и ей было невыгодно, если про Костю вспомнить, и вообще, лучше бы лишний раз не попадаться. – Но все это сохраню. Вы меня поняли?

Нина Викторовна поднялась из-за стола.

– Я тебе честную сделку предлагала.

– Моему трупу?

– Ничего бы с тобой не случилось, максимум гипертонический криз.

– Это вы потом на суде расскажете.

– Добрый день. Мое имя Евгений Петрович, я администратор…

Любавины зло поглядели на Далину и ушли. А что им еще оставалось?

Бутылку Далина сохранила. И запись взяла. Хотя ей проще было этих двоих так прибить, чем в суд идти… Какие ж мерзкие людишки бывают! До тошноты просто!

Костя за голову схватился, когда увидел бутылку и узнал, что в ней плещется.

– Даль, ты уверена?

– Костя, человек был бы уже мертв. Просто не учуял бы запаха, выпил гадость, а потом в подворотне или в троллейбусе… да неважно! Свались я на улице – кто оказал бы мне помощь?

Костя только вздохнул.

– Даль, у нас с этим плохо. Вызвали бы скорую, конечно, но пока приедут, пока разберутся… у нас учительница постоянно ворчала, что не тому в школах учат. Надо на ОБЖ не фигней страдать, а, к примеру, первую медицинскую помощь учиться оказывать, знать, какие лекарства дать… ну, хоть на самом элементарном уровне, но этого просто нет.

– Не мне осуждать. У нас, у драконов, тоже много чего нет. У вас над этим хоть работают, а у нас половина людей даже грамоту не знает. А драконы начинают забывать про магию рода. Считают, что если большие, летучие и огнедышащие, то им этого на всю жизнь хватит.

– У нас до революции тоже почти все неграмотные были. Это уж потом люди своей волей учились, в три смены. А сейчас… дали бы мне возможность, я бы и сам впахивал! Но бесплатное у нас только на словах, а на деле есть родные, знакомые, родные знакомых и знакомые родных. И часть мест выбирают еще до поступления, просто не говорят об этом.

– Так везде, – ответила Далина. – Миры разные, а люди, драконы… мы все хотим лучшего для своих и нам безразличны чужие. Можно это прикрывать любыми словами, но суть не меняется.

Костя кивнул и вернулся к насущному. Чего тут философствовать? До поступления еще четыре года минимум!

– Значит, отравить хотели. Вот уроды!

– Пригласили ради этого, как я понимаю, – вздохнула Далина. – Слушай, ну чего их разбирает?

– Они строят планы из расчета, что ты будешь рядом и чего-то требовать. Те же алименты… Знаешь, как у нас говорят? Ложки найдутся, а осадок останется.

– Ложки?

Костя задумался.

– Смысл в том, что какая-то пакость в его прошлом была, пятно, а виноват он или нет, теперь не узнаешь. И не отмоешься.

– Ага. Но пятно и правда есть.

– Нет тебя – нет пятна. Ваську на усыновление, тебя на кладбище, Вовочка свободен и счастлив. Особенно если с мамашкой переедут куда…

– Костя, мы главного не знаем. Зачем им это?

Костя вздохнул и достал телефон.

– Ладно… попробуем.

И принялся тыкать в кнопочки.

– Добрый день. Баб Варь, это я, Костя. Ну, Свиридов, из восьмой квартиры.

– Костя? – Телефон был поставлен на громкую связь, так что Далина даже не прислушивалась. Бабка и так орала не хуже пароходной сирены. – Костенька, сынок, да куда ж ты пропал?

– Баб Варь, ты ж видела, участковый и все такое.

– Да видела. Костенька, это ж ужас…

– Ужас в детдоме будет, вот там я точно не выживу. А пока вроде справляюсь. Есть у меня друзья, ну и так, подработать удается.

– Ой, Костя! Тут же… я ж тебе не рассказала! Убийцу твоей мамки нашли!

– И кто ее?

– Собутыльник… сам не помнит, что и как. Кается, ревет теперь… а что толку? Человека-то не вернуть! Все они так – не знаешь, когда перемкнет, но что беда будет – точно.

Костя только вздохнул. Совершенно не по-детски, и у Далины сердце защемило. Да, этот мальчишка стал ей родным, близким… и плевать, что он человек! Драконы – не люди, что ли?

У него не было детства.

Не должны дети вот так смотреть и говорить тоже не должны!

– Однажды этим должно было кончиться. Но мне все равно нельзя в детдом, баб Варь, не смогу я там. Сил не хватит!

– Ох, Костя, я б тебя к себе взяла, да не отдадут старухе-то…

– Знаю, баб Варь, вот и не полез. Ты уж прости, что помогать не смогу, мне там появляться и нельзя, наверное. Приду, точно кто участковому стукнет, и конец мне.

– Костенька, ты учти, если что – ты мне и позвонить можешь, и переночевать прийти, я-то промолчу.

– Спасибо тебе, баб Варь. Я просто подставлять тебя не хочу. Сама знаешь, та же Любавина, она точно стукнет! Такая гадина! Надо бы ей окна перебить, да только ради этого приходить не хочется!

– Что гадина, то да, – вздохнула в трубке собеседница. – Только скоро уж окна бить будет некому.

– Что, сдохнет?

– Нет. Продает квартирку. Довольная ходит… Ее Вовка вроде как жениться собрался.

– На Дашке?

– Что ты, Костя! Какая там Дашка! Вроде где он служил, там у командира части дочка, Лизавета, вот на ней. А уж отец ему и по службе обещал похлопотать, и квартирку выбить, и мамашка с сыночком намыливается. Собирается свою хибару продать, а там уж, поближе к сыну, купить себе чего. Авось и та родня поможет, лишь бы Нинка к молодым не лезла.

– Я бы точно помог. Купил ей комнату в Антарктиде. Даже две. И стадо пингвинов. Вот девки дуры! Что Дашка на него повелась, что вот эта теперь? Куда они смотрят-то?

Бабушка невесело рассмеялась.

– Костя, это ж дело такое… Вовка, стервец, симпатичный, того не отнять. А что гнилой весь, что мерзкий он человечишка, так кто это сразу увидит? Это у нас он на глазах рос, мы его как облупленного знаем! А в армии-то он служил не так долго и старался себя показать. Он сможет, если короткое время притворяться, потом-то рыло все одно выползет.

– Думаете, там не распознали?

– Могли сразу и не заметить, он подольститься умеет, этого у поганца не отнять. Когда ему что нужно – бисером рассыплется. И его мамашка такая же, хоть ты ее вместо сахара добавляй, все слипнется!

– Ну, может быть. А Дашка как же?

– А что – Дашка? Мало ли от кого она девку нагуляла?

– Баб Варь, ты чего?

– Костя, это Нинка кругом так голосит. Что прижила Дашка девку невесть от кого, а на ее сына повесить хочет. Сам понимаешь, у нас ей хоть и не верят, а слушают. И подпевал у нее хватает, подтявкнут где надо.

– Понятно. Вот дрянь, а?

– Костя, ты хоть кушаешь досыта? Теплая одежда у тебя есть? Тебя ни во что противозаконное не втянули?

Костя послушно отвечал, минут через пятнадцать закончил разговор, пообещал зайти, если что, и смущенно посмотрел на Далину.

– Вот.

– Чего – вот?

– Вы с баб Варей не особо ладили, она тебя дурой считала.

– Дашу-то? Было за что. Так что ты понял такого, чего не поняла я?

– Хм… Даль, а у драконов как с добрачными детьми?

– Костя, у нас тоже по-разному. Если дракон и драконица, чаще всего ребенок остается или в роду матери, или в роду отца. Если полукровка, то обычно это приют. Таких детей не приносят к алтарю просто потому, что они могут пойти в другую линию. Не стать драконами. Не унаследовать нашу магию.

– А у драконов может быть с людьми?

– Может. И потомство может быть, таких случаев достаточно много. Правда, драконами становятся не все. Грустно это…

Костя увидел, как помрачнела драконица, и поспешил вмешаться:

– Даль, а у нас немного не так. Если женщина до брака нагуляла, это… ну, нехорошо. Раньше к этому вообще плохо относились, сейчас спокойнее, но плюсов к репутации не добавляет.

– Так. А мужчина?

– А вот тут и начинается наше интересненькое. Ты не поняла? Вовка собирается выгодно жениться. И у девушки есть полезная родня.

– И что?

– Если он поступил вот так с Дашкой, то как он поступит с женой, когда та перестанет быть ему полезна? Доходит?

Далина встряхнулась, привычно размяла плечи. Крылья она пока могла выпустить только призрачные, но жест-то никуда не делся!

– Ага. Дай соображу! Если у меня есть ребенок, я подаю на алименты и устраиваю скандал, то рушится Вовочкина репутация. Даже если свадьба и не сорвется, имидж я ему изрядно подпорчу. Так?

– Молодец, соображаешь.

– Я просто не знаю ваших законов и обычаев, но я же не дура, – вздохнула Далина. – И если бы я подписала отказ… он имеет обратную силу?

– Настолько хорошо я законы не знаю. Но подозреваю: ты пишешь, что Вовочка не папа, результаты теста Любавины подделают, а потом тебе еще никто и не поверит. Выставят гулящей девкой.

– Ага. И Любавин чист, как первый снег. – Далина задумалась. – Смысл я поняла, Костя. Если бы я подписала, я бы им сильно упростила жизнь. А я заартачилась.

– Может, кстати, и те неприятности Нинка организовала, чтобы ты поддалась. И Курбаша… почему нет? Вовка с ним договориться мог, они не кореша, но друг друга знают, общались. Или мамашка его?

Далина вспомнила нападения на себя, подумала, может ли за ними стоять Любавина? Да запросто! Злобы и дури хватит!

– Это уж вовсе подлость.

– Кто сказал, что так не бывает?

Далина и спорить не стала.

– И так бывает, и еще не так бывает. Делать-то нам с этим что?

– Ну… зависит от того, что ты сама хочешь.

– Чтобы мне не мешали.

– А ты не думала узнать, кто там Вовочкиным родственником хочет быть? Возьми да и отправь ему все сведения. И про дочку, и про себя… то есть про Дашку.

– А как?

– В наше время интернета возможно все.

Далина задумалась. А потом махнула рукой.

– Костя, оно того не стоит. Бегать, искать, разбираться… Убытков больше будет. Еще поверят – не поверят, проверят – не проверят, ты точно засветишься. Лучше оставить все как есть. Мы с тобой все равно уезжать собираемся. Если все сложится, квартиру надо будет искать в том городе, который поближе к проходу, там нас Любавины точно не достанут. И пусть живут, и ходят, и оглядываются. Ребенку я все расскажу честно, тогда и решим, что с мерзавчиками делать.

– Ну… может, и так правильно. Под топором жить тяжко.

– А они под ним будут постоянно. И поделом. Ладно, хвост с ними, мне пора снова собираться в гости. Майя звонила, приглашала. Ее отец решил со мной встретиться.

Ардейл, замок Ланидиров

Рассина смотрела на Беннета. Смотрела, даже облизывалась… пока про себя. Но интересно же!

«Вот дурачок! Цветы принес на могилку к Далине Ланидир! Любил, что ли?»

Женщине было попросту скучно.

А чем ей еще заниматься прямо здесь и сейчас? Клаус медленно, но верно подгребал под себя клан алых, а это много, очень много, ужасно много скучной работы. Бумаги, финансы, оборотные средства, связи, долги и обязательства…

Рассина тоже во все это вникала, но не так сильно, как Клаус. Не могла ведь она с ним сидеть? Она сейчас с другой стороны заходила – подминала под себя женщин в клане, слушала сплетни, кто с кем, кому и что… Это не менее важно, чем счета! Хотя и до них дело дойдет, но потом, чуть позднее, и так, чтобы Клаус не заметил. Мужчин не надо настораживать. Мужчина должен быть свято уверен, что она нежная, беспомощная, глупенькая и без него пропадет. Тогда с ним намного проще работать. Клаус так и считал. Уговаривал ее, как маленькую, дарил сладости и драгоценности, ничего для нее не жалел, но это – Клаус. Сейчас он был очень занят, и это продлится не год, не два, это на десятки лет. Даже при наличии правильного сына это долго и муторно. А чем заниматься Рассине? Только внутриклановыми интригами? Она начала, но этого мало!

Норберт? Это так, легкое развлечение. А вот если Беннет поддастся на ее чары, он будет намного полезнее алого дракона. Рассина знала: он дал клятву Клаусу, но можно же и так, не нарушая клятвы. Допустим, Беннет влюбится, но Рассина ему ничего лишнего не позволит, тогда и клятва не нарушена, и дракон получится к ней привязан!

Надо, надо попробовать! Вот как с Далиной!

Рассина точно знала: у Беннета с ней ничего не было. Дракон только смотрел, и то издали, но цветы-то он ей носит? А что такого делала Далина Ланидир? Она же обязана была что-то сделать, чтобы эти два самца так к ней прикипели! Ее уж нет, а эти двое, что Норберт, что Беннет, о ней говорить спокойно не могут! Клаус этого не видел, да ему и не слишком интересно было. Любовь?

Клаус в нее вообще плохо верил. Рассина для него была любимая игрушка, а вот настоящая любовь…

Рассина в нее тоже не верила, если честно.

Эх, неприятно признавать, но Клаус Рассине не то что цветочка не принес бы, он о любовнице через два дня забыл бы. А эти – идут. Сами, добровольно… Никто их не заставлял, не принуждал, но это же не просто так произошло. Что-то Далина делала? Да или нет? Или это у всех красных?

Не понять. Но Клаус-то не поддался? Или Рассина опять ошибается? Если так подумать, Далина смогла выторговать себе самые выгодные условия из возможных. Она умерла, но… она бы все равно умерла. А так ее род в выигрыше, и она чиста перед родом, и Клаус ее практически не унижал, они друг друга ненавидели, но руку он на жену не поднимал никогда. А вот Рассине доставалось иногда. Потом дракон извинялся, дарил побрякушки, но сам факт! Это было!

Как Далина все это смогла сделать? Рассина не знала, но она разберется, обязательно разберется, дайте ей только время. И Норберта. И Беннета.

Ей хотелось стереть всю память о Далине Ланидир. Словно и не было никогда мерзавки. Но получится ли?

Она будет пробовать.

Первый раз Рассина отловила Беннета в коридоре. И надо же, какая неудача! Подвернулась нога, отломился каблучок, и припала красавица к груди черного дракона, глядя на него с такой надеждой, что даже бревно – и то дрогнуло бы.

– Капитан… пожалуйста!

Беннет хоть и мечтал пристроить Рассину куда-нибудь под землю, но до покоев ее донес честь по чести. И служанкам передал. И вышел. И как же ему противно потом было!

Второй раз Рассина подстроила встречу в саду. А что? Романтика осени, очаровательная женщина на фоне увядающей природы, алое платье, и надо же! Какой кошмар, какой конфуз!

Ветер летучий, куст колючий, зацепилось платье так, что Рассине самой не справиться! А в драном платье по замку разгуливать нехорошо, а служанок звать, так это смеха будет! Но вы, капитан, не оставите бедную женщину без помощи?

Не оставил.

Отцепил кое-как, не порвав платье, и ретировался.

Третий подход Рассиной был задуман уже в малой гостиной, в которой Беннет регулярно посиживал с книгой и бокалом вина. Клаус знал, но не препятствовал. Каждый расслабляется как пожелает. У него Рассина, у Беннета книга… и что?

Рассина влетела так, словно за ней все драконьи предки гнались, глаза заплаканные, отчаянные, дверью хлопнула, заперлась, на диван кинулась – и только тут обнаружила Беннета. И полилось!

Ах, как она несчастна! Клаус… он такой ужасный, кошмарный, грубый, тиран и деспот, руки распускает, не любит, не уважает…

Рассина страдала! Красиво, изящно, с бледным лицом и заплаканными глазами, с заламыванием рук и глубокими вздохами, от которых так красиво поднимается грудь… «Ну, пожалей ты женщину, чурбан безмозглый!!! Ты что – не видишь, как я стараюсь?!»

Беннет видел. И не мешал, даже не собирался. Честно посмотрел весь спектакль, выслушал все, что хотела сказать Рассина, а когда та устала и начала повторяться, захлопнул книгу и пошел к двери.

Рассина аж рот открыла от такой наглости.

– Капитан!

Беннет обернулся уже на пороге.

– Что, драка?

– Вы… вы ничего не скажете?

Не удержался. А кто бы на его месте смог промолчать? Само на язык прыгнуло!

– Я чужие объедки не подбираю, драка.

И дверью хлопнул.

Рассина несколько секунд просто поверить не могла в услышанное. Это ж… он же…

Мало того, что не поверил, так и ее низвел до положения солдатской шлюхи?! Да куда ж мир катится? Как это вообще возможно?! Драконица взвыла в бессильной злобе. Вот наверняка, окажись тут Далина Ланидир, было бы совсем иначе! Тогда тебя, гада, чужие объедки не смущали бы, тогда ты смотрел бы так, что стены плавились!

«Но что, что не так?! Что неправильно?!»

Не-ет, это не тот вопрос. Тот: «Как ты смел, негодяй, мерзавец, подлец?! Я ж тебя за это…»

Пока пострадала только обивка дивана, но и сам Беннет оказался в опасности… теперь это было вопросом времени. Рассина прощать не собиралась. Надо только придумать, какую гадость сделать негодяю! «Погоди ж ты у меня!»

Объедки?

Гррр!

Глава 10

Россия, наши дни

– Здравствуйте, Дарья Валентиновна.

– Здравствуйте, Максим Сергеевич, – вежливо отзеркалила Далина.

– Дочь рассказала мне о вашей помощи.

Майя сияла собственным светом. Далина вздохнула.

– Помилуйте, ну какая там помощь? Поставить на место обнаглевшего хама!

– Не преуменьшайте своих заслуг, – лязгнул металл в голосе хозяина дома.

Далина пожала плечами.

– Я не преуменьшаю. Но и вы поймите правильно, Максим Сергеевич. Для меня это труда не стоило, равно как для вас – помочь какому-нибудь больному ребенку.

Максим Сергеевич сощурился.

Ну да, его фирма помогала. Правда, интересно так. Он никому не верил, а отправлял своего секретаря в онкодиспансер, и тот брал там штук пять дел на детей. Максим Сергеевич сам читал, сам выбирал, сам созванивался с родителями, сам оплачивал ребенку курс лечения. До выздоровления.

Бывало, конечно, и не до выздоровления. На то и онкология, увы.

Делал это Максим Сергеевич втихаря, славы не искал, известности не просил, с родителями связывался на условиях строгой тайны… Всем он помочь физически не мог и оставлял за собой свободу выбора.

– Откуда вы узнали?

Далина пожала плечами.

– Справки навела.

Не говорить же ему, что одна из медсестер онкодиспансера живет в тех же барачных домах? Правда, у них с мужем мозгов побольше, они три квартиры выкупили, сделали себе маленький анклав… неплохо получилось. Воду провели, биотуалет поставили. Вот она и рассказывала по большому секрету. Костя потом припомнил…

Взгляд мужчины стал более заинтересованным.

– Допустим. Тогда вы понимаете, что я не могу себе позволить быть неблагодарным. Вы можете просить, что захотите. Квартиру, машину… что именно вам нужно?

Далина задумалась.

Квартира, машина… Это все материальные вопросы. Может она попросить помощи с Костей? Нет, вряд ли. В явный криминал этот мужчина не полезет, а если и получится так, она окажется у него на крючке. Да и остальное просить – тоже подумать надо.

Наживка, подсечка, сковородка – ряд короткий.

Рыбачить Далина не умела, разве что по-своему, по-драконьи, в истинной форме погонять акул в океане, но в сути вопроса разбиралась. Вот так прими что-то… а потом отказать не сможешь. Наверняка подарочек будет с крючком. Человек такой. И уровень.

Так что драконица мило улыбнулась.

– Кое-чем вы мне можете помочь, – согласилась она, глядя на отца Майи.

– И чем же?

– У меня есть несколько золотых вещиц. Достались от покойного дяди… я бы хотела их продать, но честную цену мне не дадут. А то и попытаются отнять силой. А если вы поможете, порекомендуете хорошего ювелира, к примеру…

– Хм…

Мужчина посмотрел в честные и искренние глаза Далины.

Что ж, может быть и такое.

Золото – это хорошее вложение денег, все верно. Но мало кто задумывается, что продать его достаточно сложно. Куда идти? На рынок, к сомнительным типам, которые стоят и бубнят: «Телефон, золото, доллар»? В ломбард? А насколько честную цену там дадут? И потом не ограбят?

Про банки скромно не упоминаем, туда только со слитками приходи. А у нас часто слитки золота продаются или покупаются? Обычно человек идет в магазин да и приобретает колечко или цепочку. А тут еще вопрос пробы. Если плохо разбираешься, тебя и на этом нагреют.

Деньги она тоже взяла в том доме, но не так, чтобы очень много. Разве что на квартирку хватит, и то не самую лучшую.

Прогресс, все деньги на карточках хранят. А им еще жить на что-то надо, да и вообще, зачем ей эти украшения? Опознает еще кто…

– Можете завтра принести мне что у вас есть. Я посмотрю и посоветую знакомого ювелира. Или завтра к нему съездим вместе.

– Спасибо вам большое, – искренне сказала Далина.

– Не за что. И давайте я вас с женой познакомлю, она вас тоже поблагодарить хотела за Майю. Вот ведь… казался приличным парнем, а что вылезло!

– Свинячье рыло, – коротко высказалась Далина. – Но это и в лучших семьях бывает.

Если ее решили и с женой познакомить, это серьезно. Значит, оценили и допускают в семью.

Кстати, жена у Максима Сергеевича оказалась пухленькой блондинкой глубоко за сорок лет. Еще в школе встречаться начали, потом поженились и вот не расстаются. Детей вырастили, внуков ждут. Красота, да и только.

Далина решила, что с удовольствием пообщается с новыми людьми. Надо же ей учиться? Останется она в этом городе или нет, неизвестно, но знакомства всегда пригодятся.

Квартиру, кстати, надо купить, но где? И Косте новые документы нужны. Но с этим Далина еще подумает, к кому обращаться. Пока нужно продать трофейное золотишко.

Золотом Майя не заинтересовалась. А вот Далиной…

– А ты мне можешь что-нибудь такое показать? Чтобы удар – и готово?

Далина качнула головой.

– Лучше всего не попадать в такие ситуации. Ты не сможешь ударить, ты просто побоишься первой причинить вред.

– Но тогда я могла бы…

Далина не стала спорить. Не могла бы, не тот тип характера, но Майе этого не объяснишь. А потому…

– Могу несколько точек показать – чтобы ты могла вырваться и сбежать. Хочешь?

– Хочу! Тогда завтра и попробуем?

Далина кивнула.

Ладно уж. Пусть пока порезвится девушка. Далина ей покажет что-нибудь не слишком опасное. И строго предупредит, что это не волшебный рецепт. Просто надо быть осторожной. И думать, думать… Лучшее средство от всех проблем – мозги! Хотя кто бы говорил. Сама-то как вляпалась!

– Только я скоро уеду, наверное. Надо.

– В отпуск?

– Может, переселюсь в другой город.

Майю это не остановило.

Другой город? И что! Есть интернет, есть видеосвязь, есть поезда и самолеты! А вот подруг, которым плевать на ее деньги и статус, – мало. Может, человека три-четыре. И если еще одна нашлась…

Надо ценить и беречь!

Ардейл, замок Ланидиров

Рассина кипела от гнева и ярости. Только вот кипи не кипи, а наружу вырывалось лишь возмущенное клокотание.

Она всю душу открыла! Она так старалась! Рыдала! К груди припадала, глазами хлопала и что получила?!

Объедки?

Да за одно это слово – перекинулась бы и загрызла. Увы, не с Беннетом. В случае с черным драконом заранее было ясно, кто кого загрызет. Она не справится.

Норберт? Это если посмеяться, представив библиотекаря и Беннета, воина, который жизни не мыслит без тренировок… точно не получится.

А вот Клаус мог бы и убить негодяя.

Но – не захочет. А как сделать, чтобы захотел?

Клаус Беннету полностью доверяет, еще со времени их совместного прошлого в интернате. Лупит его, конечно, в чем-то презирает за глупость и недальновидность, но доверяет целиком и полностью.

Вариант с изменой Рассина отмела сразу, ведь и ей достанется. Рисковать своим положением она не была готова. А какие еще возможности? На чем можно подставить черного дракона? Если он связан клятвой и органически не способен плести интриги против своего хозяина. Его тогда своя же магия предаст.

Но вдруг клятву можно как-то обойти? Это Клаус был достаточно безграмотным, а Рассина родовые кодексы читала. И кодекс своего рода, и выдержки из других, которые удалось узнать и записать. Она отлично знала, что клятвы бывают многослойные, что важно каждое слово, что… алые могли снимать клятвы!!!

А ведь и правда!

Рассина перестала метаться по своим покоям и шипеть и с размаху шлепнулась в кресло. То скрипнуло, но устояло. Чай, не первая встревоженная зад… то есть драка в него падает. И не последняя.

Если сложить все вместе…

Беннет был влюблен в Далину Ланидир. Далина могла с него снять клятву Клаусу? Преспокойно! Почему они не сбежали?

Но свою-то брачную клятву она обойти никак не могла, ее отменяла только смерть. Почему Беннет не устранил Клауса? А может, не успели? И вроде как пока женщина носит ребенка, она не может проводить энергозатратные ритуалы. А то выкидыш будет…

Что-то Далина, конечно, делала, но это и у синих практиковалось. Беременных регулярно водили к алтарю. Глава рода старался, чтобы было побольше сильных драконов. Это нормально.

А могли они с Беннетом после родов… Допустим, Далина сняла с него клятвы, но больше ничего не успела. Беннет остался и теперь злоумышляет против Клауса.

Теоретически так могло быть. Практически – Клаус, как и любой здравомыслящий дракон, попросит доказательства. Такому на слово не верят. Даже если анонимку написать, все равно не поверит. И разорванные клятвы сразу чувствуются… Это не пойдет! Тут тоньше нужно, изящнее…

Рассина задумалась.

Как подставить дракона? Как инсценировать его участие в заговоре?

Никак.

Нет, это не ответ! Наверняка есть кто-то… какой род шел следующим за Ланидирами? Тандилары?

Вот их и можно использовать! Если правильно все сделать, Рассина и Беннета устранит, и от Тандиларов избавится. Не жалко ей красных драконов. А чего их жалеть?

И для начала надо понаблюдать за Беннетом. Может, он с кем-то встречается, общается. Ну хоть какой-то компромат!

А там уж Рассина развернется!

«Погоди, мерзавец, ты еще поплатишься за свое поведение!»

Беннет планировал тщательно.

Да, может, Клаус и отправится в ближайшее время к алтарю. А может, и нет. И кто сказал, что, получив обратку от алтаря, он станет недееспособен? По-разному бывает.

К примеру, бесплодие. Это же последствие?

Безумие.

Или просто Клаус не сможет стать драконом… только вот убить он все равно сможет. Значит, Беннет должен удрать подальше, так, чтобы Клаус его достать не смог – сразу. И с Истанаром поговорить…

Ослабить клятвы настолько, чтобы сразу по Беннету не ударило, а потом…

Нет Клауса – нет клятвы.

Что самое забавное, Клаус же никак не оговорил посмертную верность или верность его потомкам, преемникам. Не подумал? И сейчас не думает. Вот и отлично, пусть чуть-чуть потерпит, а потом Беннета и с собаками не найдут.

Нужны деньги.

Нужны документы.

Хорошо еще, донести и ребенка, и Ридолу Беннет может сам. Но это привлечет внимание. Так что транспорт тоже нужен. А тут еще эта ахинея с праздником!

Беннет спать-то не успевал толком! Рассина?

Какая еще Рассина? Зачем Рассина? Куда?

Не до нее, и точка!

Беннет про драконицу забыл и не вспоминал, а вот она про него…

Понаблюдав за врагом и осознав, что так может продолжаться долго, Рассина приуныла. И она не постоянно свободна, и проследить не всегда есть возможность… Вывод? Не надо ждать милостей от дракона, надо самой брать его… за хвост!

Но как его подставить?

А если… а ведь это неплохая идея!

Россия, наши дни

Как Далину занесло за город? К Майе ездила. На велосипеде. Костя подсказал выход.

На такси Далина ездить не хотела. Если водитель опять дураком окажется и к ней полезет – ей что, в клочья порвать идиота? А везти кто будет? В тот раз еще повезло, а могли бы и врезаться. А видеорегистраторы? А свидетели?

Поэтому позвонили хозяйке квартиры, поговорили с соседями и арендовали еще и велосипед. А что? Купить можно, но к чему сейчас? Лучше взять в аренду на месяц, и Далине не мучиться с транспортом, летай – не хочу. Крутить педали она не возражала, да и нравился ей этот вид транспорта. Чем-то велосипед напоминал ей полет. Когда с горки, так, чтобы ветер в ушах свистел…

Красота!

Правда, на подъеме бывало сложновато, но потом, на спуске ехать – сплошное удовольствие! Только она собралась вжать педали, чтобы получше разогнаться, как на мосту появились еще двое участников трагедии.

Хвостом тебя через забор!!!

Далина, словно в замедленном кино, наблюдала, как сталкиваются две машины. И как одна выталкивает вторую вниз, через хлипковатое, что уж там, ограждение, а потом врезается в столб и застывает на месте. В машине вспухает что-то белое.

Дальше Далина уже не думала, она просто действовала.

С той машиной, которая воткнулась в столб, кажется, все в порядке? А вот та, которая улетела вниз… Сколько там того моста?

Много.

Да, такое бывает: внизу железнодорожный путь, над ним мост. Высокий, между прочим. Метров двадцать точно, а может, и больше. И сосны внизу растут.

Вот эти сосны и помогли. Хорошие, крепкие, хоть мачты из них делай!

Машина вылетела передом, пролетела часть пути и как-то странно, боком, застряла между густо растущими соснами, на высоте метров десять-пятнадцать. Причем даже Далине было ясно, что равновесие это весьма сомнительное и первый же сильный порыв ветра может стать для людей в машине последним.

Да что там! Первое же их движение!

Недолго думая, Далина убрала с дороги велосипед, подбежала к ограждению и прыгнула вниз, рассчитав так, чтобы попасть чуть в сторону от упавшей машины.

Призрачные крылья не подвели. Они поймали ветер, надулись парусами… да, пока они не могли поднять драконицу, но форма ящера весила намного меньше. И не надо ей летать, хватит просто спланировать. Вот и сосна.

Не та, нет. Та – не выдержит еще одной встряски. И соседние тоже.

Далина осмотрела их хозяйским взглядом.

Драконы отлично разбираются в равновесии, и в точках опоры тоже. Попробуй не разберись в этом, живя в скалах. Вот эта сосна совсем рядом, но она не опорная. И если перебраться на нее… Эх, белочки-летяги, тяжело вам приходится! Драконы летят, а вы планируете. И лучше по ветру. Далина сейчас себя такой белочкой и ощутила.

Попала куда надо, только метров на десять ниже, и бодренько, вспоминая крылья, лапы и хвосты, полезла вверх по стволу. Сосна даже не шелохнулась особо. Когти послушно впивались в смолистую древесину. Далина подозревала, что джинсы уже не спасти. А, ладно! Штаны она купит, а людей жалко. Их в этом мире много, но все равно жалко.

Ага, вот и машина. Совсем рядом, рукой подать. Далина прищурилась, легко различая в машине четырех человек. Двое взрослых, двое детей. Спереди молодые мужчина и женщина; дети в детских креслах сзади. С них и следовало начать. У машины центр тяжести в другом месте, да и весили дети меньше, авось не тронут ее с места.

Подобраться к нужной двери было несложно, а когти вскрыли ее, словно консервную банку, вырезали кусок вокруг замка́, и осталось только приоткрыть дверцу.

Ребенок был даже в сознании. Мальчик, лет пяти, смотрел на Далину большими круглыми глазами.

– Сейчас ты идешь ко мне на ручки, а потом сидишь тихо и не мешаешь, – обозначила драконица.

Из машины послышался какой-то хрип.

– Кто дернется – хвостом накроется. Равновесие тут паршивое, – честно предупредила Далина.

И когтями рассекла ремни безопасности. Мальчишка вылетел из кресла, как пробка. Далина притянула его к себе поближе, посмотрела на сосну, посомневалась… может, посадить пока на ветку да второго достать? Время сэкономить?

Нет, не удержится. А падать тут все равно высоко.

– Сейчас я тебя спущу. Сможешь крепко держаться за мою шею? – Далина переместила мальчишку к себе на спину.

– Да, – пискнул голос, и маленькие ручки обвили ее шею.

Далина вздохнула и поползла.

Какие ж люди хрупкие! Вот она бы перевернулась и головой вниз отлично сбежала вниз по стволу. Но мальчишка не удержится, это она понимала. Так что спешила как могла. Спрыгнула на траву, отпихнула от себя испуганного малыша. Некогда с ним возиться, это потом.

– Рысью под то дерево! И сидишь тихо! Понял?

Рык вышел почти драконьим, мальчишка побледнел и шарахнулся под дерево.

Далина не знала, что у нее еще и глаза горят алым, и зубы показались во всей красе, и на лице словно туманная маска дракона… почти морда. Да и знала бы – что это меняет?

Хорошо, сосны растут близко. И они крепкие. Это вверху они выглядят тонкими и несерьезными, но только выглядят. Какое-то время они еще продержатся.

Вторая сосна была выбрана с другой стороны машины. Далина так же вырезала замки, но вместо того, чтобы достать второго ребенка, обратилась к взрослым:

– Кто из вас живой? В сознании?

– Я… соображаю, – отозвался ей гнусавый мужской голос. – Тут подушка, но я… кажется, нос сломан, это не страшно. Вы из МЧС?

– Нет. А ваша женщина?

– Кристина? Жена без сознания.

– Машина теряет равновесие, у нас не так много времени. Я сейчас вскрою вашу дверь и перережу ремень так, чтобы вы могли сами дотянуться… хоть докуда. Но пока сидите спокойно и не двигайтесь вообще. Боюсь, что, как только я вытащу вашу жену, равновесие нарушится. Вам двоим одновременно я не смогу помочь, я тут одна. Ваша задача дотянуться хоть докуда и уцепиться за что угодно. И продержаться минут десять. Потом я и к вам приду, ясно?

– Д-да.

– Тогда я открываю дверь, а вы не двигайтесь. Ремень отстегнуть можете?

– Н-не знаю. Сейчас попробую.

– Пробуйте. – Туманные когти прошли через металл, как через масло. Дверь печально скрипнула.

– П-получилось.

Из-за подушки безопасности мужчина особо ничего не видел, а трогать ее побаивался.

– Все, сидите тихо и ждите меня. Не шевелитесь.

Одно гибкое змеиное движение назад – и Далина оказалась рядом со вторым детским местом. Второй мальчишка, чуть постарше первого, восторженно уставился на нее.

– Ух ты! Человек-дракон? Люди Икс существуют?

– Встретишь – спросишь. – Далина выдернула мальчишку из кресла. Машина скрипнула еще печальнее, и драконица заторопилась.

– Держись! Крепко! Сможешь ногами меня обхватить?

– Да.

– Терпи тогда. – Далина развернулась по стволу вниз головой. – Нам быстро надо, твои родители могут не дождаться.

– Понимаю, – голос у мальчишки явственно дрожал, а вот руки впились так, что чуть не придушили.

Пока спустилась, чуть не задохнулась, зато получилось в три раза быстрее.

– К брату, и сидите тихо!

На сосну она почти взлетала, глядя, как все сильнее провисает машина, как свешивается перед… С детьми она уже сорвалась бы, но Далина все же уменьшила вес. Что такое пятьдесят килограмм против тонны? Иногда и эти капли могут спасти жизни.

Вот и третья пассажирская дверь. Далина полоснула когтями, уже не заботясь ни о чем.

– Вас как зовут-то?

– Сергей.

– На счет «три», Сергей. Ясно?

Женщина была без сознания. Она была ниже ростом, удар подушки пришелся неудачно; если мужу просто сломало нос, то ее оглушило, и она бессильно обмякла в своем кресле. Далина полосовала когтями уж вовсе варварски.

Ремень безопасности, подушка…

– Раз! – в сторону отлетел кусок металла от двери.

– Два! – Далина крепко цеплялась за сосну ногами… да что там, скорее уже задними лапами с когтями, которые давно прорвали кроссовки. Женщина – это не ребенок, она тяжелая, а тут если еще и машина сорвется… Руки держали обмякшее тело за плечо и бедро.

– Три!

Резкий рывок в сторону, и Далина прижалась к сосне. Крепко-крепко, потому что женщина была крупнее Дашиного тела и перевешивала. Если бы когти не пробили сосну почти насквозь, не изогнулись странным, ненормальным, нечеловеческим изгибом суставы, она бы и не удержалась. Но и так едва не повисла головой вниз. С трудом удержала равновесие.

А вот машина – нет.

Железо полетело вниз… хотя нет, не совсем полетело. Со скрипом, проламываясь сквозь кажущиеся хрупкими сосновые ветки, она тяжело падала. Далина порадовалась, что дети достаточно далеко. А их отец?

– Сергей?

– А…

Голос был откровенно гнусавым и жалким, но он был!

Далина скосила туда глаза и выругалась.

– Хвостом твою химеру за краба на три…!!!

Сергей успел не так уж и много. Он рванулся к двери, вывалился и вцепился в первое, что попало ему под руку. В сосновую ветку. Та не была рассчитана на мужчину под сто килограм… а качнуться и вцепиться как следует он уже не мог. Сил не было.

Ветка потрескивала, грозя обломиться вместе со спасенным, и Далина приняла решение.

– Сергей, если будете падать – я поймаю!

Перехватила поудобнее тяжелое тело женщины и сорвалась головой вниз.

Перед ней замелькали сосны, ветки… крылья выворачивались из суставов… гады! Болят как настоящие, даром что пока призрачные! Главное – держат!

И уверенно несут ее по траектории чуть в сторону от машины, как раз к двум детям.

– Уф!

Приземление получилось неудачным, в ноге что-то хрупнуло, а Кристину провезло боком по корням и траве. Но Далине смотреть на это было некогда.

Она бросила тело матери чуть ли не к ногам детей. Плевать на все, главное – жива, даже, кажется, стонет… Оттолкнулась и рванулась вверх, уже понимая, что опаздывает, безнадежно опаздывает…

Сергей был счастлив.

А почему нет?

Он молод, здоров, женат на любимой женщине, у него отличная работа, двое детей, своя квартирка, ипотеку закрыли, и подержанный «Матиз» удалось прикупить в кредит. Ну, не «Мерседес». Так и им с Кристей не пятьдесят, заработают еще. Поженились студентами, родители, конечно, помогали… чего Бога гневить?

У него для счастья есть все!

Они ехали в храм за святой водой. Кристе так захотелось, заодно можно будет в купель окунуться. Детей купать не будут купать, рано еще[22], а вот им с женой в самый раз…

Все поменялось в долю секунды.

Удар в бок, страшный скрежет металла, удар в лицо и резкая боль, на какое-то время лишившая Сергея соображения… Где-то на периферии сознания он понимал, что легкую машинку просто смело с дороги, что они куда-то улетели…

Куда? Как?

Что дальше…

Прийти в себя и испугаться Сергей не успел, рядом послышался голос. Вроде бы женский, но такой… низкий, рокочущий, словно рычащий.

Скрежет металла – и какое-то движение. И снова голос, через несколько минут.

Сергей не знал, что и думать. Но Петьку вытащили, Пашку тоже, и они остались вдвоем с Кристей. В зеркале заднего вида отражались сосны, и Сергей понял, что машина застряла на высоте. Секунды тянулись, словно сосновая смола. Густые, липкие… Сергей обливался холодным потом.

Вот это – его последние минуты? И все? И дальше ничего не будет?

Вообще ничего? И его – тоже? В церковь он ездил, конечно, но это ж дело такое… никто не знает, что нас ждет после смерти! Оттуда еще никто не возвращался, а единственный случай пару тысяч лет назад… оно, конечно, но все равно страшно.

Ужас разливался ледяным киселем по позвоночнику, скручивал кишечник. Сергей с ужасом подумал, что сейчас еще и… того… и его труп будут отмывать всем моргом. Если не сгорит, конечно.

– Вас как зовут-то?

Голос грянул громом с небес.

Кристинка… Пусть хоть она жива останется и дети. Себя, конечно, жалко, но Кристя справится.

– Сергей.

Губы едва шевелились. Словно сотрясение могло скинуть машину с деревьев вниз.

– На счет «три», Сергей. Ясно?

Все ему было ясно, хотя он ни на что и не надеялся особо. Чего уж там… Дети, кажется, в порядке. Если и Кристе повезет… Пальцы сами по себе отстегнули ремень безопасности. Интересно, чем этот человек прорезал дверь? Это же не сварка, не автоген. Что-то легкое и металл режет в момент. Сергей даже не представлял, что это может быть. Разве что лазер.

Замки после удара заклинило, а может, и сами двери, но после разрезов проблем не будет. Откроется.

– Три! – прогремело последним колоколом.

Сергей лихорадочно дернулся вбок, сильнее, еще сильнее… Недостаточно.

Что-то шершавое и колючее оказалось в руках. Кажется, ветка сосны. Она угрожающе потрескивала, но пока держалась.

Что-то грохнуло вниз с шумом ломая ветки.

Машина.

И он мог бы сейчас быть в ней.

Кажется, рядом кто-то ругался, но Сергей висел слишком неустойчиво, он даже глаза туда скосить боялся. Он смотрел на сосну и понимал, что это – тоже все. Долго он не провисит.

Может, минут пять, не больше. Ветка уже гнется, уже трещит… она не такая надежная. Хоть бы у Кристи и детей все хорошо было.

Ах, как же не хочется умирать!

Наверное, это будет больно. Когда он ударится о землю… Хоть бы сразу! Не мучиться!

А еще страшнее, если он останется калекой… Как им тогда жить?

Жалобно хрупнула в руках ветка.

Крика Сергей не сдержал. Полет вниз был стремительным и болезненным из-за веток, но недолгим. А удар, который вышиб из него воздух, был намного слабее, чем мужчина рассчитывал. И ударился он не о землю, нет. Его снесло вперед и всей поверхностью тела впечатало в ствол сосны.

– Уф. Успела.

– А-а? – Больше у Сергея как-то ничего и не получилось.

Он вдруг обнаружил, что к дереву его прижимают всем телом. И две руки рядом с ним… это вообще руки?

Или лапы?

Это что такое? Когда когти. И чешуя… красненькая такая.

Мутант?

– Спокойно. – Голос был явно женским, только очень низким. – Мы не упадем.

– А… – слов Сергей найти не мог и ткнул пальцем в чешую.

– Вам шашечки или ехать? – насмешливо уточнил голос.

– А-а…

– Понятно. Других букв в алфавите нет. Успокойся, я людьми не питаюсь, вот еще. Вы костлявые и невкусные.

Сергей не возражал. Он вообще вредный, холестериновый и гамбургеры регулярно жрет. Так что им отравиться можно!

– Так мы не спустимся. Я тебя держу, конечно, но сползти вниз мы не сможем. И спрыгнуть с тобой вместе… – Голос засомневался, но потом сделал печальный вывод: – Тут до земли метров восемь еще. Я-то выдержу, а вот у тебя точно переломы будут.

– Д-да.

– Если я спрыгну вниз, а потом тебя поймаю… нет, у меня опять вес не тот. Ты вообще очень пугливый?

– Н-нет.

Из-за сломанного носа получалось невнятно, но собеседница явно его понимала.

– Это хорошо. Веревки у меня нет, так что выход один. Тебе придется прыгать со мной.

– А переломы?

– От самых страшных я тебя уберегу. Постараемся спланировать, но с тобой качество будет хуже. Если я тобой об землю задену, уж извини. Постараюсь, чтобы позвоночник не пострадал и голова. А ноги-руки – как повезет. Ты тяжелый.

Сергей себя таким не считал, но рука в чешуе была вдвое тоньше, чем его рука. Вокруг нее был еще какой-то туманный контур, но слабый. Может, испарения от чешуи?

– Ты женщина?

– Да. Прыгать будем?

– Кристя и дети что?

– Все нормально. У твоей жены обморок, может, сотрясение мозга или еще чего, не знаю, дети в порядке. Старший звонил сто двенадцать, когда я к тебе мчалась.

– Молодец, Петька!

– Помощь придет. Но мне бы не хотелось показываться им на глаза. – Рука выразительно пошевелилась, втянулись и снова впились в сосну несколько когтей.

– Понимаю, – решился Сергей. – Давай прыгать.

– Группируйся. И прижимайся ко мне спиной.

– На счет «три»?

– Три!

На прыжок это не было похоже. Скорее, так планируют белки-летяги. Только вот на белке не висит груз, который вдвое больше самой белки. Сергей даже испугаться не успел, когда земля приблизилась, больно ударила по ногам, и он покатился в обнимку со своим спасителем, оказываясь то сверху, то снизу.

Остановила их очередная гостеприимная сосна.

– Уй…

Обозвал ее Сергей, правда, вовсе уж невежливо. Но приложился так, что дух выбило.

– Хвостом тебя через пролив! – поддержал его женский голос.

Сергей все же скосил глаза в сторону и застонал.

Рядом с ним лежала девушка. Невысокая, самого обычного вида, лет двадцати, не старше. Только что розовые волосы выбиваются, но молодежь сейчас во что только не красится. И в розовый, и в синий, и полосками. Эта вот ближе к красному… И что?

А так самое обычное человеческое лицо. Было бы.

Только и глаза у нее красные. Ни белка, ни… нет, зрачок есть, узкий, змеиный, вытянутый, и не черный он, а золотой. И полоски чешуек бегут от висков по скулам и постепенно исчезают прямо на глазах, словно впитываются в гладкую кожу.

– Ты кто?

– Друг, – коротко ответила женщина. – Ехала мимо, увидела аварию, не смогла вас бросить. Кстати, второй участник до сих пор наверху.

– Да? – Сергей так разозлился, что даже бок болеть перестал.

– Ему больше повезло. Удар о вас погасил инерцию. Наверное. Я не сильна в физике. И он уткнулся машиной в фонарный столб. А вот вы – нет.

Сергей выругался еще похлеще. Вот где справедливость? Какие-то уроды выдают права баранам… за барашка в бумажке! А потом скотина в квадрате, нажравшись, садится за руль и ведь даже не вспомнит ничего!

Он же их просто вынес с моста, а сам…

– Могу его попугать. Если он, конечно, меня увидит. Если достаточно адекватен. Хочешь?

Сергей хотел. Только вот… это сейчас было неважно, совсем неважно.

– Мне к моим надо.

Женщина пошевелила плечами, словно что-то сбрасывая, встала на ноги, прислушалась к себе.

– Ну так. На троечку. Синяки будут, сил я потратила немеряно, но вроде как ничего не сломано. Давай попробуем тебя поднять? Руки!

Сергей послушно протянул руки.

Какие там мужчина – женщина? Кто бы она ни была, это существо точно сильнее человека.

– А чем ты машину вскрыла?

Вопрос был идиотский, но…

– Когтями.

Сергей посмотрел на тонкие пальчики с коротко остриженными ноготками, потом вспомнил чешую и решил не нарываться. Покорно взялся за ладони и попробовал подняться.

Ух!

А больно-то как! Словно бомба в боку взорвалась.

– Ну-ка дыши! Кажется, у тебя ребро сломано. Или два… уж извини. О дерево нас крепко приложило!

Сергей и сам узнал симптомы. Доводилось уже ломать.

– Все… ф-ф-ф… п-рядке.

– Не похоже. Руками пошевели.

Руки двигались. Болели, но двигались. И ноги тоже.

– Я бы рекомендовала в больницу, всей семьей. Пошли, я тебя к ним провожу.

– Спасибо. Если бы не вы…

– Вам повезло. Все.

– Я… я могу как-то отблагодарить?

Сергей видел между деревьев и подозрительно дымящийся «Матиз» – не взорвался бы, бедолага. И своих родных, сидящих под деревом. Петька дернулся вперед, но Далина погрозила ему пальцем, и мальчишка остался на месте, ожидая, пока к ним сгрузят папу.

– Вот и правильно, – одобрила драконица, – не знаю, что там с вашей машиной будет, но тут вас от взрыва кое-как деревья закрывают. Что мама?

– Приходила в себя, опять в обмороке.

Сергей был сгружен под сосну. Далина опустилась рядом с Кристиной, пощупала пульс, подняла веко. Потом взяла ее руку и поднесла к своему лицу. Сергей и опомниться не успел, как мелькнул длинный изогнутый коготь, а раздвоенный язык слизнул выступившую на ладони Кристи капельку крови.

– Так, ребята, тут все плохо. Она у вас беременна, не знали?

– Нет!

Вопль у мужской половины семейства получился хороший, аж иголки с сосен посыпались.

– Кажется, у нее внутреннее кровотечение. Не знаю, дождется или нет… ладно!

Далине явно не нравилось то, что она собиралась сделать, но и выбора особенного не было. Она посмотрела на свою руку и снова выпустила когти. Туманная дымка прошлась по запястью, синяя венка легко разошлась под острым когтем, и драконица прижала кровоточащую рану ко рту Кристины.

– Вот так…

Вторая рука помассировала женщине горло, чтобы та сглотнула полегче.

– Не хотелось бы, но иначе как она еще помощи дождется? И ребенок… точно не выживет.

– А сейчас? – Сергей был весь напряжен как струна, но не двигался. Верил, что плохого им эта женщина не сделает. Было что-то такое в ее алых глазах с золотым зрачком… Они и сейчас оставались нечеловеческими, и становилось ясно – не врет.

– Моя кровь даст ей сил продержаться. Нет, не бойтесь, последствий не будет. Может, ребенок будет покрепче, поболеет меньше.

– Да?

– Мы не вредные.

Пашка хихикнул:

– А съедобные?

– А вот это останется моим секретом, – серьезно ответила Далина. – Я потихоньку пойду, помощь скоро приедет, и мне не хотелось бы никому попадаться на глаза. Не рассказывайте обо мне, пожалуйста. Сами вылезли, все сами… Повезло. Хорошо?

– Обещаю, – кивнул Сергей. – А камеры?

– А это моя забота.

– Как мы сможем тебя отблагодарить?

– Мне ничего не нужно, – пожала плечами драконица, – да я и не за награду. Так чешуйки легли.

Сергей полез во внутренний карман пиджака за бумажником, зашипел от боли, но…

– Вот, возьми. Моя визитка.

– Сергей Лукошкин, военкомат, врач-невролог…

– Меня найти несложно, а неблагодарной свиньей я отродясь не был.

– Надеюсь, не придется воспользоваться. Но я запомню, – согласилась Далина и сунула визитку в карман. – Не бойтесь ничего, я побуду наверху, пока помощь не окажется достаточно близко. Только потом уеду.

– Спасибо тебе.

– Я бы вас попробовала поднять, но… ее лучше не трогать. Носилки, и со всей осторожностью. И кровь для переливания… Все понятно?

– Да.

– Тогда – удачи.

Далина поднялась с травы и направилась к мосту, отряхивая джинсы.

– Пап, а как она? – удивился Петя.

Паша не удивлялся. Он всегда знал, что так можно. Поэтому, когда женщина выпустила когти и быстро-быстро полезла, почти побежала вверх по опоре моста, он даже не удивился.

А что такого?

Просто в мультиках правду показывают! Он теперь точно знает, и в садике скажет! А Настька ему говорила, что мультики врут. И что Деда Мороза не существует!

Вот дура-то!

– Так, ребята. Про эту девушку молчим, понятно? – нарушил тишину Сергей.

Паша кивнул:

– Да, пап. Я за мелким пригляжу, не бойся.

– Спасибо, сынок.

Кристя… беременна! А она ведь и сама не знала, точно…

Жена была бледная как мел. И губы почти бесцветные, но она дышала. И пульс у нее бился.

А потом наверху послышались сирены, и Сергей выдохнул. Помощь пришла!

– Ну, мужик, вы в рубашке все родились, – говорил спустя четыре часа врач, вытирая пот со лба. – Такое… и все живы, и даже жена твоя ребенка не потеряла. Ей, конечно, у нас еще лежать и лежать, переломы мы собрали, что могли зашили, сотряс пройдет, но все равно – чудо!

Рядом на стуле, крепко обнимая внуков, плакали родители Кристи. Родители Сергея сейчас были в Сочи и приехать не могли, так что плакали по месту пребывания.

Счастье-то какое!

Дети и внуки живы! Такое только в сказках и бывает! Чтобы так повезло…

– Можно ее увидеть? – спросил Сергей.

– Можно. Только в реанимацию я вас не пущу, пусть в себя придет. Завтра-послезавтра ее в обычную палату переведут, там и встречайтесь. Я худшего ожидал, если честно, а она молодцом держится, сердечко бьется, и малыш живехонек. Свечку, что ли, сходите поставьте. Кого-то Господь точно хранит.

– Схожу, – отозвался Сергей.

– Сходим, – поддержала теща. – Сереженька, родной, вы сегодня у нас переночуйте, пожалуйста! Нам так спокойнее будет, сыночек!

Сережа покосился на тещу.

Анна Дмитриевна вообще-то его терпеть не могла и относилась как к таракану особой жирности. Пришел тут, дочку увел, а сам всего лишь врач, не банкир, не министр…

– Может, мы домой лучше?

– Да ты что! Кристинька пока в больнице, и тебе уход нужен, и с детьми ты как управишься, в повязке-то…

– Ну… – замялся Сергей.

Конечно, сложно будет. Но и видеть кривые ухмылки с презрительными гримасами тоже не хотелось, он живой человек.

Анна Дмитриевна словно прочла его мысли.

– Сереженька, если б не ты… у нас бы и дочки не было, и внуков. Я полицейского расспросила, ты же их вытащил… А тот урод пьяный вусмерть! Убивать таких тварей мало!

– Согласен, – поддержал тесть. – Но, кажется, судьба его и так наказала.

– Да? – Сергей в это не вникал. Его больше своя семья интересовала. И та девушка обещала, что разберется. Вот она и сделала что-то.

Или нет?

– У него машина всмятку, но это ерунда. А вот что у него там с позвоночником… врачи говорят, что перелом. Это теперь надолго.

– Значит, одной пьяной скотиной за рулем меньше будет, – жестко отозвался Сергей.

Это после аварии? Само? Или та девушка?

Сергею это было неважно. Возмездие пришло, настигло свою жертву тут, на земле, и это было хорошо и правильно. «Поделом тебе, мерзавец. Ты чуть четыре жизни не оборвал, вот посиди, подумай о своем поведении».

Сергей так и не узнает ответа, но и мучиться этим вопросом не будет. Все правильно.

Хотя это действительно была работа Далины.

Когда она вылезла к своему велосипеду, машина так и стояла, наполовину обняв столб. Далина подумала, подошла поближе… Окна не выдержали. И переднее стекло осыпалось, и боковое… дотянуться было несложно. Из-за стеклянного крошева мужчина за рулем и так был весь в порезах. Оставалось только ткнуть его когтем в центр спины, повреждая позвоночник, а там уж пусть лечат, пусть думают, чем его так.

Камер тут не было, Далина уже научилась искать их. Да и были бы – может, она проверяла, жив клиент или мертв?

Она дождалась звука сирен и отправилась по своим делам. Разве что на следующее утро посмотрела новости.

Чудо, как есть.

Сергей давал интервью, рассказывая, как им невероятно повезло, даже жену в реанимации показали. И «гонщика», который никогда не сможет ходить.

Далину угрызения совести не мучили.

В ее мире за такое убивали, а она добрая, она не убила. Вот и пусть спасибо скажет. Зато вечером она делилась с Костей радостью. Сначала малый энергетический каркас, теперь – прорыв, и она может менять себя практически по желанию. Еще немного – и получится у нее большой каркас, а там можно и к Змеиному урочищу смотаться, посмотреть, что как…

Костя не возражал. У него получились незапланированные каникулы. Точнее, Далина не представляла, что детям надо регулярно ходить в школу, и мальчишка блаженствовал.

Дорогой ноутбук Далина купила, планшет есть… правда, игры наскучили очень быстро, но Костя не унывал. Чтобы не страдать, он взял да и записал Далину на курсы юристов. Да-да, в интернете есть все, в том числе и такое. Слушать он будет сам и сдавать зачеты тоже, в будущем ему это пригодится. И на курсы иностранного языка тоже. Далина его тренировала в приемчиках, не ограничивала в деньгах, тем более после продажи трофейного золота у них на две квартиры хватило бы, ну и чего не жить?

Счастье же!

Ардейл, замок Ланидиров

Роскошное ложе.

Дракон и драконица после любовной схватки, два расслабленных тела рядом, рука женщины чертит ленивые узоры на потной груди мужчины. Клаус пытается отдышаться и собрать глаза в кучку. Все же Рассина – лучшая. С ней взлетаешь и паришь без всяких крыльев, и хочется еще и еще, она великолепна!

А потом это великолепие открыло рот. И не для поцелуев, увы.

– Ми-илый, я скучаю.

Будь Клаус в плохом настроении, он бы Рассину пинком выгнал, несмотря на всю любовь. «Скучаешь? Полы помой, вот и польза от тебя будет! Как вообще можно скучать, когда у твоего мужа ум за разум заходит? Ладно, любовника. Но ты сама подчеркиваешь нашу близость и смеешь еще чего-то жаловаться?»

Кстати, если сравнить с Далиной Ланидир, та кроме ритуалов ничего не делала, но в этом – неукоснительно. На полнолуние, на новолуние, на затмение…

Она могла бы и замком заниматься, и делами алых, но этого, конечно, Клаус не позволил. Оставил ей только представительские функции: сидеть рядом на праздниках, сопровождать в другие кланы, пока это было возможно, но и тут Далина не спорила.

Надо? Делаем. Без разговоров, без споров, без ссор…

Просто пришла, сказала, что ей для этого нужно, а потом сделала, что от нее требуется. Рассина так не умела. У нее было то одно, то другое. То ей птичьего молока хотелось, то звездной пыли – капризы исполнять замучаешься.

Но сейчас Клаус был сыт, доволен, полностью удовлетворен и жизнью, и Рассиной. А если так…

– И чего тебе надо?

– Любовь моя, ты собираешься представлять своего наследника другим драконам?

Клаус задумался. Вообще-то надо. Это его сын, его наследник, будущий хозяин двух кланов, так что в словах Рассины был смысл.

– Да, это необходимо.

– Может, тогда стоит устроить большой прием? Первый день – прибытие и торжественный ужин, второй день – сначала представление малыша, а потом бал. А на третий день отъезд гостей.

Клаус задумчиво кивнул:

– Хорошая идея.

– И мне обязательно нужно будет платье… несколько.

– Я рассчитываю, что ты этим займешься, как хозяйка моего дома.

Рассина кивнула:

– О да! Дорогой, ты возвращаешь мне крылья! Не сомневайся, все будет просто идеально!

– Я в тебе и не сомневаюсь. И надо будет поговорить потихоньку, с теми, с этими… Для малыша надо приглядывать невесту. На будущее.

– Мы приглашаем всех драконов?

Клаус ненадолго задумался.

Хотелось бы. Но лучше потренироваться на чем-то попроще. Он уже понял, что хозяйство – это сложно, приемы тоже.

– Давай начнем с черных и алых, а если все пройдет хорошо, то будет еще один прием, через полгодика. Уже и синих, и зеленых, и золотых… всех, одним словом.

– Я все-все сделаю, – заверила Рассина и скользнула рукой пониже. К рычагу влияния.

Минут через пятнадцать Клаус был уверен, что идея – отличная, а еще через полчасика гордился собой! А что?

Хорошая идея. Великолепная! И главное – его.

Пусть будет большой прием, пока для своих, по случаю рождения наследника!

Глава 11

Россия, наши дни

– Какая ж дрянь! Только подумать, какая гадина!

Нина Викторовна мерила шагами комнату. Мерно постукивала по полу палка, развевались седые кудельки, сверкали злые глаза.

– Да уж, – поддакнул Вовочка. – Мам, это надо утрясать. Я Кристе клялся, что у меня никого нет, а тут… ребенок! С бабой развестись можно, а дочь на всю жизнь.

– Нет у тебя дочери. – Палка грозно взметнулась в сторону сыночка. – Нет и не было, запомни!

– Осталось, чтобы Дашка согласилась.

– Дрянь! А ведь какой тихой казалась, какой влюбленной!

Вовочка хмыкнул.

– Интересно, что с ней случилось? Эти волосы ее, поведение… не знал бы Дашку во всех видах – решил бы, близнец!

– И одной-то много, – оскалилась Любавина.

– Так что делать будем? Дашка точно не согласится ни на что, не после кофе…

Нина Викторовна скрипнула зубами. А какая была отличная идея! Жаль, не сложилось!

– Что-что… можешь на ней жениться. Хочешь?

– Мам, ты чего?

– Того! А если серьезно… Володя, у нас не остается никакого выхода. Она погубит твое будущее.

– Ты мне предлагаешь…

– Избавиться от мерзавки. Любым способом.

– Например?

– Убивать ее не стоит. Машину ты можешь взять у друга?

– Да.

– Вот, пригласи ее под… о! Точно! Скажи ей, что я предлагаю в качестве выкупа деревенский дом. И предложи его посмотреть.

– Дом? У нас он есть?

– Нет, – проворчала Нина Викторовна. – Это не совсем дом.

– А что?

– Сторожка лесника.

– Подробнее можно?

Можно… можно подумать, Нина Викторовна никогда молодой не была! Ну и… в этой деревне ее бабка жила. Ниночка туда ездить не любила, но когда понадобилось тихое место – вспомнилось! Она – женщина! Где ей с любовниками встречаться? У себя дома? А потом будут говорить, что гулящая? Да и дом-то… на одном конце чихнешь, на втором платок протянут. Так что каталась она в бабкин дом регулярно, даже какую-то зелень по дороге покупала, для прикрытия. Там и еще одного любовника присмотрела. Да, лесника, а что? Тоже мужик, да какой! Даже сейчас вспомнить приятно! Потом-то он спился и умер, а дом остался. И один из его секретов – тоже.

– Мать, ну ты молодец!

Нина Викторовна пожала плечами.

– Случалось…

Ей – можно. Это другим нельзя, а себе она такие вольности разрешит с радостью.

А секрет… в девяностые годы промышлял лесник и браконьерством. Выживал как мог. У Ниночки на память шапочка и воротник из белки остались, а еще знание о подвале под домом лесника. Хорошем таком, каменном. Спихни туда кого и дверь закрой.

Все. Шуми, не шуми – не докричаться. Домик-то еще при царе строился, и кладка там… может, и при царе чем-то таким там промышляли. Или водку гнали, или фальшивки клепали – не узнать уж.

– Вот, твое дело Дашку туда привезти. Я там вас ждать буду, спихнем ее в подвал – и все. И уедем. А потом – ори, не ори…

– Мать, ты голова!

– Без воды человек три дня проживет. А потом наведаемся да и зароем ее там же, в подвале. Вот и все. Была – и исчезла, может, уехала куда… всем наплевать будет!

– Как скажешь, – не стал сомневаться Володя, – так и сделаем.

Своими руками он убивать бы не стал. А вот так… Это же почти и не убийство, Дашка просто сама умрет. Вот и все. И… нечего стоять между ним и сытой привольной жизнью за чужой счет! «Права она качать вздумала, на чем-то настаивать, да кто ты такая вообще?! Ты уже счастлива должна быть, что я до тебя снизошел! Не оценила? Так тебе и надо! Вот!»

Все было бы великолепно и идеально, кроме одного. Далина послушалась Костю и заблокировала Любавиных во всех системах, до которых руки дошли. Мессенджеры, звонки… Да везде! Костя очень просил. Понятно, что Далина и с десятью такими справится. И с двадцатью. Но!

Внимание она привлечет! А это самое худшее, что может случиться. Им еще ехать, в другой мир отправляться, возвращаться, им потом тут устраиваться… им нужны эти два идиота?

Для развлечения и чуточку для личной мести можно потрепать Володе нервы. Можно и самого Вовочку покусать, если Далине захочется, но можно же и потерпеть с этим праведным делом! Вот привезет она сюда сына… Далина подумала да и послушалась.

Вовочка дозванивался долго, потом сообразил и позвонил с чужого телефона. И снова – увы. Учитывая количество телефонных мошенников, Далина просто не принимала звонки от неизвестных. Так что Любавины сидели как на пороховой бочке.

Дозвониться не получается. Написать или как-то найти мерзавку – тоже. А ведь она жива, и отродье ее вполне живое, и что-то она точно предпримет! Володя даже похудел от переживаний, на целых полкило. Вот как жить на этом свете?

И предложение он сделал, и одобрение родителей невесты получил, а дальше-то как?! Всю жизнь под топором? Кому такое понравится?

Но кто знает, как бы все сложилось у Любавиных, если бы не знакомая Нины Викторовны. Они обе мыли полы в храме, чем очень гордились, богоугодное же дело! То, что во время мытья полов не надо перемывать косточки всем окружающим и поливать их помоями, кумушкам и в голову не приходило. Батюшка услышал бы – ужаснулся, но вот не прислушивался он к бабским сплетням. А тем не менее…

– Ниночка, как твой сынок-то? Не женился еще?

– Ох, Зоечка, собирается…

– На той… Даше? Которая с тобой ходила?

Ходила, да. Потому что Нина Викторовна проклевала несчастной весь мозг. Ее невестка обязана ходить в храм. Или никакой семейной жизни! У них семья верующая, честная, порядочная… тебе что – плохо в храме становится? А?

И инквизиторский взгляд из-под седых куделек. Торквемада горько плачет в уголочке.

Даша же так хотела замуж за Володю, что не спорила. Надо встать в пять утра, чтобы попасть на службу? Ура, бегом! А что легла в час ночи, так это мелочи, настоящая женщина способна спать как пингвин – десять минут подремала, и дальше ловить рыбку во благо семьи!

– Ох, Зоя, непорядочная она девка оказалась! И ребенка не от Володи нагуляла, представляешь?

– Ниночка, да ты что! То-то я ее видела, она из такой машины вылезала, там джип размером с амбар! Вот, наверное, от кого нагуляла, с тем и ехала!

Из джипа Далина вылезала, когда приехала от ювелира. Но кто б отчитывался о таком вредной сплетнице?

– А ГДЕ ты ее видела? – сделала стойку Нина Викторовна.

– Да в нашем районе пару раз, ты знаешь, у «свечки», вот там…

Нина Викторовна отлично знала и где живет подруга, и где там построили двадцатипятиэтажку, которая получила название «свечка» от старожилов района, так что разговор она аккуратно перевела, а по приходу домой атаковала сыночка:

– Вовочка, берешь машину и едешь.

– Мам, куда?

– Дашку свою выслеживать!

– Ты… нашла?

– Ты найдешь, – огрызнулась милейшая дама. – Все равно таксуешь, пока не поступил, так что отправляйся в тот район. Тут покрутишься, там… вот и выловишь паразитку.

– А потом?

– По башке, в багажник и в дом. Позвонишь мне, я тебе скажу, как тайник открыть. Или сама приеду, или ты за мной по дороге заедешь. Понял?

Сложно было не понять. Володя икнул, кивнул и отправился выполнять материнское распоряжение.

Нина Викторовна проводила его любящим взглядом. А хороший сынок у нее вырос! Умный, ласковый, послушный…

Убийство? Да что вы! Глупости все это! Дашка сама умрет, вот и все. Как и в тот раз…

Даже от себя Нина Викторовна гнала плохие мысли, даже на минуту не позволяла себе вспомнить, как зашла к Костиной мамаше посплетничать о том о сем. Та уже выпивала.

Сказала, алкаша своего отправила за добавкой, а пока заначку достала. Нине предложила, но та, конечно же, не стала пить. А Свиридова стакан хлопнула – и вдруг за горло схватилась, задышала тяжело, начала на пол оседать, синеть…

По специальности-то Нина Викторовна биолог, но в молодости случилось ей и сиделкой подрабатывать. И что такое анафилактический шок, она знала, и про отек Квинке, и про трахеостомию – нахваталась по верхам.

Кинулась на кухню, у нее там аптечка была, дать хоть что… преднизолон? Или еще чего найдется? Вколоть…

Только вот попался на глаза Дашкин нож, который та не убрала. И рука сама потянулась к рукояти. Это не убийство, это… да, это – помощь!

Нина Викторовна и сама удивилась, как легко железо вошло в плоть дряблой шеи. А дальше все было просто. Нож кинуть рядом, заколку Дашкину тоже подбросить и идти стирать все вещи. Мало ли, вдруг кровь попала?

Но это было не убийство. Свиридова уже умирала сама. Нина Викторовна просто помогла, а это не считается. И с Дашкой тоже считаться не будет.

Ах, даже если и… Отмолит грех! Уж как-нибудь! Да и разве грех – защищать своего сыночка? Она же все ради Володеньки, все для него… Замечательный сынок у нее вырос. Но и ему нужна помощь!

Повезло Вовочке не сразу. Но через несколько дней он увидел Костю, который гулял с коляской.

Первым желанием Любавина было позвонить в полицию и сдать паразита. Вторым – подождать. Это и потом можно сделать, а если сейчас участковый на Костю начнет охотиться, то Дашка точно удерет. Ищи ее потом!

Так что умный Вова проследил за мальчишкой и установил дом, в котором жила Дашка. Квартиру, правда, не узнал, но зачем она ему? Ему надо Дашку у подъезда дождаться! Так через пару дней и случилось.

Далина вечером возвращалась домой. Чужой запах ее не насторожил. Это самый обычный подъезд, самая обычная девятиэтажка, хорошо еще, без мусоропровода, но воняет все равно не розами. Лифт предусмотрительный Вовочка ненадолго вывел из строя, заклинил его наверху… скоро разберутся, конечно, но ему времени хватит. А сам устроился между первым и вторым этажами, как раз в районе мусоропровода.

Если бы Далина не думала о своем, если бы не вымоталась на тренировке – она раз за разом пыталась строить полноценный энергетический каркас, а в городской квартире этим лучше не заниматься, приходилось уезжать за город, в лес, и там уже трудиться, если бы хоть прислушалась к своим ощущениям…

Этот мир расслабил ее. Драконица чувствовала себя если и не в безопасности, то в силах справиться с любой ситуацией. За что и поплатилась.

Удар по голове чулком с песком надежно отправил ее в беспамятство.

Темно. Холодно. Жестко.

Она явно связана, и давно, руки затекли. И связывал кто-то неумелый, веревки так впились, что кровоток пережимают.

Далина анализировала свое состояние, не открывая глаз. Трясет. Воняет. Машина? Да, похоже… ее что – опять похитили? Наглость какая! Кому-то жить надоело! А она – идиотка! Это ж кому расскажи, Далию Ланн – украли! Да все наемники Ардейла подохнут со смеху!

«Кавказскую пленницу» с легкой Костиной руки Далина уже посмотрела. Но одно дело – украсть студентку, и второе – дракона. На Ардейле такое никому и в голову бы не пришло! Зачем? Хочешь свести счеты с жизнью? Так есть способы и попроще, яд или клинок! А тут уже второй раз… неужели она кого-то не добила? Она теряет квалификацию. Пора исправляться. А пока…

Далина выпустила когти и принялась перепиливать веревку. На руках, потом на ногах… Надо устроить людям сюрприз!

Когда багажник открылся, в первую секунду Далина дар речи потеряла. Вот кого не ожидала…

Потом дар вернулся, и высказалась она так, что у Вовочки уши покраснели. Такого мата он и от прапорщика Савельева не слышал. Даже когда на того ведро краски опрокинули.

– Не погань язык перед смертью. Лучше раскайся в своих грехах сейчас. – Нина Викторовна выбиралась чуть дольше, не с ее ногой из машины элегантно выходить.

– Грешна, – хохотнула Далина. – Уже ночь, а я еще никого не убила.

– Ополоумела, – подвела итог Любавина.

Далина хмыкнула.

– С чего бы? В истерике не бьюсь? Так и не собираюсь. Вы меня сюда зачем привезли-то? Убивать?

Мамочка и сыночек переглянулись. Что-то шло не так, но почему?

– Убивать, – кивнула Далина. Она отлично видела в темноте осенней ночи, да и фары света прибавляли. – Зачем – тоже понятно. Жениться тебе хочется, болезный, а я в светлый образ не вписываюсь. Папа невесты узнает, по попке нашлепает.

Нина Викторовна злобно сощурилась. Вот сейчас из-под благочестивой маски выглянуло ее настоящее рыло – злобной уродливой твари. Жадной, завистливой и лицемерной.

Далина даже поежилась. Такое и кусать-то противно! А если оно заразное? Ядовитое? Ф-ф-э-э-э…

Дрожь была принята за страх, и Любавина окрысилась еще сильнее.

– Володя, бери ее и тащи в дом. Я тебе покажу, как подвал открывается, там эту тварь никто не найдет! Никогда!

– Угу. А в подвал еще живой скинете?

Далина уточняла с чисто практическим интересом. Вовочка отвел глаза в сторону.

– Ну… у меня тут есть таблетки, могу тебе дать. Если повезет, то помрешь…

– Угу, – согласилась Далина. – Добрые вы люди. Милосердные.

– Не ерничай, – скрипнула Любавина.

Далина ухмыльнулась. И позволила себе наконец-то принять вторую форму. Малую боевую. Уже час как когти чесались!

Володя от Дашки ничего не ждал. Никаких неожиданностей. Это ведь Дашка! Мягкая, добрая, глупая, вообще – никакая! Много внимания люди на свою тень обращают? Да никакого! Вот и ему не было дела до серой скучной девчушки. Понадобилась – поманил, надоела – бросил, вот и все разговоры. Любовь? Да и не смешно!

Володя любить попросту не умел, он привык, чтобы любили его. Мать его любила безусловно, он был центром ее мира. Дашка так же любила… и что? Это нормально!

Соседи таяли и млели от милого мальчика. Володя рано понял, что необязательно быть – надо казаться. Вот он и казался всем добрым, умным, вежливым, помогал сумки донести или лампочку вкрутить – больших усилий это не стоит, а соседи млеют. Тех, кто видел его настоящим, были считаные единицы.

Имидж продолжал помогать Вовочке и в армии. Там казаться было сложнее, но вбитые с детства правила мимикрии снова помогли.

Сложно ли открыть дверь машины и подать девушке руку? Ерунда, но ведь никто другой не сообразил, а с этого и началось их знакомство с Елизаветой. Продолжилось, развернулось, и вот уже Вовочка может стать зятем генерала. И на пути к богатствам и чинам стоит только мерзавка Дашка. Так что выгружал ее Вовочка без особой вежливости. Потянул за ноги, и тут…

– А-а-а-а?

Тело Дашки вдруг странно изогнулось в его руках, стало мягким, словно кости превратились в резиновые. Ровно на долю секунды, а потом ноги ударили вперед с такой силой, что Вовочка отлетел метра на три. Ударился спиной, вспыхнула ужасная боль, он даже потерять сознание не смог. А из багажника выползало… выходило…

Это было похоже на Дашку, которую кто-то нарисовал динозавром. Откуда-то и чешуя взялась, и когти, и, кажется, она крупнее и массивнее?.. Это вообще – что?

И… хвост?! Так не бывает! Так не должно быть, и глаза у нее красные… Раздвоенный язык медленно облизнул безгубую пасть. И хвостом еще погрозила. Дернешься – хвостом тебя и того… по любому месту, которое понравится Далине.

– Сожрать тебя? Или надкусить? Да, Вовочка, это я. Твоя любовь, твоя Дашенька. Не хочешь поцеловать невесту?

Судя по бульканью – не очень. И отползает как-то странно… не подыхает? Вроде нет. Ребра точно сломаны, может, сотрясение мозга, если он есть…

– Могу первую брачную ночь оформить. Ты знаешь, у пауков самка любит скушать самца после спаривания. У драконов… другого дракона я, конечно, не съем, а вот тебя, обезьяну, вполне можно. И знаешь, с какого места начну?

Место Вовочка еще прикрыл. А потом на всякий случай одновременно обгадился и лишился сознания.

– Володя, где ты там застрял?

Мама звала из дома.

– Действительно, – оскалилась Далина. Ухватила Вовочку за ногу и потащила за собой без малейших усилий.

Нина Викторовна стояла над подвалом.

– Володя, я спускаться не бу-бу-бу…

– Заклинило, – оскалился чешуйчатый красноглазый монстр, в которого перекинулась Дашка. – Не хочешь? А надо!

Прицельный бросок отправил в подвал Вовочку. А то, что заодно он зацепил и сшиб туда же свою мамочку, было приятным бонусом. Даже когти пачкать не пришлось.

Далина подошла ближе, пинком скинула вниз костыль – не зверь же она. Или… зверь? Дракон – точно не птичка и не рыбка.

Снизу скулила Нина Викторовна.

– Вы меня хотели тут оставить умирать? – Далина говорила негромко, но отчетливо. – Мое право, кровь за кровь, действие за действие. Я оставляю вас тут. Выживете – судьба распорядилась. Еще раз меня найдете – своими руками добивать буду. И сейчас не пожалела бы, просто противно.

Крышка подвала опустилась. И на нее (драконы – не ангелы, летать умеют, но остальные характеристики никак не совпадают) Далина придвинула здоровущий комод.

Выберутся? Подохнут? Ее этот вопрос больше никак не интересовал. Вообще, какая ей разница? Даже если и вылезут, вряд ли придут к ней еще раз. Захотят о ней рассказать?

Пусть не стесняются! Далина совершенно не против! Прямо так и слышится, приехали показать невесте подвал в доме, а она в ящера превратилась и нас сожрать собралась. Прекрасная история выйдет! Психиатры заслушаются!

Эх, а вот одно плохо. Далина понятия не имеет, куда ее завезли. И как выбираться? Хотя чего тут думать? Двигаться по дороге и поглядывать. Это песчанка, на ней рисунок шин есть, и ездили по ней не так чтобы часто. Дойдет куда-нибудь, а там и спросит…

Деньги есть? Карманы не обшарили, спешили, наверное. Далина проверила машину, утащила Вовочкину куртку, брошенную на заднее сиденье, закинула ключи от жигуленка подальше – и отправилась восвояси. Опять Костя ругаться будет. Задержалась…

Машина Любавиных и спасла.

Домик хоть и стоял в отдалении, но машину-то с утра заметили! А там и поинтересовались, кто приехал? Куда приехал? Зачем?

Медлительно так, не на следующий день, а через день, пришли, огляделись, никого не увидели и решили укатить машину. А там уж, дома, в гараже, и решить, чего с ней делать.

А в дом кто ходил? А там чего?

В доме обнаружили следы в пыли и сдвинутый буфет. Подумали, отодвинули, матеря всех его дубовых предков до первого желудя, а там и подпол нашли. И в нем – двух психов. Тихого Вовочку и громкую мамочку.

Вовочка просто сидел, глядел в одну точку. Нина Викторовна вела себя как шимпанзе-шизофреник. Дергалась, орала, визжала, ухала, пыталась выдираться… угомонили, привязали и оттащили в больницу. А там уж и в психушку. А чего их – оставлять вокруг деревни бегать? А вдруг покусают кого?

Машина? Не было никакой машины. И кто это – не знаем, в домике лесника нашли… вон, идите и смотрите. Там как раз гроза прошла…

В живых Любавины остались. Но обрадоваться этому уже не смогли. И оправиться – тоже.

Ардейл, замок Истанаров

Яблочный сок Беннету пришелся по вкусу. А вот ощущать себя идиотом было неприятно. Но Истанар расспрашивал, и постепенно перед Беннетом вырисовывалась картина. И название ей было: «Драколошадь». Или «Дракоосел». И морда у осла была очень знакомая.

Начальник гвардии, ага! Вот как есть – осел, даром что черный и с чешуей! И все равно ТАК пролететь!

Конечно, не Итор Раддан это все задумал, а его папаша – Алгар Раддан, а там уж и двумя лопоухими дурачками попользовались. И-а-а! Что тут еще сказать?

Радданы вроде бы внимания приютам не уделяли, денег туда не присылали, но, когда Беннет начал проверять, кто из его воспитателей может быть связан с черным кланом, выяснилась интересная вещь.

Не впрямую, но у нескольких воспитателей родные как раз Радданам и служили. Вот и ответ. Приют. Доверенные люди. И можно заранее приглядеться к ребятам, подобрать самых перспективных, прикормить, приучить… тут и девочки пригодятся, и мальчики.

Раддан вообще давно лез к власти, но против Дубдраганов не тянул. Не та сила, не та ярость, а у черных многое решается не хитростью, а прямым поединком. Сколько интриг ни плети, но если тебя вызовут – ответить придется. Выстоять Алгар не смог бы, надо было искать другой выход, при котором за него сделают всю черную работу. И вот ему попадается на глаза бастард Дубдрагана. Да еще по прямой линии! А какой сильный! Как тут не воспользоваться?

Нельзя сказать, что Клауса целенаправленно обрабатывали, но пару мыслей ему точно подбросили. А потом и случайная встреча с одним из Радданов. Дракон пил в трактире, пригласил ребят за стол… так не бывает? А почему? Мало ли кому и когда хочется напиться?

Слово за слово, игра, и вот у ребят в руках звенит золото, которое Клаус потратил на исполнение давней мечты. Нанять наемников – и бросить вызов отцу, а потом и деду. В себе Дубдраган был уверен, он мог справиться с любым драконом, но он же один! Наемники – это гарантия лояльности всего остального клана. Слуг, гвардейцев, да мало ли кого!

Конечно, не все так просто было, но когда Беннет начал копать в нужном направлении, он сам поразился – какие ж они лопоухие дурачки! Как же их легко развели на «священную месть»! А теперь…

– И что мне теперь делать?

– Ждете от меня совета, драк? – насмешливо покосился Истанар.

– Нет.

– Уже лучше. Пора бы своей головой думать.

– Совет мне не нужен. Скажите, что вы хотите за снятие с меня всех клятв, а дальше я и сам попробую справиться.

– Что ж…

И Истанар назвал свою цену.

Россия, наши дни

С утра Костя и Далина решили отправиться в магазин. И по городу погулять, малышке проветриться надо. В тот квартал их занесло совершенно случайно. И… только что было тихо, мирно, спокойно, а в следующую секунду грохнуло так, что Далина даже присела.

Давно она ничего подобного не слышала, с тех времен, когда они разносили гору. Вот, пожалуй, и в этот раз что-то такое рядом рухнуло. Но тут же нет драконов? Или есть?

– Костя?

– На взрыв похоже. Даль, не знаю… смотри!

Тут и смотреть не пришлось. Клубы дыма было отлично видно. А пожарную машину, которая промчалась туда с воем, не только видно, но и слышно.

– Даль. – Костя смотрел отчаянно. – Ты можешь… туда? Ну… помочь? Это ж люди, нормальные, живые…

– А без меня у вас ничего не разберут? – огрызнулась Далина.

Вот сейчас уж точно не время, и Васька маленькая у них, и вообще они гуляли. Может, люди как-то сами? Что она там может сделать?

– Техника нужна, и это долго, пока они приедут, пока начнут, а ты можешь просто людей почувствовать…

– И кто меня туда пропустит?

Костя ответил выразительным взглядом. Вот в Далине он даже не сомневался.

– Какое мне дело до людей?

– …

– Были бы хоть родные!

– …

– Вы вообще чаще размножаетесь, чем умираете! – сорвалась Далина. – Дура я? Да?!

Далина и так ответ знала. Потому что Костя смотрел умоляющими глазами.

– Ты понимаешь, что после этого нам точно придется из города уехать? Так, чтобы следов не было. Понимаешь, что это будет последней каплей? Нас и так ищут наверняка…

Костя весь съежился и кивнул. Что случилось с Вовочкой и его мамочкой, он преотлично знал. Но у них ведь не было другого выхода! И тогда не было, и сейчас, наверное, нет…

– Значит, уедем. Даль, я… помоги им. Пожалуйста.

Далина молча завязала в хвост длинные волосы, нацепила бейсболку и повернулась к источнику шума.

– Идем.

Увидеть, что случилось, было несложно. Взрыв бытового газа в шестнадцатиэтажке или возгорание. Или… Взрыв-то точно был. А потом что-то сильно загорелось. И огонь пошел снизу вверх, по лифтовым шахтам, проводке, вентиляции…

В девяностые строили достаточно много. А вот качество строительства было весьма не очень. Мало ли, что в проекте написано, кто там все эти ГОСТы-тосты соблюдать будет? Это ж деньги!

Купи проводку попроще, утеплитель похуже, урви сейчас, а что там потом будет – какая кому разница? Может, потом вообще ничего не будет, так хватай, хапай, жри в три горла, давись… гуляй, рванина! Плевать на все! И плевали. А люди покупали квартиры и жили, знать не знали о таких тонкостях.

Но ведь надо же застройщику на что-то «Мерседес» купить? И часы золотые сами под дверь не приползут, и бриллианты для супруги не прикатятся!

Результат был налицо. Что уж там взорвалось на первом этаже? Но теперь огонь стремительно распространялся наверх.

А люди… застройщик там жить не будет, а до остальных ему дела не было. Даже на взгляд Далины становилось очевидно, что это – приговор. Может, кого-то и спасут, но не всех. Лифт в такой ситуации не работает, а лестница… вы пробовали сбежать с шестнадцатого этажа, да через огонь, когда первый этаж уже пылает и дым тянется вверх, а пламя уже загудело жадно и зло…

– Даля, – почти всхлипнул Костя.

Он тоже понимал, что в такой ситуации только чудо спасет. Что тут может сделать дракон? Взлететь и поснимать людей? По одному, в когтях?

Далина щелкнула его по носу.

– Держи Ваську. И готовься драпать, понял?

В ее тоне не было уныния.

– Х-хорошо. – Костя схватил покрепче коляску. – А ты…

– А я – дракон.

Далина усмехнулась, надвинула пониже козырек и решительно шагнула вперед. К оцеплению у подъезда.

Дима оглядел поле работы, посмотрел на людей за лентой и печально выдохнул сквозь маску:

– Зеваки е…!

Коллега-пожарник ответил таким же многоэтажным выражением.

А что им еще остается? Только ругаться. Иногда так и работать легче. Особенно когда вот как сейчас пожар, а в здании несколько десятков человек минимум! Воскресенье же, кто там уехать успел? Или те, кто с вечера загулял, или те, кто на дачу ускакал. А остальные дома отсыпались.

И плохо все. Натуральные материалы горят быстро, а пластик и синтетика горят ядовито. Кто не сгорит, тот задохнется, и еще неясно, что страшнее. Думаете, кто-то успеет выйти? Немногие. А скольких еще затопчут, покалечат, собьют? Страшно это… люди в зверье превращаются.

А зеваки – отдельная песня. Как же Дима их ненавидел! Раньше люди помогать шли, а сейчас с телефонами стоят, фоточки, б…, делают на фоне дома! А понять, что там живые люди, – не судьба? Что им больно, страшно… тебе в интернете повыделываться, а у них каждая секунда на счету! Не помогаешь? Так хоть спасателей не раздражай, пакость с телефончиком!

– …Попустительство городских властей…

У Димы аж рука зачесалась на обломок кирпича. Попустительство! Ты б молчал, сволочь! После девяностых годов, когда все воровали, от сантехника до губернатора, просто – все, тут и попустительства не надо. Представь – десять, а то и двадцать лет методично загаживать квартиру, а потом сказали – оттирай! Сам, ручками. Да ты не будешь знать, за что хвататься!

Понятно, и сейчас воруют, и всякое бывает, но губернатор действительно старался. И делал кое-что, просто на все сразу и рук не хватало, и средств!

Опять же! Ладно – власть плохая! А ты давно проверку проходил? Газовые службы ходят исправно, так не поленись, пусти их домой, а то и сам вызови! Плиту у тебя кто подключал? Специалист или сосед дядя Ваня? Газовый шланг когда менял? У него ж тоже срок годности есть! Опять же, колонки проверки требуют, котлы, если индивидуальное отопление! А после девяностых у нас и «смешанные дома» встречаются, где половина квартир топится от котельных, а половина с индивидуальным отоплением, пробивали и такое в девяностых, и мини-котельные сами делали возле домов, и чего только не было! Кому расскажи…

– Димка! Блин!

Напарник, Олег, схватил друга за рукав, показывая на что-то:

– Это… что?!

И было чему удивляться. Первым делом они выставили вокруг дома оцепление. Эвакуировали всех, до кого добрались, потом дом оцепили, им только жертв не хватало, а вот это – как?!

Откуда взялась эта женщина? Дима ее не видел, словно кто-то ему глаза отвел. А вот же она, стоит совсем рядом и смотрит на огонь, спокойно так… А потом вдруг шагнула вперед и положила ему руку на плечо.

– Парень, я сейчас кое-что сделаю. Только под ногами не мешайтесь.

– Это еще что?! Почему посторонние?!

Капитан Панкратов! С-собака, чтоб тебя, принесло скота! Тут и ругаться захочется… начальники – они тоже разные бывают. И вот этот конкретный из «родных» и «блатных». Да еще таких, в каждой бочке затычка, в каждой бутылке…

Дима бы многое сказал, но женщина вдруг оскалилась. И… это что?! У нее сколько зубов-то?! Куда там американской актрисульке, тут реально – как у акулы! Ой, мама.

– А я не посторонняя. Я очень даже своя.

И сделала шаг вперед. В огонь. Взвыли все.

И капитан, и Дима, и напарник, и кое-кто из зевак… только женщина внимания не обратила. Она вытянула ладони перед собой… да что творится!? Она же гореть должна! Го-реть! А с ней что происходит?!

Пламя даже и не думало охватывать тонкую фигурку, что там, даже одежда оставалась целой! Но языки огня реально обвивались вокруг нее, словно водоросли вокруг водолаза, они ласкались… были, словно ручные.

– Это что за … и …?!

Впервые за все время работы Дима был полностью солидарен с Панкратовым. Ему бы тоже очень хотелось знать ответ.

Далина погладила особенно ласковый язычок огня. Да-да, погладила. Она же дракон, повелительница огня и крови. Для нее это родная стихия. Даже если бы она была синей драконицей, она и тогда не потеряла бы родства с огнем. Драконы – создания магические, и огонь внутри них имеет такую же магическую природу, а это… тоже огонь. Далина ловко поймала на ладонь язык пламени, потянула в себя, поморщилась.

М-да, нет у нее пока столько сил. Раньше она бы просто втянула огонь в себя, впитала, сделала своей неотрывной частью, но сейчас еще рано! Нет, сил не хватает. И запасти негде. Хоть какие бы накопители, но нет их тут! Не-ту! А что тогда делать?

Далина обернулась. Люди. Стоят, чего-то ждут… чего? Куда можно направить огонь так, чтобы он никого не задел, не повредил? Так, может, проще спросить у людей?

Далина оценила обстановку, придержала самые наглые струи огня, которые ползли наверх, и шагнула к пожарникам.

– Б… – отшатнулся один из них. Второй шагнул поближе, и к нему-то Далина и обратилась:

– Что можно сделать с огнем?

Такого вопроса Дима не ожидал.

Женщина стояла на самой границе огня и чистого пола, и почему-то дальше нее пламя не распространялось. Она заворачивалась в огонь, как в плащ, она явно… была с ним заодно, была его частью, но…

– Сделать?

Панкратов мелко крестился и, кажется, бормотал то ли молитву, то ли просто матерился. Крест вон вытащил, да такой, что им убить можно. Женщина на него даже не посмотрела.

Не нечисть? Да плевать, им бы людей спасти, а там хоть бы и чертовка с рогами. Кажется, в фильме, где кот на люстре качался, черти огнем и управляли? Да? И плевать! Три раза![23]

– Я не могу сожрать огонь, – разъяснила женщина. – Он уже есть. Я могу собрать его и сбросить куда-то. Куда можно, чтобы никому не навредить?

Дима огляделся. В такой постановке вопрос выглядел адекватно. А правда – куда? Если взять обычный двор обычного дома…

– Огня будет много?

– Достаточно.

– Ты его сможешь придержать какое-то время или его надо будет перенаправить сразу?

Что-то взвизгнул Панкратов. Дима на него даже не посмотрел. Женщина долго не думала.

– Минут пять у меня будет, больше вряд ли.

– Димка, смотри! Вот тут, по карте! Где Сельская, – ткнул пальцем в нужном направлении напарник.

– Точно!

Димка едва не подскочил от радости.

Есть в любом городе такое явление, как стихийные свалки. Выбирает народ пустырь, или овраг, или еще какое место неудобное и туда всю помойку тащит! Да не ведра с очистками картофельными, а что-то массивное, вроде кроватей, матрасов, холодильников…

До такой стихийной свалки тут если гнать, как раз минут пять и будет. И городу хорошо, утилизация. И женщине… наверное.

– Мы тебя довезем. Только с огнем…

Далина кивнула.

– Готовьтесь. Гнать надо будет быстро! Не удержу – всем хуже будет.

А потом развернулась к огню.

Олег бросился к машине. А Димка смотрел. И видел… невероятное!

Женщина протянула руки – и огонь вдруг пополз к ее ладоням. Струями, языками, отдельными всполохами и протуберанцами он собирался вокруг ее рук, наматывался, словно клубок, вот уже и кистей не видно, так ярко он светится, но… его становится меньше. И Дима даже отсюда видит, как гаснут языки пламени на верхних этажах, как они… сползаются, словно змеи в брачный сезон, сплетаются вокруг женщины, и чем больше огня, тем труднее ей приходится, вот, и брови сдвинуты, и по щеке из-под белой бейсболки катится капля пота. А огня все меньше. И дым отлично выдувается ветром.

Если ничего не горит, его же и не прибавляется!

Обе ладони уже полностью скрылись в огне, а последние струи словно нехотя сползают со стен, медленно извиваются, наматываются на ладони женщины, она осторожно сводит их вместе – и между ладонями уплотняется огненный шарик. А пламени больше нигде и нет. Вообще. Только гарь на стенах. Дым, вонь, но это быстро проветрится, исправимо. Главное – ничего больше не горит! А женщина делает шаг назад.

– Не… удержу долго.

Другого приглашения Диме и не надо.

– Помочь?

– Сама.

Женщина делает шаг к машине, второй…

Панкратов словно из канализации воздвигся.

– Ку-да?!

И Дима не выдержал. Видно же, девчонке плохо, кем бы ни была, вон, губа прикушена, капля крови по подбородку ползет… Да гори оно все ясным пламенем!

Удар получился точным – в подбородок капитану. Только подошвы в воздухе сверкнули, а куда идиот улетел, Дима и не видел. Он старался всех распихать, чтобы никто не помешал этой женщине. Скорее, в машину, вот, на заднее сиденье…

– Олег, гони!

До пустыря долетели не за пять минут – за три с половиной. А сколько правил нарушили, там и считать не надо.

Все. Может, еще и немного сверху. Да и плевать, важно, что женщина на заднем сиденье бледнеет с каждой секундой, а шарик между ее ладонями все ярче и жарче, и маленькие язычки огня обвиваются вокруг запястий, пытаются уползти на обивку, одежду, а она держится, стискивает зубы и даже прядь волос, которая ей на лицо упала, не поправляет, хотя та лезет в глаза и неприятно липнет к коже.

Вот и пустырь. Олег затормозил со свистом, Дима вылетел и сразу же распахнул дверь.

– Вот…

Далина едва выбралась из машины. Да, это тоже надо, но тяжело, как же ей тяжело… машину снимать было легче. То есть людей… а, уже неважно!

Потому что шарик с угрожающим воем летит в направлении пустыря, и оттуда с таким же воем разбегаются бродячие собаки. А шарик падает строго посередине – и взвивается пламенем!

Его собрали в ладони! Ему не дали расползтись, а он так старался, он так хотел, он ждал, он надеялся, он… взлетает на высоту чуть ли не девятиэтажки – и оттуда обрушивается огненным дождем. Проливается на пустырь, жадно, с воем пожирает мусор, старую технику… тут что-то останется, кроме пепла?

Дима и Олег сами не поняли, как оказались в машине. А уж куда делась женщина, они и вовсе не сообразили. Только что была рядом – и нет. Словно ее пламя сожрало. Может, оно и к лучшему? Им бы сейчас ее надо назад везти, объясняться, что она, кто она, а ей это, похоже, ни к чему? Вот и не надо.

Мужчины переглянулись. За их спинами пламя пожирало старый мусор. До земли. До золы.

– Ты ее запомнил? – тихо спросил Дима.

Олег потянулся к видеорегистратору и демонстративно нажал кнопку сброса. Задержал палец.

– Димк, беда. У меня такой сбой… или сломался, гад?

– Сломался. – Димка со своей стороны, ему так было удобнее, вытащил карту памяти и переломил пополам, а обломки выронил на землю. Еще и каблуком притоптал. – Вот беда-то?

– Да, не угадаешь…

На парковку с воем влетела машина гаишников.

Чуточку забегая вперед, отписываться парням пришлось долго. Но оба стояли на своем. Ничего не знают, не видели, не поняли, не заметили… так точно, дураки! На том начальство и отстало. Премию, правда, им не дали, но люди-то живы остались! А это – главное.

Как Далина добралась домой, лучше было и не вспоминать. Где ползком, где рывком… спасло только, что от пустыря до дома было минут десять-пятнадцать ходьбы. Да и Костя сидел на скамейке у дома, ждал.

– Далька!

– Все в порядке?

– Да. Там все хорошо. Огня нет, еще люди подъехали, скорая… без жертв обошлось.

– Вот и отлично. Поможешь дойти?

– Опирайся.

Далина честно старалась не наваливаться на мальчишку всей массой. Получалось плоховато, так что Костя сбегал, отнес домой Василису, а потом помог Далине подняться. И та рухнула на кровать рядом с малышкой.

– Ох-х-х… сейчас сдохну!

– Может, таблеточку? Или еще чего?

– Ваську покорми, она ворочается.

– Хорошо.

Голова разламывалась. Все же такой выброс силы даром не проходит. Он пойдет на пользу, Далина станет сильнее, но пока ей просто плохо.

Мать и дочь спали. Костя смотрел новости. Как оказалось, в высотке на первом этаже какой-то идиот устроил пекарню. А тут есть одно НО!

В доме не было газа, только электричество. А это дорого, счетчик такой километраж наматывал, что прибыль в трубу вылетала. И хозяин пошел на риск. Попросту купил плиту с газовыми баллонами, установил их… проверки? А что, проверяющими не люди работают? Люди, и деньги они уважают… вот баллоны и рванули. И огонь начал быстро распространяться вверх. Если бы не Далина, там бы десятка три человек погибло, может, больше. С утра печь начали, хотели булочки продавать, как люди проснутся…

Костя искренне надеялся, что идиота посадят. Надолго. А еще смотрел по разным сайтам, чатам и каналам, не мелькнет ли где Далина? Как оказалось – нет. В паре мест было что-то невразумительное, но быстро исчезло. Костя вздохнул и расслабился. Не засветились. Может, и не надо им уезжать? Так, чтобы насовсем? Уехать к этому переходу, сходить в другой мир и вернуться? Если о них никто не знает?

Пусть Далька проспится, а он потом это с ней обсудит. А все-таки хороший она человек, хотя и дракон. Получше многих будет.

– Это – что?! У нас тут передача про сверхъестественное? Что за чушь?!

Удивление человека в погонах относилось к докладу на его столе. Причина была более чем уважительная. Официальное учреждение, люди в погонах и…

– Втянула огонь в себя?! Чушь! Кто там сводки составлял?

Примерно через двадцать минут в кабинете оказался сотрудник информационного центра, который и включил данный случай в сводку.

А еще через два часа сидел в том же кабинете Дмитрий Сергеевич Свиридов и рассказывал все честно, как есть. И про странную женщину с алыми волосами, и про огонь, который к ней шел, как собачка к дрессировщику…

Хозяин кабинета слушал внимательно. А потом задумался. И снял трубку телефона. Звонок, приказ, распоряжение…

Кто сказал, что государственная машина ленива и неповоротлива? Когда ей надо, она очень даже быстро крутится. И завертелись колесики, и принялись собирать сведения то там, то здесь… и очень даже легко наткнулись на ту же девушку на боях. А потом и еще кое-чем заинтересовались.

Оказывается, у нас тут пожар был? Да какой! Дом загородный шикарный сгорел, как свечка. А кто в теремочке-то жил? А-а… нехороший человек из союзной республики. Приехал, гражданство получил, торговал тут, бизнес строил, а параллельно еще законы нарушал, взятки давал… ага! А еще невежливо относился к женщинам. Нехорошо даже.

Если знать, куда смотреть, можно разное накопать, и даже то, что с начала года на него три – три! – заявления об изнасиловании забрали. Одно, может, еще случайность, два, но чтобы так? А что в прошлом году было? В позапрошлом?

Стоило потрясти участковых, такое посыпалось. Сволочи, что уж! И насильник, и те, кто за взятки выматывают жертвам последние нервы! И добиваются, чтобы несчастные бабы забрали заявления.

А тут погорел бедолага. И потушить не смогли, а может, и не старались.

Подумал человек с погонами и взял полную сводку происшествий. Посмотрел одно, второе… искали уже не огонь, а что-то невероятное. Какое-то везение, что-то превышающее человеческие способности.

Постепенно и на Сергея вышли. Тут слово, там… И потянулась разматываться ниточка. Это что ж получается – по городу бегает не пойми кто? Что не человек – понятно, люди так с огнем не поступают. Или?..

Есть же экстрасенсы разные, Мессинг тот же, гипнотизеры… хотя нет! Это сферы разные! Людям головы морочить можно, а вот как ты облапошишь горящую ветку? С огнем номер не пройдет, он или есть – или нет. Значит, не человек. Но вроде дружелюбная? Или дружелюбное? Инопланетяне?

А черт его знает! Вроде у нас не Америка, чтобы везде НЛО искать, но и человеку-то такое несвойственно. И волосы красные… хотя нет! Волосами сейчас точно никого не удивишь.

Медленно, но верно кольцо вокруг Далины сужалось.

Ардейл, замок Радданов

Итор Раддан стоял перед отцом навытяжку.

Алгару было уж лет под двести, но мужчина не утерял ни хватки, ни характера, ни сил. Может, и хотелось сыночкам самостоятельности, но приходилось терпеть и скрипеть зубами.

– В замке Ланидиров готовятся представлять наследника драконам.

– Наследника… алого?

– Да, судя по тому, что я узнал, алый. Не черный.

– Ты уверен? – Взгляд черных глаз воткнулся в Итора, словно две раскаленных спицы.

– Уверен, отец.

Итору тяжко пришлось, но разузнал он все достоверно. С Ридолой, правда, не поговорил, она не собиралась никому ничего рассказывать, а вот с другими слугами можно было. Клаус Итору был благодарен за деньги и помощь, так что парень мог в любое время в замке гостить. Вот ведь… дурак, Дубдраган, сил много, ума мало! Как он вообще мог подумать, что Итор хоть шаг без согласования с отцом сделает? Смешно даже!

Но у Клауса не было отца, не было главы рода, даже к клану он относился достаточно условно, как непризнанный ублюдок, вот и не думал ни о чем таком.

– Может, лучше его на всякий случай… устранить? – задумался Алгар.

Итор пожал плечами. Если отец прикажет… ах, это ребенок? Младенец еще? Так и надо его удавить, пока он не вырос и не стал серьезной угрозой! Понять, насколько это отвратительно, он просто не мог. Даже наоборот… вот удавил бы старый Дубдраган Клауса пораньше и жив бы остался.

Алгар думал и размышлял еще некоторое время, а потом вздохнул.

– Он точно алый?

– Далина Ланидир провела все ритуалы и обряды, – честно сказал Итор.

Алгар задумчиво кивнул. Вражды с алыми у него не было, а оставлять клан без единственного законного наследника – нехорошо. Он же не изверг, чтобы убивать ради удовольствия, он только по делу.

Дубдраганов приговорил – так их и надо было! Тут даже родовые алтари сопротивляться не будут: кто сильнее, тот и прав, тот и поведет за собой черных драконов. Все честно. А Ланидиров – да чем ему может помешать малыш?

Алгар и сам на него посмотрит на празднике, но если мальчишка и правда пошел в род красных, пальцем его не тронет. Пусть судьба решает. Просто… Ну как поверить в такую дурость?

Первенец, наследник – основа любого рода! Когда заключают договоры, сверяются с родовыми кодексами, там все четко прописано. У Дубдраганов тоже, у черных вообще первенца никогда в чужой род не отдадут. Логично было бы, если Далина родит двоих, старшего в род мужа, младшего – в свой, так делают, так и ее родовой алтарь не стал бы сопротивляться. А мальчишки, будучи братьями, укрепляли бы родственные и клановые связи.

А Клаус отдал первенца в другой род. Что с ним теперь алтарь сделает? Да что угодно, и задача Алгара аккуратно подтолкнуть Дубдрагана к печальному и закономерному финалу. Вообще, все складывается просто отлично. Деньги есть, наемники – будут, военная сила пригодится всегда.

– Итор, отправишься, наймешь тот самый полк, в котором сражалась Далина Ланидир. Понял?

– Да, отец.

Почему тот же? Алгар привычно разъяснил сыну, понимая, что если хочешь получить грамотного преемника, который не пустит твои начинания и род по ветру, – УЧИ! С самого начала, терпеливо и методично, разъясняя и показывая на конкретных примерах.

– Далина была популярна, всего добилась сама и с нуля, ее уважали. Наемники не любят Дубдрагана. Они никогда его ни в чем не поддержат. Если он их наймет, дело другое, но мы успеем первыми.

– Понимаю, отец.

– Лучше я заплачу побольше. А в случае каких-то неожиданностей лучше отдать золото, чем свою кровь. Драконов мало, а наемников… этих – не сосчитать! Каждый год новые прибавляются.

И это было понятно Итору.

– Ты мудр, отец.

Алгар кивнул. Он-то отлично знал. Сколько лет ему понадобилось, сколько усилий, Клаус подвернулся вовремя… нет, не так! Алгар давно и упорно искал такого, как Клаус, сильного, подлого, обиженного на весь мир и достаточно глупого, чтобы им можно было вертеть, а когда нашел, подтолкнул на нужный путь. И теперь собирался пожать плоды своих трудов. Ему хотелось править всеми черными драконами.

Ах, власть! Лучший наркотик мира! Крепкий, приятный, заставляющий чешую топорщиться, а язык – в предвкушении облизывать клыки. Скоро, уже очень скоро.

Глава 12

Россия, наши дни

С Майей Далина продолжала общаться. Они время от времени созванивались, Майя приглашала подругу в гости, и Далина не отказывалась. Она изучала этот мир.

Общество неоднородно, это реальность. Есть те, кто богаче, есть средний класс, есть вовсе уж беднота. Даша была из последней категории, Далина перешла в среднюю, но рано или поздно ей захочется стать богатой. Даже не так. Бедных драконов не бывает. Искать, копить, беречь, приумножать деньги – это в крови у любого ящера. Так что финансы у Далины будут. А вот что с ними делать, как себя вести… кто-то считает, что достаточно купить особняк и машину? И все? Деньги должны работать!

В своем мире Далина знала, куда их вкладывать, как преумножать, бедствовала она пару лет, а потом бы и без своего рода не пропала. У нее и сейчас хорошая сумма лежит – на Ардейле! Если она туда попадет, обязательно купит золота там, а продаст уже здесь. Но это детали…

Деньги надо пристраивать, а вот как, куда, в какое дело, какие будут тонкости… вот Далина и разговаривала и с Майей, и с ее родителями, искренне наслаждаясь диалогами…

Да что там! Максим Сергеевич тоже с удовольствием беседовал с девушкой. Рассказывал о трудностях в бизнесе, жаловался на то и на это…

Далина внимательно слушала. Она хотела себе спортивный клуб, вроде того, в котором успела поработать, но там же свои тонкости! Наверняка! И надо учиться, узнавать их… может, с подвальчика начать, не открывать же шикарное заведение, чтобы сразу прогореть? Сколько один хороший тренажер стоит? А их не один десяток нужен! И зеркала, и отделка всякая, и согласования, и работники, и… Уйма всего!

Максим Сергеевич занимался конфетами, у него была фабрика, и ему было что рассказать. И про санитарные нормы, и про рабочих, и про налоговую… Далина внимательно слушала. Майя переглядывалась с матерью, и обе посмеивались. Сама Майя пока в бизнес не собиралась, хотя практическая жилка у нее была, а отцу явно хотелось кого-то учить, передавать опыт… вот, пусть.

Но сегодня мужчина чуточку задержался. Так что девушки успели и кофе попить (Далина – чай с молоком), и посплетничать всласть, а потом Далина отправилась подумать о жизни и покормить Василису. Пропустила появление эффектной рыжеволосой красотки, которая влетела в гостиную и почти упала в кресло.

– Май, у меня беда.

Сказано было таким тоном, что Майя мигом забыла про все. Какие гости? Когда лучшая подруга перед тобой сидит, а в глазах у нее отчаяние…

– Ритуся, что случилось?

– У меня опухоль.

– Боже!

Майя как стояла, так и упала в кресло. Рыженькая и обаятельная Рита потерла лицо ладонями.

– Голова с утра бешено болела, я таблеток напилась… сама видишь, хожу, пошатываюсь.

Майя видела. Координация движений у подруги слегка страдала. И потому Рита делала все нарочито медленно. Опустилась в кресло, поставила рядом крохотную сумочку, которая стоила как крыло самолета…

Майя и Рита дружили с детства. Сначала подругами были их мамы, а потом и девочки. Почему нет? Разница в возрасте у них около года, взаимопонимание есть, папы у обеих красоток занимаются бизнесом, благосостояние семей растет…

Только вот сами семьи меняются, увы. Если у Майи все было в порядке, ее папа не собирался ни на кого менять свою супругу и обожал детей, то отец Риты умудрился влюбиться на старости лет. Укусил его пролетающий Амур, и решил мужчина, что жизнь проходит, а любовь приходит и уходит. Новая пришла, старая может уходить… С женой он развелся честь по чести, обеспечил ей и квартиру, и машину, и неплохое состояние на счетах, дочку тоже не бросал, просто Рите самой стало сложно общаться с отцом. А как быть, когда у тебя мачеха – моложе тебя самой? Рите двадцать пять, так мачехе двадцать два! Как с ней разговаривать? Даже если она уверяет, что отца любит до безумия, Риту-то она НЕ любит! И это взаимно!

И мать удивила. Года не прожила в разводе, замуж вышла. Оказалось, она всегда о даче мечтала, купила, а там такой сосед… отставной военный, так что у отца все прекрасно, у матери отлично, одна Рита болтается, как колокольчик у коровы на шее.

Вот и начала у нее голова болеть. Сначала слабо, а потом сильнее, чаще, больше… когда Рита поняла, что без таблеток и трех дней не выдерживает, тогда и пошла сначала к невропатологу, а потом…

А потом врач и направила ее на всякие-разные обследования, она же и высказалась, отводя глаза. Глиобластома. Неоперабельная. Да, и такое бывает, череп – место сложное, далеко не все можно вырезать. Так что… можете смело писать завещание, девушка.

Да, врачи говорят это намного более вежливо, но Рита дурой не была. Отлично все понимала. С лечением – полгода мучений, без лечения, может, месяца три. «Мы вам очень сочувствуем, девушка, но конец все равно один – полубезумное растение на обезболивающих». И каково это слышать в двадцать пять лет? Когда все есть, а жизни уже нет? Рита ревела так, что даже не услышала, как открылась дверь.

– Даша? – Майя совсем забыла про девушку, которую пригласила. А она вот, с ребенком на руках, стоит, пристально глядит на Риту. Ритка по такому поводу даже плакать перестала, но прежде, чем она выдала какую-нибудь гадость, Даша оскалилась. Да так хищно…

– Что дашь за свое исцеление?

Рита недоуменно выругалась.

– Это у меня и самой есть, – отмахнулась Даша. – Так что ты готова сделать, чтобы вылечиться?

Поменять подгузник – недолго, но Василиса начала хныкать, так что Далина ее еще и подкормила немного. Задержалась, ребенок же. А ее никто и не ищет.

А почему? Потому что на груди у Майи ревмя ревет поразительно красивая девушка. Майя хороша собой, но у нее красота кукольная, стандартная, с применением кое-каких достижений хирургии. А вот вторая…

Таких красоток Далина здесь еще не видела. Рыжая, зеленоглазая, тонкокостная, невероятно легкая и воздушная. Ладно, сейчас понятно, что худоба ее и бледность – последствия болезни. Но даже сейчас она красива какой-то запредельной, эльфийской красотой. Вот кого надо в фильмах снимать! Но рядом с ней другие актрисы монстрами покажутся! Рыжие кудри, огромные глаза, точеный нос, полные губы…

И именно ее внешность натолкнула Далину на одну мысль. Достаточно подлую и жестокую, но как откажешься, когда тебе позарез нужен кто-то именно такой! Чтобы все смотрели на нее и никто на Дашу? У Риты есть беда, у Даши есть идея, как с ней справиться… Некрасиво? А все в мире имеет цену. Она сейчас может продать самый дорогой товар – жизнь и здоровье, так чего сомневаться?

– Издеваешься? – опомнилась Рита. Майя молчала, она уже немного узнала Далину, та не станет говорить просто так. И глупые шуточки не в ее характере.

– Нет. Я подслушивала, у тебя опухоль в голове, правильно?

– Да.

– Вырезать не получится.

– Нет. – Рита решила, что семь бед, один ответ. Что это за девица с красными волосами, непонятно, но если она хоть чем-то может помочь – надо брать! Официальная медицина уже расписалась в своем бессилии. Что теряет Рита? Даже если деньги – плевать! Все равно они ей через полгода не понадобятся.

– Тогда я сейчас уйду. Ты мне оставь свой телефон, вечером приеду и дам лекарство. Ты его выпьешь, потом сходишь, поговоришь с лекарем… то есть врачом, и если поможет, поговорим дальше. Идет?

– Запрещенное?

– Нет.

Рита сощурилась.

– Это развод на деньги?

– Денег не попрошу. Говорю в присутствии свидетеля, за деньги такое не купишь и не продашь.

Рита хмыкнула.

– Ну… ладно. Пиши телефон.

Далина кивнула. Записала, сделала дозвон и попрощалась с Майей.

– Была рада пообщаться. Звони, если что. А тебе, – взгляд на Риту, – я вечером позвоню.

– Буду ждать.

Далина кивнула и ушла, а Рита строго воззрилась на Майю. Как – строго? Как таблетки позволили, косыми глазами, на троечку, но с серьезными намерениями.

– Это – кто?

– Это очень интересный человек, – отозвалась Майя. – Ты моего бывшего помнишь?

Рита помнила. И историю знакомства выслушала с интересом. Только вот…

– То, что она драться умеет, это хорошо. Но при чем тут лекарства?

– А что ты теряешь? Я с Дашей общаюсь уже с месяц и могу тебя заверить – деньги ей и правда не нужны. Отец предлагал, но она отказалась. А знания и характер у нее правда уникальные. Наш начальник охраны зубами скрипит, что ее нанять нельзя. Говорит, таких навыков он нигде еще не встречал.

– Но это ж не лечение…

– Нет. Но навыки не сами по себе берутся. А там, где могут убивать, могут и лечить, наверное. Знаешь, мастера боевых искусств и прочее…

Рита вздохнула.

– Ладно. Правда, ну что я теряю?

Звонка Рита ожидала с нетерпением.

Головная боль пробивалась через принятые таблетки, но девушка терпела. Терпела в такси, терпела на скамейке в парке, терпела, когда к ней подошла Даша и с ходу протянула маленькую пластмассовую емкость – такие продают в аптеках для сбора жидких анализов.

В емкости плескалось что-то буро-коричневое.

– Залпом и глотком. Готовься, вкус мерзкий, – честно предупредила Даша.

Рита молча протянула руку.

Боль уже прорастала внутри, уже ворочалась раскаленным металлическим ежом в затылке, уже отдавала толчками в глаза… Мерзкий? Да она бы и экскременты скунса слопала, лишь бы помогло! А это… горькое, соленое, неприятное. Ерунда!

Далина хмыкнула, глядя на лицо Риты.

Кофе это был. Самый обычный кофе с солью, в который Далина щедро плеснула своей крови. Она уже почти дракон. И ее кровь – тоже драконья. Не совсем полноценная, так что исцелить по-настоящему она не сможет. Но поможет, и легче будет, и можно будет поговорить про дальнейшие условия.

Рита какое-то время сидела на скамейке молча. Прислушивалась к себе. Первыми ощутили облегчение глаза. Их перестало сводить судорогой… да-да, если есть глазные мышцы, то и судороги тоже могут быть. Потом как-то незаметно втянул иголки ежик. И оказалось, что можно дышать, и ей легче, и встать можно. С опасением, но можно ведь!

Так Рита и поступила.

– А когда это вернется?

– Еще две порции лекарства у меня в холодильнике. Так что предлагаю тебе сейчас на ночь поехать к нам. С утра выпьешь еще дозу и вечером одну. Или хочешь, встретимся здесь же завтра утром и завтра вечером. Потом поедешь к врачу, пусть тебя посмотрят. А потом поговорим о дальнейшем. Согласна?

Рита кивнула. Потом покачала головой.

– Я согласна, но лучше я к себе домой поеду. Хорошо?

– Конечно. Завтра в восемь утра и в восемь вечера тут же. Идет?

– Да. Спасибо.

В такси голова тоже не болела. Так, легкая тяжесть, вообще ни о чем.

И дома не болела, и Рита умудрилась преотлично выспаться без снотворного. И обезболивающее не надо было, она чуть встречу не проспала. Хорошо, будильник в семь зазвонил истошно, а так бы спала и спала…

А боли и с утра не было. Так что на встречу с Дашей она почти летела. И вторую емкость махнула одним глотком.

– Это точно не наркотик?

– Пф-ф-ф… – пожала плечами Даша. – Ты натощак пила?

– Да.

– Таблетки твои уже должны были выветриться, сходи, сдай анализы.

Рита кивнула.

– А что, я так и сделаю.

– Сделай. – Далина оценивала внешность девушки утром, и ей нравилось увиденное. Рядом с этой красоткой Рассина показалась бы жалкой кухаркой. Да что там! Далина Ланидир в прошлом своем теле рядом с Ритой выглядела бы как лосиха рогатая. Есть же такие… и красивая, и изящная, и лицом, и фигурой взяла…

Если Рита согласится, считай, полдела сделано! А она обязательно согласится.

Ардейл, замок Истанаров

– Когда назначим ритуал?

Эддару как раз это было безразлично. Хоть сегодня, хоть завтра – выбор Беннета, не его. Это не ему потом придется срочно уносить хвост от разъяренного Клауса. А как?

Ритуал пройдет, связь порвется и крепко хлестнет по хозяину.

Эддар выбрал именно тот вариант разрыва связи, который будет наиболее болезненным для Клауса. Все закономерно. Ты получил клятву обманом, ты ее фактически выманил у наивного мальчишки, а за такое тоже спрашивают. И жестоко.

Беннету, опять же, лишний урок. Прочитать одну книгу мало, соображать надо. Не оговариваешь все до мелочей – найдется тот, кто воспользуется твоей оплошностью в своих целях. Думай, дракон, думай, не все ж тебе хвостом махать!

– Клаус планирует прием по случаю представления наследника другим родам. – Беннет взвыть готов был с этим приемом. Есть требования безопасности, а есть затеи Рассины, которые та продвигала с невероятной энергией и энтузиазмом. Вот хочу фейерверк – и хоть ты рассыпься. А что это может быть опасно? Что придется допускать посторонних чуть не в самое сердце замка? Пригласить столько-то народа! А следить за ними кто будет? Или все, кто приедет, будут добрыми и благожелательно настроенными? Нет? Рассина об этом не думала.

– Планирует. Я приглашен.

– Мы можем привести ритуал, когда прием закончится?

– Да хоть бы и во время приема, – фыркнул Эддар. – Там недолго, только место нужно и сил я много вложу.

Тоже не так много, но к чему об этом знать Беннету?

– Место и безопасность я обеспечу, – блеснули шальными искрами глаза Беннета.

А что? Самое время, в суматохе, в шуме, в гаме… говорят, что у семи нянек дитя без глаза, здесь так и будет. Проведут ритуал, а пока Клаус будет разбираться, кто и что, Беннет и удерет. С Ридолой и ребенком.

– Смотри, ты потом тоже будешь не в лучшем состоянии. С тебя тоже спросится, возраст, конечно, у тебя был сопляческий, но раз хвост отрос, то и головой думать уже пора.

– Перетерплю. Главное вы мне гарантировали – по-настоящему серьезного отката у меня не будет, а боль, слабость, болезнь… в приюте этого себе позволить было нельзя. Но я еще дополнительно подстрахуюсь.

Эддар кивнул:

– Так и решим.

Представление наследника обещало быть весьма интересным. Уж Эддар постарается.

Россия, наши дни

Давно Рита не чувствовала себя так хорошо.

С утра сходила, сдала все анализы, потом еще за срочность доплатила и пошла завтракать. А потом и обедать – шашлыком, и побольше! Еще сутки назад ее тошнило от запаха жареного. На встречу с Дашей Рита мчалась как молния. И третью порцию лекарства проглотила, уже ни о чем не спрашивая.

Голова не болела. И не кружилась, и ее не тошнило, так что природное любопытство взяло вверх.

– Даша, ты мне так и не скажешь, что это за лекарство?

– Сначала убедишься, что оно действует. Получишь результаты анализов, дня через три-четыре сходишь, сделаешь МРТ или еще какой снимок, посмотришь на опухоль. А потом поговорим предметно.

– Мне уже сейчас легче. Так что я готова тебя слушать.

Далина вздохнула. Девушка ей нравилась, но отступить от целей драконица не могла. И не так уж много она запросит в обмен на жизнь и здоровье.

– Обещаю не просить ничего противозаконного.

– Уже легче.

Далина не врала. Законов Российской Федерации она не нарушит. А на Ардейле… там она уже мертва! Чего стесняться?

– Тогда до встречи послезавтра вечером. Тут же. В восемь.

– Хорошо. Я приду.

Даша развернулась и ушла.

Рита коснулась головы. Та – не болела! Только человек, который каждый день просыпается с головной болью и тянется к таблеткам, сможет понять ее. Боль была – и нет ее. И жизнь прекрасна.

Рита подумала – и направилась к магазину. Давно она себя не баловала, да и не хотелось. Когда знаешь, что жить остается считаные дни, желание гулять пропадает. Вообще все желания исчезают.

Зайти в магазин нижнего белья? Она сильно похудела за время болезни, надо посмотреть пару комплектов, которые на ней не будут висеть мешками.

Интересно, что Даша попросит? Хотя нет. Неинтересно. Рита хотела жить и быть здоровой, радоваться жизни, любить, замуж выйти, детей родить, внуков увидеть… пусть хоть что просит! Тем более закон нарушать не надо, значит, о воровстве или убийстве речь не идет.

Где там ее любимый магазинчик?

– Далька, ты уверена, что с ней стоит связываться?

Далина пожала плечами.

– Кость, я просто другого выхода не вижу. Не смогу ничего лучше придумать.

– Ну, время еще есть…

– Есть. Но чем скорее я заберу сына, тем лучше. Только вот… Клаус узнает меня в любом облике. Мы же были женаты. Я не смогу подняться в небеса Ардейла в истинном виде, он меня почувствует.

– Ты же умерла.

– Да. Но я не зря говорила, что мы, драконы, прежде всего душа, потом магия, а потом и тело. Мои душа и магия сейчас полностью идентичны Далине Ланидир. Тело – да, Дашино. Так что на Ардейле я не смогу принять вторую форму. Буду прятаться внутри самой себя…

– Допустим. Но зачем нам Рита?

– Я показала фото. Тебе она нравится? Внешне?

– Зачетная те… то есть красивая. Такие обычно блоги ведут, только они все резанные-перерезанные сорок раз.

– А тут натуральная красота. Причем того типа, что нравится моему бывшему супругу.

– Ты хочешь подложить под него Риту?

Далина покачала головой.

– Для меня выгоднее будет, если она на это не согласится. Пусть строит глазки и кружит голову, мне нужно лишь дня на три попасть в свой замок. Провести ритуалы для тебя, себя, сына, забрать малыша и удрать.

– Ну… думаю, три дня она ему голову спокойно поморочит.

– Вот. Я от нее ничего больше не хочу. Пусть кокетничает, стреляет глазками, отвлекает внимание от меня и тебя, а потом мы все вместе вернемся на Землю. Только Рита будет уже здорова, мага я ей найду сразу же. Ты, возможно, станешь магом. Пусть слабым, но это же лучше, чем ничего?

– Определенно!

– Василису и тебя я приму в свой род, я могу это сделать. Василисе будет проще, тебе… тебе – сложнее. Но я тебя перед ритуалом начну поить своей кровью. Кстати, завтра и начнем.

– Фу.

– Знаю. Но условие простое. Я могу принять в род тех, в ком течет кровь дракона. Более того, другие роды такого тебе не предложат.

– А что, эта лазейка только для алых?

– Да. Я могу договориться с кровью, а вот другие драконы – нет. Зато золотую жилу я на поверхность не вытяну, а золотым драконам это как кольцо на палец надеть. И в бою я проиграю черным.

– С гранатами – не проиграешь.

– Не думаю, что их можно перетащить через порог. Да и нет у нас гранат.

– А жаль.

– Мне тоже, – честно сказала Далина. – Но если все пойдет хорошо, с Клаусом я даже не увижусь. И погони не будет.

Костя пожал плечами. По его жизненному опыту, надеяться можно на что угодно, а готовиться к худшему. Закон подлости во всех мирах работает, это не физика и не химия. И не магия. Это – Закон Подлости!

– Думаешь, эта Маргарита согласится?

– Не знаю.

– А если нет?

Далина пожала плечами.

– Развернусь и уйду. Что еще я могу сделать?

– А ты ее лечить не будешь?

– Костя, а КАК?!

– Ну… твоя кровь…

– Не универсальное лекарство. Она улучшит самочувствие, возможно, уменьшит опухоль или метастазы, судя по тому, что я читала о вашей болезни, но излечить окончательно, так, чтобы не вернулось? Это к магу. А маги – на Ардейле.

– А туда ты ее просто так не возьмешь.

– У меня силы не безграничны, я не могу тащить на себе балласт. Я не потребую от нее ложиться в постель с Клаусом, его надо будет просто отвлечь. Стоит это ее здоровья и жизни? Ей решать.

Костя пожал плечами. Перенес ситуацию на себя… ради здоровья и жизни ему надо пару дней позаигрывать с какой-нибудь девчонкой. И что? Да будь она страшнее атомной войны, от пары дней он не развалится! Наверное, у него не такие высокие моральные устои. Но для Кости жизнь всяко ценнее чужих переживаний будет.

– Я бы согласился.

– Я на это надеюсь. Но люди иногда поступают настолько против здравого смысла, что даже страшно становится.

– Да, мы такие.

Далина дернула парня за ухо.

– А еще сякие и разэтакие. Я успешно осваиваю ваш язык?

– Вполне! Тренируйся, тебе здесь всю жизнь жить.

– Надеюсь, это будет хорошая жизнь.

Далина посмотрела в окно. Подумала, открыла створку и высунулась наружу. Поймала на ладонь осенний лист, слизнула с него пару капель дождя и улыбнулась.

Жить… Пока не лишишься жизни и свободы, не понимаешь, как много у тебя есть. А зря. Это такое счастье – жить!

– Послушайте, так – не бывает!

Рита слушала. И улыбалась совершенно идиотской улыбкой. Три приема лекарства! Всего три! А опухоль уменьшилась примерно на четверть!

– Видите же, бывает…

– Вот предыдущие снимки… нет! Я не верю! Давайте еще раз попробуем!

Рита послушно кивнула. Этот снимок показывал то же, что и сделанный час назад. Врач сощурился, потер лоб.

– Рита… можно я так? По имени?

– Да.

– Вы что-то пили? Принимали?

Рита отвела глаза в сторону.

– Послушайте, если это так, это – ЧУДО! И вы не должны его скрывать!

– Это не мой секрет. Это мне достали по знакомству, – честно сказала Рита. – И я не представляю, что туда намешали.

Врач поник.

– А можете… мой телефон передать этому человеку?

– Это я смогу, – согласилась Рита.

– И если ваша опухоль еще на столько же уменьшится, мы сможем сделать операцию, не подвергая вас смертельному риску.

Рита кивнула. Если… уменьшится – это хорошо! А если она вообще пропадет? Сегодня же она позвонит Даше!

Ардейл, замок Ланидиров

Рассина думала. Серьезно и сосредоточенно. На ней нельзя жениться, она пустышка. Ладно, справедливости ради, когда схлынул первый порыв ярости, она могла согласиться с Клаусом. Она и правда не принесет ему ничего. Только себя. Свой ум, свое тело, свою хитрость – много это или мало? Как по ее – очень много, ведь у нее больше ничего нет. Но Клаусу этого недостаточно!

Теперь у Рассины два выхода. Или она уходит от Клауса, забрав все, что может. Или… остается, но надо вынудить негодного дракона на ней жениться. Она сможет?

В первом случае ей придется далеко бежать и глубоко прятаться. О власти можно забыть раз и навсегда, Клаус не простит. Мстить будет, может, даже убьет. Скорее всего…

Во втором случае риск велик, но если получить от Клауса, скажем, клятву на алтаре черных, то…

Может он ее убить? Нет, любит. Конечно, сначала будут шум, гам, крики… только вот она умная, вполне сможет убедить своего мужчину, что он сам захотел. Почему не попробовать? Клятвы перед алтарем можно и в подпитии давать, и вот, как сам Клаус подловил Беннета, рассказывал ведь. Вроде бы шуточно, а на самом деле…

А у нее есть доступ к своему дракону. И волосы она его может получить, и кровь, и другие жидкости… алтарь все примет! Почему не попробовать? Ей и нужно-то немного, лишь согласие жениться, а КАК оно будет получено – дело десятое. Определенно стоит попробовать.

Рассина потянулась и встала с кровати. Подумать, как следует проработать все детали и претворять план в жизнь. А пока… может, сходить в гости к библиотекарю? Развеяться?

Можно… Клаусу сейчас не до нее, так что драконица может и сама позаботиться о своем досуге и здоровье. Где там любимое голубое платье с жемчугом? В нем у Рассины глаза кажутся бирюзовыми, и волосы оно хорошо оттеняет, можно под него розовый жемчуг надеть.

Да, она попробует. А когда станет законной супругой, тогда и покажет всем, кто тут главный.

Россия, наши дни

– Давай проверять.

Костя послушно отошел подальше.

Не просто так они с Далиной сегодня выехали в лес, да поглубже. Сначала ехали на электричке, потом шли, нарочно выбрали место, где нет дач, есть только лесхоз. Добраться сюда можно, но сейчас – зачем? Осень в этом году прохладная и совершенно не грибная, получилось так. Да им и времени немного надо.

Далина потянулась всем телом.

– Ты раздеваться не будешь? – Костя вспомнил кое-какие фильмы, в которых при превращении обязательно рвалась и исчезала одежда, так что все перевертыши бегали или с голым задом, или в художественно оформленных тряпочках от-кутюр.

– Нет, конечно. Я дракон, а не ваше вот это… не пойми какое. Отойди еще, на всякий случай.

Костя послушно спрятался за сосной.

Далина встряхнулась всем телом – и принялась изменяться. Или – не совсем?

Словно из светящегося тумана формировалось ее новое тело. Длинное, изящное, мощное тело крылатого ящера. Вот блеснули кровавым туманом клыки, заискрились когти, глаза, расправился гребень, появились крылья.

Далина понимала, что во плоти она тут пока предстать не сможет. Сил не хватит. А вот создать энергетический контур своего тела – надо пробовать. Пока она не будет цельной, не отправится на Ардейл.

Вот вытянулся длинный хвост, мощные лапы уперлись в землю.

Костя не мог отвести глаз от алого марева, из которого все четче вылеплялось неведомое Земле существо. Страшное и прекрасное одновременно. Он-то мог оценить!

Тридцать метров красоты, ярости, огня… у него было ощущение, что кто-то нарисовал силуэт дракона, а потом заключил в контур языки пламени. И они пляшут, пытаются выбраться наружу и злятся, потому что не могут получить свободу.

– Кажется, все в порядке.

Костя чуть не подпрыгнул. Голос-то был Далины. А ящер все равно здоровущий! От такого ждешь баса или вообще звериного рева…

– Даля, ты уверена?

– Я сейчас проверяю контур, но все замкнуто. Нигде ничего не нарушено. С таким уже можно отправляться домой, не факт, что я выиграю бой, но я уже полноценный дракон, алтарь меня узнает и отзовется. И сын тоже.

Да, это было самым сложным вопросом для Далины. Она бы хоть в первый день ушла на Ардейл, но как там действовать? В хрупком и слабом человеческом теле? Кровь ее еще не изменилась, магия не устоялась, да что там! Вообще не появилась! И в таком виде отправляться к алтарю?

Да ее там испепелит в секунду! Ее родной сын… Ладно сын – признает. А толку? Сейчас кровь и магия в порядке, можно действовать.

– А ты красивая.

– Это ты меня еще во плоти не видел, – отозвалась Далина. – Костя, я сейчас попробую взлететь. Будет последней проверкой.

– Я уже отошел.

– Вот и отлично. Ждите меня тут. Я вас обязательно найду.

Далина сосредоточилась. А потом легко оттолкнулась лапами от земли – и стрелой взвилась в воздух, пронзая его узкой острой мордой, отталкиваясь крыльями…

Костя присвистнул. А много потеряла Земля, когда ушли драконы. Исчезла эта мощь, стремительность, красота хищной тени, пронзающей облака…

Самолеты – это другое. А вот это очарование полета… не потому ли на драконов охотились? Даже Косте сейчас завидно, ему бы туда… эх! А если у человека есть власть и нет совести?

Наверное, он угадал. Но может, на Земле опять будут жить драконы? Было бы здорово!

На телефон пришло сообщение. Костя посмотрел на экран. Рита. Надо ей написать. Пусть вечером приезжает, им найдется о чем поговорить.

Мальчишка даже не задумывался, насколько это ненормально. Да и почему, собственно? Да, дракон. И что? Дракону есть до него дело, дракон следит, чтобы у Кости была еда, одежда, крыша над головой, вот куртка куплена Далиной, и джинсы, и теплые ботинки… родной матери до этого дела не было. И если взамен требуется его преданность – почему нет? Дашка… хотя и странно о ней думать, словно ее уже нет. Дашка думала только о своем Вовке. Как бы ему угодить, не разозлить, да чтобы снизошел. А Далина думает и о дочери, и о нем, так что Косте и помочь не жалко. Хорошо, когда есть семья. А что она немного странная и что в ней даже дракон есть…

В синем небе появилась алая точка. Она стремительно рассекала облака, торопилась назад, к нему и Василисе. Ага, дракон – это плохо? А алкаш или наркоман, значит, хорошо? Оставьте их себе. Костя согласен на дракона.

Рита примчалась вечером, рыжие волосы растрепаны, глаза горят, на щеках румянец.

– Доктор сказал, опухоль уменьшилась. Даша, скажи, а что это за лекарство и есть ли оно еще?

Далина внутренне собралась.

– Лекарство есть, Рита. Но до конца оно, наверное, не излечит.

– Если еще чуточку опухоль уменьшится, то и операцию можно. И я летаю третий день… Даша, прошу тебя! Что хочешь сделаю!

Далина посмотрела на Костю. Мальчишка ответил согласным кивком – решились, так делаем, чего сомневаться? Сейчас-то они могут уехать в любой момент!

– Рассказывай, а я пойду к Василисе, чего-то она заворочалась.

– Рита, ты в инопланетян веришь?

Рита хохотнула. А кто из нас все это не читал, не слушал, не задумывался.

– Да фиг его знает! Мне не попадались, но я ж много чего не видела!

– Хороший ответ, – одобрила Далина. – Тогда вот, смотри.

Она вытянула перед собой руку, и побежала по коже вязь алых чешуек, блеснули черным обсидианом острые когти.

– Ух ты! – Рита, не спрашивая, протянула руку и пощупала коготь. – Твердый!

– Визжать не будешь? Или в обморок падать?

Рита посмотрела холодно и жестко.

– В обморок я могу упасть по другой причине. А визжать… поздно уже.

– В общем, да. Я действительно не отсюда. Только не с другой планеты, а из другого мира.

– А, этим уже тоже никого не удивишь. Сейчас столько всякого льется…

– Мой мир называется Ардейл.

– Красиво.

– Если вкратце – там тебя могут вылечить. Не так, как я. Я могу дать тебе еще лекарство, но во-первых, я не знаю, сколько времени оно будет действовать, а во-вторых, будет рецидив или нет. На Ардейле есть магия, там с твоей болезнью разберутся быстро.

– Допустим. Что взамен?

Далина посмотрела Рите в глаза. Прямо.

– Я расскажу вкратце. Я проиграла и бежала с Ардейла. Там остался мой сын. Он сейчас у моего бывшего мужа. Я хочу вернуться и забрать малыша.

– Но?

– Я не хочу войны, не хочу ничего шумного… представь, в замок приезжает очаровательная эла…

– Кто?

– Так обращаются на Ардейле к людям. Эл или эла.

– Ага.

– В замок Дубдрагана приезжает очаровательная эла, с прислугой. Остается на ночь. И этой же ночью исчезает – и с ней пропадает еще один младенец.

– А без меня это провернуть нельзя? Сомнительно!

– Что тебя удивляет? – пожала плечами Далина. – Я обдумывала варианты, но получается все равно плохо. У меня есть дочь, есть брат… названый. И я никому не могу их доверить.

– А оставить тут?

– Нет, – качнула головой Далина. – Если я попаду на Ардейл, то смогу им помочь. Костя может стать магом, дочка… станет дракой.

– Дракой?

– Ах да! Чешуя и прочее… я не человек, я дракон.

– Всерьез?

Далина оскалилась, показывая два ряда зубов.

– Более чем. Кстати, обращение ко мне – драка. К мужчине-дракону – драк.

– И хвост есть?

– И крылья, и летать умею. Я могла бы оставить Костю и Василису тут, но хочется им кое-что дать!

Это Рита уже понимала.

– Допустим. Но ты мне все расскажешь подробно? Как ты сюда попала, от кого у тебя дочь…

– Расскажу, конечно. Но это долгая история.

– Но у нас есть время. – Рита даже не сомневалась. А что ей терять? Лекарство есть, зубы есть, когти тоже реальны… ну и? Если она такой шанс упустит, лучше самой повеситься.

Ардейл, замок Ланидиров

Ридола Гарм стояла в дверях библиотеки, смотрела на Норберта. Сурово, недовольно…

Библиотекарь поежился. Вот старая перечница! Ей, поди, уж на кладбище прогулы проставляют, а она что? Вот чего ей в жизни не хватает? Сидела бы с ребенком себе… воспитание взяло свое, вопрос прозвучал безукоризненно вежливо:

– Что вам угодно, драка Гарм?

– Да ничего особенного. – Ридола ссутулилась, махнула рукой и сразу стала выглядеть именно как старуха. – Пришла просто посидеть, старые времена вспомнить… тоскливо мне, Берти. Тяжко.

Норберт аж зубами заскрипел! Тяжко ей! А кому сейчас легко? Вот к нему Рассина уже третий день не заглядывает! А хочется… не просто, чтобы заглянула, а чтобы смотрела, улыбалась… она ведь легкая, воздушная, нежная, чувствительная, и рядом с ней этот палач! А ей терпеть приходится, бедняжку за долги отца отдали практически в неволю! И клятву дать вынудили… он ей специально книги подобрал по клятвам, вот уже стопка лежит! И сам поможет, что ж он свою женщину бросит в беде? Да-да, уже свою женщину. Когда так получилось? Нет ответа. А Рассина есть, и ей очень нужна его помощь. Но вслух же такое не скажешь, так что Норберт сухо кивнул на кресла в углу:

– Проходите, драка Гарм.

– Спасибо, Берти. Знаешь, тяжело… Далечки нет, и все словно темным пологом затянуло.

Норберт вздохнул.

– Далечка сюда приезжать не соизволила, за сколько лет!

– Она не могла, ты же знаешь.

– Знаю… все она отлично могла, просто не хотела! Но вы ее оправдывайте, пожалуйста!

– Ты ее тоже любил.

– А она меня – нет! Никогда не любила!

– Просто как друга, как брата…

– Не надо, няня Ри. Никогда она меня не любила и не полюбила бы.

– Мне сейчас сложно судить. Далина старалась выжить, она не думала о любви.

– А я просто хотел нормальную жизнь. Семья, гнездо, дети… даже если бы она влюбилась, то не в меня. Кто я для нее? Просто приятель, просто библиотекарь…

И столько обиды звучало в этих словах.

Хотя – разве это так просто? Да, ты влюбился, но ведь чувство не обязано быть взаимным! Если ты любишь, то и тебя обязаны полюбить? Интересная мысль, но в жизни редко так получается. Ты просто придумал сказку, сам поверил в нее, а потом сам же и обиделся, что не сбылось. Люди странные? А драконы?

– Извини. Если бы я знала, что тебе так больно, я бы не пришла.

Норберт пожал плечами:

– Не так. Не больно, а просто неприятно. Словно тебя использовали и выкинули.

Ридола кивнула:

– Мне жаль. Я могла бы поговорить с Далей, будь она жива.

– И ничего бы не изменилось. Увы.

Ридола промолчала. Потом сказала еще несколько десятков правильных и красивых слов и покинула библиотеку. Что ей нужно, она увидела и узнала.

Норберт обижен. На него полагаться нельзя, а жаль, малышу, когда он подрастет, нужны будут книги и учебники. Да такие, каких в обычной лавке не купишь, родовое, старое, и дневники будут нужны, и учить его придется всерьез, это последний Ланидир, глава рода, с него спрос будет втрое, впятеро!

Норберт не поможет. И это очень плохо. Надо искать другие варианты. И… интересно, для кого та небольшая подборка книг? Если для Рассины, то все достаточно плохо. Ридола могла оценить драконицу, Рассина была злой, хитрой, подлой и достаточно умной, чтобы воспользоваться этими знаниями. Только вот для чего именно? Непонятно. Но родовые знания у злого дракона в руках – опаснее пламени.

М-да, беда…

Глава 13

Россия, наши дни

Далина собиралась тщательно.

Одежда, оружие, на всякий случай немного денег, много еды.

– Может, стоит все-таки на самолете? – еще раз поинтересовался Костя.

Далина качнула головой:

– Нет. Неудобно. Так я и за три дня не обернусь.

Увы, аэропорт у них в городе был, но куда им надо – самолеты не летали. Из Москвы – было лучше, так что… сначала до Москвы на поезде, потом из Москвы самолетом, потом еще до Змеиного урочища… Далина сидела с карандашом и прикидывала. Получалось – минимум два дня туда, пока на все пересадки время уйдет, потом еще там, два дня оттуда. Детей на пять дней оставлять? Это еще если ничего не случится в дороге и она не затянется. Не пойдет.

Брать с собой тоже не вариант, может, Костя не то нашел, а она малышню будет по всей стране таскать.

Что остается? Метнуться самой, на крыльях быстрее обернется. Ночь туда, день там, ночь оттуда – и дома. Полтора дня Костя продержится, благо, каши для малышки Далина наварила и наморозила. Разогреет, покормит, справится!

Костя не спорил. Конечно, для него такое было в диковинку, но кто из них двоих дракон? Далина? Пусть сама решает. Главное, ни в самолет не врезаться, ни спутник по дороге не сожрать. Ладно, спутники высоко, ну так дрон какой или метеозонд! Запросто!

Так что лети, а мы тебя тут подождем.

За что и получил поцелуй и притворно зафыркал. Нечего его тут слюнявить! Далина притянула мальчишку к себе и улыбнулась. Костя, Василиса – ее семья. Маленькая, но настоящая семья! Спасибо ребятам, что они есть. А небо – небо у них еще будет!

– Кажется, нам конец.

Небольшой одномоторный самолетик АН-2 вихлял из стороны в сторону все отчетливее, все сильнее, и Витя понимал – он не справляется.

Сэкономили, твари!

В теории все самолеты надо осматривать и ремонтировать, а на практике – как? Тут деталь сопрут, здесь на лапу дадут, и «пташка», которую еще лет десять назад списать бы, признается рабочей и годной к полетам.

А что такого? Тайга, поселки, рудники, расстояния… да просто – до некоторых мест иначе не добраться! Это вам не Москва с ее метрополитеном, это – ЛЕС! И по нему так просто не пройдешь. Вот и летают люди, и компании-то частные, а у хозяина – как? Лишь бы прибыль приносило! Принесло…

На борту двенадцать человек, два пилота…

– Витек?

Тёмку жалко, салага еще, пару лет как летное окончил, пацану тридцати нет, вон прыщи выделились алыми кратерами на побелевшем лице.

– Управления нет, приборы отказывают… не дотянем.

– Куда?

– Никуда. Будем в тайгу садиться, на брюхо… если получится.

– Вить…

– Связывайся хоть с кем, пусть спасателей высылают. Может, кто и уцелеет?

Полет перерастал в неконтролируемое падение.

Витя отлично понимал, что не поможет им ничего, он даже смягчить не сможет, а деревья все быстрее вырастают навстречу и даже глаза закрыть нельзя… жалко как. Машка, дети… у них ипотека не закрыта, жена одна не потянет, девчонок жалко…

Даже глаза закрыть было нельзя, чтобы не видеть приближающуюся смерть. Напарник орал в микрофон, пытался что-то объяснить, назвать координаты… в салоне нарастала паника. Кто-то тоже кричал и ломился к пилотам, но дверь пока держала.

Именно поэтому только Витя заметил, как с земли метнулось навстречу самолетику что-то вроде алого туманного облака.

Сидела Далина в удобном месте, неподалеку от Змеиного урочища, жевала сало, которое захватила с собой, прикусывала чесночок и думала, как вечером полетит назад. Ничего, чуть-чуть диету нарушить можно. К тому времени, как доберется домой, вся вредная и вкусная пища уже переварится три раза и Василисе не будет плохо. Придется ей день провести в тайге, а следующей ночью – обратно.

Костя это отлично понимал, обещал, что с маленькой Василисой справится, и Далина особенно не тревожилась. Деньги у него есть, соображения хватает, еда у малышки тоже есть… Далина потерла грудь. Та неприятно и болезненно ныла. Да уж, кому расскажи – дракон с молокоотсосом! Грозная повелительница неба!

Ничего, лучше молокоотсос, чем мастит. Или вы думаете, что драконы в этом отношении отличаются от людей? Или от коров? Ни на чешуйку.

Ничего, денек она потерпит, главное уже знала. Сразу же, как прилетела, кинулась обследовать местность.

Есть, есть проход! Прокол, скорее! Маленький, не слишком активный, но это и к лучшему, незачем лишний раз рвать ткань мироздания! Ей подойдет!

Можно сюда отправляться всем вместе и отсюда на Ардейл – тоже. Вечером полетит домой, а утром обрадует Костю.

От размышлений и чесночины ее отвлек резкий громкий шум. Эти машины она знала.

Самолет. Забавное название. Какой же он само-лет? Разве он сам по себе летает? Это просто техника. Вот дракон – самолет, он может летать сам. Птица сама летает, а вот эта металлическая коробка… а она и не летает. Она явно… падает?

И только тут Далина сообразила, что дело плохо. Мысли пронеслись в единый миг.

Самолетик падает – почти на нее – сюда придут люди – оно ей надо, чтобы рядом с ее местом, с ее переходом шум и гам был? Не надо.

Это описывать долго, а в голове у Далины все мелькнуло в долю секунды. И с земли в воздух взвилось гибкое алое тело. Дракон – это больше пока энергия, чем плоть, но кое на что ее хватит!

– Ах!

Слов у Вити и не находилось.

Самолет был неуправляем, по всем признакам они падали… и не падали! Что-то не пускало их к земле. Что-то не просто держало в воздухе, но уверенно тянуло вперед, и Витя уже видел – куда. К небольшому пригорку в тайге, есть там такие места, почти полностью лысые, только до него далеко было, он бы точно не смог. А сейчас самолет летел сам. Вполне-вполне.

– Витек, это чего?!

– Фиг знает! – вежливо ответил Витя. И еще кое-что добавил, про объект познания.

По всем прогнозам, они уже минут десять как должны были сдохнуть. А были живы и уверенно тянули вперед. Это что такое?!

– Вить, может, это место такое?

Витя ответил еще более развернуто. Ага, место! Что-то не слышал он ни про одно место, которое может тянуть на себе самолет! Или отводить в сторону… это по разряду бреда!

Но они же летят! Но так не бывает!

Голец[24] приближался. Витя все же зажмурил глаза. От него ничего не зависело, вообще, а как они врежутся, ему думать не хотелось. Но… Сильного удара не было.

Самолетик крепко тряхнуло, кто-то в салоне заорал не своим голосом, но Витя реально ожидал худшего. А тут… даже лобовое стекло не разбилось. Хотя нет, в одном месте они все же крепко приложились, дерево буквально пробило стекло и вдвинулось в салон… еще бы сантиметров пятнадцать, и Темка бы как на шампур насадился – повезло! Ох-х-х!

Несколько минут пилоты с трудом приходили в себя.

– Вить… мы живы? Или я сдох и это предсмертный бред?

Темка с ужасом поглядывал на смолистый стволик.

– Живы, – раздался звучный женский голос, и пилоты переглянулись с праведным ужасом.

Что – правда глюки и бред? Откуда тут женщине взяться?

А вот! К лобовому стеклу, по тому самому стволику, поднималась женская фигурка. Только вот выглядела она в тайге… чужеродно! Джинсы, свитерок, курточка сверху, все светлое, легкое, если кто понимает – городская одежда, не лесная. В такой в лес просто не пойдешь, нереально! Вместо кроссовок на ногах легкие балетки. Красные волосы, такого ядреного кровавого оттенка. И глаза… тоже красные?

– Вить, это вампир?

Женщина повертела пальцем у виска. И жест этот был настолько адекватным, что Вите вдруг стало легче.

– Нет. Не знаю, кто это, но она точно не вампир.

– Нет, конечно, – согласилась женщина, небрежно отламывая тонкими пальчиками куски стекла вокруг стволика и явно расчищая себе место. – Не вампир. Зла вам не желаю. И вообще, начинали бы вы выбираться из этой коробки, а то там внизу что-то вонючее и горючее течет.

Пилоты переглянулись. Витя отстегнулся и потянулся за своими вещами.

– Девушка, а вы можете дыру расширить?

– Вполне. А у вас там еще люди, нет?

– Люди, – согласился Витя. – Темка, давай, дуй в салон, будешь изнутри открывать, а я снаружи. Удар сильный был, могло и заклинить.

Далина поморщилась, почесала бок. Чисто приземлиться не получилось, и ей крепко досталось по боку… форма энергетическая, а болит в любом виде!

– Девушка, вы не поможете?

Далина протянула Виктору руку. Тонкие сильные пальцы сомкнулись на его запястье… это что – когти? Такие… алые?

– Помогу, конечно. Если уж начала… вы тут продержитесь?

Витя кивнул.

– Начали… это вы с самолетом… как-то? Ну… того?

– Я его чуть-чуть поддержала, до гольца. И удар смягчила.

Далина говорила так спокойно и уверенно, что Витя даже не засомневался. И вместо этого спросил:

– А вы вообще кто? Шаман?

Далина хихикнула.

– Нет, конечно. Я тут… мимо проходила.

Судя по взгляду, пилот не поверил. Ну да! В тайге каждый день проходят такие девушки, которые самолет на лету останавливают. Оно и понятно, где сейчас горящие избы найдешь? И кони скоро только в зоопарках останутся. А вот самолет – достойный формат для скромной русской женщины. Еще поезд остановить можно. И трамваю на скаку рога пообломать.

– Не переживайте, таких, как я, – мало. – Далина ловко спустилась на землю, Виктор за ней и оценил состояние самолета.

– М-да…

Жеваный крот! То есть самолет! И если это было мягко… жестко они б тут точно все легли. Одно крыло на соплях держится, второе покорежено, топливо воняет… кажется, еще и что-то льется. И лежит самолет неудачно, до двери еще добраться надо. А как?

– Посторонись!

У его спасительницы таких проблем не возникало, она преспокойно тащила к самолету хорошее такое бревнышко. Кажется, она сама его и сломала. Витя на хруст за спиной внимания не обратил, пока пытался до двери добраться, а зря.

– Э-э-э-э…

– Вот так.

Бревнышко уютно улеглось на сломанное крыло, и женщина преспокойно пошла по нему. Еще и Вите руку протянула:

– Давай!

– А выдержит?

– Не сомневайся!

Витя махнул на все рукой и полез. Все равно больше вариантов нет…

Далина осмотрела покореженную дверь самолета.

– Думаешь, откроется?

– Вряд ли.

Витя для проверки попробовал оттянуть ее на себя, постучать, да хоть что… стучали и изнутри. А вот открыть не получалось.

Далина печально вздохнула. Можно бы пилота попросить отвернуться, но что делать с теми, кто внутри? Всех-то не заткнешь! Так что женщина вытянула руку и принялась выпускать когти. В натуральный размер, драконий. А если дракоша длиной около тридцати метров, то и коготки у него не по сантиметру. Пропорциональные такие, чуть не с локоть.

Далина подозревала, что меньшим не обойдется.

– Э-э-э! – только и сказал Витя, глядя, как женщина преспокойно обводит дверь по контуру и из-под когтей сыплется металлическая стружка.

– Другого варианта нет, – вздохнула Далина. – Я бы и рада, но помощи вы тут не дождетесь.

И то, не автогеном же эту дверь резать? Когда топливо рядом, пахнет все сильнее и, кажется, разливается дальше… хорошо еще, голец, но если рванет, всем плохо придется, начало сентября, все сухое, дождей не было, полыхнет – не потушишь! А тут люди…

– А это – как?

Далина дорезала металл и клыкасто улыбнулась:

– Породная особенность такая.

– Чего?

– Что непонятно?

– Да ничего не понятно, – честно сознался Витя. – Но это не главное, сейчас бы выжить.

– А вот это правильный подход. – Далина попробовала когтями подцепить дверь и разочаровалась. Материальными она их сделать могла, но это сложнее и дольше, а в энергетической форме они могут прорезать что угодно. Но на сгусток энергии кусок металла не подвесишь. Пришлось вырезать рядом еще выемку в двери и подтолкнуть поближе Витю:

– Тяни давай!

– Не упаду?

– Поймаю.

Других вопросов у пилота не было. Вцепился и потянул. И даже получилось, потому что изнутри тоже начали толкать.

– Витек!

– Темка, молчать! Все живы?

– Да!

– Раны, травмы?

– Есть немного.

– Тогда слушай внимательно. Берем все, что можем, багаж, жилеты, все, что под рукой окажется, – и выбираемся. Топливо разливается, тут может быть плоховато.

– Не может, а будет, – вздохнула Далина. – Загорится, не сомневайтесь. Ладно, ненадолго я тут останусь… пусть все выбираются.

Второго приглашения никому не понадобилось, люди лезли наружу сосредоточенно, все двенадцать пассажиров. Пара пожилых людей, женщина с двумя детьми, двое молодых парней с палатками и снаряжением, то ли охотники, то ли рыбаки, две женщины лет сорока-пятидесяти, еще одна пожилая женщина с маленьким внуком на руках – шли за одно место. Витя подумал, что они все могли бы уже умереть – и беднягу дрожь пробила. Стюардесса Катя, симпатичная девчушка лет двадцати, у Вити дочь такая…

– Девушка, да вы… спасибо вам!

Далина махнула рукой, помогая спуститься на землю очередному пассажиру. Сама она на бревне балансировала так непринужденно, что казалось, оно ей вообще не нужно. Вот оттолкнется ногой – и взлетит. А ведь и правда может…

Темка уходил последним, выдрав с корнем рацию.

– Надеюсь, мы тут ненадолго, – вздохнул он. – Долго не протянем.

– У нас палатки есть, правда, двухместные, – один из молодых парней поднял руку. – И пожрать с собой тоже, мы ж на охоту ехали, захватили кое-что. Так, сухпаек.

– Это радует, – согласился Витя. – Не знаю, когда за нами прилетят, раны, переломы… кто пострадал? Кать, можешь первую помощь оказать?

Катя кивнула. Так-то она училась в меде, а летом подрабатывала на таких вот маленьких рейсах. Ну и на выходных, когда свободное время было, мед – дорогое удовольствие.

– Прошу ко мне, сейчас разберемся.

Витя занялся пассажирами и хоть каким, но обустройством. Тема преодолел робость и подошел к Далине:

– Скажите пожалуйста, а как вы это сделали?

– Что именно? – Далина не отвлекалась от самолета.

– Ну… вы же нас спасли!

– Я просто смягчила падение, – отмахнулась Далина.

– А как?

Женщина отмахнулась.

– Не мешайся… – Она чувствовала, что пришел момент, там, в глубине самолета, в его металлических внутренностях, что-то щелкнуло, треснуло, и проскочила искра. Попала на топливо… сейчас, огню надо чуточку разгореться и сожрать достаточно материи… Можно бы и искорку в себя втянуть, но все равно ведь загорится. Только потом, когда она уже уйдет.

Кто-то закричал за спиной, Далина не отвлекалась. Контролируем огонь… Дракон – это хозяин огня. Когда пламя бьется внутри тебя, учишься его чувствовать. Тут попустить, здесь придержать… вот так, поедай горючую жидкость, а вот взрываться не надо, я тебе и так все скормлю… а вот теперь!

Далина вытянула руки вперед и потянула огонь на себя. В себя. Огонь – тоже сила, а ей как раз надо покрепиться после случившегося. Ей еще домой лететь, к детям…

Когда по обшивке побежали первые язычки пламени, головы Витя не потерял. И принялся командовать.

Пусть люди спускаются с гольца, идут на противоположный склон, если самолет и взорвется, их хотя бы не заденет.

– Катя, и ты иди, пациентку свою захвати со сломанной рукой, и детей ведите… потом шишки обработаете… и сотрясение мозга тоже потом. Можете остаться здесь, пожалуйста. Нет мозга – нет сотрясения.

Этот вариант никого не устроил, и люди начали спускаться вниз. А странная женщина подошла поближе к самолету. Витя ее трогать не стал.

– Вить, может, ее… того? – подсунулся под локоть Темка.

Витя покачал головой:

– Не надо. Сам посмотри, она знает, что делает.

И говорила об этом. Но Темке Витя ничего не скажет.

Огонь разгорался все сильнее, язычки бегали все ярче. Женщина медленно, словно слепая, вытянула обе руки вперед. Так, словно держала в них большой арбуз.

– Вить, она чего?

– Сгинь! – шикнул Витя на напарника. Но Темка уже замолчал, потому что женщина медленно зашевелила пальцами, и пламя от самолета потянулось к ней. Словно две тонкие ниточки, огненные, яркие, они обвились вокруг пальцев, скользнули на ладони, запястья, потом вернулись ниже, на пальцы, и принялись наматываться. Аккуратно, быстро, даже изящно. Пламя уходило с самолета, оборачивалось вокруг тонких женских ручек, словно две рыже-алые варежки, но женщину это явно не смущало. Она продолжала тянуть все к себе.

На обшивке самолета огня становилось меньше, на ее руках больше, а потом опять меньше, Витя вглядывался внимательно и заметил, что вены на руках женщины, там, где приоткрывали их рукава курточки, на шее, а может, и под одеждой, словно светятся розовым светом. Как будто огонь попадает сразу в ее кровь.

Но так же не бывает, правда? Это все сказки? Или нет? Даже сказок таких нет? Эти… фениксы? Но они самовозгорающиеся? А кто еще-то есть такой же? Витя не знал. Пламя послушно уменьшалось, тянулось к женщине, словно гладило ее, но только там, где была открытая кожа. К одежде огонь не тянулся, или женщина этого не допускала… сожжет?

Даже если сама она что-то такое может, вряд ли это распространяется на ее одежду? Самые ж обычные шмотки из сетевых магазинов!

– Вить, она не загорится?

Витя подумал, что с Темкой он больше летать не будет. Это ж надо быть таким бестолковым! Пусть катится к другому пилоту, хватит с него! Болтает, на чудеса смотреть мешает! И было на что посмотреть!

Алые волосы женщины тоже светились, и глаза горели, и улыбка была такая… ей нравилось! Она наслаждалась! Только что не облизывалась, как сытая кошка, и губы стали алыми, и на щеки румянец вернулся. Она намного бледнее была.

Наконец огонь исчез от самолета, и женщина повернулась к пилотам. Облизнулась, улыбнулась, впечатлительный Темка осел на землю.

Глаза у нее были ярко-алые. Ни белка, ни радужки, сплошное ярко-алое марево и золотистый змеиный зрачок. Вертикальный такой…

– Д-девушка, в-вы в п-поряд-дке? – прозаикался Витя.

Далина кивнула.

– Огонь сожрал достаточно, больше не загорится. Не должно. А я тоже подкрепилась.

– Саламандра?

Темка прорезался с земли.

– Родственница, – отмахнулась Далина и даже не соврала. И драконы, и саламандры несут в себе огонь, хотя и пользуются им по-разному. – Теперь я могу и уйти. Надеюсь, за вами скоро прилетят, а мне тоже пора.

– Подождите, пожалуйста. – Витя не мог подобрать слова, вытянул вперед руку. – Вы же нас… мы бы без вас вообще… и даже не знаем, кому спасибо сказать!

Далина взмахнула рукой.

– Спасибо – принимаю. А остальное… я здесь случайно. Вам просто повезло.

– Вы ж не бросили, а могли ничего не делать… возьмите, а?

Визитка у Вити была. Даже не одна, в кошельке, в кармане брюк. Мало ли, кому пилот понадобится…

– Я для вас завсегда. Хоть что попросите, сделаю, не задумаюсь. У меня семья, мои б пропали.

Далина взяла визитку и сунула в карман.

– Хорошо. Если понадобится помощь, я приду. Всего вам хорошего, ребята.

И танцующей походкой спустилась с гольца. Мужчины смотрели ей вслед, пока женский силуэт не скрылся за деревьями, несколько секунд еще вспыхивали алым огнем среди зеленых ветвей ее волосы, но потом все затихло. Словно и не стоял тут никто.

А вот самолет был. И огня не было. Витя посмотрел на небо.

– Пошли к людям. Если до ночи к нам доберутся, это хорошо, а если нет? У нас тут дети, и ночи уже холодные, палатки ставить надо, хоть кого распихаем, и костерок бы…

– Она сказала – огня не будет.

– Самолет не загорится. А нам согреться нужно.

Как оказалось, палатки охотники уже поставили. И нашлось у них в багаже несколько бутылок с элитным «согревающим», по глоточку хватило всем. Теперь оставалось только ждать…

Спасатели прилетели примерно через четыре часа. Нашли неподалеку место, опустились, прошли через лес, искренне изумлялись, что все живы.

Люди плакали, радовались, кое-кто бился в истерике, осознавая, что смерть прошла совсем рядом. Темка вообще расклеился, сначала ушел в обморок, а потом разрыдался на плече эмчеэс-овца.

А Витя думал о своем. Черный ящик. Интересно, что он покажет? Он ведь так и закреплен в хвостовой части самолета, и его должны вытаскивать специалисты, а потом будут расшифровывать. Эта женщина… а она даже имени не назвала, так что Витя про себя обозвал ее Огневушкой, должна быть на записи. Разговоры, ее действия…

Ее ведь искать будут, а он даже не сообразил, не предупредил.

Хотя кто сейчас не знает про черный ящик? Может, она его просто огнем выжгла? А, ладно! Поумнее его люди есть, пусть разбираются. Он про себя точно знает, его вины в катастрофе нет, просто самолет уже был изношен до крайности, да еще грозовой фронт неудачно подвернулся, вот и тряхнуло. А так у него лично нарушений нет, он не пьян, даже согреваться отказался, кстати говоря. Какие к нему претензии? Никаких.

Только как все это рассказать? Про женщину, про спасение, про когти, которыми она дверь самолета вскрыла, про огонь? А ведь рассказывать придется, Темка никуда не денется, а он то же самое видел. Хорошо бы психушку не вызвали! А то доказывай потом, что нет проблем, психам-то летать нельзя!

М-да… И как тут быть? Витя подумал и решил рассказывать все как есть. Только урезать факты. Он видел, как его спасли? Нет, просто самолет должен был упасть раньше, а упал позже. Почему? Вот у самолета и спрашивайте, он точно знает. А Витя нет, он просто пытался до земли дотянуть. Женщина? Была, и что? Может, кто из местных? Не представилась, помогла и ушла… ее право.

Самолет горел, но погас, повезло. Все. И не вдаваться в подробности. Пусть Темка плетет, что пожелает, а Витя лучше помолчит. Целее будет.

Далина, оказавшись подальше от людей, злобно выругалась.

Потратилась она сильно, на обратную дорогу не хватит, ей просто надо покушать! Мяса и много! Она бы сейчас с удовольствием целую корову стрескала, да вот беда – нет их рядом! Зверье давно разбежалось после того, что она тут с самолетом вытворяла. Если кого и поймает, то сил на охоту потратит больше, чем с тушки зайца получит. Вывод?

Надо идти к людям. У них есть гипермаркеты, а у драконицы есть деньги. Все отлично совпадает!

Далина приняла вторую форму полуящера и быстрым шагом двинулась в направлении ближайшей деревни. Или поселка… что там рядом? А, городок. Благоярск. Тысяч двадцать человек, три завода, куча огородов… Ей подойдет!

Надо до ночи добраться, наесться и вернуться в лес. Хорошо, город наполовину в лесу, далеко бежать не придется, а улететь она и оттуда сможет. Только подождет, пока как следует стемнеет. Но далеко женщина не ушла, наткнулась на девицу, которая сидела на скамейке, отчаянно хлюпала носом, мерзла и никуда не шла.

Обойти ее и пойти по своим делам? Далина обозвала себя чувствительной дурой, на которую плохо действуют чужой мир и голод, приняла человеческий облик и вышла из сумерек, вполне дружелюбно улыбаясь. Плюхнулась на скамейку.

Ладно! Она не размякла! Она налаживает межвидовые связи и проводит разведку на местности!

– Чего ревем?

Девушка посмотрела на Далину так безнадежно, что хоть ты рядом ложись да помирай за компанию.

– Все… в порядке.

– С таким порядком помирать пора, – фыркнула Далина, присаживаясь рядом. – Ну так?

Ругаться девушка не стала. Видимо, настолько ей было уже тошно, что хоть кому выговориться. И бежать, наверное, некуда. Обычно в таких ситуациях к подругам бегут, к родителям, а не в лесу сидят, мечтая на скамейке и корни пустить.

– У меня муж…

– У меня его нет, – в тон девушке ответила Далина. – И что? Муж – это проблема?

Как оказалось, да.

Наташа, так звали девушку, действительно не знала, куда идти. Муж – это прекрасно?

Да, вышла замуж по любви около десяти лет назад, потом дети пошли, две штуки, сейчас они у мамы, в Сочи, ну не совсем в городе, мама там живет в деревне, километров тридцать от города. Зато море рядом, тепло, фрукты, внуков она к себе на лето забирает и радуется.

Наташа была там же, с детьми, муж обещал приехать позже. Она понимала, она-то учительница в школе, а муж работает, он менеджер по рекламе, у нее отпуск три месяца, у него, конечно, меньше, есть проект – работать надо, нет проекта – приедет.

В этот раз все получилось совершенно случайно. Наташе позвонила одна из учениц. Вика, девчонка на редкость вредная и противная, учительницу не любила. Наташа, нехорошая женщина, требовала крепких знаний по математике. Экзамены-то детям сдавать! Вика свято была уверена, что с ее красотой она тут же попадет или в кино, или в модели и экзамены ей не понадобятся. А раз так… Чего эта училка противная прикопалась?

Наташиного мужа Вика в лицо знала, он жену регулярно из школы забирал, так что когда девочка увидела его за столиком в кафе с красивой девушкой, да еще сцена попалась интимная… Вика повела себя как заправский детектив. А может, девочке еще и интересно было. Но фотографий мужа в телефоне было много.

Муж с девушкой, вот она кормит его сливками с ложечки, вот они поднимаются по ступеням гостиницы, время на снимке есть, вот спускаются через два часа с довольным видом. В номер Вика, конечно, не проникла, но время-то за себя говорит, вот они в машине целуются…

– Шикарно! И это все милая девочка прислала любимой учительнице?

– Да.

– Потрясающе! А дальше что?

Наташа пожала плечами. Что-что? Она посоветовалась с мамой, и та сказала, что рушить семью глупо. Двое детей, квартирка ипотечная, зарплата учителя. Репетиторство, конечно, но без денег мужа все равно туго придется. Так что… пусть погуляет лето, а осенью все наладится, вернутся жена, дети… Кто не кобель? Вот то-то же…

Наташе эту логику принимать не хотелось, но лето, из Сочи так легко и просто домой не доберешься, все занято, капля камень точит, а мать могла сравниться с целым Ниагарским водопадом. Да каждый день и на темечко…

Домой Наташа ехала с мыслью сделать вид, что ничего не было. Правда, детей не взяла сразу, хоть тут повезло. Мужа предупредила, дала время следы замести…

Эта любовница оказалась более наглой и противной. И через два дня после приезда Наташи пришла к ней в гости. Мол, мужа отдай. Попользовалась, другим тоже надо. Беременна от него, тройню ждет или вообще пятерых, и детям нужен отец. А жена подвинься.

Наташа заскрипела зубами и позвонила маме. Та, будучи женщиной крепкой, еще шестидесяти не исполнилось, согласилась, что детям такое видеть ни к чему и бодренько отправилась в поселковую школу. Пристроили туда детей, пока ситуация не разберется, а Наташа устроила мужу скандал.

Муж вразумляться отказался. Предложил разводиться и делить имущество. Ну и… это же через суд! А имущество делить тоже достаточно сложно, так что сегодня муж привел в квартиру любовницу. И заявил, что они теперь будут жить как соседи. И что-то живота у красотки не наблюдается.

А что делать Наташе в такой ситуации? Они ж ее провоцируют! Она не удержится, устроит скандал, а тут суд, кошмар, что будет…

И домой идти нельзя, и не идти тоже нельзя, и как быть – непонятно. Сил и так нет, муж ведет себя как скотина, его любовница не лучше, они чуть ли не у нее на глазах того… чуть не на кухонном столе! Господи, дай сил не прибить их сковородкой!

Далина пожала плечами.

– Ну что-что. Выгнать его нельзя?

– Нет.

– Сделай так, чтобы сами ушли.

– К-как?

Далина вздохнула.

– М-да. Ну, найди себе любовника и тоже приведи.

– Издеваешься? Где я его найду? И как на это суд посмотрит? Если сейчас скандал, драка, муженек ведь все сделает, чтобы я в полицию загремела! Еще и с работы выгнать могут запросто! А детей кормить как? А если дурная слава пойдет? Я же учитель, для меня репутация – хлеб с маслом, идиотство такое, можно подумать, я не человек! И у меня проблем не может быть!

Далина вздохнула.

– Могут, еще как могут. Пошли к тебе, буду развлекаться.

– Не поняла?

– А что непонятного? Выгоню и мужа твоего, и любовницу… убегут, теряя тапки.

– Правда?!

– Гарантирую.

– А… сколько?

Далина махнула рукой:

– Не возьму ни копейки. Попрошу о другом, ты не знаешь, может, кто тут квартиру сдает или что-то вроде таунхауса? Только чтобы надежный.

Наташа улыбнулась.

– У нас дом на шесть квартир. Если что – могу тебя с соседом познакомить, они квартиру сдают. Если подойдет…

Далина кивнула:

– Вполне. Мне на два месяца арендовать, месяц там просто вещи полежат, мы, может, недели две поживем.

– А я и присмотрю, если что. Если… – Наташа опять погрустнела.

Далина махнула рукой. Проблема с жильем решалась на глазах, оставалось только разобраться с обнаглевшим типом.

– Вставай, хватит хвост морозить. Пошли к тебе. И запомни, на все мои слова кивай, со всем соглашайся, не забудь все записать на телефон… поняла?

– Да.

– Мой телефон тоже запиши, думаю, два-три визита мне хватит, если твой муж с первого не поймет. Я в город приеду в ближайшее время. Вас когда должны развести?

– Нам месяц на примирение дали, ну и пока оценка, пока что кому… недели через две.

– Отлично! Будем развлекаться, – ухмыльнулась Далина. – С оценкой разбирайтесь сами, а с мужем помогу. Скандала не будет, квартиру тебе освободят, а дальше по ситуации.

– Ты правда это можешь?

Далина кивнула, и две женщины решительно зашагали к небольшому домику, стоящему почти на границе с лесом.

Роман не ожидал ничего нового.

Вечер был чудесным, Машенька сновала по квартире в кружевном халатике, который показывал больше, чем прикрывал. Наташка, тупая курица, ушла куда-то… Он ее дожмет, отсудит большую часть имущества, и пусть катится в свой Задрипанск. Надоела, корова. Дом – дети – супчики – математика… Он – мужчина! Ему полет нужен, вдохновение, новые эмоции! Впечатления!

Громко хлопнула дверь. Наташка явилась? Ну, сейчас он ей задаст! Роман поудобнее расположился на диване, переключил телевизор на порнофильм…

В комнату вошла женщина в джинсах и куртке. Осмотрела Романа таким взглядом, что у него невольно поджался весь нижний этаж, и вдруг метко хлопнула Машу по заду.

– Ой! – отреагировала любовница. Шлепок получился звонким и отчетливым.

– Что, суслики, доигрались? Теперь я тут жить буду!

– Чего? – не понял Роман.

– А что такого? Мы с Наташей посовещались и решили, что будем жить вместе. Семья – это прекрасно. Правда, сусличек?

Наташа стояла в коридоре, послушно снимая все на телефон.

Ох, а вот сейчас Ромочка как рассердится… Роман действительно сообразил, что он мужчина, а перед ним стоит какая-то девица чуть не на две головы его ниже и смотрит как на плесень, и встал с дивана.

– Так. А ну пошла отсюда, пока я тебя не выкинул.

– А ты выкинь, пупсик. Выкинь. Ты же такой смелый с беспомощными женщинами.

Роман сделал шаг. Второй. Попробовал схватить женщину за руку. Не получилось. Как-то она оказалась у него за спиной, словно перетекла. И вдруг Роман почувствовал, как его сильно ущипнули за попу.

– Ты не переживай, тебе понравится. На меня еще никто заявление не подавал. У нас с тобой все будет по добровольному согласию.

– Что?! – взревел Роман, поворачиваясь к мерзавке.

– Можешь даже втроем. Твоя девка не против как следует поработать? А придется.

Далина стояла так, что от Наташиного телефона ее загораживал Роман. А уж какие она там жесты делала и что добавила практически без звука…

Такого ни один нормальный мужчина не спустил бы. Вот Роман и размахнулся. То он собирался просто выставить мерзавку из своей квартиры, а сейчас бил всерьез.

– А вот теперь шутки кончились. – Далина перехватила его за кисть руки. А потом вдруг оказалось, что Роман опускается на колени, потому что стоять больше не может. И рука болит ужасно.

– А-и-и-и! – завизжала Маша, кидаясь царапать мерзавке лицо и драть волосы за своего мужчину.

Вот в мужчину и влетела со всего размаха. Далина отступила, а Роман-то и не смог. Маша обрушилась на него так, что в Романе что-то хрустнуло.

Наташа не смогла сдержать злорадного смешка. Досталось уже обоим прелюбодеям, и пока им даже в полицию пойти не с чем. Сами друг друга и потоптали. Далина сделала шаг вперед и душевно приложила Машу ладонью по попе. Еще раз.

– А ты мне понравилась, сладенькая. Не переживай, я девушка культурная, нежная… калечить не буду. Даже синяков не останется. Наверное.

Роман отпихнул свою женщину и ринулся мстить. Далина опять перехватила его и успокоила уже жестче, ударом в болевую точку. Так, чтобы согнулся.

– Наташа, посторонись. Я сейчас мальчика выведу из квартиры, и мы тут продолжим с девочкой.

Наташа посторонилась. Телефон был направлен на Машу, и Далина этим воспользовалась.

Романа в полутемном коридоре резко развернуло, приложило об стену, и мужчина увидел перед собой маску ящера на симпатичном девичьем лице. Бегут алые чешуйки по лбу, надбровным дугам, скулам, горят бешеным огнем золотые зрачки в кроваво-алых глазах, облизывает клыки раздвоенный язык.

– Тебе понравитс-ся с-со мной!

И у глаз несчастного блеснули сизые когти, язык медленно облизал его щеку… тьфу, какая гадость эта ваша человечина! Особенно немытая!

– А-а-а-а-а!

Какой-то подсознательный, исконный ужас перед громадной хищной рептилией пробрал Романа не то что до печенок – до кончиков пальцев ног. Мужчина вырвался, едва не сломав себе руку в двух местах, и хорошо еще, дверь была открыта. А-то бы с ней и убежал. Хлопнула дверь подъезда, вой удалялся по улице…

– Что случилось? – удивилась Наташа, поворачиваясь.

Далина пожала плечами, выходя из коридора. Чешуя исчезла практически мгновенно, глаза были прикрыты густыми ресницами, а рот и не надо широко открывать. Сейчас все вернется к исходникам.

– Наверное, ему перспективы не понравились?

– Какие? – не поняла Наташа.

– Узнал, что им с любовницей делать придется, и рассердился. Раздевайся, детка.

И Маше достался третий шлепок по попе.

– Да что ты себе позволяешь?!

– А что я себе, правда, позволяю? – поинтересовалась Далина. – Не побила, не убила… сама разденешься – или помочь?

– Я орать буду!

– Да вы и так с Ромкой вчера орали – соседи окна закрывали, – фыркнула Наташа. – Лучше сама раздевайся, а то… Ромка удрал, защитить тебя некому!

Далина закивала. Потом вспомнила фильм, который показал ей Костя, и не удержалась:

– Сколько я зарезал, сколько перерезал, сколько душ я загубил…

Маша его, видимо, не смотрела, а может, и Далине интонация удалась, потому что девушка побелела, позеленела и стала стаскивать с себя сначала пеньюар, а потом и ночнушку, купленные за бешеные деньги. Далина кивнула Наташе:

– Ведро с водой где?

– Че-го? – удивились обе.

– Понятно. Наташ, ведро с водой тащи! Будет эта красотка полы мыть по всей квартире, тряпочка, вот, есть…

Наташа не поняла, но из комнаты на секунду вышла. А Далина медленно, с выражением, облизнула клыки раздвоенным языком.

– Полы мыть будем, детка? Или кушать будем?

– А-и-и-и!

Визжала Маша выразительно. Но поскольку то же самое она проделывала уже несколько дней подряд, стремясь спровоцировать Наташу, соседи не встревожились. А вернувшаяся Наташа нашла девицу плотненько забившейся в угол.

Далина выразительно опустила кружево в ведерко с водой и подвинула его к Маше:

– Ну?

И нукать не пришлось, и запрягать. Квартира была отдраена в рекордные сроки. Наташа едва удерживалась от истерического хихиканья, снимая все это на телефон, потом тряпочку вручили Маше и посоветовали не задерживаться. А за чемоданчиками завтра. Можно и сегодня, если на ужин останется. Как оказалось, бегала Маша тоже быстро. Даже в голом виде.

Далина захлопнула дверь и подмигнула Наташе. Вполне человеческими глазами.

– Надеюсь, одного раза хватит. Если что – мой телефон есть, звони, приглашай в гости. Тортик купить только не забудь, а то гостей угощать надо.

Наташа закивала. Она-то ни чешуи, ни клыков не видела, говорила Даша вежливо, улыбалась приятно, выглядела вполне привычно. А что муж и любовница тут бегали и визжали… А кто им запретит? Люди взрослые, может, им так хотелось.

– Даша, спасибо тебе…

– Вещи их собрать не забудь, тебе ж чужого не нужно. Может, завтра заедут или послезавтра?

Не заехали. Романа обнаружили в полиции. Люди, которые голыми… ладно, в одном халате на голое тело, даже без трусов, он же Машу употреблять собирался, жену провоцировать, зачем тут белье, бегают по городу, у нас как раз в полицию и попадают. А если начинают нести ахинею про драконов, змеелюдей и клыки в три ряда, так тем более!

Трезвый? Не пахнет? Точно, употребил что-то. Так что на анализы и арест до пятнадцати суток. Посиди, подумай о добре и зле.

Что стало с Машей, Наталья не знала. Искренне надеялась, что та куда-нибудь добралась, но… ей-то какая разница?

– Дашенька, сейчас я тебя с соседом познакомлю. И тебе есть где ночевать?

– Есть. А вот от ужина я бы не отказалась. Что они там готовили?

Здоровущей сковородки с картошкой и мясом Далине как раз хватило заморить червячка, сосед Наташи с первого этажа Семен Петрович оказался замечательно сговорчивым товарищем, и они сразу же подписали договор о сдаче квартиры, да и магазин призывно светил огнями за углом.

Далина попрощалась со всеми, зашла в гипермаркет, закупила два пакета продуктов, в лесу слопала все, что купила, и сорвалась домой.

И так задержалась. Но все к лучшему. Теперь им есть где оставить вещи, а то и пожить после перехода, прийти в себя. И за квартирой присмотрят. Это она удачно по парку прогулялась. А если понадобится еще раз прелюбодеев погонять, она готова. Как любой дракон, Далина брачные клятвы чтила свято и к супружеской измене относилась неодобрительно. Слишком уж тяжкий откат за нее прилетал чешуйчатым.

Домой! Пора домой!

Ардейл, замок Ланидиров

– У меня практически все готово.

Беннет и Ридола особо не секретничали, так можно только внимание привлечь. Нет, Беннет пришел к няньке прямо в детскую поговорить, ему по должности положено и о безопасности наследника заботиться. То одна служанка отошла, то вторая… Пять минут наедине у драконов будет, а больше и не надо.

– Когда?

– На второй или третий день праздника.

– Клаус будет искать. Через алтарь алых.

Беннет кивнул.

– Ридола, а у вас ничего от Далины не сохранилось? Волосы, пара капель крови?

– Зачем?

– Воззвать к алтарю. Истанар научил.

– Чему он тебя такому научил? Ну-ка, подробнее?

– Я подумал… судя по тому, что вы рассказали, у Клауса получается долг перед Далиной. Нет?

– Вряд ли, – честно сказала Ридола. – Клаус сразу сказал, что может ее убить, что хочет ее убить. Что ему просто нужен наследник. Недомолвок не было. Договор она заключала с открытыми глазами, и если не оговорила свою жизнь, значит, выхода у нее не было.

– Клаус не дал ей такой возможности!

– Она знала. Она не оговорила. Он сразу сказал. Алтарь его не тронет – за это.

– А за что может?

Ридола довольно улыбнулась. Умный мальчик и учится быстро.

– Счет может предъявить малыш Леонидас за неисполнение родительских обязанностей. Без Далины Клаус не сможет ему дать и половины необходимого… только это будет уже потом, когда малыш встанет на крыло.

– Сейчас ничего сделать нельзя?

– Нет. Перед алыми Клаус не так уж и виновен. Алтарь же не человек, это живая магия, у него свое мнение, свои расчеты, свои дела.

– Жаль, очень жаль.

– Мне тоже, но у магии свои законы. Итак, на второй день праздников.

И мягко, почти незаметно, блеснул алтарь, подтверждая сказанное. Правда, ни Ридола, ни Беннет не заметили. А что Леонидас улыбнулся в колыбельке… бывают и такие младенцы, улыбчивые. Не все ж им орать и спать? Малыш чувствовал свою маму. Где-то там, на краю сознания, очень далеко, она была. И она приближалась, чувство становилось все отчетливее и ярче.

Он подождет. И алтарь подождет.

Рассина еще раз перечитала записи Арласа Ланидира.

Побарабанила ухоженными пальчиками по переплету старой тетради.

– Да, пожалуй…

План прорабатывался тщательно. Рассина должна получить от Клауса алтарное обещание жениться на ней. Не простое, слова – ветер, а именно на алтаре, чтобы он отказаться не смог.

Мысль, что одна такая уже у Клауса в женах побывала, Рассина от себя гнала.

Да, Клаус убил Далину Ланидир. Но он ненавидел алую драконицу! А Рассину он любит! Любит же! Сам говорил! И вообще, у нее всегда получалось управлять Клаусом, значит, и сейчас получится! Она в этом совершенно уверена.

Первый день праздников отпадает, как раз пока гости, встреча, отдых с дороги, прием – это долго, а вот второй или третий день ей как раз подойдет. Можно даже и в первый день спровоцировать Клауса… попробовать. А что положить на алтарь, она найдет. Легко!

Рассина – все равно Латирен. В род Клауса она перейти не сможет. Или сможет? Арлас писал, что есть усиливающие отвары, настойки, ритуалы, артефакты, просто стоит это безумных денег! Но почему бы нет? Она этого достойна, вот и пусть Клаус потратится на свою жену.

Где нежно-голубое платье с жемчугом? Она должна быть великолепна!

Глава 14

Россия, наши дни

– Твоя работа?

Далина пожала плечами. Костя, весь встрепанный, стоял на пороге квартиры с таким видом, словно она кого-то съела. К примеру, его любимого хомячка. Обвинение вердикт вынесло, так что признавайся!

– Что именно?

– Ах, ты еще не видела? Ну, поздравляю, звезда интернета!

– Чего?

Вместо ответа Костя достал из кармана новый телефон, который ему купила Далина, и ткнул пальцем в экран:

– Смотри-смотри, народ уже в восторге, все балдеют! Гадают, что это за ё-моё такое!

Далина послушно уставилась в телефон и удивилась местным людям. Это она ё-моё? А как назвать извращенца, который понимает, что сейчас самолет с размаху о землю хряпнется, и снимает это на телефон? Не молится, не пьет водку, а сни-ма-ет! Еще и в интернет слить успели, когда только угораздило?

Правильно Костя сказал, сейчас проблема не убить человека, а удрать от блогеров!

Сначала под крылом самолета была тайга. Зеленая и красивая. Потом – грозовой фронт, мужчина комментировал, что сейчас они долетят и все будет просто отлично. Потом началась турбулентность, самолетик мотало, как хвост у счастливой собаки, но мужчина все равно снимал. Еще и говорил, мол, если что, телефон может уцелеть. Пусть видео тогда в интернет сольют, вдруг поможет?

А, ну если с такой точки зрения… если не ради популярности, а просто показать, что случилось, чтобы потом людям понятно было, это Далина могла понять.

А потом самолет вошел в пике и направился к земле. Причем решительно и на сосны. Да, это не «матизеныш», тут уцелеть шансов ни у кого не было.

– Кажется, сейчас все, – комментировал голос. – Валька, прости, если чего не так. Мама, папа, я вас тоже люблю, жаль, что нечасто об этом говорил…

Навстречу самолету сквозь грозу метнулось яркое алое пятно.

– Это что за?!

Легкий писк не особенно заглушал выражения изумления, но и так понятно.

Алое пятно словно поднырнуло под самолет, дальше обзор был уже не тот, но самым краем было видно нечто красное внизу, да и отблеск на грозовых облаках Далину выдавал. Полет стабилизировался.

– Очуметь! – комментировал автор записи.

Вот и тот самый голец, вот приземление, и – зараза! Телефон успевает уловить крылатую тень, которая в последний момент выныривает из-под самолетика. А потом уже улетает куда-то вниз… мелькают кресло, пол, потолок… авось владельца телефона там хоть чем-то приложило!

– Нравится?

Далина пожала плечами:

– Да плевать.

– Ты посмотри, там продолжение есть.

– Какое?!

– А вот как ты с огнем. И с пилотами!

– Блин!

Тут уж настала пора Далины ругаться. А проглядев видео, на котором она была видна достаточно хорошо, женщина запустила пальцы в красные волосы.

– Костя, собирайся. Нам пора на Ардейл.

– Да? А что так? Известности не хочется?

– Поиздевайся! Надо было их там бросить? Да?

Костя покачал головой.

– Далька, я понимаю, что это было бы правильно, и удобнее тебе так, и вообще… я так рад, что ты их не оставила! Я так рад, что ты наша, настоящая! Русская!

– А что – другие бросили бы?

– Судя по истории, в некоторых странах это даже доблестью считается. Добить упавшего, поиздеваться над слабым. И вообще, там у них принцип курятника. Подсидеть высшего, спихнуть ближнего, нагадить на низшего.

– А, так это курятник? А я думала, драконятник, – печально пошутила Далина.

– Что, у вас тоже такое есть?

– Еще как.

– И нравилось?

– Издеваешься? Да я у наемников впервые вздохнуть смогла, там меня просто убить пытались, без всего этого! И у вас тоже… тут хорошо.

Костя расплылся в улыбке.

– Ты попала по адресу. Мы вечно делаем то, что подскажет сердце. Регулярно, в ущерб кошельку, репутации и даже собственной родине.

– Что я попала – это точно. А с адресом определимся. Собирайся, пока нас искать не начали. Билеты купим по дороге.

– С этим алым на голове? Ну-ну…

– А что ты предлагаешь?

– В ванной стоит черная краска. Много. Иди, мажься, а если не поможет – парик купим.

– Какой ты умничка!

– Брови намазать не забудь. И я там еще косметику прикупил для брюнеток. Зашел в магазин и попросил полный набор, так что покрасим тебя как положено.

Далина кивнула. И послушно отправилась сначала к малышке, а потом и в ванную. Все верно, тут в ходу паспорта, а в них фотографии… сомнительные. Испугать ими можно, а вот для опознания не годятся. Тем более женские. Здесь столько красок, сегодня ты блондинка, завтра брюнетка, послезавтра лысая и в татуировках, а в паспорте как была рыжая, так и осталась.

Краситься! И бежать!

– Как все интересно.

Тот же человек, тот же кабинет…

– Оказывается, у нас что-то такое драконоподобное бегает?

Сказки? Когда один человек говорит, это сказки. А вот когда несколько, да еще с видео… Да-да, видео было даже несколько. Из дома, который горел, – было. Куда ж сейчас деться от камер и сотовых телефонов? Далина о них и не подумала лишний раз, да и Костя не сообразил, а вот кое-кто записал, как женщина просто руками стягивает к себе огонь.

Способность? Безусловно. И это не постановка, не игра, вот оно, как есть, без всякой фантастики. Были допрошены пожарные и после некоторых колебаний сознались. Ну, раз уж это не бред… нет у них доказательств. Но с огнем женщина управляться точно умеет. А врожденное это или приобретенное, она не делилась. Спасибо и на том, что помогла и не спалила их. Могла ведь, еще как! Сама бы точно выскочила, а машина б полыхнула, как свечка.

Потом самолет. Спасибо, конечно, женщине, или кто там она на самом деле, люди не погибли, уже хорошо. Но… дракон? Серьезно? А камеры врать не станут, им все равно, кого снимать.

Попробовали провести поиски по лицу и наткнулись на женщину еще раз. На месте дорожной аварии пару недель назад. И так интересно получается… машина через ограждение вылетела, в деревьях застряла, мужчина сумел сам вылезти и людей вытащить! Каково?

Просто никто не смотрел всю запись с камер, а там видно, как женщина с красными волосами бросает велосипед, прыгает вниз с моста, не особо сомневаясь. Просто берет – и спрыгивает через перила ограждения.

А внизу-то высота! И камер нет, как назло. Что там происходило, непонятно, но ровно через сутки сидел Сергей перед тем же мужчиной в костюме и решительно отрицал участие неизвестной летучей гадости в своем чудесном спасении. Все сам, только сам. Упорно, да. Жаль, недолго.

Приятно быть дураком, ему что логика, что наука – безразлично. Дурак как будет свое твердить, так и продолжит, ему хоть кол на голове теши. А вот Сергей раскололся достаточно быстро. Стоило ему только намекнуть, что двое детей и оба рассказывают о «Женщине Икс», и останки машины можно взять на исследование, «Матиз» еще под пресс не пошел. И жена у него в больнице, ей лечение требуется, реабилитация, а если он работу потеряет… ты ж, дружище, военнообязанный!

Шантаж? А вот и нет. Разумная аргументация. Скрипел Сергей зубами долго, но все же сдался. Да, было там… нечто. Как это назвать? Она вообще человекообразная, симпатичная даже, волосы розовые, ближе к красному, глаза красные и зрачки вертикальные, желтые. Кажется, зубы немного не такие, но с человеком ее спутать легко. Линзы, да и того хватит, у нас сейчас кто во что горазд! Ящеру и не снилось, как себя человек может изуродовать!

Человека в костюме больше интересовала не внешность, она есть. Видео есть, с камер, с телефонов. Важно другое. Как это существо разговаривает, как себя ведет, дружелюбно или не очень, не проявляет ли агрессии…

Тут Сергей мог ответить честно. Вполне приятная собеседница, помогла, чем могла, потом ушла, но это как раз понятно…

Единственное, о чем удалось умолчать Сергею, – это кровь. Дети тому значения не придали, вот и не говорили, Кристина ничего не знала, а Сергей… хоть так он смог отплатить добром за добро.

Если кровь этой женщины, кто бы или что бы она такое ни была, помогла Кристине не скинуть ребенка и жена поправляется, значит… никому о таком знать нельзя! Ведь всю выдавят на анализы и опыты! Еще б ее как-то предупредить, но это, видимо, нереально. А жаль…

Это он ей свой телефон дал, а сам найти женщину не может. Никак. А она не позвонит и не напишет, ей что? Сделала доброе дело и дальше пошла. А он даже отблагодарить ее никак не сможет. Вот где беда…

– Временно уезжаете? Ритка, ты вообще как? У тебя же врачи!

– Плевать я на них хотела, – отрезала Рита, закидывая сумку на транспортер. – Все равно они мне ничего хорошего не скажут, так какая разница!

– А если тебе хуже будет?

– Не будет. Май, прикрой меня, приеду – все расскажу. Даже два раза.

Далина кивнула носильщику, и на ленту отправились еще шесть чемоданов.

– Ладно, скажу, что ты лечиться уехала. На воды. Пойдет?

– Вот и отлично. Родителям я сама наберу, если они вообще заметят, что меня нет.

– Ритуля…

– Проехали и пережили, – отмахнулась Рита. – Позвоню, честно-честно.

И направилась к стойке, показывать сумочку.

Майя помахала подруге рукой и развернулась обратно.

Москва!

Завтра она поедет обратно, а сегодня можно погулять. И по магазинам, и по выставкам, и отец просил кое-куда зайти… ах, Москва! Есть в этом городе неизъяснимое очарование, затягивающий ритм и вечная загадка. Если Москва запала тебе в сердце – она уже никогда не отпустит. В такие города влюбляются сразу – и на всю жизнь. Майя собиралась погулять всласть, повидаться с пушкинским дубом, перекусить в уличном кафе…

Ах, московская осень!

Что в тебе такого, чем ты так притягиваешь? Вползаешь в сердца и остаешься в них навечно метелью красно-желтых листьев на старинных бульварах? И хочется поймать листок и сохранить себе на память, и серое небо летит над головой, такое легкое и бездонное, и люди, как листья, летят мимо…

Летим!

– Змеиное урочище.

Костя недаром лазил по всем форумам, источникам, проверял в библиотеках и по газетам, списывался с местными уроженцами.

Непростое это было место. Связаны с ним были местные мифы и легенды накрепко. Местные жители свято верили, что поблизости жил Змей Горыныч. И сказок про это в ближайшем городе было видимо-невидимо. Сувенирка всякая, истории. И про Горыныча, и про целое племя змеев, и про чудовище, которое в пещеру выводок увело, чтобы не истребил их местный богатырь Добрыня. Только почему-то не Никитич, а Змеевич.

И про украденную дочь купеческую, красивее которой отродясь на Руси не было.

Везде свои сказки есть, только кто их сейчас слушает? Это ж не аниме или модная манга, это свое, родное, вот и морщит молодежь спесивые носы, фыркает на стариков. И теряется самое ценное – память поколений.

Далина, прищурившись, разглядывала тайгу. Самолет летел спокойно, крыльями не вибрировал. Странно, конечно, лететь вот так, внутри огромной железяки, но если все здесь так делают? И никто не боится. Далина тоже не боялась. Сама она и на крыльях бы добралась до места, но нести детей пока возможности не было. Не те силы.

Вот и летели все вместе, Костя полет переносил нормально, Рита дремала, маленькая Василиса немного капризничала, но у мамы на ручках было тепло и спокойно, так что ладно, она потерпит. Поест и поспит, как правильный ребенок. А потом опять поест и поспит.

Стюардесса пару раз подходила, интересовалась, что и как, но помощь практически не требовалась.

Вот и аэропорт. Небольшой и достаточно далеко от города, но такси нанять всегда можно. А тут и не нужно, Наташа приехала их встретить на небольшом фургончике, как раз всем поместиться хватило.

– Располагайтесь, я у соседа машину одолжила, – улыбалась Наташа во весь рот.

Далина подняла брови:

– Как дела? Как муж?

– Ты представляешь, посадили. За хулиганство.

– Че-го?

– А он в голом виде по городу бегал, про ящеров орал, разбил что-то, машину повредил… короче, суда еще не было, но он пока сидит. Я к нему уже сходила, предложила договориться по-хорошему, так Ромка на все согласился.

– И?

– Разведемся, квартиру поделим, продадим, я на свою половину что-то куплю у себя в поселке. Это, конечно, небыстро, но справлюсь. И алименты он платить будет.

– Ну так отлично же!

– Конечно! – Наташа вся светилась от радости. – Я вам там пирогов напекла, не знаю, с чем вы любите, но я с ягодами сделала, с яйцом и луком, с капустой, с грибами…

– Я все люблю, – сказала Далина. – Рита, а ты?

– И я, – согласилась Рита. – Обожаю!

– Потолстеть не боишься? – чуточку подколола Наташа.

Рита в джинсах и куртке, с бейсболкой и длинным хвостом рыжих волос выглядела совершенно обычной. И не казалась невероятной красоткой.

– Мужики не собаки, на кости не кидаются, – отмахнулась Рита.

Боишься! Да к ней наконец-то аппетит возвращается! Она пироги готова без остановки лопать, и это так здорово! Как же хорошо быть здоровой! И если в благодарность за здоровье надо просто покружить голову какому-то дракону… Сам напросился, дорогуша! Два раза!

Валентин оглядел свою комнату. Дашка… стерва! Родного отца прогнать! Денег не дать на выпивку! Но что он, не мужчина, что ли? Хочет выпить – и выпьет! И денег найдет, и самогонку купит! Знает он места! А дружки…

Э, нет! Эта пьянь рваная только квасить горазда! А как чего купить да принести к столу, так не дождешься! А он человек культурный, он на заводе целым мастером был! Не абы что! Вот хочет выпить в одиночестве и выпьет! Где тут у Дашки стаканы были?

Валька, дрянь, сама подохла и девчонку против него настроила! Это ж надо! Родного отца из дома выгонять! С такой дочерью и разговаривать противно! Была б дома – точно не пришел бы, стерва как она есть!

Продуктов Даша никаких не оставила, только крупы, а их варить надо, так что пить пришлось без закуски. Да и много ли надо было Валентину?

Заснул он на Дашиной кровати, даже не разуваясь. А среди ночи проснулся, помочился прямо в окно, не желая никуда выходить, поежился от холодного воздуха, створку захлопнул. Закурил и даже не заметил, что после окурок из его пальцев выкатился и полетел под кровать… Много ли надо старым доскам, чтобы затлеть, а потом и загореться, и разгореться?

К моменту, когда полыхнуло как следует, Валентин спал крепким сном. Барак вспыхнул весело и задорно. Кто-то успел выскочить сам, а вот Валентина спасти не успели. Да не особо и старались, честно-то говоря. Видно, на роду ему такое написано было…

Последний инструктаж был проведен ночью в квартире. Хотя чего там инструктировать? Для Далины было все просто. Слушаться ее, далеко не отходить, если что – визжать громко, бежать к ней. Все. Остальное она сделает, если бы ей дали еще время на Ардейле, она бы успела и удрать. Клаус просто очень поторопился, она надеялась, что у нее хоть месяц будет после родов, но нет же! Скот!

Рита и Костя были согласны. Будут и бегать, и прыгать, и что надо делать – только когда?!

Далина не разочаровала. Чем скорее, тем лучше, так что полтора дня команда отсыпалась и отъедалась под чутким Наташиным руководством, а потом вещи из чемоданов перегрузили компактнее, переоделись в подходящую одежду и направились в лес.

Вот и Змеиное урочище.

– Даль, а как это будет? – только сейчас сообразил Костя.

– Весело. – Далина выбрала подходящее место на макушке холма и принялась чертить семиконечную звезду. Сверилась с компасом, выбрала символы, поставила свечи, капнула своей кровью для надежности, потом подумала и попросила кровь еще и у Кости. Ей много чего нужно было учесть. Миры движутся друг относительно друга, время идет, и рисунок не может быть неподвижен. Это с ритуальным залом хорошо, откуда ушел, туда и вернулся. И все там на месте, годами стоять может. А тут как быть?

Тут и дождь пройти может, и птица нагадит, и люди придут – запросто. Место хоть и не пользуется популярностью, но закон подлости существует. Если кого-то и куда-то не должно занести, он там обязательно будет! Явится и рассядется.

В итоге рисунок будет уничтожен, а как пройти обратно? Это ж не в библиотеку сходить, это – другой мир!

Если бы Далина решилась оставить Василису дома, она могла бы найти родную кровь и к ней вернуться. Но женщине очень хотелось взять дочь с собой, дать ей все возможное. Магию? А вдруг получится? Хотя бы драконье здоровье Далина малышке сможет обеспечить!

Даша была хорошим человеком, но организм сильно подорвала во время беременности, и Василиса родилась не слишком крепкой и сильной. Вот Далина и проведет для дочки пару ритуалов! Пару десятков! Сколько успеет! И магия с эликсирами лишними не будут!

Выход, впрочем, нашелся. У Даши нет кровных родственников, но они есть у Василисы. Отец и бабушка считаются. И по их крови можно найти мир и вернуться. Хорошо, что Далина их не убила. А как хотелось!

Родственники есть и у Риты, так что подстраховка будет. А то у Даши и Кости все это очень сомнительно. У Кости мать убили, так и не пойми кто, у Даши… Валентина она чувствовала плохо. И чем дальше, тем хуже. Да и пусть. Нет родни, и это не родня. Двуногая тварь, о которую и руки пачкать противно!

Рисунок Далина закончила, проверила еще раз и подтянула поближе детскую коляску, конечно, без ребенка внутри.

– Это пойдет первым. Все остальное потом.

Складная тележка была сделана на совесть, так что даже не крякнула, когда на нее взгромоздили несколько сумок.

– Куда пой… дет?

Последний слог Костя договаривал на выдохе, потому что Далина заняла один из углов звезды, а потом медленно, словно ей было жутко тяжело, развела в стороны руки. И звезда начала светиться. Сначала нежно-розовым, но сияние темнело, уплотнялось, переходило к красивому алому цвету, расширялось, занимало всю звезду, в нее Далина и пихнула коляску.

– И – р-р-раз!

Коляска пролетела со свистом, но с другой стороны звезды не возникла, словно растворилась в алом мареве. Значит, все прошло нормально. За коляской отправилась тележка.

– Костя – следующий. Символы не сотри, мне сложнее будет.

– Хорошо.

Костя перешагнул черту так, чтобы звезда осталась цела и невредима. И тоже сгинул без следа.

– Рита. Василису держи крепче, она может раскапризничаться. Детям переходы не нравятся.

– Но не вредно?

– Нет.

Рита кивнула и, внимательно глядя под ноги, направилась внутрь. Страшновато, конечно, но глаза она зажмурить не могла. У нее ребенок на руках, споткнется еще, не дай бог. Так что Рита перетерпит. Но больно не было. Вообще ничего не было. Просто в какой-то момент все стало беспросветно-алым, а потом Рита увидела совершенно другой пейзаж. Не холм, а равнину. Поле, синее небо, Костю, который стоял рядом с коляской и тележкой, дорогу…

– Дашка где?

Рита обернулась. Далины пока не было. А разрез был. Словно кто-то провел алую полосу перпендикулярно земле, и она пульсировала, вспыхивала, плевалась тревожными протуберанцами…

– Она сможет пройти?

Костя не успел ответить. Алое марево словно расступилось, и Далина буквально вылезла из него, плюясь не хуже портала.

– Больно, хвостом его об забор!

Вид у нее был усталый, но довольный по уши. Женщина огляделась, расправила плечи и широко улыбнулась:

– Ардейл. Ну здравствуй, дом!

Ардейл, наши дни

Далина вдохнула воздух родной земли – и даже зажмурилась. Чувства накатили. Ее дом, ее земля… да будь ты трижды проклят, Клаус Дубдраган! Почему, почему она должна все это оставлять и уходить в другой мир?! Почему ее отец оказался дураком и неудачником?! За что?!

Как бы ей сейчас хотелось подняться в родное небо, раскрыть крылья… на Земле и воздух другой, и облака другие, и ветер не так перебирает чешуйки! Это не ее родина!

И в то же время – нет выбора. Ничего нет, и Далины Ланидир в этом мире уже нет. И не будет.

Будет Леонидас Ланидир, когда-нибудь потом, обязательно будет. Но для этого она обязана забрать сына и договориться с родовым алтарем. И не только с ним, еще Далина должна поговорить с несколькими другими рода́ми драконов. Не просто так.

Их с Лёнечкой в этом мире не будет, но кто-то должен оставаться. Ради алтаря, ради ритуалов… им можно будет пообещать многое, к примеру, стать младшей ветвью рода и править здесь делами Ланидиров. Это хороший куш…

У Далины уже были наметки. К кому явиться, что сказать, что сделать… поверят ли? Она сама на себя не похожа, поменять облик сможет один раз. Первый и последний, потом Клаус ее почувствует. Сейчас она словно внутри кокона, и Дашина кровь, ее тело спасают суть драконицы от алтаря Ланидиров. Но стоит ей расправить крылья, взвиться в небо, призвать силу…

Их брак с Клаусом разорван, но легче не становится. Он по-прежнему один из сильнейших, а она… она сейчас не выдержит и минуты боя. Да и не нужно ей драться, просто заберет свое и уйдет, а дальше Клаус сам нарвется. Такие всегда нарываются.

Главное, чтобы он ее сразу не узнал. Ничего, краска сбоев не дает, алый цвет ее волос надежно прячется под черным тоном басмы, зеленые линзы сияют в глазах, да и загоревшая в солярии кожа пока подходит под тон. Перманентный макияж сделан как надо… на короткое время – сойдет, а надолго и не надо.

– Даль, ты в порядке?

Косте надоело стоять, и он подошел к старшей сестре.

– Костя, ты помнишь?

– Даша. Помню. Извини.

– Все в порядке. Хорошо, что у меня хватило ума сделать заначки, еще наемницей. Давай-ка доберемся до ближайшего города, там я зайду к менялам в гильдию, и мы будем вполне состоятельными гражданами.

– Я не против.

– И явимся ко мне в замок, – ухмыльнулась Далина. – Рита? Ты готова?

Девушка, которая уже успела укачать Василису и уложить в коляску, ухмыльнулась, потянулась.

– Да в жизни такую потеху не пропущу! Не переживай, я твоему бывшему так голову заморочу, что он забудет, как крыльями махать и пасть открывать!

Далина даже не сомневалась. Рита могла. Вынести мозг? Весело и с улыбочкой вымотать нервы и сплясать на костях? Запросто и с удовольствием! Далина так не умела и не научится, наверное, никогда. Да и нельзя ей общаться с супругом. Слишком велика вероятность разоблачения.

– Пока придется пойти пешком.

– Ну и ладно, кроссовки я не зря надела. Куда, направо, налево? – сощурилась Рита.

Далина махнула рукой:

– Туда.

На горизонте туманным облачком виднелся город.

– Мы и за неделю не доберемся, – расстроилась Рита. – Ты говорила, у нас мало времени?

– А нам так далеко и не надо. До ближайшей дороги, а там экипаж найдется, – отмахнулась Далина. – Вперед?

Костя кивнул.

Далина проверила Василису и взялась за ручку тележки. Надежной, жутко дорогой, но зато и проходимость тут на уровне, колеса толстые, все детали стальные… хоть с горы кидай. Косте достался небольшой рюкзак, Рите – коляска с малышкой. Тоже надежная, чуть ли не цельнометаллическая. Стоит дорого, но ребенок в ней лежит удобно. И везти Василису приятнее, чем нести на ручках.

Кстати – зайти в патентное бюро. Тут такого нет, а зря. Отличная штука, Ардейлу точно не помешает. Равно как и все остальное. Пока оформить на Риту, а потом уж можно будет передать права роду Ланидиров.

Шаг, второй. Далина знала, сейчас в замке Ланидиров проснулся и улыбнулся ее сын. Запульсировал, чувствуя родную кровь, алтарь. Пока они еще не уверены, но будут ждать. Ее очень любят и ждут…

Россия, наши дни

Если Далина и рассчитывала, что они затеряются на просторах Великой и Могучей, то зря.

Это от участкового можно спрятаться и скрыться, а вот когда ты нужна скромным и неприметным людям, которые носят удостоверения с аббревиатурой из трех букв, удрать не получится. И земной шарик мигом становится слишком круглым и маленьким. И про билеты на самолет скромные люди узнали, и про странный случай в городе, куда уехала Далина, и самолетик падал как раз рядом…

Масштаб разный? То она гибнущие самолеты спасает, а то дурачков пугает? И что? В жизни и не такое бывает, может, самолет был работой, а дурачок – развлечением. Или наоборот.

И нашли, и проследили, и поинтересовались, и достаточно быстро оказались на том самом Змеином урочище. Рисунок был отлично виден. И свечи еще горели. И следы. Следы вели примерно в центр рисунка и из него не выходили.

Нет-нет, соваться куда-то люди с удостоверениями не стали – зачем? Но вот огородить интересное место флажками, разогнать любопытных и поставить пост – легко!

Тем более Наташа поделилась сведениями. Даша собиралась куда-то уехать на несколько дней, а потом вернуться. Наташа и не подумала ничего скрывать от участкового, ему по должности положено, да и что такого? Приехали люди, сняли квартиру, теперь вот уехали на несколько дней по делам, что странного? А несколько дней – не так много, можно и потерпеть. И пост оставить – мало ли? Если это выход куда-то, вдруг из него и полезть что-то может?

Бред? А драконы у нас, значит, осознанная реальность, данная нам в ощущениях? А, ну как ощутите, не стесняйтесь, вызывайте врача. Или психиатра, или патологоанатома, кого уж понадобится.

Камеры, микрофоны, датчики движения – готово было все. Кто тут в наш мир собирается? Мы встретим.

Ардейл, наши дни

Идти и молчать было скучно. Пейзаж вокруг был вполне земной, тепло, солнечно, так что первым не выдержал Костя:

– Дашка, а куда нам прежде всего надо?

– За деньгами, – пожала плечами Далина. – У нас воздухом не питаются. Контора Вальерса и Медео одна из самых надежных, и у меня там капитал.

– А ты его получишь? – засомневался Костя. – Ты же уже… не того. И превращаться не можешь, чтобы не почуяли.

Далина повела плечами, с удовольствием осмотрела руку, на которой прорезались длинные черные когти.

– Все я могу, но не ко времени. Я сейчас буквально пропитываюсь силой, и это так здорово! Если б вы знали! Но – к деньгам и планам. У Вальерса трехступенчатая защита. Ключ, код, магия. Я использовала все три степени защиты, но ключ оставила на хранение самому Вальерсу, и только мы с ним об этом знаем. Кодовое слово я тоже помню. Магия? Но моя магия восстановилась, и я это проверила на Земле. Она такая же, как и была.

– А эти твои… клятвы мужу?

– Все сгорело после смерти. Я же и правда умерла, а наша сделка с Дашей – уже другой вопрос. Так что мы отправляемся к Вальерсу, забираем часть денег, я с ним заодно и про патенты поговорю, пусть оформляет на себя, а мне процентик капает на счет. Сыну пригодится. Там же найдем мага, а лучше двух. Нам нужно вылечить Риту и проверить вас троих на магию.

– Как, и меня тоже? – удивилась Рита, которая думала только о лечении.

– А ты против?

– Полностью за! – искренне ответила Рита.

– Вот. А когда мое обещание будет выполнено, будем разбираться с Клаусом. Купим украшения, наряды ты с собой взяла, не хватит – тоже добавим, наймем сопровождение, все что требуется, и вперед, в поместье Ланидиров.

Рита поежилась. Ладно, головы мужикам морочить ей не впервые. Она и не хотела иногда, но людей просто затягивало, приходилось осваивать вежливые способы отшить парня. Не становиться же стервой, потому что ты красивая и с тобой хотят познакомиться? Это просто мерзко.

Далина улыбнулась девушке:

– Просто поморочь его пару дней. Я хорошо изучила Дубдрагана, ему охота нравится. Сразу он тебя в постель не потащит, будет период украшений и игрушек…

– Конфетно-букетный?

– Рита, мы же драконы, а не коровы. Букеты не кушаем и не понимаем, вот на поляне с цветами поваляться – дело другое. И конфеты нам не слишком нравятся, они сладкие. Мяса бы! Так что будут тебе дарить симпатичные игрушки, артефакты, украшения, ты не отказывайся, не обеднеет. Поняла?

Рита кивнула. Действительно, на то и драконы. Ну и ладно, ей со всех сторон сплошная выгода!

– Если нужно, я его даже в постель затащу.

– Рита, не надо. У тебя другая задача, и вообще…

Рита махнула рукой:

– Я прямо скажу. Ты не продажную девку нанимала, но я сама на это пойду, чтобы у нас все сложилось. Чтобы мы ребенка забрали и отсюда ушли… хотя и не хочется уходить. Здесь так невероятно легко дышится…

Далина пожала плечами:

– Кто знает, как и что будет? Я могу сделать так, что ты здесь останешься, но это другой мир, другие обычаи… пусть деньги у тебя будут, но это будет очень сложно.

Рита хихикнула.

– Не путай туризм с эмиграцией?

– Чего?

Анекдот про рай и ад Далина раньше не слышала, но одобрила:

– Все верно. Знаешь, сколько я таких видела, которым кажется, вот, в другой стране медом намазано и сахаром сверху посыпано? А приедут, и кругом одни колючки с навозом? А все просто, куда бы ты ни ехал, ты возьмешь с собой себя. Свой характер, привычки, нрав, и на новом месте все это как вылезет! Как выпрыгнет!

– И полетят клочки по закоулочкам, – хмыкнул Костя.

– Да. А еще… в чужой стране ты всегда будешь чужаком. Навсегда! И дети твои будут детьми чужака, и внукам припомнят, и правнукам. Драконы это хорошо понимают, они стайные, а вот у людей этот инстинкт не так выражен. А зря…

Рита пожала плечами.

– Я знаю примеры успешной эмиграции.

– Я – этот пример. У меня нет выбора, и я приживусь в вашем мире. Но я прекрасно жила и в своем, и жила бы, и всего добивалась, и у вас добьюсь, чего захочу.

– А чего ты хочешь?

Далина пожала плечами.

– Да я уже получила все. Если так… я больше всего на свете хотела свободы! Я с детства знала, что от меня требуется, я взяла на себя долг перед родом, я обязана была его выполнить и дать Ланидирам наследника. Я справилась. Но знаешь, как это давило, особенно последние годы? Выть хотелось! Хорошо еще, можно было всю злость на врагов спускать! Это так облегчает жизнь, когда можно просто кого-то драть когтями в плохом настроении!

Рита фыркнула. Битва-антистресс. Пойди и набей кому-то морду! И сразу улучшатся настроение, пищеварение и цвет лица. Правда, есть нюанс – у морды хозяин есть, и вопить «а нас за что?!» потом точно не получится. За что? За хвост!

– Свобода – это да. А дальше-то что? Опять воевать?

Далина помотала головой:

– Нет, не хочу. Вот что-то вроде вашего МЧС мне нравится. Отличные ребята, людей спасают, реально полезным делом заняты, и работа у них сложная, дракон им был бы в чешую. Но боюсь, не возьмут.

– Почему?

– А как ты себе это представляешь? Даже если возьмут… я же дракон! Это моя кровь, плоть, магия, привычка… полезли мы спасать котика с дерева, а у меня когти в полметра длиной. Начался в лесу пожар – я драконом обернулась и в тучи. И дождь позвала. Или огонь в себя втянула, если пожар небольшой. Я же это не скрою, это сильнее меня. Я в боях хотела участвовать, чтобы денег заработать, но не смогла, я на арене едва сдержалась. Из меня дракон просто полез, чешуя побежала, когти… я бы убивала. Так нельзя.

Рита представила реакцию эмчеэсовцев, рядом с которыми вдруг окажется дракон, – и нервно хихикнула.

– Вот и они всю жизнь хихикать будут. И икать, – кивнул Костя. – В памперсах.

Что тут скажешь? Рита посмотрела вокруг и поменяла тему:

– Долго нам еще идти?

– Часа полтора-два. Дать тебе крови?

Девушка прислушалась к себе. Нет, пока все было терпимо, голова не болела, двигалась она легко и спокойно.

– Не надо. Она тебе самой пригодится, я пока потерплю.

– Ты просто умница. Скоро будем в городе, там я все исправлю!

С тем и зашагали.

Примерно час они шли пешком, потом подъехали на попутной телеге. Далина сняла с руки одно из колец, которые во множестве накупила в ювелирном, и отдала вознице, а тот освободил место для детской коляски, сдвинул в сторону сено.

Слезли уже в пригороде, в сам город мужчина не ехал, а им-то в центр надо.

– А у вас тут культурно, – Рита оглядела небольшую деревянную беседку и рядом симпатичную будочку. – У нас бы все в округе загадили. Есть люди, окурок до ведра донести не могут, так устают, бедняжки…

– Видела я такое, – сморщила нос Далина. – Ну так у вас демократия, а тут власть хозяйская. Если что – порка, штраф, самое мягкое – будешь убирать дороги год! Не все так могут, но с драконами стараются не связываться.

– А мы на землях драконов?

– Конечно. Конкретно это – земли Ланидиров… смотри сама, дракон окрашен алым.

– А-а… у черных будет черным?

– Да. Мой отец, кстати, следил за дорогами и порядком на них. Дороги – это прибыль. Это руда из шахт, продовольствие в шахты, люди, торговля… он же прибыль получал!

Рита кивнула. Такие простые вещи ей объяснять не надо. Беспорядок на дорогах – убыток хозяину земли. Это и в России работает!

– Клаус тоже будет следить?

– Драк Дубдраган. Не забывай. Ты человек, пока он не даст тебе позволения, надо обращаться исключительно вежливо.

– А он даст?

– Рита, я уверена, что даст. Ты не просто в его вкусе, ты будешь способом плюнуть в могилу покойной супруге.

Рита выразительно сморщила нос.

– Мы еще посмотрим, кто, кому и куда наплюет. А вообще, у вас тут красиво. И дышится легко, я себя чувствую намного лучше.

– Так магия же. Вы, люди, не такие, как мы, драконы. Но тоже вполне себе магические создания. Сейчас твое тело впитывает эфир, который мы разогнали здесь до хорошей скорости, и ты реально будешь чувствовать себя лучше. А скоро еще получим мои деньги и сходим к целителю. Чтобы тебя ничего не беспокоило.

– Я до сих пор не верю, что оно лечится…

– Поверь, магия лечит практически все. На драконью кровь твое тело реагирует нормально, со всем остальным мы тоже справимся.

Рита кивнула. Она до сих пор с трудом верила в спасение, но это и правда другой мир. И чудеса могут случаться. Драконы, сирены, эфир…

А плевать! Если ее тут вылечат, пусть хоть жабродышащие деревья летают! И Рита покосилась на Далину. Неблагодарной она никогда не была, если получится так, что ее вылечат на Ардейле, она долг отдаст с лихвой.

Какой-растакой Дубдраган? Подать его сюда! За исцеление Рита ему лично голову отгрызет! И сомневаться не будет!

И девушка зашагала за Далиной. Она не ныла, не жаловалась, просто кинула в рот еще одну капсулу обезболивающего. Болезнь съедала ее заживо с каждым днем, Рита понимала. Еще месяц назад ей требовалась всего одна капсула в день. Сейчас уже три. Потом она бы стала покупать наркоту, потому что в больницах столько не дадут.

Глиобластома, будь она проклята. Пока еще Рита могла держаться, но…

Далина погладила ее по плечу.

– Верь мне. Ты будешь здорова.

И Рита поверила. А что ей еще оставалось?

Рита слегка сомневалась, мало ли, как их примут в купеческой конторе. Все же другой мир, другие обычаи… Если что, у нее с собой несколько золотых колец и цепочка с кулоном. Хватит на первое время. Не пригодилось.

Трехэтажный особняк, которым не побрезговал бы даже мэр, приветливо распахнул двери, стоило Далине сверкнуть алыми глазами. Их честь по чести проводили на третий этаж, устроили в уютнейшей комнате, а через несколько минут принесли сок, вино и закуски.

Далина оглядела поднос, кивнула и протянула руку к графину с соком.

– Вино не надо.

– Почему? – Рите было просто интересно попробовать. Другой мир же…

– Если сегодня будем мага вызывать… магия на алкоголь вообще хуже ложится.

Рита кивнула и показала на другой графин:

– А это?

– Вроде вашего манго, но чуточку кислее. Вкусно.

Рита попробовала и облизнулась.

– Действительно вкусно!

Допить она не успела, в комнату вошел мужчина средних лет. Высокий, осанистый, чем-то похожий на пожилого Шона Коннери. Только Шон был метр девяносто, а этот даже пониже Риты. Такой концентрированный Шон.

– Эл Марий Вальерс! – Далина выглядела как кошка, напившаяся сливок.

– Драка?

– Далия Ланн, к вашим услугам.

– Не надо шутить этим именем, драка, – нахмурился мужчина. – Я знаю Далию. Вы – не она.

– Потому что не могу скушать живого слона?

Мужчина резко подобрался. Блеснул темно-синими глазами.

– А как вы его можете скушать?

– Исключительно по кусочкам. Сначала уши, потом хвост, а потом и слон уляжется.

Костя и Рита слушали диалог с искренним удивлением. Потом до Риты дошло.

– Сорок восемь утюгов на подоконнике?

– Чего? – не понял Костя.

– Пароль и отзыв.

– А-а… а они и должны быть такие идиотские?

– Да. Чтобы случайно никто ничего такого не ляпнул.

– Абсолютно верно, юная эла, – отозвался эл Марий. – Но я надеюсь… драка Далия мне и в других проверках не откажет?

Далина кивнула и протянула руку.

– Клянусь не причинять вреда. – Эл Марий достал что-то вроде системы из двух пробирок. Не сообщающиеся сосуды, просто на одной подставке закреплены две тоненькие трубочки. Одна из них заполнена переливами алого и золотого, вторая бледная и пустая. Одна закупорена и на ней болтается печать, вторая увенчана острым коротким шипом. На него Далина и положила ладонь, надавила.

– Ой, – пискнула Рита.

По ладони Далины потекла кровь. Пробирка стала заполняться алым туманом.

– Ничего страшного, обычная проверка магии.

– Я такого раньше не видела, – честно созналась Рита.

Купец посмотрел на нее удивленно, но смолчал. Наверное, потому что две пробирки стали полностью идентичны. Все, вплоть до мельчайших завихрений, разводов, клякс… подставка стала золотой и издала тихий звон.

Эл Марий медленно поклонился.

– Прошу прощения, драка Ланн, я зря сомневался.

– Эл Марий, мы же так и договаривались, – сморщила нос Далина. – Мне нужен будет помощник и много денег. Вы не против?

– Драка, как я могу быть против?

– Тогда… вот это – вам.

Далина выложила на стол стопку распечаток. Лично скачивала, печатала чертежи, рецепты, формулы…

– Эл Марий, читайте и смотрите. Уверена, вы захотите во что-то вложиться. Мне нужны патенты, прибыль пополам.

– Я погляжу, драка.

Далина кивнула:

– Я знаю, вы ведете дела честно.

– А вам я выделю Фирона. Если вы его помните, драка.

– Почему нет? Он умный и исполнительный. Присылайте. Могу я на какое-то время остановиться у вас в доме?

– Безусловно, драка. Это честь для меня. Я сейчас отдам распоряжения.

– Благодарю, эл.

Мужчина вышел.

– Он тебя явно знает и уважает, – заметила Рита.

– Мы с ним давно знакомы. Случайно… его невестка оказалась в районе боевых действий. Беременная, на раннем сроке. Мне пришлось обернуться драконом и вынести ее. Так что у нас с элом взаимное уважение и понимание. Часто я у них бывать не могла, но свои деньги доверила.

– Авантюристка. – Костя не осуждал. Жизнь наемника вообще далека от однообразия и вышивания крестиком.

– Есть немного. Эл?

– Драка Далия, рад вас видеть! – Мужчина лет тридцати низко поклонился. Выпрямился, улыбнулся, хорош – невероятно. Только волосы синие и глаза. И у него на шее что-то такое? Жабры?

– Эл Медео! – улыбнулась Далина. – Знакомьтесь, мой пасынок, Костя. Дочь Василиса. Подруга – Рита. А это Лартус Медео, один из самых талантливых законников Ардейла.

– Вы мне льстите, драка Ланн. Но я так рад вас видеть, что согласен и на лесть. – Мужчина очаровывал.

– Эл Медео, я сразу к делу, – посерьезнела Далина.

– Драка?

И куда только делся дамский угодник? Изменилось лицо, стали жестче глаза, вроде и не менялось ничего, но два разных человека. Или – он не человек? Русалка? Русал? Далина говорила о таких! Костя помнил.

– Мне нужен маг-лекарь. Мне нужен ритуальный зал, можно – малый. Мне нужны портные для подруги. Чем скорее, тем лучше. Экипаж, предлог проехать мимо замка Ланидиров…

– Может, вам нужно в замок Ланидиров, драка?

– А нас пустят?

– Обижаете. Драк Дубдраган собирается представлять наследника клану алых.

По лицу Далины побежала чешуя. Женщина вдохнула, выдохнула, протянула руки и взяла из кроватки Василису. Та пискнула, и драконица принялась успокаиваться.

– Моего сына…

– Драка, приглашения разосланы не только драконам, но и людям.

– А вот с этого места подробнее.

– У меня есть возможность достать вам приглашения на имя элы Торины Лейборн. Она приехать не сможет, ее супруг сейчас приболел, и эла его выхаживает. Но если приглашение случайно пропадет… ах, ворье! Нигде от него нет спасения!

– Она еще не написала отказ?

– Эла Лейборн действительно любит мужа. И ей не до отказов, – коротко ответил мужчина.

Рита ему поверила.

– Буду благодарна, эл, – коротко сказала Далина.

– Сочтемся, драка. Позвольте проводить вас в ритуальный зал, а я пока приглашу лучшего мага-лекаря. Могу я что-то сказать ему предварительно?

– У моей подруги болезнь. Опухоль в голове, – коротко сказала Далина.

Рита кивнула. Эл Медео поглядел равнодушно.

– Ах, всего лишь? Тогда можно даже накопители не брать, наших хватит, если что.

Рита только рот открыла.

– Но э-э-э…

– У них это не лечится, – пояснила Далина.

Эл Медео шевельнул губами. И провалиться Рите на этом месте, если он не хотел фыркнуть. Сдержался. И правильно.

– Что ж. И такое бывает. Прошу вас в ритуальный зал, накопители туда уже принесли.

Далина кивнула и проследовала за мужчиной.

Ритуальный зал выглядел солидно. Рита о таком не думала, но если бы взялась его представлять, то примерно это и получилось бы. Высокий куполообразный потолок. Плитка на полу. Она что – съемная? А зачем? И маленькая такая, размером чуть больше ладони.

– На каждой плитке нарисован свой символ, – объяснила Далина, заметив ее взгляд. – Можно составить любую звезду, вписать в нее любые символы. Ритуалов проводится много, каждый раз полы мыть долго и муторно, и руки могут дрожать, когда рисуешь, а иногда нужна четкость. Проще сделать один раз, стационарно.

– С ума сойти.

– Не надо. – Далина со скоростью, говорящей о немалом опыте, принялась вытаскивать плитки и ставить на их место другие, создавая трехлучевую звезду. – Я с вами буду по одному работать, иначе сложно будет. Начнем с тебя, Рита, чтобы если маг приедет, ты сразу шла к нему. Потом Костя, потом малышка. Рита, если будет плохо, не стесняйся, говори.

– Хорошо. А может быть плохо?

– Вряд ли. Но индивидуальные реакции случаются.

Рита кивнула. Типа аллергии на лекарства, наверное. Вот еще сложности!

Далина осмотрела звезду, выложила в ней несколько символов и взяла чашу и клинок.

– Придется вам опять выпить моей крови. Немного, просто губы смочить, но иначе никак.

– Перетерпим, – отмахнулся Костя. – А зачем?

– Я говорила, введу вас в род.

– А Клаус не почувствует?

– Он же не глава алых, глава Ланидиров – Леонидас, но малыш мне не помешает. Он как раз одобрит, на уровне инстинктов. Большой род – сильный род.

– Это правильно, – кивнула Рита.

Ей большую семью всегда хотелось. Не срослось.

– А раз так – глоток из чаши и шагом марш вон на тот луч. Нечего время тянуть.

– Стой спокойно.

Рита послушно и стояла, пока Далина что-то говорила на низком рычащем наречии. Стояла, когда вокруг заклубился холодный алый туман. Стояла, когда из него протянулись жутковатые щупальца. Когда показалось ей где-то далеко, на самой грани слышимости, неприятное злое шипение. Голос Далины стал более жестким, она явно не собиралась уступать.

Шипение нарастало, Далина отвечала, а потом все кончилось. Одним ударом, словно оборвалась гигантская струна, прозвенела – и стихла. И Рита ощутила на себе чей-то взгляд.

Холодный, жестокий даже, равнодушный, и ничего под ним нельзя было скрыть, даже разбитой маминой вазы. Ее словно оценивали, как кабачок на рынке. Подойдет? Не подойдет? Если первое – ей повезло. О втором варианте ей даже думать не хотелось, сразу мороз по загривку бежал.

Далина произнесла еще несколько слов – и Рита дернулась. Не сильно, но… Щупальца обвивали ее, ощупывали и, кажется, даже проникали внутрь, дотрагиваясь до сердца. Ощущение было не из приятных – сначала. Рита так и не поняла, в какой момент все изменилось.

Щупальца стали уже не ледяными, а приятно теплыми, они не стискивали, а гладили, сила алых драконов плескалась вокруг волнами летнего моря, ласкала, ластилась, словно ручная касатка. Она все еще была опасной и жутковатой, но вреда не несла и боли не причиняла. Рита не понимала происходящего, это Далина могла объяснить, что магия пригляделась к девушке, оценила ее и согласилась принять. Драконий род – не легко и просто, это обязанности и ответственность, забота и верность. Если бы Рита чувствовала что-то другое, ее бы просто не приняли, но для девушки все было просто.

Далина ей решила помочь. Не бесплатно, ну так в мире, в котором жила Рита, бесплатно даже пинка дать не хотели. Зато все честно. Ты мне, я тебе, ты за меня, а я встану за твоей спиной в любой ситуации, потому что ты возвращаешь мне жизнь. Почти вассальный договор, который и приняла магия. И Рита вписалась в род Ланидир в качестве младшего вассала.

Конечно, опухоль это не вылечило, но всему свое время. Рите и так сейчас было хорошо. И сил прибавилось, и ощутила себя намного лучше. Все же магия рода Ланидир теперь была доступна и ей, пусть самым краешком, и так уже замечательно!

Костя в круг вставал спокойно. А вот Рита оценила со стороны, как это выглядело, и поежилась. Сейчас щупальца были вполне приличными и приятными, казались ей даже добродушными, но это сейчас! Когда она понимала, что вреда алые полосы не несут.

А так страшноватенько. Словно тебя громадный кракен обвивает с нехорошими намерениями. И уже жрать начал.

Костя стоял спокойно. Его магия признала почти сразу, как младшую ветвь рода Ланидир. Да он к Далине и относился как к старшей сестре. Был бы драконом – стал бы полноценным кровным братом, а человек, уж простите, тянет только на младшую ветку.

Когда Далина положила в звезду маленькую Василису, пришли за Ритой.

– Маг прибыл, – доложил тот самый русал. – Эла?

– Иди, – махнула рукой Далина. – Эл, по деньгам я вас не ограничиваю, Рита должна быть здорова, а если у нее есть потенциал, пусть маг посмотрит. И Костю тоже, пожалуйста, но его потом.

– Хорошо. Эл, тогда вы тоже идите со мной, – согласился русал, и Костя направился за мужчиной. После принятия в род он чувствовал себя просто отлично, а магия – это мечта! Вот бы огненными шарами швыряться! Или водяные стены двигать! Круто же!

Далина пару минут переводила дыхание, а потом поглядела на Василису:

– Ну что, теперь с тобой, дочка.

Как сказала, так и вышло. Магия меняла не только тело Далины. Василиса, получая ее с молоком матери, тоже менялась. Может, дракон у нее и будет слабым, но определенно будет. А с магией рода все пройдет еще вернее.

Алтарь рода Ланидир пульсировал, радуясь. Род прибавляется. Есть наследник, а теперь есть и дочь. Новая кровь! Это здорово! Только вот никто этой радости не заметил. Разве что малыша Карла долго убаюкать не могли, но это же дети? Мало ли, отчего они не спят? Может, колики?

Рита смотрела на мага, открыв рот. Маг смотрел на Риту. Правда, рот не открывал, просто вытащил из кармана большую зеленую линзу и разглядывал девушку через нее, поворачивая голову то так, то этак.

– Что ж вы себя так запустили, эла? – наконец изрек он.

Маг был настоящий. Рита, если бы мага рисовала, так бы и изобразила. Невысокого, седоволосого, худощавого, с короткой бородой (можно и длинной, но с ней возни больше), в длинном балахоне, из-под которого выглядывают дорожные сапоги. Но главное, конечно, его глаза. Большие, ярко-голубые, посмотришь в них – и сразу понимаешь, что это не просто человек. И аура вокруг него. Рита раньше смеялась над такими вещами, а тут ощутила. Словно вокруг мага слой нагретого воздуха, даже рукой провести хочется. И границы она может отследить четко.

– Ага, смотрю, у вас тоже кое-что есть, – кивнул маг. – Тем более, эла, что ж вы себя так не бережете?

– Я в очень неудачном месте жила, у нас такое не лечат, эл, – созналась Рита.

– Если не лечат там – вылечим тут, – преспокойно отозвался маг. – Вы, эла, ложитесь на живот, вот сюда.

– Сюда? – Рита с сомнением покосилась на кушетку, в головах которой стоял самый прозаический жестяной тазик.

– Ага, вот так. – Маг помог девушке взобраться на лежанку и расположил ее так, что голова свисала над краем. Как раз над тазиком. А потом преспокойно снял мантию, под которой обнаружились бриджи и рубашка, и повязал фартук.

– Не пугайтесь, у вас сейчас будет кровь носом идти.

– Ой?

– Нет-нет, это не опасно, просто выглядеть будет неприятно. Волосы подберите, перепачкаете.

Рита послушалась. Пальцы мага легли ей на виски – и в следующий миг девушка аж заорала от боли. Ощущение было такое, словно ей гвоздем голову проткнули. От затылочной части, где, по уверению врачей, была та самая опухоль, к носу, из которого и хлынула… кровь? Да, крови там было достаточно. И кажется, какие-то сгустки, ошметки не пойми чего.

Если бы маг ее не устроил носом вниз, она бы точно захлебнулась, но и так она отхаркивалась, отплевывалась, а кровь все стекала через нос, через рот, Рита плевалась и даже вдохнуть не могла несколько секунд, так ее было много. Все кончилось одним резким приступом боли, как и началось.

– Отлично, – подвел итог маг.

Руки на висках разжались. Рита подумала, что на висках останутся синяки, а то и вмятины, с такой силой пальцы впивались в череп.

– Ой…

– Все в порядке, эла.

Маг, больше похожий на мясника, отошел от тазика с кровью, снял фартук и протянул его слуге.

– Да? – Рита пока разницы не ощущала. – А почему так лилось?

– Я разжижил вашу опухоль, но оставлять ее внутри вас было нельзя. Пришлось вывести наружу.

– А метастазы?

– Мета… стазы? Что это?

– Ну… когда то же самое распространяется по телу и начинается в печени, или почках, или легких…

Маг качнул головой:

– Нет. У вас ничего такого нет, хотя…

Линза снова появилась на свет, маг еще раз осмотрел девушку и кивнул:

– Вы недавно принимали драконью кровь. И магию тоже, верно?

– Да.

– Драконья кровь отлично выжигает из тела все чужеродное или зловредное.

Рита качнула головой.

– И как еще всех драконов не выдавили на лекарства?

Маг хохотнул. Беззлобно, даже с удовольствием, после хорошо проделанной работы.

– Эла, если хотите стать магом, учиться надо. Чтоб вы знали, драконы еще на заре времен этим озаботились. Пользу приносит только добровольно данная кровь дракона. А если ящера к этому вынудить – хоть каким способом, – лучше сразу яда выпить.

– Это заклятие творили все алые драконы разом, и несколько десятков драконов разных кланов отдали ради него жизни. – Далина с Василисой на руках стояла на пороге комнаты. И кажется, волосики у Васёны чуть-чуть отливали розовым…

– Абсолютно верно, драка.

– Благодарю вас, эл. Я и так вижу, что моя подруга здорова. Но вы сказали, она может стать магом?

– Драка, вы и сами способны определить такие вещи. – Маг пожал плечами. – Но если угодно…

– Да, пожалуйста. По некоторым причинам я могу сейчас оперировать только родовой магией, – коротко объяснила Далина.

– А… юная эла может стать хорошим магом воздуха. Не из самых сильных, но погодницей она будет на славу.

Далина кивнула:

– Благодарю. Накопители и учебники я ей обеспечу. Рита, ты будешь тренироваться?

– Да, конечно! – Кто бы сомневался, что Рита согласится.

– Эл, а мой брат?

Костя стоял у Далины за спиной, вот Рита и не сразу его заметила. Хотя в таком состоянии… она бы и мамонта не увидела, пока тот не нагадит!

– Ваш брат… да, драка, он тоже маг. И может пойти по лечебной части.

– Врачом?

Не то чтобы Костя был разочарован, но не видел он себя в поликлинике! И вид крови ему не слишком приятен…

– Задатки у вас есть, эл, а развивать их или нет, решать вам. – Маг и не собирался спорить с клиентом. Не его проблема.

– Мы подумаем, в какую сторону тебя развивать, – утешила Далина расстроенного парня. Ну как же, у Риты ураганы, а у него – лечение. И кого это в тринадцать-то лет устроит? Хочется же чего-то, чтобы ух какого! А получается все больше не ух, а ох.

Костя мрачно кивнул. Далина растрепала ему волосы.

– Смотри на это с другой стороны. При определенных навыках ты сам сможешь вылечить Риту. И кстати, алкоголизм, наркомания, вообще все зависимости – тоже болезни. Просто у нас их лечить умеют, а у вас нет.

Костя откровенно заинтересовался. Маг усмехнулся.

Целителей бывает много, вопрос в их силе. Вот то, что он сделал сейчас, паренек не повторит, не хватит силенок. А вылечить зависимости – это как раз и не так сложно. Надо просто хорошо знать головной мозг. Запрещенные вещества дают удовольствие, человека надо просто его лишить. Заблокировать кое-какие нервные центры, и глуши ты хоть стаканами – радости не будет. А без кайфа какой смысл? Если просто травишься, как любым ядом? Сил тут надо не так чтобы много, а вот точность быть должна. Здесь знания будут важнее мощности. Но мальчишка-то, кажется, проникается?

– Даш, я буду учиться. Мне же можно будет учебники?

– Конечно. Я все закуплю, без вопросов.

Далина не улыбалась. Она-то знала, что для Кости это больной вопрос. Если бы мать не пила. Если бы Дашин отец не пил… если бы! Он точно будет и учиться, и работать.

– Благодарю вас, эл. Вы нам очень помогли!

– Я рад быть полезен, – с достоинством кивнул маг. – Я оставлю несколько эликсиров, драка, пусть ваша подруга их вовремя выпьет. Поддерживающий, восстанавливающий – ей надо.

– Обещаю, она выпьет.

Можно и обойтись, стоят такие вещи не просто дорого – очень дорого. На магии варится не абы что и напитывается долго, и травы в таких эликсирах редкие. Но Далина уже взяла на себя ответственность за Риту. Пусть у ее вассала и просто подруги все будет по первому классу. Им мелочиться нельзя, впереди самое важное. Клаус Дубдраган.

Россия, наши дни

– Пока – тишина?

– Да.

Мужчина еще раз посмотрел на фотографию девушки. Симпатичная. Но главное не внешность и не розовые волосы. Главное, что с какого-то момента ее поведение резко расходится с тем, что было. Да-да, установить личность незнакомки удалось достаточно быстро. Дарья Валентиновна Петрова.

Была, жила, училась, влюбилась, а потом… что же произошло потом? Почему девушка, которая никогда не занималась ничем, даже танцами, стала драться как амазонка? Да-да, Умара тряхнули так, что из него сведения горохом посыпались, и видеозаписи он отдал, и сотрудничал активно и весело. У него сохранились видео тренировок Даши, и сейчас их смотрели специалисты. И вердикт был один, общий. Такого стиля боя – нет.

Вообще нет, нигде. И кстати, он явно рассчитан на другую женщину. Более крупную, что ли? Некоторые приемы даются только с большой массой, с весом той же Даши их правильно не выполнишь.

Поведение – были опрошены соседи по дому, те, кто уцелел после пожара. Кстати, им сплошная польза вышла, хоть какую компенсацию дали, а то чиновники бы их точно покружили. До одного, четко определенного дня Даша вела себя как обычно. И все поменялось одномоментно. Словно паслась на лугу коза, и вдруг прошел волшебник и превратил ее в леопарда. А он ни разу не травоядный и решил пойти закусить пастухом для начала.

Цельная картинка все равно не складывалась. Где-то что-то случилось, и произошла подмена? Но дочь-то Дарья не бросила. И мальчишку, Костю Свиридова, забрала с собой? И заботится о них? И что получается? В какие-то моменты это Даша, а в какие-то – другая женщина? Этакие доктор Джекил и мистер Хайд, только на русский манер? Они делят одно тело… это может многое объяснять. Но дракон?

Хотя что мы знаем об этом мире? Только то, что ничего не знаем. Это для толпы сказано, что все уже открыли и разведали и никаких опасностей нет, а если хотите пощекотать нервы – вот телевизор. Но неисследованного много.

Никто не покорил глубины океана. Крепко охраняют свои тайны полюса, хоть Северный, хоть Южный. Тайга, амазонская сельва, пещеры и горы, Кейп-Йорк и Шондонг, Намиб и Сентинельский остров, Марианская впадина и Бермудский треугольник.

Мало? А это только то, что можно перечислить навскидку. А если сесть и задуматься, список получится – от стены до стены. И вы хотите сказать, что на такой огромной планете не найдется места для маленького дракона?

Даже маленького племени драконов. Только вот уточнить бы, что им надо? А то вдруг разведчики? Или собираются прийти с войной? Нельзя ли во втором случае как-то подарить драконов – демократиям? У них там толерантность, политкорректность, есть афроамериканцы, а будут еще и ящероамериканцы. К примеру. И будут бороться за свои права кушать тех, кто не ящеро. Разве это плохо? Жизни ящеров имеют значение!

Мужчина улыбнулся и еще раз перечитал материалы. Определенно надо подождать и понаблюдать, маячками и жучками нафаршировать все вещи Дарьи Свиридовой. А там – послушаем, посмотрим, соберем информацию да придем в гости. Хорошие люди всегда могут договориться по-хорошему. Даже если кто-то из них немножечко ящер.

Глава 15

Ардейл, наши дни

Рассина сияла от счастья. Клаус встречал гостей, она стояла рядом с ним, почти как супруга. Почти. Но это же ничего страшного, она еще все исправит. Сегодня подруга, а завтра супруга! И гости ее видят рядом с Клаусом, и никто не кривит губы… разве что у себя в комнатах, оглядываясь по сторонам, ругают тихим шепотом «наглую выскочку». Завидуют!

Она, кстати, у служанки спрашивала, нет ли потайных ходов в других комнатах, но Ридола о них не знала. То есть – сказать не захотела! Наверняка она в курсе, но ведь лишнего слова не вытянешь из старой ящерицы! Это уж тогда Клаус на эмоциях был, вот она и испугалась. А сейчас ей бояться нечего, Клаус ей доволен, да и Рассина признавала – малыш стал намного спокойнее, и спит лучше, и жизнью доволен… пусть! Пока он еще все равно бессмысленная кукла, Рассина им займется чуточку позднее. Придет еще ее время!

На подъехавший экипаж она посмотрела даже с легким презрением. Ну кто там может бы-ть?! Икота возникла так резко, что Рассина сильно пихнула Клауса в бок. Зря.

Мужчина даже не заметил толчка, потому что из экипажа вышла, выплыла, словно королева…

Рита не зря тащила с собой чемоданы. Расспросив Далину о модах и тканях Ардейла, она поняла, что мода там достаточно консервативна, а ткани исключительно натуральные. Не нужна была синтетика, вот она и не появилась. А значит, на этом можно сыграть!

И Рита появилась перед всеми присутствующими в шикарном брючном костюме, который облегал изящную фигурку, словно перчатка, и резко бросался в глаза. Изначально костюм был вечерним и сильно напоминал костюмы мариачи. Только добавить много вышивки, страз, прозрачную блузку, кружевное нижнее белье…

Рита умела производить впечатление. Черный цвет был почти не заметен под золотой вышивкой, рыжие волосы пламенели на солнце, улыбались подкрашенные губы…

Клаус «поплыл» сразу же. На экипаж, который отогнали к воротам для слуг, он даже не смотрел. Только на Риту.

– Эла?..

– Эла Торина Лейборн, – промурлыкала Рита.

Клаус, который, как и каждый дракон, чуял вранье, насторожился.

– Да?

– Вообще-то нет, – созналась Рита. – Можете называть меня эла Маргарита, Торина мне просто одолжила свое приглашение.

– Зачем? – Содержимое кружевного бюстгальтера Клауса интересовало намного больше, чем приглашения, но говорить же что-то надо? Обязательно! Хотелось бы потрогать и провести исследования, но так – нельзя! Не поймут. И на ступеньках «исследованиями» заниматься тоже неудобно, советами замучают.

– Хотелось посмотреть на замок Ланидиров, на знаменитого Клауса Дубдрагана, первого дракона, который решился объединить под своим крылом два клана… я столько о вас слышала! – Маргарита вовсе уж мурлыкала.

Далина ее предупредила, врать нельзя. Можно говорить не всю правду, можно что-то опустить, но не лгать впрямую. Но Рите и не нужно было врать, она и так справится.

– Надеюсь, хорошее?

– Разное, – честно сказала Рита. – Но от этого еще любопытнее. Хорошее говорят только о святых, а вы ведь не святой? – И палец заскользил по краю выреза блузки.

Движение глаз Клауса подтвердило, что до святости ему еще очень далеко. И смотрел он вовсе не на ноготь с ярким маникюром и стразами.

Рядом послышалось шипение Рассины. Могла бы – вцепилась всеми когтями! Обернулась и сожрала негодяйку! Но ведь не дадут!

Клаус покосился на любовницу, мечтая стряхнуть ее куда-нибудь подальше, мешает приятной беседе… на слуг, которые выгружали чемоданы Маргариты, он и внимания не обратил! Там половину замка можно было вынести, не задумавшись! Далина изо всех сил кусала губы, чтобы не ухмыляться вовсе уж нагло. От Риты эффект был больше, чем от ядрен-батона. Клаус не просто «поплыл», он утонул и не подлежал реанимации! Оставалось только завидовать!

– Эла Маргарита, я…

– Я надеюсь, для меня найдутся покои в замке? И пара коек для моих слуг? Я так хочу пообщаться с вами, драк Дубдраган… при личной встрече вы намного интереснее, чем с чужих слов!

Рассина заскрипела зубами, и Клаус таки стряхнул ее с локтя.

– Когти убери. Да, эла, я буду счастлив видеть вас на приеме и надеюсь, вы мне подробно расскажете, что привело вас сюда.

– Очень подробно, – шепнула Рита таким тоном, что по стойке «смирно» встали даже червяки в зоне слышимости. – С удовольствием вам расскажу и покажу и буду счастлива, если вы мне уделите время.

И даже не соврала. А что Рассина выглядела уж вовсе страшилищем… а при чем тут Рита? За собой следить надо, девушка, а не чешую тут отращивать на всю морду. И когти подпили, смотреть страшно. Фу!

В отведенных ей покоях Рита упала на кровать и потянулась.

– Даша, одежду!

Эффект следовало развивать и усугублять. Так что платья, белье и косметика! И духи с феромонами, и еще кое-какие достижения науки. Драконы их не знают? Так это их проблема! Даже одного конкретного – вон как потек, словно пластилин на лампочке!

Далина, ухмыляясь, достала из чемодана красное платье с накидкой. Рита оглядела и кивнула. Рыжим красное не идет? Ошибаетесь, надо просто правильно подобрать оттенок и акценты. Глубокий теплый оттенок подчеркнул матовую белую кожу, вышитая золотом жар-птица расправила хвост на длинной юбке. Что касается украшений – пришлось уже здесь докупать. Тут-то у Далины деньги были, а у Риты хватало идей. Чокер со свисающей с него рубиновой каплей блеснул отчаянно и зло.

– Красотка, – погляделась в зеркало Рита, продолжая подкрашивать что-то на лице.

Далина кивнула:

– Великолепна.

О своих целях и задачах они не говорили – по умолчанию. И о Косте, который ждал с маленькой Василисой в условленном месте, – тоже. Сейчас для женщин была только их цель.

Рита коснулась кисточкой идеального носика и усмехнулась:

– Удачно оставаться.

– Удачно поиграть, – пожелала в ответ Далина и, как только за Ритой закрылась дверь, сама выскользнула из комнаты.

Дом. На секунду накатило, сдавило горло, заставило повернуться к стене и перевести дух… ее замок, ее родовое гнездо, жить бы тут и жить, а не получится уже никогда. Сначала отец не давал, это кому другому Далина могла рассказывать про свои обязательства, а на самом деле не могла она сказать родным всю правду. Просто не могла. Им же больно будет. Исправить уже ничего нельзя, а сделать больно – можно, только тоже нельзя. Это же родные!

Где-то в самой глубине души хищной алой драконицы жила та самая маленькая девочка, которую списала со счетов ее семья. И которая хотела… выделиться? Доказать? Нет. Просто любить и чтобы ее любили в ответ. А этого уже никогда и не будет. Погибли ее близкие.

С другой стороны – чего она тут сопли развела? У нее теперь новая семья, новое гнездо, её род! И пусть пока ее родные слабее, но сила – она не в клыках и не в когтях. Главное – ей есть ради кого жить, есть кого защищать.

Плечи расправились, а потом снова согнулись в угодливый полупоклон. Драконица быстро шла по коридорам… ровно до одной из комнат. Она-то потайные ходы своего замка отлично знала! А послушав разговоры на кухне и в людской, узнала и где ее сын, и кто при нем состоит.

Нянюшка Ри! Спасибо тебе, родная! Ты выполнила обещание, и Далина может быть спокойна за сына. Что ж. Пора возвращаться.

Драконица коснулась одной из розеток на стене, оттянула панель и нырнула в темный проход. Где там ее малыш?

Ридола волновалась. По десятому разу проверила все необходимое, но унять тревогу не могла. И Леонидас вел себя странно, то лежал спокойно, то начинал плакать и извиваться, словно ему чего-то не хватало. Что-то чувствует?

Беннет не заходил, ему и так работы хватало. Разок зашел Клаус, приказал нарядить малыша к вечеру, чтобы тот побыл немного со взрослыми. Ридола клятвенно пообещала. Парадные пеленки достанет. Из алого шелка, с вышивкой и гербом, а то как же!

Душевного спокойствия Ридоле визит не добавил. Если что, ее просто казнят. А что будет с малышом?

Но и оставаться тоже нельзя. Это Клаус может считать, что оседлал грозу и теперь вечно будет держаться в глазу урагана. А вот Ридола отлично понимала, сейчас от рода Ланидир остался один малыш. И защитить себя он сам не сможет.

Отец? Да сколько ему еще отмерено? Это Клаус ничего не знает о магии, а Ридола… если Истанар прав, то Клаусу остались месяцы. Уже даже не годы. И что будет с его сыном? Кто-то верит, что малышу дадут спокойно дожить до совершеннолетия, принять род, а потом и клан? Только не Ридола.

Сидела драконица возле колыбельки, покачивала малыша, напевала песенку. Других служанок не осталось, все сбежали повертеться рядом с гостями. Ридола не препятствовала. Лучше уж она тут побудет, чем все эти свистушки.

Когда открылся потайной ход – она очень пожалела об отпущенных девушках. Секунды на три. Если то убийца – что могут сделать обычные люди? Разве что героически погибнуть?

А Ридола? Если перекинуться в дракона, она хотя бы тревогу поднять сможет, только вот надолго ее не хватит. Минут пять, потом дракон сдохнет сам. От старости.

Черноволосая девушка, которая появилась из потайного коридора, не была похожа на убийцу, но это еще ничего не значило. Для убийцы важна не внешность, а оружие. Но девушка не двигалась. А потом подняла руки, развернув их ладонями к Ридоле.

– Няня Ри! Не надо! Это я!

Ридола где стояла, там на пол и осела. Няня Ри. Так ее называл только один человек… ладно, двое. Но это уж точно не Норберт. А остальные мертвы… Далина? Но…

Девушка шагнула в комнату. На Далину она совершенно не походила. Невысокая, щуплая, невзрачная, волосы черные, глаза зеленые… симпатичная, конечно, но какое отношение она имеет к алым? Откуда она ее знает?

Далина, а это была именно она, улыбнулась. А потом демонстративно выпустила коготь и надрезала ладонь. Сделала еще один шаг – и ласково коснулась светильника. Да-да, того самого камня. Алтарь не полыхнул. Просто втянул в себя кровь, словно песок – воду, и это стало для Ридолы лучшим доказательством. Даже она… даже ее не пощадило бы за такие вольности.

– Далина? – не веря себе, произнесла Ридола.

Далина кивнула.

– Напомнить тебе наш разговор? Или что-то из детства? Выбери такое, что могли знать только мы с тобой.

Ридола задумалась ненадолго.

– Кто разбил любимую вазу драки Миланы?

– Норберт, – без тени сомнения ответила Далина. – Нам тогда по двенадцать было, и у нас была вылазка в склеп. Только его за это уродище точно бы высекли, а меня нет. Пришлось нам с тобой отправляться в коридор и делать вид, что это я и только что.

Ридола выдохнула. Об этом никто не знал, кроме Норберта. А если…

– Что ты мне сказала в день свадьбы с Дубдраганом?

– До или после?

– Перед брачной ночью.

– За такое мне алтарь должен будет, – ухмыльнулась девушка. – Еще что вспомним? Перечислить, какими словами я после самой ночи ругалась? Когда купалась? Сволочи, хоть бы воду подогрели нормально!

– Далечка! Доченька моя!

Ридола всхлипнула и заключила девушку в крепкие объятия. Пусть по крови она ей не мать, но кто родил, а кто вырастил? Вот то-то же!

– Нянюшка, – привычно расслабилась в знакомых руках Далина. И пахло от няни точно так же, мятой и полынью, и объятия были такими привычными…

– Детка! Я и не надеялась! Ты мне расскажешь?

Далина кивнула. Конечно, приключения в другом мире она наполовину опустила, но главное Ридола поняла. Ее девочке есть куда уйти. И перевела дыхание.

– Даля, я так рада! Ты очень вовремя, через пару дней мы бы уже попробовали сбежать.

– Куда?

Ридола рассказывала дольше. Далина слушала, размышляла.

– Беннет?

– Я понимаю, ты о нем не думала.

– Нет, не думала, – кивнула Далина. Для нее Беннет был просто продолжением Клауса и ничего хорошего в нем не было.

– Он и правда в тебя влюбился.

– А я в него – нет.

– И неважно. Мне кажется, он и так на все согласится, лишь бы рядом с тобой.

Далина подумала пару минут.

– Если взять с него клятву, что он не навредит.

– Не сейчас. Истанар хотел снять с Беннета все лишнее… ох!

Далина усмехнулась.

– Это и я отлично могу сделать. Только как вы планировали действовать дальше? Клаус же почувствует откат?

Ридола усмехнулась.

– У Беннета есть план. Если хочешь, я его позову и мы поговорим все вместе.

– Хочу, – кивнула Далина. – Только не сейчас, часика через два. А пока…

Она подошла к колыбели и протянула руки:

– Лёнечка, иди к маме?

Маленький дракончик пискнул и широко улыбнулся беззубым ротиком. Далина ловко взяла его, прижала к себе – и слезы закапали на дорогую вышитую пеленку.

– Как же я скучала! Детка моя…

Ридола смотрела с улыбкой. А что ей еще надо? Ее ребенок счастлив, вот и ей хорошо будет.

– Я чуть позднее схожу к Беннету. Или он сам зайдет, как получится. Теперь я могу никуда не убегать, остаться здесь.

– Няня Ри!

– А что делать, Далечка? Я бы с радостью отправилась с тобой в другой мир, но я там не выживу. Я уже слишком стара, чтобы вот так все менять.

Далина прикусила губу. Да, с какого-то возраста дракон становится сильно зависим от родовой магии.

– Я хотела взять часть алтаря с собой.

– Тебе никто и не мешает. Но я там умру – и очень быстро. А пожить еще хочется, лучше я тут побуду, посмотрю за домом, да и вам возвращаться будет к кому, не на пустое ж место!

– Детям, да…

Ридола кивнула.

– Придут – и сразу будут все расклады знать: кто за кого, кто против, кто дружит, кто ненавидит. Так удобнее будет.

– Ты справишься?

– Обещаю. Ради такого я еще лет двадцать проживу, наверное. А нет, так записки оставлю. Буду Медео писать каждый месяц.

– Нянюшка…

Далина вытерла слезинку. Чтобы вот так, спокойно… к своей гибели она и отнеслась без лишних эмоций. А вот няня… ее родной и любимый человек! Ну как так-то! Как это – осознавать, что они никогда больше не увидятся? Что эта встреча последняя?

Они будут живы, но законы магии неумолимы. Далина больше не вернется. Ридола не сможет жить в другом мире, и ничего с этим не поделаешь. Может вернуться Леонидас, даже наверняка вернется. Может перейти сюда малышка Василиса. Или другие дети Далины, если они у нее будут. А самой Далине уже это не суждено. Пара дней – и то чем скорее уйдет, тем лучше. Для этого мира ее душа мертва, Ардейл будет ее отторгать. Это не хорошо и не плохо, это закон.

– Няня, я просто не все рассчитала.

– Ты жива, и ты здесь. Значит, в главном все было правильно, а остальное неважно, – отрезала Ридола. – Я учила тебя не отступать и не сдаваться, с чего сейчас ты начала размазывать сопли? Мы живы! Остальное – поправимо!

Далина кивнула. Няня Ри могла быть доброй и ласковой, но и подзатыльник могла такой влепить, что зубы зазвенят.

– Ты права, нянюшка. И мальчишка получился отличный, не зря я Клауса терпела.

– Точно. На любом навозе можно вырастить шикарные цветы, – убежденно кивнула Ридола.

– А если навоз не понимает своего счастья, мы его лопатой, – хихикнула Далина, и Ридола окончательно успокоилась. Это была их давняя шуточка.

– Жаль, Клауса лопатой никак.

– У меня на него есть то, что лучше лопаты, – похвасталась Далина.

– Девчонки про какую-то рыжую сплетничали?

– Лично нашла и привела! И ведь как отлично сработало!

Женщины переглянулись и хихикнули. Красота – страшная сила. А кто сомневается – того хвостом. Красивым, конечно.

Рита улыбалась. Как же хорошо быть здоровой! Жить, радоваться, знать, что ты в ближайшее время не умрешь! Да за это она даже Клауса готова была расцеловать… ладно, учитывая историю подруги, сначала удавить – потом простить и поцеловать на прощание. Хотя если бы не оказался дракон такой сволочью, корчилась бы она сейчас на койке в клинике. Получается, она ему даже самым краешком обязана?

Рита посмотрела на симпатичную блондинку, которая сидела на противоположном конце стола и явно изображала из себя хозяйку дома. А заодно так мило зеленела. Риту Клаус усадил рядом с собой, и женщина кокетничала напропалую.

Драконы, конечно, сильные и мощные, но под такой атакой бедняга еще не бывал ни разу. Когда и демонстрируют, и поддразнивают, и улыбаются, и всячески намекают, что продолжение будет, но ты еще побегай за ней! Охотничий инстинкт у дракона тоже сработал «на отлично». Просто получить – неинтересно. А вот когда тебе так намекают, мило и очаровательно, когда манят и отступают.

Это надо уметь. А для Риты это было естественно, как дыхание. Так что после обеда Клаус потащил всех любоваться розами. Алыми, понятно, но сколько ж их тут сортов! Просто громадное количество! Алые с белой и желтой сердцевиной, алые с разным запахом, разных размеров, формы, с черной каймой и с белой, чего только не вывели за столько-то лет! Рита и любовалась! Наклонялась, вдыхала аромат, а потом по секрету призналась Клаусу, что розы – это прекрасно, но у нее уже голова кружится. Нельзя ли передохнуть?

Клаус, который цветы не любил ни в каком виде, тут же спихнул гостей на Рассину (скрипи зубами, не скрипи зубами, но сама ж в хозяйки лезла, вот и хозяйствуй) и утащил Риту в одну из гостиных.

Где и получил щелчок по носу. Нет-нет, не грубо, не унизительно, но Клаусу было со всей вежливостью донесено, что она не девка какая-то. Ее тоже уважать надо, а через два часа после знакомства в постель падать – это даже неинтересно как-то. Собачки – и те дольше бегают.

Клаус полностью согласился с этим тезисом и пригласил очаровательную элу составить ему компанию за ужином. Рита даже и отказываться не стала.

Ужин? Отлично! После болезни она сильно похудела, так что сегодня будет кушать много и с удовольствием! Она не знала, что у драконов хороший аппетит считается весьма привлекательным, но и это сыграло в ее пользу. Улыбались глаза и губы, светилась здоровьем матовая кожа, сверкало на платье золото вышивки.

А возле покоев уже ждала Рассина.

От этого визита Далина ждала многого. Но предугадать все не могла. Слишком опасен был дракон, к которому она собиралась, слишком непредсказуем. Но то, что она предложит, будет выгодно им обоим, так что… может, и согласится? Надо попробовать!

– Далина? Здравствуйте, драка Ланидир. Очень, очень рад, что ваш супруг промахнулся. Бывший супруг, – тут же поправился Эддар Истанар.

Такого сюрприза он не ждал, конечно, но когда скрипнула потайная дверь и в его спальне появилась невысокая девичья фигурка, не растерялся.

Первый порыв – перекинуться и раздавить негодяйку – он подавил и пригляделся. Это Клаус мог узнавать или не узнавать жену. А Эддар смотрел на ауру и видел, как девушка стаскивает с шеи амулет, который ее глушит, и как вокруг нее расплескивается знакомое алое марево. Такое он видел только у одного дракона.

Далина улыбнулась:

– Драк Истанар, вот кого-кого, а вас я даже не рассчитывала обмануть!

– Ритуал переноса души? – сощурился дракон. – И что же вы за него пообещали?

– Многое. Но это сейчас неважно, драк. У меня к вам предложение. Скажите, Тандилары уже оживились?

– Томрой бьет хвостом!

– Перебьется, – фыркнула Далина. – Я так и думала, что он долго не выдержит. И лишний раз убедилась – он ненадежен. Драк, у меня к вам предложение. Не хотите пока побыть регентом рода Ланидир?

– А что я за это получу?

Далина рассмеялась.

– Думаю, вы сами лучше меня ответите на этот вопрос. Про деньги не упоминаю, хотя и они не лишние. Статус, власть, отсутствие реальной ответственности – сына я забираю. Он вернется лет через двадцать, может, даже чуть больше.

– Хм-м… у меня есть весьма симпатичная внучка. Может, на полгода постарше вашего сына.

– И уже симпатичная? – хихикнула Далина. – Драк, это тоже вполне возможно. Клятвы породниться давать не будем, но я мальчику скажу приглядеться. И вы внучке намекните, что может такое быть. Там, где я буду жить, драконов нет, разве что его сестра, а пару мальчику надо будет подбирать сильную.

Истанар кивнул. Все верно, молодежь не любит, когда на них давят. Но как у регента, у него будет больше возможностей. И он даже душой кривить не будет. Породниться с Ланидирами для него выгодно и полезно, но и сыну Далины нужна будет в жены чистокровная алая. У него-то кровь разбавлена, хорошо бы следующего наследника чуть больше привязать к алым. И Далина это мальчику объяснит наверняка. Не будет требовать, но если мальчишка выгоду поймет… а у Истанара будет двадцать лет на подготовку… эх, в его-то годы! Ничего, лет двадцать он точно протянет!

– Заключим договор?

Далина улыбнулась и достала алтарный камень.

– На алтаре, как полагается. Простите, что времени не даю, у меня и самой его немного.

Истанар достал клинок и примерился к ладони.

– Малый договор или большой?

– Малый, конечно. На двадцать лет, но с расширенным действием, все равно Ланидиров в этом мире не будет. Стандартная формула.

– Вам бы, драка, акулой родиться.

– Мне и драконом неплохо.

Истанар оскалился так, что акула бы скромно поджала хвост и устыдилась собственной безобидности. Резанул ладонь и мерно заговорил, благо все клятвы и формулировки он наизусть знал:

– Я, Эддар Истанар, глава рода Истанар…

– Ты!

Рита пожала плечами.

– Я. И что?

– Откуда ты взялась, шлюха?

– Из тех же ворот, что и весь народ, – парировала Рита. – Ай-яй-яй, какие некрасивые слова. Совершенно недостойно жены хозяина замка.

Рассина аж побурела от негодования. Напасть бы, сожрать. Нельзя! Да и не получится, разве что морду ей когтями распахать!

– Собирай вещи и вон отсюда! Чтобы к ужину тебя тут не было!

Рита фыркнула.

– Вот еще! Мечтай!

Рассина поняла, что ей отказали, и перешла ко второму пункту. А именно, выпустила когти. И даже тут ей напакостили! Руку перехватили, сжали, а драконицу с силой отшвырнули в сторону.

– Исчезни отсюда. Не то сообщу Клаусу, что ты хотела изуродовать его гостью.

Беннет! Ах ты, тварь! Откуда ж ты взялся?! Мало тебе еще досталось! Рассина злобно зашипела, но Беннет и не подумал обращать на нее внимание. Шипи хоть сутки, укусить все равно не сможешь. А потому…

– Эла, драк Клаус просил передать вам и надеется, что вы это наденете на ужин:

Рита посмотрела на коробочку в руках дракона. А потом кивнула на дверь своих покоев:

– Прошу вас, драк. Вы можете зайти и отдать – там? А я заодно дверь потом запру.

Рассина зарычала от ярости. Беннет покосился на нее и добил:

– Я пришлю вам сопровождение, эла Маргарита. Или сам явлюсь проводить вас к ужину… да, лучше я сам приду. Прошу вас дождаться меня.

– Буду весьма признательна, – промурлыкала Рита.

И дверь закрылась перед носом Рассины. Взвыла несчастная синяя драконица так, что на стенах гобелены парусами надулись. Но делать-то что?! Да, вот что именно делать?

Клаус же… он обязательно поведется на эту рыжую, и если она окажется достаточно умной, а она окажется, по глазами видно… то может и задержаться и вообще вытеснить Рассину! А ей же замуж нужно!

Так. Сегодня же ночью надо к алтарю. И проводить ритуал. Хорошо, что есть Норберт. Кто-то же должен отнести ее к черным драконам? Да, и на ужин тогда Рассина не попадает, туда лететь часов шесть. Ничего! Драконица оскалилась и развернулась по направлению к библиотеке. Еще посмотрим, кто выиграет! Стерва рыжая, она Рассине за все ответит!

Рита втащила слегка ошалевшего Беннета в комнату, толкнула на диван и открыла коробочку. До подарочной упаковки тут пока еще не дошли. Ничего, главное не обертка, а содержимое.

– Ух ты!

В коробочке сверкал и переливался рубиновый гарнитур. Колье, серьги, браслет, два кольца. Крупные камни размером с ноготь пальца сверкали темно-багровыми огнями и отражали лучики мелких бриллиантов. Рита поняла, что с этими украшениями точно не расстанется. Кажется, Клаус ей нравится. Интересно, а изумрудов или сапфиров у него нет? А у нее и платье есть подходящее! Будет смотреться шикарно!

Рита ухмыльнулась и плотоядно поглядела на Беннета. Дракон ответил спокойным взглядом – чего тут нового? Не она первая, не она последняя. Есть женщины, которые не продаются за побрякушки, такой была Далина, но их – единицы. А остальных дорогие игрушки раззадоривают так, что дракону не добиваться красотки приходится, а спасаться от нее.

– Красотища!

– Что именно? – Далина нагло рассекретила еще один потайной ход. Беннет выпучил глаза.

– Что?!

Далина улыбнулась и посмотрела ему прямо в глаза. Интересно, правду ли сказала Ридола? Узнает? Нет?

– Что слышал, Беннет Драган.

Рита только рот открыла.

Дракон медленно, словно кукла на веревочках, встал с дивана. Сделал шаг, второй… и вдруг упал на колени перед Дашкой.

– Драка Ланидир?

Имя было сказано почти шепотом, но Рите показалось, что громыхнуло на весь замок. Он что – узнал? Но тогда… Девушка огляделась вокруг и схватила наперевес тяжелый подсвечник. Эх, сковородки нет или лопаты! Ничего, и так справится!

– Спокойно, – вытянула руку Далина. Не то Беннету уже в следующую секунду прилетело бы по загривку. Рита остановилась.

– А?!

– Ты не ошибся, Беннет Драган.

Дракон смотрел на нее снизу вверх – и боялся прикоснуться. И глаза у него горели, как два черных бриллианта.

Живая! Живая! Боги и предки, да что еще надо? Она жива! И можно быть рядом, смотреть на нее, разговаривать. А что выглядит Далина не так, как раньше, так какая разница? Он ведь не тело полюбил, хотя там и тело было – ух! Он влюбился в женщину за ее мужество, силу духа, расправленные крылья, полет против ветра… да разве можно сказать, за что любишь? Иногда можно просто любить. За алые крылья небес!

– Далина…

– И мне интересно, что ты с этим будешь делать?

Беннет замотал головой.

– Но… как?

– Это я расскажу потом. А пока у меня для тебя есть предложение. – Далина уже поняла, что Беннет и правда ее любит. А если так – надо пользоваться. Расчетливо? Ну, так она же им собирается пользоваться не как донором или спонсором, а как мужем и отцом. А он и сам не против. Она, конечно, Беннета пока не любит, но дракон ей нравится, а остальное приложится. Есть уважение, симпатия, взаимная выгода – мало? А у драконов примерно так все и начинается. И алтари, конечно. Браки драконов призваны усилить их род и кровь, дать сильное потомство, а то и новые способности. У них с Беннетом это может быть.

И на Ардейл Беннет вернуться сможет, если что. И Леонидасу помочь. Так чего его отталкивать? И кого потом искать? На Земле драконы не водятся, а с людьми… Далина так рисковать не может. Это же Земля! Там магия не раскачана, алтарей нет, а любой человек умрет намного раньше Далины. Каждые пятьдесят лет искать мужа, а потом видеть, как он стареет, и хоронить его? Драконов-то на Земле тоже нет! И детей хоронить, и внуков, они же не будут драконами… А тут отлично совмещается приятное и полезное! Чем плохо?

– Предложение?

– Я не могу остаться на Ардейле. Я должна буду уйти в другой мир. Я смогла сохранить жизнь, душу, память, магию, потеряла только тело, но и это тяжело мне далось. Я выжила и смогу подняться в небеса, но уже не на Ардейле. Я умерла здесь и вернуться не смогу. Только один раз и ненадолго.

Беннет кивнул. Про такое, конечно, не писали, но много ли он читал?

– Тебе… тебе здесь опасно?

Голос дрогнул, сбился.

– Нет. Если не задерживаться, то нет. Я пришла за сыном и хочу уйти обратно, туда, где я сейчас живу. Ты хочешь пойти со мной?

– Я… – Хотя Беннет и не раздумывал особо. Он все равно собирался бежать от Клауса, так что еще нужно? – Я буду рад.

И какая разница, кем его приглашают? Да хоть кем – хоть ездовой ящерицей! Все лучше, чем здесь от тоски выть! Тут у него ни цели, ни смысла, а там… хотя бы шанс.

– Я видела Ридолу, – добила Далина. – Она и посоветовала поговорить с тобой откровенно.

Рита выдохнула и отставила в сторону канделябр.

– Тяжелый, зараза.

Беннет покосился назад, оценил вес предмета, которым его собирались приголубить, и хмыкнул.

– Маловато будет.

– А я бы пару раз, – не смутилась Рита.

– Не успеете. Второго удара не будет.

Рита спорить не стала. Это надо доказывать на практике – или пусть дракон остается при своем заблуждении.

– Даша, он с нами идет?

Далина кивнула:

– Да. И тогда все упрощается… я хотела уйти следующей ночью, но можно и этой. Снять с Беннета все клятвы, забрать сына – и прощай, Ардейл.

Про алтарь Далина благоразумно упоминать не стала. Рановато для полного доверия.

– Ты сможешь? – уточнила Рита.

– Я-то смогу. Но Клаус сразу почувствует.

– Я придумал, чем его отвлечь. – Беннет кашлянул. – Хотел устроить пожар… но сейчас все усложнилось. Клаус явно не отойдет от новой гостьи.

Рита улыбнулась ничуть не хуже драконицы, разве что зубов меньше.

– Даша, ты мне скажи – пары часов тебе хватит, чтобы разобраться?

– Должно хватить. А что ты предлагаешь?

– С вашего позволения, Клауса отвлеку я, – даже не смутилась Рита. – И поверьте, ему будет не до клятв. Даже если на него потолок рухнет, он не заметит.

Беннет открыл рот так, что стали видны оба ряда зубов. Далина покачала головой:

– Рита, это не нужно. Это слишком большая жертва.

Рита насмешливо фыркнула.

– Даш, я сама так хочу.

– Ты серьезно?

– А что такого? Симпатичный мужик, и вообще…

– Симпатичный? – искренне удивилась Далина.

– В моем вкусе. Мне такие нравятся, – кивнула Рита. – И вообще… гарнитур классный.

– Клаус себе может позволить дарить тебе такие три раза в день. И не слишком обеднеет.

Рита коварно улыбнулась.

– Кажется, я продажна. Но за такую цену уже и не стыдно.

Далина хмыкнула. Если подумать с этой стороны… за сто долларов – на панели. А за сто миллионов – в высшем свете, если сейчас такой есть.

– Требуй больше – не обеднеет.

Рита кивнула. Больше так больше. Она понимала, что у Далины деньги есть и подруга с удовольствием ей и даст, и купит, что Рита попросит. Но это другое. От Клауса – это будет и сувенир, и трофей. Драконом Рита не была, но от ювелирных изделий отказываться не собиралась. А мораль… пусть тот, кто устоит перед рубинами в бриллиантах, ее и прочитает.

К Клаусу Рассина подходила как к опасному дикому зверю. Да так оно и было! Дракон увидел добычу, и сейчас, если попытаться ее отобрать, тут будет разъяренная крылатая тварь! Хищная и опасная!

Но можно ведь и чуточку иначе? И тогда Клаус сам, сам все скажет, сам признается, сам все сделает… надо только по-умному повести разговор! Ну женщина она или нет? И умница, и красавица, любую ситуацию повернет к своей пользе! И Рассина захлопала ресницами, нагоняя слезы.

Вот ведь гадство, у той рыжей дряни и брови, и ресницы черные, накрашена она как-то непонятно, но ярко и ей идет (про перманентный макияж Рассина не знала), а у нее без краски ресницы белесые. И брови. И красить их сейчас нельзя, а то слезы, все размажется, а когда ресницы светлые, глаза у нее кажутся меньше.

Клаус встретил любовницу недружелюбно:

– Что надо?

– Милый. – Рассина захлопала глазами. – Я хотела тебя попросить…

– О чем? – Ничего хорошего Клаус от беседы не ждал. Расси не дура и его интерес наверняка заметила. Но как тут устоять? Скандал будет? Это плохо, скандалов Клаус не любил.

– Милый, я чуточку переоценила себя.

– Что? – Этого Клаус точно не ждал.

– У меня так начинает болеть голова! Скажи, пожалуйста, могу я сегодня вечером оставить тебя с гостями и просто полежать у себя в покоях? Чтобы меня никто не беспокоил? Надеюсь, завтра утром уже приду в себя, но сегодня бы отдохнуть!

Клаус едва не ухмыльнулся во весь рот. Полежит? Как же! Поняла небось, что он увлекся, что сравнение не в ее пользу, и не хочет выставлять себя на посмешище. Но тут их интересы прекрасно совпадают! Она полежит, он отдохнет и сможет ухаживать за рыженькой Ритой, сколько ему захочется, а вечером бал, танцы… кто сможет устоять перед ним? Клаус расправил плечи.

– Милая, если тебе так угодно, конечно. Может, что-то нужно? Послать за лекарем?

– Нет-нет. – Рассина взмахнула рукой. – Ты же знаешь, магию лишний раз тоже применять ни к чему, я просто полежу в темноте, и мне станет легче. Тишина, спокойствие…

Клаус кивнул:

– Если ты так хочешь. Ты же знаешь, я выполню любую твою просьбу.

– Совсем любую? – хитро сощурилась Рассина.

– Ты что-то хочешь? – догадался Клаус.

– Конечно. Всегда быть рядом с тобой, заботиться о тебе, любить и оберегать, – Рассина почти слово в слово цитировала малую брачную клятву, но Клаус даже не понял.

– На это я согласен. И тоже готов всегда быть рядом с тобой, заботиться о тебе, любить и оберегать.

Но не жениться. Но об этом он вслух не скажет, что он – дурак? А Рассине того и надо было!

– Всегда-всегда?

– Вечность!

– Любимый…

Рассина кинулась на шею Клаусу и продемонстрировала готовность к любви прямо тут, на столе. Что ж, Клаус и отказываться не стал. А что? Настоящего мужчины на всех хватит, и на эту, и на ту…

Когда Рассина удалилась, слегка покачиваясь на ходу, Клаус застегнул штаны и решил отправить рыженькой еще какой-нибудь подарок. Что он ей послал? Рубины? Можно еще и изумруды, к примеру. А там пусть сама выбирает, что ей надеть вечером. Он с удовольствием все снимет.

Беннет словно по облакам летел. Оказывается, есть в этом мире счастье. Есть? Ничего ему сейчас не надо, просто сидеть рядом с Далиной, смотреть на нее, слушать… только вот пришлось выполнять обязанности, разнос устроить паре дураков, которые напиться решили, еще один умник экипаж к стене притер так, что пострадали и стена, и дверца. Дел хватало!

И Рассина куда-то делась! Эта зараза Беннета тоже беспокоила. Если кто и может ему напакостить, то синяя драконица. Дар у нее появляться там, где дракону не надо! А ей вот надо! И заявиться, и всем жизнь испортить, и вообще – зараза! Но где же она? Рассины не было. Ни в покоях, ни в библиотеке (это Клаус ничего не знал, а Беннету Ридола все рассказала), да нигде по замку ее не было! Гадость замышляет? Наверняка!

Так Беннет и подумал, узнав, что Норберта тоже нет, а должен быть на месте! Не ради древних инкунабул, кому они на празднике понадобятся! А просто – еще один дракон лишним не будет! Мало ли что случится?

Норберта не было. А расспросив своих людей и сопоставив факты, Беннет понял, что Рассина и Норберт улетели. Вместе. Точно напакостят. Но сделать-то с этим ничего не получится! Остается только надеяться на Риту. И что все произойдет быстро…

Беннет еще раз проверил все собранное, сделанное… да! Если все пойдет по плану, к полуночи они будут уже совсем в другом месте. Все.

С ребенком, Далиной. Далина! Живая!

Беннет прекрасно понимал, что будет сложно, что другой мир, что переезд туда вовсе не означает, что драконица тут же упадет ему в руки, что придется много и тяжело работать. Плевать! Пока они живы, есть возможность все исправить! И это – прекрасно!

Рассина довольно улыбалась.

Малая брачная клятва произнесена, акт состоялся, осталось принести их частицы на алтарь и потребовать исполнения.

Где там Норберт? Пусть отнесет ее к черным! И побыстрее! А уж как пройти к их алтарю, она знает! Клаус сам разрешил! Так же, мимоходом, просто раньше ей не требовалось, а сейчас пригодилось!

Никуда гад от нее не денется! А за эту рыжую дрянь она ему еще с хвоста всю чешую повыдирает! Потом подождет, пока отрастет, и повторит процедуру! Он, гад, так просто не отделается!

– Клаус, вы такой милый. – Рита еще и ресницами похлопала.

– Рита, вы обворожительны! Вы великолепны! И разбиваете мое сердце!

– Разве вам не нравится?

Рита провела пальцами по обнаженным ключицам. Черное платье, расшитое стразами, напоминало звездную ночь. Закрытое спереди, оно оставляло вырез на спине, аккурат до места, где спина уже заканчивалась. Так что нижнее белье под такое не надеть. Аккуратная цветочная гирлянда из белых и розовых страз подчеркивала грудь, тонкую талию и тоже обрывалась на спине. Лишнее закрыто, нужное подчеркнуто и так выделяется, что у дракона чуть слюни не текли.

– Нравится. Но вам сюда нужна диадема. С черными алмазами.

Рита развела руками:

– Увы. Но я и без диадемы согласна. К тому же от них жутко болит голова.

Волосы Рита сколола в небрежный узел, выпустила только один локон, и тот дразнил воображение, плясал по белоснежной коже, так и хотелось намотать его на палец. Клаус так и сделал.

Рита качнула головой и придвинулась вплотную к дракону.

– Я не сдамся просто так.

– Я буду настойчив.

– Вы не привыкли отступать, Клаус?

– Я привык побеждать, Р-рита.

Ответом ему стала насмешливая улыбка.

И все-таки – что ж это было?

Чего так хочется и жаль?

Так и не знаю: победила ль?

Побеждена ль?[25]

Петь Рита могла. Клаус довольно улыбнулся, блеснули белые зубы в черной бороде. Хищник. Только вот Рита ответила прямым взглядом. Не боясь. А что он ей сделает?

«Я месяц назад с жизнью попрощалась, я уже умерла! Меня чудо спасло, после такого ты мне просто не страшен».

И дракон это чувствовал. Полное отсутствие страха…

– Рита, вы не откажете мне в танце?

– Не откажу!

Рассина запланировала в первый день ужин и танцы. Представление маленького Карла должно было состояться на следующий день, ближе к обеду, так что никто не мешал Ридоле собирать вещи, Далине проводить время с сыном и с алтарем, а Клаусу флиртовать с прекрасной незнакомкой.

Как они оказались в коридоре? Случайно. Эти занавеси такие неустойчивые, просто ужас! Совершенно случайно завернулись не в ту сторону, вот и провальсировал дракон по коридору. И прижал Риту к стене. Еще и ухмыльнулся – сопротивляться будет?

Ха, наивный черный дракошка! Рита медленно, глядя ему в глаза, наклонилась вперед, лизнула кончиком языка его нижнюю губу, а потом поцеловала так, что дракон последней сдержанности лишился. И тоже ответил на поцелуй. Правда, когда его руки зашарили там, где вовсе не надо, Рита его остановила.

– В коридоре? Фу, любезнейший! Извольте меня отнести в кровать!

Дурак, что ли, Клаус, от такого предложения отказываться? Гостям весело там, а ему… мужчина подхватил Риту на руки и направился, куда сказали. А именно в кровать.

Рита довольно улыбнулась. До полуночи она дракона точно не выпустит. А потом он и сам выйти не захочет.

Рассина стояла и смотрела на алтарь. Конечно, никто ее останавливать не стал. Да никто и не знал, что она пойдет к алтарю. Потайные ходы в замке черных она знала. Не все, конечно, те, что узнал и сам Клаус. И два из них как раз вели в алтарный зал.

Норберта она, конечно, брать не стала. Попросила подождать и пообещала, что вознаградит его по возвращении.

Ага! Будет ему награда – казнь! И в качестве милости она может разрешить не повешение, а отрубание головы. Ха, нужен ей такой дурак!

Алтарь красных был широкой и удобной для проведения ритуалов каменюкой. Алтарь черных был грубее вырублен и хуже отполирован. И сейчас он светился и пульсировал, он чуял чужачку. Впрочем, он чуял и кое-что еще, но об этом Рассина не знала.

Она торопливо положила на алтарь собранный ей «биоматериал», свой и Клауса, себе даже руку надрезала, кровь Клауса у нее была только засохшая, а вот своя – свежая. И заговорила. Старая формула. Да-да, это Клаус мог игнорировать старые записи, а вот Рассина точно знала, что ей надо. И сейчас требовала свое.

Обещал? Да! Значит, изволь жениться! Алтарь с этим был полностью согласен. Сверкнул, вспыхнул.

Рассина почувствовала, как сквозь нее прошла волна леденящего холода, потом тепла, а потом кисть руки словно огнем запекло. На запястье начали проявляться черные вензеля рун. Рассина вгляделась. Брачная? Да, малая брачная. И в эту минуту такая же проявляется у Клауса. И он наверняка в ярости!

Ничего, главное, первый приступ пережить, потом легче будет. А Рассина его отлично переживет, здесь, у алтаря. Домой она только к утру явится, как раз дражайший супруг уже и успокоится. А если по дороге и пришибет кого-то, так невелика потеря. К примеру, эту рыжую тварь! Вот уж кого не жалко!

Рассина довольно погладила браслет татуировки. А потом осела на пол рядом с алтарем. Сил вообще не было. Ни на что. Наверное, она так переволновалась… ничего, посидит тут немного, а потом пойдет обратно. Пусть Норберт везет ее к мужу.

Далина ловко отделила часть алтаря от лампы. Беннет аж рот открыл.

– Это… это – как?!

Две женщины посмотрели на него с улыбками. Вот ведь дракон! Сколько лет прожил и так удивляется. А чему? Тому, что кто-то решил защитить свои интересы и делает это всеми способами? Да у древних родов таких секретов – как огурцов в кадушке. Хочешь – кушай, хочешь – не кушай, но кадушка-то есть! Наивный дракоша!

– У черных совсем не так.

Далина развела руками.

– Может быть. И что?

– И… и ничего, – твердо решил Беннет. – Как ты сделаешь, так и будет.

Далина и Ридола переглянулись. Да, Беннета надо забирать с Ардейла. Он и сам не понял, но Клаус ему услугу оказал. Сначала Беннета никуда не пригребли, потому что он был вассалом Клауса, а сейчас… с такой наивностью он точно куда-то вляпается! Так дело не пойдет!

Дракон он неплохой, алтарь в нем гнили не видит, в хозяйстве черныш пригодится. Забираем! На Землю, и только на Землю! Там ему очень даже неплохо будет, Далина о нем позаботится. А он о ней.

Далина коснулась алтаря, погладила его кончиками пальцев. Алтарь вспыхивал горячими искрами под ее рукой, словно ластился.

– Беннет, ты готов? Учти, будет больно.

– Пусть. Не хочу больше с Клаусом рядом быть! Не желаю!

Далина кивнула. Потом решительно разрезала себе руку и принялась поить алтарь своей кровью. Пусть вспоминает. Да и так пригодится.

Год за годом, век за веком алые поили свой алтарь кровью, и не только внутри рода, нет! Ланидиры тащили все, что могли достать, – сейчас, зная земную биологию, Далина бы сказала, что у них самая большая коллекция ДНК. Если у драконов вообще ДНК есть, а то она же не у всех!

Алтарь копил, потихоньку набирался сил… как алые могут разбираться с чужими клятвами? Да вот так! В памяти их алтаря есть кровь, код других родов, они могут кого угодно зацепить, хотя и самым краем.

По-хорошему, Беннет должен отправляться к алтарю черных, там предъявлять претензии к Клаусу, мол, обманул, сбил с пути. Только это сложно. И к алтарю у него доступа нет, и Клаус ему не до конца доверяет, старается на глазах держать, и черные его не особенно любят.

Стоит Беннету явиться, как Клаусу тут же сообщат. Провести ритуал можно, но на выходе Беннета будет ждать старый «друг и хозяин», который тут же и вытряхнет из него душу. Беннет оценивал себя честно, он сильный и мощный, но Клаус просто сильнее. Такое бывает.

А можно обратиться к алтарю алых. И тот тоже поможет, только возьмет больше сил с Далины и с Беннета. Но за свою безопасность стоит заплатить!

Алтарь насыщался и светился красивым темно-алым светом. Далина протянула его Беннету. Дракон послушно резанул свою ладонь и принялся поить камень своей кровью. Если нужны силы – пусть берет у него! Это же Беннету нужно больше! Пожалуйста, не надо Далину трогать, Беннет не знает, в каком она сейчас состоянии, но вряд ли переселение из тела в тело прошло для нее бесследно! И показалось на миг дракону, что алтарь – отозвался. Кольнул в ладонь теплой искоркой, не больно, а так, подтвердить, что услышал. «Раз уж ты решил позаботиться о хозяйке… хорошо! Согласен!»

Беннет почувствовал резкий отток сил. Да, так он даже в дракона перекинуться не сможет. Но… надо! «Бери, алтарь! Ты видишь сам, я был молод и глуп, я многое делал не так, я надурил и расплачиваюсь за это. Но пусть заплачу только я! Не она! Я согласен отвечать! Бери!»

И алтарь полыхнул алым пламенем, выжигая нити старой клятвы, заставляя Беннета хрипло застонать и упасть на колени. Дракону показалось, что полыхнуло яркое солнце, ударило за солнечным сплетением, расползлось по телу, словно иглами выбивая по нервным узлам, заставляя корчиться от боли – кричал бы, да зубы так стиснул, что едва не раскрошились…

– Даленька?

Ридола поддержала Далину под локоть, но та стояла спокойно.

– Со мной все в порядке.

– Да?

– Кажется, я чиста перед алтарем. Он мне засчитал даже с перевыполнением. Главой клана я не стала, но сына родила, и какого! На мне нет долгов перед Ланидирами.

– А он? – кивок Ридолы на Беннета прошел для черныша незамеченным. Слишком уж больно было!

– Он взял все на себя. Я знаю…

– Хороший парень. Ты приглядись…

Далина утвердительно кивнула. Брак. Девять месяцев и несколько дней, что уж там, забеременела она практически в первый же день, остался в ее разуме как сплошное черное пятно. Было ли там что-то хорошее? Наверное, нет. Разве что малыш внутри ее и алтарь. И много ритуалов, и много отданной крови. А еще боль, и тоска, и присутствие ненавистного мужа, и шпильки Рассины, все это сплеталось в тугой комок змей, жалило, впрыскивало яд, не отпускало.

Далина держалась, но больше у нее ни на что не было сил. Драконы плохо переносят неволю. Даже если сами ее выбрали. Беннета она помнила смутно, тень на периферии сознания, удобная и вежливая, тень, которая попадалась в сумраке коридоров, которая… да, пожалуй, Беннет старался о ней позаботиться. Далина помнила, что именно Беннет наказал нескольких слуг, которые были невежливы. Именно Беннет несколько раз останавливал Рассину. Далина просто его не видела, сил не было. А дракон – был. И старался сделать хоть что-то, сейчас у него будет шанс.

Зашипело в кармане. Далина достала рацию, щелкнула кнопкой.

– Дашка! Беда! Клаус! Спальня!

– Иду, – бросила Далина.

Ридола посмотрела на прибор:

– Магия? Я не чувствую.

– Физика, – ухмыльнулась Далина. – Жаль, у нас на Ардейле не сработает, слишком много всего надо будет. Ни капли магии, только наука.

– Жаль.

Далина пожала плечами. Переговорный амулет недорог, делается из обычной меди и доступен даже крестьянской семье, правда, разрядится быстро, ну так что же? Земля развивает науку, Ардейл – магию, каждый мир идет по своему пути, и мешать одно с другим драконица не будет. Ни к чему.

– Беннет, ты как?

Ридола взяла кувшин с водой, посмотрела на стакан, а потом просто приподняла дракона и дала ему напиться.

– Лучше?

– Намного, – с выражением ответил Беннет.

Кувшин опустел, вода с соком и медом пришлась как нельзя кстати, двигаться он уже мог. А что больно и тело судорогой сводит, так что же? Перетерпит! Главное – что? Что он никаких ограничений на себе не чувствует, что старые клятвы ушли, что он свободен. Свободен!

Глава 16

Рита была довольна и собой, и драконом. Первый раз у них прошел быстро и ярко, а потом она уже взялась за дракона с чувством, с толком и с расстановкой. Так, что Клаус едва дышал, когда второй раз закончился. И на девушку смотрел с восхищением.

А что? Зря она читала и смотрела всякое полезное из серии восемнадцать плюс?

Рита была твердо уверена, если ты чем-то занимаешься, то это что-то надо уметь делать. Или хотя бы знать об этом самом как можно больше, вот и накапливала объемный теоретический материал. А потом с удовольствием применяла его на практике. С ее точки зрения, все было логично. Мы же читаем инструкцию к пылесосу? А пылесос не так важен, как супружеские отношения. Но в этом важном вопросе мы почему-то полагаемся то на инстинкты, то на партнера, а почему? Кто мешает почитать учебник? Зато потом все получится замечательно, и оба будут довольны…

Клаус и был доволен. Такого и Рассина ему не показывала (у нее учебников точно не было, все практика, все ручной труд)! Так что Рита получила на шею кулон с громадным черным алмазом и бережно погладила его пальцами. А потом прямо так, с кулоном, отправилась на третий круг.

Они и не подозревали, что в эту минуту Рассина как раз добралась до алтаря. Клаус старался, Рита старалась, и взлетели они вместе. А потом Клаус захрипел, задергался… у него начались корчи, изо рта поползла слюна.

Алтарь получил материал дракона, который так нагло его предал. И смог дотянуться до Клауса. Да-да, это и так работает. Клятвы принесены, муж и жена – одна сатана, Рассина сама все приготовила и принесла. И алтарь, используя жену, от души дотянулся до мужа. И получил Клаус такой откат за отданного наследника, что сейчас его корежило, как от приступа эпилепсии.

Рита отскочила в сторону и схватила сумочку. Лежала в ней всего одна вещь, зато какая! Самая важная! Рация! Кирпичик такой детский, Костя сообразил. Связь-то нужна, а как ее обеспечить в другом мире? Магией? Так там все на магии, моментально учуют и расколют!

Эти игрушки продаются на маркетплейсах, а иногда и в магазинах игрушек. Рации не требуют подключения к сотовой сети, им не нужны спутники, они отлично заряжаются от аккумуляторов. На открытой местности работают лучше, в замке, конечно, намного хуже, почти вообще не функционируют, но на помощь опять пришел Костя. В результате его действий рации стали принимать до трех километров, мощность сигнала увеличилась, и Рите с Далиной этого вполне хватило. Долго рации не проживут, Далина уже сейчас нарисовала на них кучу защитных рун, и то пластмасса крошилась чуть не под ногтями, металл ржавел, но на два-три дня им хватит, а больше и не надо!

Вот как сейчас. Пару слов Далина поняла, и Рита услышала ответное – жди! Ну и отлично! Она подождет!

Клаус корчился на кровати и хрипел, и его явно корежило от боли. Рита покосилась на дракона, отстранилась, чтобы ее не задело, вспомнила свои приступы и поежилась. Тоже больной? Но дракон же! Они ж не болеют! А что с ним такое?

Далина и Беннет появились из потайного хода через пятнадцать минут. Ридола с ними не пошла – кто-то и с малышом должен оставаться. Леонидас решительно не хотел отпускать маму и орал как недорезанный, но – обязанности никуда не денутся.

– Ух ты! – Далина обошла вокруг кровати. – Лихо его скрючило!

Беннет посмотрел на Риту, которая уже успела одеться и выглядела воплощением порока.

– Это ты дракона укатала? Сильна…

Рита фыркнула.

– Будешь болтать – на тебе попрактикуюсь!

Беннет изобразил священный ужас и закрыл рот руками. Мужчину распирало шальное веселье. Он жив! А Клаусу – плохо! Нет-нет, Беннет не радуется чужой беде, просто поделом ему!

Далина тем временем осматривала бывшего мужа. Иногда поднимала повыше алтарный кристалл, словно что-то читала в неверном алом свете.

– Как интересно-то! А когда он жениться успел?

– Жениться? – удивился Беннет.

– Да, вот связь, и явно… других синих дракониц не появлялось? Тогда – Рассина.

– Вроде не было.

Далина пожала плечами.

– Связь есть. Брачная, малая клятва, равноправная, алтарь ее признал. И откат у него идет сильнейший.

– За меня?

– И за тебя, и за сына, если не повезет – к утру помрет. Но и сейчас… вот, смотри. – Далина показала в какую-то точку, но Беннет головой покачал:

– Я с аурами не очень.

– А-а, я просто наловчилась, иначе бы никак… вот, смотри. Аура дракона – это примерно на тридцать процентов человек, на семьдесят дракон. И сейчас дракона у бедолаги просто отторгают.

Клаус опорожнил на кровать мочевой пузырь. Далина сморщила нос.

– Ему сейчас жутко больно, его ящера просто убивают. Если выживет, будет как неполноценная полукровка.

– Он тогда сам себя убьет, – тихо сказал Беннет.

– Пусть убивает. – Далина никого жалеть не собиралась, вот не хватало! Клаус ее убил, а она бедняжечке посочувствует? Ладно, она ему цветочки на могилу пришлет. Распорядится.

Клаус смотрел вокруг, но происходящее, кажется, не сильно осознавал.

– Может, ему что-то можно дать? Чтобы узнать, поговорить…

Далина подумала пару минут.

– А ты сможешь с ним справиться? Я могу попробовать, но он же кинется… да и зачем нам это?

Беннет хмыкнул.

– Может, и незачем.

А потом вздернул тушу на ноги и потащил в угол. Надрез, сейф, окровавленную ладонь приложить. Беннет щедро выгреб оттуда все золото и драгоценности, поделил на три части, две из них ссыпал в одну наволочку, третью часть – во вторую, протянул ее Рите:

– Твоя доля.

– А…

– Законный трофей, – кивнула Далина. – Ты не думай, это не мое, из сокровищницы Ланидиров он ничего не брал, хотел, но там свои оговорки.

– Точно?

– Клаус не являлся главой рода, и Далина, кстати, тоже, – хмыкнул Беннет. – Главой рода Ланидиров является Карл… простите, Леонидас. А он пока в сокровищнице не был. Потому Клаус и держал здесь столько, мало ли, какая сумма вдруг потребуется, не летать же каждый раз!

Далина кивнула.

– Сразу Клаус у меня не спрашивал, а когда я забеременела, было поздно. Сначала я считалась изгнанной из рода, я ему сказала, а потом, когда права перешли малышу… у меня был доступ в сокровищницу только ограниченный. Ребенок же не знает, что ему что-то надо, а я не регент. Все это обозначается договорами, ритуалами, а нет слова – нет и дела. И я Клауса не просвещала.

– Скажем так, ты подавала информацию, но дозированно, – хмыкнул Беннет, – я же за тобой наблюдал…

Далина пожала плечами.

– Это вранье алтарь мне простил. Для алтаря Ланидиров – я могла хоть что делать, но обеспечить сильного наследника рода от сильного же дракона. Я это и делала, так что ложь врагу… ну, голова недельку поболела. Пережила. А в род Дубдраганов Клаус меня не вводил, ритуала не было, безграмотность сыграла мне на руку.

– И как он так мог?

– Запросто. В вашем мире тоже не все читают инструкции. К примеру, лекарства. Костя мне рассказал, как их сосед отравился, запив таблетку пивом. Так нельзя, но он же сделал!

Рита пожала плечами. Все верно. И животных заводят, ничего о них не зная, и детей по той же схеме, а уж про лекарства и технику лучше промолчать! Дураков хватает в любом мире. И даже если дурак сильный, это ничего не меняет. Просто он продержится дольше. А потом? Потом все равно помрет.

Рита прикинула вес наволочки. Получалось весьма прилично.

– Давай понесу. Обещаю, монетки не возьму, – подмигнул Беннет.

– Я и не думала, – надулась Рита.

– Вот и не начинай. – Дракон взвалил все на себя. Клауса он даже не тронул, тот так и валялся на полу и, кажется, уже ничего не соображал от боли. – Идем?

Женщины кивнули – и тоже скользнули в потайной ход. И тот закрылся за ними.

Ридола ждала с ребенком на руках.

– Пойдемте, провожу вас.

Далина качнула головой:

– Полетим. Клаус в таком состоянии… сейчас – можно!

Ридола спорить не стала. Далине виднее, а у нее не то состояние – ноги бить по ночам. Возраст сказывается!

Далина и Беннет первыми вышли на балкон.

Рита смотрела из комнаты. И видела, как два человека начинают светиться изнутри, как контуры их тел размываются, вспыхивают в темноте алые и черные искорки, складываясь в силуэты двух громадных драконов. Они становятся все отчетливее и ярче, словно кто-то проявляет фотографию и размытый силуэт оживает на глазах, наполняется плотью и силой – и вот два дракона переминаются с лапы на лапу.

Черный и алый.

Ридола спокойно подошла к черному, продолжая сжимать в руках ребенка, сунула дракону в пасть ремни сумок, которые успела упаковать, дракон аккуратно перехватил их так, чтобы не перекусить, встал на задние лапы, бережно сжал Ридолу передними – и оттолкнулся. И взлетел.

Рита хмыкнула и, сжимая в руках свою наволочку, подошла к Далине. Пусть вещи тут остаются, ей не жалко практически ничего. Они предполагали, что будут убегать, и ничего ценного Рита не взяла. Платья? Белье? Да пусть его! Новое купит! Деньги и драгоценности она взяла, а значит – вперед!

Далина ловко подхватила Риту передними лапами – и взлетела. Небеса Ардейла раскинулись над ней. Ах, как недавно это было. И как давно!

И две луны на небосводе, и знакомые созвездия, и третья луна за горизонтом, которую можно догонять бесконечно, и знакомые запахи, и звуки, и даже плотность воздуха – все это ее! Родное. Утраченное теперь уже навсегда. Прощание.

Далина почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Драконы не плачут? Так драконам это и скажите! Тут главное что? Окоп заранее вырыть, чтобы было куда от ящера прятаться. Плачут они. И больно им бывает, и тоскливо, и горько, просто кто там, на высоте, это разберет? Далина высадила Риту в условленном месте – и рванулась вверх. Беннет хотел было последовать за ней – остановила Ридола.

– Не трогай ее. Ей сейчас надо побыть одной, она вернется быстро. А мы пока приготовимся.

– Мы – это кто? – Костя смотрел из кустов, и рука у него не дрожала. Амулетами его обеспечили, и для защиты, и для нападения. Ридолу он узнал по описанию, Риту – просто, ребенок и должен быть, а мужик откуда?

– Это мы. А это Беннет Драган, он идет с нами на Землю, – сообщила Рита.

– Зачем?

Рита прикусила язык, чтобы не ляпнуть лишнего, и ограничилась коротким:

– Тут его сожрут. За то, что он наш друг.

Костя пожал плечами. Друг или нет, это ему Далина подтвердит. А пока он подождет.

Беннет оценил решимость мальчишки и кивнул сам себе. Ученик у него будет, это точно. Если даже сейчас он Далину оберегает… договорятся!

– Мужчины, – заворчала Ридола. – Нет бы делом заняться, они хвостами меряются. Давайте собираться. Где Далькина дочка-то?

– Тут, неподалеку.

– Вот и отлично. Сумки или еще что есть?

– Все у нас есть, – согласился Костя. – А это Дашин сын?

– Он самый.

– Ленька?

– Можно и так. – Ридола не стала прятать младенца. Костя осмотрел малыша и пожал плечами.

– Ну что, теперь памперсов вдвое больше покупать придется. Гадит-то он тоже небось как дракон?

Рита и Ридола переглянулись – и вздохнули. Мужчины!

Обратный переход прошел вовсе буднично. Далина просто начертила звезду и капнула немного крови.

Василиса похныкала, когда ей кололи ручку, но тут же успокоилась и заинтересованно пригляделась к Лёньке. Кажется, малыши друг друга чувствовали – маленький дракончик тоже вертелся и сопел, и даже возмущенно вякнул, когда заругалась Василиса.

Далина бросила последний взгляд на замок и кивнула Рите:

– Ты первая. Потом Костя и малышня, Беннет и я.

Рита спорить не стала. Узелок был тяжелый, но это ж свое, родное… может, она и не станет носить эти рубины-бриллианты, так что? В сейф положит и детям передаст. Это ценности, которые будут веками в семье сберегаться, то, что на голодный год прячется, на черный день. Теперь-то у нее и дети будут, и внуки. Вернется домой и займется поиском подходящего мужчины!

Ридола смахнула платочком слезу.

– Удачи, дочка.

– Люблю тебя, бабушка.

Даже не няня. Скорее, бабушка. Близкий, родной человек, а что общей крови нет – это мелочи. Ридола посмотрела, как тает в воздухе силуэт звезды, – и развернулась к замку. У нее еще много дел, на двадцать лет вперед хватит!

Сметанин Алексей Юрьевич к приказу начальства – наблюдать – относился весьма скептически. Чего там высматривать-то на этом холме?

И почему начальство не поставит датчики движения или камеры какие… ладно, две камеры там стоят! Но почему-то и они сидят, вооруженные биноклями. Вот кто-то в казаков-разбойников не наигрался! Но в их конторе с начальником не спорят по определению. Вот и сидели по очереди.

Писк камер застал Алексея врасплох, и на мониторы он посмотрел скорее по привычке, чем ожидая чего-то нового. Уже раза три то зверье пробегало, то туристов вовремя не разогнали, вот ведь – люди! Охота им куда-то лезть! А кто потом за ними полезет, когда они в беду попадут? В стране столько мест, где требуются как раз такие адреналинщики, но ведь нет! Надо им так влезть, чтобы их спасали и сами гибли.

Камеры пискнули, Алексей развернулся и увидел только багровое сияние, которое заливало экраны. Ни изображения, ни звука – ничего!

Далина как раз и могла объяснить, что магия и техника не выдержали столкновения и более мощная магия сожрала чувствительную технику. Но ее пока не спрашивали.

Алексей схватил бинокль, понимая, что начальство-то не всегда тупит, прижал его к глазам, чуть не поставив себе два фингала, как у панды, и обнаружил, что на вершине холма стоят невесть откуда взявшиеся четверо человек. И у них два младенца на руках.

Туристы? Нет, вряд ли. Какой туризм с малышней? В тайге магазинов нет, а памперсы детям нужны. Предки без них обходились?

Это можно. Только взвоете раньше, чем приспособитесь. А уж гулять по тайге, да с детьми на руках… можете попробовать. Даже детей не надо – для опыта нежно прижимаем к себе пятилитровую канистру с водой и топаем через ямы, буераки, завалы, холмы и высокую траву. И учитываем, что канистра молчит, ее поставить можно, ей махнуть можно, задеть обо что-то, а ребенок таких вольностей не простит. Визга столько будет, что со всей округи зверье сбежится. Да-да, кто-то удерет, а кто-то и придет в расчете на вкусный завтрак.

Пока Алексей соображал, откуда эти люди взялись, они вдруг… Э-э-э… а как это так? Мужчина лет тридцати, черноволосый, вдруг встряхнулся – и расплылся?

Алексей на секунду моргнул, когда контуры его тела вдруг поплыли, смазались. Бинокль не в порядке? Или глаза? Бред! Точно, расстройство психики! Потому что на холме стояли трое людей – и здоровущий ящер. Который плотно опирался на четыре лапы и не проявлял агрессии.

Одна из женщин сняла рюкзак, достала из него что-то… одеяло? Различить плотный брезент с такого расстояния Алексей не мог. Вот это самое нечто было наброшено на спину ящера в районе между передними и задними лапами, и люди принялись устраиваться. Сначала уселся мальчишка, ему подали ребенка, потом одна женщина, ей дали второго ребенка, потом третья, она забрала малыша у мальчишки. И дракон медленно, очень медленно пошел вниз. Плавной походкой, плывущей… чтобы никто не свалился.

Так драконы тоже могли. Для полета такой груз и такой способ не годится, а вот перевезти большой груз на какое-то расстояние – можно!

Когда хвост ящера скрылся в лесу, Алексей вытер пот со лба и сообразил, что он – дважды идиот.

Камеры померли, да. А записи-то у него и нет! Что он будет рассказывать начальству? Что писать в рапорте? Про ящера? Э-э-э… а поверят? Алексей нипочем бы не поверил. А если камеры еще где-то установлены? Ох, лучше правду сказать. И для начала передать, что появились неопознанные объекты. А ведь так и приказано было, если появится нечто странное… кажется, там, наверху, не все – идиоты?

И что это такое? Внеземная цивилизация? Зеленые человечки? Или тот самый зеленый змей? Правда, это, скорее, дракон и черный ящер какой-то. Но мало ли, кто и что видел? Так что Алексей доложил и попробовал что-то разузнать. Не получилось.

Ардейл, замок Ланидиров

В замке Ланидиров царило безумие. Хаос, бардак, дурдом – все эти определения отлично подходили к происходящему. Прием имел успех, хотя на такое Клаус не рассчитывал. А тем не менее и запомнят, и в историю это войдет, еще и внукам-правнукам рассказывать будут! Чтобы такое!

Рита, кстати, тоже в баллады попадет! Явилась из ниоткуда, ведьма рыжая, соблазнила ни в чем не повинного дракона и за ночь его заездила! Вот эта часть, конечно, зависела от богатства фантазии рассказчика, но в общем плане сходились все. Уходили в спальню дракон и девушка, а наутро остался дохлый дракон.

Эддар Истанар, осмотрев тушку, мог бы многое сказать по этому поводу, но его не спрашивали, а сам он и не полезет со своим ценным мнением. К чему? Не виновата девушка, просто Клаус не выдержал разрыва со своим драконом. Но кто ж и кого будет слушать?

Томрой сиял, как ясное солнышко, ровно до того, как…

– Где?! Где наследник?!

Ридола, к которой в детскую влетел ошалевший Тандилар, ухмыльнулась.

– Так мать же забрала.

– Ум-мер? – захлопал глазами дракон.

– Нет, конечно. Жив, здоров, мать его решила к себе забрать – и забрала. Да жива Далина, жи-ва!

– Жива? – достаточно бессмысленно пробормотал Томрой к радости и слуг, и мимо проходящих драконов (примерно половина гостей, вторая сейчас смотрела на дохлого Клауса). – Но как?!

Ридола ухмыльнулась.

– Вам, драк Тандилар, родовые секреты раскрыть? Потому Ланидиры и правили алыми, что знают и умеют больше.

Томрой зашипел, как гюрза на сковородке, но тут уж вмешался вовремя подоспевший Истанар:

– Свидетельствую! Могу – на крови и алтаре, любой желающий может получить подтверждение в любой момент. Ребенка забрала мать – Далина Ланидир, жива и вполне здорова, от рода никто не отрекался, род Ланидир будет продолжен, когда мальчик вернется в свой замок. Пока же Далина назначила меня регентом, и я согласился.

Томрой зашипел еще громче, по лицу его побежали полосы алой чешуи, но спорить… нет, он еще с ума не сошел. Истанар мог не говорить ни слова, мог говорить уклончиво, мог просто убить… если он произносил слово, то отвечал за него целиком и полностью. Никому и в голову не приходило сомневаться.

Регент? Предки, как обидно!

Истанар многозначительно улыбнулся Тандилару и кивнул на дверь. Мол, поговорим.

Ярость стихла. Томрой не был бы главой рода, если бы полностью не контролировал себя. Если Истанар желает что-то предложить, он послушает. С удовольствием. Регент – это звучит… вкусно!

Россия, наши дни

– Превращайся.

Беннет недовольно фыркнул, но в человека перекинулся.

– Что они тут – дракона не видели?

– Представляешь, нет.

– Дикари.

Рита хихикнула.

– Уважаемый драк, а вы реактивную систему залпового огня видели?

– Н-нет…

– Поверьте, дракону – одной хватит.

– Это местное оружие? – заинтересовался Беннет. – Вроде катапульты?

Рита объяснять не стала, сама знала мало. Посмотрела на Далину:

– Даль, а он читать умеет?

– При переносе он получил знание языка. Ты тоже, помнишь?

Рита кивнула, достала смартфон и нашла там видео с РСЗО. Ткнула пальцем, протянула Беннету… дальше Костя вел дракона за руку, потому что смотрел тот исключительно в телефон.

Когда ролик закончился, Беннет уже немножко передумал насчет дикарей. Какая разница, видели они дракона или нет, если отлично смогут его убить? Потом на разделочном столе посмотрят.

Город ему не очень понравился, даже такой маленький, он вонял, шумел и был непривычно освещенным и оживленным. Но если Далина может тут жить, то и он сможет. Привыкнет.

Квартира, кроватки, в которые уложили детей друг с другом. Наташа, которая примчалась на шум и принесла здоровущую кастрюльку с голубцами, а потом еще пирог с брусникой.

– Ты нас просто спасаешь, – обрадовалась Далина. – Тут все было в порядке?

– Да.

– Спасибо тебе! Просто огромнейшее! – Далина отлично видела, в квартире чисто, проветрено, Наташа явно сюда заходила. – А это – тебе.

– Даша, ты что?!

В руке у Наташи очутилась большая брошь с крупным камнем. И даже скромная учительница могла понять, что это такое. Золото, сапфир.

– Бери. Это подарок и от всей души. Откажешься – обидишь.

Наташа покраснела, побледнела.

– Тебе еще детей на ноги ставить, образование давать. – Рита смотрелась в зеркало, но видела и все происходящее. – Даже голову себе не морочь, бери и радуйся!

Она-то драконью сокровищницу оценила. Для Далины эта брошь и правда – так. Мелочишка на молочишко.

– Это… это…

– Это – не оплата, – жестко сказала Далина. – Я могу подарить – и дарю. И надеюсь, что мы останемся друзьями.

Наташа побледнела, покраснела. Беннет молча подошел, взял брошь и приколол ее к воротнику Наташиной блузки.

– У красивой женщины должны быть украшения. И мужчина, который будет их дарить.

Наташа промолчала. Рита улыбалась своему отражению в зеркале.

Беннет действовал почти парализующе. И выглядел как сказочный принц. Черные волосы, черные глаза, тонкие черты лица, атлетическая фигура. И ведь тоже черный дракон и, кажется, какая-то дальняя родня Клауса. Но какие ж они разные!

Если Клаус был похож на быка, то Беннет на волка. Хотя и Рите грех жаловаться. Ночь была отличная, Ардейл ей понравился, сувениры на память прихватила – что еще надо? Жить и радоваться!

– А теперь давайте пить чай! Мы дома! – провозгласила Далина, разрывая в клочья неловкую тишину.

– Ага.

– Костя!

– Фто – Кофтя?! Фами финофаты.

Костя дожевывал уже третий голубец. Драконы, переговоры… да все равно! Его кормить надо, у него молодой растущий организм!

– Дашка, ты точно решила остаться тут?

– Пока – да.

Далину этот маленький городок устраивал. Тихо, спокойно, есть место и время, чтобы социализировать черного дракона, наладить быт… кстати, надо добыть документы для Леонидаса… то есть Леонида. В маленьком городке это будет проще, наверное. Она заплатит сколько нужно.

Допустим, она вышла из дома, обнаружила малыша у себя на крыльце и решила усыновить. Как-то так. Осталось выяснить, кому и сколько дать «на лапу».

Рита же собиралась ненадолго домой. Морально «убить» врача, пообщаться с родителями и сообщить, что уедет. Ненадолго.

Выбора не было ни у Кости, ни у нее. Если Костя не собирался никуда уезжать от своей Даши, то Рита… она же воздушник! В перспективе маг воздуха!

Вывод! Срочно закупаемся атласами, учебниками, всякой ценной литературой и садимся зубрить. Маг должен знать метеорологию, аэродинамику, химию атмосферы, аэрологию и еще кучу всяких логий. В идеале будет поступить потом в институт, но это чуть позднее. Сначала надо хотя бы чуточку разобраться со своей силой, а это лучше делать рядом с Далиной.

И да! Кучка учебников по теории магии у Риты тоже была. Хорошая такая, увесистая. Но практику лучше получать рядом с Далиной. Кому и разбираться в магии воздуха, как не дракону?

Костя тоже качал себе учебники по биологии и садился читать. Лекарь, ну ему не слишком хотелось этим заниматься, но если подумать? Врач себе место найдет! А уж если хороший, надо только потом прикинуть, к чему у него есть склонность! Терапия, хирургия, даже просто хороший диагност – уже на вес золота!

– Тогда я приеду через две недели. Посмотри, может, тут рядом будет квартирка сдаваться?

– Хорошо. Квартиру найду.

Еще бы и няньку найти! С одним ребенком было сложно, а с двумя… ох! Далина, Беннет и Костя не высыпались, милые детки влегкую выматывали всех троих взрослых. Их еще на парочку хватит, Рита не сомневалась.

Ленька был более капризным, а у маленькой Василисы более слабый иммунитет. Один орал по вредности характера, а вторая – потому что болит животик. К примеру. Или наоборот. Или за компанию.

Дети! Своих Рита заведет через пару лет, не раньше! Очень уж вредное это счастье!

Поздно вечером, когда все трое детей (не при Косте будет сказано) уснули, Далина и Беннет стояли на балконе. Стояли, смотрели в небо, тихо разговаривали.

– Здесь совсем другие созвездия.

– Здесь хороший мир. Не такой, как наш, но здесь много хороших людей. Есть и плохие, но их намного меньше.

– А теперь еще меньше? – хмыкнул Беннет.

Далина потупилась.

– Я никогда не нападала первая. Они сами.

– Верю, – согласился дракон.

– Не веришь.

Беннет пожал плечами.

– Я не знаю, что именно ты делала в этом мире, но если ты позволишь, я буду вас защищать. И тебя, и детей, – говорить было сложно, но объяснить требовалось. Обязательно. – Я собирал для Клауса информацию, и про тебя тоже, и я знаю, как тебе тяжело было в детстве, сколько ты всего сделала… я еще тогда начал тебя уважать и восхищаться. Сколько сил нужно, чтобы лететь против ветра! Сколько мужества… а когда я тебя увидел, я понял, что влюбляюсь. И потом, когда Клаус пытался тебя сломать, а ты держалась, я не смел с тобой даже заговорить лишний раз, на мне были клятвы, и ты смотрела как на врага. Я просто старался быть рядом. И сейчас буду, если ты позволишь.

– Я стала совсем другой.

– Разве? Мне кажется, ты совсем такая же.

Далина обвела контуры фигуры руками, и Беннет пожал плечами.

– Разве это важно? Важна – ты. А внешность – это не душа, мы меняемся, мы стареем, мы можем заболеть, но если любишь дракона, а не оболочку, это неважно. Все равно любить будешь.

Далина кивнула, принимая ответ. Она видела и такое. Часто влюблялись за обертку, а любили потом по-настоящему. Бывало, могли и разлюбить. Почему-то ей казалось, что Беннет не врет. И у него все по-настоящему серьезно.

– Я тебя пока не люблю.

– Я понимаю. И не настаиваю, просто разреши мне быть рядом. Если у нас все получится – я буду рад. Если нет, я приму любое твое решение.

Далина скептически подумала, что решение-то он примет. Но если вокруг Далины начнет кто-то увиваться… голову ему откусят в буквальном смысле. Ну, так что же? Она все равно пока ничего не собирается менять, так что поживем – увидим. А еще доживем – узнаем и выживем – учтем. Восхитительные здесь поговорки!

– Давай попробуем пожить вместе как друзья. А получится ли что-то – я пока сама не знаю.

– Спасибо. Шанс – это уже много.

Беннет взял в свои ладони ручки драконицы, поднес к губам и поцеловал тонкие пальцы. Далина улыбнулась ему. Хорошо было просто стоять на балконе. Смотреть на спящий город и звезды, думать о своем. Тут световое загрязнение было не таким сильным, драконица видела множество звезд на небе. Красиво.

А Беннет смотрел на Далину. Она не сказала «нет»! И это – главное! Он подождет, сколько понадобится. И ухаживать будет, и помогать, и поддерживать… кстати! Тут приличные украшения продаются? Достойные его любимой? Он же не может ей подарить то, что взял у Клауса! Это неправильно! Надо завтра поискать ювелира.

Ардейл, замок Ланидиров

Рассина готова была выть волчицей. Столько лет! Столько трудов! И все, все потеряно в единый миг! Вообще все! Денег нет! Перспектив нет! Внешность и сила – и те пострадали, а как иначе! Алтарная магия – это не игрушки, она сурова и жестока. С ней не поиграешь и не договоришься.

Да, Клаус дал ей обещание, но было оно до конца честным? Нет, и Рассина это знала. Если бы все прошло без проблем, откат поделили бы пополам… ну, голова поболела бы. Или волосы чуточку поредели. Но Рассине досталось и за себя, и за Клауса, и полной мерой. И большая часть наказания была ей получена через Клауса. Муж да жена – единое целое. Клаус дракона лишился, а Рассина… ей тоже было плохо.

Ну откуда Рассина могла знать про ограничения в родовом кодексе Дубдраганов? Клаус же его даже не прочитал! Так, пролистал толстенный том и половину не запомнил. А зачем? Все просто, кто сильный, тот и главный, а какие ритуалы и когда проводить. Клаус же – сильный! А алтарь спросил с него и за клятвы, и за сына, а может, и еще за что-то!

Клаус перестал быть драконом и умер, лишившись второй половины. А Рассине тоже прилетело. И за клятву, и как жене. Она же связана с мужем, а закон суров. Страдаешь ты, безусловно, но пострадают и твои близкие.

Вот Рассина… ладно, сил у нее и раньше было немного, но пострадало самое главное, самое нужное – ее внешность!

Покрылась пигментными пятнами безупречная прежде кожа, проступили морщины, потускнели глаза, волосы лезли клочьями, стали скрипеть суставы… у драконицы! Да у них такое разве что после двухсот бывает! Рассина не состарилась, но восстанавливаться она будет лет двадцать, и то если будет проводить ритуалы, пить зелья и вести исключительно правильный образ жизни.

А на все это нужны деньги! Большие, страшные… и их-то у Рассины не было! У Клауса были! Но тайник в поместье алых оказался пуст, а у черных… ее туда даже и не пустили! Она попробовала, хотела, но Радданы, которые захватили власть в клане, вежливо сообщили, что прилететь Рассина может только на собственный страх и риск. То есть – разорвут. В буквальном смысле. Она для них жена убийцы, узурпатора и негодяя. К черным не попасть, у алых ничего нет, а как жить? Что-то у Рассины, конечно, было, но это такие мелочи! И Беннет куда-то делся…

Зато остался Норберт. Вот он, идет. Слух у Рассины не ухудшился, шаги мужчины она отлично слышала. Вошел, приблизился. Коснулся плеча.

– Я тебе эликсир принес. Выпей, пожалуйста.

Рассина улыбнулась, понимая, что сейчас ее улыбка скорее жалкая, чем соблазнительная, послушно взяла бутылочку, поднесла к губам. Целый один эликсир! А ей надо штук десять! Да каждый день! Кое-какие деньги у нее есть, но их просто не хватит!

Норберт погладил ее по волосам.

– Драк Истанар сказал, что я могу остаться при библиотеке и он даже повысит мне оплату. Так что не переживай, я смогу содержать нашу семью.

Рассина кивнула. Слова благодарности срывались сами, она почти механически целовала Норберта, а в душе был только тоскливый волчий вой. «За что-о-о-о?! Не хочу-у-у! Будь все проклято-о-о-о!» Все – не отзывалось. И выбора Рассине не предоставляло. Лучше Норберт, чем ничего, так что…

– Любимый, ты мой герой…

Он же библиотекарь, а книги чего-то да стоят! Может, Рассина сможет украсть несколько десятков томов и продать? И деньги пойдут на ее восстановление? Надо хорошенько обдумать!

Россия, наши дни

– Здравствуйте, Дарья Валентиновна. Или к вам надо обращаться чуточку иначе? Далина Ланидир?

Стоявший на пороге человек был самым обыкновенным. Таких в толпе сотни, пройдешь, не оглядываясь. Среднего роста, худощавый, с залысинами, ближе к преклонному возрасту. С первого взгляда не отличишь от какого-нибудь инженера или менеджера. А вот если посмотреть в глаза… Далине даже страшновато стало. Взгляд у мужчины был как у дракона. Холодный, спокойный, равнодушный, который примеряется к твоим печенкам и селезенкам, порвет – и дальше пойдет. И плевать ему на все, разве что кровь слизнет с клыков. Да, если бы он был драконом, мог бы стать золотым.

– Можете называть Дарьей Валентиновной, – разрешила Далина. – С кем имею честь беседовать?

– Проблемы?

Беннет встал за ее плечом. Не для того он столько времени оплакивал любимую, чтобы теперь давать ее в обиду. Мужчина не дрогнул под черным мрачным взглядом, даже плечами не пожал.

– Нет. Не думаю. Я могу пройти? Не хочу разговаривать на пороге.

– Я еще не знаю, с кем я разговариваю. – Далина не торопилась.

Красная книжечка распахнулась перед ее лицом.

– Хм… и чем обязаны такому вниманию?

– Исключительно взаимной выгоде. Разрешите пройти?

– Да, проходите. Чай, кофе, вино?

– Если можно, обычной воды, – кивнул мужчина, проходя внутрь. – Заранее спасибо.

Воду принес Костя. Устроился на диване, посмотрел на гостя, правда, говорить не стал, решил промолчать. Далина улыбнулась.

– Так чем обязаны, Андрей Петрович?

– Позвольте начать чуточку издалека, Дарья Валентиновна. Несколько месяцев назад вы привлекли наше внимание, и потом мы собирали информацию целенаправленно. Конечно, это звучит антинаучно, но все же – вы из другого мира?

– Да.

– И судя по вашему внешнему виду – дракон?

– И снова верно.

– Скажите, пожалуйста, а что именно вам нужно на нашей земле? Во всех смыслах, на Земле, в России?

Далина пожала плечами:

– Просто жить. У нас была война, я проиграла. Мой ребенок еще может вернуться, я – уже нет. Мне хотелось бы просто жить, как обычному человеку.

Мужчина смотрел внимательно. А потом словно позволил себе чуточку расслабиться.

– Если так, мы сможем договориться.

– О чем?

– Вы хотите жить спокойно. Мы тоже не будем возражать против таких жильцов. Но и на помощь надеемся.

– На опыты? – сощурился Костя.

– Нет, – покачал головой Андрей Петрович. – Только если вы сами дадите на что-то добровольное согласие. И то… не хотелось бы сильно увеличивать число посвященных. Ученые – такой безмозглый народ! Им сколько про секретность ни говори, все равно языками болтают!

Драконы переглянулись. Ах, вот оно что. Может, и хотели бы их изучить, но опасаются. Гарантий пока нет ни у одной стороны, ни у второй. Далина на этой земле, и с ней можно сделать что угодно. Теоретически. Практически – кто знает, что за ней не придет легион драконов? Вот то-то и оно! Поэтому какое-то время обе стороны будут обращаться друг с другом как с тухлым яйцом, приглядываться и принюхиваться. А там и выгоду получать научатся.

А еще дракон – это преимущество. Только лучше, чтобы о нем никто не знал. Начнешь его изучать, и где-нибудь обязательно протечет. На Земле много государств. И не все они дружат.

– Что бы вы вообще хотели от драконов? – поинтересовалась Далина.

– Не знаю. – Андрей Петрович развел руками. – Понимаете, вы у нас тут не водитесь. Но польза от вас, безусловно, есть. Собранная информация позволяет сказать, что вы не враги, достаточно дружелюбно настроены к людям, можете при случае помочь…

Далина кивнула.

– Случаи с самолетом, с машиной, с обрушением жилого дома, наверняка это еще не все, но это мы проанализировали. Вы не настроены враждебно, и нам не хотелось бы это менять.

Далина кивнула.

– Мне нравится этот мир. Он слегка безумный, но здесь хорошо. И у вас в стране хорошо. Я бы хотела остаться и готова сотрудничать в разумных пределах.

– Вот и договорились. Давайте пока вас примем в МЧС, поработаете спокойно годик или два, сначала с бумагами. Посмотрите, как все организовано, мы к вам присмотримся, а дальше будет видно. Ваш супруг тоже дракон?

– Да. И дети, возможно, будут.

– Это хорошо. Далее… документы вам нужны?

Далина кивнула:

– Да, хотелось бы. Мои – настоящие, а вот у остальных есть проблемы.

– Хорошо. Сделаем. Вам нравится этот город? Или есть какие-то предпочтения?

– Мы переехали поближе к тайге, чтобы можно было хоть иногда расправлять крылья, – осторожно сказала Далина.

– Вот и отлично. Я мог бы предложить вам перевод в столицу, но считаю пока это нецелесообразным. Лучше добавим сюда наших людей и будем приглядываться друг к другу. Не хочется рубить сплеча.

Беннет кивнул:

– Вы поступаете разумно. И мы готовы помогать. Сотрудничать.

Андрей Петрович чуть прикрыл веки. И протянул руку:

– Договорились.

Далина взглянула на мужа. Беннет сделал шаг вперед и пожал руку человеку.

– Сотрудничество. Взаимное осторожное изучение. И помощь, в чем можем. Далина говорила, что у вас не развито магическое направление, а зря. Вот Костя побывал в нашем мире, и сейчас он упорно учится.

– Учится?

– Мечтал стать юристом, а оказался целителем, – усмехнулась Далина. – Маг определил. Пока лечение не получается, правда, начинаем с диагностики.

– Покажете, что умеете, молодой человек? – Андрей Сергеевич заинтересованно посмотрел на Костю.

– Если дадите руку. – Костя не боялся. Далина кивнула, и он решил проявить способности.

– Дам.

Пальцы мальчика уверенно прошлись по кисти, остановились на кровотоке. Костя прислушался.

– У вас с утра голова болела. Это потому, что вы волновались и сосуды, вот тут и тут, сжались. Вы сейчас лекарство выпили, а я могу просто поговорить с кровью. И голова болеть также перестанет. Еще у вас вот тут болит. – Палец указал в район печени. – И вот тут. – Левая щиколотка.

– Так и запишем. Диагностика. Учиться на врача будешь?

– Конечно. Хоть пойму, о чем мне кровь шепчет.

– Медицинский тут есть. Но тебе пока бы школу с углубленным изучением биологии, учтем.

– Магии я его сама поучу. Традиционно я сильнее в магии, супруг – в защите, – кивнула Далина. – Можете поговорить с ним. Как я нашла Костю, так и он может посмотреть ваших людей. И выбрать тех, кому тоже будет доступна магия. Только чуточку другая, боевая.

– Это огнем швыряться? Или молниями?

Далина фыркнула.

– Это вы сами придумали, сами и поверили. Оружие у вас и так отличное, а боевая магия – чуточку другое. Вот представьте, что в вас стреляют из десятка ружей сразу. А пули или мимо пролетели, или ранили, но неопасно. Это скорее чувствовать рисунок боя, знать, куда двигаться, куда ударит враг, как парировать.

– Бесценное умение!

– Потому мы и разговариваем. Врага Беннет ощутил бы сразу, а вы – не враг. Может, те, кто выше, обманули вас, но лично вы нам не враг.

– Понимаю. Ну что же. За один раз этого не сделаешь, потому давайте обсудим неотложное. Документы, школа, квартира.

– Лучше дом. Мы себя контролируем, а вот маленькие драконы уже не очень. Могут пострадать соседи.

– Значит, дом. Достаточно уединенный, знаю, вы такой ищете.

Детский вопль из комнаты оборвал разговор, и Костя унесся к малышам, чтобы вернуться через пару секунд с Леонидасом.

– Даль, тут Ленька бузит.

– Вот о чем я и говорила. Пока он еще не может это удерживать, но не захотелось нам лежать под одеялом – и получите, – вздохнула Далина, глядя на когти малыша.

Одеялко восстановлению не подлежало. Про ползунки и думать не стоило. Острые когти на задних лапках… или ножках? Нет, судя по чешуе, это все-таки лапки, сжимались и разжимались.

– Да, это будет долгое сотрудничество.

Далина кивнула:

– Давайте попробуем.

А что она теряла? Да ничего! Но приобрести могла очень многое – при удаче! Надо пробовать! Обязательно!

Эпилог

Двадцать лет спустя

– Вы меня в гроб загоните!

Четверо молодых людей переминались с ноги на ногу, переглядывались, молчали. Седой мужчина, в котором легко опознавался слегка постаревший Андрей Петрович, покачал головой:

– Все я понимаю! Но совести у вас нет!

Парни переглянулись. Совесть и драконы вообще были несочетаемы, а все четверо друзей были именно драконами. Леонидас и Василиса, парочка неразлучников. Брат и сестра обожали друг друга, покрывали, участвовали во всех проказах.

Михаил – сын Риты. Почему она так его назвала, осталось ее маленьким секретом. Но вот такой сувенир с Ардейла. Та единственная ночь с Клаусом дала плоды. Правда, за вычетом цвета глаз и волос Мишка был копией матери. Высокий, стройный, даже чуточку худощавый, от Клауса он не взял ничего. А по силе – Далина могла это оценить – даже превосходил отца. Хорошо еще, характер был Маргаритин. Легкий, солнечный, дружелюбный.

Рита на первенца нарадоваться не могла. Замуж она вышла, конечно, и еще троих детей родила, но Мишка – ее обожаемое солнышко в окошке. И возможную невестку она приняла с восторгом. Василиса? Замечательно!

Рита отлично помнила, кому она обязана здоровьем, жизнью, благосостоянием, и с драконами продолжала крепко дружить. И переехала поближе, и Далине с малышами помогала, и Далина для нее многое делала.

Конечно, без алтаря черных драконов ритуалы проводить было нельзя. Но кое-что могла Далина, ее часть алтаря была при ней, так что Михаил мог стать гордостью рода Дубдраганов. А могли и голову оторвать. Впрочем, сейчас это и в России отлично сделают!

– Совести у вас нет, ящерицы безмозглые!

Далина не слишком изменилась. Шестеро детей не повлияли на драконицу, фигура осталась такой же стройной, а лицо молодым. И Беннет, который получил документы на имя Бориса Петровича Свиридова, словно и не заметил этих двадцати лет. Впрочем, что это для дракона? Он и еще пять раз по столько не заметит!

«Ящерицы» потупились. Не помогло.

– Удрать в другой мир! Ничего там не зная! Бараны чешуйчатые!

– Мам, ты же нам все рассказывала! – возмутился Лёнька. – И куда, и к кому, и вообще… нам и правда – пора!

– Да? – угрожающе протянула Далина.

– Мы только к элу Вальерсу и добрались. Буквально за час-полтора.

– Да?

– Он тебе передавал приветы, письмо и накопители. И портал мы можем теперь открыть в любой момент.

– Письмо, – протянула руку Далина.

Взяла свиток, и руки задрожали. Писала Ридола.

– Мам, эл Вальерс сказал, что она раз в месяц обязательно пишет, описывает, что в замке происходит, что Истанар делает, что в клане творится… а это персонально тебе.

– То есть?

– Ну, личное, а не полезное, – нашелся Леонид, за что и получил подзатыльник.

Вот ведь… вырастила чудовище! И еще растит!

Далина прикусила губу и одним движением вскрыла свиток.

«Милая моя девочка!

Очень надеюсь, что хоть одно из моих писем дойдет до тебя. Попрощаться хочется… скоро уже и мое время взлетать к звездам…»

Далина хлюпнула носом.

Почему-то буквы расплывались. Беннет отобрал у жены свиток и вручил ей платок. А то чернила – вещь нестойкая. Не шариковые ручки.

– Вы пока на словах расскажите, что там и как? – предложил он сыну.

Да, сыну! Беннет разницы между детьми не делал! И Василиса его, и Лёнька его, и остальные шестеро! Жена его – вот и дети его! И точка!

– Ну… драк Истанар держит всех железной лапой. На первых порах там были разные проблемы, вплоть до того, что какой-то идиот пытался книги из замка спереть.

У Далины аж слезы высохли.

– Книги?!

И когти полезли! И чешуя. За рукописи драконица кого угодно на лоскутки распустила бы! Золото… да ценнее знаний в этом мире ничего нет! И в другом мире – тоже!

– Там взрыв был, половину замка разворотило, библиотекарь вроде как погиб и еще кто-то.

– Норберт?

– Кажется, да. – Леонидас Норберта не знал, так что пожал плечами. – Сейчас на должности никого нет, защиту восстановили, но и только. Эл Вальерс просил тебе передать, что ты неприлично богата, если твои доходы золотом отсыпать, как раз еще четыре замка из него отлить хватит. Драк Тандилар, который Томрой, брачное предложение прислал. Три штуки.

– Чего?

– Ну да. У него три внучки, вот он мне их на выбор предлагает, не знаю только, как оценивать?

– Обнаглел.

– Да. Мам, я думаю, нам надо туда отправляться потихоньку. Мне, Мишке, Ваське… мы там шороху наведем!

– Главное, чтобы вам ничего не навели, – буркнула Далина.

Знала она это, отлично знала! И что не будет Леонидас жить в этом мире, и что Василиса не оставит брата… хоть прилетали б иногда! И то радость будет!

– Я думаю, мы решим этот вопрос, – кашлянул Андрей Петрович. – Я же правильно понимаю, человек в тот мир тоже попасть может? Вот для начала мы возьмем все отчеты, проанализируем, потом я вам с собой дам нескольких людей, охрана, аналитики. Мы это обсудим!

– И откроем филиал КГБ на Ардейле, – блеснул двумя рядами зубов Леонидас.

Оскал у Андрея Петровича получился не хуже.

– Почему нет, юноша? Есть люди, которых здесь нельзя вылечить, но они не просто профессионалы, они – гении. И в обмен на полноценную жизнь и здоровье будут служить вам не за страх, а за совесть.

– Лучше за клятву и деньги.

– Вполне реально. А на Ардейле, уверен, есть драконы, которым плохо там и которые готовы будут устроиться здесь на интересную и высокооплачиваемую работу.

Далина хмыкнула. Ну да, человек на ее работе давно бы помер. А драконы – устойчивые, она и влезть может, и вылезти, и с магией у них сейчас намного получше. МЧС? Да, и это тоже, и маленькие поручения в соседних государствах, и… и все! Некоторые вещи лучше даже не вспоминать!

– Можно попробовать. Если род Ланидиров свяжет два мира – это будет по-настоящему круто. А тех драконов можно будет и к нам в род принять… посмотрим! Заодно и их лояльность проверим. Лёня, это надо очень серьезно обдумать и обговорить.

– Ага. То есть ругать нас уже не будут? – тут же сориентировался нахал. – Тогда мы пошли.

– Куда?

– Ну, я за письмами, а эти двое заявление подавать.

– Чего?! – взвыли хором все присутствующие.

Ленька развел руками.

– А как еще? Я сестру туда незамужней не отпущу, и друг мне еще нужен, а там разные Тандилары летают, Истанары… опомниться не успеешь, как женят! Два раза!

Далина и опомниться не успела, как молодежь рассосалась в пространстве.

– На ходу подметки рвут. Кофе будете?

Андрей Петрович на правах хозяина встал из-за стола и отправился в маленький уголок с личным секретом. Плитка, турка, запас отличного кофе.

– Будем, – вздохнула Далина.

Сварили. Выпили. Помолчали.

– Сколько ж предстоит работы, – выдохнула Далина.

– Очень много. И знаете, то, что у нас есть драконы, внушает оптимизм. Люди живут меньше, а кто будет преемником? Каким он будет? И как отнесется к своим обязанностям? А у вас преемственность, клятвы, стабильность… то, чего иногда очень не хватает нашему миру.

– Драконы – стабилизаторы, – хмыкнул Беннет.

– Без сомнения. А заодно можно подумать про алтари, нужные точки мы определили, будем раскачивать магию. Константин ругается! Он себе уже восемь учеников нашел, а практика… вот, кстати! Можно их временно на Ардейл командировать, а потом вернуть сюда.

Леонидас Ланидир

Далина только головой покачала. Но Костя, которого как диагноста и целителя буквально рвали на части в столичной больничке, действительно жаловался и на свою загруженность, и на студенческую бестолковость.

– Люди!

– Мы осторожно и аккуратно. А чтобы не подпустить дураков и предателей, как раз и нужны драконы. Чтобы не навредить двум мирам.

Далина кивнула:

– Мы постараемся. И тщательно составим договор.

– И будем его соблюдать. Даже когда нас не будет, он будет соблюдаться потомками, а магия будет строго следить. И это внушает надежду.

– Магия вечна? – пошутила Далина.

– С мафией у нас не получилось, какая-то она хрупкая оказалась. А с магией, надеюсь, будет лучше, – отшутился собеседник.

Далина хихикнула. Она лично помогала с мафией и была согласна. Нервные они все и орут чуть что, и даже не укуси их! Фу, а не мафия!

Беннет не спорил. Жену поддерживал во всем, магия так магия, Ардейл так Ардейл.

– Может, и я ненадолго с молодняком схожу, разомнусь. – Жена его за двадцать лет поднатаскала в кодексах и ритуалах, по-глупому он в ловушку не попадется. А за детьми – приглядит.

– И мне будет за них спокойнее, – согласилась Далина.

Человек и два дракона задумчиво пили кофе. Пока они еще о многом молчали. Но пройдет время, люди и драконы чуточку приглядятся, начнут изучать друг друга, а там и доверять друг другу. И когда-нибудь сюда захотят прийти еще драконы. И Земля станет еще более волшебной.

А кто-то из людей захочет нанести визит на Ардейл, почему нет? Главное, быть осторожными, чтобы по глупости не уничтожить оба мира. Далина это понимала. Ее собеседник, кажется, тоже. А значит – на крыло! И взлетает в небо алый дракон, вперед, навстречу ветру и звездам, навстречу мечтам и реальности, потому что драконы созданы для полета.

Далина подмигнула круглому ласковому солнышку, и то ответило ей улыбкой. Доброго неба, драконица! Земли, неба и счастья!

КОНЕЦ

Примечания

1

Название придумано автором. Все совпадения случайны (здесь и далее прим. авт.).

2

* Не всегда. Но мышечная масса у мужчин и правда больше, чем у женщин. Это анатомия.

3

Если не меняются физические условия.

4

У нас в школе была такая игра: попади человеку под опорное колено. Если толкнуть в нужную точку, человек упадет.

5

* Это не реклама. Просто в качестве примера, как из детей получаются чудовища.

6

Подобное отношение не зависит от пола и расы. Сволочь – не национальная категория, какой-нибудь Петр или Джон могут думать так же.

7

Эту теорию лично мне развивал врач скорой помощи, после того как откачал жертву очередного алкаша.

8

Употребление и распространение наркотиков запрещено на территории РФ (прим. ред.).

9

Утрированно, конечно, но первые приматы появились примерно 90 млн лет назад, а динозавры вымерли около 66 млн лет назад. Так что примат динозавру друг, товарищ и корм.

10

Вообще, Хемингуэй в повести «Старик и море» так говорил не про русских, а про человека. Костя объединил в одной фразе высказывания Хемингуэя и Бисмарка.

11

Имеется в виду фильм «Дети шпионов» аж 2001 года. Не реклама, смотреть откровенно скучно, типичный образец американского юмора.

12

Персонаж мультфильма «Сказки дракона». Не реклама.

13

Площадь Шотландии в двести с хвостиком раз меньше, чем России. Но у Кости двойка по географии.

14

Автор лично все это прошла и прочла. И ужаснулась.

15

* А. С. Пушкин. Сказка о царе Салтане.

16

Оказывается, у нас в России полно всего интересного, даже мистические туры есть.

17

Это не опечатка, а намеренное издевательство над словом «загадочный».

18

Абрам Эфрос. Эротические сонеты.

19

Названия не привожу, но такие средства действительно есть. Уже несколько десятков лет существуют, и разные подонки ими отлично пользуются в своих интересах.

20

Не реклама.

21

Не реклама.

22

Я знаю, что ограничений по возрасту нет, но каждый родитель решает для себя сам.

23

Дима вспоминает сцену из «Мастера и Маргариты», уж как смог, так и вспомнил.

24

Голец – вершина горы со скудной растительностью, возвышающаяся над границей леса.

25

М. Цветаева. Под лаской плюшевого пледа, 1914 год.