Кристи Кострова

Помощница с того света 2. Оживший мертвец

Глава 1

Кэти

Поднявшийся из могилы покойник? Миссис Найджел обратилась не по адресу! Вряд ли детективное агентство должно заниматься подобными делами… Разве наша специализация не классические преступления вроде краж, похищений и на худой конец убийств?

Я ожидала, что Адам вежливо откажет, но он вдруг улыбнулся:

– Мы обязательно сделаем все возможное, чтобы вам помочь.

У меня вырвался тихий стон. Он это серьезно?

– Спасибо вам, мистер Блейк! – всхлипнула миссис Найджел. – Я заплачу вам столько, сколько потребуется.

Она потянулась к стоявшей на полу сумочке, и воздух раскрасили магические потоки, заключившие ее и Адама в кольцо. С каждым мгновением они становились все ярче, пока не превратились в ярко-оранжевую петлю.

Поздно! Слова Адама активировали устный контракт, а магические потоки зафиксировали взятые на себя обязательства.

– Позвольте принести вам еще один стакан воды, – сказал Адам, вставая с кресла.

Он с невозмутимым видом вышел из гостиной, и я проводила его взглядом. Надеюсь, он знает, что делает, потому что я никогда не слышала о подобных случаях. Или за то время, что я болталась духом на Изнанке, люди научились не умирать?

– Я ненадолго вас покину, – сказала я миссис Найджел и просочилась сквозь потолок.

Адам даже не дернулся, когда я вылетела из стены на кухне. Он налил в стакан воды из кувшина и только после этого развернулся ко мне. Будь я живым человеком, мы бы наверняка столкнулись, но в моем бесплотном состоянии я легко отлетела в сторону.

– Мы берем это дело, потому что ты знаешь, что делать? – с надеждой поинтересовалась я.

Адам мотнул головой, отчего его черные волосы рассыпались по плечам.

– Вообще-то нет. Понятия не имею, как ее муж умудрился выбраться из могилы. Речь не о классическом умертвии, иначе он бы сожрал всю семью, а не сидел в любимом кресле.

– Но тогда зачем ты согласился? – свистящим шепотом уточнила я и, поймав удивленный взгляд Адама, осеклась и уже спокойнее закончила: – Не боишься, что после этого случая у остальных клиентов будут такие же экзотические просьбы? Город наверняка откажется платить, а у тебя ссуда и требующее ремонта здание. Серьезно, сегодня на меня рухнул кусок штукатурки с потолка. Повезло, что он просто пролетел сквозь меня на пол.

Адам хмыкнул и оперся на кухонной стол.

– Признаться, об этом я не подумал. Но не беспокойся: на первое время денег хватит. Цитадель заплатила нам за помощь с подражателем, да и миссис Моррисон, несмотря на мои возражения, вручила чек. Наверняка раскошелится и город. Все-таки мы помогли раскрыть самое громкое дело этой осени.

Я вскинула бровь и напомнила:

– Нам нужны дрова для каминов. И ты представляешь, во сколько обойдется ремонт? Крыша может подождать, а вот починить ступеньки крыльца нужно как можно быстрее. Пока кто-нибудь из клиентов не покалечился и не написал жалобу…

Я могла бы продолжать, но дурацкая улыбка Адама заставила меня сбиться на полуслове. Сердце загрохотало в груди, напрочь игнорируя тот факт, что у меня и тела-то не было! Как всегда, в присутствии Адама. Рядом с ним я вообще забывала, что мертва. Сделав над собой усилие, я оторвала взгляд от его лица и насупилась. И кто из нас владелец Агентства? Почему он не подумал, а я – да?! И вообще нас клиентка ждет, а мы тут треплемся.

Адам склонил голову набок:

– Кэти, в прошлом у тебя было свое дело. Ты явно знаешь об этом побольше меня. А насчет крыльца не волнуйся – я починю. На чердаке есть доски.

Я в растерянности опустила голову, уставившись на приклеенные к ногам лодочки. Адам прав. Занимаясь делами Агентства, я чувствовала себя словно рыба в воде. Как будто мне не впервой приходилось решать подобные проблемы. Кем же я была?

– Ты больше ничего не вспомнила?

Я покачала головой.

– Только тот момент из школы-интерната. До и после – абсолютная пустота. Но об этом позже. Что мы будем делать с миссис Найджел? Она не на шутку напугана.

Адам посмотрел на стакан воды в руках.

– Для начала нам стоит завести на кухне бутылку виски для клиентов. Ей бы сейчас не помешало сделать пару глотков. Ну и будем надеяться, что мы разберемся с этим делом. Начало работы вышло не очень гладкое, так что нам нужно выполнить этот заказ, чтобы зарекомендовать себя профессионалами. По любым вопросам.

В груди разлилось тепло. Нам. Он снова это повторил. Однако радость почти сразу же сменилась разочарованием. Что толку с этого? Мне никогда не стать полноценным членом команды и… человеком.

Я поджала губы и тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли.

Адам тем временем продолжил:

– Будем надеяться, что миссис Найджел приняла призрака мужа за его труп. Иногда призраки похожи на людей, а уж с ними я умею обращаться. В любом случае это будет интересно.

В его голосе отчетливо прозвучали любопытные нотки, и я хмыкнула. Теперь ясно: Адама заинтриговало само дело, а об Агентстве он и не подумал. Ладно, это же не мне надо покупать еду, дрова для камина, теплую одежду и прочие вещи, без которых живому существу не обойтись.

Адам вернулся в гостиную, и я, немного выждав, последовала за ним. За время нашего отсутствия миссис Найджел успела успокоиться и даже припудрить лицо. О недавних слезах напоминали лишь слегка покрасневшие глаза.

Наверное, когда тебе надо поднимать трех детей в одиночку, и не такому научишься.

Адам протянул стакан и сообщил:

– Миссис Найджел, мы заглянем к вам сейчас же, и…

Она так быстро покачала головой, что несколько черных с проседью прядей выбилось из узла на затылке.

– Сейчас мне нужно вернуться в булочную. Давайте вечером, после закрытия? Моя квартира находится прямо над булочной, но вход располагается с другой стороны здания. Я закрываюсь в восемь.

– Хорошо, – кивнул Адам. – Мы будем у вас в восемь тридцать.

Адам проводил повеселевшую миссис Найджел до выхода и в задумчивости посмотрел на меня.

– Я голоден как волк. Мой магический резерв не восстановится, пока я как следует не пообедаю. Я задолжал своему телу как минимум три полноценных приема пищи.

– Давно пора! – улыбнулась я.

Удивительно, как он вообще на ногах держится. Цитадель не зря годами муштрует боевых магов, вытравливая из них все человеческие слабости. Но с каких это пор Адам сообщает мне о своих планах?

– Составишь мне компанию на рынке?

Мое сердце пропустило удар. Нет, это никуда не годится! Кэти – или как там меня зовут по-настоящему?! – возьми себя в руки.

– Конечно, – снисходительно кивнула я. – Признавайся, тебе нужна не компания, а помощь.

– Тут ты меня поймала, – фыркнул Адам.

– Тогда я напишу новую записку на дверь.

Сегодня распогодилось, и после вчерашнего дождя мостовая сверкала лужами, по которым носилась детвора. То ли после закрытого дела, то ли из-за выглянувшего солнца, на душе было легко.

Хотя Адам заверял, что вполне может потерпеть, первым делом мы отправились в таверну. В конце концов, даже бездомные питаются лучше! Адам выбрал симпатичное заведение с табличкой в форме пивной кружки и первым переступил порог. И даже вежливо придержал дверь, чтобы я пролетела следом, хотя это было вовсе не обязательно.

Взгляды присутствующих тут же обратились на нас. На меня. Вряд ли духи часто захаживают в таверны! Грузный мужчина, сидящий прямо по центру, даже ложку до рта не донес, его рука так и зависла в воздухе. Компания пожилых троллих ахнула и зашепталась, да и все прочие не оставили нас без внимания.

Адам прошел через зал – довольно чистый, что не могло не радовать – и занял столик в углу. К нему тут же подскочила подавальщица – симпатичная рыжеволосая девица лет двадцати с небольшим. Она одернула подол легкомысленно короткой юбки, одарила Адама улыбкой и приняла заказ.

Хозяин таверны, протирающий стаканы за стойкой, неодобрительно покосился в мою сторону, но возражать не стал. Несмотря на иссякший магический резерв, серые глаза Адама все равно светились ярче, чем у обычных людей, выдавая его принадлежность к магам. А кто будет связываться с магом?

Я зависла в дюйме от сидения стула. Уверена, со стороны казалось, что я на нем сижу. С каждым днем управлять телом – если его можно так назвать – становилось все легче. Сегодня даже имитация ходьбы не показалась мне сложной. Как будто я и вправду шагала – только по воздуху.

Я огляделась по сторонам и подперла ладошкой щеку. Адам с аппетитом принялся за еду, а я повела носом и попробовала представить витающие вокруг ароматы. Таверна вроде бы ничего, и пахнет здесь наверняка аппетитно.

– Вкусно? – не удержалась от вопроса я.

Адам хмыкнул:

– Если не есть так долго, как я, что угодно покажется вкусным. Хоть старый ботинок!

Подавальщица, которая как раз в этот момент как раз приблизилась, поставила поднос на стол и игриво уперла руки в бока.

– Обижаете, мистер Блейк! У нас очень хорошее заведение, вечером и вовсе будет не протолкнуться.

Я не могла не отметить, что в своем притворном возмущении она наклонилась, будто нарочно демонстрируя роскошную грудь в вырезе блузки. И почему я вообще замечаю, кто и что демонстрирует Адаму? Я ведь никогда не была ревнивой! Пусть прошлого я не помнила, в этом я была совершенно уверена.

– Вы знаете мое имя? – прищурился Адам и отправила в рот кусок жаркого.

– Конечно! – улыбнулась подавальщица. – Все Дымки знают! Это же вы поймали ту тварь с теневой стороны и спасли горожан? Из тех троих двое были нашими, дымковскими. Всюду о вас только и судачат, даже в газете написали!

Адам подавился, и девушка с удовольствием похлопала его по спине. Когда он, откашлявшись, поднял голову, его нос почти уткнулся в ее декольте. Надеюсь, он там не задохнется – это будет весьма нелепая смерть.

Зато, получается, глазели не только на меня, но и на Адама. Это он у нас знаменитость. Тех бедолаг обнаружила я, но без Адама мы бы и вовсе не попали на теневую сторону. Подавальщица продолжала щебетать, игнорируя другие столики, а лицо Адама приняло мученическое выражение.

Сжалившись над ним, я выразительно кашлянула и взлетела над стулом, чтобы напомнить о том, кто я такая. Подавальщица резко побледнела и, наградив Адама на прощание многообещающим взглядом, убежала обслуживать других гостей.

– Спасибо, – кашлянул Адам, вновь принимаясь за еду.

Я беззаботно пожала плечами, словно эта сцена меня не задела. Будь я живой, подавальщица не решилась бы на столь откровенный флирт. Легко сделать вид, что меня нет.

– Всегда пожалуйста, – пробормотала я. – Могу стать твоим личным отпугивателем девиц. Но работает только на суеверных или отчаянно верующих в Заступницу. Хотя вообще-то подавальщица хорошенькая. Не жалеешь?

Надеюсь, мне удалось замаскировать ревнивые нотки за доброжелательностью.

– Сейчас меня гораздо больше волнуют дела Агентства, чем личная жизнь, – равнодушно отмахнулся Адам.

Остаток обеда я смотрела в окно, из которого открывался вид на небольшую площадь, и разглядывала гостей таверны. На Адама и впрямь пялились. Едва новые посетители переступали порог, их тут же вводили в курс дела. Они присаживались, делали заказ и тоже начинали сверлить Адама глазами. Сам того не зная, он стал героем если не всего Стокахма, то как минимум Дымков. Главное, чтобы внезапная слава Адама принесла Агентству реальных клиентов, а не зевак.

Но по-настоящему осознать масштабы катастрофы удалось только на рынке. Мы успели пройти всего пару рядов, как нас вдруг окружила толпа. Горожане выкрикивали благодарности, задавали вопросы или попросту молча глазели. Адам остановился – двигаться дальше было решительно невозможно, и я замерла возле его плеча.

Мы обменялись взглядами, но не успели ничего придумать – народ вдруг заволновался, и вперед пробилась троллиха средних лет. Все тролли были крупными, но она была особенно рослой – ее макушка с редкими каштановыми волосами возвышалась над Адамом на добрых три дюйма, а массивное тело было каким-то чудом, не иначе втиснуто в ярко-желтое платье. За подол держалось сразу трое детей.

– Спаситель наш! – басом завопила она и бросилась Адаму на грудь.

От столь радушного приема он крякнул и сделал шаг назад.

Я замешкалась. Толпа вокруг с удовольствием внимала троллихе и никак на меня не реагировала. Настолько, что человеческий малыш, сидящий на плечах у отца, показал язык другому ребенку прямо сквозь меня!

Такое отношение ввело в ступор, и я не знала, чем помочь Адаму. Да и троллиха не чета девице из таверны. Ее поджатыми губами и нахмуренными бровями не проймешь. Тролли вообще не очень-то суеверны, и в отличие от людей, предпочитают проверять все на собственном опыте.

Вот и сейчас троллиха проверяла Адама на прочность. Пока он пытался вежливо вывернуться из ее объятий, она еще крепче вцепилась в него и разрыдалась. Крупные как горошины, слезы покатились по ее зеленоватым щекам и закапали на рубашку Адама.

– Если бы не вы, мой сыночек так и сгинул бы в брюхе теневика! – всхлипнула она, и добрая часть стоящих в толпе женщин всхлипнула вместе с ней.

Ага, вот оно что! Заслуженная слава нашла своего владельца. Не думала, что это случится так быстро.

– Миссис Майтала? – неуверенно спросил Адам и успокаивающим жестом похлопал ее по могучему плечу.

Точно, Адам был в Цитадели и видел имена спасенных горожан. Я присмотрелась к детям троллихи, но так и не смогла определить, который из них переваривался в желудке подражателя. Все трое были одеты в похожие костюмчики и носили одинаковые невзрачные ежики на голове. Лишь заколка с цветочком намекала, что среди них есть девочка. Наверное.

– Рад, что сумел помочь, – кивнул Адам и все-таки оторвал троллиху от себя. – Для этого я и открыл детективное Агентство.

Мысленно я хихикнула. Молодец, Адам! Он все-таки прислушался к моему бурчанию.

– Теперь, когда у нас появились вы, Дымки будут жить спокойнее, – выкрикнул кто-то из толпы. – Это полицейским только жалованье получать из наших налогов, да желудок набивать!

Это уже не хорошо. Во-первых, Агентство тоже работает не за бесплатно, а во-вторых, Адам Шарсону и так как кость в горле. Ни к чему полиции знать, что у него теперь есть народная поддержка.

Миссис Майтала, сдавшая позиции на пару минут, снова протолкнулась вперед.

– Мистер Блейк, мы вас никогда не забудем! Мы с мужем держим мясной магазин. Каждую неделю я совершенно бесплатно буду отправлять вам корзину с товаром. Вы какое мясо предпочитаете?

Лицо Адама вытянулось, и я с трудом удержалась от смешка. Моральная поддержка горожан превращается во вполне материальную. А что, булочница у нас теперь тоже есть. Если второй спасенный в Дымках окажется молочником, то о пропитании Адаму можно больше не беспокоиться.

– В этом нет необходимости, – ответил он.

– Я настаиваю! – отрезала троллиха. – Так какое мясо? Говядина, свинина, постное мясо птицы? У нас водятся даже такие деликатесы как хвостики зумбанго. Они так и тают во рту! Особенно приготовленные по моему фирменному рецепту…

– Говядина и птица вполне подойдут, – поспешил ответить Адам.

Мы обменялись понимающими взглядами. Все знали, что спорить с троллем, решившим сделать тебе подарок, бесполезно. Отказ они посчитают смертельным оскорблением, а там и до неприкрытой вражды недалеко.

Уж лучше говядина, чем ящерицы зумбанго, которые человеческий организм переваривает с трудом.

Спустя еще минут пятнадцать толпа наконец рассосалась, и Адам выдохнул и зашагал вперед.

– Поспешим пройти по рядам, пока рынок не закрылся.

Я с удовольствием пристроилась рядом с Адамом и крутила головой по сторонам. Прилавки буквально ломились: чего здесь только не было. И продукты во всех их многообразии, включая экзотические фрукты, сладкие даже на вид, и отрезы тканей, и готовая одежда, и материалы для строительства, и прочее-прочее.

Некоторые продавцы, завидев меня, шарахались и прикосновением ко лбу молили Заступницу о защите, другие же – раскладывали товар попривлекательнее. Если сперва я говорила Адаму, что следует купить, а он выбирал товар и расплачивался с продавцом, то вскоре этим занялась я.

С одним шости я и вовсе торговалась минут пятнадцать, пытаясь выбить скидку. Его не особенно эмоциональное сероватое лицо, словно вырубленное из горной породы, переменило все выражения от досады до глубокого удовлетворения. Массивная, возвышающаяся надо мной фигура и суровый взгляд меня не пугали. Я и сама могла взлететь повыше и посмотреть на него сверху вниз. В конце концов, мы сторговались и расстались весьма довольные собой. Под его прилавок перекочевало несколько монет из кошелька Адама, а нам достались отличный ковер ручной работы, пара стульев и другие мелочи, что обещали сделать гостиную уютнее.

Все покупки Адам передал мальчишкам, хвостиком следовавшим за нами. За коробками и корзинами их стало почти не видно, и я почувствовала угрызения совести. Кажется, я немного увлеклась. За пару монет мальчишки пообещали доставить покупки к крыльцу Агентства и дождаться нашего возвращения.

Однако сам Адам не спешил следовать за ними.

– Это еще не все? – спросила я.

– Напоследок заглянем в книжную лавку.

Я скептически хмыкнула: вряд ли в лавке на рынке найдется что-то, кроме детских книжек, торговых карт и дамских романов. Но Адам уверенно зашагал вперед, и мне пришлось последовать за ним.

Лавка оказалась приземистым зданием, втиснувшимся между двумя рыбными прилавками. Я только головой покачала: сложно представить более неподходящее соседство.

Когда тяжелая дверь книжной лавки захлопнулась за нами, суета и шум рынка сразу же осталась позади. Что ж, может здесь и найдется что-то интересное. Не каждый лавочник может позволить себе контур заклинаний.

Я ожидала увидеть согнутого временем седого старичка, но из-за стойки выглянула красивая молодая женщина. Ее белокурые, убранные в косу волосы, строгое синее платье и круглые очки на носу не вязались с запахом табака, которым пропахло все вокруг. В носу тут же зачесалось. Может быть, она дочка владельца?

Женщина отложила в сторону амбарную тетрадь и расплылась в улыбке.

– Не верю, что ко мне пожаловал Адам Блейк собственной персоной! А с недавних пор еще и герой.

Пока я осознавала ее слова, Адам вдруг перегнулся через стойку и чмокнул ее в щеку. Его движение выглядело невероятно естественным, будто он проделывал это сотни раз. Эти двое были близко знакомы. Об этом говорили и теплая улыбка на губах Адама, и искорки удовольствия в зеленых глазах женщины.

Неужели я ошиблась, и Адам вовсе не закоренелый холостяк, которым я его считала? Возможно, подавальщица его не заинтересовала, потому что у него уже есть девушка?

Глава 2

Адам

Адам мысленно усмехнулся. Они не виделись около года, но Даяна почти не изменилась: она все еще предпочитала компанию книг и сигарет.

И улыбка у нее такая же теплая, как и прежде.

Дэмиан Сандерс познакомил Адама со своей сестрой, как только они заселились в одну комнату в общежитии. Когда Даяна впервые приехала в гости в Цитадель, ей было тринадцать. Она казалась безобидным олененком с огромными глазами и тонким голоском. До тех пор, пока не стащила у Адама даже неначатую бутылку виски. После они не раз виделись в городе или на ужинах семьи Сандерс, на которых на Адама смотрели как на блохастого щенка, случайно пробравшегося в дом.

– Ладно тебе, какой из меня герой.

Краем глаза Адам заметил, как Кэти у стены сложила руки на груди и хмыкнула. Хотя она почти полупрозрачная, забыть про нее было невозможно.

– Даяна, познакомься с Кэти. Она работает на мое агентство.

– Не думала, что ты обзаведешься духом, – улыбнулась Даяна. – Мне тоже предлагали при открытии лавки, но я отказалась. От их присутствия как-то не по себе, да?

Она едва удостоила Кэти взглядом, и Адама вдруг это задело. Кэти недовольно прищурилась, но промолчала. Вообще-то это не очень-то похоже на нее. Более эмоционального человека Адам еще не встречал. А ведь она дух.

В ту же секунду забыв про Кэти, Даяна снова повернулась к Адаму.

– Я уже думала, ты не зайдешь! Сначала Дэмиан умотал на край света, теперь ты игнорируешь меня, хотя мы живем в одном районе…

Адам удивленно приподнял бровь.

– Ты живешь в Дымках?

– Да, тут неподалеку. Знаю-знаю, что ты спросишь. Зачем мне это, когда моя семья богата? – На лицо Даяны набежала тень. – Но семья Сандерсов готова обеспечивать своих отпрысков, только если они делают все, что им велено. Не зря же Дэмиан уехал.

– Ты по-прежнему завидуешь ему?

Даяна притопнула ногой.

– Да! Ему повезло родиться мужчиной и сильным магом. Моего дара хватает только на контур заклинаний в лавке и защиту книг от сигаретного дыма. Дамиану искали молодую и знатную невесту, а когда он отказался, никто не стал спорить. Отец сказал, что его время еще придет. Меня же прочили в жены старому партнеру отца, и мое мнение по этому поводу никого не волновало. Вот мне и пришлось открыть лавку.

Адам потрясенно покачал головой.

– Я не знал…

– Ничего, – отмахнулась Даяна. – После того случая весной тебе и самому пришлось нелегко. Сколько месяцев ты провел в госпитале? Кажется, четыре?

Все тело Адама тут же напряглось, а в нос ударил больничный запах, которым он, казалось, пропитался насквозь. Он покосился на Кэти, которая выглядела заинтересованной, и поспешил перевести тему.

– Это меня не оправдывает. Ты можешь в любой момент обратиться ко мне, мой адрес…

Даяна хихикнула.

– Поверь, сейчас только ленивый не знает адрес твоего Агентства. Может быть, пообедаем? Я могу закрыть лавку на часик, а неподалеку есть хорошая таверна…

Адам вздохнул.

– Я только что оттуда.

Даяна скорчила милую мордашку.

– Адам, но мне столько нужно тебе рассказать! Ты знаешь, что мама снова беременна? Это в ее-то возрасте! Наверное, потому отец от меня отстал… Рассчитывает, что новый ребенок будет посговорчивее. Идем же, а пока мы будем обедать, твой дух поможет мне в подсобке.

Кэти резко отвернулась, и Адам вздохнул. Даяна явно не воспринимала Кэти как личность. Неудивительно! Кэти – очень необычный дух. Даяне надо всего лишь познакомиться с Кэти поближе, и они наверняка подружатся.

– И все-таки я не могу, – покачал головой Адам. – Мы торопимся, вечером нас ждет расследование. Да и надо воспользоваться моей неожиданной популярностью. Вдруг у двери толпятся новые клиенты?

– Ладно, – вздохнула Даяна. – Но обещай, что пообедаешь со мной на этой неделе.

– Обещаю!

Даяна прищурилась:

– Так ты хотел просто поздороваться или тебе нужны книги? Зная тебя, ставлю на второе.

– Верно. У тебя найдется что-нибудь о некромантии?

– Кое-что будет. – Даяна откинула дверцу стойки и поманила его за собой. – Идем, я тебе покажу.

Адам взглянул на Кэти.

– Скоро вернусь.

Подбородок Кэти дернулся.

– Я могу пока отправиться в Агентство и начать разбирать покупки.

Это были ее первые слова за все время в лавке.

– Не нужно, – твердо сказала Адам. – Я быстро, и мы вернемся вместе.

Кэти кивнула, и Адаму показалось, что она немного повеселела.

Даяна уже ждала Адама в подсобке. Крошечное помещение было заставлено стопками книг, но Даяна грациозно двигалась между ними, словно шагала по бальной зале.

– Прости. Мне приходится хранить книги таким варварским способом, – поморщилась она. – Я хотела выкупить соседнее место, но рыбный прилавок успел раньше. Вот здесь у меня книги о магии.

Она указала на высокую стопку книг в углу, и Адам приблизился. Когда он потянулся за книгой, Даяна неожиданно поднырнула под его локоть. Нос Адама почти уткнулся в ее макушку, и до него донесся аромат ее цветочного шампуня, смешанный с запахом сигарет.

– Прости! – повернув голову вполоборота, улыбнулась Даяна. – Я просто хотела…

Они стояли слишком близко друг к другу: Адам видел пульсирующую венку на ее шее, а выбившийся из прически локон коснулся его подбородка. Не дослушав, Адам сделал шаг назад. Затем шевельнул пальцами, заставив книги взлететь в воздух и замереть перед ним. Немного подумав, он выбрал несколько штук, а остальные ровной стопкой приземлились обратно в угол.

Даяна на мгновение поджала губы, а потом тряхнула головой.

– Хороший выбор.

– Сколько я тебе должен? – спросил Адам.

– Пусть это будет моим подарком на открытие твоего Агентства.

Глава 3

Кэти

Адам – идиот.

Одного взгляда на Даяну хватило, чтобы понять – она неравнодушна к Адаму. Странно, что он этого не замечал. Я бы ушла, чтобы не наблюдать за той частью жизни, что мне больше недоступна, но Адам попросил остаться.

Когда они оба удалились в подсобку, я, хмыкнув, облетела небольшое помещение. Книги я любила. При виде них в груди появилось теплое чувство, как будто я встретила хороших друзей. Я прикоснулась к корешку ближайшей книги и улыбнулась.

Жаль, что лавка совсем маленькая.

Зато можно убить время, пока Даяна обихаживает Адама. Я на мгновение замерла в воздухе. Неужели я снова ревную? Да еще к начальнику! Как это банально.

Если так подумать, я должна порадоваться за Адама. Рано или поздно он заведет себе девушку, а потом и семью. Любому человеку нужен… человек. И Адам точно заслуживает свою толику счастья. Если Даяна будет тем самым человеком, я буду рада за него. Точно рада!

Я поставила книгу на полку. Стоило Адаму уйти, как во мне что-то изменилось. Краски вокруг поблекли, а сердце снова замедлило бег. Оставалось надеяться, что после женитьбы Адам не избавится от меня.

От скуки я еще раз пролетела по лавке и даже заглянула под стойку. В амбарной книге, которую держала в руках Даяна до нашего прихода, отчетливо просматривалось что-то постороннее. Не удержавшись, я открыла ее и хихикнула. Внутри лежал любовный роман. И судя по полуодетому брюнету и трепетной деве в пеньюаре на обложке, с весьма пикантным содержанием.

Я вернула книгу на место, и через пару мгновений Адам вышел из подсобки со стопкой книг. Я приняла невинный вид и захлопала ресницами. То есть они действительно выбирали книги?

– Готова? – спросил Адам, и я кивнула.

Попрощавшись с Даяной, он вышел из лавки, и я последовала за ним. Вскоре мы прошли торговые ряды и оказались на узкой улочке. После рыночной суеты здесь было тихо, и Адам лишь изредка кивал кому-то из прохожих. Мы молчали, хотя у меня возник миллион вопросов.

Наконец я не выдержала:

– И кто эта Даяна? Кажется, вы давно знакомы.

Адам кивнул.

– Даяна – младшая сестра моего друга Дамиана.

Это многое объясняет! Наверняка Даяна в детстве была влюблена в Адама и даже сейчас пытается произвести на него впечатление. В Адама легко влюбиться…

Поймав себя на этой мысли, я потрясла головой. Даже думать об этом не смей!

– Кажется, она скучает по брату, – вместо этого заметила я.

– Мы все по нему скучаем, – хмыкнул Адам. – Дамиан отдает предпочтение магии воздуха, и она явно оказала влияние на его характер. С ним легко и приятно, но на правах друга я могу сказать, что он на редкость ветреный тип.

– Поэтому он снова куда-то уехал? – вспомнила я слова Даяны.

– Он не появлялся в Раханне уже с полгода. Даже не знаю, где его носит. Редкие письма не в счет, он не любит распространяться о своем местоположении.

– Здорово иметь друзей.

Я резко остановилась, и Адам по инерции прошел еще немного вперед. Слова вырвались, прежде чем я успела подумать. И почему у меня ощущение, словно это касается не только теперешнего состояния? На миг мое тело охватило такое острое одиночество, что стало дурно.

Мне не показалось. Я была одинока. Допустим, мужа у меня не было, но что насчет друзей? Кем же я была?

– Что-то случилось? – спросил Адам.

Я быстро покачала головой.

– Все хорошо.

Адам немного помолчал, а потом добавил:

– Если повезет, то и ты познакомишься с Дамианом. Рано или поздно он нагрянет в гости – и, как всегда, без предупреждения. Особенно когда узнает, что Даяна живет в Дымках и сама себя обеспечивает.

Что ж, пока Адам позволяет мне жить его жизнью, я могу делать вид, что все нормально.

Возле Агентства нас ожидали не только подростки с вещами, но и несколько посетителей. Мое настроение тут же взмыло вверх, но довольно быстро оказалось, что это всего лишь зеваки.

Бумажка на двери тоже была исписана благодарностями.

– Ни одного реального клиента, – вздохнул Адам и сорвал листок с двери. – Никакого толку от популярности.

– Я бы так не сказала! – хмыкнула я, кивком указав на мнущегося неподалеку тролленка постарше. В руках он держал огромную плетеную корзину, и я была готова поспорить, что она доверху заполнена мясными деликатесами.

Адам улыбнулся и склонил голову, признавая мою правоту.

Дождавшись знака, подростки занесли покупки в холл. Один из них наступил на гнилую доску, и Адам придержал его за локоть, чтобы тот не провалился. Мальчики один за другим зашли в дом, и в холле выросла кучка вещей. Я присвистнула, оценив количество.

Когда мы с Адамом остались одни, с потолка послышалось стрекотание.

Мой вчерашний знакомый где-то рядом.

– Иди сюда, не бойся, – тихо позвала я.

Адам, успевший поставить книги на столик, удивленно обернулся.

Отвечать не потребовалась. Из-за занавесок вылетел зверек и приземлился прямо на мою ладонь. Он сложил крылья, доверчиво ткнулся носом и уставился на меня огромными желтыми глазами. От ощущения пушистой шерстки на своей коже у меня перехватило дыхание и на глазах выступили слёзы.

– Мне не показалось… Я действительно его чувствую! – выдохнула я. – У него такая мягкая шерсть, а сердечко колотится… Заступница, я и забыла, каково это чувствовать!

Рассмеявшись, я покружилась со зверьком в руках и обернулась. Адам посмотрел на меня долгим взглядом, а в его серых глазах засверкали искры.

Сидящий на ладони зверек требовательно заверещал и, принюхавшись, вытянул голову в сторону корзины.

Адам вздрогнул.

– Разберешь покупки? Время до восьми еще есть, так что я займусь крыльцом.

Узкую улицу, на которой располагалась булочная миссис Найджел, освещали всего три фонаря. Один из них и вовсе моргал, обещая вот-вот погаснуть. Солнце зашло, уступив место плотным сумеркам, и я бы наверняка не раз споткнулась на неровной брусчатке, будь я человеком.

Адам указал на темно-зеленую дверь, на которой висела цифра восемнадцать.

– Это здесь. Можно было обойтись без адреса – здесь так пахнет выпечкой, что мимо не пройдешь.

– Поверю тебе на слово.

Адам поморщился.

– Прости, все время забываю, что запахи и ощущения тебе недоступны.

Он поднялся по ступенькам и постучал в дверь, а я, резко выдохнув, замерла на месте. Он так легко извинился, даже не поняв, насколько важными стали для меня его слова. Уверена, не каждому духу довелось стать полноценным партнером.

Ладно, Даяна так Даяна. Если она нравится Адаму, я привыкну и к ней, и к сопровождающему ее сигаретному дыму. В конце концов, человек, который любит книги, не так уж плох.

Я даже перестану подглядывать за Адамом, когда он ходит без рубашки. Хотя справедливости ради, сегодня любовалась его торсом не только я, а еще минимум пол-улицы. Все из-за крыльца, которое Адам взялся чинить. Довольно скоро он разделся по пояс, хотя на дворе – на минуточку! – осень.

Лишь через несколько минут я заставила себя уйти в дом и отвернуться от окна. Вместо этого взяла почитать книжку, которую Адам принес от Даяны. «Бездыханные состояния и причины, по которым живое обращается в мертвое». Чтение было настолько занудным, что в попытке продраться сквозь зубодробительный слог мне удалось выкинуть из головы и рельефные кубики пресса Адама, и его широкую грудь.

– Кэти, ты идешь? – позвал меня Адам.

Он стоял на пороге дома, а миссис Найджел, кутающаяся в черную шаль, испуганно озиралась по сторонам.

– Конечно, – спохватилась я и в один миг долетела до крыльца.

Поднявшись по скрипучей лестнице, миссис Найджел провела нас в свою квартиру на втором этаже. Уже в прихожей стало ясно, что о ней как следует заботятся: бежевый цвет стен недавно освежили, а на журнальном столике стояли живые растения. И вокруг ни клочка пыли – не то, что у нас в Агентстве…

– Мой покойный муж в гостиной, – вздохнула миссис Найджел. – Ему нравится сидеть у камина.

Она первой двинулась вперед, и мы отправились за ней. Почувствовав разлитую в воздухе магию, я посмотрела на Адама. Кончики его пальцев светились – едва заметно, но я уже знала, что на создание заклинания Адаму хватит всего нескольких секунд.

Я и сама подобралась, мысленно гадая, кого мы сейчас увидим перед собой. Призрака или здесь все же замешано что-то другое? Меня переполняли азарт, волнение и почти детское любопытство. В первом деле нам встретился теневик-подражатель, притворяющийся собакой, а я узнала, что могу слышать других существ, если они зависли между жизнью и смертью.

Что ждет нас сейчас?

Миссис Найджел первой вошла в гостиную и отошла в сторону, открывая нашим взглядам камин и массивное кресло перед ним. Увидев сидящего мужчину, я изумленно ахнула и открыла рот.

Мистер Найджел не был призраком. Его крупное, лишенное цвета тело было абсолютно материальным. На насильственную смерть указывали следы от ударов, правый глаз практически вытек. Но хуже всего были признаки разложения: распухшие и окоченевшие конечности, гниющие участки кожи, сочащиеся слизью. Отблески пламени камина придавали ему потусторонний вид.

На мгновение меня бросило в дрожь, и я начала задыхаться, словно мне требовался воздух.

– Вы тоже чувствуете этот запах? – спросила миссис Найджел. – Я каждый час брызгаю его духами, но в гостиной все равно пахнет смертью. Я боюсь, как бы он не просочился вниз, в булочную…

Принюхавшись, я скривилась. Если аромат духов мне был недоступен, то смрад от разлагающегося тела я ощутила в полной мере. К горлу подкатила волна тошноты и почти сразу исчезла – на этот счет мне можно было не волноваться.

Мистер Найджел медленно повернул голову в нашу сторону, и одной стороной рта прошамкал:

– Дорогая, у нас гости?

Голос у мистера Найджела оказался глухим и надтреснутым. И все же для ходячего трупа он говорил удивительно членораздельно. В его рту на мгновение мелькнул распухший язык, и меня передернуло.

Миссис Найджел отчаянно всплеснула руками.

– Видите? Он напрочь отказывается признавать, что мертв!

Мистер Найджел обиженно посмотрел на жену и поджал губы. Несмотря на ужасное состояние его тела, взгляд у него был вполне осмысленный. Мистер Найджел даже попробовал приподняться в кресле, но быстро оставил попытки и снова откинулся на спинку.

Заступница, как это возможно? Он определенно мертв и в то же время нет.

Миссис Найджел обернулась к мужу.

– Пришел доктор со своей помощницей. Помнишь, я говорила тебе о них? Он осмотрит тебя.

– Наконец-то! – сварливо отозвался он. – Я нормально себя чувствую: не хуже и не лучше обычного. Может, после ты позволишь мне увидеть детей и выйти на свежий воздух.

– Конечно, дорогой.

Миссис Найджел подошла к камину и подбросила дров. Когда муж взял ее за руку, она не отшатнулась, а ласково поправила ворот его рубашки. Мысленно я поразилась ее стойкости. Мне было сложно принять собственную новую форму, а ведь я всего-то лишилась тела.

Адам приблизился к мистеру Найджелу, и я со вздохом последовала его примеру. Я бы с удовольствием отсиделась в сторонке, а лучше в другой комнате, но такие моменты тоже часть моей работы. Служба в детективном агентстве не для брезгливых.

– Вы меня слышите, мистер Найджел? – спросил Адам.

– Слышу, я же не глухой, – проворчал тот.

– Сейчас будет немного неприятно.

Адам встал напротив кресла и, щелкнув пальцами, создал крохотный магический шар. Поманив его пальцем, он оттянул веки мистера Найджела и внимательно всмотрелся в его глаза. Белки были серыми, а зрачки почти не двигались.

На правый глаз я старалась вовсе не обращать внимания.

Кивнув, Адам выпрямился и задал новый вопрос:

– Чувствуете что-нибудь необычное?

Немного подумав, мистер Найджел заметил:

– Ноги с трудом шевелятся. Наверное, снова подагра разыгралась.

Адам отвел одну руку за спину, и потоки магии над его ладонью сплелись в пятиконечную звезду, в центр которой был заключен круг. Из той нудной книжки я знала, что это заклинание из раздела некромантии. Если бы поблизости находилось умертвие, то зажглись бы и предупреждающий символ в круге, и один из лучей звезды, указывающий на тип умертвия.

Но заклинание никак не отреагировало на мистера Найджела.

Адам кашлянул, задумавшись на пару секунд, и я подплыла ближе.

– Вы дух? – изумился он.

Надо же, это он заметил!

– Да. Мистер Найджел, что вы помните с прошлой недели?

– Обычная неделя, – с трудом пожал плечами он. – Скоро отпуск, так что вечерами я задерживался на службе, чтобы успеть закончить с делами. Я работаю на табачной фабрике, что располагается на юге Стокахма.

Чем дольше мистер Найджел говорил, тем легче давались ему слова. Рассказывая про последнего клиента, он даже принялся жестикулировать.

Он не утратил всю память целиком, но не подозревал ни о нападении, ни о факте насильственной смерти. Очевидно, собственный облик его не смущал, а всем странностям он тут же находил логичное объяснение.

– А последние пару дней?

Адам одобрительно кивнул мне. Пока я занимала мистера Найджела, он продолжал плести различные заклинания. Хорошо бы у него получилось докопаться до истины!

Мистер Найджел немного смутился:

– Если честно, последние дни я почему-то забыл. Помню только, как проснулся прямо в этом кресле, а Дороти закричала. Наверное, в этот раз я перебрал с выпивкой в таверне. Понятия не имею, как добрался домой.

Мистер Найджел с любовью посмотрел на жену, и по ее щеке скатилась слезинка. Ее дрожащие пальцы комкали носовой платок, а в глазах застыла такая боль, что я почувствовала себя лишней.

Они любили друг друга, а потом грабители забрали его жизнь. Может, потому он и вернулся с того света?

– Спасибо, мистер Найджел, – сказал Адам. – Мне понадобится немного больше времени, чтобы назвать диагноз. А пока можно мне воды?

– Я же говорил, что не нужен мне никакой доктор! – фыркнул мистер Найджел.

Он резко поднялся, но сделал всего один шаг. Его правая нога подогнулась, и мистер Найджел, потеряв равновесие, упал обратно в кресло.

Миссис Найджел вскрикнула и приложила руку ко рту.

– Я в порядке, просто голова закружилась. Надо немного отдохнуть…

Его глаза закрылись, и он отключился. Или умер?

– Он заснул, – пояснила миссис Найджел. – Через несколько часов как ни в чем не бывало он проснется и снова захочет выйти из дома. Идемте, я покажу, где вы сможете помыть руки.

Она жестом позвала нас за собой, и через несколько минут мы оказались на кухне. Небольшой, но такой же уютной, как и вся остальная квартира. Шкафы были выкрашены в веселый розовый цвет, а посередине стола, накрытого белоснежной скатертью, стояло блюдо с шоколадным печеньем. С правого края на него явно совершили набег – несколько печенек были обкусаны. Орудием преступления, очевидно, стал стул, вплотную придвинутый к столу.

Адам задумчиво посмотрел на пальцы, на которых осталась слизь, и встал к рукомойнику. После миссис Найджел протянула ему полотенце и нетерпеливо спросила:

– Что скажете, детектив?

Адам забрал полотенце из рук встревоженной миссис Найджел и сказал:

– Я не специалист в области некромантии, но должен признаться, о подобных случаях я не слышал. Мистер Найджел не является ни призраком, ни умертвием, ни духом как моя коллега. Его тело гниет, но сохраняет разум и привязанность к близким.

Миссис Найджел вздохнула:

– Дэвид все время требует встречи с детьми. Это старшая дочка открыла дверь, когда он вернулся домой. Она впала в истерику и до сих пор лежит в постели – никак не оправится от увиденного. Тогда он выглядел лучше, но с каждым днем он все меньше походит на себя прежнего.

Край скатерти шевельнулся, и я уловила чей-то тихий вздох. Переместившись левее, краем глаза заметила под столом детскую ножку со спущенным белым носочком. Весь пол вокруг был усыпан крошками.

– Миссис Найджел, я не уверен, что имею право вести это дело. – Лицо Адама было серьезным, но голос звучал мягко. – Лучше бы вам обратиться к королевским магам. Я помогу подать прошение и приложу результаты моего исследования. Королевские маги смогут как следует изучить случай с мистером Найджелом…

–… и наверняка будут обращаться с ним как с прокаженным. Вы можете гарантировать, что с ним все будет хорошо? Они смогут держать втайне произошедшее или перетряхнут все Дымки?

Адам замялся и покачал головой.

– Не уверен. Чаще всего ученые не отличаются деликатностью.

– Попробуйте разобраться в этом деле, я верю в вас! – с жаром заговорила миссис Найджел. – Если уж вы поймали подражателя… Я готова обратиться к королевским магам, но только в самом крайнем случае. Будет жаль потерять булочную, но с этим я справлюсь. Но мои девочки… Старшие – Элли и Натали – слишком нежные, и они так любили отца… Не уверена, что они это переживут. Хорошо хоть младшей Лотти всего четыре.

Край скатерти снова шевельнулся. Кажется, мне известно, кто там прячется. Наклонившись, я заглянула под стол – на полу сидела маленькая девочка, одетая в розовое платьице. Ее темные кудрявые волосы были распущены, а лицо усыпано крошками.

– Красивая тетя! – ахнула девочка и потянулась ко мне.

Опешив, я вытаращилась на нее. Ее не смущает, что я полупрозрачная? Недовольная заминкой, малышка надула губы и, поднявшись, зашагала в мою сторону.

Уступив, я взяла ее на руки. Она доверчиво прижалась ко мне и пальчиком дотронулась до моих волос. Мою прическу не мог испортить ветер, расческа буквально проходила сквозь голову, но девочке удалось невозможное. Она отделила мою светлую прядь от остальной копны и принялась рассматривать ее на свету.

Через пару минут нас заметила миссис Найджел.

– Ох, Лотти! Твоя няня снова уснула? И за что я ей плачу?! – проворчала она и забрала у меня дочь. – Простите, Кэти.

Это она мне? Не каждая мать позволит духу коснуться ребенка. Впрочем, не каждая жена будет заботиться о муже даже после его смерти. Дороти Найджел – особенная женщина.

– Ничего страшного. Главное, чтобы она меня не испугалась.

На руках у матери Лотти потерла глаза руками и обиженно захныкала.

– Папа! Хочу к папе! Пусть он уложит меня спать.

Миссис Найджел вздрогнула всем телом и на мгновение прикрыла глаза.

– Это невозможно, милая. Помнишь, я рассказывала, что папа отправился к Заступнице? Я сама тебя уложу.

Извинившись перед нами, она пообещала вернуться через несколько минут и вышла из кухни.

Адам вскинул ладонь вверх, а потом покачал головой.

– Девочка не владеет магией. Впрочем, как и все остальные члены семьи. Я запустил несколько заклинаний, и они обшарили всю квартиру – одаренных здесь нет. А я-то надеялся, что кто-то из дочерей вернул отца из могилы.

Этот вариант не пришел мне в голову, но звучал вполне логично. Даже жаль, что это не так.

– А ты что думаешь, Кэти? – спросил Адам, повернувшись ко мне.

Я пожала плечами.

– Думаю, это дело нам не по зубам. Уверен, что сумеешь разобраться?

– Вовсе нет, но ты же ее слышала. Давай попробуем. Я напишу своему приятелю из Цитадели. Он как раз специализируется на околомертвых состояниях. Если он вскроет конверт с письмом, то, возможно, у нас появится шанс.

Я приподняла бровь.

– Подозреваешь, что он этого не сделает?

Адам виновато улыбнулся, и на его лоб упала прядь темных волос. Засмотревшись, я не сразу расслышала его слова.

– Мэйсон обижен на меня и вполне заслуженно.

По напряженной позе Адама стало ясно, что делиться подробностями он не намерен.

– Хорошо, а что мы будем делать сейчас? – спросила я. – Заберем мистера Найджела в Агентство?

– Ни в коем случае. – Возникшая в дверях миссис Найджел покачала головой и сложила руки на груди. – По доброй воле Дэвид не захочет покидать дом, а я не хочу его заставлять. Завтра у девочек начинаются каникулы, и я отправлю их в гости к сестре. Пусть он побудет здесь. Столько, сколько это возможно.

У миссис Найджел был такой решительный вид, словно она набросится на нас с кулаками, если мы попробуем возразить. Она не готова расстаться с мужем. Даже когда он в таком состоянии.

Адам вздохнул.

– Хорошо, мисс Найджел. Нам потребуется сведения о похоронном бюро, кладбище и расположении могилы. Возможно, во время захоронения случилось нечто, обратившее процесс вспять.

– Я расскажу вам все необходимое, – кивнула миссис Найджел.

– Ну а до тех пор я наложу на мистера Найджела несколько заклинаний, – продолжил Адам. – Они уберут трупный запах, замедлят процесс разложения и не позволят ему напасть на вас или кого-то еще.

– Думаете, он на это способен? – изумилась миссис Найджел.

Адам развел руками.

– Сложно предположить, как именно работает мозг мистера Найджела. Если память его оставит, поведение может измениться.

– Делайте все, что считайте нужным.

Когда мы наконец покинули дом Найджелов, один из фонарей окончательно погас. Мы спустились с крыльца, и Адам остановился. Его высокий лоб прорезала хмурая складка, а уголок губ изогнулся.

– Мы должны как можно быстрее распутать это дело. Если мистер Найджел нападет на кого-то, заразит или сотворит что похуже… Вину повесят на меня. Как маг я обязан сообщать о подобных странностях наверх.

Я испуганно выдохнула.

– И сколько у нас времени?

– Дня два. Боюсь, скоро разложение коснется его мозга, и он потеряет разум.

Глава 4

Адам

После запахов гниения и увядания, царящих в квартире миссис Найджел, Адам с удовольствием вдыхал свежий воздух. Шагая по мостовой, он искоса поглядывал на Кэти, в задумчивости плывущую рядом. В полумраке ее тело выглядело почти реальным, ведь свет сквозь нее не просвечивал.

С тех пор как Адам открыл Агентство, в его жизнь вошли ночные прогулки. Он вдруг осознал, что это едва ли не самая приятная часть дня. Раньше он смотрел на город с высоты Цитадели и редко сталкивался лицом к лицу с обычными горожанами. Если же он был не на задании, и не в Цитадели, то почти наверняка торчал на очередном вечере в великосветском салоне, которых в последние годы развелось немеряно. Кто-то ввел моду на боевых магов, и леди бились за то, чтобы их боевая пятерка пришла именно к ним.

И Адам так привык к подобному порядку вещей, что почти не гулял по обычному городу – с его узкими разбитыми улочками, покосившимися домами и самыми обычными местными жителями. Большое упущение! Именно здесь и жила душа города, здесь, а не в вылизанных улицах без единого прохожего.

Кэти прерывисто выдохнула, и Адам все же прервал молчание:

– Ты в порядке?

– Просто никак не могу выкинуть из головы миссис Найджел. Не думала, что можно настолько сильно любить кого-то.

Адам засунул руки в карманы и фыркнул.

– Миссис Найджел – удивительная. Чаще всего люди не жалуют партнера за гораздо меньшие прегрешения: вроде привычки разбрасывать носки или неправильной работы.

Горестные нотки в голосе напомнили Адаму, что он говорит о самом себе. А ему-то казалось, что все давно осталось в прошлом и он больше не держит обид.

Кэти, прищурившись, посмотрела на него.

– Ты когда-нибудь был женат?

– Нет, – мотнул головой Адам. – Но однажды я почти женился. Мы отменили свадьбу за три дня до торжества, и иногда я думаю, как бы все сложилось, произнеси мы брачные клятвы у алтаря.

Кэти округлила глаза, и ветер швырнул прядь ее светлых, почти прозрачных волос в ее лицо. Она словно не заметила этого, виновато глядя на Адама.

– Мне очень жаль…

– Не стоит. Дело давнее, – отмахнулся Адам и ускорил шаг.

Кэти прикусила губу, но не задала новых вопросов – вместо этого догнала его и поплыла рядом.

Подойдя к зданию Агентству, Адам насторожился. Чувство неправильности происходящего пришло раньше, чем он успел осознать, что собственно произошло. Прищурившись, Адам понял: контур заклинания дома изменился, как будто… внутри находился кто-то посторонний.

Остановившись, Адам обернулся к Кэти.

– В доме кто-то есть.

Кэти удивленно моргнула.

– Но мы же запирали дверь…

Адам кивнул и подвесил в воздух обездвиживающее заклинание. На случай, если незваный гость окажется враждебен, Адам сумеет обездвижить его за считанные секунды. А если он вздумает сопротивляться, найдется плетение и помощнее.

– Давай я войду первой? – предложила Кэти.

Адам отрывисто покачал головой.

– Нет.

– Но я же дух! Вряд ли кто-то сумеет причинить мне вред. А потом войдешь ты и…

– Все равно нет, – перебил ее Адам. – Ты работаешь на меня, а значит, я за тебя отвечаю.

Кэти поморщилась и сложила руки на груди, пробурчав под нос явно нечто нелестное. Пусть злится, если хочет, но вперед он ее не пустит. Даже если опасность действительно серьезная, он ни за что не станет укрываться за ее спиной.

Адам медленно отворил дверь, ожидая нападения, но его встретила лишь темнота. Переглянувшись с взволнованной Кэти, он одними губами прошептал ей «не бойся» и вошел внутрь.

В гнетущей тишине собственные шаги показались оглушительными. Не дожидаясь разрешения, Кэти тоже влетела в дом, а в ответ на недовольный взгляд Адама лишь невинно пожала плечами.

Когда Адам зажег магический шар, разогнавший полумрак, их глазам открылась необычная картинка.

В коридоре, вытянув руки по швам, стоял одетый в полицейскую форму Кельвин. Его светлые волосы стояли дыбом, а на лице было написано выражение крайнего ужаса.

– Клянусь, я ничего не сделал! – прошептал он, заметив Адама.

Напряженная поза Кельвина объяснялась весьма просто. Напротив него, на краю шкафу, сидел зверек Кэти. Если еще вчера он был размером с ладонь, то сейчас стал минимум вдвое больше. Его маленькие глазки буравили Кельвина недружелюбным взглядом, а верхняя губа была приподнята, демонстрируя на редкость впечатляющий для такого крошечного существа оскал.

– Что здесь происходит? – спросил Адам.

– Уберите его! – покосившись в сторону шкафа, взмолился Кельвин.

– Зверек? – ахнула Кэти, выплывая вперед. – Ты что тут устроил?

Глава 5

Кэти

Неужели такой малыш мог напугать полицейского? Хотя… Шерсть зверька стояла дыбом, а глаза-бусинки грозно сверкали. А еще одного взгляда на него хватало, чтобы понять – он не из Сурилрома, а не нашего мира. Таким животных у нас точно не водилось! Ладно, возможно, он кажется мне безобидным, просто потому что я уже мертва.

Заметив меня, мышонок тут же полетел в мою сторону. Приземлившись на мою ладошку, он потерся острой мордочкой о мой большой палец и радостно застрекотал.

Адам сложил руки на груди.

– Кельвин, как ты вообще попал в дом?

Кельвин покосился на зверька и, только убедившись, что тот отвлекся, рискнул пошевелиться. Он с шумом выдохнул и провел ладонью по лицу, вытирая пот.

– Честное слово, я не вламывался в дом. У меня важные новости, и я надеялся застать кого-то из вас в агентстве и постучал в дверь. Она вдруг отворилась, ну я и вошел…

Адам поднял голову и окинул холл внимательным взглядом, словно изучая нечто доступное только ему. Через несколько секунд он закатил глаза и тряхнул головой.

– Ты и правда ни при чем. Я не успел подправить систему заклинаний дома, и она, воспользовавшись остатками моей магии, сделала это сам. Немного энергии так или иначе развеивается в пространстве.

Я удивленно моргнула.

– Серьезно? Система так умеет?

– Такая старая, как эта – да. Современным охранным контурам эту возможность запретили, так как это не слишком безопасно.

Отлепившийся от стены Кельвин непонимающе покачал головой.

– И все равно не понятно. Система заклинаний решила подработать швейцаром? Какой смысл открывать дверь, если хозяев нет дома?

Адам замялся, и я с подозрением посмотрела на него. Он явно что-то знал, но не горел желанием делиться этим с нами. Адам встретил мой взгляд и со вздохом признался:

– Кажется, он ошибочно посчитал Кельвина близким другом хозяев, который может входить в дом в любой момент.

– Правда? – просиял Кельвин.

– Ошибочно, – многозначительно повторил Адам.

Я погладила мышонка по пушистой шерстке между крыльями.

– Хорошо, но что произошло дальше? Чем тебя так напугал мой зверек?

– Ты еще спрашиваешь? – изумился Кельвин. – Это же тварь из Сурилрома! Как она вообще здесь оказалась?

– Это долгая история. И он наверняка безобидный.

Мышонок перебрался на мое плечо, где спокойно принялся грызть прядь моих волос. Он не провалился сквозь мое тело, словно и я, и он были обычными существами.

– Безобидный?! – Кельвин от возмущения принялся размахивать руками словно ветряная мельница. – Да он накинулся на меня, едва я порог переступил. Сначала я даже не понял, что случилось. А потом… Видишь стену напротив?

Мы с Адамом послушно посмотрели туда, куда указывал Кельвин. На потемневших от времени обоях красовалась дырка с оплавленными краями.

– Это он сделал?

Повернув голову, я искоса глянула на мышонка, но он принял такой обиженный вид, словно Кельвин его оскорбил. Длинные уши встали торчком, а черные кожистые крылья затрепетали.

Адам наклонился и провел рукой над обоями, а с его ладони соскользнуло несколько искр.

– Обои в этом месте уничтожены огнем. Это сделала летучая мышь?

– Да, – обиженно подтвердил Кельвин. – Тварь плюнула пламенем, будто демонстрируя, на что способна, и больше я не шевелился. У меня нос чесался, но стоило мне дернуться, как он тут же начинал рычать.

Адам помрачнел, и мое сердце дрогнуло.

– Зато нам не нужен сторожевой пес. Здорово же? – воскликнула я.

Мои наигранный энтузиазм никого не обманул. И Адам, и Кельвин смотрели на меня так, словно я сюсюкалась с ядовитой змеей. Словно почувствовав их неодобрение, зверек прижался ко мне и спрятал мордочку.

– И как его зовут? – очень вежливо спросил Кельвин.

Таким тоном обычно говорят с городскими сумасшедшими, которые могут выкинуть какой-нибудь дикий фортель. Если бы я могла схватить мышонка и убежать… Но магический свиток связал нас обоих с Адамом и его агентством.

– Я не успела придумать, – вздохнула я.

Адам махнул рукой, приглашая нас переместиться в гостиную. Я вместе с мышонком первой пролетела сквозь дверной проем, и над потолком зажглись магические шары освещения.

Я посмотрела на Адама, не веря своим глазам.

– Совсем забыл сказать, что настроил освещение в комнатах. Теперь магические шары не нужно активировать импульсом силы, они реагируют на присутствие.

– А…

– На тебя тоже, – Адам понял, о чем я хочу спросить. – Я вплел твою энергию в заклинание. Она, конечно, отличается от живого человека, но и этого оказалось достаточно.

Неужели Адам заметил, что без него я могу пользоваться лишь свечами?

– Спасибо! – выдохнула я.

Адам посмотрел на меня долгим взглядом и словно хотел сказать что-то еще, но в этот момент нас прервал громкий шум позади. Обернувшись, я увидела Кельвина, возившегося с камином. Засучив рукава рубашки, он так старательно укладывал дрова, словно зажигание огня было его прямой обязанностью.

Я удивленно моргнула, а Адам только глаза закатил. Избавиться от Кельвина будет не так-то просто!

Когда в камине разгорелось пламя, Кельвин обернулся к нам.

– Так какая именно новость привела тебя к нам? – кашлянул Адам.

Улыбка сползла с лица Кельвина, и у меня появилось дурное предчувствие. Новое выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

Кельвин на мгновение замялся, а потом заговорил очень серьезным тоном:

– Для начала: никто не должен знать о нашем разговоре. – Его лоб прорезала глубокая складка, отчего он стал выглядеть старше своих лет. – Если Шарсон узнает, что я все разболтал, мне несдобровать. Он меня точно уволит, а без моего жалования моя семья не проживет. У меня семеро младших братьев и сестер, и только я уже работаю.

– Этот разговор останется между нами. Я гарантирую, – кивнул Адам.

Кельвин помедлил, а затем практически упал в кресло перед камином, протестующе скрипнувшее под его весом. Адам занял второе кресло, но его тело только выглядело расслабленным. Я уже достаточно хорошо знала Адама, чтобы заметить беспокойство в глубине серых глаз.

Не мне одной почудились неприятности.

Мышонок на плече возмущенно завозился, требуя внимания, и я тихонько шикнула на него, попросив не мешать. К моему удивлению, он послушался. Взлетел вверх и, зацепившись когтями за балку на потолке, повис вниз головой и, кажется, задремал.

Все-таки в нем больше от летучей мыши, чем мне начало казаться. Но откуда тогда шерсть и плевки огнем? Твари из Сурилрома словно сочетали в себе черты нескольких животных.

Кресел в гостиной больше не было, и я замерла напротив камина. Ни Адам, ни я не торопили Кельвина, и спустя несколько минут он все же заговорил.

– Вы уже знаете, что констебль Шарсон вас невзлюбил?

– Мы догадались, – хмыкнул Адам.

Кельвин покраснел, наверняка вспомнив момент нашего знакомства, когда он по приказу Шарсона не подпускал потенциальных клиентов к нашему агентству. Здесь расчет констебля удался: никто, кроме булочницы, к нам так и не вернулся. Возможно, будь ее проблема попроще, чем воскресший мертвый муж, миссис Найджел тоже нашла бы другое агентство.

– Вчера на утренней планерке констебль Шарсон сказал, что у него есть для вас неприятный сюрприз. Один из наших офицеров – Хэнки Толлеман – премерзко улыбнулся. Терпеть его не могу! – Кельвин передернуло от отвращения. – Хэнки не в первый раз помогает Шарсону в его делишках и, судя по ухмылке, он точно знал, о чем идет речь. Готов поспорить, Шарсон придумал план, как заставить вас закрыться. И, кстати, обитающей в доме твари из Сурилрома для этого хватит с лихвой.

На скулах Адама заходили желваки.

– Полагаешь, в ближайшее время нам стоит ожидать гостей?

– Нет, – вдруг мотнул головой Кельвин.

Я удивленно моргнула, а Адам закашлялся, с подозрением глядя на Кельвина. Я тоже запуталась. Разве не он только что рассказал нам о готовящем подставу Шарсоне?

– Это еще не все, – вздохнул Кельвин. – Незадолго до обеда в участок пришел вызов в Цитадель. Вызывали Шарсона, а он взял меня с собой для солидности. Все остальные полицейские оказались заняты. В Цитадели нас сразу же проводили к нужному кабинету, и Шарсон велел ждать у дверей. Но мне все же удалось услышать часть разговора…

– Удалось? – вскинул бровь Адам, отчего его шрам стал еще заметнее. – Насколько мне известно, все кабинеты в Цитадели оборудованы звукоизолирующими заклинаниями.

Я перевела взгляд на густо покрасневшего Кельвина.

– Ладно, признаюсь честно, я подслушал разговор. – Он похлопал по пристегнутому к поясу чехлу, в котором прятался его полицейский жезл. – После того как я немного поработал над ним, этот малыш освоил несколько фокусов.

Я едва не присвистнула. А я-то думала, наш Кельвин чист как слеза Заступницы и не способен на подобные поступки. Оказывается, и ему не чуждо любопытство! Я бы с удовольствием подшутила над Кельвином и спросила, что еще умеет его жезл, но куда больше меня волновал Шарсон. Ощущение надвигающейся беды становилось все отчетливее.

– И что же сказали Шарсону? – не выдержала я.

– Если я все правильно понял, Цитадель велела ему не трогать ваше агентство и даже наоборот – оказывать всяческую поддержку.

Я точно не ослышалась? Камин выбросил в воздух столп искр, но я даже не пошевелилась, все еще пытаясь осмыслить слова Кельвина. Наверняка я поняла его неправильно…

Адам подался вперед, и его ноздри хищно раздулись.

– Цитадель не интересуется делами гражданских. Они сказали что-то еще?

– Я тоже удивился, – торопливо заговорил Кельвин. – Сначала подумал, что это своеобразная благодарность за вашу помощь с порождением, но после…

Мое сердце с такой силой ударилось о ребра, что в ушах зашумело. Я вздрогнула и напомнила себе, что у моего тела не может быть физических ощущений. Все они лишь плод моего воображения, ответная реакция на эмоции. Словно пойманное с поличным, сердце тут же затихло.

Кельвин тем временем продолжал рассказ, и с каждым предложением его голос звучал все неувереннее и тише. Вдруг он отвернулся от Адама и посмотрел прямо на меня.

– Тот тип со скрипучим голосом сказал, что Цитадель интересуется… тобой, Кэти. Ты нашла тех бедолаг в желудке твари, и они собрали целую команду для изучения этого случая.

Я озадаченно покачала головой, только сейчас осознав, что мой поступок не остался незамеченным. Но почему слова Кельвина звучат так зловеще? Я ведь не сделала ничего плохого, даже наоборот.

– Я так и знал, что Цитадель не отстанет, – процедил Адам, поднимаясь из кресла. – Кельвин, спасибо за предупреждение. Я и прежде догадывался, что они не оставят нас в покое, но не думал, что все настолько серьезно.

Я подплыла к Адаму, мерившему комнату широкими шагами, и заставила его остановиться и взглянуть на меня.

– Ничего не понимаю. Причем тут Цитадель и я?

Я поджала губы и сложила руки на груди, дав понять, что не сдвинусь с места, пока не получу ответ.

– Кэти, – мягко начал Адам, не только не думая отходить, но и придвинувшись еще ближе. – В той, прошлой жизни ты когда-нибудь встречала духов?

– Пока была жива? – перевела я, и Адам поморщился, словно моя формулировка его задела. – Не уверена, но вроде бы нет. У меня много вопросов к собственной природе, но ответов я не знаю.

– Так я и думал, – кивнул Адам. – Понимаешь, ты… не очень-то похожа на обычного духа. Прежде у меня не было духов в подчинении, но сталкиваться доводилось. Обычно духи медлительны и заторможены. Они не смеются, а лишь выполняют приказы. Даже с инициативой у них так себе.

– Может быть, все духи разные? – возразила я. – Возможно, я и при жизни была такой активной.

– Но это не объясняет то, что ты сделала с Мэпси, – напомнил Адам. – Мы можем спорить о характере и манере поведения, но духи точно не владеют магией. Но ты расслышала последние слова жертв, проникла прямо в брюхо порождения… Больше всего это напоминает некую разновидность магии.

Адам был как никогда серьезен, и мне отчаянно захотелось перевести все в шутку. Словно почувствовав это, Адам положил руки на мои плечи. Его ладони остановились в дюйме от моего тела, и хоть я не почувствовала его прикосновения, от такой близости перехватило дыхание. Я подняла голову и встретилась взглядом с серыми глазами Адама, в которых плескалось слишком много эмоций, чтобы их расшифровать.

– Что ты хочешь этим сказать? – голос внезапно охрип.

– Ты не такая, как остальные духи. Я был в банке, который выдал мне ссуду, но твоего дела у них почему-то не оказалось. Парнишка из архива едва не плакал, убеждая меня, что не перемещал папку. Полагаю, это приказ из Цитадели. На заседании комиссии мне намекнули, что твой случай будут расследовать. Раньше духи не контактировали с Порождениями, и Цитадель это заинтересовало.

Адам может быть грозным, отстраненно подумала я. Мне уже жаль того парня из архива. Я пыталась не думать о белых пятнах в прошлом, а вот Адам не забыл, что хотел мне помочь. Пока мои мысли блуждали, взгляд уставился на подбородок Адама, поросший темной щетиной.

Интересно, какая она на ощупь? Вряд ли такая же мягкая, как шерсть мышонка. Я готова была думать о чем угодно, только не о том, что со мной что-то не так. И все же почему-то я не была удивлена. Я не помнила свою прошлую жизнь, но точно знала, что она состояла из проблем. И они преследуют меня даже после смерти. Глаза начало жечь, вот только слезы не приходили.

– Кэти, посмотри на меня, – попросил Адам.

Когда я не отреагировала, он переместился так, чтобы наши глаза встретились.

– Почему Цитадель просто не заберет меня у тебя? – устало спросила я.

– Я им этого не позволю, – в голосе Адама прозвучало обещание. – Твое присутствие в этом мире обеспечивает магический свиток, а он привязан ко мне. Поверь, я не отдам им тебя. Кому как не мне знать, как легко Цитадель ломает судьбы людей.

Боль в его голосе заставила меня наконец очнуться и вернуться в реальность. Адам по-прежнему стоял так близко, что нас разделяли считанные дюймы. Его серые глаза были прищурены, а поджатые губы превратились в тонкую линию. Но сейчас он не пугал меня. Я знала, что его злость направлена не на меня, а на Цитадель. Как бы я хотела стереть печать грусти с его красивого лица…

Позади раздался торопливый вздох, и я вспомнила о Кельвине, ставшем свидетелем нашего разговора. Отшатнувшись от Адама, я закашлялась и нервным жестом пригладила волосы на голове.

– Спасибо, Адам. Мне повезло, что подходящая вакансия оказалась именно в твоем агентстве.

– А я думал, это мне с тобой повезло, – улыбнулся он уголком рта.

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а потом я повернулась к Кельвину.

– И тебе спасибо, Кельвин. Кстати, почему ты все-таки решился рассказать нам о Шарсоне?

Лицо Кельвина залилось краской.

– Вы мне нравитесь. Констебль Шарсон несправедлив к вам, Дымкам не помешает помощь.

– Мы приложим все усилия, – улыбнулся Адам, и в его голосе слышалась твердая уверенность.

Адам еще раз подробно расспросил Кельвина обо всем, что он видел в Цитадели, и тот наконец засобирался домой. Время давно перевалило за полночь, и я даже подумала предложить Кельвину переночевать в гостевой спальне, но вовремя вспомнила, что она представляет собой пустое помещение с гнилым полом и осыпавшейся с потолка штукатуркой. С приемом гостей придется подождать до ремонта.

Уже в дверях Кельвин замер и понуро обернулся:

– Адам, ты поправил контур дома?

– Да, – кивнул Адам. – Запретил открывать дверь, когда меня и Кэти нет на месте.

Кельвин загрустил еще сильнее.

– А что насчет меня? Ты убрал меня из перечня близких друзей?

Повисла пауза, и Кельвин уставился на Адама глазами брошенного под дождем щенка. Я даже позавидовала: вот уж кому не составляет труда разреветься.

– Нет.

Кельвин просиял, радостно попрощался с нами и даже помахал мышонку, занявшему свой сторожевой пост на шкафу. Дверь захлопнулась, и Адам усмехнулся:

– Надеюсь, я не пожалею об этом.

Глава 6

Адам

Стоило Кельвину уйти, как Кэти тут же замкнулась в себе. Не глядя в сторону Адама, она пробормотала, что поднимется к себе, и вышла из гостиной. Когда ее хрупкая фигурка затерялась в темноте на лестнице, сердце Адама сжалось от сочувствия.

Не зря он оберегал ее от новостей про Цитадель… Кэти отреагировала даже болезненнее, чем он ожидал. Внимание такой влиятельной организации редко сулит нечто хорошее, а если прибавить сюда провалы в памяти… Страх в огромных серых глазах Кэти заставил Адама забыть про присутствие Кельвина и подойти к ней. Казалось, она вот-вот разрыдается, но ее щеки оставались сухими. Адам придвинулся еще ближе и лишь в последний момент вспомнил, что не сможет ее коснуться. И та злость, которая охватила его в этот момент, неприятно удивила его своей силой.

Покачав головой, Адам плеснул в бокал на два пальца виски и устроился в кресле у камина. Пламя пожирало дрова и разбрасывало огненные искры, и разомлевший мышонок растянулся на полу.

Адаму следовало бы хорошенько подумать над делом, но в голову упорно лезла Кэти. Она вела себя настолько непринужденно, что Адам вдруг понял: он перестал воспринимать ее как духа. Сейчас она была для него помощницей, хорошей коллегой и просто… красивой девушкой. Поймав себя на этой мысли, Адам глотнул виски и взъерошил волосы. Дамиан непременно сказал бы, что Адам одичал и срочно нуждается в щедрой порции женской ласки.

Хотя будь здесь Дамиан, он бы не позволил Адаму вести столь аскетичный образ жизни. Он непременно потащил бы его на вечеринку, на которую его пригласили, хотя он в городе всего десять минут, или – на худой конец – в таверну с живой музыкой и симпатичными подавальщицами. Но Адам не хотел на вечеринку. Ему было действительно интересно заниматься делами агентства в компании Кэти. Ее поддразнивания и вечно вздернутая бровь делали работу веселее. А когда Кэти смеялась, она запрокидывала голову, и Адам мог насладиться видом ее длинной красивой шеи, которой касались завитки светлых волос.

– Я совсем спятил, – произнес он вслух и потер виски.

Звук его голоса разбудил мышонка, и он вскарабкался на подлокотник кресла и принюхался. Глаза-бусинки выглядели обиженными, словно Адам не поделился с ним вкусняшкой.

– Обойдешься, – фыркнул Адам. – Хватит с тебя моих свечей, а не то станешь алкоголиком!

Мышонок надулся, но попытки влезть в бокал оставил. Адам, прищурившись, посмотрел на него и покачал головой.

– Что же нам с тобой делать? Мне ты вреда не причинишь, свиток не позволит… Кэти тебя любит, но ты опасен для гостей и клиентов.

Зверек принял виноватый вид, а Адам подумал о том, что он слишком умен для летучей мыши. Пусть разумным существом его не назовешь, он явно сообразительнее, к примеру, кошки или собаки.

Чтобы проверить свою догадку, Адам продолжил:

– Ты молодец, что защитил дом, но пугать Кельвина не стоило. Он наш друг и никому не расскажет о тебе, но будь на его месте случайный прохожий, маги из Цитадели уже были бы здесь.

Мышонок поежился, закутался в кожистые крылья словно в плед и испуганно застрекотал. Он точно все понимает! Теневиков называли условно разумными существами, для прокорма способными даже объединяться в группы. Но примитивы считались животными с соответствующими повадками.

Вполне вероятно, что эта теория неверна. Этот мышонок соображал лучше некоторых магов.

– Кэти переживает за тебя, – кивнул Адам, сделав новый глоток. – А я за Кэти. Хочешь помочь мне в решении этой проблемы?

До чего он дожил?! Разговаривает с тварью из Сурилрома! Видел бы его Дамиан – непременно поднял бы на смех, а потом потащил к мозгоправу.

Мышонок не спешил уходить, словно прекрасно понимая, о чем идет речь.

– Позволишь себя осмотреть? – закрепил успех Адам.

Мышонок вдруг взлетел с подлокотника кресла и опустился на ладонь Адама. Довольно красноречивый ответ, конкретнее не придумаешь. Надо запомнить, что теперь в доме есть еще одно существо, которое может его подслушать.

На ощупь мышонок оказался гораздо тяжелее, чем на вид. Сколько же в нем веса и как быстро он растет? Пару дней назад он умещался на ладошке Кэти, а сейчас стал значительно крупнее.

Сперва Адам действовал осторожно, но вскоре осмелел – мышонок мученически терпел осмотр, не думая улетать. Его кожистые крылья оказались удивительно эластичными, шерсть на тельце же больше походила на собачью. Но самое удивительное открытие Адам сделал в пасти мышонка. На каждой челюсти находилось несколько отростков, нисколько не напоминающих зубы, да и строение глотки выглядело необычным… Очевидно, именно они и давали ему возможность плеваться огнем.

Мышонок начал терять терпение, и Адам послушно поднял руки в воздух.

– Я уже закончил. Спасибо. Предлагаю сделку: ты не плюешься огнем, а я позволяю тебе остаться с Кэти.

Мышонок пошевелил ушами и склонил голову в знак согласия, и Адам хмыкнул. Пожалуй, ему пора обновить противопожарные плетения в контуре заклинаний дома. Что-то ему подсказывало, что мышонок все равно не сдержится.

Прикончив бокал виски и отпустив мышонка к Кэти, Адам поднялся в спальню и выдвинул ящик бюро. Прежде чем он отправится в постель, у него есть еще одно дело.

Письмо Мэйсону.

Им сильно повезет, если он решит помочь – другого такого некроманта надо поискать. Поднятию умертвий Мэйсон предпочитал работу с немертвыми состояниями и весьма преуспел в этом. За последние три года они не перемолвились и словом, а все предыдущие письма Адама Мэйсон уничтожал. Адам знал, потому что любопытства ради запечатывал конверты заклинанием. Чаще всего Мэйсон отправлял их в камин, изредка развеивал прямо в воздухе, а один раз даже растворил в кислоте.

Сейчас Адаму необходимо, чтобы Мэйсон откликнулся на помощь, а для этого он должен прочесть письмо… Ведь помимо расследования Адаму требуется помощь с Кэти. Мэйсон наверняка сумеет понять, что отличает ее от прочих духов.

Секунду поразмыслив, Адам хмыкнул и изложил свою просьбу на листке бумаги. Затем засунул его в конверт, на котором размашисто написал:

«Мэйсону. Этим письмом я делаю тебе одолжение. Не откроешь, будешь идиотом»

Это приведет его в бешенство, но может сработать.

Глава 7

Кэти

Самым неприятным в моем теперешнем состоянии духа было отсутствие сна. Спальня у меня имелась – та самая комната, в которой Адам провел ритуал призыва. Я выбросила весь мусор, смыла пентаграмму с пола и даже притащила старую кровать с другого этажа.

У меня было все необходимое, но заснуть не получалось. Ни забыться глубоким сном, ни задремать на несколько минут – я ни на секунду не могла отключиться от своих мыслей. Всю ночь пялилась в потолок, думая о словах Кельвина, и утром почувствовала себя разбитой. Повезло хоть, что физической усталости я не испытывала.

Сегодня нам с Адамом предстоял визит в похоронное бюро, и я взлетела над постелью, едва услышав его шаги внизу. Если вовремя не появлюсь, Адам может уйти без меня.

Словно почувствовав мое движение, на краю кровати зашевелился мышонок. Он сонно зевнул и потянулся, распластав крылья в разные стороны.

– Хоть бы постеснялся дрыхнуть рядом со мной, – вздохнула я, и мышонок взлетел на мое плечо. – Ладно-ладно, не подлизывайся!

Ворчала я только для виду. На самом деле мне нравилось коротать ночь вместе с Малышом – именно так я назвала зверька. А если Адам решил избавиться от него после случая с Кельвином, то это были наши последние часы вместе.

Я направилась в сторону выхода. С Малышом на плече я не могла двигаться сквозь стены, и это к лучшему. Этажом ниже бежала вода в душе, и я сгорала от желания заглянуть туда. Буквально одним глазком!

Не очень-то приятно чувствовать себя развратницей.

Стоило мне спуститься вниз, как в гостиную вышел Адам. Он был одет в мягкие домашние штаны, низко сидящие на бедрах, а рубашки на нем вовсе не было. Потеряв дар речи, я глупо открыла и закрыла рот. Заступница, что он творит?! Я мертвая, но не железная!

– О, ты уже встала, – сказал Адам, промакивая влажные волосы полотенцем. Капельки воды стекали по его широкой груди, и я заставила себя отвернуться, прежде чем они достигнут впадины пупка и уходящей в штаны полоски волос. На воображение я никогда не жаловалась, но если так пойдет и дальше, то однажды я не пройду мимо душевой.

– Ты не мог бы?… – выдавила я из себя и неопределенно взмахнула рукой.

– Прости, – смутился Адам. – Так торопился позавтракать, что забыл про рубашку. Тебе неприятно?

Ага, так неприятно, что я сгораю от нетерпения рассмотреть тебя получше. Желательно, когда ты спишь. У меня по ночам как раз уйма времени.

– Я не ханжа и уверена, что женских монастырей в моей биографии не отметилось. Но мы с тобой коллеги, даже больше – ты мой начальник.

В противовес своим словам о монастырях тон я избрала самый что ни на есть занудный. Таким вполне могла говорить директриса пансиона для девочек. Или старая дева, впервые в жизни увидевшая мужской торс. В отличие от последней я бы с удовольствием полюбовалась на Адама, но что дальше-то? Вряд ли ему понравятся мои взгляды украдкой и томные вздохи.

Почувствовав, как в воздухе заклубилась магия, я обернулась и увидела, как к Адаму подплыла рубашка. Он набросил ее на плечи и принялся застегивать пуговицы. Он делал это так медленно, что во рту пересохло. Перед глазами всплыла вчерашняя картинка, когда Адам утешал меня, стоя совсем близко… Я могла бы почувствовать запах его туалетной воды, если бы была способна различать запахи.

– Ты права, – кивнул Адам. – Ты моя помощница, и я должен вести себя подобающим образом. Кстати, насчет твоего зверька – можешь оставить его.

Я покачнулась в воздухе, не поверив своим ушам.

– Что? Но ведь Малыш опасен…

– Ты назвала его Малышом? – хмыкнул Адам. – Да, он опасен, и, если Шарсон узнает, нам влетит. Так что попроси его не покидать дом и не показываться, когда у нас клиенты или гости.

Я только что отчитала его за отсутствие рубашки в собственном доме, а он разрешает мне оставить тварь из Сурилрома, зная, что местный констебль точит на него зуб? Адам умеет удивлять!

– Но почему ты это делаешь? – тихо спросила я.

Адам застегнул последнюю пуговицу, пригладил ладонью влажные волосы и повернулся ко мне:

– Потому что он тебе нравится.

Адам ушел на кухню, оставив меня в крайне растрепанных чувствах. Я прижала Малыша к себе и чмокнула его в лоб, отчего он возмущенно запищал и вывернулся из моих рук. Я же покружилась по гостиной и поймала на себя на глупой восторженной улыбке.

День засиял новыми красками, и я понадеялась, что в похоронном бюро нам тоже повезет. Пока мы ни на дюйм не приблизились к разгадке мертвого мистера Найджела, а я хорошо помнила слова Адама.

У нас всего два дня.

Похоронное бюро находилось на самой окраине Дымков, почти за городом. Первым в глаза бросился храм Заступницы с невысоким стеклянным куполом. Сейчас такие не строили, почему-то считалось, что Заступница больше уважает двух, а то и трехэтажные строения. Позади раскинулось кладбище с ровными рядами могил.

Само похоронное бюро, притулившееся за храмом, оказалось крохотным зданием, выкрашенным в грязно-желтый цвет.

– Нам сюда, – сказал Адам и вошел во двор.

Я влетела следом ним и едва не наткнулась на гранитный памятник с высеченным на нем изображением пожилого тролля. Надпись под портретом гласила: «Любимый зять, покойся с миром». Оглядевшись, я поняла, что практически каждый клочок двора занимали памятники. Между лопатками пробежал холодок. Все здесь буквально фонило смертью, и мне стало не по себе. Как будто она могла настигнуть меня и окончательно утащить за собой.

Не знаю, что я ожидала увидеть, но бюро походило на обычную контору – в приемной стояли два письменных стола, на каждом из которых возвышалась стопка бумаг. В стене между ними располагалась еще одна дверь, из-за которой доносились голоса. Несмотря на утро буднего дня, бюро пустовало.

– А где все?..

Не успела я договорить, как прямо из ниоткуда перед нами появилась полупрозрачная пожилая женщина с седым пучком на голове, одетая в длинную юбку и огромный свитер. Она тоже дух! Женщина неловким жестом дотронулась до круглых очков на носу – они нисколько не шелохнулись – и медленно сфокусировала взгляд на Адаме.

– Мистер Блейк? – тихо спросила она. – Мистер Горфрив вас ждет. Он освободится через несколько минут.

Я, ошарашенная, буквально застыла на месте. Впервые я видела свою, так сказать, коллегу.

– Благодарю, – кивнул Адам.

Женщина-дух не отреагировала на его слова. Она продолжала рассматривать Адама, будто переваривая его слова. Теперь я понимала, о чем говорил Адам. В ней практически не было жизни, она напоминала, скорее, манекен, чем живого человека.

И все же я не могла не воспользоваться этим шансом.

– Простите, миссис? Вы дух, как и я?

Только в этот момент женщина меня заметила: она перевела на меня тот же пустой взгляд и медленно кивнула.

– Вас тоже осудили на развоплощение тела за преступление? – торопливо заговорила я. – Вы помните свою прошлую жизнь? Помните само преступление или только приговор?

– Помню, – после секундной заминки отозвалась она. – Но я не совершала преступлений. Я тяжело болела. У моей семьи не было денег на похороны, и тогда я заключила контракт с мистером Горфривом, владельцем похоронным бюро. Полный пакет ритуальных услуг за его счет в обмен на мою пятилетнюю службу духом.

В ее глазах не было ни любопытства, ни горечи, в них вообще ничего не было. Она констатировала факты равнодушным тоном, словно они ее не касались.

– Спасибо…

Я отступила, и женщина-дух в ту же секунду забыла обо мне, вернулась к столу и принялась перебирать бумаги.

– Я же говорил, ты другая, Кэти, – сказал Адам. – Сперва я думал, что твои эмоции – заслуга свитка, который вытряхнул тебя с Изнанки. Но вскоре понял, что это просто ты. И мы обязательно разберемся, что с тобой случилось.

Адам посмотрел на меня таким долгим взглядом, что у меня перехватило дыхание. Зачем он возится со мной? Да, я помогаю ему в делах агентства, но проблем от меня еще больше. Взять хотя бы Малыша! Я почти решилась задать эти вопросы Адаму, но дверь кабинета вдруг отворилась и оттуда вышли заплаканная молодая женщина и высокий худой мужчина. Не глядя на нас, она прошла мимо, а мистер Горфрив – наверняка это был именно он – радостно потряс руку Адаму.

– Прошу, проходите в кабинет.

Кабинет обстановкой и отделкой походил на приемную, а вот его хозяин – мистер Горфрив – в отличие от своей сотрудницы-духа сильно нервничал. Я ожидала, что нам с Адамом придется с боем вытягивать из него информацию, но он принялся говорить, едва мы переступили порог. Еще бы! Оживающие покойники – это не то, чем может гордиться похоронное бюро.

– Рад вас видеть, мистер Блейк. Миссис Найджел сообщила, что вы придете. Вы ведь разберетесь с нашей проблемой? – с надеждой спросил мистер Горфрив и вытащил из нагрудного кармана сразу два платка. Одним он протер красноватое лицо, а вторым – сверкающую от пота лысину. – Это совершенно немыслимо! Ни разу на моей памяти не случалось ничего подобного, а я владею похоронным бюро тридцать лет! Когда миссис Найджел прислала записку, что ее муж вернулся, я решил, что это дурная шутка. Но все же наведался на кладбище, где обнаружил выкопанную могилу и пустой гроб. Мне удалось скрыть все следы, но что, если ситуация повторится?

Мистер Горфрив прижал ладони к груди и драматично вздохнул. Я только глазами захлопала – слова вылетали из его рта так быстро, что у меня голова закружилась.

– Мы сделаем все возможное, – кивнул Адам. – Давайте начнем с самого начала. Когда мистер Найджел был похоронен? Вы заметили что-то странное? Может быть, что-то пошло не так?

Мистер Горфрив быстро покачал головой и, выпрямившись, гордо произнес:

– У нас высокие стандарты качества – мы каждого клиента хороним с той же внимательностью, что и любимую тетушку.

Я содрогнулась. Такой девиз звучал скорее жутковато, чем привлекательно.

– Я не сомневаюсь в качестве вашей работы, но нам нужны подробности, – жестко произнес Адам.

– Конечно-конечно, – запричитал мистер Горфрив и снова полез в карман за платками. – Похороны состоялись в прошлую субботу. Вдова выбрала гроб из дуба – самый роскошный вариант из нашего ассортимента. Гробы из дуба очень прочные, но мистер Найджел играючи выбрался из могилы, словно крышка ничего не весила.

– Что-то еще? – спросил Адам, присаживаясь на стул.

– Тело обрабатывал мой лучший бальзамировщик – Рональд. Он странный малый, зато настоящий мастер своего дела, пусть методы у него и весьма необычно для нашего бизнеса. Тело нам передали в ужасном состоянии, ведь мистера Найджела избили до смерти, но в день похорон он выглядел как огурчик.

Мистер Горфрив довольно причмокнул губами, и мы с Адамом переглянулись. Каждая профессия накладывает отпечаток на личность. Например, после службы в Цитадели Адам вдвое подозрительнее обычных горожан, а мистер Горфрив сравнивает покойников с овощами.

И все же это новое дело мне нравилось все меньше и меньше.

– Что еще… Могила располагается в хорошем месте на нашем кладбище, храмовник Заступницы провел ритуал прощания – все как положено. Не понимаю, что могло пойти не так!

– Вы нанимали новых сотрудников в последнее время? – спросил Адам.

– Нет… – покачал головой мистер Горфрив. – Последним я нанял как раз Ронни, но с тех пор уже три года прошло. Очень преданный сотрудник, всегда соглашается поработать внеурочно.

Адам посмотрел на меня, и я покачала головой, дав понять, что у меня нет вопросов.

– Спасибо. Теперь нам необходимо осмотреть все помещения, поговорить с сотрудниками и заглянуть на кладбище, чтобы увидеть могилу.

Адам поднялся с места, а мистер Гофрив вдруг замялся.

– Я отпер все двери, так что бюро в вашем распоряжении! Но сотрудников я отпустил, объявил выходной… Только Нэнси осталась в приемной, на случай если заглянут клиенты.

Мистер Горфрив вперился в меня внимательным взглядом, даже не пытаясь скрыть любопытство. За весь разговор я не произнесла ни слова, и он заметил меня только, когда сам заговорил о духах.

Адам вздохнул.

– Тогда нам понадобится список сотрудников с домашними адресами. Если мы посчитаем нужным, то навестим их.

– Как вам будет угодно, – горячо закивал мистер Горфрив. – Только найдите способ вернуть мистера Найджела в могилу!

На осмотр похоронного бюро ушло около часа. Я по пятам следовала за Адамом, но толку от меня было мало. Витающая в воздухе смерть незримо давила, заставляя судорожно хватать воздух ртом. На складе гробов мне и вовсе стало нехорошо настолько, что Адам насторожился. Вряд ли можно стать еще бледнее, чем я со своей полупрозрачной кожей, но он все же понял, что со мной что-то происходит.

– Кэти, все хорошо? – Адам потянулся ко мне, и его рука замерла в воздухе.

– Да, – с трудом произнесла я, сгорая от желания сбежать отсюда обратно в Агентство. – Просто не могу не думать о… смерти. Было ли мне больно в момент, когда я лишилась тела?

На лицо Адама набежала тень, и он плотнее сжал губы. Я тут же пожалела о своих словах: и самой легче не стало, и Адама отвлекла от работы. Мне нужно взять себя в руки, иначе в следующий раз он оставит меня в агентстве.

– Все нормально! – через силу улыбнулась я. – Просто задумалась. Идем дальше?

Не дожидаясь ответа, я полетела к двери и вскоре услышала шаги Адама за спиной.

Последним неосмотренным помещением осталось рабочее место Рональда – того самого мастера-бальзамировщика. Комнатка оказалась совсем крохотной, и несмотря на погожий день, света через узкие окна попадало мало.

Прищурившись, я быстро осмотрелась и резко покачнулась в воздухе. Длинный металлический стол пустовал, но вот на открытых полках шкафов… Мое сердце на мгновение пропустило удар и забилось быстрее.

– Артефакты? – удивленно сказал Адам.

– В основном косметические, – уверенно заявила я. – Теперь понятно, как именно Рональд приводит тела в порядок.

Я узнавала тип каждого из артефактов буквально с одного взгляда. Могла назвать характеристики, эффект, который получит клиент, слабые места магической структуры… Даже интервалы зарядки для бесперебойной работы! Все эти знания всплывали в голове сами собой, без малейшего усилия.

Повернувшись к Адаму, я выпалила:

– Я была артефактором!

Адам обогнул разделяющий нас металлический стол и внимательно посмотрел на меня.

– Ты уверена?

Я растерянно покачала головой, а потом кивнула.

– Не совсем… Но я точно работала с артефактами, потому что мне известно о них буквально все. – Я подплыла поближе к полке и указала на последний в ряду артефакт, формой напоминающий раковину. – Например, вот этот снимает отеки. Не думала, что его можно использовать и для мертвых… А этот – тот, что похож на зеркало – отбеливает кожу лучше, чем любое зелье. Между прочим, это весьма недешевый артефакт! Я однажды продала такой постоянной клиентке и целый месяц ужинала только в дорогих ресторанах.

Меня повело, и я, ахнув, приложила ладонь ко лбу. Перед глазами, быстро сменяя друг друга, замелькали образы: точно такой же артефакт в бархатной коробочке на стойке, пышная дама в длиннополой шляпе, протягивающая мне деньги, и огромная амбарная книга, в которой я сделала запись о покупке.

– Кэти? – мягко позвал меня Адам. – Ты в порядке?

– Д-да… Я только что вспомнила, как продавала артефакт.

Не удержавшись, я взяла зеркальце в руки, и подушечки пальцев закололо. Я попробовала по привычке пропустить силу сквозь артефакт, но ничего не вышло. Духи не владели даром, но теперь я точно знала, что когда-то была магом. Возможно, работала в лавке артефактов или чинила их… Моя прежняя жизнь была неразрывно связана с магией. В груди болезненно закололо. Как будто я лишилась конечности и только сейчас осознала эту потерю.

– Вспомнила еще что-то?

Я перевела взгляд на Адама. Он выглядел взволнованным, его серые глаза сверкали от нетерпения. В ожидании ответа он запустил ладонь в волосы, и темные пряди рассыпались по обе стороны его лица.

– Нет, – мотнула я головой. – Но это уже что-то. Артефакторика не самая распространенная магическая профессия, и теперь у меня будет шанс узнать больше. Но сейчас давай займемся тем, ради чего мы сюда пришли.

Адам не пошевелился. Он все еще смотрел прямо на меня, не спеша отворачиваться. Хотя я висела в нескольких футах от пола, Адам был так высок, что наши глаза располагались на одном уровне. Будь я живой, он бы надо мной горой возвышался. В такой маленькой комнатке это особенно ощущалось – Адам словно занимал собой все пространство.

Тряхнув головой, я кашлянула и первой отвела взгляд. На глаза попался еще один шкаф с открытыми полками, и я воскликнула:

– Здесь есть и лечебные артефакты.

Адам подошел ближе, и я удивленно хмыкнула. Коллекция артефактов оказалась роскошной, такую не ожидаешь увидеть в заурядном похоронном бюро. Даже по весьма приблизительным прикидкам все это стоит целое состояние!

Своими мыслями я поделилась с Адамом, и он кивнул:

– Я тоже об этом подумал. Смотри, здесь есть имя владельца.

Адам снял с полки ближайший артефакт – «бочонок» для сращивания переломов. Адам разгладил краешек наклейки, и мы вдвоем склонились над ней.

– «Собственность Рональда Дорнана», – прочла я вслух.

Не сговариваясь, мы разошлись в противоположных направлениях, чтобы проверить остальные наклейки, и спустя минут пять Адам подытожил:

– Похоже, все принадлежит этому Дорнану.

– Ничего не понимаю! Почему он работает бальзамировщиком трупов? – потрясла я головой. – С такой коллекцией артефактов на живых клиентах он всего за год работы обеспечил бы себе безбедную жизнь! Можно даже не оказывать услуги, просто продавать несколько артефактов в год. Тут на десятилетия вперед хватит! Зачем ему торчать в похоронном бюро?

Адам прошел вперед и усмехнулся:

– Это нам и предстоит выяснить. Я нашел журнал с записями дежурств. Мистер Горфрив был прав: над телом мистера Найджела работал именно Рональд Дорнан. Уверен, он имеет отношение к случившемуся.

– Но почему? – удивилась я.

– Магия имеет склонность задерживаться в пространстве. И здесь ее столько, что можно сделать вывод: Рональд обладает сильным даром. – Адам на мгновение замялся, а потом признался: – Еще его магия почему-то имеет запах и отчетливо пахнет карамельками. Первый раз такое вижу.

Я удивленно моргнула, но Адам был совершенно серьезен.

Закончив со зданием бюро, мы заглянули на кладбище. Надгробия выстроились ровными рядами, словно их разлиновали по линейке. Хотя, возможно, так оно и было. Храм Заступницы был старым, а вот само кладбище появилось не так давно. Самые давние захоронения датировались всего лишь последними тремя десятилетиями. Могила мистера Найджела выглядела совершенно безобидно, и на каменной плите лежали свежие цветы.

– Все чисто, – кивнул Адам, опуская руки – кончики его пальцев еще светились серебристым. – Здесь не чувствуется ни энергетических возмущений, ни посторонней магии. Мне бы и в голову не пришло, что гроб может быть пуст.

Жаль! Я надеялась, что Адам найдет улику и мы получим зацепку. Пока что кроме очень богатого бальзамировщика, у нас ничего не было.

– Тогда… – начала я и замолчала.

Мимо нас прошли четверо мужчин, несущие на плечах гроб. За ними тянулась целая вереница людей, одетых в черное. В такой солнечный день как сегодня похоронная процессия выглядела почти неуместно. Последней шла пожилая пара, поддерживающая друг друга. Женщина горько рыдала, а мужчина плакал беззвучно – слезы крупными горошинами текли по его щекам.

Я похолодела. Похоронила ли меня моя семья, если духов вообще положено хоронить? Были ли у меня близкие, которые оплакали мою развоплощение, что по сути является смертью? Я вспомнила несколько деталей из своего прошлого, но они не проливали свет на мою семью.

– Ты готова?

Вопрос Адама застал меня врасплох, и я вздрогнула.

– Прости, что ты спросил?

– На кладбище мы закончили. Пора навестить Рональда.

Сверившись с запиской мистера Горфрива, я подняла взгляд на двухэтажный особняк, в котором проживал Рональд Дорнан. Здесь, на пересечении двух улиц, Дымки заканчивались, уступая место району получше. Но даже для него дом Дорнанов был слишком роскошным. И судя по остаткам строительных лесов на фасаде, недавно его хорошенько отреставрировали. Семья Дорнанов определенно не бедствует. Хотя чему тут удивляться? Достаточно вспомнить коллекцию артефактов в похоронном бюро!

Мы с Адамом подошли к крыльцу, выкрашенному в неожиданно неприветливый темно-фиолетовый цвет, но постучать не успели.

– Никого нет дома, – сообщила нам вынырнувшая из ниоткуда старушка в роскошном пальто с меховым воротником. Я озадаченно вытянула шею – она, что в кустах пряталась? – Я стучала, но никто не открыл. И зачем только Рон прислал записку, что будет на месте…

Старушка ойкнула и быстро замолчала, словно сболтнула лишнего. Я окинула ее внимательным взглядом. Холеная зрелая кожа лица, руки, явно не знавшие работы. Идеально уложенные седые волосы благородного оттенка. Может быть, Рональд все же приторговывает косметическими артефакторными услугами? Или самими артефактами. Это незаконно, конечно. Память вновь оживилась и напомнила, что артефакты следует хранить на специально оборудованном складе. Аккредитованном королевской комиссией, конечно.

Я обернулась к старушке, чтобы задать новый вопрос, но ее и след простыл. Я только глаза выпучила – не думала, что пожилая женщина может развить такую скорость.

Адам хмыкнул.

– Любопытно, что же заставило Рональда изменить планы.

Я пожала плечами. День сегодня погожий, и внезапный выходной можно провести вне дома. Будь я человеком, я бы точно чаще бывала на улице.

– Вернемся в Агентство? – предложила я.

Адам покачал головой.

– Подождем в ближайшей таверне. Мне как раз пора пообедать, а тем временем Рональд может и вернуться.

Мне показалось, или в голосе Адама прозвучали извиняющиеся нотки? Не могу сказать, что мне нравится торчать бестелесным духом в месте, где все жуют и пьют, но это точно не проблема Адама.

– Конечно, – кивнула я. – За поворотом есть таверна. Я видела ее, пока мы ехали в экипаже.

Я продвинулась вперед, а потом остановилась, дождавшись, пока Адам поравняется со мной. Он, засунув руки в карманы, быстрым шагом направился вниз по улице, а я полетела рядом с ним, по привычке имитируя ходьбу.

Случайный прохожий наверняка счел бы нас странной парой. Красивый, одетый по погоде мужчина и полупрозрачный дух в блузке и юбке. Почему-то казалось, что в прошлом я не гналась за модой, но сейчас мне отчаянно хотелось сменить одежду. Хотя бы просто снять туфли!

Перед таверной было пусто, только одинокий дворник-шости мел листья. Он сгребал их в кучку, но новый порыв ветра тут же раскидывал их по мостовой. Дворник пожимал плечами и так же флегматично проделывал все сначала.

Среди всех рас, живущих в Стокахме, самыми крупными были тролли, а самыми высокими – вампиры, но конкретно этот шости походил на них обоих. Может, смесок? Если присмотреться к его сероватому лицу, то в нем угадывались острые черты, больше свойственные вампирам. А вот голова была совершенно лысой, хотя вампиры были знамениты своими роскошными шевелюрами.

Мы с Адамом прошли мимо, но шости не обратил на нас внимания, всецело увлеченный листьями. Из таверны вышел подросток-человек, но заметив дворника, он вздрогнул всем телом и обошел его по максимально широкой дуге.

Пожав плечами, я проскользнула вслед за Адамом в таверну и заняла стол у стены. Окна отсюда было далеко, а другого освещения в таверне не имелось. Если повезет, посетители не поймут, что я не человек. Конечно, кроме тех, кто заметил, что я не переступила порог, а перелетела.

Пока Адам обедал, я крутила головой по сторонам, разглядывая посетителей. Здесь было не так много народа, как в таверне у рынка, зато на столах лежали скатерти. В углу нашлась и старушка, которую мы встретили у дома Рональда. Похоже, и она решила скоротать время за едой.

Дверь таверны распахнулась, и внутрь вошел тот самый дворник-шости. Он ссутулился, словно в попытке стать как можно более незаметным, и прошел напрямик к стойке.

Зал таверны буквально взорвался возмущенными возгласами.

– Снова он?

– Да откуда-то он такой вообще взялся?!

– Вот обязательно было заходить внутрь?

– Теперь у меня кусок в горло не полезет! – пожилая фея, сидящая на специальной подставке на стуле, бросила вилку на стол и недовольно сложила руки на груди.

– Я вынес бы тебе еду… – вздохнул хозяин таверны и забрал монеты, которые дворник положил на стойку. – Подожди снаружи, подавальщица принесет тебе обед.

Я удивленно открыла рот. Почему ему нельзя поесть в таверне? Не настолько уж она фешенебельная, на парочке скатертей я точно заметила дырки.

Дворник не удивился. Он, кивнув, подхватил прислоненную к стене метлу и зашагал к выходу. Его спину сверлили гневными взглядами все посетители таверны. Я повернулась к Адаму, чтобы обсудить случившееся, но увидела, как он яростно режет ножом кусок мяса. На его лице застыло странное выражение – не то брезгливости, не то досады.

Что это с ним? Он только что уплетал похлебку за обе щеки, а тут пилит несчастный стейк так, будто он ему денег должен. Оглядевшись, я поняла, что атмосфера в таверне переменилась. Посетители угрюмо жевали, больше не переговариваясь между собой, а хозяин таверны почти с ненавистью полировал стойку тряпкой.

Под ложечкой засосало. Что-то здесь не то… Но не успели неясные ощущения оформиться в конкретную мысль, как дверь снова отворилась, и внутрь впорхнула Даяна – старая подруга Адама. Она направилась к свободному столику в противоположном углу, но, заметив нас, просияла и подошла к нам.

– Адам! – почти восторженно выдохнула она. – Как удачно мы встретились.

Мысленно я вздохнула. Вот уж повезло так повезло!

Глава 8

Адам

Даяна? Когда она плюхнулась к ним за стол, Адам не поверил своим глазам. Пышный рукав ее платья едва не угодил в тарелку, и изнутри поднялась волна раздражения.

– Осторожнее! – недовольно сказал Адам.

В зеленых глазах Даяны вспыхнул огонек обиды, да и Кэти глянула на него так, словно он отобрал конфетку у ребенка. Адам уже открыл рот, чтобы попросить Кэти не лезть не в свое дело, но вдруг замер. Что это с ним? Он никогда не грубил людям без особой необходимости и уж тем более своим близким.

– Ты в порядке? – тихо спросила Кэти.

– Конечно, – с трудом проглотив резкий ответ, ответил Адам.

Даяна в нерешительности замерла возле их стола, не решаясь сесть. Прежде чем Адам успел что-то сделать, Кэти первой предложила ей пообедать с ними. Даяна примостилась на краешек стула и удивленно уставилась на Кэти. Да, Кэти на редкость живая, и если раньше приходилось сталкиваться с духами, то не заметить разницу невозможно.

– Как ты тут оказалась?

Вопрос прозвучал скорее требовательно, чем вежливо, но Адам и так сделал над собой усилие. Его дурное настроение вело себя как выкипающая на огне кастрюля. Мысленно он пытался убавить пламя и привести себя в норму, но получалось скверно.

– Случайно. Или ты подозреваешь, что я за тобой следила? – оскорбленно выпрямилась Даяна. – Один мой клиент слишком стар для прогулок на рынок и заказывает книги на дом. Сегодня я как раз занесла ему последние покупки. А вы что здесь делаете?

Адам открыл рот, но Кэти успела первой:

– Мы тут по работе.

Когда подошла подавальщица и Даяна принялась диктовать ей свой заказ, Кэти повернулась к Адаму и тихо спросила:

– Что это с тобой?

– Сам не знаю, – пожал плечами он. – Настроение резко испортилось, и мне как будто снова четырнадцать. Я не могу себя контролировать, слова вылетают сами собой.

– И как продвигается расследование? – спросила Даяна, прикуривая сигарету и делая первую затяжку. Запрокинув голову, она выдохнула облачко дыма, и Кэти поморщилась и махнула рукой перед собой.

Адам насторожился. Выглядит так, словно Кэти чувствует запах сигарет. Но ведь она не раз жаловалась, что человеческие ароматы ей не доступны. Почему с сигаретным дымом иначе?

Кэти подняла голову и испуганно вздрогнула, заметив, что Адам смотрит на нее.

– Расследование продвигается вполне продуктивно, – ответил Адам. – Прости, Даяна, ты не могла бы не курить здесь?

Она виновато опустила голову, отчего ее волосы упали ей лицо.

– Прости. Мы так редко обедаем вместе, что у меня совсем вылетело из головы, что ты не любишь запах дыма за едой. – Она потушила сигарету и улыбнулась. – Помнишь, как мы втроем сидели в том дорогущем ресторанчике у Цитадели? Нам хватило денег только на чай, но на улице лил дождь, и выходить наружу не хотелось. Дамиан сбегал за сэндвичами из забегаловки на углу, и мы украдкой жевали их, давясь от смеха.

– Помню, – кивнул Адам, и против воли его сердце дрогнуло.

Когда Дамиан отправил Даяну домой, к ним присоединились Мэйсон и Томми. Первый с ним больше не разговаривает, а второй… тоже не разговаривает! Потому что считает, что это по вине Адама они тогда чуть не погибли. В каком-то смысле так оно и было, но в этом деле все еще оставалось слишком много странного… Расследование прикрыли через месяц после случившего, пока Адам валялся в госпитале.

В тот год Дэмиан здорово его поддержал, так что за Адамом должок. Он обязан если не позаботиться о Даяне, то как минимум оценить, насколько все плохо. Нужно разобраться, что именно заставило ее уйти из дома. Она не раз порывалась покинуть дом, но дальше ночевки в дорогущем отеле дело обычно не заходило.

– Как насчет субботы? – спросил Адам.

Даяна удивленно захлопала ресницами.

– О чем ты?

– Об обеде, который я тебе пообещал. Если меня не задержат дела Агентства, то я приглашаю тебя в «Крыло Заступницы» к семи. Столик забронирую сам.

С каждой новой фразой Адам убеждался, что странное состояние его отпустило – он снова стал самим собой. Хорошо, что он не успел наломать дров!

– С удовольствием! – покраснев, ответила Даяна.

Кэти отвернулась, спрятав лицо за стеной светлых волос.

Глава 9

Кэти

В груди пекло с такой силой, словно я проглотила головешку от костра. Лучше бы я в этот момент отлучилась… Адам пригласил Даяну в ресторан прямо на моих глазах, и несмотря на обещания, что я дала самой себе, меня душила ревность.

Даяна была красива и очаровательна. Стройная, с хорошей фигурой, ярко-зелеными глазами и белокурыми волосами, она притягивала чужие взгляды. Все посетители таверны глазели на нее, но сама Даяна смотрела только на Адама.

Я отвернулась, жалея, что села так далеко от окна – сейчас было бы чем заняться. Вообще-то я могла бы отправиться к дому Рональда, но Адам наверняка не позволит мне идти одной. Он трепетно относится ко мне как к напарнице, но совершенно не поймет, что я уязвлена как… женщина.

Обед длился целую вечность, и едва он закончился, я первой вскочила с места. Адам еще расплачивался, а я уже вылетела из таверны. На углу здания увидела дворника-шости, который обедал, держа тарелку на весу. Он сидел на крохотном, явно сколоченном наспех табурете и выглядел таким несчастным, что мне стало не по себе. Почему с ним так обращаются? Шости зыркнул на меня исподлобья, и я переключилась на дверь таверны. Я его прекрасно понимала: мне тоже не нравилось чужое внимание.

Адам вместе с Даяной вышли на улицу, воркуя о чем-то своем, и я едва удержалась от вздоха. Надо привыкать: если Даяны в жизни Адама станет больше, то и я начну видеться с ней чаще. И права голоса в этом вопросе у меня нет, я всего лишь сотрудница Агентства.

Попрощавшись, Даяна отправилась на рынок в свою лавку, а мы с Адамом зашагали к дому Рональда. Я не собиралась заводить разговор, но Адам вдруг спросил:

– Ты чувствуешь запах сигаретного дыма?

Вопрос застал меня врасплох. Встрепенувшись, я удивленно посмотрела на Адама.

– Я заметил, как ты морщилась – и тогда, в лавке Даяны, и сейчас, в таверне.

– Да… – кивнув, я обняла себя за плечи. – Я тоже думала об этом. До этого все запахи, что я ощущала, принадлежали либо Изнанке и миру Сурилрома, либо мертвым как в случае с мистером Найджелом. Обычные человеческие запахи мне недоступны, но табак и сигаретный дым…

Меня передернуло от отвращения. Я не просто чувствовала сигаретный дым, я каждой клеточкой своего существа его ненавидела. Это нечто глубоко личное, раз оно осталось со мной даже после смерти.

– Тебе неприятно чувствовать дым… – понял Адам.

– Наверное, в прошлом со мной случилось что-то плохое… Что-то связанное с запахом сигаретного дыма, – предположила я. – Пока что мне известно только одно: едва я чувствую дым, мне становится плохо. Ощущение, словно я снова оказалась на Изнанке: одинокая, безмолвная и всеми забытая…

Голос сорвался, и я замолчала. Искоса посмотрела на шагающего рядом Адама: его лицо приобрело крайне задумчивое выражение.

– Выходит, сигаретный дым – ключик к твоему прошлому. С тобой что-то произошло, и запах дыма стал своеобразной привязкой.

Я с горечью вздохнула.

– Жаль, что понятнее от этого не стало. Я по-прежнему ничего не знаю ни о себе, ни о преступлении, которое совершила. Я словно… пустышка!

– Почему же, – возразил Адам. – Кое-что о тебе мы знаем. В прошлом ты работала с артефактами и почти наверняка имела собственное дело. Я попрошу Кельвина составить список всех владелиц артефакторных лавок Стокахма, а затем мы навестим каждое из них. Возможно, где-нибудь тебя узнают.

Уверенный голос Адама против моей воли зародил во мне надежду. Стиснув зубы, я упрямо возразила:

– Я вполне могла работать у отца или брата. Или вовсе на корону где-нибудь при архиве…

Адам фыркнул.

– Тогда ты бы знала только копировальные артефакты, а не косметические. Нет-нет, без частного дела тут не обошлось. Возможно, из банка со мной свяжутся раньше, чем сработает Кельвин, но мы должны попытаться.

Перед нами показался дом Рональда, и Адам первым взбежал по ступенькам крыльца. Я на мгновение зависла в воздухе, а потом заставила себя последовать за ним.

Адам постучал в дверь, и я, повернувшись к нему, тихо спросила:

– Почему ты это делаешь? Ведь это только отвлечет нас от работы Агентства.

Адам пожал плечами.

– Потому что каждый заслуживает прошлого? И ты мне нравишься, Кэти.

Я с шумом выдохнула, и в это мгновение дверь распахнулась. На пороге показалась пожилая рыжеволосая женщина, одетая в белоснежный домашний халат, расшитый диковинными птицами. Она подняла тонко выщипанную темно-коричневую бровь и спросила:

– Чем могу помочь?

– Добрый день. Мы ищем мистера Рональда Дорнана.

Женщина словно совсем не удивилась незнакомцам на пороге дома.

– Проходите, мой сын освободится через несколько минут.

Миссис Дорнан на мгновение задержала взгляд на мне, а потом посторонилась, пропуская нас внутрь. Все еще оглушенная словами Адама, я перелетела порог и едва не врезалась в круглый столик, на котором стояла ваза с цветами. Лишь в последний момент мне удалось затормозить. Вот умора была бы, окажись они внутри меня!

Мысленно я велела себе встряхнуться. Давай, Кэти, возьми себя в руки. Дело мы пока не раскрыли, да что там, даже на дюйм не приблизились к его завершению.

Я нравлюсь Адаму, и это прекрасно, ведь нам пятьдесят лет работать вместе. Но он в эти слова вкладывает исключительно дружеский смысл. Мы действительно сработались и, можно сказать, подружились, потому Адам и хочет мне помочь.

Когда мы оказались в холле, миссис Дорнан провела нас в следующее помещение, которое напоминало… комнату ожидания. Вдоль стен были расставлены мягкие диваны и кресла, на низком столике стояли кувшин с водой и пара пустых бокалов. Имелась даже стопка носовых платочков.

– Можете пока отдохнуть здесь, – сказала миссис Дорнан и замолчала, выразительно уставившись на нас. Чего это она? Сообразив, что мы понятия не имеем, что она хочет, миссис Дорнан многозначительно добавила: – Оплата вперед.

Оплата? На что мы только что подписались?

– Хм, конечно, – замешкавшись на мгновение, Адам вытащил портмоне. Он достал сразу несколько купюр, и миссис Дорнан быстро выхватила из его рук самую крупную.

Купюра исчезла в кармане ее халата, и подобревшая миссис Дорнан царственно кивнула:

– Рональд скоро освободится.

Стуча каблучками домашних туфель и что-то мурлыча себе под нос, она вышла из комнаты, и мы с Адамом обменялись обеспокоенными взглядами. Неужели коллекцией артефактов в похоронном бюро дело не ограничивалось, и Рональд все же оказывал услуги на дому? Но тогда зачем он работал бальзамировщиком?

Слишком много вопросов – и ни одного ответа.

Я так глубоко погрузилась в размышления, что не заметила, как Адам обошел комнату, а потом вдруг двинулся в мою сторону. Почувствовав движение воздуха, я вскинула голову и увидела перед собой озадаченного Адама. В руках он держал листок бумаги, на котором округлым почерком было написано:

«Правила посещения дома Дорнанов.

Ни в коем случае не приходите на сеанс в состоянии алкогольного или иного опьянения – результат процедуры будет непредсказуем.

Сразу после сеанса отправляйтесь домой или в другое место, где вы сможете отдохнуть в одиночестве.

Не проводите наедине с мистером Дорнаном больше получаса, в первые три посещения – не больше пятнадцати минут.

Дочитав, я изумленно выдохнула. Если первые два правила я еще могла понять, то что не так с третьим? Косметические артефакты творят чудеса с кожей лица и тела, но зачастую им требуется куда больше времени, чем полчаса.

– Странно это, – наконец призналась я. – Я впервые вижу подобные ограничения, и моя память на этот счет тоже молчит.

Адам, прищурившись, хмыкнул:

– Полагаю, как раз сейчас мы и узнаем, в чем дело.

В кабинете послышался шум, и следом дверь распахнулась. Нашим глазам открылась удивительная картина – молодой рыжеволосый мужчина отпихивал от себя старушку на две головы ниже него. Разница в росте ей не мешала – она крепко вцепилась в его локоть и повисла на нем. Присмотревшись, я ахнула. Да это же та самая дама, что ждала Рональда в таверне. Вот только меховой воротник ее пальто в ходе схватки немного обтрепался.

Увлеченные борьбой, они оба не замечали нас, что было только на руку нам. Лично я сгорала от желания узнать, что же тут происходит.

– Миссис Паттерсон, вам действительно пора идти, – в довольно высоком для мужчины голосе Рональда звучало отчаяние. – Ваше время истекло. Я и так позволил вам остаться на двадцать минут вместо пятнадцати!

Ему почти удалось закрыть дверь, но в последний момент старушка всунула ногу в дверной проем, и все началось сначала. Неизвестно, сколько продлилась бы их стычка, но они вдруг заметили нас.

Старушка залилась румянцем, пригладила седые волосы и, слегка прихрамывая, с достоинством вышла из комнаты. Как будто это не она только что яростно била кулаками по двери и одновременно умоляла позволить ей остаться.

Рональд, изменившись в лице, пробормотал:

– Я думал, на сегодня мой прием окончен.

После схватки он тяжело дышал, а его рыжие волосы торчали во все стороны.

Адам виновато улыбнулся:

– Мы приходили раньше, но дома никого не было. Ваша мать взяла оплату и сказала, что вы примете нас, когда освободитесь.

– Да, мне пришлось отлучиться к клиенту на дом – срочный случай. – погрустнел Рональд. – Что ж, я готов уделить вам время. Вы у меня впервые, так что сеанс продлится не более пятнадцати минут.

Адам первым вошел в кабинет, и мне стоило большего труда дождаться своей очереди, а не пролететь прямо сквозь стену. Любопытство мурашками разбегалось по позвоночнику. Что же за сеансы проводит Рональд и как это связано с нашим делом? Интуиция подсказывала, что все это звенья одной цепи.

Оглядевшись, я удивленно покачала головой. Кабинет у Рональда оказался весьма необычным: куда больше он напоминал спальню, чем место приема посетителей. Свет был приглушен, а в центре комнаты располагался мягкий диван, заваленный крохотными розовыми подушками. На спинку был наброшен пушистый плед. Возле дивана стоял низкий столик со сладостями в маленьких тарелочках и новым кувшином с водой.

Брови Адама поползли вверх, да и я начала сомневаться, что «процедура» связана с артефактами. Единственный артефакт – музыкальный – стоял на полке, но сейчас он молчал. Дверей, которые могли вести в другие комнаты, тоже не наблюдалось.

Заметив мой интерес, Рональд извиняющимся тоном сказал:

– Простите, на первый сеансе я не включаю артефакт – сперва нам нужно установить контакт.

Рональд первым сел на диван, ободряюще улыбнулся Адаму и похлопал по обивке рядом с собой.

Адам растерянно осмотрелся: в комнате не было ни кресел, ни стульев. Помедлив мгновение, он с осторожностью опустился на противоположный конец дивана. Это не помогло – Рональд тут же придвинулся к Адаму. Теперь он практически дышал ему на ухо.

Я с трудом удержалась от смешка – уж больно изумленный вид стал у Адама.

Переведя взгляд на меня, Рональд слегка смутился:

– К сожалению, на духов процедура не действует, так что вам придется стать наблюдателем. Или хотите подождать снаружи?

– Я бы предпочел, чтобы мой дух остался со мной, – слишком быстро ответил Адам.

Вряд ли Адам так радеет за расследование – скорее, не хочет оставаться с Рональдом один на один. Да во время схватки с Порождением Адам и то выглядел увереннее!

– Конечно, как вам будет удобно. Главное, чтобы вы смогли хорошенько расслабиться. – Рональд пододвинул к Адаму вазочку с карамельками и подложил ему под спину пару подушек. Таких круглых глаз у Адама я еще ни разу не видела! – Так что привело вас ко мне, мистер…

– Блейк, – отозвался Адам, проигнорировав карамельки.

Я снова мысленно хихикнула. Мы расследовали серьезное дело, и поводов веселиться у меня не было, но я получала удовольствие от происходящего. В последние пару недель моя жизнь била ключом – особенно на контрасте с Изнанкой. К тому же мы наверняка вот-вот узнаем, какие именно процедуры проводит Рональд.

Адам не ответил на вопрос, и Рональд кивнул.

– Понимаю, вы не готовы открыть душу постороннему человеку. Что ж, после первого же сеанса вам станет легче. Горе слегка разожмет тиски, и вы почувствуете себя лучше…

Я насторожилась. Горе? Это уже что-то. Может, Рональд некто вроде врачевателя душ? Я слышала о подобных специалистах, обычно их услуги стоят невозможно дорого.

– Да я не… – начал Адам, но Рональд перебил его и одновременно взял за руку.

– Ш-ш-ш-ш… Если вы не хотите говорить о своей беде, то лучше нам помолчать. Иначе у вас начнет кружиться голова.

Адам открыл рот, словно хотел возразить, но неожиданно вздрогнул всем телом и обмяк. Его глаза блаженно закатились, а голова упала на спинку дивана.

Вот теперь я не на шутку перепугалась и моментально взлетела под потолок. Что здесь происходит?! Может, Рональд незаметно для меня распылил в воздух расслабляющее вещество, а я в силу своего состояния его не чувствую? Все мое веселье тут же улетучилось, и страх за Адама сковал тело.

– Что с ним? – воскликнула я. – Немедленно отвечайте!

– Ничего особенного, мистер Блейк расслабился, как я и говорил.

Моя явно бурная реакция удивила Рональда, но меня это не остановило.

– Мы с мистером Блейком расследуем дело, – наплевав на конспирацию, отчеканила я. – Труп, похороненный вашим бюро, выбрался из могилы и вернулся домой. Мистер Горфрив дал ваш адрес, чтобы мы могли расспросить вас о случившемся.

– Что же вы сразу не сказали? – Рональд укоризненно посмотрел на меня. – Зачем записались на прием? Я бы и так вам все рассказал.

В его голосе было столько обиды, что на секунду мне стало неловко.

– Вот сейчас и расскажите, – вздернула подбородок я. – Это вы работали над телом мистера Найджела перед похоронами?

– Я. Случай был сложный, – кивнул Рональд. – Тогда если сеанс вам не нужен, предлагаю переместиться в гостиную, где я и…

Его прервал негромкий храп, и мы с Рональдом перевели взгляд на Адама – он, развалившись на диване и прижав к себе одну из подушек, крепко спал.

– Надо же, а ведь он провел со мной всего семь минут, – удивился Рональд. Я испуганно дернулась, и он поспешил меня успокоить. – Не стоит беспокоиться, мистер Блейк в порядке. Напротив, этот короткий сон восстановит его силы. Не зря в моем кабинете стоит именно диван.

Я подплыла поближе к Адаму и всмотрелась в его лицо. Во сне его хмурая морщинка между бровями разгладилась, и он стал выглядеть моложе. Кажется, он и впрямь безмятежно спит – дыхание размеренное, даже ресницы не дрожат.

Я стянула с Адама ботинки и уложила его ноги на диван. Затем укрыла его пледом и обернулась к Рональду.

– Хорошо, но я жду от вас подробный рассказ.

Глава 10

Вслед за Рональдом я проплыла в маленькую уютную гостиную. По каминной полке, заставленной милыми безделушками, и стопке книг на столике в углу было понятно, что в комнате часто бывают. На полу лежал мягкий ковер, и на мгновение мне стало жаль, что я вынуждена висеть в трех футах над ним.

Рональд хотел сесть на диван, но сообразив, что я не смогу составить ему компанию, остался стоять.

– Получается, мистер Найджел ожил? – пробормотал он. – Он… доставил проблемы?

Вид у него был скорее виноватый, чем удивленный. Неужели это не первый случай в его практике?

– Пока только своей вдове и детям, – отозвалась я.

– Ох, как же так.

Я нетерпеливо затанцевала в воздухе. Хотелось взять Рональда за грудки и хорошенько встряхнуть, чтобы наконец узнать, в чем дело. Пришлось сделать глубокий вдох, чтобы дождаться, пока он сам все расскажет.

А рассказать ему хотелось – это у него на лице было написано.

Рональд все же рухнул в кресло и спрятал лицо в ладонях.

– Придется отказаться от работы в бюро и запереться дома.

Он словно размышлял вслух, но стоило мне кашлянуть, как он тут же встрепенулся.

– Простите, мисс…

– Просто Кэти.

Имя я придумала, а вот фамилией не озаботилась.

– Тогда и вы называйте меня Ронни. Понимаете, дело в том, что я… как бы это сказать… не совсем обычный человек.

От нетерпения я подалась вперед и все же пристроилась на краешке соседнего кресла. Пусть я не сидела на нем в полном смысле этого слова, зато находилась на уровне глаз Ронни.

– Я не смесок, чистокровный человек, – тем временем продолжил он. – Моя особенность иного рода… Вы, Кэти, дух, а не живое существо, уж простите. Вы ничего не чувствуете, но у обычного посетителя, неважно, тролль он или фея, рядом со мной стремительно улучшается настроение.

Я непонимающе моргнула.

– То есть та женщина перед нами…

– Недавно она потеряла дочь, и ее горе было столь велико, что знающие люди подсказали ей мой адрес. Первые три сеансы длятся всего пятнадцать минут, иначе посетитель слишком быстро переходит от тоски к эйфории. Столь резкие скачки настроения скорее навредят, чем помогут. Жаль, что не все принимают это с достоинством.

Рональд поморщился и потер локоть.

– Скачки настроения… – задумчиво проговорила я, припомнив странную сцену в таверне. – Адам неожиданно уснул, а перед этим был расстроен. Это вы имели в виду?

– Что-то в этом роде, – кивнул Ронни. – Тело мистера Блейка не выдержало столь интенсивных эмоциональных перегрузок, и он попросту отключился. Вероятнее всего, в последний год мистер Блейк испытывал сильное напряжение, и это его истощило.

Я рассеянно кивнула. Я понятия не имела, что же случилось «той весной», когда Адам лежал в госпитале, а потом ушел из Цитадели… Но оно явно подходит под определение «сильное напряжение».

Прищурившись, я предположила:

– Тело мистера Найджела было в плохом состоянии, и, очевидно, вы провели с ним немало времени.

– Верно. Один из самых сложных случаев в моей практике бальзамировщика.

Неожиданно мне в голову пришла новая мысль, и я похолодела.

– И много еще подобных «сложных» случаев было за последнее время?

– Несколько, – виновато развел руками Ронни. – Например, вчера похоронили совсем юную девушку – мисс Элизабет Соринс. Она умерла от затяжной пневмонии, но ее родители попросили меня исполнить ее мечту после смерти – подарить ей идеальную кожу лица. На это ушло много часов…

А вот это уже совсем нехорошо. Мисс Соринс вполне может разгуливать по Стокахму прямо в этот момент.

Ронни вздохнул.

– Кажется, моя история вас шокировала.

– Никогда не слышала о чем-то подобном, – честно призналась я.

– И, надеюсь, не услышите, – слабо улыбнулся он. – С моей особенностью мне приходится вести замкнутый образ жизни. Исключение – мои посетители и работа в бюро. Мне-то казалось, что мертвецам навредить я не в силах. Мои «положительные» способности оказались сильнее, чем я думал.

– Мистер Горфрив не в курсе вашей особенности? – уточнила я.

Ронни быстро помотал головой.

– Конечно, нет! Я стараюсь не пересекаться ни с ним, ни с другими сотрудниками. Лучше пусть они считают меня затворником, чем знают правду… – Он помрачнел. – Хотя теперь-то правда точно выйдет наружу.

В его взгляде проскользнуло сожаление, и я осторожно задала вопрос.

– И часто вам приходится менять работу?

– Похоронное бюро – моя пятнадцатая должность. Мне нравится ходить на работу и делать что-то полезное для общества, хотя наша семья не особенно нуждаюсь в деньгах. Лет тридцать назад моя мать удачно вложила наследство, доставшееся ей от первого мужа. Да и многие мои клиенты достаточно богатые люди. В попытке облегчить боль утраты они заплатят столько, сколько я скажу, но мне совесть не позволят брать много. Я ведь не делаю ничего особенного, просто нахожусь рядом.

Мысленно я хмыкнула. А вот его мать не постеснялась вытащить из рук Адама самую крупную купюру. Потому-то она и богата.

– Сочувствую вам. Ваши способности доставляют вам массу неудобств.

Ронни кивнул, и его усыпанное веснушкам лицо озарила теплая улыбка.

– Я и не знал, как приятно говорить так легко и свободно как с вами. И почему я раньше не подумал о духах? Рядом с вами я могу быть обычным человеком. Обычно спустя пару минут общения мой собеседник начинает говорить быстрее и активнее жестикулировать. Дальше на его щеках разгорается румянец, а минут через тридцать собеседник начинает хохотать. Есть существа поустойчивей, есть те, кому и десяти минут хватает… Я даже жениться не могу, ни одна женщина не в силах выдержать меня.

Мысленно я содрогнулась, и сердце затопила жалость. Не представляю, каково ему живется! И все же я не могла не думать о деле: одна часть меня хотела попрощаться и скорее нестись к кладбищу. Вторая – которая почему-то разговаривала голосом Адама – велела остаться и узнать, как можно больше. Выяснить, что заставило трупы ожить, недостаточно. Нужно придумать, как вернуть их обратно в могилы, а для этого требуется больше информации.

– Сочувствую вам, – искренне сказала я. – Но что сделало вас таким? Это какое-то проклятье? Неизвестная разновидность запретной магии?

– Всего лишь ошибки молодости, – раздался голос у дверей.

Обернувшись, я увидела миссис Дорнан – она, по-прежнему одетая в роскошный халат, держала в руках мундштук с зажженной сигаретой.

– Не обвиняйте моего мальчика, все происходящее уж точно не его вина.

Не дожидаясь ответа, миссис Дорнан вошла в гостиную. Присела на диван и сложила руки на коленях. Она не спешила заговаривать, и я не посмела ее торопить. В конце концов она планирует открыть душу незнакомке. И даже не человеку!

Побледнев, миссис Дорнан медленно произнесла:

– В первый раз я вышла замуж, когда мне было восемнадцать. Моим первым мужем стал мистер Уильям Дорнан – не лорд, но один из завсегдатаев королевского дворца. Вся моя семья была в восторге! Мой отец нажил богатство, но в глазах высшего общества, куда он так стремился попасть, он оставался жалким торговцем.

Что ж, очевидно, что миссис Дорнан любит начинать истории с самого начала. Я заерзала, понадеявшись, что ее исповедь не займет слишком много времени. Слова Ронни о похороненной девушке никак не шли у меня из головы.

– Мистер Уильям прослыл весьма жестоким человеком, и я умоляла родителей не выдавать меня за него. Тщетно! К алтарю меня вел отец. Красивая традиция здесь не при чем. Я бы сбежала, если бы он хоть на мгновение оставил меня без присмотра.

В день свадьбы моему мужу исполнялось шестьдесят восемь, и я стала его подарком самому себе. В своих предположениях я не ошиблась: брак оказался ужасным, а мой супруг помыкал мной, словно я была куклой, а не живым человеком. К счастью, он много пил и питался исключительно жирной или сдадкой едой. Через пять лет я осталась вдовой с весьма неплохим состоянием.

Я озадаченно моргнула. История развивалась куда быстрее, чем я ожидала. Закончив с рассказом про покойного мужа, миссис Дорнан заметно повеселела и закурила новую сигарету.

– Пять лет я была заперта в особняке и не могла даже шагу ступить без ведома Уильяма. Повезло, что Заступница не одарила нас детьми! Конечно, когда муж скончался, свобода вскружила мне голову. Отец явился на следующее утро после похорон и велел мне вернуться домой. Наверняка он рассчитывал еще раз выгодно продать меня замуж. Но я его ослушалась. Теперь я была богата, а статус вдовы в глазах общества давал мне некоторые привилегии. – Миссис Дорнан посмотрела прямо на меня. – Я рассказываю вам все это не для того, чтобы вызвать жалость. Просто хочу, чтобы вы… понимали всю ситуацию, в которой я оказалась.

Я кивнула. Насколько мне известно, сейчас, тридцать лет спустя, отношение к браку изменилось и одинокая женщина не считалась обузой для родных. Она могла самостоятельно работать и зарабатывать себе на жизнь. Взять ту же Даяну. Она открыла книжную лавку, а ведь, судя по словам Адама, семья у нее далеко не простая.

– Конечно, – сказала я. – И что случилось дальше?

Миссис Дорнан мечтательно улыбнулась.

– Я окунулась в светскую жизнь: жадно хватала все, чего было лишена сперва по воле строгого отца, а потом мужа. Вечеринки, свидания с сомнительными мужчинами, ставки на нелегальных скачках, литературные вечера с опальными поэтами. Поверьте, я перечислила только часть развлечений. Хорошо, что по совету адвоката я успела выгодно вложить деньги, а не то мои новые «друзья» оставили бы меня без средств к существованию. В тот же год в Стокахме появилось модное околомагическое течение под названием «положительное мировоззрение». Слышали о таком?

Я покачала головой.

– Не довелось.

– Неудивительно, – фыркнула миссис Дорнан. – «Положительное мировоззрение» было популярно всего около полугода, а после нескольких громких скандалов его признали культом и запретили. Глупцы! Они просто испугались, что молящихся в храмах Заступницы станет меньше. Самый главный принцип «положительного мировоззрения» гласил: думай о хорошем – и хорошее придет в твою жизнь.

Мне новое течение пришлось по душе. Я жертвовала деньги и частенько предоставляла свой особняк для собраний. Круг моего общения сменился, и вскоре все мои друзья и знакомые мыслили исключительно положительно. Главным оратором на этих вечерах был магистр Зодман – именно он и сделал течение популярным. Вряд ли он на самом деле заканчивал магическую академию, но почти наверняка обладал магией. Или потрясающей харизмой? Но даже отъявленные скептики следовали за ним, посетив всего одно собрание.

Миссис Дорнан опустила глаза, и я насторожилась – кажется, мы подобрались к самой важной части.

– Однажды мы веселились неделю напролет, злоупотребляя веселящими зельями, небольшими магическими ритуалами и, конечно, изо всех призывая в свою жизнь только положительное, – вздохнула миссис Дорнан и с нежностью посмотрела на сына. – А через две недели оказалось, что я беременна. Едва узнав о своем положении, я тут же свернула все вечеринки, выгнала толпу живущих в моем доме бездельников и приготовилась сделать все, чтобы стать хорошей матерью. Через пару месяцев «положительное мировоззрение» окончательно прикрыли, а магистр Зодман – он и был отцом ребенка – бесследно исчез.

Когда Рональд родился, я сразу поняла, что он отличается от других детей. Ни одна нянечка не выдерживала дольше двух недель и при этом не могла объяснить, в чем собственно дело. У самой у меня иммунитет к воздействию Ронни. И у вас тоже…

Миссис Дорнан вдруг окинула меня оценивающим взглядом, и я напряглась.

– Для духа вы на редкость живая, хотя фактически мертвы, что одновременно является и достоинством, и недостатком. – Я настолько опешила, что не возразила, и миссис Дорнан продолжила: – С одной стороны вы можете сколько угодно находиться рядом с моим мальчиком, с другой – толку от этого мало. Любой человек нуждается в прикосновениях и объятиях, а вы на это не способны.

Если бы миссис Дорнан отвесила мне пощечину, мне и то не было бы так больно. Сама того не зная, она угодила в мое больное место.

– Мама! – возмущенно воскликнул Ронни, покраснев до кончиков волос.

Я глухо выдохнула и, тряхнув головой, сделала вид, словно ничего особенного не произошло.

– Спасибо за вашу историю, – голос все же дрогнул, но я решительно выпрямилась. Я здесь в качестве детектива, и мое дело задавать вопросы. – Вы пробовали избавить Рональда от этой способности?

Миссис Дорнан кивнула.

– Я обращалась ко всем магам и лекарям, что способны держать язык за зубами. Удалось выяснить только, что если его… мы называем это энергия… если в течение дня энергия выплеснулась в достаточном количестве, то вечером находиться рядом с Ронни намного легче.

– Потому я и начал вести сеансы, – быстро добавил Ронни – вид у него был все еще виноватый. – Иногда после особенно загруженного дня я могу прогуляться в парке или даже пропустить стаканчик в баре.

Я потерла ноющие виски. К слову, Адама рядом не было, а я все еще ощущала себя почти человеком. Краски вокруг не поблекли, как это обычно бывало, когда он отлучался из Агентства, а от слов миссис Дорнан все еще хотелось плакать. Или дело в том, что Адам находился достаточно близко?

– Хорошо, – пробормотала я, возвращаясь к главной теме. – Что касается ожившего трупа… Возможно ли каким-то образом отменить действие вашей положительной энергии?

Рональд пожал плечами.

– Эффект от моей энергии сходит на нет сам по себе. Обычно в течение двух-трех дней. Но в случае с мертвецом… Понятия не имею, что произойдет с ним после этого.

По спине пробежали мурашки страха.

Мистер Найджел может упасть замертво, а может окончательно потерять разум и превратиться в голодное умертвие, жаждущее полакомиться живыми существами. Кровь и плоть близких для них особый деликатес.

– Мне пора, – быстро сказала я. – Я уже могу разбудить Адама?

– Вполне, – кивнул Ронни. – Только, пожалуйста, присмотрите за ним. Ему сегодня нельзя перенапрягаться. Лучше бы и спать отправиться пораньше…

– Это вряд ли, – вздохнула я, вспомнив о мистере Найджеле.

Ронни остался с матерью, а я вошла в кабинет и на мгновение замерла, разглядывая Адама. Он спал ровно в той же позе, будто все это время не шевелился.

Какой же Адам красивый! Длинные изогнутые ресницы, полные, четко очерченные губы и ямочка на покрывшемся щетиной подбородке. Даже белесый шрам на брови Адама совсем не портил.

Окажись владельцем моего свитка мужчина лет за шестьдесят, мне было бы гораздо проще работать на Агентство. И скучнее, ведь лицезрение такого начальника в одних штанах не доставило бы мне удовольствия.

Я бы и дальше любовалась Адамом, но времени осталось мало. Наклонившись над диваном, я тихонько позвала:

– Адам, проснись.

Он никак не отреагировал, и тогда я едва заметно коснулась его локтя.

– Кэти? – сквозь сон пробормотал он. – Иди сюда.

Мое сердце прыгнуло к горлу, и рука замерла в воздухе. Он же спит, почему он вспомнил именно меня, а не Даяну или ту женщину, на которой чуть не женился?

Разволновавшись, я заправила рассыпавшиеся пряди за уши и легонько потрясла Адама за плечо.

– Проснись.

– М-м-м, что? – Адам распахнул серые глаза. – Кэти? Я, что заснул?

Он с недоумением отбросил в сторону розовую подушку и приподнялся на диване. Теперь наши лица оказались совсем рядом, и я поспешно выпрямилась.

– Да, – кивнула я. – Услуги Рональда не связаны с артефактами, он… скажем так… умеет оказывать положительное воздействие. Ты был расстроен накануне, потому его энергия тебя вырубила. Мы оказались правы: мистер Найджел ожил из-за Рональда. Вставай, я все расскажу тебе по дороге.

Адам провел рукой по черным волосам и слегка смущенно произнес:

– Прости, что я уснул и тебе пришлось делать всю работу самой. Ты молодец!

От его похвалы я едва не взлетела под потолок. В глазах Адама светилось уважение, и уже один этот факт делал меня счастливой. Откинув плед в сторону, Адам встал, и я глухо выдохнула. В этой крохотной комнатке особенно остро чувствовалось, что мы с Адамом остались наедине. Несмотря на то, что снаружи вечер еще не наступил, здесь царил полумрак. Во сне рубашка Адама помялась, волосы растрепались, и я жадно вбирала в себя эти детали.

Мои губы закололо, и будь я живой, клянусь Заступницей, я бы подалась вперед, чтобы поцеловать его. Возможно, он даже не оттолкнул бы меня. Жаль, что узнать это мне не дано. Как ни печально это осознавать, миссис Дорнан права.

Когда я обрабатывала раны Адама после встречи с Порождением, он сказал, что ощущает мои прикосновения словно легкий ветерок. С ветром не целуются, а всего лишь позволяют дуть.

– Готов идти? – кашлянула я, нарушая возникшую паузу.

Адам отрывисто кивнул.

– Какие у нас планы? Командуй, сегодня ты главная.

И вновь мои губы сами собой расползлись в улыбке.

– Заедем к миссис Найджел. Боюсь, у нас осталось не так много времени. Я подумала насчет какого-нибудь успокаивающего зелья. Если Рональду удалось улучшить его настроение настолько, что тот ожил, возможно зелье тоже сработает?

Адам вздохнул.

– Не уверен, что организм мертвеца способен усвоить травы и прочие элементы, но попробовать стоит. Расскажи мне все, что узнала, и я постараюсь предложить запасной план.

Адам толкнул дверь и прошел в гостиную.

– Как вы себя чувствуете, мистер Блейк? – спросил Ронни.

– Отлично. Я словно спал целые сутки, – улыбнулся Адам, надевая плащ. – Спасибо за сотрудничество. Мистер Дорнан, пожалуйста, оставайтесь сегодня дома, на случай если нам понадобится новая информация.

– Не беспокойтесь, я никуда не планирую выходить, – грустно отозвался Ронни. Уже в дверях он вдруг спохватился и крикнул нам вдогонку. – Подождите, я должен вернуть вам деньги за сеанс.

Рональд посмотрел на мать, но та лишь слегка пожала плечами и округлила глаза, сделав вид, будто не понимает, о чем он говорит.

Адам усмехнулся.

– Я чувствую себя отдохнувшим, так что можно сказать, что сеанс состоялся.

– Вот именно! – тихо поддакнула миссис Дорнан и тут же замолкла под укоряющим взглядом сына.

Наемный экипаж благополучно ждал нас у крыльца, вызванный кем-то из слуг. Адам влез внутрь и рухнул на лавку – короткий путь дался ему непросто. Видимо, не зря Рональд упоминал про отдых…

– Что удалось выяснить? – поинтересовался Адам, но не успела я ответить, как его веки снова закрылись.

Глава 11

Адам

– Это моя подруга Элизабет, она поедет с нами.

Голос Кэти звучал непривычно взволнованно, и Адам встрепенулся, смаргивая дрему. Подняв голову, он понял, что снова заснул – на этот раз прямо в карете. Да что с ним такое?! За секунду Адам оценил обстановку: карета не двигалась, а разговор происходил снаружи.

– Почему твоя подруга одета в свадебное платье? – надтреснутый бас Адаму был незнаком – наверняка он принадлежал кучеру. – И что она делает на кладбище?

Скепсиса в его тоне было хоть отбавляй.

– А что такого? – притворно удивилась Кэти. – Элизабет просто навещала погибшего жениха.

Адам быстро соображал. Новая девушка в свадебном платье, кладбище… Неужели это то, о чем он подумал? Выглянув в окошко кареты, Адам едва не выругался. Кэти по обыкновению висела в воздухе, а рядом с ней стояла… мертвячка.

Девушку похоронили совсем недавно, и, если не приглядываться, она казалась почти живой. Вполне симпатичная брюнетка лет двадцати с небольшим. Но стоит кучеру вылезти со своего места, он непременно заметит и испачканное землей платье, и легкие следы вздутия, и трупные пятна на щеках.

Адама кольнула вина. Пока он бессовестно дрых, Кэти взвалила на себя всю его работу. Повезло, что она подобрала мертвую невесту прямо у кладбища! Не пришлось разыскивать ее по всему Стокахму.

И все же ему пора вмешаться.

Адам выбрался из кареты и встал так, чтобы кучер его увидел. Вряд ли тому доводилось подвозить духов, так что присутствие обычного человека должно его успокоить.

– Мы еще долго будем стоять? – поинтересовался Адам и словно невзначай выудил из кармана плаща монету.

Глаза кучера жадно блеснули, и он уже практически дружелюбно сказал:

– Присаживайтесь, дамы. Домчу с ветерком!

Адам бросил монету, распахнул дверь кареты, и мертвячка первой залезла внутрь.

– Спасибо, – шепнула Кэти, последовав за ней.

Адам слегка кивнул ей и последним сел на лавочку, оказавшись прямо напротив мертвячки, бережно расправившей подол подвенечного платья. В ее слегка помутневших голубых глазах светился детский восторг, а губы растянулись в довольной улыбке.

– Так это ты мой жених?

Карета тронулась, и Адам поперхнулся воздухом. Кэти, наклонившись к нему, шепнула:

– Она ни в какую не хотела ехать со мной, собиралась на праздник к подруге. Пришлось сказать, что мы едем к жениху.

Мысленно Адам вздрогнул. Как же повезло, что Кэти вовремя ее перехватила! Явись мертвячка в гости, уже через пятнадцать минут весь Стокахм стоял бы на ушах. Уж Адаму бы точно по ушам прилетело – за сокрытие такое информации можно и в тюрьму загреметь.

– Без проблем, – кивнул Адам. – Еще одна работа Рональда?

Кэти кивнула, отчего прядь ее светлых волос упала на лоб. У Адама вдруг возникло странное чувство неправильности происходящего, но мысль ушла прежде, чем он успел ее осознать.

– Да, он рассказал, что долго работал над ее телом, и мне пришло в голову заехать на кладбище.

– Умница, – выдохнул Адам, вновь подумав, как ему повезло с Кэти. Она практически вела дело в одиночку!

– Ты мой жених? – повторила мертвячка, и ее нижняя губа обиженно задрожала.

– Нет, но мы как раз едем к нему, – ответил Адам и, обернувшись к Кэти, добавил: – Тогда сначала заглянем в Агентство, а уже потом к миссис Найджел.

Постучав по перегородке, Адам назвал кучеру новый адрес, и карета повернула налево.

Кэти, склонив голову, коротко пересказала все, что узнала от Рональда и его матери. Слушая, Адам с каждой минутой мрачнел все больше.

– Выходит, у мистера Найджела почти не осталось времени… Он может быть опасен. Придется забрать его к нам, даже если миссис Найджел будет против.

Заскучав, мертвячка заерзала на лавке и вмешалась в разговор.

– А когда будет свадьба?

Адам и Кэти переглянулись. Несмотря на всю опасность ситуации, Адам посочувствовал Элизабет. Видимо, она так сильно хотела выйти замуж, что это стало ее навязчивой идеей даже после смерти.

– Завтра, – пообещала Кэти.

– Ты не против, если я наложу на тебя несколько заклинаний? – чтобы не терять время, предложил Адам Элизабет.

– Это еще зачем? – насторожилась она.

– Чтобы ты не споткнулась, пока идешь к алтарю, а цветы не завяли раньше времени, – выкрутился Адам.

– Конечно! – тут же просияла мертвячка.

Адам сложил ладонь щепотью, сплетая заклинание, но проверка не показала ничего нового – девушка не была умертвием, но и живой тоже не являлась. Все как в случае с мистером Найджелом. У Рональда Дорнана однозначно была своя «положительная» магия, вот только обычными плетениями она никак не фиксировалась. Здесь нужны артефакты, причем очень чувствительные.

На пару мгновений Адама захлестнула паника. Неужели Кэти была права, и он зря взялся за это дело? Где-то в глубине души он рассчитывал на Мэйсона, но если тот не откликнется…

Еще через десяток минут карета мягко остановилась, и Адам выглянул в окно – в окнах Агентства свет ожидаемо не горел. Зато возле крыльца их дожидался посетитель. Мужчина, закутавшийся в длинное пальто с поднятым воротником, стоял чуть в стороне от фонаря, и его тень едва угадывалась в уже сгустившихся сумерках.

– У нас гость? – удивилась Кэти.

Адам широко улыбнулся. Возможно, они все-таки раскроют дело.

Глава 12

Кэти

– Надеюсь, Мэйсон явился, чтобы помочь, а не позлорадствовать… – пробормотал Адам, выходя из кареты. – Ждите здесь.

Я кивнула и прилипла к окошку. Адам, заложив руки в карманы, приблизился к Мэйсону, стоящему чуть в стороне. Отсюда я не могла разобрать его лицо, но поза у него была довольно напряженная. Заметив Адама, он выпрямился, и мужчины замерли друг напротив друга, словно готовились не к разговору, а к битве.

– Это мой жених? – жалобно спросила Элизабет, прильнувшая к стеклу рядом со мной.

– М-м-м… Возможно.

– Когда мы пойдем к нему?

Я покосилась на нее и со вздохом отошла от окна. Придется нам тоже выйти. Элизабет только выглядит хрупкой. Я видела, как она бедром толкнула карету, и та покачнулась. Не хочу знать, на что она способна в гневе.

Едва мы вывалились наружу, кучер сразу же стегнул лошадь и через несколько секунд улица опустела. Повезло, что он вообще связался с такой странной компанией как наша: спящий мужчина, дух и живая мертвячка. О последнем он так и не догадался, Адам вовремя переключил внимание на себя.

Конечно, Элизабет не осталась скромно стоять в сторонке, а направилась прямиком к «жениху». Приблизившись, мы застали странный обмен приветствиями.

– Адам, – высокий блондин в длинном пальто слегка приподнял шляпу.

– Мэйсон, – в свою очередь кивнул Адам.

Они смерили друг друга напряженными взглядами и наверняка молча глазели бы друг на друга и дальше, но Элизабет не выдержала.

– Это ты мой жених? – с надеждой поинтересовалась она у Мэйсона.

К его чести, он не отшатнулся, даже наоборот – сделал шаг вперед и галантно поцеловал ладонь зардевшейся Элизабет. Даже она умеет краснеть, а я нет.

– Именно, милая девушка. Как вас зовут?

Я удивленно выдохнула. Подобной обходительности по отношению к мертвой девушке я от него не ждала. Хотя Адам говорил, что он некромант. Его нормы этикеты могут отличаться от общепринятых.

– Элизабет, – прошептала смутившаяся мертвячка.

– Чудесное имя! – Мэйсон склонил голову. – Пройдемте в дом?

Адам, хмыкнув, зашагал к крыльцу и приглашающим жестом распахнул дверь. Элизабет, абсолютно умиротворенная, первой вошла внутрь. Мэйсон последовал за ней и, оглянувшись на пороге, спросил:

– Это «обстоятельство» ты имел в виду, когда говорил, что я пожалею, если не приду?

Адам кивнул.

– Признаю, ты прав, – усмехнулся Мэйсон. – Я быстро просканировал ее —случай действительно уникальный.

Едва мы все вчетвером оказались внутри, Элизабет взвизгнула и испуганно дернулась. Я бросилась на выручку, уже понимая, что именно случилось. И точно! На краю шкафа сидел Малыш и утробно рычал на Элизабет. Кажется, он сам себя назначил бессменным стражем! Из его пасти даже струился легкий дым, будто он готовился плюнуть огнем.

Я загородила собой Элизабет.

– Не надо, Малыш. Она своя.

Зверек скептически сморщил черный нос, и я протянула к нему ладонь. С явной неохотой он перелез на мою руку, а оттуда перебрался на плечо.

– Я не понравилась вашему коту? – вздохнула Элизабет.

Коту? Малыш нисколько не походил на кота. Жаль, что Мэйсон вряд ли посчитает его домашним питомцем. Надо научить Малыша не появляться при посторонних – однажды это плохо кончится.

– Он просто не любит… гостей. – дипломатично отозвалась я.

Я погладила Малыша по голове, и он, все еще недовольно косясь на Элизабет, вылетел из холла и повис головой вниз на балке под потолком гостиной.

– Это что еще за существо? – спросил Мэйсон, проводив его внимательным взглядом.

– Это долгая история, – уклончиво ответил Адам. – Давайте пройдем в гостиную, у нас мало времени.

Мэйсон демонстративно приподнял бровь, но возражать не стал. Едва мы все переместились в гостиную, как в камине сам собой вспыхнул огонь. Все же в старых контурах для домов есть свое очарование. Наш вот научился понимать, когда хозяевам срочно нужна уютная атмосфера.

Треск поленьев весьма кстати заполнил повисшую в комнате тишину. Между Адамом и Мэйсоном чувствовалось напряжение, и я гадала, в чем же причина. Должно быть, что-то серьезное, раз Мэйсон мог и не откликнуться на просьбу.

– Спасибо, что приехал, – кашлянул Адам. – Загадка по твоему профилю, но, признаю, я нуждаюсь в твоей помощи больше, чем ты в этом деле.

– Я заметил, – усмехнулся Мэйсон.

Он снял шляпу, бросил мокрое пальто на кресло у камина, и у меня появилась возможность рассмотреть Мэйсона. Ему, как и Адаму, было около тридцати, и на этом их сходства заканчивались.

Мэйсон был ниже ростом минимум на полголовы. Если в Адаме с первого взгляда угадывался бывший боевой маг, то телосложение Мэйсона было скорее изящным, чем крепким. Волосам бы позавидовала любая женщина Раханны – белые локоны мягкими волнами спускались на плечи. Прибавить к этому слегка вздернутый нос и идеально пухлые губы – в сочетании с черными глазами внешность Мэйсона казалась весьма экзотичной.

Некромант. Некроманты почти всегда обладают темными глазами.

Одет Мэйсон был с иголочки – в дорогой темно-серый костюм, которому место на королевском балу. Наша скромная гостиная наверняка никогда не видывала таких роскошных нарядов. Туфли и вовсе выглядели произведением искусства. Очень дорогого искусства.

На лице Адама словно происходила борьба. Наконец он сделал шаг вперед.

– Прости, Мэйсон. Я действительно был неправ в тот день, когда Амалия… сделала заявление.

Мэйсон помрачнел, но быстро взял себя в руки.

– Ты был влюблен, – пожал плечами он. – Любовь здорово переоценивают, в основном она напрочь отшибает мозги и приносит проблемы. Но я не уверен, что, оказавшись на твоем месте, поступил бы иначе.

Я проглотила удивленный вдох. Вот и причина их размолвки – некая Амалия.

Адам с облегчением выдохнул, и я поняла, что и сама все это время не дышала, переживая за их отношения больше, чем за себя.

– Вы только взгляните! – вдруг раздался изумленный крик Элизабет.

Пока мы отвлеклись, она подошла к камину и нашла на каминной полке небольшое зеркальце. Сейчас она во все глаза смотрела на свое отражение и с трепетом гладила себя по щеке. На ее ресницах повисла крохотная трогательная слезинка.

– Что-то не так? – насторожилась я.

– Наоборот! – радостно улыбнулась она. – У меня идеальная кожа, ни одной язвы! Всегда мечтала, что именно с таким лицом я и отправлюсь под венец.

Она с любовью посмотрела на Мэйсона и бросилась к нему на грудь. Мэйсон, улыбнувшись, похлопал ее по спине и даже заправил прядь волос за ухо. Присмотревшись, я увидела, что подол платья Элизабет загорелся. Огонь быстро пожирал ткань, но опьяненная счастьем мертвячка этого не замечала. Адам щелчком погасил пламя.

Я обняла себя за плечи, подумав, что не отказалась бы ожить хотя бы на время. Пусть Элизабет не почувствовала жар от огня, зато она умела плакать.

Я бы очень хотела поплакать.

– Свадьба будет утром? – оторвавшись от Мэйсона, запереживала Элизабет. – А мои родители будут на празднике?

– Обязательно, – кивнул Адам. – Присядь, пожалуйста, в кресло. Сейчас твой жених наложит на тебя пару заклинаний. Для того, чтобы свадьба прошла как можно лучше, конечно.

– Я готова!

Обернувшись к Мэйсону, Адам уже тише добавил:

– Сможешь разобраться, как ее упокоить? У нас таких несколько, и неизвестно сколько еще на подходе.

Мэйсон размял кисти рук и встал перед креслом.

– Идет, а вы пока рассказывайте, что случилось.

Слово взял Адам, а я, словно заколдованная, наблюдала за действиями Мэйсона. Память привычно молчала, но мне казалось, что прежде я не работала с некромантами. Пепельно-серебристые плетения завораживали, пусть я видела их не так отчетливо, как магию Адама, а скорее, угадывала по блеску нитей.

Если заклинание Адама просто окутывало Элизабет, то магия Мэйсона прошивала ее тело насквозь, словно нитка с иголкой. От этого зрелища даже стало не по себе.

Через несколько минут Элизабет обмякла, ее глаза закатились, а голова упала на спинку кресла.

– Она уснула или упокоилась? – с опаской спросила я.

Мэйсон повернулся, и его взгляд полоснул по мне не хуже бритвы. Я даже закашлялась – его магия ощущалась на физическом уровне. Меня как будто придавило камнем!

– Ни то ни другое, – покачал головой Мэйсон. – Я нашел лазейку в ее сознании и на время отключил. Экземпляр, конечно, удивительный.

От его вкрадчивого голоса у меня по спине пробежали мурашки. Все-таки не зря в народе считается, что из всех магов некроманты самые странные.

– Не то слово, – выдохнул Адам. – Что думаешь о Рональде и его энергии?

Мэйсон сплел последнее заклинание, тонкой вуалью опустившееся на лицо Элизабет, и впервые за весь вечер искренне улыбнулся.

– Я всегда знал, что положительная энергия существует. Еще в студенчестве я находил этому несколько косвенных свидетельств, но Элизабет… Она прямое доказательство. Один из моих артефактов, вероятно, сможет измерить если не уровень магии Рональда, то ее способность влиять на мир… Очень увлекательно!

– Я рад, – сдержанно отозвался Адам и сложил руки на груди. – Может быть, ты знаешь способ упокоить этих бедолаг? Другие некроманты с этим не справятся, я аккуратно навел справки.

– Вернее всего было бы просто сжечь, – без заминки ответил Мэйсон.

Я поперхнулась воздухом и посмотрела на Адама.

– Миссис Найджел на это не пойдет.

– Тогда все немного сложнее, – вздохнул Мэйсон. – Я могу попробовать провести ритуал упокоения… Возможно, он даже сработает.

– То есть может не сработать? – осипшим голосом уточнила я.

– Если при жизни мертвецы владели хоть толикой дара, то… сложно предугадать, как они отреагируют на ритуал. Обычно ритуал упокоения высчитывается по многим параметрам: отсутствие или наличие дара, отзывчивость на чужую магию и контакт со стихиями… Вплоть до боязни огня или неумении плавать. Некромантия – тонкая наука. О вашей же Элизабет мы ничего не знаем. Вы хоть в курсе, от чего она умерла?

– Кажется, скончалась от тяжелой болезни, – поморщилась я. – Затяжная пневмония или что-то в этом роде.

– Об этом я и говорю, – кивнул Мэйсон, а потом задумчиво добавил: – Хотя будь у Элизабет дар, вероятнее всего, она сразу поднялась бы умертвием. Магия не даст своему хозяину просто лежать в земле. Во время похорон храмовники накладывают специальные знаки Заступницы, но они точно не предусматривают влияние положительной энергии.

Час от часу не легче. Я поежилась, представив, что на кладбище меня могла встретить не мечтающая о замужестве Элизабет, а ее злобный и голодный двойник. Теоретически смерть мне не грозила, но на практике проверять не хотелось.

– А что насчет?..

Договорить Адам не успел, в дверь резко постучали. Настолько сильно, будто дверь чем-то насолила этому прохожему.

– Ждете гостей? – поднял бровь Мэйсон.

– Вообще-то нет, – насторожился Адам.

Малыш, который, казалось, дремал под потолком, тут же перелетел на шкаф. Кажется, он считал своим долгом встречать всех посетителей.

Адам направился к выходу, а я, не удержавшись, последовала за ним и зависла за его спиной. Когда Адам распахнул дверь, я удивленно выдохнула – на пороге стоял мальчишка лет двенадцати.

– Это вы мистер Блейк? – неожиданно сварливо поинтересовался он.

Адам кивнул.

– Вам послание от мистера Горфрива, – буркнул мальчишка и сунул Адаму в руку клочок бумаги. А затем, не попрощавшись, развернулся на пятках и сбежал по ступенькам крыльца.

– Что это с ним? – пробормотал Адам, разворачивая записку.

Причина дурного настроения мальчика выяснилась быстро. В нескольких футах от крыльца стоял уже знакомый мне дворник-шости. На его словно высеченном из камня лице царило уныние.

– Кажется, я знаю, в чем дело. – усмехнулась я и, повысив голос, сказала: – Мистер, не стойте там, заходите.

Адам с сомнением посмотрел на меня.

– Кэти, не думаю, что сейчас подходящее время… У нас нет времени на новые заказы.

– О, поверь, – многообещающе протянула я. – Это напрямую связано с нашим делом.

Энергия шости, а следом и целительный сон от Ронни воздействовали на Адама сильнее, чем я думала. Он словно вовсе не помнил происшествия в таверне.

Адам улыбнулся краешком рта и поднял руки вверх.

– Что ж, спорить не буду. Это ты у нас детектив.

У меня перехватило дыхание. Магический свиток сделал Адама моим хозяином, и прямой приказ я бы нарушить не смогла. Но Адам и не думал приказывать, напротив, он отдал инициативу в мои руки.

Тем временем шости быстро поднялся по ступенькам крыльца, но оказавшись у двери, замялся.

– Проходите, – заверила его я.

На ощерившегося было Малыша я цыкнула, и он нехотя исчез, затерявшись среди потолочных балок. Мэйсон встретил нас недоуменным взглядом, но вопросов задавать не стал. Вместо этого с удобством устроился возле камина, дав понять, что станет зрителем.

– Присаживайтесь, – я кивком указала шости на стул, что стоял в самом дальнем углу гостиной.

Обычно мы не сажали гостей здесь, и я украдкой смахнула паутину с полинявших обоев. Сегодня ситуация исключительная – я могу находиться рядом с шости, а вот Адаму и Мэйсону лучше держаться от него подальше. Неизвестно, как их плохое настроение отразится на нашем расследовании. А если они оба уснут, как Адам у Ронни, что я буду делать?

Притащив второй стул, я поставила его подле шости и села рядом, по обыкновению зависнув в дюйме над обивкой. Адам удивленно приподнял бровь, но я одними губами прошептала ему, что так надо.

Шости окинул всю нашу компанию странным взглядом, задержавшись на лежащей в кресле Элизабет.

– Так что привело вас к нам? – кашлянула я, переключая его внимание на себя.

Шости глубоко вздохнул, отчего стул под ним задрожал, и медленно заговорил:

– Меня зовут Драннис Темзотих. И у меня есть проблема. Понимаете, я высасываю радость из всех существ, что оказываются поблизости.

Я глупо моргнула – не ожидала, что он так быстро перейдет сути. Думала, что это мне придется правдами и неправдами выяснять, почему он так странно влияет на все живое.

– Именно это и произошло сегодня в таверне? – уточнила я. – Стоило вам появиться, как настроение всех посетителей испортилось. Кроме меня, но я и не принадлежу к миру живых.

– Да, – низко опустил голову Драннис. – Я бы и не стал заходить, но подавальщица терпеть меня не может. Она никогда не выходит ко мне сама, чтобы там не говорил хозяин таверны.

Я кивнула, послав ему сочувствующий взгляд.

Драннис насупился.

– Я слышал, что ваше агентство занимается странными делами. Может быть, вы и мое возьмете? Я меняю работу и съемное жилье каждые полгода, но горожане все равно гонят меня прочь. Дымки – последний район Стокахма, больше мне идти некуда, только уезжать из города. Но здесь у меня семья – родители, братишки и сестренки…

Только в этот момент я поняла, что вообще-то Драннис довольно молод. Его серая кожа лица, отсутствие волос на голове и вечно хмурое выражение лица сбили меня с толку. Но как тут не быть хмурым, когда все от тебя шарахаются.

– Мистер Темзотих, вы знаете, откуда у вас эта странная… особенность?

– Знаю, – вздохнул тот. – Вы наверняка не в курсе, но среди всех рас только шости не следует заводить потомство с другими расами. Если человек вполне может построить семью с троллем или даже оборотнем, то шости… Наша природа слишком неустойчива, а примесь чужой крови может сделать ребенка калекой. Именно это и произошло со мной.

Я действительно этого не знала и потому кивнула, побуждая Дранниса рассказывать дальше.

– Моя мать – шостийка, а отец – вампир. Я никогда его не видел, но мама говорит, что это была любовь с первого взгляда. Зная об особенностях нашей расы, она не собиралась беременеть, но напутала с графиком приема противозачаточных зелий. – На лице Дранниса появилось скептическое выражение, из которого было ясно, что он думает о такой безалаберности. – Вот так на свет появился я. В крови я не нуждаюсь, но мое тело словно подпитывается чужими эмоциями. Исключительно положительными!

Я ошарашенно покачала головой. Вторая за день история про запретную связь. А расплачивается за нее не мать, а ее ребенок.

– Вы ведь сможете мне помочь? – тихо закончил Драннис.

В опустившейся на комнату тишине отчетливо прозвучали шаги. Обернувшись, я увидела Мэйсона.

– Лучше стойте там! – воскликнул Драннис.

– Обо мне не беспокойтесь, – отмахнулся Мэйсон, подходя еще ближе. – Некроманты устроены иначе. Большинство эмоций выжигает сам дар, так что большого вреда вы мне не причините.

Это объясняло холодность Мэйсона и его странные замашки, но мысленно я ужаснулась. Он так спокойно говорил об этом, будто эмоции для него ничего не значили.

Мэйсон, прищурившись, всмотрелся в Дранниса, сплел несколько заклинаний и с задумчивым видом кивнул.

– Это то, о чем я подумал? – спросил Адам.

Он поднялся со своего места, но не рискнул отойти от камина.

– Да, – кивнул Мэйсон. – Все ровно наоборот. Магия любит баланс.

Адам удивленно потряс головой и обратился ко вконец озадаченному Драннису:

– Судьба неслучайно привела вас именно в Дымки. Возможно, у нас есть решение вашей проблемы, но оно, скажем так, слегка нестандартное.

– Неважно! Главное, вы избавите меня от этой особенности! – Драннис широко улыбнулся, обнажив слишком длинные для его челюсти зубы.

– Боюсь, это не под силу никому, кроме Заступницы, – покачал головой Адам. – Но есть способ нейтрализовать вашу природную магию. Сперва мы должны убедиться, что он сработает, и здесь без вашей помощи не обойтись.

– Я готов, – кивнул Драннис. – Что нужно делать?

– Вы боитесь мертвых? – деловито поинтересовался Мэйсон.

Драннис пожал плечами.

– Не особенно. Но вот та девица в кресле мертва, да? Она ни разу не пошевелилась за все время, что я здесь. Скажите, вы ведь не делаете ничего незаконного?

– Мы пытаемся ей помочь, – уклончиво отозвался Адам. – Ей давно пора упокоиться окончательно, и без вас нам не справиться. Ничего серьезного, достаточно просто находиться рядом.

Спохватившись, я обернулась к Адаму:

– Кстати, что было в записке мистера Горфрива?

Я видела, как Адам разворачивал записку, но он промолчал, а я отвлеклась на разговор с Драннисом.

– Еще двое мертвецов поднялись, – мрачно вздохнул Адам. – Пока что их удерживают на кладбище, но лучше нам поторопиться.

После этого время побежало еще быстрее. Адам отправился искать наемный экипаж, что было не так-то просто. Наша улица не пользовалась популярностью, а уж ночью и подавно. За то время, что мы провели в Агентстве, окончательно стемнело.

Мы решили, что Мэйсон с запиской от Адама поедет к миссис Найджел и поможет ей привезти мистера Найджела на кладбище. Если, конечно, мы не опоздали… Но и в этом случае ей понадобится помощь некроманта.

Мы же с Адамом и Драннисом привезем на кладбище Элизабет, где вернем ее в могилу так же, как и остальных поднявшихся. Ну а дальше дело за Драннисом и его энергией. Если его магия сможет рассеять положительное влияние Ронни, то мертвецы снова станут мертвецами.

На случай если они все же обернутся умертвиями, у нас будет Мэйсон. Да и Адам бывший боевой маг, привыкший сражаться с Порождениями. Умертвия хотя бы не такие огромные.

Адаму все же удалось найти два наемных экипажа, и один из них забрал Мэйсон. Во второй Адам занес все еще не пришедшую в себя Элизабет и кивком предложил Драннису присоединяться.

Но когда я подошла к экипажу, Адам вдруг перегородил мне дорогу.

– Кэти, – тихо произнес он, а мое сердце подпрыгнуло к горлу.

Возможно, это даже не мое имя, но реагировала я словно девочка-подросток.

– Да? – спросила я деланно безразличным тоном.

О, Заступница! Кого я пытаюсь обмануть? Адам мне нравился. Сильнее, чем может позволить себе дух.

– Спасибо тебе, – улыбнулся Адам. – Я далеко не сразу вспомнил Дранниса и случай в таверне. После воздействия Ронни эти воспоминания будто подернулись туманом.

– Тебе не за что меня благодарить, – смутившись, фыркнула я и попыталась пройти мимо Адама, но он вновь сделал шаг вперед.

Мы оказались так близко, что во рту пересохло.

– Есть за что, – возразил Адам, тряхнув головой, отчего черная прядь упала ему на лоб. – Когда я согласился на свиток и привязанного к нему духа, то и подумать не мог, что получу такое сокровище как ты. Знай, я тебе благодарен и помогу, как и обещал. Как только разберемся с этим делом, я разузнаю, что с тобой случилось и почему ты так отличаешься от обычных духов.

– Это вовсе не твоя обязанность… – начала я, но Адам, покачав головой, мягко перебил меня.

– Если остается хоть крохотный шанс, что с тобой случилась беда, а тело вовсе не развеяли, я это выясню.

Я покачнулась и с шумом втянула в себя воздух. Я запрещала себе даже думать о такой возможности и уж точно не ожидала этого от Адама!

Но если хоть на секунду представить, что все получится… Неужели я смогу вернуться к нормальной жизни и снова стать живой? Сердце болезненно заныло.

Глава 13

Адам уложил Элизабет на лавку, так что остальным в карете пришлось потесниться. Я сидела рядом с Адамом, и время от времени мне чудилось, что плечом я чувствую ткань его пальто. Что решительно невозможно, если только пальто не явилось с того света.

Наверняка все из-за тесноты кареты и обещаний Адама. Против моей воли во мне зародилась надежда, вот и казалось, что ощущения вернулись. Я изо всех сил гнала эти мысли, ведь если Адам окажется не прав… Я этого не переживу.

Драннис посмотрел на Элизабет и с сомнением спросил:

– Это ведь не вы ее убили?

Мы с Адамом переглянулись, и я легонько кивнула. Пожалуй, следует рассказать Драннису, что произошло, а не то он сочтет нас маньяками и сбежит в самый неподходящий момент.

– Эту девушку зовут Элизабет, – заговорила я. – Она умерла несколько дней назад, пока кое-кто не вернул ее к подобию жизни.

– Кое-кто? – нахмурился Драннис.

Мимика у шости была довольно скудной, но вполне понятной.

– Есть один мужчина – человек, – произнес Адам, и мне снова показалось, что я чувствую его дыхание на своей щеке. – Если ваше присутствие нагоняет тоску на окружающих, то у него все ровно наоборот. Его энергия делает людей радостнее и счастливее.

Драннис, заметно успокоившись, буркнул:

– Ему повезло больше, чем мне.

Адам кивнул.

– Его не ненавидят, но живые существа точно также не могут находиться рядом с ним.

Карета подпрыгнула на кочке, и Элизабет вдруг приподнялась на лавке и открыла глаза.

– Ой, где это я?

Она пригладила темные волосы и с подозрением уставилась на Адама. Мельком я отметила, что она выглядела хуже, чем несколько часов назад. Овал лица словно сполз вниз, а кожа рук вздулась. Теперь ее не спутать с живым человеком.

– Мы едем на свадьбу, – тихо ответил Адам и опустил глаза.

Я его понимала. Мне тоже не нравилось лгать Элизабет, но правда ей нисколько не поможет, только сделает еще больнее.

К счастью, вскоре карета прибыла на кладбище, и кучер, высадив нас, уехал еще быстрее, чем предыдущий. Такими темпами мы потом не наймем ни один экипаж – все будут от нас шарахаться.

Нас уже ждали.

Темноту кладбища разгоняли несколько ламп, которые держали два силуэта. Позади темнело кованое ограждение кладбища, а одна створка ворот протяжно скрипела на ветру.

Адам сотворил магический шар, повисший над нашими головами, и я рассмотрела мистера Горфрива, едва не подпрыгивающего от нетерпения.

– Наконец-то! – он суетливо промокнул лысину платком. – Прошу, поторопитесь.

Рядом внезапно обнаружился и Ронни – причина нашего сегодняшней встречи на кладбище. Он-то что здесь делает?

Заметив мой взгляд, мистер Горфрив пояснил:

– Никто из сотрудников бюро не знает о случившемся, вот я и вызвал мистера Дорнана. В одиночку я бы не справился с ожившими мертвецами!

– Вы очень рисковали, – вздохнул Адам. – Трупы поднялись как раз из-за Рональда. Видимо, он постеснялся вам это сообщить.

Ронни кивнул, подтверждая его слова.

– Вам с нами нельзя, – произнесла я.

– Я все понимаю! – быстро закивал Ронни. – Мне и самому показалось, что на одной из могил памятник покачнулся. Лучше я подожду вас здесь, за забором.

Через несколько минут прибыла вторая карета с Найджелами и Мэйсоном. За эти пару дней мистер Найджел окончательно сдал, превратившись в развалину, но миссис Найджел все равно не отходила от него ни на шаг. Сама она осунулась еще больше, а под глазами залегли глубокие тени. Ее темные с проседью волосы торчали во все стороны, а на черной шали, наброшенной поверх пальто, налипли белые шерстинки. Сейчас она нисколько не походила на ту элегантную женщину, что пришла к нам в Агентство. На ее фоне идеальный Мэйсон казался картинкой из женского романа.

– Пора, – скомандовал Адам. – Надо закончить до рассвета. Миссис Найджел, не хотите остаться здесь вместе с мистером Дорнаном?

Она упрямо покачала головой.

– Я буду с Дэвидом до самого конца.

Мы прошли сквозь ворота, и я поежилась. В пляшущем свете ламп и магического шара Адама ровные ряды могил смотрелись пугающе. Качающиеся ветви редких деревьев, вырастающие словно из ниоткуда каменные памятники и цветы, алыми пятнами рассыпавшиеся по пожухлой траве. Если утром кладбище выглядело умиротворенным и почти уютным, то сейчас, среди ночи, уют был последним, о чем я думала.

Или все дело в сопровождающих нас покойниках? Когда где-то рядом закаркала ворона, я испуганно дернулась и едва удержалась от крика. Миссис Найджел, что шла рядом, подарила мне сочувствующий взгляд.

Удивительная женщина! Впереди шагал ее почти разложившийся муж, а она нашла время и силы, чтобы поддержать духа.

Я перевела дыхание, мысленно успокаивая себя. Возьми себя в руки, Кэти. Все почти закончилось! Упокоим этих бедолаг, и дело наконец будет закрыто. Если повезет, следующее окажется попроще. Сейчас я бы не отказалась от банальной слежки за мужем-изменщиком или поиска не оставившего адрес для писем друга.

– Какой у нас план? – спросила я у Мэйсона, замыкающего нашу процессию.

– Разложить покойников по могилам и дать Драннису сделать свое дело.

– Уверен, что это сработает? – спросил присоединившийся Адам.

– Должно, – пожал плечами Мэйсон. – В крайнем случае я помогу.

Первой нам встретилась усыпанная желтыми листьями могила мистера Найджела. Завидев памятник с высеченным на нем изображением мужа, миссис Найджел покачнулась. Адам вовремя подставил ей плечо.

Мы все остановились, глядя на могилу, и Элизабет не выдержала:

– Когда же начнется свадьба?

Она начала терять терпение, и я задумалась, способна она обернуться умертвием прямо сейчас. И все же сначала следовало позаботиться о мистере Найджеле – он едва держался на ногах и, кажется, слабо понимал, что происходит. Да и миссис Найджел того и гляди свалится в обморок.

Однако чтобы вернуть мистера Найджела в могилу, сперва ее следовало раскопать. Мистер Горфрив принес несколько лопат, и Адам с Мэйсоном, скинув пальто и закатав рукава рубашек, принялись за дело.

– Вы собираетесь копать землю вручную? – удивилась я. – Разве нельзя использовать магию?

– Некромантия не любит заклинания других стихий, – пояснил Мэйсон, откинув кудряшку со лба. – Если энергия Дранниса не сработает, мне придется проводить ритуал упокоения. И на этот случай лучше обойтись без посторонних плетений.

Вздохнув, я подхватила свободную лопату, проигнорировав нахмурившегося Адама. Толку-то с меня? Я не некромантка, но копать вполне могу.

Вскоре моя лопата ударилась о нечто твердое и среди комьев земли показался гроб. Адам наклонился, и мне вдруг стало не по себе. Расхитительницей могил я точно не была, меня охватил стыд, словно мы вот-вот потревожим покойника. Крышка с громким стуком отворилась, и в гробу оказалось пусто – лишь бархатная обивка краснела в неярком магическом свете.

Мэйсон и Адам переглянулись и осторожно опустили мистера Найджела внутрь. Он был так плох, что не возражал и не задавал вопросов. Миссис Найджел беззвучно заплакала.

– И что дальше? – спросил мистер Горфрив. – Вы уверены, что он не попробует выбраться еще раз?

Адам кивнул.

– Да, если наш друг Драннис побудет рядом с могилой.

– Просто стоять рядом? – замялся тот.

– Да. Мы позовем вас, когда откопаем могилу Элизабет. Думаю, этого времени будет достаточно, чтобы мистер Найджел упокоился окончательно.

Так оно и пошло – мы были, скорее, могильщиками, чем детективами или магами. Пока мы с Адамом раскапывали могилу, Мэйсон о чем-то тихо беседовал с Элизабет. Он поглаживал ее ладонь и проникновенно смотрел в глаза. Спустя несколько минут Элизабет подарила Мэйсону воздушный поцелуй и со счастливой улыбкой запрыгнула в могильную яму.

– Я буду ждать! – крикнула она на прощание и сама забралась в гроб.

Мэйсон щелкнул пальцами, и крышка гроба захлопнулась. Вздрогнув, я отвернулась.

– Что ты ей сказал? – спросил Адам.

– Что мы будем счастливы только на том свете, а свадьба состоится сразу после похорон.

Глаза Адама расширились, а Мэйсон даже в лице не изменился. Какой же он все-таки… некромант! В нем человеческого едва ли не меньше, чем было в мистере Найджеле. Тот даже после смерти хотел видеть детей, а Мэйсон словно не понимал, почему мы с Адамом так отреагировали.

– Где остальные мертвецы? – деловито спросил Мэйсон, отряхнув руки от кладбищенской пыли.

– Я запер их в склепе, – ответил мистер Горгриф.

В склепе обнаружились согнутая под тяжестью лет старушка с прозрачной словно пергамент кожей и остатками седых волос и… маленький тролленок лет семи. Оба сидели на каменном ложе, ставшем чьей-то усыпальницей, и мирно разговаривали.

Заметив нас, тролленок улыбнулся и соскочил с места, как сделал бы обычный живой ребенок.

Их могилы не успели закопать, так что я стояла, вцепившись в черенок лопаты и мечтая заплакать. Хоронить покойников было тяжело, но особенно жаль ребенка, которому Заступница отмерила так мало времени.

Драннис послушно стоял рядом, пусть и пребывая явно не в своей тарелке.

Спустя пару часов мы наконец закончили.

– Все прошло лучше, чем я рассчитывал, – сказал Адам и повернулся к Драннису. – Для верности я попрошу вас немного погулять по кладбищу завтра и послезавтра.

Мэйсон кивнул.

– Я тоже загляну и заодно обследую вас с Рональдом. Если мертвецы будут волноваться, я замечу.

Я тихонько выдохнула. Кажется, самое страшное позади. Неужели мы закрыли дело? Я обняла себя за плечи и поплыла вслед за потянувшимися к выходу спутниками. Никто не разговаривал – все переваривали случившееся.

У ворот кладбища нас поджидал сюрприз: возле Ронни стоял незнакомый худощавый мужчина с постным лицом и особым настырным взглядом, выдававшим в нем государственного служащего. Он хмурил брови, держа в руках блокнот и карандаш.

Посреди ночи? Он явно пришел сюда не просто так! И как можно было остаться таким недовольным после встречи с Ронни?

– Мистер Блейк, – строго кивнул незнакомец. – Меня зовут Питер Джеймс, я штатный некромант Цитадели. До нас дошли сведения о поднявшихся покойниках, о которых вы вовремя не сообщили.

В последней фразе звучало обещание грядущих проблем.

Адам прищурился и сложил руки на груди. Его лицо приняло бесстрастное выражение, а серые глаза засверкали ярче, словно его магия отреагировала на повисшую в воздухе угрозу.

Стушевавшись, некромант растерянно переступил с ноги на ногу.

– В проверке нет необходимости, – вперед вышел Мэйсон.

Его голос звучал дружелюбно, но даже тень улыбки не коснулась его губ.

– То есть? – некромант подслеповато моргнул и изумленно добавил: – Мистер Андерсон, это вы?

– Да. И я уже разобрался с вызовом. Ничего особенного, кто-то пролил немного крови на каменные плиты, и вороны сошли с ума.

– И никаких поднявшихся мертвецов? – переспросил некромант.

Он явно находился не в своей тарелке. Очевидно, Мэйсон занимал гораздо более высокий пост в Цитадели, чем рядовой некромант. Или дело в том, что этому Питеру велели непременно найти мертвецов и призвать Адама к ответу? Откуда Цитадель вообще узнала, что здесь происходит?

– Никаких мертвецов, – и глазом не моргнув, солгал Мэйсон.

Некромант задумчиво спросил:

– Но как вы узнали, что с этого кладбища поступил вызов?

– У меня свои методы. А вы почему решили, что мистер Блейк не сообщил о покойниках?

На этом беседа зашла в тупик, и некромант упрямо выпятил подбородок.

– Я все-таки проверю кладбище еще раз!

Он прошел сквозь ворота, и никто не стал его останавливать. Оставалось надеяться, что мертвецы дисциплинированно лежат по могилам. Второго раунда я не выдержу!

Повисла пауза, а затем все разом заговорили. Рональд просил прощения за неудобства, которые он доставил всем нам, миссис Найджел благодарила за помощь, а мистер Горфрив бормотал о том, что после такой ночки ему надо выпить.

Миссис Найджел выудила из кармана пальто чек и вручила его почему-то мне.

– Спасибо вам! Появление Дэвида на пороге дома стало потрясением для нашей семьи, но в глубине души я благодарна Заступнице за возможность увидеть его еще раз, пусть и в таком состоянии… Уличные грабители оборвали жизнь Дэвида, но я смогла как следует попрощаться с ним.

– Мне очень жаль, – вздохнула я, продолжая держать чек – мне было решительно некуда его положить.

Миссис Найджел тепло улыбнулась мне и Адаму.

– Вы всегда желанные гости в моей булочной. В знак моей благодарности я буду каждую неделю присылать сдобу для вас и гостей вашего Агентства. Вы делаете нужную работу.

– Спасибо, – склонил голову Адам и, откликнувшись на мою безмолвную просьбу, забрал чек и спрятал его в карман пальто.

– Кстати, моя младшенькая – Лотти – постоянно спрашивает о вас, Кэти, – вдруг спохватилась миссис Найджел. – Все время твердит: «Когда красивая тетя придет еще раз?» Вы ей понравились, хотя обычно она стесняется незнакомых взрослых.

В груди потеплело, и я вспомнила маленькие пальчики Лотти, перебирающие мои волосы. Мне по-прежнему казалось удивительным, что она совсем меня не испугалась. А ведь сквозь мое тело можно рассмотреть обстановку комнаты!

– Передавайте ей привет от меня, – улыбнулась я.

Миссис Найджел отошла в сторону, а Адам повернулся к мистеру Горфриву.

– Я пойму, если после случившегося вы захотите уволить Рональда… Но он отличный бальзамировщик. Вместо этого рекомендую нанять Дранниса. Его прирожденные способности ровно противоположны способностям Рональда, а значит, вдвоем они будут гасить энергию друг друга.

– А я еще я могу взять на себя всю тяжелую работу, – опустив взгляд, добавил Драннис.

– Ладно, – поразмыслив немного, согласился мистер Горфрив, и я облегченно выдохнула.

Одной головной болью меньше – не придется искать этим двоим новое место. Почему-то я была уверена, что в итоге этим бы занимались именно мы с Адамом.

– Главное, пусть работают в одном помещении – не дальше пятнадцати футов друг от друга, – напомнил Мэйсон. – И жить вам лучше поблизости, в идеале в одном доме. Вечерами я не буду вас беспокоить, а вот в похоронное бюро буду заглядывать. Цитадели незачем знать об этом, но я хочу подробнее изучить парадокс вашей энергии. Мистер Горфрив, вы же не против моих визитов?

Мистер Горфрив тут же заверил Мэйсона, что не просто не против, а очень даже за. Еще бы, после того как тому удалось замять такой скандал, он у него с рук будет есть, если понадобится.

Ронни и Драннис обменялись растерянными взглядами. Сложно представить двух более непохожих мужчин рядом, но мне почему-то казалось, что они поладят. Общая беда станет крепким фундаментом для дружбы.

– Раз уж мы закончили, предлагаю выбираться отсюда, – повысив голос, предложил мистер Горфрив. – Рональд и Драннис, завтра у вас выходной, но в понедельник жду вас в бюро.

Я с готовностью закивала. Мне уже давно хотелось убраться отсюда подальше. Вернуться в Агентство, ставшее мне новым домом, устроиться у камина с Малышом на коленях и представить, будто я наслаждаюсь теплом. Когда подводят ощущения, на помощь приходит воображение.

И все же кое-что меня беспокоило.

– А что насчет того некроманта? – спросила я.

– Ничего не найдет и отправится восвояси, – фыркнул Мэйсон. – На кладбище все спокойно, я бы почувств…

Осекшись на полуслове, Мэйсон вдруг резко обернулся. Я не сразу поняла, что привлекло его внимание.

Утоптанная земля, окруженная с одной стороны кладбищенским забором и раскидистым кленом с другой, вдруг затряслась и осыпалась комьями. Адам приказал магическому шару подплыть ближе, и я закричала бы, не покинь меня дар речи.

Из земли торчала рука.

Не просто торчала, а раскапывала сама себя!

Ронни виновато вздохнул:

– Простите! Я стоял здесь слишком долго…

Сперва я подумала, что это происки Цитадели, но кажется, все гораздо банальнее. Но кто бы знал, что за пределами кладбища тоже есть могилы? Да и некромант дождался бы появления мертвеца, а не отправился на кладбище.

Комья земли летели во все стороны, а клен жалобно покачивался – мертвец твердо решил выбраться наружу. Вдоль позвоночника пробежали мурашки, а неожиданная мысль заставила меня нахмуриться. Собственно, а почему его похоронили именно здесь?

Тем временем из земли появилась вторая рука, и в наших рядах началась суета. Мистер Горфрив и Ронни дружно попятились, Драннис и миссис Найджел, уже стоящие в стороне, помахали, подзывая к себе.

Теперь ближе всех к мертвецу стояла я. Спустя мгновение по обе стороны от меня возникли Адам и Мэйсон. Оба со вскинутыми в воздух руками, вокруг которых кружила сила. Я не видела ее, ведь они пока не создали ни одного плетения, но чувствовала.

– Кэти, уходи! – скомандовал Адам.

Я послушно двинулась вперед, но не удержалась и обернулась через плечо. Кленовый ствол с громким треском развалился напополам, и в воздух взметнулась пыль. Когда она немного рассеялась, над землей торчало не только две руки, но и голова и плечи. А еще через несколько секунд существо полностью выбралось на поверхность.

Им оказался тролль далеко не первой свежести. Сколько лет он пролежал здесь? Волосы на его на непропорционально большой голове отсутствовали, серо-зеленая кожа лица местами слезла, но желтые глаза смотрели уверенно и прямо. Одежда – сплошь лохмотья, сквозь которые просвечивали кости.

Мертвец вдруг остановился, принюхиваясь, а потом открыл рот и зарычал.

Это не просто поднявшийся, это умертвие!

– Кэти! – крикнул Адам.

Очнувшись, я ринулась в сторону. Как назло, движения выходили непривычно медленными. Раньше хватало одного рывка, чтобы перелететь в другой угол комнаты, а сейчас воздух стал непривычно вязким, и я тонула в нем, словно муха в янтаре.

Не оборачиваясь, я поняла, что умертвие приближается. Звук его шагов звучал в ушах, а зловонный запах едва не сбивал с ног. Я ускорилась, уже понимая, что не успеваю уйти от удара.

Вдруг меня снесло волной воздуха. Я по инерции пролетела несколько футов, а затем забарахталась и сумела обернуться.

Челюсти умертвия клацнули в опасной близости от руки Адама, а следом в тролля впечаталось ярко-алое плетение. Он, покачнувшись, помотал башкой и снова ощерился. Адам начал плести новое заклинание, и в этот момент к нему присоединился Мэйсон, казавшийся почти скучающим. Сфера в его руках отливала серебристо-фиолетовым.

А вот огненный шар, сорвавшийся с кончиков пальцев тролля, удивил их обоих.

Адам в полете развеял заклинание умертвия, а Мэйсон хлопнул в ладоши, растворяя свою сферу. Ах да, ритуал упокоения. Видимо, наличие магии у умертвия меняло дело.

Тролль двигался все лучше, как будто его тело просыпалось от долгого сна. Если поначалу он волочил правую ногу за собой, то сейчас с легкостью подпрыгивал и уклонялся от заклинаний.

Люди и шости отступали все дальше и дальше, пока не уперлись в забор. Только я осталась на месте, кусая губы. Чем я могу помочь? Даже если при жизни я была артефактором, боевые заклинания не моя специализация.

Дальнейшая битва длилась всего несколько минут, но для меня прошли часы. Даже очень одаренному умертвию сложно противостоять двум магам, но каждое движение или заклинание тролля заставляли меня замирать от страха.

Вскоре потасовка сошла на нет. Совместные заклинания Адама и Мэйсона спеленали тролля, и теперь он напоминал скорее муху, угодившую в паутину, чем злобное умертвие.

Невольно я сглотнула. Не будь с нами Адама и Мэйсона, без жертв бы не обошлось.

– Кто тут у нас? – вполголоса проговорил Адам. – Маг – большая редкость среди троллей и, судя по татуировке на шее, член одной из преступных банд. Неудивительно, что его похоронили здесь.

Я только моргнула. Он еще и татуировку успел разглядеть?

– Зачем ты рисковал собой? – укоризненно спросила я у Адама. – Умертвие вряд ли сумело бы причинить мне вред. Даже странно, что среди всех присутствующих он польстился именно на меня.

– По-твоему, я должен был спокойно ждать, пока он на тебя нападет? – неожиданно взорвался Адам.

Не ожидав такого напора, я не нашлась с ответом.

– Как будем упокаивать? – буркнул Адам в сторону Мэйсона.

– Сожжем, иначе Цитадель пронюхает, что именно здесь произошло.

– В принципе мы в своем праве. Умертвие, угрожающее живым существам, подлежит уничтожению.

Адам щелкнул пальцами, и тролль вспыхнул словно факел. Спустя пару минут от него ничего не осталось – только серый пепел, который быстро разнес ветер. Растревоженную могилу Адам засыпал землей при помощи магии – теперь-то можно было не церемониться.

Вовремя!

Стоило Адаму закончить, как в воротах появился некромант, имя которого уже вылетело у меня из головы.

– Пусто? – насмешливо поинтересовался Мэйсон.

Вот это выдержка! Как будто не он только что расправился с умертвием!

– Пусто, – кисло признал некромант и подозрительно прищурился. – А вы все почему до сих пор здесь? И чем это пахнет?

– Мы уже уходим, – первой спохватилась миссис Найджел и, цапнув мистера Горфрива за локоть, увела к дороге.

Следом потянулись Ронни и Драннис. Они все еще с осторожностью посматривали друг на друга, но о чем-то оживленно беседовали. Время на разговор у них будет – экипаж придется поискать. Вряд ли извозчики ожидают найти клиентов ночью на кладбище.

– Я, пожалуй, тоже пойду, – некромант нервным движением дернул ворот рубашки и гуськом прошел мимо Мэйсона.

– Ты какая-то важная шишка? – удивленно спросила я.

– Можно и так сказать, – кивнул тот. – На прошлой неделе меня сделали главным некромантом Цитадели. Пока с испытательным сроком в три месяца, но учитывая, сколько обязанностей на меня повесили… Вряд ли найдутся другие претенденты.

Я едва не присвистнула, только сейчас осознав, насколько нам повезло. Или не повезло? Адам тоже выглядел напряженным. Он помедлил, а потом все-таки спросил:

– Ты сможешь замять это дело, если детали все же всплывут? Если, конечно, захочешь.

– Да, – кивнул Мэйсон. – И даже помогу тебе с Кэти. До меня доходили слухи о комиссии, созданной специально для рассмотрения случая с Порождением.

– Спасибо, – Адам ошарашенно потряс головой, – но… почему?

– Пора оставить прошлое в прошлом, – тихо ответил Мэйсон. – Мы оба обожглись об Амалию, но мы можем снова стать друзьями. Согласен?

Адам улыбнулся той самой искренней улыбкой, которую я особенно любила, и кивнул.

– Отличная идея.

Каким-то чудом нам удалось найти две кареты. Одна досталась миссис Найджел и мистеру Горфриву, вторая – Ронни, Драннису и тому самому некроманту. Вот им и представился шанс проверить, как их магия работает вместе!

Нам же ничего не оставалось, кроме как отправиться в Агентство пешком. Мне эта мысль даже понравилось. Прогулка даст время прийти в себя и переварить все события этого сложного дня.

Вот только Мэйсон внезапно пристроился рядом с нами. На вопрос Адама, почему бы ему не пойти к себе домой, он насмешливо вздернул бровь и спросил:

– Неужели после всего через что мы прошли, вы не позволите мне принять душ и не напоите чаем?

– Так и быть, – рассмеялся Адам. – Будет тебе чай!

По дороге мы молчали. Несмотря на свою бестелесность, я очень устала, а Адам и Мэйсон… Они хмурились, думая каждый о своем. Наверное, ровно в этот момент они как раз оставляли прошлое в прошлом.

Когда мы добрались до нашей улицы, начало светать. Мэйсон нашел мальчишку-газетчика и отправил передать послание. Для этого ему пришлось купить всю стопку газет, но Мэйсона это не остановило. Он высыпал несколько монет в ладонь мальчика и продолжил дорогу, абсолютно уверенный, что все будет так, как он велел.

Мне не показалось, Мэйсон действительно богат. Возможно, аристократ. Что-то в его манерах и повадках выдавало принадлежность к высшему сословию. Я была рада за Адама, ведь у него снова был друг, но не могла не жалеть о том, что в нашем маленьком мирке появился еще один человек.

Хотя если вспомнить про мои усиливающие чувства к Адаму… Это даже к лучшему! Меньше времени наедине, меньше возможности выдать себя.

– Ты заказал завтрак? – спросил Адам, заходя в Агентство.

Мэйсон кивнул.

– Написал Даяне, чтобы она зашла в гости. У меня новости от Дамиана. Я решил, что будет проще сообщить их вам обоим сразу.

Брови Адама поползли вверх, а я едва не влетела в его спину.

– А меня ты не подумал об этом спросить? – возмутился Адам.

Мэйсон махнул головой.

– Ой да ладно, ты бы отказался. Ты у нас любишь одиночество. Удивительно, что ты нанял духа, а не целыми днями разговариваешь сам с собой!

Я покачала головой. Чувствую, с присутствием Мэйсона наша с Адамом жизнь значительно изменится…

Когда мы вошли в холл, Малыш, нахохлившись, сидел на шкафу. Я вздохнула. Конечно, Мэйсон его уже видел и все же…

– Что это за существо? – спросил Мэйсон. – Сейчас я никуда не тороплюсь.

Мы с Адамом переглянулись, и я заговорила.

– Он явился с Изнанки. Понятия не имею, как это произошло, но он вместе со мной прикрепился к магическому свитку Адама. Благодаря этому, я могу, например, чувствовать его шерсть, хотя все прочие ощущения из реального мира мне неподвластны.

– И он тварь из Сурилрома, – заявил Мэйсон и повернулся к Адаму. – Ты позволил Порождению жить в собственном доме?

Я почувствовала укол совести. Если из-за меня у Адама будут проблемы, я себе этого не прощу.

– Да, – кивнул Адам, скидывая пальто. – Малыш – весьма любопытный зверь, но мы нашли общий язык. Кстати, он понимает гораздо больше, чем ты думаешь. А еще он как-то связан с Кэти, и я намерен выяснить, что именно с ней произошло и почему свиток притянул их обоих.

– Любопытно, – протянул Мэйсон и прошел в гостиную.

Растерянная, я осталась стоять на месте. И это все? Хотя если он не собирается выдавать Адама, то что ему Малыш? Я шепнула зверьку, что покормлю его позже, и понадеялась, что у него хватит терпения не показываться на глаза.

В груди заворочалось беспокойство. Мэйсон знал слишком много наших с Адамом тайн, каждая из которых грозила обернуться серьезными неприятностями. Но если Адам доверял ему, то и я буду.

Когда Адам и Мэйсон разбрелись по ванным комнатам, в дверь постучали. Я со вздохом поплелась в холл. Конечно, честь встречать Даяну досталась именно мне. Давай, Кэти, будь приветливой!

– Мальчишка сказал… – затараторила девушка, но увидев меня, осеклась на полуслове.

Ее зеленые глаза изумленно распахнулись, что довольно странно, ведь мы уже не раз встречались. Или она не ожидала увидеть меня в Агентстве? Хотя где еще мне быть.

Сама Даяна, несмотря на раннее утро, выглядела очаровательно, и меня снова охватила ревность. Светло-голубое платье с рукавами-фонариками и в меру пышным подолом невероятно шло ей, подчеркивая тонкую фигуру. Белокурые волосы мягкими волнами лежали на плечах.

– Адам и Мэйсон скоро освободятся, – кисло произнесла я, злясь на себя.

– Отлично, я как раз подготовлю завтрак, – кивнула Даяна и обернулась, высматривая кого-то позади.

Нахмурившись, я выглянула из дома и увидела стоящую напротив карету с фирменным логотипом ближайшей таверны на коробе. Умно! Мэйсон вызвал Даяну и ей же поручил заботу о завтраке.

– Проходи, – вздохнула я и посторонилась.

Глава 14

Адам

В дверь постучали, и Адам дал разрешение войти. Он уже принял душ, надел домашние брюки и теперь упорно искал в шкафу подходящую рубашку. Раз уж у них будут гости, надо выглядеть достойно. Но вся одежда из прошлой жизни либо была неприлично дорогой, либо давно просила смены.

Наконец Адам набросил рубашку на плечи и застегнул пуговицы.

Дверь отворилась, и внутрь вошел Мэйсон. Он тоже успел помыться и даже переодеться. И откуда только вещи взялись? Неужели откликнувшись на весьма туманную просьбу Адама, Мэйсон уже тогда рассчитывал задержаться в гостях?

– Даяна уже здесь, – сказал Мэйсон. – Чувствую ее присутствие.

– Я тоже понял, – кивнул Адам.

Они оба замолчали. Несмотря на зарытый топор войны, прежней легкости в общении между ними не было. Последний раз Адам нормально разговаривал с Мэйсоном три года назад. Три года – достаточный срок, чтобы измениться и стать другим человеком.

– Насчет Кэти… – кашлянул Мэйсон, послав в сторону Адама искрящийся весельем взгляд. – Давно она тебе нравится?

– Что? – выдохнул Адам. – Вовсе не…

Мэйсон, дернув уголком рта, плюхнулся на кресло.

– Значит, ты еще не понял. Прошлый твой роман с Амалией разворачивался прямо передо мной, помнишь? Я знаю, как выглядит Адам, которому нравится девушка. К тому же ты подставился под умертвие, чтобы вытащить духа. Ты, боевой маг с соответствующими навыками. Не поверил бы, если сам бы не увидел.

– Кэти не просто дух, – буркнул Адам. – С ней что-то не так, и я боялся, что она пострадает…

– Об этом я и твержу, – хмыкнул Мэйсон. – Ты по уши влип!

– Тише, – прошипел Адам и быстро сотворил заклинание, запечатавшее звуки внутри комнаты. – Твоя правда, Кэти мне нравится. Сначала я впечатлился ее способностями и готовностью прийти на помощь, а сейчас… все гораздо серьезнее. Но она дух, помнишь? Пусть и непростой.

Адам сел во второе кресло и устало потер виски. Мэйсон мог сколько угодно веселиться над ним – после случая с Амалией у него на это есть полное право. И все же помочь мог только он. Другого некроманта такого уровня Адам не знал.

– Иногда мне кажется, что на самом деле тело Кэти не развеяли… – задумчиво проговорил Адам. – Она ведет себя слишком живо для духа. Вдобавок я никогда не слышал, чтобы духи теряли память.

– Согласен.

– Пока мы не так много узнали о прошлом Кэти, но мы над этим работаем.

– Я помогу, – кивнул Мэйсон.

Адам поднял голову и, прищурившись, посмотрел прямо в глаза Мэйсона.

– Я могу тебя доверять? Цитадель заприметила Кэти, а ты хочешь перейти ей дорогу? Наверняка придется лгать и изворачиваться.

– Расслабься, – бросил Мэйсон, развалившись в кресле. – Это не изощренная месть за Амалию. Я действительно хочу помочь, да и Цитадель… Сам знаешь, как легко она распоряжается чужими судьбами. Кэти тебе нравится, да и я признаю, что она талантлива. Будет жаль, если Цитадель использует ее и выбросит.

Адам все еще молчал, и Мэйсон закатил глаза.

– Хочешь, дам магическую клятву?

Адам думал всего мгновение.

– Хочу. Касайся дело меня, я бы доверился… Но Кэти…

– И ты еще утверждаешь, что нет никаких чувств, – проворчал Мэйсон, выплетая заклинание. – Клянусь, я не причиню вреда ни Кэти, ни тебе.

Плетение впиталось в грудь Мэйсона, и Адам удовлетворенно кивнул. Формулировка слишком простая, но это не важно. Магическая клятва считывает намерения своего носителя и не даст нарушить обещание.

– Спасибо, – искренне поблагодарил Адам. – Теперь спустимся вниз? Я зверски голоден!

В гостиной, в центре которой расположился заставленный аппетитными блюдами стол, царила напряженная тишина. Даяна порхала вокруг, поправляя тарелки, словно мысленно измеряя расстояние между ними линейкой. Самостоятельное проживание в далеко не элитном районе города не выбило из нее великосветские привычки. Такой завтрак могли бы подать на приеме у графа, а не в разваливающемся старом доме. Ножку подпирала книжка, чтобы стол не шатался, зато на тарелках лежали кружевные салфетки.

Кэти нашлась в углу. Пристроившись на краешке стула и держа бумаги на коленях, она быстро орудовала карандашом и заполняла документы по делу миссис Найджел. Город не заплатит за это дело, ведь всей правды никто не узнает. Но отчитаться все равно следовало, ведь в конце месяца банк, выдавший ссуду, запросит бумаги.

На мгновение Адам засмотрелся на Кэти, сосредоточенно нахмурившую нос. Задумавшись, она прикусила кончик карандаша, и Адам почувствовал на себе взгляд Мэйсона. Нетрудно догадаться, о чем он в этот момент думал.

– Мэйсон! Какой приятный сюрприз! – воскликнула Даяна. – Я не поверила своим ушам, когда тот мальчик принес твое сообщение.

Даяна бросилась обниматься, и Мэйсон погладил ее по голове, нарочно растрепав волосы. Он всегда так делал, и Даяна, обиженно взвизгнув, принялась приводить прическу в порядок.

– Давайте позавтракаем, а потом обсудим дела, – предложил Адам и посмотрел на Кэти.

Под его взглядом она со вздохом отложила бумаги и заняла место за столом. Следующий десяток минут все, кроме Кэти, были заняты едой – неизвестный повар расстарался на славу. Здесь были не только омлеты, сэндвичи и булочки с маслом, но и нарезанная щедрыми ломтями ветчина, запеченная индейка и даже жаркое.

– И что же передал Дамиан? – наконец не выдержала Даяна.

Мэйсон улыбнулся.

– Дамиан сообщил, что едет в гости. А еще до него дошли слухи, что ты сбежала из дома.

Даяна насупилась.

– Так было надо! И возвращаться я не собираюсь, даже не уговаривай.

– Ты взрослая, – пожал плечами Мэйсон. – Но объяснить это брату будет сложно, сама знаешь, какой Дамиан упрямец, когда дело касается семьи.

Адам искоса посмотрел на Кэти, не участвующую в разговоре, и его сердце пропустило удар. Кэти сидела напротив камина, и он уже привык, что пляшущие языки пламени обычно виднелись прямо сквозь нее.

Но сейчас тело Кэти не просвечивало. Ее кожа была бледной, но точно не прозрачной. Адам, забыв про завтрак, с жадностью всмотрелся в Кэти. Что еще он пропустил? Кэти все время была рядом, и если изменения происходили незаметно, из-за напряженного расследования он мог их не заметить.

– Почему ты так на меня смотришь? – занервничала Кэти и дернула плечом, отчего ее светлые волосы рассыпались по плечам.

Адам подался вперед. Раньше ее волосы не реагировали на движения и лежали ровно, словно приклеенные. Сейчас же Кэти нервным жестом заправила пряди за уши, и это выглядело совершенно естественно.

Резко отодвинув стул, Адам подошел к Кэти. Она округлила глаза, явно не понимая, что происходит.

– Ты позволишь? – наклонившись, спросил Адам.

Кэти кивнула, и он коснулся ее волос. Мягкие и шелковистые. Такие могли принадлежать живой девушке, но никак не духу.

– Ты изменилась, – быстро сказал Адам. – Ты больше не просвечиваешь, а твои волосы…

Кэти резко вскочила с места, ойкнула и медленно посмотрела вниз. Она больше не висела в воздухе, как положено духу, а твердо стояла на полу. Изо рта Кэти вырвался полустон, и она пошатнулась. Адам подхватил ее под локоть, с сожалением отметив, что на ощупь она все еще холодная и почти невесомая.

Мгновение подумав, Кэти скинула туфли и с наслаждением пошевелила пальцами на ноге. Красивыми аккуратными пальчиками с выкрашенными в нежно-розовый ногтями, не мог не отметить Адам.

– Я… я… – Кэти лишилась дара речи, а потом подняла испуганный взгляд на Адама. – Что со мной происходит?