Герта Крис

ДОЧЬ БАРОНА

Мы никогда не знаем,

чем кончится то, что началось.

И не знаем, что и когда начнётся…

Пролог

Слуга оказался прав — буковые дрова горели жарко и долго. Хорошо ещё, что баронесса положила лишь несколько поленьев. Но для кого было стараться?

Когда она совсем уже собралась лечь спать, раздался тихий стук Сердце забилось часто-часто, а руки и ноги словно онемели. Но стук повторился, и она поняла, что звук идёт от зеркала.

— Это я, досточтимая баронесса! — еле слышно донеслось из-за стенной панели.

Голову словно окатило ледяной водой, но одна мысль осталась ясной и настойчивой.

— Входите…

Зеркало повернулось.

— Вы почему здесь?! — зло прошептала она. — Голова лишняя отросла?!

— Прошу вас, баронесса, не винить меня в том, в чём я неповинен. Из столицы выехать невозможно. Сюда еле пробрался. Охрана стоит даже в коридорах слуг.

— Есть хотите?

— Как пустотный волк! — хрипло заверил он. — Можно я руки помою?

— Это здесь. — Она открыла дамскую комнату.

Проходя мимо, ночной гость на мгновение коснулся её плеч. В животе баронессы что-то дёрнулось, и она недовольно подумала, что пальцы мог бы и оставить…

Потом он сидел к ней спиной и ел, а она с удивлением думала: «Неужели это и есть счастье — радоваться, что мужчина может утолить голод? Или даже тому, что он просто пришёл? Рискуя жизнью…»

— Баронесса…

Продолжить гость не успел — в дверь сильно и настойчиво постучали:

— Досточтимая баронесса! Немедленно откройте! Приказ короля!

Она зажмурилась, как в детстве, надеясь, что сейчас всё изменится и станет хорошо. А вот гость не растерялся. Явно не раз попадал в такие переделки!

— Сделайте вид, что спали, — прошептал он. — Покрывало откиньте, подушку сомните… И браслеты наденьте! А я ухожу в подземелье.

Пока она металась по комнате, гость взял плащ, подошёл к зеркалу и стал возиться с запором.

— Вот проклятая Пустошь! Заело!..

Он что-то подковырнул ножом в тайной двери, и она послушно открылась. «Всё против меня!» — подумала баронесса.

Гость шагнул в темноту и уже оттуда спросил:

— Если я не смогу уехать… Можно постучать в эту дверь?

Баронесса вдруг бросилась в темноту, прижалась к нему и сквозь всхлипывания горячо зашептала:

— Уезжай! Пожалуйста! Мне бы только знать, что ты жив! Уезжай!

А он гладил её вздрагивающие плечи и бормотал:

— Всё будет хорошо… Правда… Поверь мне…

Но она не верила.

Когда зеркало почти закрылось, она крикнула в узкую щель:

— Уезжай!

Плачущая баронесса не услышала, как ночной гость спросил:

— Как же я теперь уеду?..

Глава 1

— Какая тоска… Самая старая кляча перед смертью быстрее ползёт! Ти! Почему отец не дал нам нормальную карету?! До столицы две недели ехать будем!

Тиана отложила книгу и с улыбкой посмотрела на младшую сестру. Внешне они были очень похожи: светлые волосы — в мать — и тёмно-синие глаза от отца. Только у младшей глаза чуть посветлее. И в них всегда плясали мелкие бесенята.

— Ты, Мег, повторяешься. С утра третий раз.

Добавить в голос строгости не получилось, и Тиа бросила в сестру маленькую подушку. Ловко поймав снаряд, Мегана развернулась на одной ноге и плюхнулась в мягкое кресло, на мгновение задрав ноги выше головы. Это вызвало недовольство Тианы:

— Ты так рвёшься к королевскому двору, а ведёшь себя… Лучше почитай о хороших манерах и правилах поведения в обществе!

— Читала!

Мег вскочила, присела в глубоком реверансе и тут же снова оказалась в кресле.

— Это всё, что должна уметь дама при дворе! Ну, ещё иногда говорить «да». Реже «нет». А то замуж не выйдешь!

— Ты забыла «смущённо улыбаться, спрятав улыбку в поклоне», — процитировала Тиана и рассмеялась: — А подол платья подняла чуть не до колен! Мигом замуж попадёшь!

— Почему нет? Все средства хороши! Столица… Ах, Ти! Нас ждут балы при дворе, приёмы, галантные мужчины!

— Такие же, как тот плешивый рыцарь, с которым ты три года назад собиралась сбежать?

— Злая-злая-злая! — Мегана показала сестре язык и покраснела. — Не такой уж и плешивый… И вообще! Я и в четырнадцать умнее была, чем ты в шестнадцать! Сейчас уже при королевском дворе была бы!

— Если бы доехала. — Тиана взяла книгу и добавила: — Мог и в таверне по дороге бросить.

Сестра метнулась к ней, с усилием опустила книгу вниз и горячо выдохнула:

— Но ведь могло получиться?!

— Могло, — легко согласилась Тиана. — Но он был беден и глуп… Хотя нет! Хватило же у него ума смыться из замка ночью, пока ты спала и смотрела сны…

Но тот рыцарь-паладин умом, конечно же, не блистал. Тиана сама слышала, как путешественник поведал барону, что пытался сократить путь и влетел в сосущую ловушку. Два пальца на руке потерял и повозку едва не сгубил… А ведь это место помечено даже на карте в кабинете отца! Тиа помогала заполнять учётные книги и таможенные пропуска и, конечно же, видела эту огромную древнюю карту Пустых земель за границами баронства. Да и сам пропуск начинался с приказа короля не сходить с дороги и останавливаться только в тавернах! Конечно, дурак.

— Да и куда бы ты делась? Отец и в столице нашёл бы. Тебя розгами, а его в кандалы и в тюрьму. А на своей земле просто бы повесил…

— Как это?! — изумилась Мегана. — Рыцаря-паладина?!

— Тебе следовало прочитать «Права и обязанности барона», — назидательно произнесла Тиана. — А не «Приключения хитреца в столице».

— Но я же не барон! — искренне изумилась Мегана. — Зачем мне всё это знать? И с чего ты взяла, что тот рыцарь беден? Может, у него имение! Или даже дворец в столице?

Тиана вздохнула и положила книгу на колени.

— Мег! Подумай своей головой! Зачем богатому рыцарю ехать через Пустошь? Он послал бы наёмника. И повозку свою он у отца на простую кобылу и кошель серебра обменял. Совсем даром! Отец с конюхами за два дня её починил.

— Так мы в той самой повозке едем? — округлила глаза сестра и принялась оглядываться.

— Нет. Ту отец продал с большой выгодой. А это баронская…

— И откуда ты всё знаешь?! А что это за книга такая?

Она протянула руку, приподняла книгу и прочитала название на обложке:

— «Караван». А о чём это?

— Если судить по документам отца — ни о чём. Больше половины вранья.

— А зачем читаешь? Давай тогда лучше поиграем!

— Давай, — согласилась Тиана. — Только, чур, не в «Карты любви»! В королевские шашки!

— У-у-у… — недовольно сморщила нос младшая сестра. — В шашки ты почти всегда выигрываешь! Тогда убери свои три! И я хожу первая!

— Две хватит. А то тебе половину захочется.

Они разложили доску на маленьком прозрачном столике и принялись расставлять каменные пирамидки, кубики и арки. Мегана сделала первый ход и спросила:

— А почему это колёса стучат, а нас даже не покачивает, как в карете?

Тиана, почти не задумываясь, двинула вперёд одну из пирамидок и улыбнулась:

— Потому что стучат не колёса…

* * *

И это была правда. По приказу короля колёса на повозки навешивали прямо в баронском замке, на конюшне. Хотя делалось это редко. Только для тех, кто вёз в столицу важные товары из-за Пустоши, и для баронской повозки, доставляющей два раза в год налоги в казначейство. Остальным приходилось пересаживаться в кареты и на телеги. И под хорошей охраной! Охотников захватить дорогие товары и искать не надо — от владельцев земель до лихих людей.

А по Пустоши эти странные экипажи, похожие на большой длинный ящик, плыли в двух локтях над землёй. И реки с озёрами им не были помехой. Кое-кто из торговцев-путешественников писал, что повозка может взлететь в небеса или легко нырнуть глубоко в воду. Но Тиана в подобные россказни не верила. Будь оно так — не тащились бы караваны по извилистой дороге среди смертельно опасных ловушек!

Что же до стука колёс и копыт — его явно издавал какой-то механизм. Хотя бы потому, что до внутренних ворот крепости повозки плыли совершенно бесшумно, а выпускались лишь с одобрения доверенного слуги барона, после полной проверки и включения этого самого перестука. «Дабы не смущать умы крестьян и горожан», — так значилось в королевских пропусках. А кто захочет нарушать королевский приказ? А тем более — волю барона! Как говорится: «Король далеко, а барон рядом!»

Напасть даже на одну повозку, даже с самым драгоценным грузом, могли только умалишённые. Или самоубийцы. Тончайшую серую ткань, свисавшую до самой земли, не могли пробить ни арбалетный болт, ни боевой топор. Когда-то, совсем юной, Тиана попыталась отрезать кусок этой странной прозрачной материи поясным кинжалом — и очень расстроилась. Ткань скользила по острому лезвию, оставаясь невредимой. Отец, застав её за этим занятием, хохотал до слёз. Её первых слёз. А потом отвёл Тиану в мастерскую при конюшне, быстро отрезал от рулона жужжащим ножом длинный кусок и вручил дочери. Но измываться над тряпкой быстро надоело, и Тиана использовала этот лоскут как закладку в книгах.

Ну, а четыре низкие башенки на крыше у понимающих людей напрочь отбивали желание спросить, куда едет повозка и что везёт. Стреляли они беззвучно, неизвестно чем, но легко превращали в пыль дубовую мишень. Это Тиана сама видела — отец, продавая или передавая в аренду повозки, проверял при покупателе каждую мелочь.

И городская стража не задавала вопросов. Ясно же — королевские дела…

* * *

— Верни на место кубик, — попросила Тиана.

— Какой кубик, Ти?! — очень естественно удивилась Мегана. — Не понимаю…

— Тот самый, который ты стащила с доски. Вот отсюда.

— Но это нечестно! Через три хода ты выиграешь!

— Значит, Мег, — удивилась старшая сестра, — ты видишь на три хода вперёд и стянула именно ключевую фигуру? И нагло требуешь убрать две мои?

— На, забери свой кубик! И мне надоело играть! Не люблю шашки! Читать буду!

Мегана схватила первую подвернувшуюся книгу и забралась в кресло с ногами. Перевернув несколько страниц, она зевнула и недовольно произнесла:

— Если ты, Ти, такая умная, то ответь, когда наконец мы прибудем в столицу?

— Утром ты это спрашивала, а я ответила — мы будем в Руате через четыре дня на пятый. В два раза медленней, чем в карете, но в сто раз безопаснее. И приедем не покрытые пылью до ушей, как каменотёсы. И спина ни у кого болеть не будет. И выспимся нормально.

— Спать я могу и сейчас. — Мегана сладко зевнула и потёрла глаза.

— Это чтобы ночью читать про хитрого воришку? Ты могла бы уже выучить наизусть…

— А я помню! Только читать про него так интересно! А до столицы ещё так далеко! А нас сразу отвезут в королевский дворец?

— У тебя вопросов, Мег, как блох на Торхаре! — улыбнулась Тиана.

— А почему мы не взяли с собой пса? Он бы меня охранял!

— Хватит с тебя и пары браслетов. А Торхар… — Тиана вздохнула. — Будь моя воля, вообще никуда бы не поехала.

— Глупенькая ты, Ти, — пожалела сестру Мегана. — Это же столица! Королевский двор! Кавалеры! И ты не ответила! Мы сразу поедем во дворец? Ну, Ти! — Она капризно нахмурилась. — Ты же всё знаешь! Это тебе отец поручения давал!

— Ты тоже могла бы всё знать, но предпочла заниматься всякой ерундой! Мы не можем сразу ехать во дворец. Сначала конюх Реток передаст казначею груз от барона, потом мы поедем в гостиницу, повозка отправится домой… — Тиана вздохнула и продолжила: — А мы пойдём заказывать платья…

— Почему так долго?! — возмущённо воскликнула Мегана. Она вскочила, снова вернулась в кресло и опять вскочила. — Так мы и за год до дворца не доберёмся! А сколько денег тебе дал отец?

— Столько же, сколько и тебе. На платья и гостиницу точно хватит, а там и твой любимый дворец…

— А что Реток везёт? Ти! Ты же знаешь!

Тиана, конечно же, догадывалась. Но не обо всём. Барон имел право облагать налогом караваны из Пустоши и брать золото, драгоценные камни, лекарства, какие-то технические устройства и приборы, которые большинство жителей королевства именовали «магическими». Брал отец и продукты: зерно, мясо, вино, специи, мёд. В основном именно их и везли через Пустошь на ту сторону. А вот на обратном пути у караванщиков зачастую и горсти муки не нашлось бы. Потому опытные путешественники оставляли продуктовый залог — чтобы не голодать по дороге в столицу.

— Да откуда мне знать?! — отмахнулась Тиана. — Налоги, украшения…

— Такие, как у нас? А я видела! Видела, как несли два сундука! И большой свёрток! Это их мы повезём в казначейство? А где они сейчас?

— Мег! Не мечись перед глазами, как горная белка! Иначе кавалеры во дворце тебя просто не увидят! А повозка с налогами ездила в столицу лишь два месяца назад. Потому и погрузили так мало. В комнату управления вместе с Ретоком. Обычно перевозят всё в этих двух комнатах, где сейчас живём мы. Так что можешь считать себя большим самородком золота!

— Да?! — восхитилась Мегана. — Я большой кусок золота, усыпанный драгоценными камнями! — И без паузы спросила: — А ты, Ти, была в первой комнате? Там интересно?

— Ничего интересного для тебя там нет. Серые стены, рычаги, педали, узкие щели, в которых почему-то видно даже небо и то, что вокруг творится… И шлемы какие-то непонятные. Ты лучше в окно смотри! Сейчас мимо Гранчиса проезжать будем.

Мегана припала к окну и затараторила:

— О-о! Какие красивые дворцы на холме! А стены крепости совсем обвалились… А почему так, Ти? И откуда ты знаешь, что это Гранчис?!

— Карта на стене. Сама можешь посмотреть. А последняя война была очень давно, Мег. И больше не предвидится — Пустошь не даст. Потому и разбирают стены на другие постройки…

— Смотри! На лужайке дамы и кавалеры отдыхают!

Мегана приседала в книксенах, загадочно улыбалась и накручивала локон на палец, несмотря на насмешливые увещевания сестры.

— Сама знаю, что окна непроницаемы! Я тренируюсь…

Глава 2

Как и сказала Тиана, до Руаты они добрались в середине пятого дня. Королевская крепость сияла белым камнем над медными крышами дворцов где-то в центре, городская стена на удивление совершенно целая, а на башнях стояли стражники. Столь же суровые блюстители порядка охраняли огромные распахнутые ворота, изредка останавливая и проверяя крестьянские телеги.

К крайнему возмущению Меганы, повозка, не добравшись до моста через ров, повернула в сторону и двинулась в обход города.

— Что это такое, Ти?! Мы что, хуже крестьян?! Почему мы не въезжаем в Руату через эти ворота?!

— Не шуми так, Мегана! — отмахнулась сестра. — Как и ты, я здесь в первый раз и ответов на твои вопросы просто не знаю. Может быть… Ты вообще заметила, что мы объезжали города стороной?

— И что?! Вот встречные нам хотя бы кланялись! А тот напыщенный индюк в коляске с охраной даже шляпу не снял! Хам! Пустошь его забери!

— А кому он должен был оказывать почтение? — поинтересовалась Тиана. — Повозке?

— Нам с тобой! — отрезала Мегана. — Он что, дурак?! Не понимает, что это баронская повозка?!

Спорить с сестрой Тиана не стала. Не было смысла говорить о том, что повозкам не кланяются. Даже баронским. Она только заметила:

— Ты кричишь и ругаешься, Мег, как конюх, упавший с лошади. Постарайся при дворе вести себя соответственно.

— Ну, мы ещё не во дворце! И сколько мы ещё будем ехать?!

Пока они препирались, повозка достигла узкого разводного моста и остановилась между двух башенок. Мост медленно опустился, открывая низкие массивные ворота. Стоило баронской повозке протиснуться в каменный мешок под стеной, как ворота сзади закрылись и наступила темнота.

Тиана вдруг ощутила гнетущую тоску. Такую же, как в родовом склепе на похоронах матери. Словно кончалось что-то очень хорошее и начиналось плохое… Даже Мегана подавленно молчала, и грозный оклик, раздавшийся откуда-то сверху, буквально разорвал вязкую тишину:

— Кто?!

— Повозка пограничного барона Арлея! — откликнулся конюх Реток.

— Отключить дорожную охрану!

— Исполнено!

Впереди что-то заскрипело, возникла узкая полоска света, расширилась, и баронская повозка въехала в столицу королевства — город Руату. Каменная плита ворот медленно поползла на место, отрезая путь назад.

— Где мы… — Мегана прокашлялась и повторила: — Где мы?

— В столице, — вздохнула Тиана. — Справа казначейство, а слева, кажется, гостиница…

— А с чего ты взяла, что это казначейство? И почему оно такое маленькое и плоское?

— Ну откуда мне знать, Мег? Это же только ворота! Наверное, оно в скале или под землёй. А вот башенки над входом такие же, как у нас на крыше. И смотри, сколько охранников вокруг нас!

— А я думала, что это нас встречают. Эскорт…

Повозка стояла, Реток молчал и не двигался, пока створки ворот казначейства не приоткрылись и не выпустили элегантного молодого человека. Спросив о чём-то конюха, он вновь исчез за воротами.

— Почему нас не выпускают?! — возмущалась Мегана. — Мы так и будем здесь сидеть?!

— Помолчи, Мег, — попросила Тиана. — Сказано же — сначала дела барона и короля. Может, и нас потом по описи сдадут…

И она почти угадала. Из широко раскрывшихся ворот казначейства выехала низкая платформа, и на неё, по приказу седого чиновника в синем плаще, погрузили сундуки. Реток из рук в руки передал седому большой запечатанный пакет и получил в ответ маленькую шкатулку. Платформа с сундуками и чиновник с пакетом скрылись в казначействе, ворота захлопнулись, и лишь тогда конюх выпустил баронесс из плена повозки. К слову, охраны на площади сильно поубавилось.

— Почему так долго, Реток?! — капризно возмутилась Мегана, сходя по пандусу на брусчатку улицы.

— Правила, досточтимая баронесса, — склонил голову конюх. — И строжайший приказ барона.

Тиана огляделась. Площадь, где они стояли, была не больше внутреннего двора баронского замка. Ворота в городской стене, ворота казначейства, массивное трёхэтажное здание гостиницы… Со стороны города улицу перекрывал шлагбаум, и вдоль него прогуливались четверо латников с пиками. Правда, шлагбаум охранникам тут же пришлось поднять перед тремя всадниками.

Реток махнул рукой двум здоровенным парням в смешных куцых пажеских плащах у входа в гостиницу и принялся руководить разгрузкой багажа баронесс. Однако переноску багажа прервал один из подъехавших. Он ловко соскочил с лошади, негромко, но веско приказал носильщикам:

— Стоять! — И тут же, сорвав с головы шляпу, подмёл чёрными перьями брусчатку у самых кружев платьев прибывших: — Досточтимые баронессы Арлей! Я капитан дворцовой стражи Рэйс и ваш покорный слуга!

Баронессы присели в реверансе, но капитану это не понравилось. Он сделал полшага вперёд, поклонился и прошептал:

— Совершенно лишнее. У меня нет титула. Вы же не будете кланяться горничным?

— Но вы и не горничная, господин капитан, — так же тихо парировала Тиана.

Улыбка буквально чиркнула по губам Рэйса, но он скрыл её следы в поклоне, шагнул назад, выпрямился и отрапортовал:

— По приказу его величества короля Варда Первого все вновь прибывшие дворяне размещаются во дворце! Комната баронессы Тианы Арлей в Северном крыле, комната баронессы Меганы Арлей в Восточном! Прошу баронесс подождать — мы обогнали вашу карету на несколько минут. Я готов принять ваши документы.

Конюх Реток подошёл к капитану и с поклоном протянул запечатанный сургучом пакет:

— Всё здесь, господин капитан.

— Хорошо. А вот и карета! Эй, носильщики! Погрузить и как следует закрепить багаж!

— Подождите, капитан Рэйс. — Мегана чуть склонила голову к плечу и обворожительно улыбнулась. — Нам необходимо заказать новые платья!

— Не стоит беспокоиться, досточтимая баронесса Арлей! К вашим услугам лучшие королевские портнихи! А в городе сейчас заказать платья невозможно! Скоро королевский бал — слишком много заказов!

— Бал… — одними губами восхищённо повторила Мегана.

— Бал — это хорошо, — кивнула Тиана. — Но хотелось бы, чтоб наши с сестрой комнаты были рядом. Мы даже можем занять одну комнату.

Мегана поморщилась, а по губам капитана вновь прогулялась едва заметная улыбка.

— Невозможно, досточтимая баронесса Арлей! Приказ короля!

Тиана поняла, что едва ли не любая просьба будет нейтрализована незатейливым, но действенным: «Приказ короля!» И она повернулась к конюху.

— Реток! Передай отцу, что мы благополучно прибыли. Ты заночуешь в гостинице?

— Нет, баронесса Тиана. Я немедленно отправляюсь обратно.

— Но… — Тиана нахмурилась. — Ты наверняка устал…

— Нисколько! — усмехнулся в усы конюх. — Эта лошадка сама знает дорогу, а я только присматриваю за ней.

К капитану подошли грузчики гостиницы, поклонились и доложили о том, что всё сделано, как надо. Тиана не знала, как обращаться к ним — в замке этот вопрос был предельно упрощён… А потому пошла простым путём и спросила у всех сразу, включая капитана:

— При гостинице есть таверна?

Кивнули все трое, а капитан нашёл нужным пояснить:

— Притом, досточтимая баронесса Тиана, весьма недурная.

«Вот ловкач! — подумала Тиана. — А ведь наверняка не знал, кто из нас кто!» Она посмотрела в глаза капитана Рэйса и язвительно произнесла:

— Надеюсь, что приказ короля позволяет мне посетить эту гостиницу! Реток, жди меня!

Повернулась и пошла к зданию.

За её спиной хохотнули сопровождавшие капитана, что-то коротко рявкнул сам Рэйс, а Тиана уже скрылась за дверями гостиницы. Вернулась она довольно быстро, и за время её отсутствия никто не произнёс ни слова. Следом за Тианой шёл дворовый мальчишка и нёс довольно увесистую дубовую баклагу.

— Это тебе, Реток, на дорогу. Какое ты любишь. Только не заблудись!

Тиана с детства знала, что конюх особо уважал крепкое чёрное пиво, и не удивилась тому, с какой радостью Реток взвесил на руке баклагу.

— Тиа… — Он осёкся и поправился: — Досточтимая баронесса Тиана! Счастлив отец, имеющий таких добрых детей! Но… Я всего второй раз в жизни видел, как барон плакал…

— Езжай, Реток! — Тиана печально улыбнулась. — Всё будет хорошо!

Конюх низко поклонился баронессам, открыл специальным ключом люк в повозке и исчез в нём вместе с баклагой. Пандус поднялся, закрылись двери комнат, в которых почти неделю провели сёстры, и повозка плавно двинулась задним ходом. Как только она развернулась и направилась к открывающимся воротам, появился перестук колёс, копыт и какой-то скрип.

— Мы готовы, капитан Рэйс!

— Досточтимые баронессы Арлей! Прошу в карету!

Тиана молчала почти всю дорогу до дворца. А вот с Меганы вся печаль слетела, как только она увидела первую даму в пышном платье.

— Ты только посмотри, Ти! Какой шикарный фасон! А какие кружева! Да наши платья — прошлый век! А зато мы едем в королевской карете, во дворец и с почётным сопровождением! Как принцессы!

О принадлежности кареты Тиана ещё могла бы поспорить — никаких гербов на дверцах не было. А сопровождение… Один всадник впереди кареты просто разгонял прохожих, а два других вполне похожи на эскорт. Или охрану. Но куда здесь сбежишь?

Мысли Тианы никак не совпадали с радостной трескотнёй сестры, и в конце концов она притянула Мегану за руку, передала тяжёлый кошелёк и строго сказала:

— Мег! Нас разведут по разным комнатам. Спрячь куда-нибудь и не трать всё сразу! Денег не так уж и много…

— А как ты думаешь, Ти, нам платья за счёт короля сошьют? Иначе нечестно будет! Смотри, сколько магазинов! Мы ведь сможем в них ходить, когда надо?

— Не знаю…

Хотя лицо Тианы было спокойным, в душе как будто засел кто-то большой и тяжёлый. Да ещё и ворочался. Все деньги она с радостью отдала бы вместе с королевским дворцом за возможность оказаться сейчас дома. Даже недовольство отца стерпела бы! Сменить это тесное платье на широкие, удобные кожаные штаны и куртку, читать книги или смотреть с башни на страшную Пустошь…

— Ти! Мы подъезжаем! Какие красивые ворота!

Даже позже ничего необыкновенного в этих воротах Тиана не увидела. Да, витые железные прутья. Да, розы, птицы… И огромный королевский герб, конечно. Но в баронском замке ворота были куда надёжнее! Хотя и проще.

Больше всего Тиана боялась, что младшая сестра ляпнет что-нибудь совсем неподобающее, но Мег её удивила. Словно эту неисправимую болтушку подменили! Она опёрлась о галантно подставленную руку капитана, сошла из кареты на каменные плиты двора и с лёгкой улыбкой кивнула:

— Благодарю, капитан Рэйс!

Вдруг появившиеся манеры сестры не смогли вывести Тиану из печального настроения, и она еле выдавила из себя:

— Спасибо, капитан…

С кареты уже снимали багаж, а к прибывшим баронессам спешили слуги в синих ливреях с вышитым на левой стороне груди гербом короля.

Пока поднимались к распахнутым дверям дворца, Тиана с некоторым беспокойством косилась на сестру. Мало ли! Мег так стремилась сюда, в королевский замок, что, достигнув желаемого, вполне могла тронуться умом… Но эти сомнения рассеяла сама Мегана. Как только слуги разошлись в разные стороны длинной галереи и с поклоном указали, куда идти каждой из сестёр, Мег присела в реверансе и чопорно произнесла:

— Баронесса Арлей! Я обязательно найду и навещу вас!

И хитро подмигнула.

Глава 3

Как ни увещевала, как ни уговаривала себя Тиана, а раздражение её нарастало и грозило выплеснуться наружу. Бесило буквально всё: блеск лака и позолоты, спина гордо идущего впереди слуги, пыхтение носильщиков сзади… И эти бесконечные коридоры, лестницы, галереи! Пустошь их забери! Ну зачем надо было дважды подниматься по лестницам и один раз спускаться?! Не то чтобы Тиана пыталась запомнить все повороты — ни к чему это, но замок Арлей был изначально спланирован куда с большим умом!

Но, как говорится: «Любая дорога через Пустошь имеет конец и упирается в ворота баронского замка». Это были, конечно, не ворота, а просто большая и слегка обшарпанная дверь. Прямо напротив на стене висел большой портрет убелённого сединами мужчины с безумными глазами. Тиана подумала, что неплохо бы узнать имя столь жуткого стража.

— Ваша комната, досточтимая баронесса Арлей!

Вероятно, более искушённая дама назвала бы комнату безвкусной и убогой. Но Тиана давала оценки несколько с другой точки зрения: окна вымыты, камин вычищен, навощённые деревянные панели в рост человека по всем стенам, обойная ткань не порвана, есть две ширмы, а паркет укрывает большой пушистый ковёр. Дома у неё ковёр был похуже и лежал прямо на грубо оструганных досках. Позже баронесса обнаружила за неприметной дверцей дамскую комнату. Умывальник с зеркалом, душ — чего ещё желать?

Два сундука и кожаные сумки носильщики поставили в угол у окна и вышли. Тиана нашла нужным кивнуть слуге в ливрее и сказать:

— Спасибо.

Почему-то слуга растерялся и принялся переминаться в дверях с ноги на ногу.

— Э-э… Досточтимая баронесса! Я пришлю мастера, чтобы починить замок и щеколду. Немедленно.

Вообще-то Тиана уже заметила, что массивная внутренняя задвижка разболтана и лишена половины гвоздей. Она собиралась сама починить и смазать замок, но зачем? Пусть теперь этим займётся тот, кто сделает лучше.

— Ещё кое-что, досточтимая баронесса… Если вы подниметесь по лестнице слева от двери на один этаж и пойдёте по коридору, то окажетесь прямо перед приёмной залой. Но там спокойней днём… А спустившись, идите вправо и быстро дойдёте до главных ворот.

«Тогда какой Пустоши мы…» — едва не выкрикнула баронесса, но сдержалась. Ну а растерянность слуги после её благодарности Тиана поняла, как только провожатый закрыл дверь.

— Эй, ты, кусок свиного дерьма в ливрее! — раздался визг в коридоре, и дверь для звуков не стала помехой. — А ну живо ко мне белошвейку! И ужин пусть подадут на два часа раньше и на двоих! Выполнять!

— Да, миледи… — еле расслышала Тиана.

«Да уж… Зря я заставляла Мегану изучать хорошие манеры! Здесь совсем другое в чести…» — подумала баронесса.

Но вникнуть в местные реалии можно было и позже. Следовало хоть как-то приспособиться к комнате. Благо что в стенной шкаф могло влезть в десять раз больше платьев и белья, чем было у Тианы.

Она сменила простыни на огромной кровати, расстелила кружевную салфетку на видавшем виде комоде и рассовала разные мелочи по ящикам. Затем её заинтересовал объёмистый ящик под окном. В нём оказалась свёрнутая верёвочная лестница, уже привязанная к вбитым в стену крючьям. Двух толкований подобной вещи быть не могло. Но Тиана вдруг расхохоталась — представила себя висящей в пышном платье на этой конструкции. Второй этаж… не так уж и высоко, конечно. Только вот понять, каким образом мужчины столь ловко лазают по этим зыбким палочкам, не могли ни она, ни её сестра.

Дверь распахнулась, в комнату Тианы влетел целый ворох кружев, цветочков, лент и затараторил:

— С прибытием, милочка! Я, конечно, понимаю тебя — сбежать из скучного дома во дворец дело правильное! Но и здесь скучища! Комнатка тебе досталась совсем плохонькая, но я знаю одного обойщика! Берёт дорого, но своё дело знает! Надеюсь, что у тебя есть хотя бы две золотые монетки?! Салфеточку ещё твоя прабабушка вязала?! Миленько! А покрывало и подушки — просто… Разве сюда порядочного кавалера можно пригласить?! Хотя для хорошей пары ты и старовата, но у меня есть один на примете — совсем не плох! А здесь у тебя что?!

Незваная гостья выдвинула ящик комода и полезла в шкатулку с зельями. А вот это вывело Тиану из состояния растерянности от столь безапелляционного напора. Она стремительно подошла к комоду, захлопнула шкатулку, едва не прищемив нахалке пальцы, медленно задвинула ящик и чётко произнесла:

— Моя прабабушка никогда не хамила в чужом доме. Да и в своём — тоже.

— Что?! — зашипело в кружевах. — Моё имя — графиня Тукань! Я живу этажом выше и… — Она брезгливо поморщилась. — Могла взять покровительство над всем этим! — И графские пальчики описали круг в воздухе.

— Баронесса Арлей. — Тиана сделала небрежный книксен и спокойно добавила: — Врываться ко мне без стука или проявлять неуважение не следует. Соблюдайте приличия, графиня. И укрой нас Пустошь от таких покровителей. А сейчас — вон.

Лицо горничной графини, стоявшей в распахнутых дверях с корзинкой в руках, вытянулось, как у лошади, и покраснело. Похоже, что служанка пыжилась, чтобы не рассмеяться. Её преимущество перед хозяйкой, по мнению Тианы, было бесспорным — она хотя бы молчала. А вот отвлекаться на службе не стоило…

Кружевной шар, заключавший в себе графиню Тукань, метнулся к двери, стремительно, словно биток из лузы в игре кибо, вышиб горничную наружу и поверг на пол.

— Кибос! — одобрительно произнесла Тиана игровой термин и закрыла дверь.

Но следовало продолжить обустройство своего жилища. На самом дне одного из сундуков баронесса нажала на выступающую доску и открыла тайное отделение. Отец снабдил своих дочерей достаточно могучим арсеналом. И как понимала Тиана — дорогостоящим. Она взяла из выемок два тяжёлых металлических бруска и осторожно перенесла их на ящик с верёвочной лестницей. Открыв окна, уложила бруски за рамами на гранитные плиты и, хлопнув в ладоши, произнесла:

— Решётка!

С лёгким шорохом, похожим на шелест стрекозиных крылышек, бруски выбросили тонкие нити, которые, переплетаясь, ринулись вверх, перекрыли проёмы окон и вздулись острыми наростами.

«Ну, вот! — с улыбкой подумала Тиана. — Теперь насекомые не страшны. Ни крылатые, ни в плащах».

Подобные вещи не вызывали трепета, и баронессы с детства учились ими пользоваться, но иногда… Вот, скажем, решётка. Она никогда не тронет жука, пролетающего мимо. Но если жук или комар полезет напролом, то обязательно ужалит гостя! Но не смертельно. А вот настойчивых зажарит до хруста. При этом она совершенно безопасна изнутри: хочешь — гладь, хочешь — тряси… И чем же это не магия?!

Или та шкатулка, которую отец отправил в дар какому-то герцогу. Стоило её открыть, как крошечные кавалеры кланялись дамам, приглашая их на танец. И всё это под чудесную музыку! Барон смеялся и показывал дочерям шестерёнки, рычажки и пружины сложного механизма внутри шкатулки, объяснял, что магии здесь ни на грош нет. И дочери согласно кивали. Но стоило открыть крышку…

Хотя силу магических зелий Тиана не отрицала.

Её размышления прервал осторожный стук в дверь.

— Открыто! — крикнула она и улыбнулась. Запереться-то нечем!

Вошёл мастер с ящиком инструментов, низко поклонился, пробурчал что-то одобрительное о решётках на окнах и занялся замками. Действовал он столь же просто, как конюхи при ремонте повозок, — менял всё блоками: оторвал щеколду, вытащил замок, установил новые и протянул пару ключей.

— Госпожа Арлей! Их всего два, но я могу сделать… И этот замок без ключа просто так не открыть!

А вот от маленькой серебряной монетки он попытался отказаться:

— Что вы, баронесса! Нам никак нельзя!

Тиана решила эту проблему просто — бросила монету в ящик с инструментом, сказала спасибо и закрыла дверь за растерянным мастером. Не то чтобы она не поверила словам этого человека о надёжности замка… Но, перебрав пузырьки с зельями, достала из шкатулки нужный и капнула на бородки ключей зелёной густой жидкостью. Затем несколько раз, по очереди, провернула ключи в замке — теперь ни отмычки, ни самые лучшие копии ключей не смогли бы помочь проникнуть в комнату.

— Вот и готово «гнездо»… — тихо произнесла Тиана.

Реток, наверное, уже далеко от столицы и пьёт своё пиво… Хоть бы оно кислым не было! Это ведь именно он под действием любимого напитка говорил: «Если ты, Тиа, вдруг окажешься… Упаси нас всех от этого! Но если окажешься в Пустоши и будешь ещё живой… Внимательно оглядись! С холмов и из ям надо уходить немедленно! А если вокруг трава и не видно шипоголовых змей — сказочно повезло! Рви эту траву и укладывай по кругу. В этом гнезде можно будет выспаться или укрыться, чтобы раны зализать. И это даже в том случае, если граница или дорога совсем рядом! И ходи по своим следам! Только так можно выиграть у Пустоши!»

Лишь незадолго до отъезда из замка Тиана узнала историю Ретока. Не то чтобы она подслушивала. Просто ученики конюхов слишком громко переговаривались за обедом. Оказалось, что Реток был самым опытным и лучшим караванщиком барона. Но, когда старшая из сестёр Арлей даже читать не умела, караван Ретока попал под удар Бродячего Смерча. Совсем маленького. Но его хватило, чтобы взломать комнату управления повозки в середине каравана. Один конюх канул безвестно, а второго только оглушило. Он даже сам встал, но пошёл не к ближайшей повозке, а прямо в Пустошь. Ему кричали, метали сигнальные шары, но он уходил от дороги дальше и дальше. Не исключено, что на него настроился Манок и вёл жертву в свою ловушку. Тогда Реток и бросился вслед несчастному. Он не стал выяснять, в чём дело, а брызнул в лицо караванщика настойкой сонного гриба, взвалил его на плечи и пошёл к дороге.

Каким богам молились люди в повозках, теперь не узнает никто, но Реток дошёл и даже погрузил спящего караванщика в двери повозки. Вот тогда-то с другого края дороги и хлестанула Чёрная Плеть. Орудия превратили её логово в пыль, только слишком поздно. Возьми Плеть выше, и две-три повозки превратились бы в кучу обломков. А так — Реток стал короче на ноги ниже колен.

Даже самые лучшие зелья и артефакты не способны вернуть человеку утраченные ноги. Тем более — отрубленные Чёрной Плетью. А участь калеки незавидна… Но уже через два месяца Реток начал ходить на самых лучших протезах, которые можно было купить за Пустошью. А вот в душе его поселился страх.

Теперь Тиана понимала, почему у Ретока такая усталая походка. Столь же очевидно было и чрезвычайно выгодное вложение барона — любой человек в замке знал, что его в случае несчастья не вышвырнут на помойку. Конюх Реток начал водить повозку в столицу. А когда пришло время, именно ему барон Арлей доверил самое дорогое, что у него осталось после смерти жены.

Глава 4

Тиана решила сразу отправиться на поиски сестры. Ведь Мег ничего не стоило сотворить какую-нибудь глупость. Ещё Тиана собиралась добиться перевода сестры если не в её собственную, то в соседнюю комнату. Хоть от самого короля! Глупые приказы которого только усложняли жизнь.

Самым простым было бы спуститься по лестнице и начать поиски с главного входа — там и спросить дорогу есть у кого. Но Тиана поднялась на один этаж, как и рекомендовал слуга, и отправилась по относительно прямому коридору. Боковые ответвления и глубокие ниши превращали это место в подобие лабиринта. Правда, хорошо освещённого мягким светом ламп. Но свет не помешал баронессе ставить маячки. Стоило коснуться выбранного места короткой костяной трубочкой, как на обоях или лаке появлялась крошечная капелька, впитывалась и начинала светиться. Но только в присутствии самой баронессы, а точнее — невзрачной застёжки, стягивающей лиф. Чуть больше десяти шагов, и пятнышко света умирало, готовое возродиться вновь. Так что заблудиться на обратной дороге баронессе было бы трудно.

К её удивлению, она вышла на широкую лестничную площадку гораздо быстрее, чем шла за слугой до комнаты. Сверху, через огромный витраж, хорошо были видны ворота королевского замка. Тиана не стала сразу спускаться по лестнице, а прошла вправо по галерее вестибюля и через арочную дверь попала на балкон тронного зала. Очень большого. Сам трон на возвышении у противоположной стены с такого расстояния походил на стульчик для мышонка. Что и говорить, зал был раз в десять, а то и больше, просторней, чем в баронском замке. И совершенно пустой. Ничего интересного. Тем более что позолота, хрусталь и расписные потолки трепета у Тианы не вызывали.

Ещё не спустившись вниз, баронесса увидела стражников с алебардами. Попарно они перекрывали все выходы из вестибюля, включая двери в тронный зал. У одного из этих закованных в железо здоровяков Тиана и решила спросить дорогу. К её удивлению, он даже усами не шевельнул, но, видимо, что-то сделал, потому что сзади раздалось:

— Госпожа…

— Баронесса Арлей.

Тиана повернулась и увидела склонившегося в поклоне человека, на этот раз в тёмно-красной ливрее.

— Прошу прощения, досточтимая баронесса Арлей! — Слуга выпрямился и со странным интересом посмотрел на Тиану. — Чем могу быть полезен?

— Мне нужно в Восточное крыло. И найти мою сестру.

— Прошу за мной, досточтимая баронесса Арлей!

К удовольствию Тианы, они пошли не по галерее, а похожим на уже пройденный коридором. Стало очевидным, что в королевском замке есть длинные пути, более короткие, а возможно — и тайные проходы. В замке Арлей тоже хватало тайников и узких сводчатых коридоров в массивных стенах. Наверняка под замком были и мрачные подземелья, но барон, узнав, что дочери в своих играх добрались до весьма опасных мест, приказал замуровать все известные двери в этот интересный мир вечной тьмы. Много позже, занимаясь делами отца, Тиана случайно нашла в кабинете механизм, сдвигающий в сторону шкаф с книгами. Вот только интерес к таким приключениям уже угас. Да и что там могло быть, кроме баронской казны?

Неожиданно Тиана услышала натужное сопение и протяжные женские стоны. Они явно исходили из-за тяжёлой портьеры, закрывающей одну из ниш. Однако обдумать это странное явление не успела.

— Привидения в королевском замке встречаются очень часто! — громко заявил провожатый баронессы. — Даже днём! Иногда по нескольку штук! Но бояться их не стоит — они совершенно безобидны!

Отношения между мужчинами и женщинами не были тайной для Тианы. Правда, сначала окружающим пришлось объяснять сёстрам, откуда берутся котята и щенки. Потом многое стало ясно из книг, и намёки взрослых на работящую птичку, таскающую младенцев из Пустоши, уже воспринимались баронессами с улыбкой. Как и участие в этих делах жёлтой сирени. Да и донесения в столицу, которые юная баронесса заполняла под диктовку отца, всегда несли в себе цифры о женившихся, родившихся, умерших… Так что особых сомнений, откуда берутся дети, не было. Но она считала, что люди, в отличие от животных, подобными вещами занимаются ночью.

К удивлению Тианы, до Восточного крыла добрались, миновав лестницы. Коридор, такой же как и в Северном крыле, был ярко освещён, а одна из дверей распахнута. На неё и указал провожатый:

— Комната вашей сестры, досточтимая баронесса Арлей! Доложить?

— Нет. Спасибо.

Прежде чем войти в комнату сестры, Тиана посмотрела на портрет напротив. Высокая худощавая дама в синем платье сурово взирала с полотна. Художнику удалось передать даже сияние бриллиантов в колье на морщинистой шее. Чего уж говорить о складках материи платья и кружевах!

В проёме двери Тиана на мгновение почувствовала себя графиней Тукань: та же наглая манера врываться без стука и предупреждения! Но, во-первых, она шла к своей сестре, а во-вторых… Открывшаяся картина начисто смыла мысли о необходимости предупреждать о своём появлении…

Высокая девица в потрясающем платье склонилась над ящиком комода и что-то перебирала пальчиком в коробочках. Мег не могла этого видеть — она расправляла бантики, закрывающие шнуровку платья нахалки.

— Что-то новенькое?

Вопрос Тианы словно удар бича отбросил любопытную девицу от комода, и она едва не свалила с ног Мегану.

— О, Тиа! Знакомься! Это Тольри! Баронесса Ристер! — И тут же представила сестру: — Баронесса Тиана Арлей!

Приседая в реверансе, Тиана вспомнила, что земли баронства Ристер располагались далеко на востоке. В записях некоторых путешественников утверждалось, что с крепостной стены там, через узкий язык Пустоши, видно башни замка барона соседнего королевства. А отец говорил о бедности восточных баронов — ни караванов, ни торговли…

— Очень рада знакомству, досточтимая баронесса Ристер!

— Она моя подруга! — затараторила Мегана. — Приехала два дня назад и уже всё знает про дворец! Представляешь, Тиа, здесь можно заказывать еду в комнату и не ходить в общую столовую залу! Смотреть на эти постные рожи…

Мег презрительно наморщила носик и фыркнула. А баронесса Ристер вдруг заторопилась:

— Ой! Мне нужно срочно принять капли! Голова разболелась. Но я скоро! Переоденусь и приду.

Проводив взглядом Тольри, Мегана вздохнула:

— Ты видела, Ти, какое платье?! Это ей вчера сшили… Если бы мы приехали раньше, то и у нас были бы такие!

Тиана подошла к двери, осмотрела замок, щеколду и закрыла дверь.

— Почему ты на окна защиту не поставила? — недовольно спросила она сестру. — И дверь нараспашку.

— Ну Ти! Ну не будь такой занудой! Мы ведь только приехали!

Тиана постаралась скрыть усмешку от сестры. Действительно! Только приехали… А то, что она успела почти всё сделать — так на то она и старшая. Тем более что содержимое одного сундука Мег всё же успела раскидать по комнате.

Пузырьки в шкатулке с зельями, где рылась Тольри, на первый взгляд все на месте. Собственно, заметить пропажу было бы нетрудно — эти шкатулки у сестёр одинаковые. А зелья и артефакты, вручённые отцом только Тиане, как старшей, она считала совершенно бесполезными.

— А кошель убрала?

— Я его собиралась спрятать, как ты меня учила, наверх столбика балдахина кровати! Но пришла Тольри, и я его на комод бросила! Вот сюда…

Мешочка с золотом на комоде не было. Зато на проволочном кольце красовались аж шесть ключей от входной двери!

— Кто к тебе заходил?

Тиана сразу осознала глупость заданного вопроса — дверь-то нараспашку!

— Никто…

Глаза Меганы начали наливаться слезами, и она бросилась в коридор. Тиа настигла сестру у дверей соседней комнаты, но к тому времени Мег успела и поколотить кулачками по лакированному дереву, и поведать, что думает о баронессе Ристер, и даже призвать Пустошь на родовой замок свежеобретённой подруги. Именно это и принудило Тиану действовать решительно. Зажав сестре рот, она оттащила её обратно и швырнула на кровать. Пока Мег хватала ртом воздух, Тиа сунула ей в руки пустой бокал.

— За… За-чем? — еле выговорила удивлённая баронесса.

— Как это зачем? — нахмурилась Тиана. — Соберём твои жгучие слёзы, вскипятим и выльем на голову воровки!

Мегана икнула и начала истерически хохотать. Пока младшая сестра предавалась нездоровому веселью, Тиа успела установить решётки на окна. При этом произнесла заветные слова так тихо, чтобы Мег не могла услышать. Зельем обработала только три ключа, а остальные выбросила в коридор.

— Один ключ я забираю себе! Один будешь носить с собой! А этот…

Тиана оглядела комнату, подошла к небольшой картине с деревенским пейзажем и сунула ключ за раму.

— Этот пусть в поле полежит.

Вытерев лицо рукавом платья, Мег улыбнулась, всхлипнула и жалобно сказала:

— Надо ей хотя бы волосы выдрать…

— Даже не думайте, баронесса Арлей! — строго, по слогам произнесла Тиана. — Я сама её убью! — Но, увидев округлившиеся глаза сестры, добавила: — Или покалечу. Немного. Да она уже нарвалась на наказание… И не вытирай нос рукавом! У порядочной девушки для этого есть платок!

— Но деньги…

— Дело уже не в деньгах! Тебе, Мег, пора понять, что здесь не замок нашего отца! — Тиана вздохнула. — Боюсь, что друзей здесь нет. Или почти нет. Давай-ка перестелим кровать!

Пока вешали платья в шкаф и раскладывали столь необходимые девушке мелочи, Мегана рассказывала, что успела узнать от своей несостоявшейся подруги. Правда, повествование Мег пересыпала весьма сочными эпитетами в адрес всех баронов Ристер. И ладно бы сестра поминала только кошмарных порождений Пустоши, но во всём этом потоке ругательств Тиана с удивлением услышала — «бесстыжая шлюха».

Выяснилось, что бегать в поисках слуг нет никакого смысла. Достаточно просто позвать. В любой точке дворца! Мгновенно явятся и сделают что нужно. Так же просто, как заказать еду в комнату, можно обеспечить себя каретой для прогулки по городу и магазинам. Но карет не очень много, и, возможно, придётся подождать. Пешком гулять проще. Даже провожатых дадут. А если захочется тихо уйти одной — стража сделает вид, что ничего не видит.

— Ещё эта вырожденка семьи рукастых пауков и морщинистых грибов говорила, что…

— Мег! Прекрати ругаться! Возможно, что среди баронов этого рода есть и достойные люди! И недостойно для девушки…

Воспитательную тираду Тианы прервал стук в дверь.

— Войдите! — крикнула Мегана.

— Не следует пускать кого попало! Спросить надо, кто там! — осуждающе покачала головой Тиана. — К тому же я заперла дверь.

Пока она шла к двери, нетерпеливый гость успел постучать ещё раз. А затем, предваряя вопрос Тианы, женский голос за дверью сообщил:

— Белошвейка и портниха для досточтимой баронессы Арлей!

Едва Тиана отперла замок, как дверь распахнулась, открыв двух совершенно похожих друг на друга женщин. Разница была лишь в цвете фартуков: на одной — белый, на другой — голубой.

— Досточтимая баронесса Арлей! — женщины одновременно поклонились.

— Извините! — улыбнулась Тиана. — Видимо, вы пришли к моей сестре, баронессе Мегане Арлей? Проходите.

Но, прежде чем мастерицы вошли в комнату, Тиана поймала на себе их удивлённо-растерянные взгляды и подумала, что следует заглянуть в зеркало — вдруг что-то не так с лицом?

— Простите, досточтимая баронесса Арлей! — обратилась та, что была в белом фартуке. — Вам нужно быть в вашей комнате. Наверное, ваша портниха уже ждёт.

После этого они переключили всё своё внимание на Мегану и заговорили так, как будто в комнате никого не было:

— Идеально…

— Ничего прятать или подчёркивать не надо…

— Начинаем? Заносите!

И в комнату потекли рулоны тканей и кружев, корзинки с инструментом… Даже большой раскладной стол внесли. Когда носильщики вышли, а остались только четыре помощницы мастериц, решила уйти и Тиана. Мысль запереть комнату снаружи она отбросила — место у закрывшейся двери заняла могучая женщина и непримиримо уставилась в глаза портрета напротив. «Такая и графиню Тукань остановит, не дрогнет!» — усмехнулась про себя Тиана и негромко произнесла:

— Мне нужен провожатый.

Она могла дойти и сама, но надо же было проверить!

Ливрейный слуга выскочил из-за портьеры, поклонился:

— Досточтимая баронесса Арлей?

— Мне нужно в Северное крыло замка. И напомните, пожалуйста, моей сестре о необходимости ужина.

— Обязательно, баронесса! Прошу за мной!

Глава 5

В Северное крыло они прошли всё теми же коридорами. Вот только стонов и хихиканья здесь явно прибавилось. А уже после вестибюля дворца Тиана даже покраснела — в глубокой нише мелькнули голые женские бёдра.

«Интересно, они так готовятся ко сну или только разгоняются?!» — подумала баронесса.

Что характерно, слуга, семенивший впереди, всю дорогу рассуждал о безобидности дворцовых привидений. И Тиане показалось, что слова провожатого относились не к сопящим и стонущим по углам, а именно к идущим мимо. Но предупреждения о появлении посторонних пропадали даром. Про себя баронесса поклялась никогда не заниматься подобным в этих коридорах. Даже по приказу короля!

Прощальный поклон провожатого совпал с поклонами встречающих. Едва Тиана отперла дверь, как повторилось уже виденное у Меганы: комнату заполонили слуги, схлынули, оставив мастериц, восхищающихся фигурой баронессы. Стало совершенно очевидно, что этот ритуал не изменился бы даже в случае пошива платья для обычной коровы.

Два часа с баронессы снимали мерки, вращали, заставляли садиться на банкетку, нагибаться, приседать… При этом мастерицы отдавали приказы помощницам, прикладывали выкройки к спине и груди, шуршали кружевами, лязгали ножницами и трещали каким-то механизмом. Трижды Тиану укололи булавками, правда, с последующими извинениями. Голова ее отказывалась думать, и терпеть всё это помогало лишь то, что таким же пыткам подвергается и сестра. Но Мегана хотя бы стремилась в этот пыточный и безнравственный дворцовый бедлам!

Из разговоров мастериц баронесса поняла, что платьев будет три: для представления королю, повседневное и отдельно — для бала. Когда мучения, казалось, пошли на спад, пришло спасение со стороны, о которой Тиана даже не помышляла. После громоподобного стука огромная хранительница той стороны двери просунула голову в комнату и прорычала, что белошвейку и портниху требует к себе герцогиня Юстин — её дочери жмёт платье в лифе.

— Просим прощения, досточтимая баронесса Арлей! Сами понимаете… А ваши платья будут готовы утром. Непременно!

— Подождите!

Тиана повернулась к комоду и выдвинула верхний ящик. А вот мастерицы занервничали:

— Что-то не так, баронесса?!

— Но платья нужны только через два дня…

Передняя часть шкатулки легко открылась, обнажив три золотых в тайнике. Тиана взяла две монеты, задвинула ящик и повернулась.

— У меня нет мелких монет…

Она вложила в руку портнихи золотой и смущённо улыбнулась:

— Но вы ведь разделите на всех? Правда?

В комнате наступила тишина. Мастерица взвесила монету на ладони и, чуть растягивая слова, произнесла:

— Я слышала эти легенды от слуг, но… Заберите обратно, баронесса! Мы работаем по приказу короля!

— Пусть король и дальше пишет свои приказы. Сколько хочет. — Тиана посмотрела в глаза портнихи и твёрдо добавила: — Не обижайте меня.

Мастерица поклонилась, а монета, словно по волшебству, исчезла за фартуком. Поклонились Тиане и все находившиеся в комнате.

— Спасибо, досточтимая баронесса Арлей!

— И ещё. — Тиана протянула вторую монету. — Вам не трудно будет передать это мастерицам, которые шьют платья моей сестре?

На мгновение Тиане показалось, что воздух стал вязким, а портниха вновь поклонилась.

— Вы, баронесса, доверяете мне целое состояние…

— А у меня нет причин сомневаться в вас.

— Спасибо, баронесса! Я всё сделаю, как вы приказали! — И повернулась к белошвейке: — Ты продолжай, а я заберу одну твою помощницу. Для толпы. У дочери герцогини с платьем всё нормально. Просто мама хочет, чтобы маленькое выглядело большим. Всё, девочки, пошли!

Пробегая мимо одной из оставшихся помощниц, портниха шлёпнула её ниже спины и быстро проговорила:

— Теперь на свадьбе твой жених слюнями изойдёт! Как куколку оденем! — Она остановилась в дверях так, что на неё едва не налетели ученицы. — По каждой выкройке повторить в светло-пурпурном и зелёном! Кружева потом подберём.

Девушка смутилась, покраснела, а Тиана подумала, что никогда не поймёт такого счастливого смущения. Что же их так гонит замуж?

От этого неразрешимого вопроса баронессу отвлекла белошвейка:

— Досточтимая баронесса Арлей! Мы понимаем, что вы устали, но есть ещё важные мелочи. У вас есть сорочка под платье, ночная рубашка и халат?

Вообще-то названные предметы присутствовали у обеих сестёр в двойном количестве. Отец три месяца назад выписал из Гранчиса мастериц, и те за неделю обновили гардероб баронесс Арлей. Тиана считала своё нижнее бельё просто шикарным и абсолютно новым. А потому растерянно переспросила:

— А разве их может не быть?

— О! — усмехнулась белошвейка. — У большинства дам бельё мгновенно исчезает, когда они узнают, что за всё платит король!

В то же время она с хлопком разворачивала вещи баронессы и перебрасывала помощницам:

— Распороть по швам и использовать как лекала! По три в цвет платьям! Ночнушки белые! Лёгкие кружева по вырезу! И кто-нибудь, снимите мерки с туфель баронессы! Кстати, если вам надо будет почистить или починить обувь, просто выставьте её у дверей — всё сделают как надо!

Лишь поздним вечером, после неоднократных заверений, что всё будет готово к утру, Тиану оставили в покое. Она вдруг ощутила крайнюю усталость и голод. Баронесса разделась, но вспомнила наставления конюха Ретока ученикам: «Голодный караванщик невнимателен! Из него получается прекрасная еда для тварей Пустоши! А в древности считалось, что голодный вечером солдат утром проиграет сражение!» Любит Реток читать старые книги и вбивать цитаты из них в головы учеников.

Тиана улыбнулась воспоминаниям, накинула халат и выглянула за дверь:

— Ужин! — Подумав, она добавила: — Лёгкий.

Возможно, что баронесса думала слишком долго или слуга просто не расслышал…

Минут через семь-десять по каминным часам в дверь постучали.

— Ужин для досточтимой баронессы Арлей, — едва ли не шёпотом произнесли за дверью.

Стоило открыть замок, как вкатился столик, а слуга с поклоном попросил:

— Потом просто вытолкните его в коридор, баронесса.

Заперев дверь, Тиана осмотрела блюда и тихо рассмеялась. Вероятно, она слишком невнятно произнесла «лёгкий» или это слово здесь означало что-то другое… Но таким количеством рагу, паштетов, салатов и пирожных барон и баронессы Арлей могли плотно поужинать, вдоволь накормить собак, а утром ещё и позавтракать!

Понюхав дивный пар от рагу, Тиана решительно закрыла крышку, решив попросить это блюдо на обед. Два удивительных и таких разных по вкусу паштета, сладкий сок… Конечно, она не удержалась и съела целых два пирожных! А вот к вину и пиву даже не прикоснулась.

Выкатив столик из комнаты, баронесса нашла нужным сказать суровому мужчине на портрете:

— Очень вкусно!

Она улеглась на мягкую постель и буквально провалилась в сон. Тиану не смогли потревожить ни перестук верёвочных лестниц о камни стены, ни перекличка часовых, ни серенада одинокого певца под окнами.

* * *

Проснулась она рано и не сразу поняла, где находится. Тиане на миг почудилось, что она едет в повозке, столь заботливо приспособленной для их поездки в столицу. А если бы ещё и ехать обратно…

Нет. Резные столбики, поддерживающие балдахин, выдавали подлог. Да и кровать слишком широкая — можно и поперёк спать. В замке такая была только в баронской спальне, и они с Меганой в детстве обожали прыгать по пружинящему ложу, вызывая неодобрение матери и хохот отца…

Тиана приняла душ и накинула халат на голое тело — надевать несвежую сорочку не хотелось. Тем более что предстояла примерка. А ещё баронесса с улыбкой вспомнила «умную лошадь». Реток показывал сёстрам Арлей, как правильно седлать, и, затянув подпругу, похвалил кобылу:

— Умная и хитрая скотина!

— Чего это в ней умного? — удивилась Мегана. — Обыкновенная лошадь!

— Смотрите. — Реток неожиданно врезал ногой в лошадиный живот, да так, что сёстры жалобно ойкнули. — Видите?

Пока Тиана и Мегана переживали, конюх ухитрился подтянуть подпругу на добрых полторы ладони!

— Умная! — повторил Реток. — Надула живот, чтобы потом подпруга не давила. А вот седок точно на земле оказался бы! Так же после хорошего обеда ремень распускать приходится. — И хохотнул: — А платье на пир надо побольше надевать!

Какое-то время сёстры-баронессы спрашивали друг друга перед обедом:

— Ты умная лошадь?

И хохотали.

Но до обеда было ещё далеко, а вот позавтракать не мешало. Прежде чем открыть дверь, Тиана как следует подумала.

— Яичницу из двух яиц, молоко и печенье! И свежего крисла!

Уже разглядывая столик со своим завтраком, баронесса осознала неточность заказа. Яичница была зажарена в меру и именно из двух яиц, а вот молоко оказалось налито в большой стеклянный кувшин, да и печенье… Шести сортов, горками.

Да ещё пришлось объясняться со слугой — а вот нечего шутить было!

— Прошу прощения, досточтимая баронесса Арлей! — виновато развёл руками доставивший завтрак. — Повар не смог найти свежего крисла. Но завтра обязательно…

— Пожалуйста, извинитесь за меня перед поваром! — попросила Тиана. — И не надо искать крисла!

— Вам не нужно извиняться, баронесса! Только скажите, что это за блюдо?

Тиана вздохнула и немного покраснела.

— Это не блюдо… Это единственный зверёк, который живёт и на нашей стороне, и в Пустоши. Очень шустрый! Его не то что поймать — увидеть трудно…

Уже за закрытой дверью слуга хихикнул и с топотом куда-то умчался. Улыбнулась и Тиана. Не могла же она сказать, что крисл воняет, как сто выгребных ям разом?!

После яичницы Тиана отдала должное печеньям с молоком. И сделать это пришлось основательно. Уж больно вкусными они оказались! Закончив завтрак, она даже положила по две штуки в платочек, для Меганы.

Баронесса вытолкнула столик наружу и уже собиралась закрыть дверь, как на пороге появился слуга с бархатной подушечкой в руках.

— Для досточтимой баронессы Арлей от портнихи Руты!

Как звали вчерашнюю портниху, Тиана вспомнить не смогла бы и под пытками, но подушечку приняла и поблагодарила. Сняв шёлковый платок, она буквально застыла в удивлении. На чёрном бархате лежала белоснежная роза. Нежные лепестки, маленькие зелёные листики и несколько сияющих капелек росы… Баронесса сразу поняла, что это не живое растение, а искусно созданный из шёлка цветок, но боялась к нему прикоснуться. Хотя опасности никакой быть не могло — браслет на руке молчал, а значит, ни заклинаний, ни яда здесь не было. Да и опасения Тианы оказались напрасными — в руках роза будто ожила, затрепетала лепестками, заиграла росинками…

А потом явились мастерицы. На этот раз с длиннющей вешалкой на колесиках, буквально забитой платьями.

— Доброе утро, досточтимая баронесса Арлей! Я всё сделала, как вы приказали! И вижу, что Рута уже прислала знак своей благодарности! Не беспокойтесь, такие розы есть только у вас и вашей сестры! Хорошо, что вы не одевались! Начали, девочки! Проверенные платья чехлить и вешать в шкаф! Вы же позволите, баронесса?

И Тиана превратилась в безвольную куклу. Опять её поворачивали, нагибали, одевали, раздевали, заставляли поднимать руки и приседать. Не сбылась и надежда на то, что хотя бы сорочку не будут постоянно снимать — к каждому платью полагалась своя, определённого цвета. А платьев почему-то оказалось девять! Больше, чем когда-либо было у баронессы. Да ещё и сумочки в тон платьям! И веера…

Но работали мастерицы очень быстро. И почти беспрерывно болтали.

— Меня зовут Кори! Мы заметили, что у вас, баронесса, нет горничной. Поэтому поставили специальные застёжки, и одеваться вы сможете без посторонней помощи! Вот здесь потянуть и — раз — снято! А чтобы надеть, сначала руки проденьте в рукава, теперь нажать с боков и сместить… А шнуровка по спинке — просто подчёркивает талию! И уж никто не снимет платья без вашего желания! Ха-ха! Девочки! Подтяните здесь кружева — волны неровные! И где зеркало?! Должно же быть!

Деревянная панель напротив дамской комнаты под руками портнихи щёлкнула, повернулась и открыла огромное старинное зеркало, отражающее растерянную светловолосую девушку в шикарном синем платье с целым водопадом кружев. «Кому-то очень повезло с платьем! — подумала Тиана. — Или это я?!»

— Ну вот, досточтимая баронесса Арлей! Это платье мы специально оставили на закуску! Это ваше повседневное! Оно великолепно сочетается с вашими синими глазами! Не забудьте! Белое платье наденьте завтра на представление королю! С ним идеально сочетается роза от Руты! Хотя эта роза с чем угодно хороша! А розовое платье для бала! Всё, девочки! Собираемся! Нам ещё в два места!

На передвижной длинной вешалке осталось лишь шесть платьев.

Когда все вышли, портниха расправила кружева на плечиках платья Тианы и тихо, почти шёпотом, произнесла:

— Спасибо вам, досточтимая баронесса Арлей! Двух людей в этом городе вы сделали счастливее, а меня удивили. И опасайтесь графини Тукань! Ей очень хотелось, чтобы я вшила булавки в ваши платья…

Глава 6

— Ти! Я такая счастливая!

Мегана прямо с порога бросилась на шею сестре. Тиана успела увидеть довольную улыбку слуги-провожатого, прежде чем закрыла дверь.

— Мне сшили целых девять платьев, Ти! Потрясающих платьев! Король такая душка! Ой! А у меня нет такого зеркала…

Пришлось показывать механизм, открывающий панель. Почему-то Тиана была уверена, что комната Мег оборудована точно так же, как и её. Заодно пояснила сестре, что дело не в короле и он не такая уж и «душка». Из болтовни мастериц Тиана поняла, что их просто собрали по приказу короля со всех ателье столицы. А заплатят что-то или нет — ветром в Пустоши писано.

— Ну и ладно! — Мегана крутилась перед зеркалом, разглядывая своё отражение.

Платья на сёстрах можно было назвать одинаковыми, но только по цвету материи. Разный наклон кружевных оборок, длина рукавов и форма декольте явно выдавали разных портних. Да и лицо младшей баронессы Арлей светилось куда ярче, чем у Тианы. Даже ярче розы, приколотой к левой стороне груди.

— Ты, Мег, розу сними. Завтра на представление наденешь. А то испачкаешь ещё или потеряешь.

Мегана нехотя отстегнула цветок и положила на подушечку.

— Если бы эта пустотная тварь деньги мои не украла… Могли бы в магазины сходить. А то у меня из украшений только браслеты и ожерелье чёрного янтаря. Не подходит…

— Не твои деньги, а наши! — недовольно поправила Тиана. — Я их просто поделила, чтоб разом не потерять. А что?! Пошли, прогуляемся. Всё равно делать нечего.

— Пошли! — обрадовалась Мегана. — По галерее с портретами! Они все на картинах старые и умерли давно, а мы такие красивые!

— Нет. Надо посмотреть дорогу снаружи к входным воротам. Может, она ещё короче? И в город заглянуть. Недалеко.

— Да! — Мегана захлопала в ладоши.

С собой Тиана взяла только часть денег. Да и про монеты в тайнике шкатулки сестры решила пока молчать. Украденного кошеля было жаль, но отец дал старшей дочери несколько поручений, а деньги, полученные с этих дел, велел оставить себе.

Сёстры спустились по лестнице и через двери попали в узкий, но ухоженный садик, ограниченный с одной стороны четырёхэтажным зданием Северного крыла, а с другой — высокой стеной, сплошь увитой диким виноградом. Мраморные лавочки у искусственных ручейков, сбегавших в озерца по замшелым каменным плитам, манили присесть и дать отдых ногам. А огромные валуны добавляли в ландшафт нотку некой могучей дикости.

— Ой! — удивилась Мегана. — У меня под окнами тоже такой есть! Я там гулять буду!

Оспаривать красоту клумб и усыпанных цветами кустов Тиана не собиралась, но гораздо больше её удивила архитектура Северного крыла замка. Вообще-то баронессу заинтересовало, как выглядят решётки на её окнах снаружи. Тогда-то она с удивлением обнаружила, что оконные проёмы второго и третьего этажей смещены относительно друг друга. Это означало, что ползущий по верёвочной лестнице на третий этаж кавалер мог получить ожоги от решётки только при большом желании. И, с точки зрения Тианы, это было хорошо.

Что же до остальных этажей, то их окна напоминали длинные бойницы, забранные толстыми чёрными прутьями решёток. Как позже узнала баронесса, на первом этаже размещались комнаты для слуг, а на последнем какие-то баки и кладовки.

Ещё одна особенность Северного крыла королевского замка заключалось в том, что оно было выгнуто дутой. А потому увидеть весь маленький парк разом не представлялось возможным. Но сёстрам Арлей до этого никакого дела не было. Они неторопливо дошли по дорожке до распахнутых ворот и ступили на плиты площадки главного входа. Справа — мраморная лестница, слева — приоткрытые ворота в город. Баронессы прошмыгнули мимо стражников, которые как бы и не заметили их.

Откуда было знать девушкам, что любого, выходящего из замка, незримо сопровождает охрана? Но ещё до конца прогулки Тиана заметила двух, а затем и третьего бездельника, слишком часто попадающихся на глаза.

Мегане захотелось зайти в первый же кондитерский магазин.

— Мы же только посмотрим! — жалобно просила она. — А покупать ничего не будем! Я и так вчера пирожными объелась!

— Мы идём за украшениями для тебя, — обрезала Тиана. — А тебе надо головой думать! Вот не влезешь завтра в платье!..

— Ерунда! — парировала сестра. — Я только один раз! И Реток говорил: «Сколько лошадь ни корми — свиньёй не станет!»

— Так то же лошадь…

В ювелирном магазинчике покупателей не оказалось, зато появился простор для Меганы — она металась между украшениями, и глаза её сверкали ничуть не меньше, чем драгоценные камни вокруг. Тиана спокойно ждала, когда активность сестры уменьшится, а ювелир раскладывал на столе камешки и вообще не обращал на возможных покупательниц никакого внимания — мало ли кто заходит глаз потешить?

Наконец Мегана подошла к Тиане и печально сообщила:

— Всё очень красивое! Но очень дорогое, наверное…

Тиана подошла к тумбе, у которой Мег задерживалась трижды и вздыхала, с одобрением осмотрела гарнитур из колье, серёжек и пары колец, а потом повернулась к ювелиру:

— Сколько это стоит?

— Очень дорого, девушки…

Ювелир даже не оторвался от своего занятия.

— Я спросила, сколько стоит этот гарнитур, — в голосе Тианы зазвенел металл. — Повторить?

Сняв большие очки с толстыми стёклами, ювелир строго посмотрел на баронессу и со значением произнёс:

— Одиннадцать золотых монет!

Тиана вытащила из сумочки большой квадратный зинкарский роф и бесстрастно поинтересовалась:

— А таких?

Ювелир вдруг оказался рядом, через очки посмотрел на редкую монету и протянул руку:

— Таких всего три, госпожа!

— Две с половиной, — поправила Тиана.

— Но, госпожа! — засуетился продавец. — Это, конечно, не бриллианты… Но голубые сапфиры прекрасной огранки, подобранные в тон и размер на белом золоте!

Пожав плечами, баронесса убрала монету в сумочку, и ювелир метнулся к тумбе. Он снял перстнем защиту, подхватил колье, повернул к окну:

— Посмотрите, какая игра света, госпожа! Это же шедевр! И, конечно, вместе с красивой коробкой!

По мере молчания покупательниц продавец всё меньше нахваливал товар, но ещё не потерял надежды. Молчала и Мег, за что Тиана была ей благодарна. Сестра лишь всё сильнее сжимала локоть Тиа и даже дрожала…

— Послушайте, добрая госпожа! — взмолился ювелир. — Пусть будет два с половиной! Но всего ещё за половину рофа вы сможете выбрать одно из трёх удивительных украшений! Они стоят куда дороже!

Ювелир метнулся к своей стойке и вернулся с большой плоской шкатулкой. В ней, вытянувшись в длину, лежали рядом ящерица, змея и дракончик.

— Они могут быть браслетами или ожерельями — как пожелаете! Чистая механика! Но выглядят, как живые! Даже двигаются!

Тиана протянула руку и провела над шкатулкой браслетом. Слабо засветился зелёный камень, указав на безопасную бытовую магию.

— Механика? — улыбнулась баронесса. — Уверены?

Глаза ювелира округлились, и он едва слышно пробормотал:

— Настоящий браслет… — и тут же заголосил: — Продайте, госпожа! Я дам очень хорошую цену!

Улыбка Тианы стала шире, и она протянула руку вперёд:

— Сами снимете?

Ювелир отшатнулся и побледнел.

— Хорошо, — кивнула баронесса. — Дракона, пожалуйста.

На обратном пути Мегана всё время пыталась ускорить шаг, и сестре приходилось слегка одергивать торопыгу.

— Ти! А это колье правда мне?! Я буду такая красивая!

— Будешь. Только наденешь на бал.

— Хорошо, Ти! А откуда у тебя рофы? Это же из соседнего королевства?

— Да. У тебя тоже были. В том кошеле, который стянула Тольри.

— Чтоб она сдохла!

— Так нельзя, Мег! Да и наказана она уже…

— Как это?! Правда, Ти?!

— На кошели отец заклятие крови наложил. Изнутри. Она наверняка коснулась кожи, когда внутрь залезла. Теперь руки ярко-жёлтыми станут, а через два-три дня потемнеют…

— А у нас?! — занервничала Мегана.

— Я ж говорю — заклятие на крови. А мы — дочери барона. Нас не касается.

— Вот это да… А почему отец всё тебе говорит, а не мне?!

— Потому что у тебя Пустошь в голове! — Тиана подумала и добавила: — С камешками. Сейчас идём ко мне и пообедаем!

— Ладно! Но я же смогу обедать в колье, Ти?! Чем оно может мне помешать?!

* * *

Всё время, пока Тиана заказывала обед и его доставляли, Мегана крутилась перед зеркалом. От малейшего движения гранёные камни начинали рассыпать в стороны разноцветные лучики, а небрежно поправляя локоны на голове, можно было явить весь гарнитур сразу. Мегана повторила это движение несколько раз и вызвала смех старшей сестры:

— Ти! — Мег обняла сестру. — Спасибо тебе за такой подарок!

— Так это не мне, а отцу…

— Ой, Тиа! Нам бы ещё баронские короны или диадемы! Помнишь, отец нам корону матери показывал?!

— Помню. Только корону в присутствии короля даже герцоги не носят. А это королевский дворец. Ну а диадему невесте надевают. Может, когда-нибудь и примеришь!

— Тиа! А ты надень своего дракона! Взглянуть хочется!

Тиана достала украшение из коробки и осмотрела. Зеленовато-коричневые сегменты скреплялись неведомым образом, и стоило повесить дракона на руку, как он обвился вокруг предплечья упругой спиралью.

— Тяжёлый, — оценила Тиана. — Но красивый.

Она потянула браслет за голову, и он послушно сполз с руки. А вот положенный на шею, дракон, казалось, удлинился, качнулся и поймал свой хвост зубами.

— Ой, Ти! Ты что-нибудь почувствовала?!

— Нет. А что такое?

— Дракон только что прополз вокруг твоей шеи! Он от тебя всех кавалеров отпугнёт!

— Хорошо бы… — Тиана сняла ожерелье и уложила в коробку: — Посиди пока здесь…

Перед обедом Мегана сняла кольца, серьги, а немного подумав, и колье.

— Чтобы не испачкать! — пояснила она.

— А ты что, Мег, ушами есть собралась? — рассмеялась Тиана, раскладывая рагу по тарелкам.

— Да при таком аромате с головой в кастрюлю влезешь!

— Я вчера есть это не стала, а сейчас попросила приготовить такое же рагу. Только зря сказала, что на двоих — две кастрюли нам не осилить ни за что!

— А мне не принесли такое!

— А что ты заказала? — спросила Тиана.

— Ну… Чего-нибудь сладкого попросила… Ой! Здесь под крышкой дохлый крисл лежит!

— Ай да повар! — восхитилась Тиана. — Разузнал что к чему!

Под испуганным взглядом сестры она подцепила вилкой кусочек лапки зверька, прожевала и кивнула:

— Отличный мясной паштет. И не смотри на меня так. Будь это настоящий крисл — мы бы уже выскочили отсюда.

— Не совсем понимаю…

Пришлось Тиане рассказать о неудачной шутке при заказе завтрака. Мегана хохотала, стучала пятками по ковру, а потом отважно отъела голову у зверька на блюде. А закусив парой великолепных пирожных на десерт, выпрямилась и, длинно выдохнув, сказала:

— Я чувствую себя глупой лошадью…

Сёстры немного поиграли в королевские шашки, и Мегана, хотя и проигрывала, ни разу не попыталась жульничать. Ещё они договорились не уродовать головы сложными причёсками. Мать не любила всех этих «башен на голове», и им ни к чему. Светлые волосы, слегка волнистые от природы, позволяли выглядеть прекрасно при помощи ленты или пары заколок.

Тиана проводила сестру до дверей комнаты. Не торопясь прошли они по галерее, рассматривая картины, и не заблудились. К себе Тиана вернулась тоже через галерею, но уже в сопровождении слуги. На вопрос баронессы, почему под картинами нет пояснительных табличек, слуга только развёл руками.

* * *

Засыпала Тиана тяжело. И дело было даже не в предстоящей церемонии представления королю. Или не совсем в ней. Уже приготовившись ко сну, баронесса вспомнила о том, что туфли, в которых она ходила в город, остались не вычищены. Можно было надеть новые, но набить мозоль или оступиться в самый неподходящий момент не хотелось. Да и кто будет рассматривать, какая обувь под платьем?!

Но эту проблему баронесса решила просто. Как советовала портниха — выставила туфли в коридор. А вот уснуть под серенаду некоего кавалера под окнами было куда сложнее. Мало что расстроенная лютня в его руках не желала звучать как положено, так хотя бы пел! Утихомирился он лишь после того, как по стене простучала верёвочная лестница. Тиана дорого дала бы за понимание того, каким образом нужная дама догадалась, что эти завывания для неё?

Глава 7

Разбудил Тиану неровный гул. За окном не было ни тучки, но спросонья баронесса не сразу поняла, что гроза или ветер здесь ни при чём. Топот ног, звяканье, шорох и визгливые выкрики исходили из коридора. Да ещё кто-то огромный топал сверху.

Под душем, окончательно проснувшись, Тиана поняла, что весь шум и гам означает начало подготовки к главному событию дня — представлению вновь прибывших королю. А вот почему это действо напоминало начало сражения, она поняла, когда приоткрыла дверь, чтобы заказать завтрак. Слуги носились туда-сюда по коридору с жаровнями и какими-то коробками, портнихи несли платья в чехлах-пыльниках, горничные метались у дверей своих господ…

— Парикмахера графине Робак! — кричал кто-то невидимый с лестницы.

— Где платье баронессы…

— Замените сломанный стул!

— Жаровню куда понёс!!!

В эту какофонию Тиана решила внести свою ноту:

— Завтрак!

Откуда-то из-за портрета вынырнул слуга, никого не задев, пересёк коридор и поклонился:

— Досточтимая баронесса Арлей! Не извольте беспокоиться! Через десять минут ваш завтрак будет здесь!

И исчез. Зато на его месте появились сразу две девушки. В руках одной была маленькая жаровня с раскалёнными углями, у другой — угрожающе щёлкающие завивочные щипцы.

— Баронесса! Мы сделаем вам потрясающую причёску!

— Спасибо, нет!

— Хотя бы причешем! У нас удивительно нежные гребни из кости пустотного Серого Ежа!

— У Серого Ежа нет костей! — улыбнулась Тиана и закрыла дверь.

В коридоре к общему шуму добавился смех.

«А вот интересно, — подумала баронесса, — скольких сановных глупышек хитрые парикмахерши соблазнили „удивительно нежными“ гребешками из Ежа?»

Что же до настоящего Серого Ежа, то сёстры Арлей видели одного. Он вырос на самой границе Пустоши, и к нему специально повели учеников-конюхов. Увязались за ними и Тиана с Меганой. Реток тогда был в столице, но кто хоть словом возразит дочерям барона?

Серый Ёж оказался большим круглым грибом, примерно с голову человека. Серым, но совершенно гладким. Когда ученики приблизились к этому шару на десяток шагов, он мгновенно сдулся, выбросив вокруг себя облако пыльцы. Чихали все. Сёстрам досталось меньше, они дальше стояли, но Тиана сразу поняла, откуда взялось название «Ёж» — в нос будто иглы вонзились!

— И чего в нём такого опасного? — спросил, прочихавшись, один их учеников.

— Да ничего, — пожал плечами конюх. — Но пока вы чихали, к вам бы в Пустоши подползли, подлетели и подбежали большие любители свежего мяса!

…Передавая баронессе завтрак, слуга с поклоном сказал:

— Вход в тронный зал ровно в полдень. Повар рекомендуег поесть плотнее. Обед будет подан только в три часа в королевской столовой. А ваши туфельки уже вычищены.

«Надо бы посмотреть на этого повара! — подумала Тиана, разглядывая блюда на столике. — Здесь и трём гвардейцам не управиться!»

Она неторопливо позавтракала, надела платье и причесалась. Узкой небесно-голубой ленточкой перехватила голову ото лба до затылка и ей же оплела свободно спадающие на спину волосы. «Ну, вот! Мегане хотелось баронскую корону? Пусть попробуют придраться к этой!» Маленький плоский лунный камешек, свисающий на золотой цепочке к переносице, дополнил картину. И, конечно, на поясе короткий кинжал в светлых ножнах.

И тут Тиана вспомнила о туфлях! Слава всем, пересекающим Пустошь, они стояли у двери! Вычищенные, как и сказал слуга. Но, взяв их, Тиана нахмурилась — на мозаичной плитке, где стояли подошвы, остались два жирно блестевших пятнышка. Браслет не показывал даже следа магии. Может быть, средство для чистки, но возможно…

— Кто это сделал?! — грозно спросила Тиана у портрета напротив.

Старик благоразумно промолчал.

У баронессы отдельно от зелий лежала бутылочка с тягучей желтоватой жидкостью. Применяли её для механизмов, а ученики конюхов развлекались, поливая на праздники такой жижей каменные площадки. Через час-полтора камень становился настолько скользким, что лёд можно было считать наждаком! Накатавшись вдоволь, камни обливали красным растворителем, чтобы кто-нибудь случайно не убился.

Такой растворитель у Тианы был. Но сначала она капнула индикатор, чтобы убедиться в своих подозрениях. Капелька на подошве стала ядовито-зелёной, и баронесса выругалась. Она сняла крышку с цилиндрического футляра и вытащила верхний плоский камешек. Кристалл на браслете тут же загорелся красным, и Тиана ему сказала:

— А нечего так со мной шутить! Теперь моя очередь!

Она потёрла камнем о подошвы туфель и отложила его в сторону. Пришлось открыть окно — растворитель ужасно вонял, но зато быстро исчезал и не оставлял пятен на руках.

Выйдя в коридор, баронесса Арлей нагнулась, положила камешек на место, где стояли туфли, выпрямилась и строго посмотрела на портрет:

— Молчишь? Вот и молчи дальше!

Заперла дверь и без провожатого отправилась в фойе тронного зала короткой дорогой. Здесь, перед спуском по лестнице, ей пришлось просить уступить дорогу — несколько десятков слуг смотрели вниз и тихо переговаривались:

— Моя как картинка…

— А вот герцогини нынче подкачали…

— И характер у них…

— Но наш красив!

Предмет обсуждения слуг баронесса оценила, пока спускалась в фойе, — строго одетые родовитые юноши со шпагами на поясах и девушки в белых платьях. Тех и других примерно по десятку.

К Тиане одновременно бросились двое — Мегана и распорядитель.

— Ти!

— Вы опаздываете, баронесса!

Подхватив сестру под руку, Тиана бросила распорядителю:

— А вы ещё и не начинали! Хорошо, Мег, что не забыла ленту повязать! А вот тебе и дополнение…

Прицепив на лоб сестре лунный камень, баронесса шепнула ей на ухо:

— Вот тебе и корона! Жаль, что здесь зеркала нет…

— Господа! Дамы! Строимся в два каре! — замахали руками сразу два распорядителя.

Один занимался юношами, а второй — девушками. И второму повезло больше. Он просто поставил впереди трёх дочерей герцогов, за ними трёх девиц из графских родов, а дальше — баронесс. При этом Тиана и Мегана сами заняли последний неполный ряд, справедливо решив, что эта позиция удобнее.

А вот с дворянами противоположного пола вышла осечка. Здесь оказались сразу четыре отпрыска герцогов, и никто не желал идти во втором ряду. Неизвестно, кто больше потешался над ситуацией: девушки в белых платьях или слуги на балконе, но оба распорядителя пребывали в глубокой растерянности. Один из них быстро ушёл в тронный зал, но скоро вернулся и махнул рукой — юношей построили в ряды по четыре, три и три.

Наблюдая за муками распорядителей, Тиана едва не упустила очень важный момент. Баронесса Ристер стояла в середине, прямо перед Меганой, и юная Арлей уже наполовину вытащила кинжал из ножен, когда её остановила Тиана. Насильно поменявшись с сестрой местами, она прошипела:

— Ты что?!

— Да я… Ну, просто платье ей хотела порезать…

— А дальше? Имей терпение, Мег!

Тиана давно заметила, что на руках баронессы Ристер надеты перчатки. А вскоре это увидел и распорядитель.

— Досточтимая баронесса… Э-э-э… Почему перчатки?

— Я… Я… — начала заикаться Тольри.

И Тиана сочла момент самым подходящим:

— У досточтимой баронессы Ристер сезонное обострение экземы! Ничего заразного! — заверила Тиана отпрянувших в стороны соседок.

Распорядитель кивнул и отошёл в сторону, Мегана аж зажмурилась от удовольствия, а старшая сестра Арлей очень тихо и быстро прошептала в затылок, под высокую причёску Тольри:

— Пятна потемнеют и поползут вверх, к лицу… На всех представителях рода Ристер отныне будет лежать это проклятие…

Быстро повернувшись к сестре, Тиана, как бы отвечая на её вопрос, сказала:

— Это от пересчёта чужих денег. Говорят, что проклятие можно снять, вернув украденное. Если, конечно, его возьмут назад…

— Всё! — воскликнул распорядитель. — Дамы и господа! Сейчас вы войдёте в тронный зал и без толкотни и шума построитесь так же, как сейчас! Когда откроются гобелены, не надо никуда бежать! Мы будем идти впереди, и обгонять нас не советую! Остановка перед красными плитами на полу! Вас представят всех разом, и не надо делать книксенов и поклонов! Затем глашатай будет называть поимённо. Нужно выйти на середину, поприветствовать короля и встать на место. После этого действовать по приказу короля! Всё ясно?! Заходим!

И тут же, к удовольствию слуг на балконе, он заорал на рванувшихся к двери отпрысков герцогов:

— Стоять! Дамы первые! — И тише добавил: — Бараны…

В полумраке под балконом построились быстро. Из-за длинных гобеленов доносились приглушённые разговоры, но понять было ничего нельзя. Тиана ещё успела сказать сестре, что впередистоящим придётся идти дальше, и заметить, как Мег быстро вытащила из сумочки и надела на палец кольцо из гарнитура. Но если бы Мегана чего-то такого не сделала, то можно было заподозрить поселившуюся в ней страшную болезнь.

Распорядители встали вплотную к гобеленам, отставили в сторону внушительные церемониальные посохи и застыли. По ощущениям Тианы было уже прилично за полдень, когда откуда-то сверху тихо, но отчётливо раздалось:

— Король идёт! Запускаем бой часов!

— Стоять всем на месте! — грозно заявил один из распорядителей. — Первый шаг по удару посохов! Не раньше!

Где-то над головой громко ударил гонг. На втором ударе поползли в стороны гобелены, и по глазам ударил яркий свет. Но это не помешало увидеть тронный зал на всю длину, потому что середина была полностью свободна от придворных дам и кавалеров. На шестом или седьмом ударе гонга у далёкого трона появились несколько фигур, и придворные дамы присели в реверансах, а кавалеры склонили головы и звякнули шпагами. Все выпрямились лишь тогда, когда королевский трон оказался занят.

Перед последним гулким ударом звякнули колокольчики, и один из распорядителей прохрипел:

— Сейчас!

Одновременно грохнули о мраморный пол посохи, и два отряда молодых подданных короля двинулись к своему сюзерену.

Тиана была бы очень благодарна тронному залу, будь он немного короче. Хотя бы потому, что придворные совсем не стеснялись в высказываниях в адрес проходящих мимо.

— Хилые какие-то…

— Милашка…

— А вон того, высокого, я бы медленно ела…

А от одной из фраз Тиана покраснела и едва не сбилась с шага. Мегана, в свою очередь, оценила автора коротко:

— Идиот!

Но если уж Пустошь имеет конец, то тронный зал гораздо меньше. Посохи ударили в последний раз, распорядители склонили головы и в один голос произнесли:

— Короля Варда Первого приветствуют его подданные!

Чуть склонив голову к плечу, Тиана попыталась увидеть короля, но манёвр оказался бесполезным — Варда Первого наполовину закрывал собой низкорослый мужчина в шутовском колпаке. Плечо короля вздрагивало, как будто его обладатель смеялся. Затем рука его величества поднялась и, упав на подлокотник, судорожно в него вцепилась. Распорядители решили, что это высочайший знак, и представление началось.

Глава 8

Если бы представление королю началось с девушек, Тиана была бы крайне удивлена. Первыми, понятно, глашатай начал зачитывать имена призванных ко двору детей герцогов. Запоминать новоявленных придворных было бесполезно, тем более в сочетании с затылками. Более-менее Тиана смогла рассмотреть лишь двух баронетов в последнем ряду. Но один из них, грустный гигант, и так был незабываем, а другой печально глянул на Тиану, как на сочное яблоко, и опустил глаза вниз.

А вот ещё до представления баронетов окружающих порадовал виконт, сын графа Лестра. Когда его вызвали на поклон королю, виконт столь чётко, по-военному повернулся, что буквально воткнул ножны шпаги между ног стоящего впереди маркиза. Да ещё и резко опустил эфес на долженствующий уровень. Тиана подумала, что, судя по вскрику и последующим стонам пострадавшего, одна из герцогских фамилий, возможно, останется без потомства.

Но даже это не привлекло внимания короля, подписывающего какие-то документы. О самом Варде Первом даже портниха говорила, что он очень красив и добр. И это при том, что совсем не ясно — заплатит он за бешеную неделю работы или нет. Сама Тиана ничего красивого в короле не увидела — лицо как лицо, с печатью скуки и едва заметного раздражения. Может быть, он к кому-то и добр, но манеры… Дела делами, а на приветствия положено отвечать. Будь ты хоть трижды король!

Представление девушек прошло гладко. Хотя баронессы Арлей ухитрились выйти и сделать поклон одновременно. Король такого нарушения не заметил, распорядители не шелохнулись, а опытный глашатай просто дочитал титул и имя младшей сестры. Позже Тиане удалось предотвратить подножку Тольри от Меганы.

— Ты когда успокоишься, Мег? — почти не двигая губами, прошептала баронесса.

— Когда она сдохнет!

— Даже за смерть принято платить…

Глашатай дочитал список, подождал, пока баронесса Ристер вернулась на место, и скороговоркой закончил:

— Вышеперечисленным дамам и господам король Вард Первый повелевает присоединиться к своему двору!

А вот тут его величество соизволил оторвать венценосный зад от трона и даже благосклонно кивнул.

Придворные потоком хлынули к центру, поглотили молодёжь, засюсюкали на все голоса:

— Теперь, дорогая, ты настоящая придворная дама!

— Ты должен быть достоин…

— Я вижу тебя капитаном гвардии!

— Ты так прелестна…

— Вам, молодой человек, при дворе нужна опытная покровительница, которая сможет научить…

Тиана схватила сестру за запястье и рванулась прямо через живой водоворот к окнам. Лишь один раз дорогу баронессам Арлей заступил полноватый, расфуфыренный человек лет сорока с графским гербом на золотой цепи:

— Спешу засвидетельствовать своё почтение столь красивым…

— Стоп! — оборвала его тираду Тиана. — Мне дурно…

Поверил граф или нет, но, даже не кивнув, растворился в толпе и более на глаза не попадался.

С лёгкостью преодолев ряд служанок сановных особ, сёстры достигли распахнутого окна, и Мегана недовольно сказала:

— Зачем ты меня утащила, Ти?!

— Только для того, чтобы ты, придворная дама, могла дожить до вечера. И чтоб кольцо твоё не украли!

— Ну а зачем ты этого милого старикашку отшила? Он же явно хотел познакомиться!

— Этот не только кольцо бы прихватил… И отсюда лучше видно. А для «познакомиться» найдёшь на балу моложе и красивее.

Они ещё смеялись, когда одна из служанок с криком упала на пол, уронив корзинку с вязаньем. Пострадавшую бросились поднимать товарки и слуги, а к ногам Тианы подкатился клубочек ярко-красной шерсти. Ловко отбив его туфелькой обратно, Тиана с улыбкой сказала:

— Похоже, раз!

— Что это значит, Ти? — спросила Мегана.

Но ответить баронесса не успела. В толпе кто-то жалобно вскрикнул, раздались стенания и призывы:

— Лекаря! Срочно лекаря для графини Тукань!

Никем не замеченный маленький плоский камешек скользнул под ногами придворных и слуг к стене, безобидно замерев у каменного плинтуса.

— А это два! — подвела итог Тиана.

— Ну, Тиа!

Конечно, следовало сразу подобрать своё имущество, но Тиана опрометчиво решила, что никто ничего не заметит, и принялась рассказывать Мегане — кто кричал и почему уносят на руках из тронного зала графиню Тукань. Но рассказ был прерван появлением королевского шута. С дурацкой улыбочкой он обшарил холодными глазами пол, увидел странный камешек, подобрал его, защитив пальцы носовым платком, и растворился среди придворных.

— Жаль, — нахмурилась Тиана. — Но у нас ещё много!

— А мне в голову не пришло проверить обувь… — отсмеявшись, сказала Мегана. — Так бы и растянулась перед королём!

— Сегодня нам повезло…

* * *

Если бы Тиана стояла рядом с троном, то смогла бы услышать странный разговор.

— Ваше величество, ничего особенного. Сначала упала горничная графини Тукань, а потом и она сама. Лекарь считает, что графиня пытается вызвать жалость. Горничная ушла сама.

— Чего это пришло в голову графини падать? — усмехнулся король.

Шут вытащил из кармана платок и развернул:

— Вот, ваше величество! Маленький и странно скользкий следачок. Такие находят сначала ноги исполнителя, а только потом заказчика. Прикажете проверить, кто его отправил? Мы можем пройти по оставленному следу…

— Нет, — покачал головой король и довольно хохотнул. — Камень-следак зря не нападает, так что сатисфакция полная. Причин для поиска не вижу… Надеюсь, у графини достаточно большой синяк?

— Я уточню у лекаря, ваше величество!

* * *

Всё представление королю, даже если включить происшествие с графиней Тукань, заняло не более получаса, и что делать здесь, в тронном зале, до торжественного обеда, баронессы Арлей совершенно не представляли. Они трижды обошли зал, рассматривая гобелены между окнами и портреты на противоположной стене. Удивительно, но здесь имелись таблички с именами, позволявшие проследить родословную короля лет на пятьсот.

— Ти! А почему у нас в замке предки на картинах только за сотню лет? Отец говорил, что наша фамилия очень древняя!

— Больше — сто двадцать или сто пятьдесят… Там всё стёрлось. Может, пожар был? Или ещё что-то. Я вот всё думаю, Мег, как бы удрать отсюда?

— Ой, Ти! И мне рядом с этими рожами обедать не хочется! Кусок в горло не полезет! — Мегана отвернулась к портрету на стене и наморщила носик: — Вот ещё один к нам спешит…

— Тише, Мег!

К баронессам подошёл щёгольски одетый молодой человек: плащ с золотым шитьём и меховой оторочкой, тёмные с искоркой штаны заправлены в начищенные сапоги, а на безукоризненно белой рубашке красовался герцогский герб. Насмешливые светло-карие глаза и маленькие усики под аристократическим носом почему-то сразу не понравились Тиане.

— Чем, милые девушки, вам не угодил мой славный предок?

Мегана фыркнула, а Тиана, с деланым удивлением приподняв брови, произнесла:

— О! Ваше величество?! Мы вас сразу и не узнали!

Смущение явно не хранилось в арсенале молодого хлыща. Он небрежно поклонился и со значением представился:

— Герцог Кайрис! Близкий друг и родственник короля!

Мегана резко повернулась, и сёстры одновременно присели в книксене.

— Баронессы Арлей!

Тиана справедливо рассудила, что называть имена необязательно. Тем более когда тебе не сообщили своё.

— Так что на портрете именно мой предок! — заявил герцог. — Надеюсь, досточтимая баронесса Тиана, на обеде занять место рядом с вами! Ухаживать за столь прелестными сёстрами для меня будет истинным удовольствием! А ещё предстоит бал!

— Хорошая память. Но надеяться — не значит обрести, ваша светлость, — мило улыбнулась Тиана. — И если вы близкий друг короля, то он куда-то уходит…

Насмешка исчезла из глаз герцога, он с интересом посмотрел в лицо Тианы, перевёл взгляд на Мегану и поклонился:

— Я не прощаюсь…

— Какой красавец! Не старый… — восторженно прошептала Мегана, когда герцог скрылся в толпе придворных. — И он явно заинтересовался тобой, Тиа!

— Всё, что может заинтересовать в нас герцога, Мег, находится под сорочками. Самое большее, на что может рассчитывать баронесса, — выйти замуж за престарелого графа. Да и то с большим снисхождением.

— Фу, Ти! Вечно ты всё испортишь! — засмеялась Мегана. — А я уже почти влюбилась! Но старые графы меня пугают, а молодых не видать… Может, убежим? А то я уже есть хочу!

— Не спеши, Мег. Мы ведь ещё не осматривали гобелены у входа в тронный зал? И кстати! Посмотри на балкон над гобеленами…

А балкон над входом был как бы украшен… довольными лицами! В два, а кое-где и в три слоя.

— Их там стоит человек сто! — удивилась Мегана.

— Поменьше, Мег. Слугам тоже интересно.

— Ти! А почему здесь на всех гобеленах сражения изображены? У нас в замке хотя бы лес и реки есть! На некоторых.

— В одной книге я прочитала, что людей всегда манит невозможное… Давай-ка, Мег, сюда!

Они спрятались за гобеленами и некоторое время наблюдали за придворными в зале через узкую щель между полотнами. Казалось, никто не обратил внимания на исчезновение двух баронесс, и они спокойно вышли в фойе.

— Что изволят досточтимые баронессы Арлей? — поклонился им слуга.

В расстройстве Тиана даже цокнула языком. В этом дворце просто невозможно скрыться от чужих глаз!

— В мою комнату, — вздохнула баронесса. — И обед…

По дороге через коридор Тиана спросила у спины провожатого:

— Сегодня мы не привидения?

Странно, но слуга правильно понял, к кому обращаются, и ответил:

— Нет, баронесса. Сегодня здесь пусто — все в тронном зале!

— Вы могли бы досмотреть это представление.

— Что вы! Интересного там больше ничего не будет! Да и напарника моего надо сменить.

В комнате девушки даже не успели присесть, как в дверь постучали:

— Обед для досточтимых баронесс Арлей!

— Так быстро?! — удивилась Тиана, отперев дверь.

Молоденький слуга со счастливой улыбкой вкатил столик и кивнул:

— Там всё готово для пира! А повар как знал, что вы будете обедать отдельно!

Поблагодарив и закрыв дверь, Тиана буквально сорвала с себя белое платье.

— Сожгла бы его в камине! Так надоело!

— О! А ты, Ти, а ты старые туфли надела! А я не догадалась — ноги гудят!

— Раздевайся, Мег! У меня халатов и тапочек полно.

Обед был великолепен и прошёл весело. С набитым ртом, размахивая серебряной вилкой, Мегана говорила почти без умолку:

— Нас здесь очень любят, Ти! Как минимум — повар! Я в жизни не ела такой вкуснятины! Да! Досточтимая придворная дама Тиана Арлей! Передайте мне, пожалуйста, вон ту розетку с восхитительной икрой Пустошь знает какой рыбы!

— Не болтай за едой, Мег! Подавишься.

— Этим нельзя подавиться! Но у меня не осталось места для пирожных! Я в печали!

— Не печалься, Мег. В отличие от тех, кто сидит за королевским столом, мы можем прилечь, отдохнуть и продолжить. Но вообще-то так наедаться нельзя!

— Боишься упасть во время бала, Ти?

— Нет. Боюсь не влезть в платье! А вот про бал… Как бы от него отвертеться? Ну, как от обеда…

— Да ты что, Ти?! С ума сошла?! А танцы?!!

— Танцы, Мег? Ты представляешь, сколько пошлости зальётся в твои уши во время этих танцев? И я прошу тебя! Не снимай браслеты!

— Перестань, Ти! Я даже сплю в них! Привыкла уже. Давай-ка лучше на кровати поваляемся!

Но осуществить это намерение им не дали.

Глава 9

В дверь настойчиво постучали, и знакомый голос уверенно произнёс:

— Досточтимая баронесса Арлей! Немедленно откройте дверь!

— Ой, Ти! Мне спрятаться? — прошептала Мегана.

— Зачем? — удивилась Тиана. — Сейчас всё узнаем.

Она запахнула халат и повернула ключ в замке. Стоявший за дверью человек успел открыть рот, но сказать что-нибудь баронесса ему не дала:

— Добрый день, капитан Рэйс! Простите, я не одета. А вы уверены, что имеете право ломиться в эту дверь?

— Было замечено, баронесса, что вас и вашей сестры не было на званом…

— Бросьте, капитан, — оборвала его Тиана. — Я знаю, где нас не было. Итак! Про дверь…

— Прошу прощения, досточтимая баронесса, но… У меня приказ короля!

— Король приказывал нам быть на обеде? — делано изумилась Тиана. — Я могла пропустить столь важный приказ?

Капитан растерялся, но лишь на мгновение:

— Не могу знать, баронесса! Но я должен сопроводить досточтимых баронесс Арлей на бал. По приказу короля!

— Король издаёт так много приказов… — нахмурилась и покачала головой Тиана. — Или ему в этих делах активно помогает герцог Кайрис?

Вместо ответа капитан принялся печально рассматривать косяк двери над головой баронессы. А вот за портретом кто-то отчётливо хихикнул.

— Понятно. Стул капитану Рэйсу! Ему придётся подождать. — И ехидно добавила: — По приказу, кажется, короля.

Мегана хохотала и каталась по кровати.

— Ну чего ты веселишься, Мег? Он ведь не уйдёт! А мне так не хотелось бы идти на этот бал…

— Что ты, Ти?! Это же королевский бал! Кавалеры, танцы! А вдруг какой-нибудь красавец, вроде герцога…

— Это мне и не нравится. А ещё — капитан у двери. Как в клетке сидим. А герцог, похоже, на нас охотится…

— Ой, Ти! Чтоб ты да ничего не придумала?! Не верю! Давай лучше поиграем в «Карты любви»! Всё равно ждать!

— Давай, — обречённо махнула рукой Тиана.

В картах младшая сестра поднаторела куда больше, и на каждый выигрыш Тианы приходилось не менее трёх проигрышей. Но примерно через полчаса в коридоре начались беготня и крики.

— Обед закончился, началась подготовка к балу! — верно угадала Мегана. — Ти! Мне ещё за платьем надо и колье надеть!

— Успеем. Я так думаю, капитан всё уже для нас посчитал.

И Тиана не ошиблась. Сначала шум в коридоре сошёл на нет, что говорило о полной готовности двора к балу. Потом шуршание платьев особо нетерпеливых дам и топот слуг указали на близость события, а затем грянул знакомый стук в дверь. К этому времени баронессы были готовы — Тиана полностью, а её сестра лишь к походу в Восточное крыло. Заперев дверь, Тиана громко произнесла:

— Сегодня нам не нужен провожатый! Капитан Рэйс — наш проводник в этой Пустоши и доблестная охрана! Ведите нас, капитан!

Сомнительно, что эти подначивания нравились Рэйсу, но на вопросы баронесс по дороге он отвечал, хотя и сдержанно. И сёстры узнали, что герцогу Кайрису столько же лет, сколько и королю, — двадцать шесть, что воспитывались они вместе и в каком-то смысле герцог не соврал о дружеских отношениях, что графиня Тукань через боль и страдания всё же явится на бал, а слуги говорят, что синяк на её бедре не закроет и чайное блюдце…

За разговорами они дошли до Восточного крыла дворца, и Тиана перед дверью поклонилась капитану:

— Вам нужен стул? Или можете идти. Дорогу мы найдём сами.

Рэйс не нашёл нужным обижаться и улыбнулся.

— Вот видишь, Ти! Он совсем и не старый! — заявила Мегана, быстро освобождаясь от белого платья. — И почему это, Тиа, всё красивое на тебя заглядывается?!

— Кто? — усмехнулась Тиана. — Герцог? По мне, так капитан Рэйс в сто раз лучше. Как минимум терпеливее.

— Ничего ты не понимаешь в герцогах, Ти! Лучше застегни колье! Какое оно замечательное!

— А ты где раньше герцогов видела? — хихикнула баронесса и тут же строго сказала: — Будь то герцог, граф или барон, всё, что ты можешь получить от них до обручальных колец, — растущий живот и отправку к отцу. И я всё вижу, Мег! Пристегни к поясу кинжал! Это не только оружие, но и знак баронской чести.

— Да что проку от этой чести во дворце?! Я бы лучше лишний веер взяла!

— Кинжал надёжнее. Тем более что рукояти наших кинжалов украшены желчным камнем пустотного полосатого трупоеда. Колдуны ценят его дороже любого бриллианта.

— Правда, Ти?! А я и не знала…

— Всё. Выходим. А давай, Мег, протащим капитана, как кузена тогда?

— Да!

Капитан Рэйс, конечно же, никуда не ушёл. Когда баронессы появились перед ним, он учтиво поклонился, но тут же был подхвачен с двух сторон под руки и увлечён по коридору. Сёстры звонко смеялись, им вторили портреты на стенах и портьеры, а капитан кричал:

— Баронессы Арлей! Нам не в ту сторону!

На пути в бальный зал капитан откровенно торопился. Но один из вопросов Тианы заставил его остановиться и повернуться к баронессам.

— Зачем вам, достопочтенная баронесса Арлей, королевская библиотека?!

— Говорят, что в ней огромное число книг. Редких. И даже древних свитков из других королевств.

— Но вам зачем?! Хотя… Дверь в коридор до библиотеки прямо под балконом с оркестром. И давайте поспешим!

— Куда вы так несётесь, капитан?! — на ходу спросила Мегана.

— Я должен доставить вас на бал до первого танца!

Но беспокоился он напрасно — в распахнутые двери зала они вошли как раз в тот момент, когда дирижёр оркестра поднял палочку вверх.

Незадолго до этого Тиана шепнула сестре:

— Встань к стене у входа и всем отказывай! Всем!

Сама же баронесса подхватила капитана под руку, почти насильно провела в зал, присела перед ним в приглашающем реверансе и сделала шаг назад. Рэйсу ничего не оставалось, как поклониться и шагнуть к баронессе. И они закружились в танце. Капитан был выше всяких похвал — ненавязчиво вёл партнёршу, что иногда позволяло Тиане смотреть вокруг. Во время одного па она увидела довольное лицо стоящей у стены Меганы, во время другого — удивлённые глаза герцога Кайриса…

— Герцог сожрёт меня, — произнёс капитан.

— Подавится, — улыбаясь, возразила Тиана. — Это же я пригласила вас. А у меня приказ короля.

— Какой? — глупо улыбнулся Рэйс.

— Танцевать на балу. С кем хочу!

— Это аргумент, — согласился капитан. — У вас прелестная роза на груди! А дракон так и сверлит меня глазами!

— Только смотрите вы не на них, капитан Рэйс.

— От вас ничего не утаишь, баронесса Арлей. Но я ведь мужчина…

С последним тактом музыки капитан Рэйс отступил, поклонился и едва слышно произнёс:

— Иногда я сожалею, что не имею титула…

— Зато вы мужчина. И я бы свой обменяла!

Проводив Тиану к её сестре, Рэйс поклонился обеим:

— Прошу прощения, баронессы, служба!

И ушёл. А Мегана прикрыла рот веером и со смехом сказала:

— Если бы не приличия, я бы аплодировала вашему танцу! И тебя люто ненавидят две графини и три молодые маркизы вместе со своими мамашами-герцогинями! Четверо из них сломали веера!

— За что ненавидят? — удивилась Тиана.

— Герцог Кайрис никого не пригласил на первый танец бала! На вас с капитаном любовался! Вон он, напротив… Делает вид, что картину рассматривает. Но мне кажется, что он половину рамы изгрыз! Короля ещё нет, так что он главная призовая мишень. А меня трое приглашали! Один такой забавный старичок! Но ты бы ругалась, умри он во время танца. Теперь мне можно принимать приглашения?!

— Конечно, Мег. Танцуй, сколько хочешь, — улыбнулась Тиана. — Только не забудь после бала замок двери запереть.

— Герцог к нам идёт! На тебя нацелился, Ти!

— Зря это он…

Герцог Кайрис учтиво поклонился и, глядя в глаза Тианы, с осуждением сказал:

— Вы немного разочаровали меня, досточтимая баронесса…

— А я напротив! — перебила с улыбкой Тиана. — Очарована! В зале столько достойных вашего статуса женщин, а вы бесполезно тратите время на нас.

— Но… — растерялся герцог. — Я хотел бы пригласить вас, баронесса…

— У меня нога болит, — пожаловалась Тиана.

— Но вы только что…

— Для вас, герцог Кайрис, у меня всегда сломаны обе ноги. И ещё кое-что…

Тиана поманила герцога пальчиком и, когда он склонился, всё с той же улыбкой прошептала ему в ухо:

— Сунешься к моей сестре — отрежу всё лишнее. И глаз выбью.

Герцог поклонился и отошёл в сторону. А Мегана дёрнула сестру за локоть:

— Что ты ему сказала, Ти?! У дам вокруг шеи в два раза вытянулись! Да они за каждое подслушанное слово золотой заплатили бы! Точно подумали, что ты его на свидание пригласила!

— Свидание — слишком жирно для него, Мег. А знай дамы, о чём разговор, так и по десять бы выложили.

— Ну Ти!

— Мег! Я просто попросила его сменить парикмахера. Голова в кудряшках, как у девочки. Пойдём-ка присядем на ту скамейку. Хотя до тебя охотник…

Баронет лет восемнадцати, из представленных королю сегодня, учтиво поклонился Мегане и, почему-то глядя на её сестру, растягивая слова, сказал:

— Вы позволите пригласить вас на танец…

И смущённо замолчал.

Мег тоже посмотрела на сестру, чуть надула щёки и протянула руку кавалеру.

«Главное, чтоб подол платья ей не оттоптал!» — подумала Тиана и неторопливо пошла вдоль стены к свободной скамейке под балконом оркестра. Если её приветствовали мужчины, она отвечала, а ненавидящие женские взгляды отражала улыбкой.

Устроившись на скамейке, Тиана задумалась. Дело было в том, что капитан Рэйс говорил о двери, ведущей в коридор к библиотеке, но на деле их оказалось целых три! В конце концов баронесса решила, что нужная ей дверь — средняя, и перестала ломать голову над загадкой. Всегда можно вернуться в бальный зал и начать сначала. Или спросить дорогу у слуг.

Но, чтобы исчезнуть без проблем, следовало подготовить почву. Придворных в зале было полно, и даже целеустремлённый охотник не в силах был бы понять, что дичь уже ускользнула. В основном люди находились в другом конце зала — поближе к столам с закусками, а танцующие кружились на середине. Казалось, что никто не интересуется Тианой. И всё же она решила проявить осторожность. Кто знает, что придёт в герцогскую или какую иную голову?

Кавалер Меганы после танца доставил партнёршу прямо к старшей сестре, поклонился и собирался удалиться, но Тиана его остановила:

— Вы не поможете нам, баронет?

— С радостью!

— Тогда подождите немного…

Баронет вежливо отошёл в сторону, а Мегана недовольно спросила:

— Зачем нам помощь этого юго-западного придурка? Знаешь, что он мне поведал во время танца? Что Пустошь около замка его папеньки самая страшная! А ты говорила, что там её можно переплюнуть!

— Ну а ты?

— А что я, Ти?! Я делала большие испуганные глаза! Я же умная девушка!

— Хорошо, Мег, — улыбнулась Тиана. — Я пойду библиотеку искать, а твой кавалер нам поможет…

— Я же говорю, Ти! У него с головой непорядок!

— Заменишь его при случае на умного. Всем говори, что я где-то здесь. Если спросят, конечно. А после бала — в свою комнату, и одна! А я немного почитаю… Вот булавка. Воткнёшь её в спинку перед тем, как я встану. Баронет! Подойдите, пожалуйста.

— О, короткий фантом?! У меня такие тоже есть…

— Баронет, — улыбнулась Тиана подошедшему молодому человеку, — я немного устала. Вы не проводите мою сестру к столам? Она проголодалась, но, пожалуйста, проследите — ей нельзя много специй.

— Сочту за честь, баронесса! Всё сделаю, как вы сказали!

И предложил Мегане руку. Девушка с улыбкой опёрлась на локоть кавалера, заслонив от него сестру. Но перед этим сказала одно слово:

— Готово!

Тиана поднялась, прошла несколько шагов вместе с сестрой и её партнёром по танцу и юркнула в дверь. Благо что замка на ней не было.

На скамейке остался сидеть призрак девушки. Правда, продержался он меньше минуты и исчез. А булавка осыпалась на сиденье серой пылью.

Глава 10

Коридор Тиану приятно удивил. Хорошо освещённые серые каменные блоки сводов, деревянные панели стен и никаких боковых ниш и тупичков за портьерами. Хотя, как казалось баронессе, именно здесь, у бального зала, такие интимные закоулки и были уместны.

Библиотекой в конце пути Тианы и не пахло — она попала в огромную оранжерею. Каких только цветов здесь не было! Но больше всего ей понравился маленький журчащий ручеёк, сбегающий по камням прямо из стены. Тиана посидела немного на мраморной скамейке и лишь потом громко произнесла:

— Мне нужен провожатый!

И ничего не произошло. Слуг здесь не было. Баронесса не рискнула углубляться в оранжерею по извивающейся тропинке и решила вернуться в бальный зал. Перед самой дверью, за которой звучала музыка, Тиана вдруг остановилась.

— Здесь есть кто-нибудь?

Стенная панель ушла в сторону, и слуга с поклоном спросил:

— Что вы хотели, госпожа?

— Мне нужно попасть в библиотеку.

— Прошу!

Человек в нише отступил в сторону. По короткому проходу Тиана попала в другой коридор, и слуга сказал:

— Вам направо, госпожа! Поднимитесь по лестнице и окажетесь в королевской библиотеке!

— Спасибо!

И этот коридор понравился Тиане — никаких излишеств. Словно эту часть дворца строили в другие времена. Когда баронесса поднялась до половины лестницы, сложенной из простого камня, на верхней площадке под широкой аркой появилась приземистая фигура. В ней Тиана без особого труда узнала королевского шута и присела в книксене. Явно удивлённый таким приветствием шут не произнёс ни слова, пока не спустился ниже баронессы на две ступени.

— Кого это приветствует милая девушка?! — с недоумением оглянулся он. — Здесь же нет никого!

— Так представьтесь, чтобы этот кто-то появился, — предложила Тиана.

— Похоже, досточтимая баронесса Арлей, у одного из нас с головой большой непорядок! — нахмурился шут. — Вы здесь одна… Во время бала!

— Вы даже имя моё знаете?

— Конечно! А как же мне высмеивать подданных короля?! Без имён очень сложно!

— Парировать насмешку ещё сложнее. Особенно без имени…

— Так меня и без того все знают! Я королевский шут! — Но, заметив, что Тиана начала хмуриться, шут сделал шаг назад по ступеньке, поклонился и представился: — Бари! — И не удержался: — Шут королевский!

— Так гораздо лучше! — похвалила Тиана. — С появлением вас, господин Бари! И я буду вам очень благодарна, если вы не будете высмеивать мою больную голову.

— Досточтимая баронесса! — поклонился шут. — Вы не представляете, как мне это будет тяжело! Столь редкий случай! Можно сказать — уникальный!

— Я верю в вас, господин Бари! Вы ведь и сами идёте из библиотеки? Во время бала.

— Я? — растерялся королевский шут. — Ах да! Конечно! Но мне простительно — я шут! Рассматривал каталог! Удивительная вещь! Вы, баронесса, знаете, что это такое?

— Совсем немного. И где находится эта удивительная вещь? Очень хочется тоже посмотреть! Чтобы книгу хорошую найти.

— У входа, справа, баронесса! Там есть очень большой раздел книг с картинками!

— Спасибо, господин Бари! — Тиана поклонилась. — Картинки я люблю особенно!

Шут смотрел вслед баронессе, пока она не скрылась под аркой. А, спустившись до конца лестницы, оглянулся и пробормотал:

— Странные времена приходят… Родовитые девицы знают, что такое каталог!

Пока королевский шут в глубочайшем недоумении шёл по коридору в бальный зал, Тиана рассматривала огромную карту королевства, нарисованную на потолке библиотеки. Собственно, эта карта являлась одной из причин тайного похода баронессы. Правда, она рассчитывала найти ответ в книгах, но так было даже нагляднее. И, судя по точности передачи границ баронства Арлей, потолочной росписи можно было доверять. В определённой мере.

Обозначены даже соседние с Руатой королевства. Границы — где шире, где уже, но только за территорией трёх западных баронств есть надпись «Великая Пустошь». И ни намёка на караванные пути и довольно обширную торговлю.

«Очень странно! — думала Тиана, рассматривая карту. — Отец говорил, что если стоять к Пустоши лицом, то из баронства Борик, по левую руку, караваны ходили в мир могучих магов и колдунов, справа, от баронства Трайк — в мир, где дёшево покупали мясо, овощи, фрукты, какие-то редкие орехи. А в середине, больше всех вдаваясь в Пустошь, располагалось баронство Арлей. И караваны здесь ходили в мир, который отец называл „технический“. Именно там отец закупал повозки и перепродавал их соседним баронствам…»

Шея затекла, и Тиане пришлось оторваться от карты на потолке. Баронесса покрутила головой и помянула Пустошь: «Бред какой-то! Ведь отец говорил и то, что три западных баронства приносят короне большую часть дохода! А здесь и намёка нет!»

Тиану, конечно же, поразили размеры трехъярусного зала королевской библиотеки. С баронскими несколькими тысячами книг такое богатство не сравнимо. Но у соседей-баронов вообще не было в привычке книги держать. Кроме учётных, конечно. Вот только истинные размеры библиотеки баронесса осознала, когда начала знакомиться с каталогом — ещё четыре зала! И не было причин сомневаться, что они не меньше этого.

Для начала Тиана выбрала «Атлас королевства Руата», «Свод законов королевства. Том 1», «Твари Пустоши» и «Путешествие к Двум Витым Столбам». Книги оказались в нижнем ярусе и дались даже без лестницы. На читальный столик попал только «Атлас» — две другие книги баронесса сочла откровенной брехнёй. На картинках Полосатый Падальщик был красного цвета и с рогами, а у Серого Ежа красовались сразу три пары глаз! Ну а если верить автору «Путешествия», то к Двум Смерчам, между которыми сейчас пролегала караванная дорога, он отправился «на доброй вороной кобыле, которая не раз спасала мне жизнь». Всадник у Двух Смерчей! Как наверняка сказал бы Реток: «Обед из двух блюд!»

Не обнаружив в каталоге ничего по истории появления Пустоши, Тиана перешла к разделу беллетристики и наткнулась на «Приключения хитреца в столице» — целых одиннадцать томов! Пришлось идти в соседний зал, где она взяла сразу две книги, рассудив, что хоть одна, а Мегане неизвестна.

Существовал ещё вопрос: а можно ли вообще трогать эти книги? И выносить… Уж больно ровно и аккуратно все они стояли на своих местах. Но баронесса решила, что королевская библиотека не совсем для красоты собрана, а книги она берёт только почитать и обязательно вернёт.

Устроившись на мягком диване перед массивным столом, она настроила лампу и раскрыла «Атлас». Правда, смотреть его Тиана начала с самых старых карт и была очень удивлена. Ей не попалось ничего старше ста пятидесяти лет. И везде была Пустошь!

Но позже, при просмотре огромного фолианта в старом и ветхом переплёте, она удивилась ещё больше! Историки дотошно описывали каждое сражение между королевствами за последние шестьсот лет: схемы построений войск, направление ударов конницы, обозы… Абсолютно всё! Даже последняя война, когда полторы сотни лет назад три королевства объединились против двух и грянула самая кровавая битва. А потом — ничего — чистые листы книги…

А тогда, рассматривая атлас, Тиана вдруг обратила внимание на различия в границах Пустоши — она год от года наступала на некоторые королевства! И лишь лет семьдесят назад это прекратилось. Во всяком случае, именно в данный период времени изменения в картах отсутствовали.

Тиана настолько увлеклась сопоставлениями карт, что не услышала тихий скрип за спиной и, конечно же, не увидела, как часть стеллажей с книгами повернулась, выпустила из потайного хода человека и встала на место. Баронесса схватилась за рукоять кинжала, лишь когда услышала совсем близко насмешливый голос:

— Что за прелестная картина в библиотеке? Девушка, увлечённая картами атласа!

Чуть отклонившись в сторону, баронесса повернула голову и потянула рукоять кинжала. Но уже в следующее мгновение лезвие спряталось в ножнах, Тиана вскочила и присела в книксене.

— Ваше величество!

— Ясное дело — моё. — Король улыбнулся и погрозил пальцем. — А с кинжалом осторожнее! Порезаться можно! Кто вы?

— Баронесса Арлей! — представилась Тиана, вновь сделав книксен.

— Вообще-то я имел в виду имя… И перестаньте приседать! Просто сядьте на диван.

— Моё имя Тиана. Но в присутствии короля…

— Где король?! — почти так же, как до этого шут, делано оглянулся Вард Первый. — Вы ошибаетесь, Тиана! Здесь только два читателя библиотеки. И у вас странная подборка книг.

Тиана хотела сказать, что беллетристика для сестры, но промолчала. В конце концов, книги лежат на столе и это действительно её выбор.

А король вблизи выглядел совсем иначе: более четкие черты лица, как ни странно — волосы светлее, глаза синие… И неглубокий шрам на скуле слева.

— И какие же тайны, баронесса, вы надеетесь извлечь из этого атласа? Согласитесь, что девушке пристойней читать о приключениях всяких хитрецов.

И Тиана решила рискнуть.

— Я всю жизнь прожила у Пустоши… — начала она и сбилась, увидев усмешку короля. И правда! Вся её жизнь — девятнадцать лет — не такой уж и большой срок. Да и где ещё могла прожить жизнь баронесса Арлей?!

— В книгах отца нет ничего о том, откуда взялась Пустошь…

— Неужели? — покачал головой король. — Но это просто милая шалость моего предка Виса Второго. Это он приказал сжечь все книги и документы о том периоде по всему королевству. И причины были… А вот его отец, Вис Первый, видел появление Пустоши. И воевать любил. Так что ваши подозрения, баронесса, верны — Пустошь была не всегда. Я только не понимаю, зачем вам это, да ещё и во время бала?

— Я… Мне интересно…

— Похвально! Но праздник, бал… Хотите, баронесса, я вас провожу?

Тиана растерялась. К тому же понимала, что вопрос короля в чём-то приближался к приказу, однако нашла нужным отказаться.

— Ну что ж…

Король повернулся, но пошёл не к выходу, а к стеллажам. Он что-то повернул за книгами, и в простенке перехода в другой зал открылась небольшая ниша. Достав из тайника несколько листов, король подошёл к Тиане и положил на стол свою добычу.

— Надеюсь, что это поможет в ваших изысканиях, баронесса. Только потом, когда прочитаете, положите обратно и панель закройте. Всё же этот документ — прямое нарушение приказа короля Виса Второго! И не надо никому об этом говорить. А мне пора на бал…

Король печально вздохнул и ушёл, а Тиана взяла пергаментные листы в руки. Каллиграфический почерк, выцветающие чернила… Ни названия, ни даже года написания! Отсутствие авторства хотя бы понятно — кто знает, как карали нарушителей королевских приказов в те времена!

Читала Тиана медленно — то и дело попадались странные, а то и вовсе не знакомые слова. К тому же в конце выяснилось, что достаточно было ознакомления с первым из семи листов. На остальных неведомый автор толковал ранее написанное, и при этом постоянно путался, старательно не указывал даты и названия селений, а случись ему зайти в тупик — ссылался на какую-то тайну и наличие надёжно укрытых доказательств.

Но первой странице баронесса почему-то поверила.

«Умрут свидетели, истлеют письмена, сотрутся камни в пыль, но останется Пустошь. Ибо она есть и будет!

Никто не видел, как он пришёл и куда потом сгинул. Он называл себя одним из Семи Великих Магов, а люди именовали богом. И он освободил поля от ядовитого сорняка, принесённого злой бурей из-за моря, лечил слепых и увечных и даже победил чёрную чуму! Кто, кроме бога, мог совершить такое?!

И однажды он решил свершить для людей величайшее благо — прекратить войны. И собрал королей, и говорил с ними. И убедил, что войны истощают королевства и уносят лучших под данных. И согласились с ним короли, и дали клятву друг другу, и наступили семь тучных лет.

Женщины больше не боялись рожать, потому что всего было вдоволь, не было голодных, ибо огромные стада скота бродили по лугам, и обильный урожай следовал за хорошим урожаем.

Но три короля, чьи имена прокляты и преданы забвению, тайно сговорились, собрали огромную армию и напали на своих соседей. И грянула ужасная кровавая битва, и багровые ручьи текли на поле брани, потому что земля не могла впитать столько человеческой крови.

И растерялся маг, который, несомненно, был богом. Не дано ему было понять, ради чего совершено клятвопреступление, для чего льётся кровь. И впал он в страшный гнев, и обрёк наши земли на мир. Ужасающее заклинание сотрясло города и горы, вселилось в посох мага, и он огненным смерчем прошёл по границам королевств, и явилась Пустошь. И поглотила она даже море на западе. И стала она непроходимой для армий, вооружённых отрядов, и наступил мир, как того и хотел маг, которого именуют богом.

И ушёл бог с наших земель, оставив после себя Пустошь. И пожирает она не только армии, идущие на соседей, но и часть земель тех, кто посягнул на волю бога. И может быть, короли поумнеют, когда от их государств останется всего одна ладонь земли? И может быть, что бог вернётся, когда все мы станем достойны, останется с нами и уберёт ужасную Пустошь?

Есть надежда!»

Тиана встала, сложила по порядку листы пергамента, положила их в тайник и захлопнула деревянную панель. Потом она долго сидела и смотрела куда-то сквозь карты атласа.

Судя по содержанию текста, написан он был ещё до того, как появились караванные дороги в Пустоши. Может быть, эти семь листов обыкновенная подделка? Но кому надо хранить в королевской библиотеке подделку? Да ещё и в тайнике!

С другой стороны, оказывается, когда-то за стенами замка Арлей было море… Тиана очень давно видела только две плохо сохранившиеся картинки в очень старой книге, где под рисунками было написано слово «море». Но разве может быть столько воды в одном месте?!

Баронесса поставила на полку атлас и нашла в каталоге иллюстраций раздел этого самого таинственного моря. Изображения поразили Тиану. Правда, разнообразие цвета поверхности воды она приписала фантазиям художников — не может же вода быть синей, зелёной и даже розовой! Да ещё и невообразимо огромные лодки! Люди на них такие маленькие…

Брать с собой огромную папку с картинами Тиана не рискнула, а кроме двух книг для сестры прихватила «Знаменитые подземелья королевства». Почитать перед сном. Слуга немедленно отобрал у баронессы книги и гордо понёс их на вытянутых руках. Путь он выбрал, как и попросила баронесса, в обход бального зала, так что музыка осталась в стороне и стихла задолго до того момента, как они дошли до Северного крыла.

Тиана очень устала, а потому отказалась от ужина, заперлась, разделась и даже не смогла читать — уснула. Потому и не услышала, как после полуночи с шумом и разговорами вернулись придворные с бала и как ночью два претендента на пылкую страсть пели по очереди в саду серенады перед Северным крылом. Сразу четыре лестницы были спущены из окон, потому что поднаторевшие в этих делах дамы угадали в одном из романтических певцов герцога Кайриса. Но убедиться в правильности этой догадки не было дано никому…

Глава 11

Тиана проснулась поздно, повалялась в постели, попыталась вспомнить сон — и не смогла. Но след это неведомое сновидение оставило хороший. Сладко потянувшись, баронесса подумала, что, наверное, конюх Реток был прав, когда говорил: «Просыпаться почти всегда лучше, чем засыпать! Проснувшись, ты можешь быть уверен, что всё ещё жив!» А может быть, правы были и ученики, когда шептались о том, что невозможно провести полжизни в Пустоши и остаться в своём уме.

Но этим утром Тиане приятнее было доверять Ретоку.

Она ещё завтракала, когда в дверь нетерпеливо забарабанили кулачки:

— Ти, открой дверь! Пустотная змея подбросила кошелёк!

— Ты хотя бы завтракала, Мег? — поинтересовалась баронесса, впустив сестру.

— Да! Но очень быстро! На столик с завтраком его и подкинули! Ти, а сколько там было денег?!

— Садись и нормально поешь. А то здесь всего очень много. Ну, а что кошелёк вернулся именно сегодня — это хорошо.

Мегана схватила с блюда пирожное и откусила сразу половину.

— А по-по-щему хорохо?!

— Не болтай с набитым ртом! — строго оборвала Тиана. — Подавишься! А хорошо потому, что уже завтра пятна на воровке побледнеют и исчезнут.

С трудом сглотнув, Мегана возмущённо воскликнула:

— А почему это?!

— Да потому что метка это, Мег. Обычная. Чтоб найти вора. Не убивать же за это?

— Почему это «не убивать»?! Очень даже можно! И нужно!

— Кровожадная ты, Мег! Кошелёк-то вернули…

— И что?! Ой, Ти! Я вчера столько танцевала! Герцог Кайрис два раза приглашал меня!

— Не понял он меня, что ли? — нахмурилась Тиана. — А зря! Да я ему проясню…

— Ну что ты, Тиа, всё время грозишься?! Герцог галантный, обходительный! Всё время про тебя расспрашивал! Вот чем ты его приворожила?! Ти! Ну, что ты сказала ему?! Я тоже хочу так красавчиков привораживать!

— Сколько раз тебе говорить, Мег? Красавчиков много, а ты одна. Зачем тебе все? — И тут же хитро усмехнулась: — Ты бы лучше книжку почитала…

— С тобой идти в библиотеку?! — возмутилась Мегана. — Да ни за что!

— Ни за что? — медленно повторила Тиана за сестрой, изменив интонацию. — Жаль. Придётся отнести это обратно…

И показала на две книги, лежащие на ящике с верёвочной лестницей.

— Ну и что там? — с безразличием поинтересовалась Мегана и взяла одну из книг в руки.

— «Приключения хи…» — начала она читать название, осеклась и принялась лихорадочно перелистывать страницы. — У меня этого нет! Это продолжение! И вторая тоже! Ти! Я возьму их?! Ты же не будешь их читать! Ну, Ти!

— Не знаю, Мег, — нахмурилась Тиана. — Ты как бы отказалась…

— Нет, Ти! — Мегана прижала книги к груди. — Если хочешь, я пойду с тобой в эту скучную библиотеку! А там есть ещё такие?

— Одиннадцать было. Но я больше и не искала.

— Как?! Тиа! Надо было посмотреть!

— Зачем, Мег? Тебе и этих на четыре года хватит.

— Почему это?!

— Потому что первую ты как раз два года и читаешь.

— Плохая Тиа! Противная! Но в библиотеку я с тобой пойду! Только не сегодня! Сегодня мы должны быть на королевском приёме! Мы же придворные дамы!

— А я бы не пошла…

— Нельзя, Ти! Сайрил сказал, что мы должны быть обязательно!

— Кто? — не поняла Тиана.

— Сайрил! Ну, это же имя герцога Кайриса!

— Вот как… Но мнение герцога меня интересует в последнюю очередь!

— Ну почему ты такая злая, Ти?! А Сайрил ещё сказал, что балы продлятся четыре дня! Потом королевская охота! А потом два раза в неделю будут! Представляешь, Тиа?! До самого дня рождения короля! А тогда даже фейерверки!

— Ну хоть ты счастлива, Мег, — улыбнулась Тиана.

— А ты нет?! Ты же так танцевала с капитаном! Сайрил даже спрашивал, кто наш учитель танцев! Только я не знаю… Меня же ты учила танцевать!

— Не в меру любопытен герцог…

— Ну что ты, Ти?! Он столько историй знает!

— Я, Мег, тоже знаю несколько историй. Печальных. Хотя бы о нашей кузине из замка Борик. Её отец чуть не убил! Хотя она потом замуж вышла. Это в книгах всем везёт, а в жизни…

— Нет, Ти! Нам повезёт обязательно! Я пойду к себе, но потом вернусь, и вместе пойдём на королевский приём! А хочешь, я оставлю одну книгу? Почитаешь. А то ты какая-то печальная.

— Нет уж! Лучше всю жизнь в печали провести!

— Эх! — вздохнула Мегана. — Ничего-то ты, Ти, не понимаешь!

Уже за дверью комнаты Мегана, присев в книксене, чинно произнесла:

— Прошу вас, досточтимая баронесса Арлей, никуда без меня не уходить!

— Иди уже! — рассмеялась Тиана. — Смотри, не опоздай!

И, конечно же, Мегана опоздала. Можно сказать, что в Северное крыло дворца она ворвалась раньше запыхавшегося слуги. Благо ещё, что Тиана ждала сестру уже в коридоре. В тронный зал они вошли с последним ударом гонга часов.

— Точность — вежливость королей! — негромко заявила раскрасневшаяся Мегана.

— Фуф! Идём вдоль окон, Мег! И не путай. Короли входят с другой стороны.

Короля, кстати, пришлось подождать. Стоя позади придворных, Тиане удалось уловить разговоры и об очень важном королевском совете, и даже о смертельной болезни короля. Услышать эти досужие домыслы было нелегко — в другое ухо баронессы младшая сестра горячо бубнила о прочитанных в книге приключениях:

— Представляешь, Тиа! Граф Туран попытался заманить хитреца в подземелье под своим дворцом, но сам попал в ловушку!

— А имя у этого хитреца есть? — рассеянно спросила Тиана.

— В том-то и дело! Он инкогнито!

— Да? А чего это граф ополчился на хорошего хитреца?

— Ой, Ти! Там такая история! Граф подозревал, а потом и узнал, что хитрец с его женой… В общем, ты понимаешь!

— Догадываюсь. Я бы просто зарезала обоих. И без всяких подземелий.

— Ой, Ти! Какая ты кровожадная!

— Это сейчас говорит та же Мегана, которая предлагала лишить жизни досточтимую баронессу Тольри? Всего лишь за кошелёк… Тихо. Король…

Посох гулко ударил в пол, и распорядитель громко возвестил:

— Король Руаты Вард Первый!

Придворные выразили почтение своему монарху, а Тиана лишь поклонилась. А чего стараться, если за толпой тебя не видно? К тому же король был задумчив, рассеян и не очень-то интересовался своим двором.

Пока Вард Первый подписывал какие-то документы и слушал доклады, дамы в задних рядах занимались очень важными делами — угадывали прошлое по внешнему виду короля.

— У него круги под глазами…

— Не смотрит на бумаги…

— Никого не видит вокруг…

Очень быстро все пришли к выводу, что король провёл весьма бурную ночь. А многие даже точно знали с кем! Хотя называли разные имена и по большей части просто перечисляли герцогинь, но попадались и графини.

Поправить настроение короля взялся шут. Он подошёл к трону и очень тихо, так чтобы никто из окружающих не расслышал, сказал:

— Ваше величество почти печальны… Так я вас сейчас развеселю.

— Давай, Бари! Кто, если не ты, сможет это сделать?

— Конечно, ваше величество! Вчера я стал свидетелем потрясающей несуразицы! В разгар бала я встретил молоденькую девушку…

Драматическая пауза позволила королю отмахнуться:

— Тебе, как всегда, повезло, Бари!

— …на лестнице в королевскую библиотеку!

Король с усмешкой посмотрел на шута:

— Что-то, Бари, сегодня у тебя плохо получается… Давай-ка я тебя развеселю. Вчера, в разгар бала, в королевской библиотеке я видел девушку с драконом на шее, которая смотрела в книгу…

— Ой! — шут удивлённо округлил глаза.

— А книгой этой был атлас карт королевства.

Шут вытянул губы трубочкой, шумно вдохнул через нос и озабоченно прошептал:

— А вдруг это заразно?! Она могла напасть на вас, ваше величество!

— На меня никогда ещё не нападали девушки в библиотеке, — с оттенком сожаления произнёс король. — И это была не засада. Я, скорее, помешал ей. Вот если бы там сидела дочка какого-нибудь герцога, то я бы решил, что хотя бы тёща будет умной. Но здесь другое…

— Мне распорядиться проследить за ней?

— Нет, Бари. В библиотеку может ходить кто угодно. А ты помалкивай об этом! А то там в залах тесно станет.

— Да, ваше величество! — покачал головой шут. — Вы действительно и удивили, и развеселили меня…

— Я, Бари, тоже чувствую себя не на своём месте, — сказал король и громко рассмеялся.

Радостно засмеялись и придворные, как будто услышали хорошую шутку.

* * *

— Вот какой Пустоши мы торчали там два часа?! — возмущалась Тиана в галерее. — Да лучше бы я почитала перед обедом!

— Да! — согласилась с сестрой Мегана. — Хорошо, что напомнила! Но на то мы и придворные дамы, чтоб быть в тронном зале, когда там король! И не только! Ты видела, Ти, как смотрел на тебя Сайрил?! Какая тоска во взоре!

— Фу… — поморщилась Тиана, как будто живую пиявку проглотила. — Он не только стар, но и глуп.

— Он совсем не старый! — возмутилась Мегана. — Они с королём одногодки!

— А король старый, Мег?

— Король старый! — уверенно заявила Мегана.

И сёстры расхохотались.

— Ой, Ти! Я к себе! Хочется почитать до бала! А ты опять сбежишь?

— Даже не пойду. Если, конечно, за мной сам капитан Рэйс не явится.

Но капитан сопровождать баронессу на бал не пришёл. А потому Тиана спокойно дочитала очень смешную, как она решила, книгу о подземельях замков и дворцов Руаты. Дело даже не в том, что все планы подземелий были почти одинаковые. В книге очень серьёзно сообщалось, что все баронские замки на западе имеют подземные ходы в Пустошь! До конца Тиана дочитала лишь потому, что ждала какого-нибудь намёка на правду. Не дождалась.

Слуга, вызванный баронессой, не сразу смог понять, куда она собралась в совсем не торжественном платье. Но провёл в библиотеку совершенно другим и более коротким путём. Ему пришлось подождать всего несколько минут, пока Тиана положила на место книгу и выбрала по каталогу другие. За всем этим действом слуга наблюдал, слегка приоткрыв рот, и баронесса с улыбкой подумала, что ему будет о чём рассказать на посиделках.

Баронесса взяла три книги в расчёте на то, чтобы несколько дней не бегать туда-сюда. На этот раз ей повезло — никто не встретился по пути, и Тиана решила, что это хороший знак. А такой знак требовал поддержки. Баронессой был заказан ужин, и она читала до поздней ночи, отдавая должное искусству повара.

Прервала она чтение лишь раз. И даже не в момент возвращения дам с бала, а позже, в самом конце исполнения серенад. Если Тиана правильно поняла, то парочка певцов уже забралась по лестницам к дамам сердца, а один всё не унимался. Наконец откуда-то справа и сверху томный женский голос вопросил:

— К кому взываешь ты, сладкоречивый певец в загадочной маске? Может быть, твоя лестница уже спущена?

Печально и нестройно тренькнула лютня парой аккордов, прежде чем из садика глухо донеслось:

— Она должна сама догадаться…

— И это не я? — вопросила та же дама.

— Нет, миледи…

— Ну так получай за свои песни!

Видимо, певец расстроил своим ответом многих. Звон разбивающейся посуды, громыхание металлических кастрюль и проклятия продолжались довольно долго.

А Тиана просто хохотала. Ведь ей-то бросать что либо в окно через решётку было бы нелепо.

Глава 12

Следующий день, с точки зрения Тианы, начался великолепно. Забежавшая позавтракать сестра сообщила, что приёма в тронном зале не будет и до бала все свободны.

— Лично я, Ти, немного посплю и до самого бала буду читать! Там так интересно! Представляешь, хитрец поймал целую банду разбойников, тайно провёл их в королевскую тюрьму и запер в камерах. И никто ничего не заметил!

— Странная тюрьма… — успела удивиться Тиана.

— А ещё хитрец поздно вечером пробрался к гадалке и познакомился там с красивой дамой!

— А вот это интересно, — кивнула баронесса.

— Что интересно, Ти?! Дальше ещё интереснее!

— Я не о хитреце, Мег, — улыбнулась Тиана. — Просто кое-что вспомнила.

— Что ты вспомнила, Ти?! Наверное, про королевскую охоту?! Сайрил сказал, что там надо быть обязательно! Охота — это как королевский приём!

— Ерунда! — отмахнулась Тиана. — Просто кавалеры… Ах да! Охотники! Будут хвастаться, кто быстрее зверя убьёт или кто точнее в мишень попадёт.

— Поедем, Ти! — капризно наморщила носик Мегана. — Ты сможешь из лука пострелять! Вдруг приз будет?!

— Ты хочешь, чтобы я стреляла в этом платье?! — расхохоталась Тиана. — Чтоб за стрелой кружева летели?!

— Ну тебя, Ти! Мы можем лучниками одеться! Я бы всех удивила! Жаль, костюмов нет…

— А если я куплю? — хихикнула баронесса. — Не испугаешься шокировать кавалеров?

— А Пустошь с ними! Пусть хоть на землю падают! Только где ты костюмы возьмёшь?

— Видела магазин недалеко от ворот. После обеда и схожу. А потом попросим, если не подойдут, подогнать.

— Ой! А ты одна, Ти, сходишь?! Я почитать хотела…

— Читай, Мег. А то буквы забудешь.

Тиана не стала говорить сестре, о чём вспомнила. Правда, отец, давая это поручение, сказал, что дело терпит. Но за две недели велел управиться. А раз уж есть свободное время…

Как только Мегана ушла, баронесса достала из потайного отделения массивной крышки сундука плоский свёрток, обёрнутый тончайшей рыбьей кожей. Именно его отец наказал доставить ворожее Сирли. И теперь можно совместить покупку костюмов для безобидной мистификации и выполнить поручение барона.

Но пока Тиана спрятала пакет под одеяло на кровати и взялась за книгу — после обеда можно успеть всё.

* * *

Ближе к вечеру Тиана вышла из ворот дворца в коротком плаще, накинутом на плечи. Ничего умнее для того, чтобы скрыть пакет, баронесса придумать не смогла. Как и ожидалось, за ней увязалось не менее двух охранников.

В магазине баронесса отказалась от совершенно новых костюмов из скрипящей кожи, и ей вынесли откуда-то из дальнего угла другой товар. Эти штаны и куртки тоже были новыми, но обработаны так, что казались потёртыми. Пара плащей и беретов дополнили покупку. Затем Тиана отправилась к знакомому ювелиру, где отпустила мальчика-носильщика. Сумку с костюмами она положила на прилавок, попросила бумагу, перо и чернила и, написав записку, пристроила её поверх покупки.

— Господин ювелир! В вашем магазине есть выход на другую улицу?

Ювелир кивнул и открыл рот, но Тиана не дала ему ничего сказать:

— Если сюда зайдёт кто-то не в меру любопытный и будет интересоваться, куда я делась, покажите ему эту записку — пусть отнесёт сумку во дворец. Если нет… Заберу её завтра. А пока покажите мне какое-нибудь колечко с камешком. Должны же и вы иметь доход с этого дела.

— Конечно, госпожа! Вот прекрасные кольца для вас! Но ваш преследователь наверняка догадается о втором выходе.

— Ничего страшного. Мне нравится вот это. Дайте два таких.

— Прекрасный выбор! И всего один золотой! И я могу разменять зинкарские рофы по хорошему курсу. Только приносите!

Понятно, что ювелир очень хотел заработать чуть больше, но ему досталась обыкновенная золотая монета с профилем короля Варда Первого. А Тиана прошла через заднюю дверь, спустилась по улице, миновала проулок, вернулась немного назад и съела два пирожных в кофейне, наблюдая за окружающими. Заодно она внимательно изучила карту Руаты, любезно предоставленную одним из слуг. Получалось, что цель находилась совсем недалеко, и баронесса отправилась на поиски дома ворожеи Сирли.

А вот во времени Тиана просчиталась — сумерки уже грозили перейти в ночь. Баронесса была уверена в порядке на улицах Руаты даже в ночное время. Откуда ей было знать, что стражники патрулируют только главные улицы столицы? Тем не менее Тиана надеялась не только на браслеты, потому что хорошо запомнила наставления Ретока ученикам: «В незнакомом месте с неизвестными правилами всегда полезно иметь клинок, превосходящий по длине противника. Даже если тебе противостоит песчаный удав!»

И Реток, как и обычно, оказался прав. На одной из узких кривых улочек, где дома почти смыкались над головой и наверняка сумрак царил даже днём, из подворотни раздался хриплый голос:

— А вот и цыпочка! Покажешь нам, что у тебя под одеждой?!

Пять или шесть здоровяков, от которых даже в вонючем воздухе улицы нестерпимо несло потом, луком и перегаром, быстро окружили Тиану.

— Давай-ка, деточка, без выкрутасов! Или придушим!

— Вы уверены? — вежливо поинтересовалась Тиана.

Ответом ей стал икающий смех, который мгновенно оборвался, когда баронесса подняла руку над головой. Короткая, несильная вспышка — и нападавшие на беззащитную жертву уже катаются по земле и воют от боли. Тиана сжала короткую трубочку, и очередной подарок пустынного паука вылез в металлическую чашечку. Сам паук ядовитым не был. Но трогать самку, сидящую на коконах, — дело опрометчивое, если не глупое. При угрозе потомству паучиха выбрасывала вверх маленький конус, который лопался и рассеивал вокруг крошечные иглы со жгучим ядом. И ожоги от них приходилось лечить очень долго.

Вслед баронессе из темноты неслись стоны:

— А-а-а!

— Ведьма-а-а!

Тиана миновала два переулка и наконец в слабом свете жёлтого фонарика увидела нужную вывеску — деревянный глаз. Но ей тут же пришлось спрятаться в подворотне, потому что несколько конников с грохотом промчались по каменной мостовой в сторону, откуда она пришла. Лишь когда всё стихло, баронесса нащупала дверной молоток и трижды постучала.

Довольно быстро в двери открылось маленькое окошечко, и недовольный женский голос спросил:

— Чего надо?

— Мне нужна госпожа ворожея Сирли.

— Гы, — каркнуло за дверью. — Госпожа… Мама! Это к тебе!

Пришлось ждать ещё. Но потом дверь без всякого предупреждения распахнулась, и старуха с фонарём быстро обшарила пронзительными глазами Тиану.

— У вас настоящие браслеты, миледи… Только у меня сейчас всё время занято. Приходите через две недели днём.

Но такой приём не обескуражил баронессу.

— Вы госпожа ворожея Сирли?

Лишь дождавшись кивка старухи, Тиана задала следующий вопрос:

— Вы что-нибудь ждёте от барона Арлея?

Ворожея чуть склонила голову к плечу и, глядя баронессе в глаза, ответила:

— От барона я жду только хорошего.

— Вот и прекрасно. Значит, это вам.

И Тиана протянула пакет. Старуха взяла посылку, осмотрела печать и вдруг засуетилась:

— Подождите, миледи! Не стоит молодой девушке ходить ночью одной. Вас проводят мои сыновья.

— А вот это лишнее, — раздался за спиной Тианы насмешливый голос.

Пакет из рук ворожеи исчез, а беззубый рот растянулся в улыбке:

— Здравствуйте, светлейший господин…

— У меня и так всё хорошо! — оборвал ее шагнувший в пятно света королевский шут. — Я вот мимо проходил… И не надо нервничать. Налоги ты, Сирли, платишь исправно, а другие дела твои меня не интересуют. Закрывай дверь, и спокойной ночи.

Шут заботливо взял под руку баронессу, увлёк в сторону и по-отечески наставительно заговорил:

— А вот вы, досточтимая баронесса Арлей, меня очень расстраиваете. Ну нельзя же так! Обманули охрану, людей покалечили… Правда, этих бандитов стража уже год ловит, но их же теперь лечить надо! В тюрьме, за счёт королевской казны! А чем это вы их? Ну да ладно. Только ведь охранники ваши совсем не носильщики. А вы их, баронесса, так обидели… А ведь их дело лишь сопровождать и защищать. Хотя, конечно, вы и сами справились прекрасно! Да и как бы вас нашли, если бы не эти крики?

На мгновение прервав монолог, королевский шут свистнул, и из темноты улицы возникли люди, закутанные в чёрные плащи.

— Проводить баронессу в Северное крыло короткой дорогой! — распорядился шут. — И, пожалуйста, баронесса! Не убивайте своих сопровождающих. Они всего лишь служат его величеству королю.

И растворился в темноте. Где-то недалеко фыркнула лошадь, а затем раздался перестук копыт. В руке одного из охранников вспыхнул и качнулся небольшой фонарик.

— Прошу за мной, досточтимая баронесса!

Обратный путь через проходные дворы и переулки занял гораздо меньше времени, чем блуждания Тианы в поисках дома ворожеи. Хотя она и не особо торопилась. В двух местах пришлось пересечь широкие улицы с прогуливающимися горожанами, и у баронессы мелькнула шальная мысль оставить охрану с носом. Но наученные горьким опытом сопровождающие приближались и брали Тиану едва ли не в кольцо, предотвращая попытку побега. К тому же теперь их был добрый десяток.

Вышли они не к главным воротам дворца, а к высокой, заросшей диким виноградом стене. Раздвинув лозы, тот, что был с фонариком, отпер низкую дверь и снова повторил:

— Прошу за мной, досточтимая баронесса!

Несколько шагов по неширокому проходу в стене, ещё одна дверь — и Тиана очутилась среди цветов маленького сада перед Северным крылом. Позади щёлкнул замок двери, и, оглянувшись, баронесса поняла, что она одна. «Вот дали бы по голове кистенём в переулке, и всё… — пришла запоздалая мысль. — А поручение отца я выполнила!»

Едва Тиана отперла дверь комнаты, как из-за портьеры напротив слуга вынес большую сумку:

— Досточтимая баронесса Арлей! Ваши покупки! Бал начнётся через несколько минут!

— Спасибо! Если можно, найдите, пожалуйста, портниху Кори.

— Будет сделано, баронесса!

В комнате Тиана бросила сумку на пол, прислонилась к столбику кровати и начала смеяться. Предаваться истерическому веселью ей помешал приход портнихи. И к затее баронесс она отнеслась неодобрительно, но спорить или отговаривать не стала.

— Вам надо, чтоб не узнали?

— Да.

— Хорошо! Тогда и подгонять почти нечего! А сапоги у вас есть?

— Ой! — расстроилась Тиана. — Я и не подумала…

— Ничего страшного, найдём! Со старшим конюхом я договорюсь.

— А он не откажет?

— Ох, баронесса! — улыбнулась портниха. — Очень трудно отказать женщине, которая спит с тобой и рожает детей. Пусть только попробует! И надеюсь, что вы знаете, где у лошади хвост?

— По-моему, сзади, — рассмеялась Тиана. — Но всё может быть…

— Хорошо! После завтрака мы сходим к моему мужу.

Портниха забрала одежду лучников и ушла.

Глава 13

Утром Мегана примчалась к сестре ещё до завтрака.

— Мне сказали, Ти, что ты меня хочешь видеть! А что случилось?!

— А перекусить со мной? Это не повод? И ты опять читала полночи!

— Ну, Ти!

— Поедим и на конюшню пойдём.

— А! А ты купила костюмы?! А зря ты не пошла на бал! Король танцевал со всеми дамами! И со мной! Такой галантный! А Сайрил про тебя спрашивал! А тупая Тольри на ногу королю наступила и чуть не упала! А королевский шут хмурый был, если не злой! И что-то королю на ухо шептал! А король смеялся!

— Значит, не скучно тебе было. Вот и завтрак…

Портниха пришла немного позже окончания завтрака. Хотя скорее это сёстры Арлей торопились поесть. Пошли они не к главным воротам, а в противоположную сторону. Но идти долго не пришлось — перед небольшими воротами их ждала карета.

Это была странная поездка. Выехали из дворца, а через несколько сотен метров другие ворота приняли карету обратно. Но и здесь она не остановилась, а проследовала прямо в крытый манеж. Женщин дожидался недовольный мужчина, а рядом с ним встал подросток, спрыгнувший с облучка кареты. Он старательно копировал старшего конюха как в одежде, так и в жестах.

— Все заняты подготовкой к охоте, а я должен с вами…

— Не бухти, Мин Вайра! — оборвала его портниха. — Вот досточтимые баронессы Арлей! Им ты и нужен!

— Прошу прощения, досточтимые баронессы, но…

Тиана присела в книксене:

— Это вы простите нас! Понятно, что вы заняты, господин Мин, а мы в игрушки играем.

Конюх исподлобья с подозрением посмотрел на всех трёх присугствующих женщин по очереди и показал пальцем на жену:

— Переодень их! Посмотрим на эти игрушки…

Переодевались в тесной каморке, но с помощью портнихи управились быстро.

— Я в этих штанах утонула! — возмущалась Мегана. — Ти! На кого я похожа?!

— На молоденькую баронессу в кожаных штанах, — спокойно ответила Тиана. — Сама говорила, что хочешь кого-то удивить. Так что в самый раз будет. Куртку надень. И волосы под берет спрячь. Сапоги мне чуть великоваты.

— Вторые носки дело поправят, — уверенно заявила портниха. — Хуже, если бы жали!

Пока сёстры преображались в лучников, помощник конюха привёл двух небольших лошадок серой масти. Сам же конюх мельком осмотрел баронесс, хмыкнул и указал на стену:

— Сёдла выбирайте…

— Ти… — тихо прошипела Мегана.

— Дальше, — столь же тихо ответила Тиана. — Это дамские…

— Ти, я не знаю…

— Прямо напротив тебя. А это моё!

Старший конюх выпятил нижнюю губу, посмотрел на помощника, кивнул ему и подмигнул. Даже если бы Тиана не заметила этого, то всё равно проверила подпругу. Мегане же она только шепнула:

— Хитрые лошади…

Но лошади оказались не очень хитрыми. Схитрил младший конюх. Хотя стремена он выставил ровно и почти правильно. Ещё он тихо сказал:

— Их клички Птичка и Рыбка…

Проверяя амуницию лошади, Мегана нашла нужным громко заметить:

— А в замке отца лошади повыше будут! А подпругу лучше затягивают!

Младший конюх хотел подтащить специальные деревянные ступеньки, но баронессы оказались в сёдлах без их помощи.

— Стоп! — взревел недовольный муж портнихи. — На верёвочке пока по кругу прокатитесь!

Концы верёвок держал младший. Старший конюх ходил рядом с ним, постукивал кнутовищем по сапогу и резко отдавал команды:

— Спины прямее! Быстрее! Ближе к гривам! Задницы…

— Старый дурак! — воскликнула портниха.

Младший хохотнул, а конюх прокашлялся и рявкнул:

— Стоп! Отвяжи их! В конец манежа, обратно и из сёдел! Быстро!

Когда довольные баронессы вернулись, осадили лошадей и спрыгнули на землю, портниха что-то тихо, но резко выговаривала мужу. Конюх хмурился и только восклицал:

— А что я должен!..

— Это же девушки, Мин!

— Сейчас мы не девушки, а лучники, госпожа Кори! — рассмеялась Тиана. — А лучникам нужны луки и стрелы.

— Ещё короткие мечи… — начал было младший конюх, но его оборвал взмахом руки Мин Вайра.

— Кто… — прорычал старший конюх. Он замолчал, посмотрел на жену и продолжил совсем в другом тоне: — Кто вас учил, досточтимые баронессы Арлей?

И заработал от Кори одобрительный кивок и улыбку.

— Баронский конюх Реток! — ответила Мегана.

— Я слышал о нём. Достойный учитель. Теперь о вас… — Конюх бросил взгляд на жену и поморщился: — Короткие плащи исправят положение… Ну… Скроют недостатки! Но на глаза другим лучникам лучше не лезть. Охота начнётся в девять утра. Вам выехать надо раньше. Чир! — обратился Мин Вайра к мальчишке-конюху. — Поедете в этой карете. Сам сложишь всё нужное и в семь утра заберёшь баронесс. Для упряжки лошадь выбери, чтоб и под седлом ходила, и не подвела тебя. Карту охоты у егеря попрошу… Всё! Мне пора! И я этих ваших дел не одобряю…

Когда старший конюх вышел из манежа, портниха захлопала в ладоши:

— Вы покорили моего мужа! А теперь, девочки, застыли!

Кори достала из кармана специальный мелок и быстрыми движениями нанесла на одежде баронесс несколько линий.

— Тайны тайнами, а одежда должна приносить радость! Тут дел-то на час, но будет удобнее. Чир! Что там у тебя?

— Я, мам… Я для досточтимых баронесс Арлей оружие подобрал! Полегче.

— Вот им и показывай!

Оружие действительно оказалось лёгким и почти настоящим. Пристегнув к поясу короткий меч, Мегана недовольно спросила:

— А обойтись без него никак нельзя? Лучше уж мне углём усы нарисовать! А колчан тяжёлый!

— Мы в колчан только треть простых лёгких стрел положим, — со знанием дела и как можно более веско заявил Чир. — Намного легче будет. А луки половинные.

— Мне нужен целый, — попросила Тиана.

Младший конюх по-мальчишески ухмыльнулся, вытащил из чехла мощный тугой лук, мгновенно наложил стрелу и выпустил её в столб дальней стены манежа.

— Такой?

— Пожалуй, — согласилась Тиана.

Она взяла в руки оружие, и глаза Чира округлились от удивления-девушка неожиданно легко оттянула тетиву к плечу.

— Здорово! — не сдержал восхищения конюх. — Я, пожалуй, для вас баронесса, стрелы на три пальца укорочу…

— Не надо, — улыбнулась Тиана. — А вот наконечники полегче бы и длиннее…

— Сделаю! Только, мам… Мне плащ с эмблемой королевских лучников носить нельзя…

— Точно! Но баронессам-то ничего не будет за это, а тебе что-нибудь непонятное нашьём! Всё, девушки! Пора переодеваться и превращаться в придворных дам. Сегодня у короля вечерний приём и потом бал. — Портниха посмотрела на Тиану: — А это правда, баронесса, что вы книги читаете?

— Правда. А скажите, Кори! Если выйти в коридор во дворце и крикнуть… Ну, скажем: «Я украла корону!» — об этом все узнают?

— Нет, — рассмеялась портниха. — Только свои!

В карете, на обратном пути, портниха вдруг помрачнела и тихо сказала:

— Старший наш в дворцовой охране служит, а младшего, Чира, муж при себе держал… Додержался! Конечно, руки лишними не бывают, но мальчишка лучником хотел стать, а там до десяти-двенадцати лет берут. На лошади — понятно, но Чир и из лука стреляет очень хорошо. Только его даже проверять старший лучник не хочет. «Старый!» — говорит. Но хоть какое-то дело у парня в руках есть… Завтра вам сюда и выйти надо! Переоденетесь по дороге или на месте охоты. Там ещё и столы с угощением будут. И соревнования лучников. Не соскучитесь! А сюда можно прямо по коридору дойти или по парку вдоль стены.

— Спасибо, госпожа Кори! — поблагодарила Тиана. — Мы по парку прогуляемся. Я бы, Мег, до обеда почитала здесь.

— Послушай, Ти! А я проголодалась! А катались совсем немного!

— И что нам помешать может? Второй завтрак закажем!

Вместе со столиком слуга передал сёстрам приказ:

— Велено всем придворным быть на вечернем приёме, досточтимые баронессы!

— Простите! А уставшие покойники тоже должны явиться на приём? — поинтересовалась Тиана.

— Думаю, да, баронесса! — невозмутимо кивнул слуга. — Но я уточню!

Смеяться и икать он начал, только когда дверь закрылась.

— Вот ты, Ти, всё время со слугами шутишь, и они тебя любят!

— Тебя, Мег, тоже, — улыбнулась Тиана.

— Наверное. А я слышала, как горничные говорили, что до нас тут скука была… Какая может быть скука во дворце, Ти?!

— А какая здесь радость слугам, Мег? Получается, что мы с тобой бродячие актёры: приехали на новое место, поставили шатёр и веселим зрителей. Только знаешь, Мег, что я прочла в одной очень умной книге? Там старый менестрель говорит молодому про главную тайну успеха… И главным оказалось — вовремя свернуть шатёр! Давай-ка поедим!

Баронессы с удовольствием закусили паштетами, салатами и какой-то изумительно нежной рыбой, а когда перешли к пирожным, Мегана покосилась на сестру и спросила:

— Тебе скучно во дворце, Ти? Всё ещё мечтаешь уехать домой?

Тиана прожевала кусочек пирожного, запила его соком и отрицательно покачала головой:

— Мне не скучно. Наверное. Здесь огромная библиотека… Да! Оранжерея есть с цветами и потрясающим фонтаном. Я тебе обязательно покажу, Мег. А завтра на королевской охоте развлечёмся! Посмеёмся, или над нами посмеются. Но… Домой я буду стремиться всегда.

— Но, Ти! Ты однажды выйдешь замуж, и у тебя будет другой дом! Твой!

— Ой, Мег! — отмахнулась баронесса. — Для этого надо влюбиться по уши! Получить разрешение… Или получить приказ от отца.

— Думаешь, отец может нам приказать выйти замуж за какого-нибудь… — поморщилась Мегана.

— Не знаю, — вздохнула Тиана. — Надо посмотреть в книгах.

— Вот всё у тебя в книгах есть, Ти! А давай сейчас в библиотеку сходим?! Ты мне покажешь, где стоят книги про хитреца, и я смогу их сама брать!

— Великая Пустошь! Моя сестра хочет пойти в библиотеку! Разве я могу отказать, Мег?! — рассмеялась Тиана. — Сейчас и пойдём!

Слуге, провожавшему баронесс до арки входа в дворцовую библиотеку, пришлось подождать, пока сёстры Арлей выбирали книги. А вот обратный путь стал испытанием. Как минимум для слуги — он нёс сразу шесть книг. И три томика младшей баронессы не составляли и четверти веса всего груза! Тем не менее у двери Тианы слуга ухитрился поругаться со своим коллегой, попытавшимся получить возможность нести книги дальше, в Восточное крыло. И победил.

* * *

На вечернем приёме в тронном зале король был задумчив и даже, как заявили некоторые из его придворных, печален. А кто, как не шут, способен изменить настроение короля? К сожалению, он говорил слишком тихо, и окружающим пришлось радоваться лишь радости своего монарха.

— Ваше величество! Сегодня днём в библиотеке были замечены уже две баронессы…

— Великая Пустошь! Получается, что ты, Бари, был прав, и это заразно.

— Возможно. А известная вам особа взяла с собой все три тома «Свода законов и указов королевства»!

— Ой! — как от чего-то кислого поморщился король и тут же улыбнулся: — А я, помнится, уснул на первых двух страницах!

— Я всё же присмотрю за ней, ваше величество. Вдруг готовится переворот?

— Хорошо бы! — Король с улыбкой посмотрел на своих подданных: — От этих рож я бы и в тюрьме с удовольствием спрятался! И теперь я очень хорошо понимаю своих родителей…

Глава 14

Для чего понадобился вечерний приём в тронном зале, Тиана так и не поняла. Если король был занят днём чем-то важным, то мог отдохнуть сам и дать отдых друг им. Или это и есть разнообразие придворной жизни? Во всяком случае, ничего нового, по мнению баронессы Арлей, не произошло: король всё так же то печалился, то смеялся над словами шута и со стороны выглядел по меньшей мере странно.

На сам приём сёстры Арлей пришли даже раньше и тут же, к неудовольствию Тианы, стали центром недоброго внимания. А всё потому, что к ним подошёл с приветствиями герцог Кайрис. Пока он раскланивался и расшаркивался, старшая из сестёр заметила несколько откровенно ненавидящих взглядов с оттенком превосходства. Но это хотя бы было понятно — графиньки-герцогиньки предпочли бы сами крутить хвостами перед завидным женихом, не уступая это право каким-то новоявленным баронессам. А вот поведение самого герцога Тиану очень насторожило. Настолько, что после предложения пройтись вдоль портретов на стене баронесса нашла нужным отвести в сторонку младшую сестру.

— Знаешь, Мег, на одном празднике в замке я слышала хорошее выражение. Если отбросить лишние подробности, то звучит оно примерно таю «Интерес кавалера к даме часто оставляет её в интересном положении!»

— Ну что ты, Ти! — чуть покраснела Мегана. — До этого уж точно далеко! И с ним так интересно!.. Я о том, что Сайрил столько знает!

Убедившись, что достучаться до сознания сестры не удастся, Тиана отправила её к портретам и с обворожительной улыбкой поманила к себе герцога.

— Вы, ваша светлость, видимо, не расслышали, что я говорила вам о своей сестре?

— М-м-м… Я… Я как раз хотел обсудить с вами, досточтимая баронесса Арлей, возникшую ситуацию о… Понимаете…

— Понимаю, — кивнула Тиана. — Вы, герцог, хотите узнать, какую часть тела потеряете первой?

— Я… Баронесса…

— Именно что баронесса. Как и моя сестра. А вам, герцог Сайрил Кайрис, необходимо изучить свою родословную. Ну, а на флирт любого объёма рассчитывать не следует. И… Повторюсь! Сунешься к моей сестре, клянусь всеми предками рода Арлей, твоя линия прервётся. А сам ты очень пожалеешь, что увидел нас. А моё отношение к вам, герцог, видится и так ясным.

Сложнее всего Тиане было держать на лице ровную приветливую улыбку. А вот герцог почему-то забыл об этих условностях и мрачнел с каждой секундой.

— Я никогда не пожалею, что увидел вас и вашу сестру, досточтимая баронесса Арлей! Хотя бы потому, что…

Но внести ясность герцог не успел — в зал вошёл король. Собеседнику Тианы пришлось отправиться ближе к трону, а баронесса увидела, что Мегана идёт к ней вместе с незнакомой темноволосой девушкой.

— Знакомься, Ти! — прошептала сестра. — Это баронесса Борик, наша южная соседка!

— Меня зовут Рита, — таким же тихим шёпотом добавила девушка. — А про вас, Тиана, мне Мег уже рассказала.

«Надеюсь, что не всё», — подумала Тиана, а вслух произнесла:

— Хорошо. Потом я вам о Мегане расскажу. В подробностях. А пока идите, а я здесь за колонной посижу. Мег! — и наклонилась к уху сестры: — Кошелёк не проворонь…

— Ты злая, Ти! Очень! — нахмурилась Мегана.

— Совершенно верно.

За колонной на банкетке было очень удобно — никого не видно и слышно еле-еле. Тиана достала из сумочки небольшую книгу, но сразу вникнуть в текст не смогла. Перед глазами стояло растерянное лицо герцога. Однако постепенно его образ растаял, и баронесса начала понимать написанные слова. Она так увлеклась, что пропустила окончание приёма и даже уход самого короля. От книги Тиану отвлекли усилившийся гомон придворных и отдельные, довольно громкие восклицания:

— Завтра охота!

— После ужина сразу на бал!

— На охоте я покажу вам, как надо…

— А после бала мы…

Но очень быстро Тиана выделила из общего шума знакомый голос баронессы Тольри:

— …И каждую ночь они водят новых! И запасные ключи от своих дверей разбрасывают где попало! Чтобы кавалеры не утруждали себя серенадами и лестницами! А так — раз! И уже в постели! И лишней монетки у них за душой нет! А разговаривают, как торговки!

Тиана немного наклонилась и повернула голову. В таком положении ей хорошо стало видно группу придворных дам метрах в трёх от колонны. Баронесса Тольри стояла спиной и подкрепляла свои сентенции широкими жестами. Желтизна с её рук почти сошла, а вот ума явно не прибавилось.

— Точно так, милочка! — поддержала баронессу графиня Тукань. — Я тут столкнулась с одной из них — хамка первостатейная!

Тиана выпрямилась, усмехнулась и совсем уже собралась вернуться к книге, но…

— …А ещё они совсем не моются и надеются на духи! А запах у этих духов премерзкий! И привезли они их целый ящик…

А вот эти слова баронессы почему-то задели Тиану. Да так, что она быстро отстегнула от сумочки прямоугольную подвеску и направила её торец чуть ниже поясницы Тольри. Мишень была слишком близко, чтобы промахнуться. А потому сразу после тихого щелчка баронессе пришлось прервать очень важный вопрос к графине Туканы.

— Так вы, ваше сиятельство, считаете, что у меня есть шанс на благосклонность… А-а-а!

Баронессу Тольри швырнуло вперёд, но упасть на пол ей не дали придворные дамы. Вот только удержать не смогли и уронили. В этом не было ничего удивительного — Тольри судорожно прогибалась, дёргалась, как в припадке, колотила себя ладонями по ягодицам и визжала:

— Пожар!!! Я горю!!! Тушите!!!

Дальше Тиана смотреть представление не рискнула, спряталась за колонну и столкнулась глаза в глаза с королевским шутом. Правда, в отличие от баронессы, шут был хмурым, если не сказать — злым.

— Вы что творите, баронесса?! — прошипел он.

— Я? — Тиана изобразила глупейшую улыбку. — Я здесь читаю…

— Неужели?! А мне показалось, что…

Сразу несколько мужчин заглянули за колонну, и шут заявил в полный голос:

— Вот уже семь минут я толкую вам, досточтимая баронесса Арлей, что предсказать, кто убьёт самого большого зверя на предстоящей охоте, невозможно! Что случилось?!

Последний вопрос королевский шут адресовал нарушителям уединения. И тут же все головы, кроме одной, исчезли.

— Ваша светло…

— Я задал простой вопрос! — взвизгнул шут. — Неужели так трудно ответить королевскому шуту?!

— Одной из баронесс кажется, что на ней горит платье! — отрапортовала голова. — На жо… Пониже спины!

— Так потушите её!

— Чем?!

— Водой!

Голова исчезла за колонной, а шут повернулся к Тиане:

— Баронесса! Она хотя бы жить будет?

— Она? — Тиана подняла книгу на ладони. — Наверное. Она же бумажная.

— Хватит! — злобно прошипел шут.

— Ну, хорошо, господин Бари, — улыбнулась баронесса. — Или всё-таки — ваша светлость?

— Просто Бари! Итак? Хотя бы за то, что я уже подтвердил вашу непричастность к этому прискорбному случаю, баронесса!

— Ничего страшного не произошло, Бари. Немного жжения, плохой сон и только на животе. Ну, и балы с охотой, конечно, мимо пройдут.

— Уже хорошо. Я слышал её болтовню и почти закрыл глаза на это дело… Но почему здесь, баронесса?! Почему вам её где-нибудь в городе не придушить?!

— Знаете, Бари… — Тиана захлопнула книгу и спрятала в сумочку. — Из разговоров отца и кузнеца я поняла, что хорошие оси для телег и мечи получаются только из раскалённого и резко охлаждённого металла…

В этот момент за колонной, в тронном зале, к истерическим завываниям баронессы Тольри добавились возмущённые выкрики. Шут выглянул и ухмыльнулся:

— Сами видите, баронесса, с какими идиотами приходится работать! Он окатил водой из ведра и пострадавшую, и ещё десяток придворных!

— Весьма точное исполнение, — заметила Тиана.

— Да? Хорошо! — Шут с усмешкой посмотрел на баронессу. — Будем считать, что ваш отец совершенно прав, а металл только что достаточно охладился… А чем это вы угостили обидчицу, досточтимая баронесса Арлей? Я для лекаря спрашиваю.

Всего нескольких секунд размышлений хватило Тиане, чтобы отбросить мысль попытаться состроить из себя глупышку. Уж Бари-то точно не идиот!

— Просто шип шиповника.

— Просто, — кивнул шут. — Из Пустоши?

— Конечно. Маленький шипик серого пустынного шиповника. И ничего более, господин Бари!

— Замечательно! А теперь, баронесса, отдайте мне метатель!

— Зачем?! — искренне удивилась Тиана. — Он же одноразовый!

— Я вам верю, баронесса. Но, во-первых, почему-то я ещё и уверен в том, что у вас есть и шипы, и даже запасной метатель! Возможно, не один! А во-вторых, во дворце запрещено ношение и применение любого оружия, кроме статусного и ритуального!

— Дайте угадаю, Бари! — Тиана положила в раскрытую ладонь шута металлический прямоугольник метателя и подняла палец вверх: — Приказ короля!

— Почти. Речь идёт о его безопасности, баронесса.

— Ерунда какая-то, — Тиана пожала плечами. — Здесь, в тронном зале, полно оружия! Шпаги… Даже кинжалы у дам! Любой может…

— Не может! Вы же наверняка видели чёрные прутки у ног короля? Это щиты! И я сильно подозреваю, что вам известно их назначение. Именно через ваше баронство они и прибыли.

— Вы, как всегда, правы, Бари. И один из таких щитов сейчас заменяет вам пояс.

— Прекрасно! Я счастлив, баронесса, что мы понимаем друг друга!

— Конечно, Бари! Но, если вам это интересно, нанести рану человеку за таким щитом совсем не трудно…

— Что?! Бросьте, баронесса! Мы проверили каждый из щитов не один раз! Здоровенные охранники не смогли пробить щиты ни пикой, ни боевым топором!

Тиана поднялась с кушетки и улыбнулась шуту:

— Бари… Надо быть совсем без ума, чтобы не заключить с вами по этому поводу пари!

— И какова же ставка? — ухмыльнувшись в ответ, спросил королевский шут.

— Не беспокойтесь, Бари! Три шкуры с вас я драть не стану. Только две. Если я выиграю, то смогу не посещать балы и охоты. А объяснение этому вы придумаете сами.

— А если проиграете, баронесса?

— Тогда буду посещать.

Шут озадаченно почесал подбородок и спросил:

— А какой мой интерес?

— Если я правильно понимаю, как на данной доске стоят фигуры, то в этом деле ваш интерес гораздо больше моего.

Баронессу Тольри уже унесли, но тише в зале не стало. Придворные обсуждали случившееся и с самым важным видом высказывали совершенно безумные предположения. Однако многие дамы и кавалеры, как им казалось, незаметно следили за королевским шутом и баронессой. Бари задумчиво посмотрел на Тиану, пожевал губами и неожиданно, задрав голову вверх, прищурился на потолок. Словно по сигналу наблюдатели-придворные в едином порыве попытались разглядеть предмет интереса шута.

— М-да-а, — покачал головой Бари. — Нелегко быть дураком в таких условиях! А вы, досточтимая баронесса Арлей, надеюсь, собираетесь выиграть пари не каким-то тяжёлым пустотным оружием?

— Ну, что вы, господин Бари! Мой кинжал подойдёт?

— Позволите взглянуть?

Шут покрутил в пальцах кинжал баронессы, постучал ногтем по клинку и вернул оружие:

— Прекрасная сталь! Хорошая балансировка. И ни следа магии… Короля приглашать не будем?

— Нет! — Тиана рассмеялась и убрала кинжал в ножны. — Но портреты портить жаль. У вас, Бари, нет ничего, похожего на глаз короля?

— Даже так?! — удивился шут. — Но в этом смысле у меня есть сам король!

И он достал из кармана золотую монету с отчеканенным профилем Варда Первого.

— Вот! И король, и глаз!

— Большой глаз, — усомнилась Тиана.

— Ничего! — заверил шут. — Это же король! Итак! Монету… Извиняюсь — глаз! Ставим вот сюда, в завиток орнамента! Щит…

Он отстегнул пряжку пояса, и чёрная пластина тут же выпрямилась.

— Нет, Бари! — остановила его баронесса. — Нападение на глаз будет с другой стороны. Туда и щит ставьте.

Шут молча смотрел на баронессу столь долго, что она решила внести ясность:

— Я, Бари, всегда исполняю условия договора. Надеюсь, что и вы тоже. Кстати, здесь слишком близко… Всего доброго, господин Бари!

И Тиана неторопливо пошла к выходу из тронного зала.

Ещё десяток шагов…

«Как говорил Реток ученикам? — думала Тиана. — Помните! Синий Падальщик только на вид медленный увалень! Он реагирует на малейшее резкое движение — и у вас только один бросок! Иначе ядовитая слюна попадёт в лицо и быстро превратит вас в студень! Вас или вашего товарища! Только один, почти невидимый, но точный бросок в средний глаз!»

Шут растерянно смотрел вслед баронессе, когда она обернулась, улыбнулась то ли спорщику, то ли монете, плавным движением вытащила кинжал из ножен и резко метнула в цель. Звякнул металл о металл, с опозданием взметнулось вверх туманное полотно щита… А монета не упала на пол — клинок пригвоздил её к дубовому орнаменту стены.

Баронесса Арлей ушла из тронного зала, оставив за спиной поражённых придворных и раскрывшего в удивлении рот шута.

Глава 15

Справедливо решив, что выигранное пари даёт возможность не думать о посещении бала, Тиана предвкушала спокойный вечер чтения книг. Но, как это чаще всего и бывает, окружающим такие планы были неинтересны.

Первой в комнату Тианы пришла сестра. Уже переодетая для бала, она с порога заявила:

— Я заказала ужин, Ти! Должен же кто-то следить за тем, чтобы ты не умерла от голода за чтением своих пыльных книг!

И сама же рассмеялась своей шутке.

— Странно, — удивилась Тиана. — Я была уверена, что ты и на бал опоздаешь. Хитрец тебя разочаровал?

— Что ты! Там самое интересное началось! Хоть всю ночь читай!

— Мег! А ты помнишь, что завтра…

— Помню, помню! Уже и слуг предупредила, чтоб разбудили! А вот интересно, они наш розыгрыш не сдадут? Вместе с цирковым шатром!

— Не знаю, Мег. Но мне показалось, что здесь все развлекаются по-своему: придворные играют в свои игры, а слуги потешаются в своём кругу…

— А что ты, Ти, сказала… А вот и ужин! Мне надо есть мало! Потому что на балу я буду много танцевать!

Уже приступив к еде, Мегана вспомнила о своём вопросе.

— Тиа! А что ты такое сказала королевскому шуту?! Он вылетел из тронного зала, будто его сразу десяток пустотных ос ужалили! И у придворных глаза теперь размером с большую золотую монету!

— Ничего такого…

— Ти!

— Ну… Я сказала ему, что он заправский дурак.

— Так это ж правда! Он же шут!

— Почти правда. И мне кажется, Мег, что он за нами следит.

— Ну и Пустошь с ним! Пусть следит! Ти! А зачем тебе эти огромные книги?

— Читать буду.

— Но, как, Ти?! Их же в руках не удержишь! Даже на подушке неудобно!

Уже после того, как сестра упорхнула на бал, Тиана нашла решение этой проблемы. Открыв ящик у окна, баронесса с некоторым трудом вытащила рулон верёвочной лестницы на пол, закрыла крышку и уложила лестницу сверху. Получилась вполне удобная подставка под книгу. Стул и небольшой светильник создали впечатление маленького личного читального зала в библиотеке.

Досконально изучать законы королевства Тиана, конечно же, не собиралась. Но рассчитывала найти что-нибудь полезное в этом словесном мусоре, прикрывающем то глупость, то похоть. Однако и теперь баронессе помешали.

Она успела просмотреть несколько страниц, когда в дверь постучали. Сказать, что Тиана увлеклась чтением, нельзя, но почему-то она подумала, что стук уже не первый. Пока баронесса дошла до двери, стук повторился, и уже более настойчиво.

«Кого Пустошь прислала?!» — подумала Тиана и повернула ключ в замке.

За дверью оказался королевский шут собственной персоной.

— Господин Бари! — радостно воскликнула Тиана. — А мне показалось, что вы должны замещать меня на балу. Что-то случилось?

— Досточтимая баронесса Арлей, я на всю жизнь запомнил этот проигрыш! А к вам я по очень важному делу, но сразу хочу отметить, что королевские приёмы в условия пари не входили. И я не знаю, что врать королю…

— Да… — нахмурилась Тиана. — Про приёмы я, к сожалению, пропустила. А короля вы знаете лучше и, уверена, что-нибудь придумаете. Скажите ему, что я при смерти. Или уже умерла!

— Боюсь, что король не оценит вашу шутку. Я ему и о щитах-то не знаю как доложить… Кстати! Тайная королевская охрана выражает вам благодарность! За нахождение бреши в охране королевской особы. Целый час пытались понять… И лично от начальника вам подарок! Заносите!

Тиана не успела ничего возразить, а два дюжих слуги уже вносили в комнату что-то плоское, завернутое в полотно.

— Куда вешать будем, досточтимая баронесса?

— Что вешать? — оторопело спросила Тиана.

— Картину, конечно!

— Прошу прощения, баронесса! — Бари сделал несколько шагов в комнату и указал слугам пейзажик на стене: — Эту снять и перевесить туда! А подарок на её место выше уровня глаз!

Тиане хотелось устроить скандал дважды, и оба раза её что-то отвлекало. Первый раз она осеклась, когда увидела, как слуги вбивают крюк для картины. Они обошлись без лестницы — один вцепился в ноги другого и приподнял над полом, — без инструмента, верхний слуга голой ручищей всадил крюк в стену и немного подбил его коротким кистенём. Да и пейзаж на стену эти работнички повесили криво.

Второй раз Тиана потеряла дар речи и забыла выгнать пришельцев, когда с подаренной картины сняли ткань. На полотне гигантская волна с пенной шапкой по гребню была готова обрушиться на одинокую скалу. На самой вершине стояли, взявшись за руки, юноша и девушка. Лиц было не разобрать, но почему-то Тиана решила, что в этих двоих нет ни капли страха — они просто смотрели. Вся картина была написана в светло-голубых и глубоко-зелёных тонах и внушала уверенность, что ничего плохого случиться не может…

— Что это? — спросила Тиана.

— Я же сказал — подарок капитана секретной охраны за оказанную неоценимую помощь. Этой картине лет двести, и она в прекрасном состоянии. Свободны! — махнул рукой шут парочке бугаёв, столь непохожих на слуг. — Вы, баронесса, очень удивили меня… Непонятно только, почему этот странный пробел в охране не выявили раньше? Это же просто катастрофа! Но я понял, что вы сделали! Щиты как бы засыпают, когда ничто не угрожает королю! И просыпаются, если бежать к ним или слишком близко стоять… Вы, баронесса, просто усыпили щит. Теперь придётся устанавливать щиты выше, на уровне колен. Тогда даже вам с кинжалом…

— Хотите пари, Бари? На королевские приёмы? — поинтересовалась Тиана.

— Укрой меня Пустошь от споров с вами, баронесса!

— Тогда в чём дело? Позволю себе заметить, что да — все щиты поступают через баронство Арлей. Если вы в курсе — чуть более двух третей король оплачивает, а остальное предпочитает получать бесплатно. И не надо меня прерывать, господин Бари! В заказах никогда не было запросов о работе щитов. Указывалось только их число.

— Откуда вы всё это знаете? — севшим голосом спросил королевский шут.

— Последние годы я занималась документами баронства Арлей, — усмехнулась Тиана. — А то, что щиты можно обмануть, отец выяснил лишь месяц назад. И вам не надо поднимать перед королём щиты. Некрасиво получится. Достаточно выставить второй ряд немного вперёд. Каким-то образом они связаны…

— Баронесса! Я ваш должник до последнего вздоха! — воскликнул шут. — Слово в слово передам капитану всё, что вы сказали.

— Тогда уж и спасибо от меня передайте, — попросила Тиана. — За картину. И, может быть, о приёмах всё же договоримся?

— Всё передам. Но помилуйте, баронесса! Давайте просто исполнять наш договор. Я и так ощущаю себя полным дураком…

— Жаль. Но вам идёт. А теперь, шут-милорд-капитан, я прошу вас выйти из моей комнаты. И можете сделать это очень быстро.

— Удаляюсь, досточтимая баронесса Арлей! У вас удивительная способность переворачивать всё с ног на голову. И ваша банкетка, за колонной, во время приёмов всегда будет свободна. А вы представляете, баронесса, насколько интересной бывает королевская охота на вепря?

— Бари…

— Ухожу! Спокойного чтения, досточтимая баронесса Арлей. Только замечу вот что… Врагов среди придворных у вас теперь поубавилось. И уж точно — они десять раз подумают о последствиях очередной пакости.

Первым делом, заперев дверь, Тиана проверила целостность зеркала — ей показалось, что за панелью, закрывавшей его, во время забивания в стену крюка что-то то ли щёлкнуло, то ли хрустнуло. Но, по счастью, опасения не оправдались, и всё оказалось в полном порядке.

Баронесса читала до самого окончания бала. Читала и улыбалась, а в некоторых местах даже хохотала. Настолько противоречивыми, а иногда и просто глупыми выглядели законы, написанные разными королями. Хотя она успела ознакомиться с указами лишь Виса Первого и Виса Второго — тех, которые правили сразу после появления Пустоши.

Но, как только под окнами забренчали лютни горе-менестрелей, Тиана легла спать и первый сон смотрела ещё до перестука ступеней верёвочных лестниц.

* * *

Как ни рано пришла Мегана, а старшая сестра была уже готова.

— Ти! Ну, зачем мы так рано едем?! Я готова была убить слугу, который колошматил в мою дверь!

— Подожди, Мег. Давай-ка лучше я ныть буду? Мне как-то не очень хотелось вставать в такую рань!

Мегана задумалась и покачала головой:

— Нет! Ныть буду я! У тебя плохо получится! Да и завтрак я уже заказала!

— Ой! — И Тиана рассмеялась. — Я представила, как мы со столиком подъезжаем к карете…

— Да что ж я, совсем глупая?! — возмутилась Мегана. — Я сказала, чтоб в корзинку положили! Но со столиком ходить, конечно, веселее!

Смеясь, сёстры Арлей последовали за слугой, в руке у которого была увесистая корзина.

— Интересно, это только нам? Или там ещё полная мера овса для лошадей? — спросила Мегана, указав на корзину.

— Для всей конюшни? — уточнила Тиана.

— Завтрак для всей конюшни! — хихикнула Мегана.

Карета уже ждала их. Сзади топталась пара осёдланных лошадей, и сомневаться не приходилось — это Птичка и Рыбка. А вот перед каретой, около запряжённой лошади, облачённый в латы охранник с секирой допрашивал Чира:

— Куда это ты собрался?

— Не твоё дело!

— Что значит — не моё?! Ты обязан доложить! Для охоты слишком рано, и охраны нет. И зачем тебе две заводные осёдланные лошади?

— У отца спроси! Попробуй… О! Досточтимые баронессы Арлей! Прошу в карету!

Чир метнулся к дверце, распахнул её и откинул ступеньки:

— Прошу вас, баронессы!

— Доброе утро, Чир, — улыбнулась Мегана. — Ты уже подрался с охраной?

— Да ну его! Это мой старший брат. Зануда…

— Не ругайся, Чир, — строго сказала Тиана. — А то цвет лица испортится. — И тут же засмеялась: — Хотя тебе и это к лицу будет!

— Спасибо баронесса! — И Чир заговорил тише: — Ехать будем не быстро, лошадей жалко. Но успеть должны с запасом. Отец карту дал: кто где стоит и направления загона… Сразу не попадёмся! А всё, что вам нужно, лежит под сиденьями.

Проверив, хорошо ли заперта дверца кареты, Чир взобрался на козлы, устроился поудобнее и тронул бока лошади вожжами.

— А ну, пошла потихоньку!

Медленно проезжая через ворота, юный кучер крикнул принявшим на караул охранникам:

— Спины ровней! Столбы не подпирать!

И показал брату язык.

— Вот жеребёнок паршивый, — беззлобно проворчал охранник, когда карета с привязанными сзади лошадями удалилась. — Но жаль его…

— А чё? — лениво спросил второй охранник. — Чё жалеть? Вон, баронесс возит.

— Да ему этот извоз даром не нужен. Он с детства в лучники хотел. Ну, чтоб под отцом не ходить.

— Это да… Ноги уже гудят.

— Скоро сменят нас.

— Да. А брат твой не сказал, чего это так рано выехал с баронессами?

— Не.

— Затевают что-то… Узнать бы… А можем и поспорить. На пиво? А?

— Пиво на свои попьёшь. А Чир не болтливый. Если что и задумали, позже узнаем. Или нет.

— Тоже верно…

* * *

Брат Чира оказался не прав. Охрана у баронесс, конечно же, была. Одинокий всадник сопровождал карету на довольно значительном расстоянии, а за городскими воротами к нему присоединились ещё двое. И уже на дороге к месту охоты они отпустили карету ещё дальше. А чего зря глаза мозолить? Дорога одна, просматривается хорошо, да и свернуть некуда.

Глава 16

Чир недооценил баронесс. К моменту, когда карета остановилась на мощёной площадке у небольшого водопада, сёстры Арлей уже переоделись и были готовы вскочить в сёдла. Но пришлось подождать, пока юноша распрягал и седлал свою лошадь. А потом Мегана вспомнила о корзинке с завтраком:

— Надо её забрать с собой! У меня уже в животе урчит!

Но всю корзину тащить не потребовалось. Внутри оказались аккуратные пакеты, которые легко поместились в седельные сумки.

— Странно упаковано, — покачала головой Тиана. — Как они узнали?

— Ничего странного, — по-взрослому веско заявил Чир. — Завтрак вы попросили в корзинке, сегодня охота, а уехали мы раньше всех. Вот повариха и догадалась. А теперь пошли! А то сейчас столы накрывать начнут у водопада, заметить нас могут. Лошадей пока в поводу поведём.

В густые кусты, окружающие площадку для карет, они не полезли — спустились к реке и прошли вдоль кромки воды. А через несколько минут доблестная охрана баронесс растерянно осматривала снаружи пустую карету без лошади и пыталась найти хоть какие-нибудь следы на камнях. Даже до водопада добрались. Но к тому времени Чир нашёл удобную тропинку, и маленький отряд вместе с лошадьми углубился в заросли. А ещё через полсотни метров кусты кончились, и начался негустой лес.

— Здесь подождите, — бросил Чир баронессам, накинул повод своей лошади на сук и вернулся обратно в кусты.

— «Здесь подождите!» — передразнила Мегана. — Прям начальник лучников!

— А что ты хочешь, Мег? Он проводник и единственный мужчина среди нас.

— Кто мужчина, Ти?! Это Чир, что ли?! Вот вчера ко мне привязался мужчина после бала! Морда жирная, рот слюнявый, и всё губами ко мне тянулся! И бубнил, что какой-то граф Бридек сражён моей красотой!

— А что слуга, — нахмурилась Тиана. — Не вмешался?

— А что слуга? Он потом сказал, что ждал призыва о помощи! И ржал, как конь, всю оставшуюся дорогу! Да и поздно было…

— Почему это?!

— Потому что мне так противно было, что браслеты сработали! Граф упал, набежали слуги, а я ушла!

— Вот дурак-то, — покачала головой Тиана. — Или он думал, что у тебя на руках подделка?

Ответить Мегана не успела — из-за ближайшего дерева выскочил Чир и засмеялся:

— Вы так кричите, что нас только глухой не заметит. Но мы вовремя пробрались. Уже оцепление выставляют, а значит, до охоты меньше часа. Лучники значительно дальше, и если не кричать, то, может быть, нас никто и не заметит. Хотя я и не понимаю, зачем всё это…

— Ещё скажи, что не одобряешь! — Мегана хихикнула и тут же предложила: — А давайте позавтракаем?!

— Правильно, — кивнул Чир. — Вы поешьте, а я схожу на опушку леса, посмотрю.

Он повернулся и даже сделал несколько шагов, когда его остановил резкий оклик Тианы:

— Чир Вайра! Вернись и помоги нам! Заодно поешь сам! А то у нас даже ножа нет…

— Нечего там резать, — категорично мотнул головой юноша, но вернулся к своей лошади и начал доставать из сумки пакеты. — Порезано всё уже. А вино я в корзине оставил. Так что запивать водой из фляг придётся.

— Это правильно. Вино на охоте лишнее. — Тиана расстелила кусок полотна и развернула один из пакетов. — А как ты, Чир, узнал, что всё уже порезано?!

— Ну… — Юноша смутился. — Пакеты в руках гнутся, а так ни мясо, ни сыр себя не ведут. Если уже не нарезаны.

Чир не ошибся: сыр трёх сортов, мясо копчёное и варёное — всё было нарезано аккуратными ломтиками. Вот только всем этим могли плотно позавтракать человек десять. Тиана, заметив с каким наслаждением Чир откусил кусочек пирожного, строго посмотрела на сестру.

— А я что?! — Мегана быстро дожевала пирожное и вытерла руки о полотно. — Мне много сладкого нельзя! И я уже наелась!

— А пирожные и остальное, Чир, ты забери, — приказала Тиана. — В нас больше не влезет.

— Спасибо! — расцвёл паренёк. — Мне такие вкусные повариха только на день рождения делает! А можно я вино для отца заберу?

— Уже забрал, — кивнула Тиана. — Если его не утащат.

— Да вы что?! — возмутился Чир. — Да ни одна собака не посмеет в карету сунуться!

— Разные собаки бывают, — улыбнулась Тиана. — Я вот одну знаю такую… В кружевах!

— И я знаю! — рассмеялась Мегана. — Но другую! А мы охоту увидим?

— Конечно! — Чир завернул остатки еды в полотно и с трудом засунул в седельную сумку. — Сейчас и пойдём. Лошадей с собой возьмём и там поближе привяжем. И не высовываться зря!

Они прошли совсем немного и оказались на опушке. Сразу за деревьями росли низкие редкие кусты, а дальше простиралась узкая голая долина. Чир достал бумагу, изрисованную линиями и непонятными значками.

— Вон за той кривой сосной, дальше от нас, расположились королевские лучники. Ещё один отряд должен быть на обрыве, напротив. Так что лишний раз высовываться не надо — заметить могут. А оттуда, — он указал рукой, — слева, из кустов, и погонят кабанов на охотников. Отец сказал, что егеря четверых хороших закружили и одного матёрого! Так что лучники сегодня бесполезны — кабан не олень…

— Послушай, Чир. А чем егеря лучше лучников? — спросила Тиана.

— Да как же они лучше?! — возмутился юный конюх. — Егерь, конечно, работа знатная! Но из лучников тебя и в конюхи, и в егеря возьмут! А вот наоборот — никогда!

Последние слова Чир произнёс так печально, как будто собирался заплакать. Но сказать что-нибудь ободряющее Тиана не успела.

— Всадники справа! — предупредила Мегана.

— Это охотники. — Чир шмыгнул носом и пояснил: — Сейчас король распределит номера, и загонщикам подадут сигнал к началу охоты. Тогда и кабанов погонят…

* * *

Мощёная площадка у водопада довольно быстро заполнилась открытыми колясками, из которых выходили раздражённые дамы с зонтиками. Почти все они сразу же направились к накрытым столам, и лишь молодые девушки, не бывавшие здесь ни разу, любовались водопадом.

— Какие-то дурочки! — уверенно заявила одна из обосновавшихся у стола дам. — Чего хорошего в воде?! От неё только сырость и волосы могут пострадать!

— И не говорите, ваше сиятельство! — вторила ей молоденькая девушка с высокой причёской.

— Не беспокойтесь, Тольри! У вас всё в порядке. Хотя двух-трёх ленточек, конечно же, не хватает… Надеюсь, что виконт Парлик сегодня отличится на охоте и будет отмечен королём. Кстати! — Графиня Тукань повернулась к своей другой соседке. — Как он вам в постели, баронесса? О! Вы покраснели! Не утруждайте себя ответом! — И, повернув голову в сторону баронессы Тольри, тихо пробормотала: — Знаю. Романтичный козлик… Короткорогий… Да! Тольри! Надеюсь, вам лучше? Вижу, что лекарь постарался и вы уже можете сидеть! Как только вы поправитесь, мы подберём вам что-нибудь приемлемое! Чтоб искры из глаз по простыням и подушкам!

— Спасибо, ваше сиятельство…

От водопада подошли несколько дам, и графиня Тукань воскликнула:

— О! Баронесса Борик! Подходите, угощайтесь! Вам совсем не помешают несколько килограммов в некоторых местах! И где это ваша подруга Арлей?! Проспала королевскую охоту?! И обратите внимание на ту карету! Какие дуры приехали в закрытой душной карете в такой солнечный день?! От них даже лошадь сбежала! Ха-ха-ха!

На другом конце стола несколько дам вели неспешный разговор, но прервались, когда графиня захохотала.

— И кто это там каркает? — вяло поинтересовалась одна из них, ковыряясь вилкой в кусочках копчёной рыбы.

— Конечно же, графиня Тукань, — усмехнулась другая. — Сегодня на ночь ей досталась пустая кровать, и она зла, как голодная собака. Молодёжь в этом смысле умнеет, а зрелые кавалеры уже учёные. Их на тукани не проведёшь.

* * *

В долину, где предстояла охота, въехала группа всадников. Большая часть из них тут же подалась к каменной стене, превратившись в зрителей и давая простор тем, кому предстояло вступить в схватку с дикими и опасными зверями. А наверху стены, в безопасности, расположились дамы.

Король зевнул и поманил к себе шута:

— Почему я не вижу графа Бридека? А вчера он с таким жаром убеждал меня дать ему номер. Обещал голыми руками самого крупного секача удавить.

— О-о-о, — печально протянул шут. — Граф Бридек покинул нас…

— Что?!

— Простите, ваше величество! Граф серьёзно заболел вчера после бала.

— Не понимаю, — нахмурился король. — Он был достаточно бодр и почти трезв.

— Вот это «почти», вероятно, и сыграло с ним злую шутку. В одном из коридоров дворца он встретил хорошенькую баронессу и воспылал к ней симпатией. То, что у девицы на руках были защитные браслеты, граф посчитал условностью. Баронесса Арлей не смогла оценить пылкости графа и… В общем, лекарь прописал ему две недели постельного режима, а после этого ещё не меньше месяца граф не сможет оценивать женскую красоту. Вживую, конечно.

Король засмеялся и хлопнул кожаной перчаткой по колену.

— Значит, наказывать его нет смысла? Известная нам баронесса сама постаралась!

— Никакого, ваше величество! — заверил шут. — Если уж и этот случай ничему графа не научит…

— То только родовой склеп исправит, — закончил мысль король и спросил: — И кто же заменит несчастного графа?

Шут послал лошадь в сторону придворных-зрителей и прокричал несколько слов. Обычно на предложение короля занять номер на охоте откликались сразу несколько желающих, но теперь выехал вперёд лишь один. Но король этого не видел. Он повернулся к герцогу Кайрису и сказал:

— Я вижу, мой друг, вы хорошо подготовились к схватке — наконечник копья так и сияет на солнце.

— Оружие вашего величества, пожалуй, получше моего!

— Не прибедняйтесь, Сайрил. И, главное, не забывайте, что любой охотник может стать дичью. — Король посмотрел на широкое лезвие своего копья и гораздо тише добавил: — Особенно в охоте на дикого вепря…

Откликнувшийся на зов короля молодой человек остановил коня рядом и поклонился:

— Ваше величество! Виконт Парлик к вашим услугам! Позволено ли будет мне вашим ве…

— Позволено! — прервал тираду король. — Становитесь на четвёртый номер, виконт. Возьмите копьё графа и убивайте всё, что похоже на кабана.

— Да, ваше величество!

И виконт пустил коня с места в галоп к указанной полосе.

— Я выбираю себе второй номер, — кивнул шуту король. — А остальные распредели сам, Бари. И да не постигнет нас участь графа Бридека… Трубить начало!

* * *

— Слышите?! — воскликнул Чир. — Трубят начало охоты!

— Слышать-то слышу, — пробурчала Мегана. — Но даже на цыпочках ничего не вижу!

— А теперь, досточтимые баронессы Арлей, вы можете из сёдел смотреть, — довольно прищурился Чир. — Не до нас теперь всем! А заметят, так подумают, что мы сумасшедшие лучники и от своих отбились. А по рогу в начале охоты можно узнать, где король стоит…

— Это и так видно прекрасно! — уже с лошади заявила Мегана. — Он второй от нас!

— А что там с сигналами? — спросила Тиана. — Я слышу, что первый рог повторяется на той стороне, как эхо.

— Точно! — кивнул Чир. — Короткий, длинный, короткий. Это и означает, что король стоит на втором номере. Значит, по первым трём номерам пойдут свиньи. Хотя и крупные… — И он добавил со значением: — Для безопасности! А уж двум остальным как повезёт!

— Это что же — королю достанется молочный поросёнок?! — рассмеялась Мегана.

— Будьте спокойны, баронесса! — уверенно возразил Чир. — Король добудет достойный трофей!

— И как же королю подадут его трофей? — спросила Тиана. — Как направят?

— О, баронесса! Кабанов очень осторожно пригнали из соседних ущелий, и на это ушло несколько дней! Ночью они, как обычно, ели, а утром им не дали залечь на днёвку — загнали в систему крепких коридоров. Там, слева за кустами, очень сложная система пропускных ворот. Мне отец показывал. Егерям сегодня не позавидуешь… О! Сигнал!

Глава 17

Пропел далёкий рог.

— Первый номер! — прокомментировал Чир. — Одежда на охотнике странная какая-то… И лицо замотано шелковым шарфом. Я его не знаю!

— Похоже, что это зинкарец. — Тиана прищурилась и добавила: — Скорее всего. Сбруя в шипах, и левое плечо закрыто кольчугой.

— Я слышал, что из королевства Зинкар кто-то приехал, — кивнул Чир. — Посол, наверное! Гонца король не пригласил бы на охоту. Ну, посмотрим, что там у вас в Зинкаре умеют!

Слева из далёких кустов выскочил огромный кабан и понёсся по долине в сторону охотников.

— Он не может свернуть, — пояснил Чир. — Видит перед собой как бы тропинку в кустах и охотника впереди…

— Это не охота, а убийство какое-то… — с отвращением поморщилась Тиана.

— Ну, уж! — Чир во все глаза следил за охотником на первом номере. — Когда такой вепрь бежит на тебя… Что-то не спешит зинкарец!

И действительно. Охотник дал кабану пробежать почти половину долины и лишь тогда тронул лошадь вперёд. Через мгновение всадник нёсся навстречу вепрю во весь опор, но даже не опустил копьё в боевую позицию.

Кабан с хрипом и визгом, щёлкая клыками и роняя на землю клочья пены из пасти, пролетел мимо засады баронесс, и Тиана ужаснулась его ярости и размерам. Такой зверь при встрече сомнёт, растопчет, не пощадит никого!

Но бежать долго вепрю не пришлось. Он и охотник встретились. За несколько метров до взбешённого кабана всадник заставил свою лошадь прыгнуть, в полёте перехватил копьё и метнул его куда-то вниз с криком:

— Зинкар!!!

Зрители восхищённо ахнули — огромный зверь, пронзённый копьём, пробежал ещё немного, остановился, широко расставив ноги, и рухнул замертво. А победитель, даже не оглянувшись, промчался немного вперёд, развернул лошадь и неторопливо отправился в обратный путь. Проезжая мимо поверженного кабана, зинкарец выдернул из туши копьё, доехал до линии охотников, поклонился королю и воткнул оружие в землю.

Король одобрительно кивнул и подал знак. Взревел рог, а через минуту ему ответил трижды его собрат с другого конца долины.

— Третий номер! — воскликнул Чир. — Ну сейчас герцог Кайрис покажет!

— Задай им, Сайрил! — азартно выкрикнула Мегана. Впрочем, без всякой надежды быть услышанной.

— А что, король дружит с герцогом? — спросила Тиана.

— Да они и воспитывались вместе! — уверенно заявил Чир. — Верховой езде их учил мой дед! Да и фехтованием занимались… Вот! Кабан пошёл!

Манера охоты герцога оказалась совсем не такой, как у зинкарца. Он шёл на кабана меньше половины пути, а затем взял левее и опустил копьё параллельно земле.

— Вепрь его сейчас не видит, — пояснил Чир. — И герцог может как следует прицелиться, чтоб нанести смертельный удар!

— Зверство какое-то…

Тиана, до этого смотревшая на охоту, привстав в стременах, опустилась в седло.

— Почему? — удивился Чир. — Из засады на прикормке с арбалетом лучше? Есть!

Ужаленный копьём под лопатку кабан рухнул, покатился по земле и сломал копьё.

— Да! — воскликнула Мегана.

— Чистый удар! — восхищённо оценил Чир. — Герцог Кайрис, как всегда, точен!

Герцог вернулся к охотникам, раскланялся с королём и зрителями, и рог пропел требование новой жертвы. Из другого конца долины ему ответили дважды.

— Король! Его вепрь! Сейчас он его уложит с одного удара! — уверенно улыбнулся Чир.

И ошибся.

Может быть, лошадь дёрнулась при виде огромного зверя, или сам вепрь шарахнулся в сторону от охотника… Но удар копья пришёлся в середину спины, прямо в позвоночник, и древко едва не вывихнуло руку королю. Смертельно раненный кабан проехался на брюхе, волоча задние ноги, завалился на бок и забился в судорогах.

Недовольный король вернулся к поверженному вепрю, спрыгнул с лошади и, выхватив из ножен меч, одним ударом прекратил мучения животного.

— А вот это нехорошо, — покачал головой Чир. — Раненый кабан страшен… И охрана не успела бы помочь! Но, с другой стороны, король победил!

— Как на бойне, — оценила Тиана.

— А что?! Надо было подранка оставить?! — горячо откликнулся Чир. — Да раненый зверь таких бед натворить может! На охоте положено подранков добивать обязательно! А это что ещё за ерунда?! Так нельзя — король на поле!

Замечание было верным — рог пропел очередной вызов. То ли король в досаде махнул рукой, то ли сигнальщикам что привиделось, но через короткое время в конце долины четырежды проревел ответный сигнал. И на виконта Парлика пошёл огромный секач.

Виконт бросил коня вперёд, справедливо полагая, что чем дальше от пешего короля он встретится со зверем, тем лучше. Но выросший до таких размеров кабан, неоднократно избежавший волчьих зубов и обманувший охотников, должен был обладать умом и хитростью. И он их показал.

Не пробежав и четверти долины, секач метнулся в сторону через густые «кусты» и оказался уже на другом номере. Герцог Кайрис помчался навстречу вепрю, имея из оружия лишь короткий охотничий меч. Лучники из-за кривой сосны выпустили по зверю стрелы в надежде вернуть его на прежнюю полосу, но лишь разозлили огромного кабана. И он повторил удавшийся прежде манёвр, прорвавшись на номер короля.

Ловить лошадь было поздно, да и не привык король отступать. Он выдернул копьё из туши своей жертвы, повернулся к несущемуся на него вепрю и упёр древко в землю.

Охрана во главе с шутом, не жалея лошадей, неслась к королю. А вслед за кабаном бежали лучники. Стрелять они не могли из-за страха задеть венценосного охотника.

Виконт Парлик нарушил все правила охоты и повернул коня поперёк долины. В отчаянии он метнул копьё, но взял слишком высоко, и наконечник лишь чиркнул по крестцу вепря.

Пренебрёг правилами и герцог. С обнажённым мечом он во весь опор нёсся кабану наперехват. Но явно опаздывал.

В момент, когда герцог поворачивал коня, Чир выпалил скороговоркой:

— Луки-по-передней-ноге-два-корпуса-вперёд!

— Два с половиной! — высказала своё мнение Тиана, оттягивая тетиву к плечу.

— Да! — подтвердил Чир.

Стреляла и Мегана. Но, учитывая слабость своего оружия, она взяла чуть выше и с большим упреждением.

Почти одновременно зазвенели три тетивы, и стрелы понеслись к цели. Две попали в кабана: одна в глаз, а вторая в сустав передней ноги. Споткнувшись, он покатился едва ли не под ноги короля. Короткий удар копья — и огромный кабан сделал свой последний выдох.

А вот стрела Меганы миновала вепря довольно высоко и с глухим хрустом вонзилась в переднюю луку седла герцога Кайриса.

Увидев, что король в безопасности, герцог направился к лесу, на ходу выкрикивая грязные ругательства:

— Ах ты, гадёныш!!!..!!! Своими руками оторву тебе яйца и всё остальное!!!..!!!

— Драпаем! — крикнул Чир, разворачивая лошадь. — К карете! Пригнитесь к гривам и отпустите поводья!

Герцог уже вломился в лес, когда к королю подлетела охрана во главе с шутом, который тут же спросил:

— Вард! Всё в порядке?!

— Нет! — крикнул король. — Меня только что спасли какие-то лучники, и я должен знать, кто они! Коня мне!

Коня отдал кто-то из охраны, и король немедля поскакал к лесу. За ним, почти впритык, следовал шут, а дальше человек пятнадцать верховых. Когда последние всадники из охраны короля въезжали в лес, к убитым кабанам подбежали запыхавшийся старший лучник и его помощник.

— Вот это секач! — восхищённо оценил размеры кабана помощник. — Я таких и не видел никогда!

— Ты много чего в жизни не видел, — усмехнулся старший. — Ага! Значит, я ещё не ослеп! И видений у меня тоже пока нет. Древки, конечно отломились…

Он вытащил из сумки небольшие щипцы и с некоторым трудом выдернул слегка согнутый наконечник стрелы из передней ноги вепря. Внимательно осмотрев его, старший лучник взялся за тот, который торчал из глазницы, и хмыкнул:

— С такими ученики на уток ходят… Как-то несерьёзно!

— Так ведь прямо в глаз!

— Случай, — отмахнулся старший лучник и убрал наконечники стрел вместе с клещами в сумку. — Наших пока не отзывай, но по всему видно, что охота сегодня окончена.

* * *

В предопределённости Судьбы нет добра или зла. И все знают, что она бьёт наотмашь. Но это лишь потому, что никто не обращает внимания на её лёгкие тычки, направляющие к переменам.

Ведь почему-то лошадь Меганы метнулась в сторону и побежала прямо к реке, с хрустом ломая копытами опавшие ветви деревьев? И по какой-то причине герцог погнался именно за одиноким всадником, хотя прекрасно видел, что на опушке их было трое…

Баронесса попала в ловушку. Лошадь вынесла её на полоску каменистого берега, зажатую между скалой и принесёнными рекой от водопада сучковатыми стволами. Мегана спешилась и стала печально смотреть на недостижимый противоположный берег. В воду она не полезла бы ни за что — так и не научилась плавать. А погоня стремительно приближалась…

Герцог Кайрис вылетел из леса и так осадил лошадь, что камешки, вылетевшие из-под копыт, с брызгами посыпались в воду. Он соскочил с лошади и в ярости бросился к лучнику:

— Сейчас я научу тебя хорошим манерам, гадёныш!!!

Резким ударом он сшиб берет с головы лучника, и по плечам обидчика рассыпались золотые локоны. А герцог вдруг начал заикаться:

— Йа… К-как… Э-эт-та…

Мегана повернула голову, посмотрела в глаза герцога Кайриса и со вздохом произнесла:

— А у вас, Сайрил, я смотрю, с манерами совсем плохо.

— Ба… Бу-у… Ба-ро-нес-са!

— Я помню, что я баронесса Арлей, герцог Кайрис!

И к герцогу неожиданно вернулся дар речи.

— О, досточтимая баронесса Арлей! Я не знаю, как мне заслужить ваше прощение?! Хотите, я утоплюсь?! Прямо сейчас! Или разобью голову об эту скалу?!

— Мне-то что с того? — пожала плечами Мегана.

В её голосе сквозили спокойствие и уверенность, более свойственные старшей сестре.

— Ну что же мне сделать?! О, как вы прекрасны!

Герцог рухнул на колени перед баронессой, очень осторожно завладел её рукой и поцеловал кончики пальцев.

— Отпустите мою руку…

Вот только сказано это было таким тоном, что даже самый безнадёжный глупец просьбу не выполнил бы ни за что.

— О! Какая кожа! — бубнил герцог между поцелуями, и уже гораздо тише: — Эти ручки могут так много!

— Прекратите, Сайрил… — простонала Мегана и попыталась отнять руку у герцога.

Но усилие, с которым она вырывалась, не предусматривало победы. Да и герцог возбудился не на шутку и со своими поцелуями добрался уже до тыльной стороны ладони. Правда, здесь он заметил блеск браслета на запястье и на мгновение остановился. Но лишь на мгновение! Он зажмурился и в ожидании страшного удара продолжил восхождение своих губ.

— Сайрил! Нас могут увидеть!

— Ну и Пустошь им в помощь!

Герцог осторожно повернул руку баронессы, поцеловал бугорок в основании большого пальца, ладошку…

— Никогда не думал… — Поцелуй. — Что такая нежная ручка… — Поцелуй. — Способна столь точно… — Поцелуй. — Выпустить стрелу из лука!

В каком-то смысле ладонь Меганы закончилась — не осталось мест, не обследованных губами герцога. Браслета он уже не боялся, но целовать ни золотую поверхность, ни кожу куртки не стал. А раздевать девушку на первом свидании, да ещё и в таком месте, в голову герцогу и не приходило.

— Встаньте, Сайрил, и объяснитесь!

Герцог поднялся на ноги и вновь обрёл навыки заики:

— Я… Я хотел бы… Только…

— Что за стрела, Сайрил?! — очень естественно возмутилась Мегана.

— Я… — Герцог щёлкнул пальцами, подзывая лошадь, и указал на седло: — Сами видите! Стрела обломилась в лесу. Но если бы на два пальца выше… — И зябко передёрнул плечами.

Мегана сразу узнала наконечник в луке седла. Лошадь герцога в глазах вдруг расплылась в белесое пятно, внутри живота появился дрожащий студень, а ноги подкосились. Она бы упала на камни, но герцог обхватил руками её талию, прижал к себе.

— Что случилось, Мег?! — дрожащим голосом спросил герцог.

Мегана открыла глаза и судорожно всхлипнула:

— Я… Сайрил… Я стреляла в кабана…

Её голова упала на грудь герцога, и он с дурацкой улыбкой на лице сказал:

— Ты попала почти точно, Мег… Я прикажу оправить этот наконечник в золото и буду всегда носить его!

Глава 18

А вот выше по течению реки Судьба ничего не смогла сделать. Ведь всем известно, что Судьба женского рода, а значит, против решений женщины она бессильна. Хотя ловушка, в которую угодили Тиана и Чир, оказалась отменной. Песчаный берег, а с обеих сторон громоздились завалы из сучковатых брёвен. Ну, и королю не пришлось испытать шок, выпавший на долю герцога, — Тиана, спрыгнув с лошади, сразу сняла берет. Теперь она с вызовом смотрела на удивлённого короля, а их величество медленно слез с лошади, похлопал её по морде… И всё это — лишь бы собраться с мыслями. Чир поклонился, но глаз от короля не оторвал, готовый вступиться за баронессу.

Эту картину и застал шут, немного отставший от короля. Своё отношение к происходящему господин Бари выразил просто:

— Ну, меня-то после вчерашнего этим не удивишь! Мое почтение, досточтимая баронесса Арлей! А вы, юноша, — поманил он пальцем Чира. — Пойдёмте отсюда. И лошадь свою не забудьте. — Шут повернулся к королю и с поклоном добавил: — Мы уходим, ваше величество, и будем ждать на опушке. Но охрану забрать не могу!

Наконец король, как ему показалось, нашёл нужные слова.

— Сегодня вы спасли мне жизнь, баронесса!

— Вы не точны, ваше величество, — улыбнулась Тиана. — Стреляли все трое, а значит, и виновны все.

— Я ни слова не сказал о виновности! — повысил голос король и осёкся. — Прошу прощения, баронесса. Сегодня очень странный день… На меня впервые вышел секач. Да какой! И я был бы растоптан, если бы не вы…

— Мы, — поправила баронесса.

Но король, как будто её не услышал.

— Если бы вам не пришла в голову мысль переодеться лучниками, не встать зуда, где стояли… А зачем вы это сделали, досточтимая баронесса Арлей?

— Не знаю… Просто так.

— Просто так… — словно эхо повторил король. — Не бывает ничего просто так! Вы несколько раз были в дворцовой библиотеке… И даже брали книги! Но никто из моих придворных в библиотеку не ходит. И я не знаю — умеют ли они читать?

— Умеют, — уверенно кивнула Тиана, заполняя паузу. — Наверное.

— Вы столько знаете… Бари даже бояться вас начал! И я вот что подумал… — Король шагнул к баронессе, взял её за руку и с придыханием произнёс: — Я уверен, Тиана, мы сможем…

— Не сможете! — Баронесса Арлей резко выдернула руку из ладони короля и слегка поклонилась: — А главное, ваше величество, что вы забыли спросить моё мнение. А мой ответ — нет!

— Но почему?! Вы отказываете королю?!

— Нет, ваше величество. — Тиана посмотрела вокруг и подняла с земли прутик. — Это вы, король Вард Первый, отказываете баронессе. Я попытаюсь объяснить. — Она провела перед собой на песке линию. — Это все графы и графини вашего королевства. С моей стороны только бароны. А с вашей — герцоги. Понимаете?

— Не очень, — нахмурился король. — На какую-то игру похоже.

Тиана рассмеялась и отбросила прутик.

— Такое ощущение, ваше величество, что вы никогда не читали законов королевства!

— Ну… Я читал… И у меня есть законоведы! А вы прочитали эти законы?!

— Читаю. И нахожу их очень забавными. Смотрите! Вы должны жениться на принцессе, но вправе найти избранницу и среди свободных герцогинь. С некоторым трудом, доказав перед придворными необходимость такого шага, сможете жениться на свободной графине…

Король пытался что-то сказать, но Тиана подняла руку и продолжила:

— Я, на своей стороне, могу выйти замуж за свободного барона или, по большой милости со стороны будущего супруга, за графа. И поверьте… Согласно этому закону мне проще стать женой простолюдина, нежели вам жениться на графине.

— Но я ничего не говорил о женитьбе!

— Я поняла, — кивнула Тиана. — И мой ответ вы уже слышали. И браслеты у меня настоящие.

— Мне доложили, — пробормотал король. — И кто же составил этот закон?

— Ваш предок. Король Вис Второй.

— Так я его и отменить могу!

— Не можете, ваше величество! — засмеялась Тиана.

— Это почему?! — удивился Вард Первый.

— Потому что там указано, что отменить его может только ко-ро-ле-ва!

Король смеялся вместе с баронессой, но как-то не очень искренне.

— Тиана! Я ведь хочу не так уж и много…

— Ошибаетесь, ваше величество! Вы хотите слишком много даже для короля. И ответ вы уже получили. И не обижайтесь. Вы, ваше величество, — король, а я баронесса. Всё по закону…

Тиана сделала книксен, и в одежде лучника это выглядело смешно, но её собеседник не оценил комизм ситуации.

— Не напоминайте мне всё время, что я король! Как-то я не привык к отказам… И что же, по-вашему, во мне не так?!

— Всё так, ваше величество! Кроме попытки нарушить закон. — Тиана улыбнулась. — И должно же быть в вашей жизни разнообразие. Сами сказали — впервые убили секача! Ну, и отказ… Я думаю, что секач важнее!

И эту шутку король не оценил. Он отрешённо смотрел на воду реки и хмурился. Чтобы отвлечь Варда Первого от мрачных мыслей, баронесса спросила:

— Ваше величество! Кто во время охоты стоял на первом номере? Зинкарец?

— Даже он заинтересовал вас больше меня, баронесса?

— Ну что вы! Просто он применил необычный приём.

Король длинно выдохнул и кивнул:

— Вы правы! Это посол государя королевства Зинкар. Неделя, как прибыл, а о цели своего визита не сообщает… Странные они, зинкарцы!

— Прошу прощения, ваше величество! Спасибо за интересную беседу, но мне необходимо переодеться.

— А вам идёт этот костюм! Впрочем, вероятно, как и любой другой. — Король вдруг улыбнулся и спросил: — Хотите, Тиана, принять участие в турнире лучников? Подозреваю, что у вас получится.

— Хотите довести нашу шутку до абсурда, ваше величество? Я бы выставила замену…

— Имейте совесть, Тиана! С вами-то я ничем не рискую! Только вот лицо придётся, на зинкарский манер, закрыть платком. К сожалению. Стрелять будете последней. А если захотите, то уйдёте неузнанной.

— Ну что ж… — Баронесса задорно улыбнулась. — Желание вашего величества — закон для меня!

И поклонилась.

Король тоже поклонился в ответ, но с очень печальным лицом.

— Вы не представляете, досточтимая баронесса Арлей, как мне жаль, что вы так хорошо знаете законы королевства!

— Спасибо, ваше величество, — улыбнулась Тиана и сняла уздечку своей лошади с сучка. — До встречи на турнире!

Как только баронесса ушла в лес, на маленький пляж выскочил шут:

— Всё в порядке, мой король?!

— Нет!!!

Вард Первый рявкнул так, что лошадь вскинулась и начала нервно перебирать передними ногами.

— Ну что вы, ваше величество, — забормотал шут. — Было бы о чём говорить… Она же всего лишь баронесса, а вы…

— Хватит! — оборвал его король. — За последнюю четверть часа ты третий, кто мне об этом напоминает!

Шут быстро осмотрелся, задержал взгляд на лошади и осторожно спросил:

— А кто третий, ваше величество?

— Я сам!

Король, успокаивая лошадь, погладил её морду и приказал:

— Бари! Пусть выпускают последнего кабана! Может быть, хоть он убьёт охотника!

Иронизировать по поводу неожиданной кровожадности короля шут не отважился, а лишь заметил:

— Для этого ваше величество должен быть на номере.

— Да. Пойдём, Бари…

Рог уже трижды пропел продолжение охоты, прежде чем на свой номер встал герцог Кайрис. На его лице поселилась растерянность, а движения были порывисты и сумбурны.

— Похоже, герцог, вы зря блуждали в лесу? — съязвил король.

— Вы правы, ваше величество! До сих пор я всего лишь блуждал в лесу…

* * *

— Всё нормально, баронесса? — озабоченно спросил Чир. — Я обещал матери, что не спущу с вас глаз!

— Не беспокойся, Чир. Всё хорошо. Мы обсудили с королём один странный закон. А вот где Мегана?!

— Ой! — Чир изменился в лице. — Стойте здесь, баронесса! Я найду её!

Искать почти не пришлось. Уже через пять минут Чир привёл и лошадь, и Мегану.

— Она нас искала! — довольно сообщил конюх. — Даже звала.

— Герцог поймал тебя, Мег? — озабоченно спросила Тиана, вглядываясь в огромные, влажные, как у лани, глаза сестры.

— Это ещё кто кого поймал! — вызывающе вскинула голову баронесса.

— Хорошо, — улыбнулась Тиана. — Теперь надо быстро пробраться к карете, и ты, Мег, переоденешься.

— А ты, Ти?! — удивилась Мегана.

— А я приму участие в турнире лучников. И не смотри так на меня, Чир. Приказ короля!

— Вот это да… — потрясённо выдохнул конюх. — Никогда такого не было…

— Теперь будет. И мы сами в этом виноваты! Надо только не забыть у моего шарфика баронские эмблемы обрезать…

— Зачем? — спросил Чир.

— Я стреляю последней, и в качестве таинственного лучника! — засмеялась баронесса.

— Надо торопиться! Рог пропел пятый номер, а турнир сразу после охоты!

У кареты, пока Мегана переодевалась, Чир рассказал Тиане о некоторых правилах:

— Первым, по традиции, стреляет король. На той стороне реки, ниже водопада, растёт дуб. Ему лет триста, и промахнуться довольно сложно! Последняя стрела за победителем, после вручения приза. И стреляет он в тот же дуб. Но надо быть полным дураком, чтобы попасть выше или на уровень стрелы короля! Поэтому обычно стрела победителя падает в воду! Ха-ха! А мишени ставят в противоположной стороне от реки. Три за сто шагов, и одна за двести. Но по дальней попасть очень трудно!

— Баронские лучники соревнуются так же, — заметила Тиана.

— Хорошо! Если будут соревноваться молодые, то у вас, баронесса, есть шанс! А вот если ветераны…

— Думать о промахе — значит уже промахнуться, — улыбнулась Тиана.

— Да-а… — протянул Чир. — Перед стрельбой лук и стрелы надо положить на стол — их проверят на магию. Одна стрела пробная и четыре по мишеням. Но сейчас ветра нет…

— Почти нет, — поправила Тиана и постучала в дверцу кареты: — Мег! Ты скоро?

— Сейчас! Сидя никак не застегнусь!

— Отвернись, Чир, — попросила Тиана. — Мег! Выбирайся, я помогу. И мой шарф прихвати!

Они отправились к придворным ещё до прибытия охотников и зрителей. Волосы Тианы скрывал берет, а лицо — шёлковый шарф. Видно было лишь лукавые синие глаза.

— Слишком любопытным, баронесса, говорите о приказе короля, — дал совет Чир.

— Так и сделаю, — пообещала Тиана. — А ты, Чир, проводи до столов Мегану.

— Но… — Чир замялся. — Нельзя. Болтать будут! Я же конюх…

— Здесь среди нас ты единственный мужчина! — заверила Мегана. — А их болтовню я в склепе слышала!

В общем-то, Чир оказался прав. Едва он подвёл баронессу к столам, раскланялся и ушёл, как на Мегану обратила внимание графиня Тукань.

— Это что же, милочка?! Вас уже конюхи провожают?! — почти прокричала она.

Придворные затихли в ожидании скандала, но Мегана ответила поговоркой, с улыбкой и реверансом:

— Пустошной змее и конюх не провожатый, графиня!

И мгновенно, словно острым ножом, разделила придворных дам на своих друзей и врагов. Кавалеры, к слову, почти все одобрили поговорку, а многие с трудом сдерживались, чтобы не расхохотаться.

Глава 19

Готовые к турниру лучники терпеливо ждали, когда охотники отдадут должное напиткам и закускам у стола, а также обсудят удивительные итоги охоты. Больше всего придворные восхищались ловкостью и отвагой короля, убившего сразу двух вепрей. Но сам удачливый охотник был хмур, даже принимая поздравления. Ещё он часто посматривал в сторону лучников, но Тиану там искал зря. Она стояла с другой стороны среди слуг, которые с интересом разглядывали королевского лучника с закрытым лицом и тихо перешептывались. Однако докучать вопросами незнакомцу не отважился никто.

А вот придворные говорили об охоте много и громко. Особенно те, кто видел всё своими глазами.

— Не порите чушь, баронет! Все видели, как вепрь налетел словно вихрь! А король не растерялся и поднял его на копьё!

— Враки! Король разрубил голову вепря мечом! От пятака до самой шеи!

— Ерунда! Два вепря вышли на короля сразу! И копья у него при схватке со вторым уже не было! Меч в горло — и победа!

— А зинкарец заставил свою лошадь забить вепря копытами!

— А что сказал король о виконте Парлике?

— Сказал, что своим лицом виконт насмерть перепугал кабана!

Последнее было почти правдой, потому что Вард Первый похвалил виконта. В том смысле, что вызывающий напор всадника заставил вепря искать спасения.

Наконец король подал знак, и ему поднесли мощный лук. Пропел рог, возвещая начало турнира, и первая стрела полетела через реку к дубу на той стороне. Судья, посмотрев через увеличительную трубку, так оценил выстрел короля:

— Середина ствола на уровне груди!

И восхищению придворных не было предела.

Король отдал оружие старшему лучнику, поднял руку и, когда установилась тишина, негромко сказал:

— На турнир я выставляю своего стрелка. В его праве принять участие в любой момент или совсем не стрелять.

Лучники начали недоумённо переглядываться, а придворные зашептались.

— Если нет возражений… — И король приказал: — Начинайте!

Старший лучник метнулся к строю учеников, отправил первого к столу и поманил к себе двух опытных стрелков. Ученики недовольно заворчали, но старший цыкнул на них:

— Цыц, шелупонь! Хотите с королём поспорить?! — А ветеранам сказал: — Вы стреляете как пример! От приза откажетесь. У вас и так по паре есть. Но стрелять как следует!

Пока оружие первого лучника проверяли на магию и он готовился к стрельбе, Тиана вышла на середину площадки и остановилась в пяти шагах за спиной стрелка. Тут уж и самые глупые поняли, что это и есть ставленник короля. Старший лучник, увидев на плаще королевский герб, только пожал плечами — имеет право!

Королевский турнир ничем не отличался от соревнований в баронстве. Каждый стрелок имел право использовать пять стрел — первый выстрел для уточнения направления ветра, остальные по мишеням.

Очередь стрелков продвигалась быстро. Хотя бы потому, что на прицеливание по ближним мишеням выделялось три секунды, а на дальнюю — пять. По каждому лучнику судья сообщал результат, и особым разнообразием его слова не отличались:

— Сердце, сердце, кабан. Дальняя мимо.

Лишь трижды судья увидел в трубу попадания по дальней мишени, а один раз удивлённо воскликнул:

— Дальняя кабан!

Не давалась мишень молодым лучникам.

Но всё это продолжалось, лишь пока стреляли ученики. Два ветерана вышли к столу одновременно и после проверки луков послали трёх учеников вытащить стрелы из ближних мишеней. Чтобы потом не спорить о попаданиях и облегчить работу судье. И уж тут-то он только и успевал смотреть на ближние мишени и выкрикивать:

— Сердце! Сердце! Сердце!..

Разнообразие появилось лишь при стрельбе по дальней мишени. Лучники здесь целились дольше, но и результат судья объявил с восхищением:

— Нижний край сердца! Левый край сердца!

Ученики захлопали в ладоши, а придворные принялись активно обсуждать, чья ставка оказалась весомей. Со стороны казалось, что ставленник короля тянет паузу, но на самом деле Тиана вспомнила, о чём говорил Реток. «Дело не в победе и даже не в призе. Дело в том, что от твоей точности сейчас зависит чья-то жизнь в будущем. А может быть, и твоя честь!» Правда, говорил он это не Тиане, а ученикам перед турниром, но…

Баронесса повернулась к королю и поклонилась. В ответ Вард Первый поднял руку вверх, и улыбка тронула утолки его губ:

— Ты самый сильный!

Тиана подошла к столу и положила на него свое оружие и пять стрел. Ни один камешек на амулете судьи не засветился.

— Чисто! Магии нет!

А вот старший лучник очень заинтересовался стрелами. Одну он даже взял и внимательно осмотрел.

— Знакомый наконечник… Я знаю тебя?

Ещё в самом начале Тиана решила молчать, чтобы не выдать себя голосом. Так что старший лучник не дождался ответа, буркнул себе под нос:

— Ладно… — и отошёл в сторону.

А баронесса взяла первую стрелу. Но не сразу наложила её на тетиву, а отодвинула хищным наконечником ту, которой коснулась чужая рука. Сомнительно чтобы старший лучник учудил что-нибудь, но, как говорится: «Пустошь забирает неосторожных!» К тому же погода за время турнира не менялась, и делать пробный выстрел особого смысла не было.

Как-то Реток сказал: «В тебе, Тиа, нет столько дурной силы, как даже в самом паршивом мужчине. Но достаточно ума, смекалки и ловкости. Поэтому…»

Она так и сделала. Как только тетива со звоном выбросила стрелу в воздух, кто-то из учеников не сдержался:

— Слишком высоко пошла…

Судья, конечно же, ожидал, что неизвестный стрелок начнёт с ближних мишеней, но очень быстро понял свою ошибку и перевёл увеличительную трубку. Почему-то он покрутил головой, потёр пальцем глаз и вновь начал изучать дальнюю мишень. Лишь через несколько секунд прокашлялся и объявил:

— Два пальца выше центра сердца!

Пока придворные, лучники и слуги возбуждённо обсуждали удивительный выстрел, Тиана одну за другой выпустила три оставшиеся стрелы. Всё, как учил Реток: в среднюю, потому что этот враг ближе, в правую, потому что в неудобной позиции, и в левую…

— Сердце! Сердце! Сердце!

На месте проведения турнира стало тихо. Тиана повернулась и поклонилась королю. А Вард Первый не смог скрыть улыбку, когда к нему обратилась графиня Тукань:

— Ваше величество! Что это за юноша, столь точно посылающий стрелы?!

— А вы уверены, графиня, что хотите узнать?

— Конечно, ваше величество! Я могла бы несколько отшлифовать его манеры!

— Языком! — послышалось откуда-то от столов, и несколько мужчин хохотнули.

Но король пропустил мимо ушей колкость, а графине было не привыкать. Она считала, что это всё происки завистников.

— Сожалею, графиня, но не смогу помочь вам.

— Как это?! — оторопела графиня Тукань.

— У стрелка есть право раскрыть своё имя или не делать этого. И дал его я!

А вот Тиану куда больше заинтересовало нервное бурчание старшего лучника, обращённое к ветеранам:

— Да вы что?! Сейчас приз уйдёт неизвестно кому! Не подведите меня!

Он вышел вперёд и заявил:

— Ваше величество! Ваш стрелок хорош! Очень. Но две его стрелы не попали в центры мишеней! Я выставляю спорщика! Если вы не возражаете, конечно…

— Нет! — усмехнулся король. — Действуйте по правилам и уставу. Но похоже, что вас уже прострелили.

— Да, ваше величество! — радостно кивнул старший лучник и повернулся к своим ветеранам: — Решайте — кто из вас, и принесите мне приз!

Совещались ветераны недолго, и один из них подошёл к баронессе.

— Ты хорошо стреляешь, — глядя на сапоги противника, сообщил ветеран королевских лучников. — И, как я понимаю, имени своего не назовёшь?

Тиана молчала, и ветеран, вздохнув, продолжил:

— Правила говорят, что ты выбираешь. Если уж старший спорит… Сколько стрел? Одна или три? И какая мишень?

Ветеран поднял голову и заглянул в глаза стрелка-противника, надеясь хоть в них прочитать ответ. Но неожиданно нахмурился, зажмурил глаза и, поклонившись, пробормотал:

— Прошу прощения. У вас локон из берета выпал…

А потом сделал то, за что старший лучник сначала облаял его, а позже похвалил.

— Королевский стрелок сильнее меня! Отдаю приз без возражений!

Рядом со старшим лучником, словно из ниоткуда, возник шут и спросил:

— Хочешь придумать ещё что-то? Вручай приз и закрывай турнир! А то ещё гроза начнётся…

— Понял, ваша све…

— Давай, давай! — поторопил шут.

— Что сусликами встали?! — рявкнул старший на учеников. — Тащите сюда! Быстро!

Принесли большой деревянный ларец, покрытый резьбой, раскрыли, и старший лучник вытащил приз — охотничий рог из чернёного серебра.

— Вот… Вручаю тебе, как победителю турнира…

Баронесса взяла в руки рог, повертела его и кивнула.

— Что-то ещё? — с ухмылкой спросил шут.

— Нет, ваша светлость! — звонко ответила Тиана.

Она сняла с лица шарф, затем берет, и золотые волосы рассыпались по плечам.

В тишине, нарушаемой лишь далёким шумом водопада, раздались хлопки кожаных перчаток — зинкарец оценил сложившуюся ситуацию.

А ещё герцог Кайрис громко заявил:

— Господа придворные! Прошу рассчитаться по ставкам! Дамам их ошибки я сегодня прощаю!

Герцог не был глупым и, обнаружив в одном костюме лучника столь прелестную особу, как Мегана, предположил, что её сестра тоже переодета. А уж увидев выставленного королём стрелка, просто сложил один и один и получил приличный шанс на выигрыш. Чем и воспользовался.

Шута же мучил вопрос: знает ли король о том, что у баронессы Арлей есть сестра? И стоит ли вообще просвещать короля на эту тему? Думал шут столь напряжённо, что Тиане пришлось повторить свой вопрос:

— Господин Бари! Приз теперь мой?

— А? — Шут помотал головой. — Да, конечно, досточтимая баронесса Арлей! Делайте с ним что хотите! И пора заканчивать этот бала… Э-э-э… Турнир!

— Хорошо! — Баронесса подмигнула старшему лучнику, от чего тот побледнел, и крикнула: — Чир Вайра! Подойди ко мне!

Когда Чир, дрожащий и втянувший голову в плечи, встал перед баронессой, она расстегнула пряжку своего плаща и приказала:

— Протяни руки!

— И встань на одно колено, — тихо сказал старший лучник.

Он не смог бы возглавить отряд королевских лучников, если бы медленно соображал и не догадался, что же сейчас произойдёт.

Тиана набросила на руки конюха плащ, положила сверху серебряный рог и сказала:

— Чир Вайра! Это приз за лучший выстрел по бегущему секачу, который я только видела! Если же королю не нужны лучники столь высокой выучки, то я напишу отцу…

— Прошу прощения, досточтимая баронесса! — прервал её шут. — Он всё понял.

И действительно. Старший лучник уже положил руку на голову Чира и быстро произнёс:

— Чир Вайра, ученик королевских лучников! Завтра явиться на тренировку! Досточтимая баронесса Арлей, благодарю вас за ещё одного ученика!

Немного позже он со вздохом сказал своему ветерану:

— Хорошо, что у тебя глаз намётан! Если бы она выиграла ещё и спорный турнир…

А тогда он поклонился Тиане со словами:

— Досточтимая баронесса! Как победитель турнира вы должны сделать последний выстрел! — И гораздо тише добавил: — Лучше, если стрела немного не долетит…

Но уже по тому, как Тиана подняла лук и растянула тетиву, он понял, что рекой дело не ограничится.

— Вода холодная… — прошептал рядом Чир.

— Спасибо, я помню, — отозвалась баронесса.

И стрела по крутой дуге полетела к цели.

— Меня уже ничто не удивит… — словно заклинание, пробормотал шут.

— Ладонь вправо и ладонь ниже стрелы короля! — объявил судья.

— И это понятно, — довольно улыбнулся король. — Мой стрелок стоял от мишени на добрых тридцать шагов дальше!

Тиана поклонилась королю и попросила:

— Чир. Проводи меня к карете. Пора переодеться.

— Но, баронесса! — попытался возразить шут. — Здесь много кавалеров, и они сочтут за честь…

— Бросьте, господин Бари, — укоризненно сказала Тиана. — Я знаю точно, что Чир не будет подглядывать. И другим не даст.

Последние слова прозвучали, как предупреждение.

Глава 20

— А теперь, Чир, проводи меня к придворным. И не надо делать большие глаза. Такое дело тебе вполне по силам — ты теперь королевский лучник.

— Ученик, досточтимая баронесса, — поправил Чир. — Но я и на это никогда не надеялся…

— Плащ накинь. Он теперь твой по праву. — Тиана печально вздохнула, но нашла в себе силы улыбнуться. — А надежда, Чир, способна подарить радость. И уж точно помогает жить. Хотя и не всегда… Но тебе-то повезло? А значит, выше голову!

Но Чир поступил иначе. Он преклонил колено и произнёс:

— Досточтимая баронесса Арлей! Я всегда буду вашим верным лучником! И если вы прикажете…

— Не прикажу, Чир! — со смехом оборвала его Тиана. — А точнее, прикажу радоваться сегодняшнему дню! И любому другому!

Чир встал и по-мальчишески светло улыбнулся:

— А уж как мать будет рада! И брат пусть позлится! А то нос задрал!

— Ты не прав, Чир! Твой брат будет рад не меньше тебя. Просто постарается не показать этого. И пойдём… Ты рог спрятал?

— Да, — кивнул Чир. — В надёжный тайник.

Недалеко от придворных их поджидал старший лучник. Он поклонился баронессе, поправил пряжку на плаще Чира и одобрительно кивнул.

— Простите, господин старший лучник, — обратилась Тиана. — Можно сегодня Чир Вайра продолжит править каретой? Боюсь, я с этим делом не справлюсь.

— Очень сомневаюсь, досточтимая баронесса! — улыбнулся в усы лучник. — Но он просто обязан закончить начатое, прежде чем приступить к следующему делу. Всегда к вашим услугам, баронесса!

Быстрым шагом к ним подошёл королевский шут:

— Прошу прощения, досточтимая баронесса Арлей, но у меня к вам важное дело! — Он увлёк Тиану в сторону и сообщил: — С вами хочет поговорить его величество.

— Ой, господин Бари! — недовольно поморщилась баронесса. — А нельзя ли и этот момент включить в наш договор? К тому же мы с королём уже обсудили главное.

— Во-первых, баронесса, вы придворная дама. А во-вторых… Упаси меня Пустошь от расширения договора с вами! Ещё одна подобная моя оплошность — и вы будете править королевством!

— Вот уж… Я бы предпочла, господин Бари, уехать домой.

— Никак невозможно, баронесса! Ведь у реки вас ждёт король. И, баронесса… Если вас это позабавит, то сейчас вам завидуют все придворные, а примерно треть люто ненавидит.

— Вы правы, господин Бари. — Баронесса кивнула и добавила: — Это большой плюс!

Король стоял на берегу и смотрел то ли на водопад, то ли на огромное дерево, в котором торчали две стрелы. Тиана подошла и изящно поклонилась:

— Ваше величество! Вы хотели меня видеть?

Вард Первый повернулся, сделал шаг навстречу и кивнул:

— Это бесспорно, Тиана. Но я хотел бы…

— Что? — не пожелала затягивать паузу баронесса.

— Я хочу извиниться перед вами. За своё поведение там, на укромном пляже.

— Что вы, ваше величество! Не хочу вас обидеть, но при таких вольностях при дворе… Одни коридоры чего стоят! А вы вели себя очень достойно.

— Правда? Спасибо, Тиана! Тогда я хочу, чтобы эта… Это… недоразумение! Чтобы оно не стало препятствием к нашей дружбе!

— Ваше величество… — Баронесса улыбнулась. — Как вы представляете себе дружбу между королём и его стрелком?

— Я говорил о баронессе Тиане Арлей.

— О придворной даме? Ещё хуже! Тем более что это мы уже обсудили.

— Но я хотя бы прощён?

— Да.

— Хорошее слово, — вздохнул король. — Когда к месту сказано… Вам нравится смотреть на воду, Тиана?

— И снова да, — улыбнулась баронесса. — По землям моего отца протекает очень широкая река. Только вода в ней мутноватая, не то что здесь.

— А хотите, я покажу вам озеро?! С лодки там видно дно на десятки метров в глубину…

— Нет. Хотя бы для разнообразия. И, ваше величество, вы хотите, чтобы придворные дамы зарезали меня вилками?

— Что вы?! Мне было очень приятно! Не про вилки, конечно…

Король слегка поклонился, а Тиана присела в книксене.

На обратном пути к ней присоединился шут:

— Король захотел побыть один. А благодаря вам, баронесса, он хотя бы повеселел!

— Вот если бы он догадался сделать ставки, как герцог Кайрис, был бы гораздо веселее и казну пополнил бы.

— Не всё измеряется в ставках, досточтимая баронесса Арлей! И кто вам сказал, что он не догадался? Через меня. Хотя я его и отговаривал… Но кто ж мог знать, что вы так стреляете?! Зачем вы этому научились?

— Я и не училась. Знаете, Бари, в баронском замке особенных развлечений нет. Вот мы с Мег и ходили на занятия учеников. Отцу было спокойней, а Ретоку приятно. Это наш конюх.

— Уже знаю, баронесса. И всё хочу спросить, но случай не подворачивался. Вы, часом, не знаете, как действуют орудия на повозках из-за Пустоши? А то нам пришлось две повозки целиком на балкон дворца затаскивать…

— Нет, Бари, этого я не знаю. А где моя сестра?

— Она… Она у стола. В окружении кавалеров. — Шут хохотнул: — А упомянутый вами герцог Кайрис ест её глазами из-за соседнего стола!

— Я ж его предупредила…

— Досточтимая баронесса Арлей! — Шут вдруг стал очень серьёзен. — Прошу вас быть благоразумной! А если что… Только скажите! При достаточных основаниях я сам принесу вам заказанное. В баночке, если позволите.

— Спасибо, Бари. Но я ещё в состоянии…

— Не надо! Не женское это дело!

* * *

А у стола миловидная дочь герцога с полными слёз глазами ожесточённо ломала веер и никак не могла с ним справиться.

— Вы же говорили, мама, что у меня больше всех шансов! А он с какой-то баронесской раскланивается!

— Спокойней, дочь моя. На нас смотрят. Улыбайся! Я и сейчас скажу, что по законам королевства… Королевой станешь ты! Наш род даже древнее королевского! А все эти увлечения короля ничего не стоят. Потом рассчитаешься сполна. За каждую!

И таких или подобных разговоров одновременно проходило несколько — по числу герцогских фамилий, имеющих дочерей на выданье. Другие, не имеющие шансов, злословили менее предметно, но более пространно.

— Фу! Как эта Арлей к королю прилипла! — выпятив нижнюю губу, бормотала графиня Тукань. — А ведь ни рожи, ни кожи! Могу поспорить, что королю и одного разговора с ней хватит, чтобы понять всю её ничтожность! Для стрельбы из лука есть специальные слуги, а вот чтоб доставить мужчине удовольствие, возвести его на пик наслаждения… Здесь нужна женщина с опытом, способная очаровать! Или прошедшая хорошее обучение. Да и место своё знать надо! Вот ты, милочка…

— Готова поспорить, — говорила одна графиня другой, — что эта дурная интриганка Тукань попытается необъезженную лошадь Тольри подложить под кого-то из своих бывших всадников.

— Почему же это необъезженную? — возразила собеседница. — Второй-то к ней в окно уже два дня лазает, а вот первый не смог — возраст не позволил. Пришлось его через дверь пускать.

— И откуда вы всё знаете, графиня?

— Что-то сама видела, что-то слышала…

— Как вы думаете, герцог… О чём говорили король и баронесса? Король выглядит довольным.

— Да какая разница, граф? — отмахнулся герцог Кайрис и послал очередной пылкий взгляд Мегане.

— И всё же?

— Могут стрельбу баронессы обсуждать. Согласитесь, потрясающее зрелище! Или… Вам известно, граф, что барон Арлей сидит на самом богатом караванном пути? Вполне мог дать дочери поручение! А королю сегодня печалиться не с чего — двух кабанов завалил…

— Кайрис в своем репертуаре. Уже очередную обхаживает.

— А что вы думаете, барон, мне не приударить ли за этой девицей? Всё на месте, кажется. И у короля в фаворе…

— Вам?! Фи! А если обидите её чем-то? Кинжалу всё равно будет — любовник или муж! Да и убежать не сможете — стрела догонит!

— Вы, как всегда правы, барон. Здесь сто раз отмерить надо…

— А она отрежет! Рубить дерево по силам надо! И учесть, куда оно падает…

* * *

Тиана лишь немного постояла у стола, но есть не стала. Взгляды придворных подавили бы даже голод волка! Пустые, словно тьма в пропасти, похотливые, откровенно злобные… А вот перехватив очередной страстно-зовущий взгляд герцога Кайриса, адресованный Мегане, старшая сестра решила прервать его упражнения. Дождавшись, когда баронесса обратила на неё внимание, Тиана указала пальцем в сторону кареты и нахмурилась.

Мегана нагнала сестру только у самой кареты.

— Ты чего, Ти, такая злая?! Я как раз разговорилась с Ритой Борик, потрясающие новости узнала!

— На тебе платье дымится.

— Где?!

Мегана принялась нервно ощупывать одежду, а Тиана усмехнулась:

— От взглядов герцога…

— Фу! Противная, Ти! Да ты вообще с королём любезничала! Я видела! А Сайрил может смотреть, куда захочет!

— Не может! Я его предупредила, что, если будет к тебе лезть, отрежу многое и неаккуратно! Кстати, Мег, я так и не поняла, герцог догнал тебя или нет?

— Не скажу! — Мегана надула губы, но поняв, что герцогу может не поздоровиться, добавила: — Не догнал! И не трогай его! Он хороший!

— Ага! Хороший! Клейма ставить негде! И я говорила, что герцог тебе не пара.

— А кто пара?! Тот слюнявый граф?!

— Графа хотя бы можно заставить жениться на тебе, — неожиданно спокойно сказала Тиана. — Так что граф, несомненно, лучше.

— Вот сама за такого урода замуж и иди!

— Прекрати орать, Мег. И лезь в карету.

— Сама лезь!

Мегана разрыдалась, но в карету всё же поднялась. Здесь она забилась в угол и прошмыгала носом всю дорогу, обиженная и непонятая. Как часто бывает, к концу поездки Тиана уже чувствовала себя виноватой. В конце концов, Мегана права: и герцог может пялиться куда хочет, и Мег не такая уж глупышка, да и не случилось ещё ничего, и герцога убивать рано…

— Ну ладно тебе плакать, Мег! Давай лучше пообедаем вместе, а то аж живот подводит.

— Не хочу! Не хочу! Не хочу! — выкрикнула Мегана. — Я уже ела! Пойду к себе и буду плакать! А вечером пойду на бал и буду танцевать с Сайрил ом! А ты читай свои пыльные книжки!

«Интересно! — подумала Тиана. — Получается, что это я толкнула свою несчастную сестру в объятия сластолюбивого герцога!»

Ещё Тиана заметила, что сестра, немного покричав, как будто успокоилась и, выйдя из кареты, даже сделала положенный книксен. Но потом показала язык.

Как только Мегана с гордо поднятой головой и красными глазами ушла, баронесса вызвала слугу и заказала обед. На слове «небольшой» она особенно настаивала. И тут же Тиане пришла в голову идея.

— Если будет возможно, попросите повара сделать торт для Чира Вайры. Он сегодня заслужил.

Обед оказался в пределах разумного — баронесса съела почти половину. Оставив блюдо с фруктами у себя, Тиана выкатила столик в коридор и не забыла передать благодарность повару. Слуга поклонился и спросил:

— Досточтимая баронесса Арлей! А правда, что вы сегодня выиграли турнир лучников?

— Я? По-моему, приз взял какой-то стрелок короля. А откуда вы узнали?

— Лучники уже вернулись во дворец…

— А-а-а… Мой совет, — заговорщическим тоном произнесла Тиана. — Делите их россказни надвое. А приз, серебряный рог, у Чира Вайры! Я сама видела.

Заперев дверь, баронесса немного посмеялась и уселась перед своей монументальной подставкой для книг. Лишь когда стемнело за окном, её отвлёк от чтения стук в дверь, сопровождаемый знакомым голосом:

— Досточтимая баронесса Арлей! Король требует вашего присутствия на балу! Пожалуйста! А то он меня четвертует!

Тиана схватила с комода большую карту королевства, свернула её и прижала торец получившейся трубки к двери. В другой конец она низким голосом прорычала:

— Блюди договор!

Затем, уже обычным голосом, крикнула:

— Не беспокойтесь, господин Бари! Четвертование отменил король Вис Второй двести пятидесятым указом! И уходите! У меня любовник!

— Слабо верится… — чуть слышно вздохнул королевский шут за дверью и ушёл.

Глава 21

А утром, до неприличия рано, Мегана начала ломиться в дверь сестры. Тиана ещё не совсем проснулась и очень хотела провести в душе хотя бы минут десять, но пришлось накинуть халат и идти к двери.

— Ти! Ты не представляешь, что я узнала! Такое в книжках не найдёшь!

— Ты хотя бы ела? — строго спросила Тиана. — Тогда займись завтраком, а я в душ.

— Да я и в душе могу рассказать! Ты упадёшь, Ти!

— Не хочу я падать в душе! — почти крикнула баронесса. — И не протухнут твои рассказы!

Чтобы у Меганы не было соблазна настаивать на срочном сообщении новости, Тиана заперла дверь изнутри и совсем не торопилась. Когда она вышла из дамской комнаты, столик с завтраком уже был в комнате, а Мегана немного остыла.

— Да перестань ты злиться из-за вчерашнего, Ти!

— Вчерашнего? — удивилась Тиана. — Да Пустошь с твоим герцогом, Мег! Танцуй, с кем хочешь.

— А что герцог?! Я вчера и с королём танцевала! У него два шрама на щеке! Почти незаметных! Но так здорово! И меня каждый танец приглашали! Хотя Сайрил, конечно…

— Садись и ешь.

— Слушай, Ти! Если тебе неинтересно, то я могу уйти!

— Можешь, — согласилась Тиана, — но только после завтрака. А то новости разорвут тебя прямо в коридоре на голодный желудок.

Естественно, что до конца завтрака Мегана терпеть не собиралась и говорила с набитым ртом:

— Ты помнишь того зинкарца, который таким ловким приемом убил кабана?! Это посол Зинкарского королевства!

— Угу, — кивнула Тиана.

Король упоминал об этом на берегу, но сестре рассказать как-то не представилось случая.

— Он уехал вчера поздно вечером!

Тиана проглотила кусочек чего-то очень нежного и в меру жирного, запила и напутствовала:

— Пустошь ему полотном. И что?

— Он… Ти! Он приезжал предложить королю руку зинкарской принцессы! Представляешь?!

Мегана уставилась на сестру в надежде хотя бы на удивление, но Тиана лишь пожала плечами:

— Очень рада за короля. Надеюсь, что она красива и у нас будет красивая королева.

— Ну ты… — Мегана едва не задохнулась от возмущения. — Ты что, Ти, не понимаешь?! Да вчера у герцогинь такие рожи были! Жаль, что ты не видела!

— Ну это, Мег, я могу легко представить, — улыбнулась Тиана. — Да и вряд ли они изменятся — посмотреть всегда можно. Но с чего ты взяла, что король согласие дал?

— Как это?! Он вчера такой весёлый был! Пришёл на бал прямо с секретного совещания с послом Зинкара!

— Значит, это будет счастливый династический брак.

— Наверное! Но ты не знаешь главного, Ти! Как подарок к помолвке зинкарский король хочет голову Менестреля! В обмен на договор о вечном мире! Представляешь?!

И снова Тиана разочаровала сестру — даже не удивилась.

— Странный подарочек… А вечный мир — чушь полная… Да ещё и при Пустоши. А ты что, Мег, на секретном совещании была?

— Фу! Тиа! Это же двор! Здесь все всё знают!

— Весь двор был на совещании?! — делано удивилась Тиана. — Перестань, Мег. Всё, что болтают, надо через мелкое сито просеивать. Да и то, если точно знаешь, что искать.

— Ага! Есть такое! Все придворные дамы говорят, что к тебе может подойти только кавалер-самоубийца! А сама ты сумасшедшая, способная прикончить любого! Это просеивать надо?!

— Нет, Мег, — улыбнулась Тиана. — В это можно просто верить. Но ты не подскажешь, кто из нас графа сильно больным сделал и без охоты оставил?

— А что я, Ти?! Он сам полез! И ты пропустила главное — Менестрель в Руате!

— Да? Главное, Мег, для этого Менестреля то, что если король даст согласие на брак с зинкаркой, то музыкант станет главным блюдом… А за что его так не любят?

— Говорят, что он такое спел про зинкарского короля! Или его родственников?.. Пришлось ему через Пустошь бежать! Он и раньше был в Пустоши! Ему огненная ящерица пол-лица сожгла, и теперь он в маске ходит! Двое спутников погибли на месте, а он с ожогами два дня выбирался и выжил!

— И как же он поёт? — с сомнением спросила Тиана.

— Потрясающе! — заверила Мегана. — Если верить рассказам.

— Я не о том, Мег. Если ему лицо опалила ящерица, то чем он поёт?

— Ну, Тиа! У него же маска из-за Пустоши!

Тиана кивнула. По крайней мере, хоть это было понятно. Такую маску им однажды показал Реток. Она не только скрывала дефекты лица, но и могла воспроизводить голос, который был когда-то, до ранения. И сама настраивалась. А человек с ней сживался, как со второй кожей.

— А ещё он страшный бабник! Ну, так говорят!

— Удивительно много о нём известно, — засомневалась Тиана. — Может, его не за песни, а как твоего хитреца… И нам его слушать не грозит.

— Почему это?!

— Потому, Мег, что если то, что ты наговорила, правда хотя бы на треть — ему голову надо прятать.

— Кому?! Менестрелю?! Ох, Ти… Такая новость, а ты её… Ну и ладно! Сегодня приём у короля! Может, что-то новенькое всплывёт! Ты же пойдёшь?

— Да, — вздохнула Тиана. — Но хорошее, Мег, не всплывает…

Вопреки надеждам Меганы ничего нового на королевском приёме от придворных узнать не удалось. Хотя многие утверждали, что видели Менестреля в городе. Но в эти россказни не поверила даже младшая баронесса Арлей.

Король не то чтобы был весел, но и не печалился. Он надиктовал несколько писем, подписал какие-то бумаги и даже улыбнулся двум молоденьким герцогиням. Вот только в свете слухов о предстоящей женитьбе короля былой радости претенденткам это не доставило.

Весь приём Тиана просидела на банкетке за колонной. Читала она «Приключения хитреца», потому что другие книги в сумочку не влезали. Ещё на первых страницах баронесса признала фантазию автора слишком буйной и даже уличила его в незнании простейших вещей. Но нормально читать ей не дали. Сначала подошла Мегана и сообщила, что ничего нового нет, а затем и господин Бари пожаловал. Слишком хмурый для шута. Он скользнул по баронессе взглядом, словно по пустому месту, хотя и поклонился.

— Что случилось? — спросила Тиана.

— Что? — переспросил Бари и развёл руками: — Король дал мне поручение, которое выполнить просто невозможно! Не нарушив других… И где ж я таких молчаливых людей наберу?! Или их потом всех закопать придётся?!

— Вы справитесь, господин Бари! — заверила Тиана. — Ведь вы же ещё на своих ногах.

Но королевский шут эту шутку не оценил. Он посмотрел на свои ноги, кивнул и побрёл дальше, к выходу из тронного зала. А баронесса захлопнула книгу и выглянула из-за колонны. Ничего особенного не происходило. Придворные тихо болтали, Мегана стояла рядом с баронессой Борик, а герцог Кайрис с противоположной стороны бросал на неё печальные взгляды.

«Это хорошо, что печальные, — решила Тиана. А вот про веселящегося короля подумала с раздражением: — Озадачил бедного Бари и ржёт, как пустотный хохотун!»

Настроение было испорчено, и баронесса до самого конца приёма разглядывала портрет сурового дядьки в доспехах. Даже язык ему показала, но портрет никак не отреагировал.

* * *

Этот день не стал самым спокойным в жизни Тианы. Вечер тоже.

Сначала требовала сочувствия Мегана, так и не узнавшая ничего нового.

— Да что же это такое, Ти?! Вчера целый водопад событий, а сегодня только и радости, что баронесса Тольри споткнулась и слегка расквасила себе нос о двери! Даже ничего не сломала! И больше ни-че-го!

— Потерпи, Мег, — увещевала сестру Тиана. — Может быть, вечером все умрут…

— Злая Ти! Тебе лишь бы смеяться надо мной! А как ты думаешь, где может быть Менестрель?! Так хочется его услышать!

Расстроенная сестра ушла к себе, но почитать до ужина Тиана не смогла — пришла портниха, мать Чира.

— Досточтимая баронесса Арлей! — с порога начала Кори. — Вы не представляете, что сделали для моего младшего! Муж сам хотел выразить вам благодарность, но я его не взяла! По мне, так он врёт — ведь помощника лишился! Но зачем вы отдали Чиру такой дорогой рог?! Вы же правда сами отдали, баронесса?!

— Правда, Кори, правда. Но, во-первых, он стреляет лучше меня, а во-вторых… Ну, как вы представляете меня с такой штукой? Я и сигналы подавать не умею.

— Как это лучше?! — удивилась портниха. — Говорят, что вы точнее всех ветеранов-лучников стрелы положили! А правда, что ваша последняя стрела на той стороне реки расщепила стрелу короля? Это ж надо?!!

— Бросьте, Кори! Спасибо, что она долетела до дуба. А остальное — случайность. Почти…

— Всё равно, огромное спасибо, баронесса! А торта, который вы послали Чиру, хватило и ученикам лучников, и конюхам! Даже не знаю, как вам теперь услужить!

— Ну, за торт надо повара благодарить. А вы нам так костюмы подогнали, что стрелы сами летели. Вы, Кори, и так для нас много сделали.

Но портниха, казалось, не слышала Тиану и ещё минут десять благодарила за то, что баронесса считала уже свершившимся и вполне оправданным. Кори ушла, а Тиана, решив, что день всё равно пошёл кувырком, рано поужинала и легла спать.

Глава 22

Несколько дней прошли спокойно. Король не устраивал приёмов, балы Тианы не касались, а сестра появлялась только пообедать. Мегана стала молчалива и рассеянна, но была надежда, что это просто хандра и скоро всё станет на свои места.

Лишь слуга как-то передал просьбу королевского шута не расставлять книги в библиотеке по местам, а просто оставлять на ближайшем столе. Или вообще поручать относить их слугам.

— У короля, досточтимая баронесса Арлей, прекрасные архивариусы и библиотекари. Они всё сделают сами.

Это было удобно и правильно.

Ещё, однажды возвращаясь с проулки по саду, Тиана невольно подслушала чужой разговор.

— …И не говорите, графиня! Все эти переодевания весьма дурной тон и отдают обыкновенным невежеством! Скачки верхом, стрельба и охота — это всё забавы для мужчин!

— Вы совершенно правы, ваша светлость! Недостойно придворной дамы натягивать лук… Хотя когда-то я сама немного стреляла! Да! Но не при дворе, конечно! И тогда я могла бы дать фору этой выскочке Арлей!

Графиню Тукань Тиана узнала по голосу, а вот её собеседницу… Чтобы рассеять свои сомнения, баронесса заглянула за угол, на лестницу, и была немедленно замечена. Дамы ойкнули и… Никогда Тиана не видела такой скорости бега в платьях! Забыв обо всех манерах, задрав юбки и высоко выбрасывая худющие ноги, две болтушки в считаные секунды достигли верхней площадки и исчезли. Баронесса даже не успела понять, кто же вторая ее доброжелательница.

А следующее утро началось с Меганы. Правда, на этот раз Тиана успела и помыться спокойно, и одеться, и завтрак заказать. Еды хватило на двоих, к тому же младшая баронесса Арлей ела мало, говорила много и всё больше в превосходной степени.

— Тебе, Ти, очень не повезло! Вчера такое было! Я хотела послать за тобой, но ты же не пошла бы! Ведь так?! А под моими окнами пел сам Менестрель!

— Под твоими? — уточнила Тиана.

— Ну, не совсем! Но пел он в садике Восточного крыла дворца, так что и под моими тоже! Появился, как призрак, поиграл и исчез без следа! Что за голос! Что за голос! Волшебный! А как играет на лютне! Мы заслушались как дети! Может, это магия, Тиа?!

— А кто это «мы»? — поинтересовалась баронесса.

— Ну… Мы с Сайрилом! А что?! Я ж не маленькая дурочка!

Мегана вызывающе уставилась на сестру.

— Средняя пока, — согласилась Тиана. — Но можешь стать и большой…

— Ты злая и отравленная книжками! — возмутилась Мегана. — Да Сайрил — настоящий кавалер! Как только Менестрель петь перестал, то Сай ушёл тихо и даже руку мне не поцеловал на прощание!

В последней фразе Мегана не то чтобы слукавила — скорее в ней прозвучала обида. Хотя бы потому, что, пока играл и пел Менестрель, герцог Кайрис отважился целовать не только руку. Тем более что браслеты младшая баронесса Арлей сняла…

— Не злись, Мег, — примирительно сказала Тиана. — Надеюсь, что никто не видел, как он шастал к тебе…

— Да я ж сама понимаю, Ти! — отмахнулась Мегана. — Я сначала вышла, посмотрела! Никто ничего не видел!

— В этом дворце всегда кто-то что-то видит. — Тиана взяла за руку сестру и спросила: — Мег! Зачем тебе этот герцог?

— Ну… Он умный, галантный, внимательный, танцует хорошо! А какие у него глаза!

— Наглые и хитрые!

— И чего ты, Ти, к нему привязалась?!

— Это не я привязалась, Мег. Он на тебе никогда не женится. А всё, что оставит на память, это печаль и…

— Ну что ты говоришь, Ти?! Всё-то ты видишь с плохой стороны! А он хороший!

— Ладно, Мег. Хороший, так хороший…

Тиана прекрасно понимала, что уберечь хорошенькую курочку при таком количестве озабоченных петухов… Так хотя бы любовь у сестры будет. Пусть и недолгая. А уж потом можно и с герцогом поквитаться.

Подсознательно баронесса завидовала Мегане. Ведь сестра вполне могла и забеременеть… А в уложениях и указах о жизни во дворце Тиана обнаружила странный пункт — дам с видимой беременностью немедленно удаляли из столицы. Исключение делалось лишь для королевы и герцогинь. Придумал это король Вис Второй, и понять его можно — смотреть на беременный двор не так уж весело, как кажется, а отменять все беспутные указы своего предшественника он не отважился. Так что зависть баронессы имела основу — в этом случае Мегана попадёт домой, куда так стремилась её старшая сестра. Будь возможность уехать с ней — пережить гнев отца по такому неординарному поводу вдвоём было бы легче. Но если у Меганы есть Сайрил, то исполнителя столь скользкого плана для себя Тиана не видела вообще.

— Ты только, Мег, хотя бы один браслет не снимай, — попросила Тиана. — Хоть какой-то шанс.

— Перестань, Ти! Если уж… Я так и сделаю! — заверила Мегана и соврала.

Ещё в первый вечер, когда герцог Кайрис в чёрном плаще проскользнул в дверь её комнаты, она сняла оба браслета. Настолько боялась повредить своему возлюбленному.

— И ты не расстраивайся, Ти! Может, ещё повезёт и ты услышишь волшебное пение Менестреля! А хочешь, я пошлю за тобой, если он сегодня опять будет петь у меня?!

Тиана чуть не ляпнула, что в таком случае герцогу придётся слушать, спрятавшись под кроватью. Но вовремя остановилась. Ведь со стороны сестры это предложение выглядело как явная и немаленькая жертва.

— Не надо, Мег. Мне этот Менестрель как-то и не нужен. После обеда я пойду в библиотеку. Взять тебе что-нибудь новое о хитреце?

— Нет, Ти! Не надо!

И это «нет» сестры сказало Тиане больше, чем все предыдущие полунамёки, недоговорки и откровения.

* * *

А в библиотеке Тиане повстречался королевский шут. Причём баронессе показалось, что он поджидал её. Слуга положил нелегкую ношу на стол, а баронесса взяла из стопки книгу и понесла к стеллажу.

— Зачем вы делаете это, досточтимая баронесса Арлей? Разве вам не передали, что можно просто оставить?

— Господин Бари! Разве я вмешиваюсь в ваши дела? Но ответить могу. Мне передали ваше любезное предложение, а вот следовать ему или нет — дело моё.

— Но почему?! — удивился шут. — Это же удобнее!

Тиана поставила книгу и повернулась к шуту.

— Как говорит наш конюх Реток: «У всего есть причина и объяснение!» Свои я могу легко раскрыть. Возвращая книгу на место, я вижу другие, читаю их названия. Ну и память тренируется. Но здесь столько книг… Никакой памяти и жизни не хватит!

— Пожалуй, — согласился Бари. — Я слышал, что есть ещё комнаты, где собраны книги двухсотлетней давности! А может, и более старые…

— Я хочу их видеть, господин Бари!

— О, баронесса! Вы, как мне кажется, впервые применили слово «хочу»! Но я не решаю такие вещи без приказа короля. Даже для вас, досточтимая баронесса Арлей! — И резко изменил тему разговора: — Хотел бы спросить у вас, что вы думаете о баронессе Ристер?

— Вы о Тольри Ристер? Зачем мне о ней думать, господин Бари? — удивилась Тиана. — Я её совсем не знаю.

— Разве?! Я очень далёк от мысли, что вы, баронесса, способны подпалить задни… Ну… Сомневаюсь, что такое вы могли сделать просто так, без весомой причины.

— Бари! Я не собираюсь рассказывать о том, что вы и без того знаете. Или догадываетесь. Тем более что «задни», как вы выразились, уже хорошо поджарена. Мне этого достаточно. Или вы, господин Бари, намекаете на то, что я должна докладывать вам…

— Прошу прощения, баронесса! Обидеть вас не хотел! Просто возникла одна проблема.

— Вы, господин Бари, весь состоите из тайн и проблем! — рассмеялась Тиана. — Но уверена, что легко справляетесь с ними. И без моей помощи.

— Так-то оно так, баронесса… А вот скажите, как у вас развлекаются зимой в замке?

— Это очень странный вопрос, — удивилась Тиана. — Зима — самое весёлое время. Караваны почти не ходят, и все дома. Санки, снежки… Что вас интересует? Точнее.

— Если точнее… Бывает так, что в замке собирается много людей на праздник какой-нибудь?

— Конечно! Отец приказал объединить все дни рождения за месяц и выкатывает несколько бочек пива в каретном павильоне. Танцы, угощение — целый пир получается! А что вы хотите сделать? Сейчас не зима. Да и балы во дворце чуть не каждый день.

— Ага! Понимаете, баронесса Ристер собралась организовать, как она сказала, «салон». Утверждает, что это изобретение их семьи и обещает массу положительных ощущений.

— Может быть, — пожала плечами Тиана. — Но вам-то какая печаль, господин Бари?

— Меня как раз и касается, — вздохнул шут. — Эта испорченная… — Он покрутил пальцем в воздухе, как бы подбирая слово, и продолжил: — Баронесса Ристер набралась наглос… Она пригласила на свой салон короля! Может, он и сам бы пошёл туда, но вот так… А по слухам, которые баронесса Ристер и графиня Тукань активно муссируют, на салоне будет петь сам Менестрель!

— По слухам… — усмехнулась Тиана. — По слухам, король собрался жениться на зинкарской принцессе. Значит ли это, что голову Менестрелю его величество отрубит прямо на салоне?

— Не думаю! Король и зверство — вещи несовместные! — засмеялся Бари.

— Неужели? — делано удивилась Тиана. — Я была на охоте…

— Ну это же охота, баронесса! А у меня тоже есть свеженький слух! Король, увидев портрет зинкарской принцессы, отшатнулся, замахал руками и сказал: «В нашем зоопарке нет свободных клеток!» По счастью, посол к тому времени уже ушёл.

Они немного посмеялись, а потом королевский шут спросил:

— Досточтимая баронесса Арлей! Я случайно просмотрел список книг, которые вы брали. Вы их читаете? Но зачем?! Все эти законы?..

Всё ещё улыбаясь, Тиана ответила:

— Чтобы нарушать их со знанием дела! Прошу прощения, господин Бари, но книги я выберу позже. У меня пока есть что почитать. До свидания.

Поклонилась и ушла в сопровождении слуги. Когда стихли её шаги, часть резных стеллажей с книгами сдвинулась, и из тьмы проёма вышел король. Королевский шут поклонился:

— Ваше величество! Думаю, что…

— Не паясничай, Бари! Здесь никого нет! И я всё слышал.

— Понятно, — кивнул шут. — Король посетит салон?

— Да. Завтра на приёме объявить о вечернем салоне в бальном зале. — И процедил сквозь зубы: — Пустошь бы забрала все эти династические браки!

Бари был полностью и давно согласен с королём в столь скользком вопросе. И опять расстроился — не сумел ввернуть в разговор то, что у баронессы Арлей есть очень симпатичная сестра, которую, по донесениям, уже выпасает на своих лугах герцог Кайрис.

* * *

С королевским шутом Тиане в тот день пришлось увидеться ещё раз. Но, вернувшись в комнату, она начисто забыла о разговоре с Бари, хотя шутка о зинкарской принцессе какое-то время крутилась в голове.

Переодевшись в халат, баронесса взялась за второй том законов королевства Руата и читала до тех пор, пока за окном не стало совсем темно. Лишь тогда Тиана облачилась в платье. Надежда на то, что Мегана пошлёт за ней слугу при появлении Менестреля, была минимальной, но чем Пустошь не шутит? Не хотелось выглядеть глупо.

В дверь постучали намного раньше, чем ожидала Тиана. Вот только в коридоре оказался не слуга-провожатый, а королевский шут.

— Прошу прощения, досточтимая баронесса Арлей! Но данное распоряжение короля я решил доставить вам лично! Не надо ссылаться на наш договор, потому что салон — это не бал! Завтра вечером вам предстоит явиться на салон, который устраивает баронесса Ристер в бальном зале! Приказ короля!

— И вы простите, господин Бари! Но я не понимаю, почему вы, лично…

— Потому что, баронесса, я догадываюсь, в какую Пустошь вы отправите любого другого посыльного! А меня, чисто по-дружески, вы хотя бы выслушали.

— Вы очень убедительны, напористы и логичны, господин Бари. А сами вы на этом самом салоне будете?

— Конечно, баронесса! Я просто обязан сопровождать короля! Вдруг и Менестрель заявится, а король решит жениться? Такой случай упустить нельзя! Без головы-то на блюде какая свадьба?! Я убедителен, баронесса?

— Вполне. Если я, на вашу беду, не умру…

— Не надо! Я понял, баронесса, вы будете!

Глава 23

Но, как часто бывает в жизни, получилось всё наоборот. Не Мегане пришлось посылать слугу за баронессой, а Тиане решать — звать ли сестру. И всё потому, что Менестрель этим вечером решил петь в саду у Северного крыла.

Тиана как раз закончила читать очередной длиннющий абзац и потянулась поправить светильник, когда за окном тренькнули струны — кто-то настраивал лютню. Музыкант действовал уверенно и решительно. Щипком заставив вибрировать струну, он резко ослаблял её натяжение, а затем медленно подтягивал колок до нужного звучания. Лишь изредка, как показалось баронессе, лютнист зажимал струну на определённом ладу и строил другую в унисон.

В баронство Арлей частенько заглядывали менестрели различных сортов, но никогда Тиане не приходилось слышать столь сноровистой настройки инструмента.

Пока баронесса думала об этом, неведомый исполнитель взял аккорд и тут же заглушил струны ладонью. А затем где-то внизу за окном чирикнула птица, прозвенел ручеёк о камни и даже рокотнул далёкий гром… Быстрые пальцы пробежали по ладам и струнам, извлекая непрерывный, постоянно переливающийся звук, заставив лютню смеяться и плакать.

Ни один из кавалеров, таскавшихся в садик мучить инструменты в надежде покачаться на верёвочной лестнице, а затем и на чьей-то кровати, так сыграть не смог бы. А потому Тиана решила, что это и есть таинственный зинкарский Менестрель. Посылать слугу за сестрой баронесса не стала и могла назвать десяток оправданий такому поведению. Но главными выступали очень весомые: Мегана Менестреля уже слышала, сидит она уж точно в обществе герцога Кайриса, и неизвестно, согласятся ли они покинуть комнату ради песен. А если они придут вдвоём?!

Менестрель сыграл очень сложную композицию, но, как оказалось, лишь разминал пальцы! А вот дальнейшие аккорды Тиане показались чем-то знакомы. И она убедилась в своей правоте, когда Менестрель запел:

Дорога в Пустоши проста,

Только на месте не стой!

И бойся каждого хвоста,

Конечно, если он не твой.

Баллада, которую Тиана знала с детства… Её пели подвыпившие конюхи, обнявшись с караванщиками, пели в тавернах и даже на свадьбах. А смысл истории прост. Два друга ушли с караваном через Пустошь, а вернулся один. И совсем не тот, у которого были красавица жена и дети…

«Ты передашь деньги вдове, —

Сказал караванщик седой. —

Нести эту весть придётся тебе.

К другу ступай домой».

Дети испуганы, липкий страх

И слёзы в глазах её.

Горький вкус вина на губах —

Пустошь взяла своё.

Вместе с заработком покойного караванщик передал вдове половину своих денег на сохранение. Так мог поступить любой, а тот, кто хранил деньги, имел право истратить десятую часть на себя. Но за деньгами караванщик так и не явился и вновь ушёл через Пустошь. Вернувшись через полгода, он зашёл в дом друга, посмотрел на детей, вручил им незамысловатые подарки с той стороны, оставил на столе половину своего заработка и ушёл. Очень быстро ему пришлось вновь отправиться в опасный путь. А вдова стала приходить в контору замка, чтобы узнать, когда вернётся караван. И никто не посмел осудить её.

Если остался в Пустоши жив,

Значит, тебе повезло.

Пиво в таверне рекою бежит

Смерти и страху назло.

Хлопнула дверь — вдова на пороге:

«Возможно, пришла я зря…

Ждёт тебя дома ужин горячий, дети… —

Смутилась. — И я…»

С тех пор этого караванщика в таверне видели очень редко.

Юные баронессы долго не могли понять, зачем в балладе столь странный запев. К тому же те четыре строчки повторялись и в конце. Много позже Тиана решила, что это не только о Пустоши и не только о сложной жизни.

Где-то в середине длинной баллады баронесса стёрла платочком со щеки слезинку и вдруг рассмеялась. Просто вспомнила — все три западных баронства готовы были биться насмерть за то, что эта история произошла именно у них, хотя и очень давно.

Мегана, конечно, права — голос у Менестреля просто волшебный! Но ещё Тиана заметила, что лютня не просто гремит аккордами, создавая фон словам, а буквально вплетает свои звуки в песню. А когда нужно было растянуть звук, струны делали это за певца.

Закончив балладу, Менестрель заставил лютню похныкать, подтянул струну и запел следующую песню. К сожалению Тианы — на совершенно незнакомом языке. Но как она звучала! Перед глазами баронессы буквально встала подаренная шутом картина: волна, готовая обрушиться на одинокую скалу, две беззащитные фигурки на её вершине… Печаль и страх в музыке и незнакомых словах отступили, волна, обдав скалу солёными брызгами, опала в океан, а двое обнялись…

Музыка оборвалась, оставив стойкое ощущение победы с привкусом печали. Тиана медленно вернулась к реальности, а лютня под окном уже то пищала, словно мышонок, то шелестела травой…

Баронессу накрыло раздражение.

— Не может так играть человек! — вынесла она вердикт и принялась шарить в комоде в поисках простенькой на вид шкатулки.

Однажды Реток сказал: «Если не можешь понять, что перед тобой, отойди назад, шагни вперёд или в сторону. Если не можешь сделать этого — пусть сделает кто-то другой!» Вот этого «другого» она и нащупала в глубине выдвижного ящика комода. Нажала два выступа, и противоположные боковины шкатулки откинулись, открыв плоские стёкла.

Пришлось ещё выключить светильник и убрать с верёвочной лестницы книгу — иначе на подоконник не забраться. Теперь сад внизу, сквозь шкатулку, виден, как на ладони, а всё тайное стало явным.

— Маска светится… Это понятно, — бормотала Тиана. — Не из кожи сделана. А теперь так!

Она нажала несколько кнопок, и изображение изменило цвет.

— Магия на маске… Но это часто делают. Лютня вообще чистая, обыкновенная. А вот перчатки…

Тиана увеличила изображение. Да! На перчатки Менестреля явно наложены заклятья. Хотя и какие-то невнятные. К тому же Тиана как раз и делала ставку на лютню! Приходилось признать, что даже в таких хитрых перчатках мог столь виртуозно играть лишь очень хороший лютнист.

Менестрель сидел на мраморной скамейке под огромным кустом роз, перебирал струны и готовился к исполнению следующей песни. Говорить о том, что певец появляется ниоткуда, — просто глупо! Тиана хорошо помнила тайный проход в стене. Но где Менестрель взял ключ? Неужто королевский шут с ним в сговоре? Или кто-то из слуг?..

Видишь пушистого зверя,

Что живет у меня внутри?

Откроешь случайно двери —

На твоей свернётся груди…

Звук лютни мягкий, ласковый. И голос словно заманивает в ловушку…

Певец поднял голову и как будто провёл взглядом по окнам. А Тиана из-за этого отшатнулась и едва не упала с подоконника — вспомнила, что такая маска обладает ничуть не меньшими возможностями, чем шкатулка у её глаз.

Тиана спустилась на пол и расстроенно подумала, что сама виновата — а нечего пялиться на всяких Менестрелей! Баронесса всё-таки…

Нас разлучат предрассудки и люди.

Нам теперь не коснуться друг друга.

И неважно, сколь нежно мы любим —

Между нами злословья вьюга…

Понятно, что Менестрель пел о любви. О чём ещё ему петь? Песня явно была печальная. Но как он пел! Казалось, что это лютня оплакивает несчастливых любовников, а певец лишь поясняет, о чём она плачет.

Я уйду в пограничные горы,

В бесполезных дней круговерть.

Ты молчишь — пусты разговоры,

Без тебя ждёт меня только смерть…

Ты знаешь пушистого зверя,

Что плачет в моей груди.

Не касайся запретной двери

Или вместе со мной иди!

Песня затихла, лютня принялась тихо мурлыкать что-то своё, и тогда, совсем не в настроение, Менестрелю крикнули из окна слева:

— А повеселее можешь что-нибудь?!

Лютня подавилась, хохотнула… Хотя, вполне возможно, это смеялся сам Менестрель, тем более что он тут же хрипло сказал:

— Могу. Но не осуждайте меня…

Несколько аккордов, глухое хихиканье, и зазвучал почти марш. А уж по первым строчкам Тиана, конечно, узнала эту песню.

Король, нам явно неизвестный,

Носил с собой огромный меч.

Сражённый девушкой прелестной,

Завёл о близости он речь.

И вдруг девица согласилась,

А значит, будет ох! И ах!

Но, к сожаленью, не водилось

У короля меча в штанах!

Но не о том, конечно, речь —

Достаточен и средний меч!

И не надейся сгоряча,

Что обойдёшься без меча!

Эту хулиганскую песню орали ближе к концу праздников, уже изрядно поднабравшись пива и рома. За неё жёны щедро раздавали мужьям подзатыльники, а сами подхватывали припев, а то и пускались в пляс. Многие утверждали, что знают не меньше двадцати куплетов. Менестрель ограничился шестью, но два из них Тиана слышала впервые. Вот только смех её перемежался всхлипами — баронесса вспоминала родной замок…

А придворные дамы, которые по правилам должны были смущаться и сердиться, хохотали вместе с лютней и даже после того, как Менестрель пропел последние строчки:

И коль сумел с девицей лечь,

Не жалуйся на краткость встреч.

А чтобы полыхала печь,

Ты не жалей свой славный меч!

Ещё несколько залихватских аккордов, и лютня умолкла. Хихиканье за окнами стало явственней, а дама, которая прежде требовала веселья, поинтересовалась:

— Скажи, певец, для кого приготовлен твой меч? Плевать на размеры! У меня готова лестница! Ты поможешь втащить её обратно?

— Лестницы есть у всех! — вмешался звонкий голос. — Но одного Менестреля на всех не хватит! Он мой!

— У вас лестницы коротки!..

Дамы переругивались, смеялись, но моментально смолкли, когда раздался голос Менестреля. Тиана и много позже осталась в уверенности, что певец складывал рифмы на ходу:

Разве можно попасть по лестнице в небо?

Я не слышал такого. И сам я там не был…

Вновь зазвучала лютня, но на этот раз музыка стала лишь фоном к печальным словам:

Иду без дороги в Пустоши.

Никому не помочь, не спасти…

Помогает надежда на лучшее,

А любовь лишь в конце пути…

Голос затихал, удалялся, и, наконец, умер последний звук лютни. Но тишина длилась недолго.

— Да что же это такое?! Может, у него, как у того короля, с мечом непорядок?!

— Ну как же! Говорят, что его попёрли из Зинкара за целый выводок в родовитых семьях! Тот ещё петушок!

— Чего ж он к тебе в окно не залетел?! Поклевал бы нужные места…

Эта перебранка могла продолжаться очень долго. Других-то претендентов на лестницы сегодня не было. Но оно и правильно — кто будет слушать бренчание расстроенных струн в сочетании с блеянием козлов после песен Менестреля?! Да засмеют и кавалера, и даму, которая лестницу спустит!

Тиана включила светильник, вернула книгу на подставку и попыталась читать. Вот только получалось плохо. Песни разбудили в баронессе тоску по дому, по отцу, по наставлениям Ретока… Баронесса захлопнула книгу, разделась, приняла душ и легла спать.

Она долго ворочалась в постели, вздыхала и наконец провалилась в сон. Но и в нём Тиана видела баронский замок, реку и Пустошь, полную смертельных ловушек.

Глава 24

Утро как-то не задалось. Вставать из постели не хотелось, и Тиана долго лежала, размышляя о том, что всего один человек, пусть и с прекрасным голосом, способен влиять на настроение, а то и просто испортить его… Хотя при чём здесь Менестрель и его песни? Просто они разбудили то, что баронесса упорно загоняла в самые потаённые уголки сознания: острое желание прямо сейчас оказаться дома, в отцовском замке. Ведь с этим дворцом, этой комнатой её ничто не связывало и не свяжет. По крайней мере, больше, чем с отчим домом.

Пришедшая на завтрак Мегана хорошего настроения не добавила. Она поминутно зевала, была рассеянна и, что совсем уж странно, немногословна. Поймав взгляд сестры, Тиана поразилась, сколь быстро меняется выражение её глаз: радость, печаль, всепоглощающее счастье. И баронесса всё поняла…

Первая мысль содержала только убийство. Но Тиана тут же отказалась от такой простой развязки. Во-первых, сомнительно, чтобы Мегана в настоящий момент правильно приняла даже небольшой порез на ставшем для неё близким теле. А во-вторых… Реток как-то сказал: «Если собрался кого-то убить или покалечить, подожди. Сколько можешь. Вдруг твой противник сломает ногу или случайно разобьёт голову — люди начнут говорить о мощном проклятии, а сам ты прослывёшь колдуном. Да и умереть он может лишь от страха свершения мести. Если же он попытается решить вопрос оружием — убивай не задумываясь!»

Герцог пока не нападал. Но Тиана твёрдо решила припугнуть его. И очень скоро! А вот читать мораль сестре или упрекать в случившемся баронесса не стала. Она заранее жалела Мегану, испившую любовного вина, и знала, что отрезвление придёт обязательно и довольно быстро. Но уж тогда герцог испуг ом не отделается!

— Ты почему не ешь, Мег? — строго спросила Тиана. — Падать на ходу будешь!

— Ох, Ти! — вздохнула Мегана. — Неохота мне. Да и завтракала я уже. Очень рано.

«Вот тебе и на! — подумала Тиана. — Чтоб Мег встала рано и поела без понуканий?! Да быть такого не может! Значит, герцога утром провожала. А ведь не может он не понимать, что живёт до первых слёз моей сестры!»

— Вчера в нашем саду Менестрель пел. Я хотела послать за тобой…

— Хорошо, что не послала. — Мегана довольно вздохнула. — Я спать рано легла. Правда, Менестрель поёт замечательно?

— Да. А играет на лютне ещё лучше.

— Точно, — зевнула Мегана. — Интересно, а где он сегодня петь будет?

— Баронесса Ристер утверждает, что у неё в салоне.

— Где? — вяло поинтересовалась Мегана.

— Ну, игры, фанты, танцы. У нас посиделками называют, а в южных баронствах иностранных слов нахватались.

— Понятно. Думаешь, Менестрель к этой дуре придёт?

— Сомневаюсь. Но почему нет? Она даже короля пригласила.

— А ты откуда знаешь? — спросила Мегана и улыбнулась чему-то своему.

— Бари… Королевский шут сказал. Расспрашивал о наших обычаях. А всем на приёме объявят.

— Я бы не пошла! — Лицо Меганы вдруг исказилось злобой. — Когда вижу эту дрянь Тольри, хочется пальцы ей отрезать! По локти!

— Ой, какие мы сегодня кровожадные! — улыбнулась Тиана. — А подождать? Может, она сама себе руки отгрызет?

— Эта без помощи не сдохнет!

Тиана повернула запястье сестры и посмотрела на браслет. Свечение камней показывало, что Мегана здорова, довольна, но спала слишком мало. Если вообще спала.

— Брось, Ти! — Сестра отняла руку. — Всё у меня нормально!

— Не спорю, — согласилась Тиана. — А поспать до обеда не мешает. Только слуг предупреди, чтоб разбудили.

Мегана зевнула, встала и улыбнулась:

— Пойду я, Ти! Посплю.

Позже, на приёме у короля Тиана перехватила взгляд герцога Кайриса, обращённый на Мегану. И столько было в его глазах нежности и радости, что баронесса решила, когда придёт время, убить его быстро.

* * *

В тронном зале ничего неожиданного для баронессы не произошло. Тем более что она, по обыкновению, сидела за колонной и читала книгу. Относительное участие в приёме Тиана приняла лишь вначале — посмотрела, пришла ли сестра. Убедившись, что Мегана болтает с Ритой Борик, баронесса Арлей погрузилась в описание Пустоши на границе с Зинкарским королевством. Она уже пришла к выводу, что в южной Пустоши нет и десятой части опасных «подарков», в отличие от западной стороны, когда её отвлёк королевский шут:

— Досточтимая баронесса Арлей! Уверен, что вы слышали приказ короля! В восемь часов вечера прибыть в бальный зал!

— О, господин Бари! — Тиана улыбнулась. — Это уже третье сообщение о салоне. Но меня кое-что смущает…

— Что же, баронесса? — заинтересовался шут.

— Слово «бальный». У нас ведь, Бари, договор…

— Договор следует блюсти, баронесса! Замените слово «бальный» на «салон» и смело приходите. Никак не нарушая договор. И вчера вечером вы уже обещали!

— Замените, Бари, слово «обещали» на «вынудили», и будем в расчёте. Согласны?

— Согласен! При условии, что вы будете на салоне. Прошу прощения, но у меня ещё много дел.

— Топор точить будете? — с невинным лицом поинтересовалась Тиана.

— Какой топор? — удивился шут.

— Для головы Менестреля. Вы же собирались? Или тупым кинжалом шею пилить интереснее?

— Ха! Спасибо за напоминание, баронесса. Надо прихватить с собой достойную железку.

* * *

Почти закончившимся днём Тиана осталась недовольна. Все эти королевские приёмы, разговоры, да ещё и мысли в голове бродят, как быстрое пиво. Почитать некогда… Но хотя до салона было ещё добрых два часа, браться за книгу она даже не пыталась. Просто сидела на кровати и смотрела в окно. Около семи к ней зашли Мегана и Рита Борик.

— Ти! Ты одна до бального зала дойдёшь?! Мы с Ритой хотим оранжерею посмотреть!

В глазах сестры танцевали бесенята вожделения, как будто ей пообещали пирожное, если никто об этом не узнает. А лицо Риты выглядело слишком честным и благостным. Девушка явно считала, что прикрывает двух влюблённых, обеспечивая им встречу без помех. Большое заблуждение…

«Вот интересно, — подумала Тиана, разглядывая заговорщиц. — Неужто ночи было мало?»

— Идите, хитрецы, а то я вам правду скажу…

Уже заперев дверь, Тиана расслышала шёпот баронессы Борик:

— Думаешь, что она догадалась?

«Да где уж мне! — подумала Тиана. — Эта загадка по силам только семи мудрецам!»

Баронесса сняла платье, нацепила фонарик на книгу и уселась на кровать.

— Да что же это такое?! — возмутилась она вслух. — Я читаю третий том о приключениях хитреца! Может, я заболела? Или с ума схожу?

Но перспектива сумасшествия почему-то не напутала — Тиана легла и погрузилась в совершенно невозможный, а иногда и откровенно глупый мир. Читая, она хмурилась, улыбалась и пребывала в таком состоянии до тех пор, пока не раздался вежливый стук в дверь.

— Что?! — громко спросила Тиана.

— Досточтимая баронесса Арлей! Господин Бари просил напомнить вам, что…

— Помню! Спасибо!

Она потянулась, встала с кровати и решила не принимать душ.

«Не на свидание иду! Нечего стараться».

Тиана выбрала повседневное бледно-сиреневое платье с немного более тёмными кружевами, дополнила его сумочкой в тон, а на шею надела ожерелье из красно-жёлтого янтаря. Фамильный кинжал подвесила к узкому поясу из змеиной кожи.

Слуга никуда не ушёл и поклонился Тиане, стоило ей выйти из комнаты.

— Прошу прощения, баронесса, но господин Бари приказал…

— Я знаю, — прервала его Тиана. — Он так шутит. И надеюсь, что мы не придём слишком рано.

А вот здесь баронесса ошиблась. Во всяком случае, когда она вошла в бальный зал и села на свободную банкетку, то сразу заметила баронессу Борик. Рита нервничала. И это понятно — входов в зал было слишком много, чтобы уследить за всеми, а согласно плану заговорщиц, они, именно сейчас, вместе находились в оранжерее.

Улыбнувшись, Тиана осмотрела зал. Столы с разными играми — даже несколько досок королевских шашек. Два разожжённых камина, готовые играть музыканты на балконе… Из непонятного только стол прямо напротив, укрытый плотным чёрным шёлком.

Баронесса Борик метнулась к одной из дверей, а через мгновение вышла из неё уже под руку с Меганой. Они уселись на свободный диван, и Рита вопросительно посмотрела в лицо подруги. Тиана едва сдержалась, чтобы не расхохотаться, тем более что через ту же дверь в зал зашёл герцог Кайрис, прибился к группе кавалеров, сделав вид, что давно и внимательно слушает разговор. Вот только по губам его блуждала неуместная улыбка, а глаза всё время косили в сторону Меганы.

С места, где сидела Тиана, часы были не видны, а потому знать, пришёл ли король вовремя или позже, баронесса не могла. Все встали, но король тут же махнул рукой:

— Прошу садиться! Сегодня мы все в гостях у прелестной баронессы Ристер!

Тиана вновь едва сдержала смех, и Тольри была здесь совершенно ни при чём. Просто картина показалась очень весёлой: исполняя приказ короля, все гуляющие по залу кавалеры немедленно садятся на пол…

А баронесса Ристер в тёмном, почти чёрном платье уже подлетела к королю. Тиана подумала, что если бы не белые сумочка и кружева, то наряд вполне соответствовал трауру.

— Ах, ваше величество! — лепетала Тольри. — Всё готово, и ждали только вас! Садитесь в это удобное кресло! Начинаем!

Светильники медленно угасли, и очень скоро в зале воцарился полумрак. Стихли разговоры, но Тиана успела услышать откуда-то сбоку язвительный ГОЛОС:

— Говорят, что эти посиделки организованы под патронажем идиотки Тукань…

К столу в центре зала подошла баронесса Ристер и монотонным голосом поведала:

— В южных баронствах салоны организуют зимой или когда скучно. Немного позже, дорогие гости, вы сможете помериться силами в разных играх, потанцевать или просто поговорить. Ведь это так важно, поговорить о самом интересном и главном… Но сейчас у меня для вас приготовлен редчайший сюрприз! Бутон золотого лотоса из самых глубин Пустоши южных баронств!

И баронесса одним движением сорвала шёлк со столика. Придворные ахнули — несколько светящихся шариков заставляли большой золотой бутон буквально сиять на хрустальной подставке.

«Надо же! — подумала Тиана. — Оказывается, Пустошь на юге имеет глубины! А по карте там ширина с десяток километров. Да и бутон что-то мелковат для лотоса…»

Тольри раскрыла большую серую книгу, и в её руке засветился ещё один светлячок.

— Вот что говорится о золотом лотосе в самом точном справочнике, описывающем чудеса Пустоши! Он был написан великим путешественником больше семидесяти лет назад и издан в замке моего отца! По счастью, этот справочник нашёлся и в королевской библиотеке!

И баронесса Ристер поклонилась королю.

«Король должен радоваться. Его библиотека пользуется популярностью», — улыбнулась Тиана.

А Тольри уже читала нараспев:

— «В тайных глубинах Пустоши, на песчаных холмах растёт золотой лотос! Он цветёт лишь раз в тридцать лет, и нет ничего прекраснее этого зрелища! Огромные лепестки медленно раскрываются, обнажая нежно-розовое нутро, а аромат обладает волшебным действием на людей: трусливых делает смелыми, печальных — веселит, любого делает умнее и внушает уверенность. К сожалению, эффект длится не более трёх дней, и потом…»

«Вообще-то Реток говорил ученикам другое, когда показывал действие лотоса, — покачала головой Тиана. — В ведре с водой бутон открылся очень быстро, а потом ученики четверть часа хохотали, как безумные, икали и ползали по полу. Сёстрам Арлей конюх приказал прикрыть рот и нос платками, да и сам не пренебрёг этим. А когда ученики пришли в себя, сообщил им, что они мертвы, потому что в момент цветения вокруг золотого лотоса собираются едва ли не все хищники Пустоши. А головы у учеников болели до вечера».

Тиана достала из сумочки носовой платок, прищурилась и, увидев, что в руках Меганы и Риты тоже белеют платочки, одобрительно кивнула. Чтобы смеяться потом, надо быть серьёзной сейчас.

— «Добыть бутон золотого лотоса почти невозможно! Его охраняют шипастые гиены и пустотные змеи! Порой из отряда гибнут десять человек, чтобы завладеть хотя бы одним бутоном! Но жертвы стоят того!» И сейчас, дорогие гости, мы в этом убедимся!

«Что-то здесь не так… Реток говорил, что золотого лотоса во влажных низинах Пустоши полно и бутоны всегда одного размера, а этот раза в четыре меньше. Да и цвет лепестков лотоса скорее жёлтый, чем золотой…»

— …Сейчас я полью его особым составом из яда болотной гадюки и настоя одуванчика, и через пять минут…

«Чёрный пустотный пион!» — мелькнуло в голове Тианы, и она встала с банкетки.

— Я бы этого не делала!

— О! Досточтимая баронесса Арлей! — ощерилась в улыбке Тольри. — Я вижу, что вы и в цветах разбираетесь?!

— Достаточно, чтобы знать, что бутон золотого лотоса гораздо больше, и отличить его от чёрного пиона.

— В баронстве Ристер не любят всезнаек! И сейчас, баронесса Арлей, вы убедитесь, что знаете не всё!

Всё с той же улыбкой Тольри вылила что-то ядовито-жёлтое прямо на бутон, хлопнула в ладоши и выкрикнула:

— Золотой лотос, дорогие гости! Дайте свет! Мы должны насладиться этим зрелищем!

Вспыхнули светильники, и стало ясно, что бутон не собирается ждать обусловленные справочником пять минут. С шуршанием отошёл один золотой лепесток, второй, предъявив бархатную черноту. Пока внутренние лепестки раскрывались по спирали, Тиана быстро обошла стол и встала спиной к жаркому камину. Из бордового, шевелящегося нутра чёрного пиона с визгом вылезли четыре длинных бледных пестика и принялись обшаривать зал своими рыльцами, как слепыми глазами. Далее ждать баронесса Арлей не нашла нужным. Выхватив кинжал, она одним взмахом отсекла пестики и холодно улыбнулась Тольри:

— Досточтимая баронесса Ристер. У нас есть около двух минут жизни, и я надеюсь, что в вашем замечательном справочнике имеется раздел и о чёрном пионе. Прочитайте нам! Хотя я ни разу не видела, чтоб дурак за две минуты поумнел.

— Но м-мне… Я… — заикаясь, залепетала Тольри и сделала шаг назад.

— Я настаиваю, баронесса!

Кинжал указал на книгу, лезвие чуть качнулось из стороны в сторону, и Тольри принялась лихорадочно листать страницы. Рисковать и ждать, пока баронесса начнёт читать, Тиана не стала. Убрав кинжал в ножны, она осторожно взяла подставку с чёрным цветком, донесла до камина и бросила в огонь. Возвращаясь к столу, баронесса заметила, что перед креслом короля лежат сразу две полоски щитов, друг за другом. Тиана поклонилась:

— Ваше величество! — И улыбнулась шуту: — Щиты, господин Бари, против пыльцы пиона совершенно бесполезны. Нашли, баронесса? — поинтересовалась она, повернувшись к Тольри. — Так читайте! Если ещё не разучились. Хотя справочник ваш только на растопку и годен. Да, кстати! На вашем месте я бы убила поставщика. С вами он это уже проделал.

Тиана успела дойти до своего места и сесть, пока баронесса Ристер заикаясь, читала первые строчки:

— Чё-чёрный пи-пион растёт в Пу-пустоши группами по-по десять-двенадцать штук. Следует об-обходить эти колонии сто… стороной…

Постепенно Тольри стала заикаться меньше, зато голос звучал всё тише:

— …Очень о-опасны бутоны в мо-мент цветения. Вызвать цветение мо-может даже громкий звук или до-дождь…

А последние слова она произнесла едва слышно:

— Пыль-ца чёрного пиона у-у-убивает всех на сотни ме-метров вокруг, и нет от неё спасения…

И в бальном зале воцарилась тишина. Только дрова трещали в каминах. Наконец король поднялся из кресла и сказал:

— Очень интересно у вас в салоне, досточтимая баронесса Ристер! И поучительно. Прошу прощения!

И покинул зал в сопровождении шута.

Уже в коридоре король хмыкнул и бросил:

— Бари! Чтоб этой баронесски завтра во дворце и духу не было!

— Конечно, ваше величество! Но чем вам так не угодила баронесса Арлей?!

— Не морочь мне голову! Я о Ристер! А у баронессы Арлей появилась очень странная привычка…

— Какая же? — невинно спросил шут.

— Спасать жизнь короля. А иногда и твою… Немедленно пригласи ко мне на совет старшего архивариуса, церемониймейстера… и будь сам.

— Что будем обсуждать? — растерянно спросил шут.

— Ответ королю Зинкара по поводу предложенного брака. И готовься как защищать этот брак, так и выдвигать аргументы против.

Естественно, что придворные потянулись прочь из бального зала сразу после ухода короля. А Тиана сочла очень удобным присоединиться к этой процессии. И дамы, и кавалеры не особенно стеснялись в выражениях:

— Южная идиотка едва нас всех не сгубила! Если бы не баронесса… И откуда она всё знает?!

— Радуйтесь, герцогиня, что знает…

— О! Ваше сиятельство графиня Тукань! Правду ли говорят, что вы приняли участие в подготовке этого замечательного салона?!

— Да что вы такое говорите, граф?! Чтобы я в этом балагане?! Да никогда!

* * *

Ранним утром у главных ворот дворца королевский шут печально смотрел на беснующуюся баронессу Ристер.

— Мне нельзя сейчас ехать! Я больна! И у меня назначен приём у знахарки! Мне нужно поговорить с королём! Я требую аудиенции!

Шут поморщился, как от зубной боли, вздохнул и сказал:

— Я не выспался… И, возможно, невнятно объяснил. В письме к вашему отцу, досточтимая баронесса Ристер, указано, что вы очень скучаете по дому и потому хандрите. Но если вы настаиваете…

— Да!

— Тогда я договорюсь с королём и перепишу бумаги. Разврат, беременность…

— Откуда вы знаете?! — взвизгнула баронесса Ристер. — Я же никому…

— У вас не настоящие браслеты, баронесса, и не надо угрожающе поднимать руки. А у меня свои источники и свои методы, — усмехнулся шут. — Однако продолжим перечисление. Попытка убийства короля… Ну и всякие мелочи. И, наверное, зря я отказался от допроса с пристрастием, чтобы узнать у вас имена соучастников? Король пожалел вас…

— Я… — Тольри всхлипнула, повернулась к шуту спиной и полезла в карету.

А капитан Рэйс, стоявший рядом, даже не помог ей подняться по ступенькам.

— Думайте о приятном, баронесса. — Шут сладко зевнул. — Вы поедете на королевской повозке. А изгоняющее зелье сможете купить по дороге к отцу в любом городе. Там и дешевле выйдет. Отправляйтесь!

Глядя вслед карете, выехавшей за ворота, королевский шут пробормотал себе под нос:

— Тупая сучка…

Глава 25

Запершись в своей комнате, Тиана принялась хохотать. Она даже не сразу услышала стук в дверь, и только когда Мегана начала кричать: «Тиа! Открой немедленно!» — впустила сестру и баронессу Борик.

— Что случилось, Ти?! — не понимала причины такого смеха Мегана. — Отвечай!

Но ответить Тиана не могла. Как это часто бывает, Мегана и Рита сначала хихикнули, а затем истеричное веселье стало общим. Они хохотали до слёз, до икоты, и лишь через несколько минут Мегана смогла спросить:

— Ты чего, Ти?!

Вытерев глаза платочком, Тиана спросила:

— Ты помнишь, Мег, как мы с тобой забрались на смотровую башню замка?

— Ну да! — кивнула младшая баронесса и пояснила Рите: — Это самая высокая башня! Её построили, когда думали, что Пустошь будет наступать, а потом забросили! Там всё прогнило. А после этого отец заставил нас ходить на уроки Ретока… И что, Ти?!

— Там, на верхней площадке, когда мы звали маму… — Тиана вздохнула и всхлипнула. — Только что мы были гораздо ближе к смерти, чем тогда.

Они помолчали, а потом Мегана заявила:

— Я хочу есть! Ти! Давай у тебя поужинаем?!

— Почему нет? — пожала плечами Тиана и заказала ужин на троих.

Поужинали весело. Даже попробовали вино и пиво, которые упорно прилагались к любому заказу. Сошлись на том, что вино слишком сладкое, а пиво крепкое и кислит. Но, если вино разбавить соком, а к пиву не прикасаться, то получается вполне приемлемо. Тут Тиана заметила, что сестра совсем не ест пирожные.

— Чего это ты, Мег, мимо пирожных проходишь?

— Да ну их, Ти! Переела я их, наверное! Скоро в платье не влезу!

— Наверное, — согласилась Тиана. — А я подумала, что ты цветочками в оранжерее обнюхалась.

И обе заговорщицы моментально приникли к своим бокалам и, не выпив ни глотка, долго оставались в таком положении. Наконец Тиана их пожалела.

— Как думаете, Менестрель сегодня будет петь у Восточного крыла?

Мегана вынырнула из бокала и затараторила:

— Кто знает?! Если судить по прежним его действиям, то да! И если он честный человек, конечно! А может, он где-то в городе петь будет или вообще уехал уже!

— Говорят, королю предложили жениться на зинкарке в обмен на голову Менестреля! — поддержала её Рита. — А без головы он петь совсем не сможет!

— Ну а если он будет петь здесь? — Тиана усмехнулась. — За вами послать?

— Я занята буду, — быстро ответила Рита и покосилась на Мегану. — Надо письмо подругам написать.

— А я… Я, Ти, что-то устала! Спать рано лягу! — И поинтересовалась странным тоном: — А за тобой послать? Ну, если он у нас будет петь?

— Нет, — покачала головой Тиана. — Я уже слышала. Поёт хорошо, но без его песен я не умру. И, наверное, как и ты, спать рано лягу.

Мегана посмотрела на сестру с удивлением, даже рот приоткрыла, но потом быстро повернулась к Рите:

— Досточтимая баронесса Борик! Стоит ли нам ещё злоупотреблять вниманием досточтимой баронессы Арлей?!

— Вы совершенно правы, досточтимая баронесса Арлей! — откликнулась Рита.

Тиана подытожила этот светский обмен мнениями коротко:

— Выметайтесь!

И девушки со смехом отправились к себе.

Проводив баронесс, Тиана собиралась заняться дальнейшим изучением законов королевства. Благо что оставалось прочесть всего две трети последней книги. Но дело не пошло. И баронесса решила прогуляться в саду.

Здесь было тихо, немного прохладно. Аромат цветов почти незаметный и очень приятный. Хотя некоторые клумбы поблекли — цветы сомкнули лепестки и выглядели искорками на фоне тёмной зелени.

Баронесса разглядела скрытую темнотой и лозами винограда тайную дверь в стене, но подходить не стала. Её больше заинтересовала мраморная скамейка, на которой сидели исполнители серенад. Место было продумано до мелочей. Даже каменный блок имелся, чтобы ногу опирать.

Тишину Тиана явно переоценила. Из окон доносились смех и даже чьё-то пение. Да и стражники у ворот редко, но довольно громко перекрикивались:

— Смотри!

— Никого!

Решив, что для хорошего сна короткой прогулки вполне достаточно, баронесса поднялась к себе. Ещё запирая дверь, услышала перебор струн лютни и удивилась — в саду, пока она гуляла, не было ни души. Но, судя по звукам, играл именно Менестрель. Эта догадка Тианы тут же и подтвердилась.

— Это кто к нам пришёл?! — раздался высокий женский голос. — Что-то ты сегодня рано!

Менестрель ответил строчками в рифму и явно — экспромтом:

Кто приходит раньше —

Получает больше.

Поцелуи слаще,

Ну а ласки дольше…

— Ну так и лезь ко мне! — предложил тот же голос. — Покажешь, на что способен, а потом споёшь для всех!

Лютня хихикнула, хохотнула, и Менестрель под нежный перебор струн запел:

Я прошу, верный конь, помоги мне понять:

По какой нам дороге безумно скакать?

Там болото, здесь горы, в туман поворот,

А к любимой моей лишь одна приведёт.

Дорога на запад, а здесь на восток.

Безумно мой путь к любимой далёк.

Дорога на север, дорога на юг.

Зажги же свечу на окне, милый друг!

Лучше в Пустоши сгинуть, чем вечно блуждать,

И колдун мне седой путь не смог указать.

Кинул кости на кожу и стал хохотать,

А мне вслед удосужился лишь прокричать:

«Дорога на запад, а там на восток!

Безумно твой путь к любимой далёк!

Дорога на север, дорога на юг!

Свечу зажигает в окне милый друг…»

Где-то слева по стене простучала верёвочная лестница, и звонкий голос со смехом предложил:

— Да лезь ты по этой! Дорога короче будет, а утехи те же!

— У неё все ступеньки подпилены! Прямая дорога к лекарю! — разоблачил предложение другой женский голос. — Лучше расскажи, Менестрель, за что тебя из Зинкара погнали?! За шустрый меч среднего размера?!

— А вы уверены, что хотите это слушать? — раздался из сада хриплый голос.

— Ясное дело! И если там про ласки будет, не экономь на словах!

Лютня внизу вздохнула:

У королей Зинкара есть простая блажь —

Не отпускает их в веках военный раж.

И не поможет ни внушение, ни лесть,

Когда горбы такие под короной есть.

Когда ж им подданных любить,

Коль хочется лицо разбить

Своим солдатам?

А Пустошь глупость не простит,

С землёй их вместе поглотит…

Салют горбатым!

И собирает снова армию король,

Но не берёт себе он полководца роль.

А мог бы сам, один отправиться в поход…

Его бы с радостью оплакал весь народ!

Когда ж им подданных любить,

Коль хочется лицо разбить

Своим солдатам?

А Пустошь глупость не простит,

С землёй их вместе поглотит…

Салют горбатым!

Тиана с самого начала устроилась на стуле у окна. И теперь, пока в ночном воздухе растворялся последний аккорд лютни, подумала, что за такую песню срубил бы голову любой король. И это мнение разделяли многие.

— И до сих пор живой?! Счастливчик!

А визгливый голос, явно принадлежащей графине Тукань, был более категоричен:

— На кол тебя за такие песни!

Лютня насмешливо мурлыкала в саду, пока кто-то не спросил:

— А чего ж ты, Менестрель, на салон баронессы Ристер не явился?! Там интересно было!

— Голову берёг! Вот и не явился!

— Жизнь любит!

— Да наврала всё Ристер! Он и не собирался!

Вместо ответа хриплый голос сам задал вопрос:

— Вы спрашивали, кто моя избранница?

— Да!

— Да!

— У меня нет больше сил таиться! Сейчас узнаете…

Бриллианты глаз любимой

Сияют над лестницей длинной.

Со ступеней вниз не упасть

Помогает безумная страсть!

Мой путь, отмеченный кровью,

Украшен твоей любовью.

Мир умер, когда ты со мной,

Поцелуями шрамы покрой!

Утомлённый любовной сечей,

Но с надеждой на страстный вечер

Кану я в предрассветную рань…

О моя дорогая! Гра…

Менестрель закашлялся и даже звуки лютни не смогли ему помочь произнести заветное имя. Казалось, что все окна, обращённые в сад, разочарованно вздохнули… Но певец справился с кашлем и повторил последнюю строчку:

Моя дорогая! Гра…

И вновь Менестрель не смог преодолеть этот рубеж! Однако ему помогли. Тиана даже решила, что имя достаточно очевидно. Хотя, в отличие от других слушательниц, совершенно без сожаления.

Пока Менестрель боролся с кашлем, по стене длинно простучали ступени развернувшейся верёвочной лестницы, и с третьего этажа торжествующе прозвучало:

— Графиня Тукань!

Лютня в саду одобрительно тренькнула, и певец вполголоса пропел:

Кану я в предрассветную рань…

А затем мощно закончил фразу:

О моя дорогая! Гра… циозная лань!

Бессвязные ругательства графини потонули в неудержимом хохоте. Тиана не смогла бы поклясться, но сквозь свой смех она слышала и ржание стражников! Что-то с треском упало в сад, потом раздались грязные ругательства и жалобный звон стекла — Тукань вымещала на мебели и вазах своё разочарование.

И посыпались советы. Многие из них заставили бы покраснеть даже служанку трактира. Но наиболее достойным Тиана сочла следующий:

— Эй! Выбрасывай кровать! Сегодня она тебе не нужна!

Графиня затихла. Может быть, упала в обморок?.. А словесные упражнения на её счёт продолжались ещё минут десять. И никто больше не вспомнил о Менестреле. А он, конечно, просто исчез из сада.

Когда Тиана вышла из душа, за окном перекликались только стражники. Но и в их голосах слышался смех. Баронесса немного почитала про хитреца и выключила свет, решив, что ничто в этой книге не может сравниться с окончанием сегодняшнего выступления Менестреля.

Глава 26

Утром Тиана позавтракала в одиночестве. Но зато она смогла делать то, за что её ругал отец, а сестра морщила носик: читать во время еды.

Едва баронесса выкатила столик за дверь, как заявилась Мегана.

— Ти! Правда, что вчера у вас здесь Менестрель пел?!

— Да, пел…

— А правда, что он полез по лестнице к графине Тукань, но, увидев её рожу, свалился вниз, а графиня сама спустилась по лестнице и гонялась за Менестрелем по саду, а он отбивался лютней и все хохотали?! Она догнала его?!

Тиана и сама начала смеяться где-то в середине вопроса сестры — уж больно потрясающая картина получилась. А Мегана, глядя на неё, восхитилась:

— Значит, точно правда!

— Не совсем, Мег, — хихикнула ещё не успокоившаяся Тиана. — Но точно, что все хохотали!

Пришлось рассказывать, как было дело. Мегана смеялась, но, когда рассказ закончился, вздохнула:

— Про мебель и вазы — хорошо! Но не могла же графиня одновременно гоняться за Менестрелем и выбрасывать вещи из окна?! В общем, мне больше нравится то, что пересказала Рита! Вот если бы он в твоё окно лез! А, Ти?!

— Тогда за ним и бегать не надо было бы, — серьёзно ответила баронесса. — Лежал бы внизу. Тихий, обжаренный и спокойный.

— Точно! От этих решёток на окнах одни проблемы!

— У тебя, Мег?

— У меня?! Нет!

Мегана улыбнулась так светло и счастливо, как в детстве, когда после тщательной делёжки пирожных старшая сестра уступала ей ещё одно.

«Неужто герцог чем-то схож с пирожным? — пришла в голову Тиане удивительная мысль. — А ведь она любит этого сливочного негодяя! И простит ему всё — и прошлое, и будущее…»

— У меня вообще проблем нет! — уверенно заявила Мегана. — Вот если бы у тебя не было решётки на окне, а Менестрель залез прямо сюда…

— Мег! — оборвала странные фантазии сестры Тиана. — Ты его лицо видела?

— Так у него ж маска, Ти!

— Уже хорошо, — одобрительно кивнула Тиана. — А под маской?

— Ой!

— Именно, что «ой»! Ты только что пожелала мне остаться заикой на всю жизнь. Хорошая у меня сестричка!

Они немного посмеялись, и Мегана попросила:

— Ти! А ты уже прочла свою книгу о хитреце?! Мы могли бы поменяться!

— Нет. Но можешь её забрать. Интересная книга.

— Ти?! — удивилась Мегана. — Ты ли это?!

— Я. Но хочу уточнить. Приключения хитреца хороши тем, что можно читать с любой страницы, любую книгу. Ничего не потеряешь.

Несмотря на отказ Тианы, книгу от сестры слуга принёс через полчаса.

* * *

На дневном приёме король пребывал в исключительно хорошем настроении. Сначала ему что-то приятное шептал казначей, а затем веселить короля принялся шут. Порой его величество трясся от смеха и требовал повторить сказанное. Но шут говорил так тихо, что придворным приходилось просто радоваться хорошему настроению своего короля.

Тиана, надёжно отгороженная от мира колонной, всего этого не знала, но позже сестра и Рита Борик поведали ей и о том, что куда-то исчезла баронесса Ристер, и о том, что король решил жениться на зинкарке, и о графине Тукань. Лицо графини, гордое и неприступное, выглядело сильно помятым, несло на щеке плохо припудренную царапину, а под глазами тёмные круги.

— А как ты думаешь, Ти! Менестрель будет сегодня петь?! Мы с Ритой весь приём об этом спорили!

Тиана пожала плечами:

— Не знаю, Мег. Но нужно быть совсем без головы, чтобы сделать это. Особенно после того, как он отдавил любимую мозоль на душе графини. Может быть, в вашем саду рискнёт?

Как оказалось, Тиана сильно переоценила умственные способности Менестреля.

* * *

Ближе к вечеру Тиана вышла прогуляться по саду и набрела на уединённую скамейку. Она вытащила из сумочки книгу и читала до тех пор, пока глаза могли различать буквы. Лишь после этого поднялась к себе. В комнате она разделась и, не накидывая халат, села к раскрытой книге законов королевства. Чтение пошло на удивление легко, и баронесса сочла прошедший день очень удачным — неприятностей не было, да и накануне посмеялась от души.

От книги Тиана оторвалась по настойчивому требованию желудка заняться ужином. Но прежде баронесса приняла душ. А когда уже поела и собиралась вытолкнуть столик в коридор — за окном, без всякого предупреждения и настройки лютни, запел Менестрель:

Если друг другу навстречу идти,

В два раза короче будут пути.

Если протянешь руку ко мне —

Встретимся раньше в счастья стране…

Баронесса едва успела погасить свет и подойти к окну, как где-то внизу зазвенели осколки стекла, а сверху завизжала графиня Тукань:

— Он здесь! Хватайте его! Хватайте!

С обеих сторон дорожки загрохотали подкованные сапоги, а Тиане показалось, что и из тайной калитки в стене в сад ринулись стражники с криками:

— Смотри!

— Никого!

Сердце баронессы ёкнуло — сейчас Менестреля точно схватят! И, видимо, не у неё одной, потому что из окон тут же начали кричать почитательницы певца:

— Эй, козлы! Цветы не потопчите!

— Пошли вон, уроды!

— Спать не даёте, хомячки пустотные!

— Чтоб вам ноги переломать!

А внизу раздался разочарованный гулкий бас:

— Да нет здесь никого! И какая дура-баба здесь вазу разбила?!

— Это кто здесь такой умный?! — заголосила сверху графиня Тукань. — Враз в подземелье окажешься!

Но обладателя басовитого голоса напугать оказалось не легко:

— Заткнись, коза на барабане! Обыскать всё вокруг! Под каждый куст заглянуть! Здесь он где-то прячется!

Стражники уже перекликались по всему саду, и Тиана подумала: «Не нашли! Интересно…» А графиня визжала:

— Ах ты быдло деревенское! Ты кого затыкаешь?!

— Да вправду, графинька, заткнулась бы ты! — заорал кто-то из окна справа. — Он же по незнанию тебя бабой назвал, а не тем, кто ты есть на самом деле!

— И это ещё слабо сказано! — подтвердили слева.

Тиана почувствовала, что кто-то стоит сзади… Она медленно потянулась к шкатулке, которую так и не убрала с подоконника вчера, а пальцами правой руки нащупала за книгой короткую металлическую трубку. Лишь после этого баронесса резко повернулась и громко спросила:

— Кто здесь?!

— Прошу прощения, миледи, — раздался хриплый голос из тёмного угла у двери. — Если крикнете вы — знать, удел мой таков… Голова — украшение венценосных тортов…

Тиана быстро приложила к глазам всевидящую шкатулку. Судя по всему, в углу комнаты, выставив вперёд ладони, стоял именно Менестрель. Да и в рифму говорят далеко не все…

— Вы немного промахнулись с титулом. Я всего лишь баронесса.

— Прошу прощения, досточтимая баронесса?..

Тиана не нашла причин скрывать своё имя и спокойно ответила:

— Баронесса Арлей.

— О! О вас здесь все отзываются исключительно хорошо. Я безмерно рад, что попал именно к вам, и прошу не отказать в убежище. Временном, конечно. А больше всего, — тихо хохотнул Менестрель, — я боялся попасть к графине Тукань…

— Пожалуй, правильно, — согласилась Тиана. — Итак. Вы меня похвалили, а вы очень хорошо играете и поёте. Будем считать, что квиты. А теперь скажите, как вы сюда попали?

— Знаете, баронесса… Я очень благодарен за то, что вы криком не выдали меня страже. И ваши вопросы совершенно точны и справедливы, и я на них отвечу. Но… У меня просьба. Не могли бы вы убрать эту штуку? Очень боюсь предметов, способных извергать огонь. Как-то слышал от дворцовых слуг, что вы успешно применили браслеты… Пусть уж лучше будут они. И я не собираюсь нападать на вас, поверьте.

Тиана сочла такое предложение вполне приемлемым. Ведь если плюнуть огнём из трубки, то в пламени сгорит не только её незваный гость, но и картина, а возможно, и дверь… Баронесса вдруг покраснела, а по спине побежали мурашки. Она поняла, что стоит перед человеком в маске, которая позволяет видеть много больше, чем глаза! А тело её всего лишь в тонкой ночной рубашке…

— Отвернитесь! Немедленно!

Менестрель беспрекословно повернулся лицом к двери и лишь попросил:

— Пожалуйста, тише…

Замечание было уместным хотя бы потому, что стражники обыскивали сад, а женщины из окон лениво их подначивали:

— А ну внимательнее! Сунь голову в фонтан! Вдруг Менестрель там спрятался!

— Эй, служивые! И кто после вас в этот сад петь придёт?!

— А может, вам лестницу спустить?! Только больше двух не подниматься!

— К Тукани можете хоть вшестером лезть! Она умеет!

Тиана быстро надела халат, застегнула браслеты на запястьях и спрятала «малый огнеплюй», как его именовал Реток, за книгу.

— Повернитесь. И как же вы попали в мою комнату?

— Через зеркало.

Он словно почувствовал, что Тиана начинает злиться, и быстро добавил:

— Там тайный ход внутри стены, лестница и немного под землёй. А вход прямо под мраморной скамейкой, в саду. Она сдвигается.

— Очень интересно… И откуда вы об этом знаете?

А про себя Тиана подумала, что любой идиот мог запросто воспользоваться тем же путём… И улыбнулась, представив, как жаждущие кавалеры толпятся в подземном туннеле.

— Вы так красиво улыбаетесь…

Баронесса сразу вспомнила, что Менестрель видит её как днём, и нахмурилась.

— Прекратите подглядывать!

— Да, моя госпожа. — Он опустил лицо под маской к полу и ответил на её вопрос: — У меня много друзей в городе. И во дворце тоже есть. Большую часть времени я провёл на этаже слуг, в эдаком закутке, где двум овцам было бы тесновато. И поневоле слышал разговоры о дворцовых делах.

— А зачем вы разозлили графиню Тукань? — тихо засмеялась Тиана.

— Наслушался про неё. А тут такой случай, и песня подходящая. И я безмерно счастлив, что угодил вам, баронесса.

Тиане показалось, что Менестрель улыбается под маской.

— Не только мне, а всем. Исключая графиню, конечно.

— С другими я не знаком…

Это прозвучало так тихо, что Тиана еле расслышала.

— А где же ваша лютня? Неужели бросили в саду?

— Что вы! Лютня — это всё, что у меня есть. Я оставил её перед винтовой лестницей в стене. Сам бы там переждал, но пара мышей…

— Вы боитесь мышей? — удивилась Тиана.

— Не очень. Но мне показалось, что они меня испугались. Я оставил им сухарик.

— Вы голодны? Можете поесть. На столике ещё много всего. Только я уже ела…

— Вы очень добры, баронесса, — тихо прошелестела маска. — А есть после вас для меня честь. Только я сяду к вам спиной. Не гневайтесь.

Тиана знала об особенностях таких масок, Реток показывал. Нижняя часть сдвигалась и позволяла принимать пищу. Но, как говорил конюх, окружающим точно не понравится то, что они увидят. Потому калеки всегда ели в одиночестве.

— Становится слишком прохладно. — Тиана зябко передёрнула плечами. — Я закрою окно.

— Подождите.

Менестрель, уже усевшийся перед столиком, встал.

— Прикройте окно, чтобы было слышно стражников. Уйдут они — уйду я. А для тепла разожгу камин. У меня лучше получится.

«Конечно! — подумала Тиана. — Ты-то видишь в темноте! Я бы руки о поленья занозила». А Менестрель будто услышал её мысли:

— Вашими ручками только лицо любимого гладить…

Он повозился в камине, и скоро каменная ниша озарилась жёлтым светом. Менестрель так хитро сложил дрова, что они горели ровно, а пламя не рвалось в трубу. Пока ночной гость ел, Тиана придвинула стул к камину и протянула к теплу огня ноги в тапочках. Она удивлялась — почему это раньше не пришло в голову разжечь камин? Тепло, уютно…

Наконец Менестрель встал, сделал два шага к камину и сказал:

— Давно я так вкусно не ел, да ещё в столь чудном обществе. Вас очень любит повар. И я позволил себе бокал вашего прекрасного вина.

— Думаю, повар просто любит готовить, — улыбнулась Тиана. — И вино не моё, королевское.

— Тогда слава королю! — хохотнул Менестрель. — И у меня, досточтимая баронесса Арлей, есть предложение. Давайте вы сядете слева от камина, а я справа, ближе к окну. Слух у меня лучше.

«Ясное дело, — согласилась про себя Тиана. — В маске и я бы услышала возню мышей рядом с лютней в подземелье!» Но Менестрель был прав, и она пересела на поставленный слева стул. Когда гость проходил сзади к окну, Тиана вдруг ощутила на плечах тяжесть халата. Браслеты мгновенно налились малиновым светом и тут же погасли.

— Вы напрасно опасаетесь, баронесса Арлей, — хрипло произнёс Менестрель. — Я никогда не смог бы причинить вред человеку, укрывшему меня. Тем более — вам.

— Вы очень чисто и правильно говорите.

— Верно, — хмыкнула маска. — От вас ничего не скроешь. Я родился в горах Руаты, а в Зинкар попал не так уж и давно. Давайте лучше представим, что мы сидим у камина в замке, а вокруг бушует вьюга. Комната прогреется лишь через пару часов, и только тогда можно будет лечь спать. На стенах висят древние гобелены и флаги, под ногами пушистый ковёр, и можно спокойно поговорить обо всём. Спрашивайте.

Он посмотрел на Тиану и резко выдохнул.

— Я чем-то обидел вас, баронесса? Я не хотел…

— Нет. — Она смахнула слезинку со щеки. — Просто вы слишком хорошо описали замок Арлей…

— Вы скучаете по дому, баронесса? Вам здесь совсем не интересно и не весело?

— Дома лучше, спокойней. Отец, конечно, был бы недоволен моим возвращением, но не может же он гневаться вечно? И всё стало бы по-старому…

— И вам не хочется выйти замуж, нарожать детишек? — удивился Менестрель. — Это же так естественно для женщины. Красивой женщины.

— Не льстите, — улыбнулась Тиана. — У вас плохо получается. Но… Если сейчас вы покажете пальцем на конкретного человека, то я сочту это знаком и выйду за него!

Маска смотрела на огонь и не издавала ни звука.

— Молчите? Значит, понимаете. А ваши родители живы, Менестрель?

— Да. Они живут в горах и очень счастливы.

— Но вы же можете поехать к ним, жить рядом с ними? Вам-то ничто не мешает.

— Нет. Так уж легли карты Судьбы, что моя голова обрела ценность. А теперь, когда король решил жениться на зинкарской принцессе…

— А это разве плохо? — усмехнулась Тиана. — Сами говорили, что женщина должна стремиться выйти замуж и рожать.

— Я говорил другое и о другой… — Менестрель привстал и потянулся к окну. — Что-то стража не уходит. Похоже, что они посты по саду расставили. И откуда такие умные взялись? А Зинкар… Принцесса далеко не подарок. Уж поверьте. У зинкарских королей из поколения в поколение передаётся жестокость, воинственность, жадность и… глупость. Знаете, в горах, где невозможно пройти армии, и сейчас Пустошь не очень широка, при попутном ветре и хорошем луке стрела запросто перелетит на другую сторону ущелья. А вот в долинах… За сто пятьдесят лет Пустошь сожрала несколько замков, деревни, десятки километров плодородных земель… А зинкарцы продолжают готовить армию и пытаться пройти в Руату. В моей песне нет ни слова лжи. Вы желаете своему королю подобного брака и неведомо каких детей?

— Это его выбор, его судьба. А я просто хочу домой…

Несколько минут они молчали и смотрели на огонь в камине, а потом Менестрель вновь подошёл к окну и прислушался.

— Пустошь им в ребро! — прошипела маска. — Остались посты у калитки в наружной стене и рядом с выходом из подземного хода. Какая жалость, что с лестницы нет хода на первый этаж!

— А хотите, я выпущу вас через дверь? Слуги промолчат.

— Слуги? Боюсь, баронесса, что при такой организации облавы милорд Бари заменил слуг своими людьми. Да и с лютней, в маске… я буду выглядеть немного странно.

Тиана улыбнулась, но голос её стал очень серьёзным:

— Милорд? Он герцог? Королевский шут?

— Одно другому не мешает, баронесса. Не следует обманываться его дурацкой внешностью. Милорд Бари возглавляет личную охрану короля. И он самый опасный человек в Руате.

— Я как-то не думала… Хотите сказать, что исчезновение баронессы Ристер — дело его рук?

— Не знаю. Но не поставлю и тень медной монетки против того, что эта баронесса не истекает сейчас кровью где-нибудь в подземелье… Минуту. — Менестрель прислушался и облегчённо вздохнул: — Кажется, стражникам надоело охранять пустой сад. Я могу идти.

А Тиане вдруг стало так тоскливо, что она не удержалась от предположения:

— Но они могли оставить засаду!

— Ничего страшного, — хриплый голос маски стал весёлым и беспечным. — Я увижу их раньше, чем они меня. И я бы с удовольствием посидел с вами ещё, но вам надо спать.

«Какой заботливый! — разозлилась Тиана. — И сидел бы! Выспаться я всегда успею!»

— И вы считаете, что можно спокойно спать, когда любой может войти через зеркало в комнату?!

— В браслетах?! — хохотнул Менестрель. — Вполне. Я никогда и никому не открою тайну хода, а сам без стука не войду. Сегодня — не считается.

— Плащ не забудьте. — Тиана встала. — И лютню у мышей заберите.

Менестрель подошёл к зеркалу, повернул деревянный цветок, и открылся бездонный провал. Уже невидимый, из глубокой тьмы, он сказал:

— Клянусь всем, что мне дорого! Много лет у меня не было такого спокойного вечера, когда можно говорить, что думаешь, и не бояться осуждения. Досточтимая баронесса Арлей! Я благодарен вам и преклоняюсь перед своей спасительницей.

Тиана помолчала и тихо обратилась к уже вставшему на место зеркалу:

— И для меня это был хороший вечер…

Не то чтобы баронесса не поверила Менестрелю, но нашла нужным прилепить к цветку-запору маленький чёрный шарик. Лишь после этого она закрыла зеркало стенной панелью и в одиночестве уселась перед камином.

Глава 27

Утром примчалась Мегана и с порога прокричала:

— Они поймали Менестреля!

Где-то в груди Тианы появился ледяной ком и принялся ворочаться. Ведь это из-за неё схватили Менестреля! Ну чего стоило задержать его дольше?! Но своих терзаний баронесса не выдала, а спокойным голосом спросила:

— Кто поймал?

— Да стражники же, Ти!

— Не кричи, Мег. А когда поймали?

Мегана с недоумением посмотрела на сестру и гораздо тише произнесла:

— Менестреля поймали в саду, когда он начал петь у Северного крыла. Здесь, внизу… — И закричала: — Ты что, Тиа! Ты должна была слышать!

Ледяной ком из груди Тианы упал в живот и растаял. Баронесса глубоко вздохнула и рявкнула:

— Не ори, Мег! — А затем спокойно сообщила: — Никого не поймали. Если бы стражникам это удалось, то они радостно орали бы полночи. А у них ничего не вышло.

— Уф! — выдохнула Мегана и без сил опустилась на стул. — Врут, значит…

Вот так и получилось, что Тиана ничего не рассказала сестре о ночном визите Менестреля. Но укорять себя за таинственность баронесса не стала. Как она решила позже, враньё о герцоге и умолчание о Менестреле вполне уравновешивали друг друга.

— А Менестрель ещё будет петь, Ти?! У нас мог бы!

— А в вашем саду облавы не было?

— Нет! Тишина до рассвета! А мы ждали… Так будет или нет, Ти?!

Тиана решила, что надо серьёзно поговорить с сестрой. Нельзя же вот так, запросто, проговариваться о том, что ночью у неё был мужчина! Но это лучше сделать позже.

— Подумай своей головой, Мег. Сама же говорила — король женится на зинкарской принцессе, Менестреля надо отдать как подарок. Да он, наверное, уже далеко уехал.

Собственные слова расстроили Тиану, но сестра ничего не заметила.

— Ты, как всегда, права! Но как бы здорово было, Ти, если бы он спел в нашем саду! Всем назло!

— Точно. Чтоб его поймали и голову на свадебный торт приделали…

— Ой, Ти! Нуты скажешь! Страх какой!

— Ладно. Ты завтракала, Мег?

— Немного! Могу и с тобой поесть!

— Хорошо.

Во время завтрака сестра болтала о каких-то слухах, мало интересных Тиане, а баронесса думала о Менестреле и очень надеялась, что певцу удалось покинуть столицу. Бывает же так! Единственный человек, напоминающий отца: умный, много знает, интересный собеседник, да ещё и певец, каких поискать… А всего один вечер! Словно призрачная, проходная фигура. Но, может быть, и это подарок судьбы? Чтобы помнить всю жизнь…

— Ти! Ты меня совсем не слушаешь! — возмутилась Мегана. — У тебя глаза пустые, как колодец ночью! Я говорю, что баронессу Ристер никто больше во дворце не видел!

Когда Тиана наконец-то поняла сказанное сестрой, то вздрогнула и пробормотала:

— Будем надеяться, что она уже дома.

— А ты думаешь, что её могли… — в ужасе округлила глаза Мегана.

— Я бы смогла. За нас с тобой. Но к тому же эта тупица едва не умертвила весь двор вместе с королём.

— Ой, Ти! Да ладно! Выпороть бы её прямо там на салоне! И хватит!

— Что-то ты добреешь на глазах, Мег, — улыбнулась Тиана. — Но так даже лучше.

— Чего это во мне доброго?! Выпороть при всех! При кавалерах… Позор какой!

— Ну… — Тиана подумала и рассмеялась: — Тогда ещё не совсем!

— Ой! Совсем забыла! — хватилась Мегана. — Сегодня приём в полдень!

И упорхнула.

Баронесса успела немного почитать и переодеться. А в тронном зале, как обычно, она устроилась за колонной, раскрыла книгу и погрузилась в другой мир. Возможно, что зря.

* * *

Король был мрачен и задумчив. Даже шут не смог развеять его плохое настроение, хотя прилагал большие усилия.

— А вчера в саду у Северного крыла так и не удалось поймать Менестреля. Ночь прошла спокойно…

— Ерунда! — отмахнулся король. — Почему, Бари, ты не докладываешь мне всё?

— Я?! — потрясённо развёл руками шут.

— Ты! А слухи?

— Какие?..

— Хотя бы о том, что герцог Кайрис провёл ночь у баронессы Арлей! Почему ты промолчал?

— Я… Хочу заметить, ваше величество…

— Нет уж! Теперь молчи! Герцога Кайриса ко мне!

Герцог нашёлся быстро, но когда он подошёл на положенное расстояние к трону, король потребовал:

— Ближе!

Придворные затихли и навострили уши, однако расслышать не удалось ни одного слова — король заставил герцога подойти вплотную, а говорил очень тихо и зло.

— До меня дошли слухи, герцог, что вас видели утром выходящим из комнаты баронессы Арлей… Ещё мне доложили, что это ложь. Так это правда или ложь?

— Раздери Пустошь глаза болтунам… Мой король! Я хотел бы обсудить сложившуюся ситуацию с глазу на глаз.

— Я не понял, Сайрил… — почти прошипел Вард Первый. — Это правда?!

— Да, ваше величество! Правда.

Королевский шут прикрыл глаза и быстро зашевелил губами, словно перебирая какие-то варианты. Естественно, что он жалел о недонесении королю очень простого факта — забыл за делами…

Но выбрать приличный вариант разрешения в общем-то смешной ситуации шут не успел — король дал пощёчину герцогу Кайрису.

— Ты лжец! И вызван мной на дуэль!

Придворные ахнули, а шут, несмотря на опасность перевести на себя королевский гнев, попытался вмешаться:

— Ваше величество! Это дело хорошее, и вполне можно подраться вечером в фехтовальном зале! После бокала вина…

— Заткнись, Бари! Здесь и сейчас! Я вижу, герцог, что ваша шпага коротковата. — Король повернул голову и крикнул: — Стража! Две шпаги!

— Ваше величество! — не унимался шут. — Король ни при каких обстоятельствах не может драться с герцогом! Это нарушение закона! К тому же вы примерно равные бойцы. Но! Если вы убьёте его — мы будем скорбеть, а если герцог вас поцарапает — я его просто повешу.

— Верно, Бари, — согласился король.

Снял и бросил на трон мантию, а корону надел на голову шута. Пока он снимал непробиваемую рубашку, шут пощупал корону:

— Ваше величество! Сейчас я как бы король… Можно переговорить с казначеем? Решить кое-какие…

— Твои проблемы мы решим после смерти брехуна! — отрезал король. — Дайте ему нормальную шпагу! Герцог Кайрис! Вас вызвал на дуэль герцог Кирлай!

Шут зажмурился и сделал последнюю попытку:

— Ваше ве… Герцог Кирлай! На пару слов! Дело государственной важности и не терпит отлагательств!

Но король с пылающими бешенством глазами уже устремился к своей жертве. Герцог также разделся по пояс и взвешивал шпагу в руке. Она показалась тяжёлой и плохо сбалансированной.

Недаром короля и герцога в юности тренировали самые опытные фехтовальщики — когда до противника осталось не более трех шагов, в глазах его величества погасло бешенство и остался только смертный приговор. Король глубоко вдохнул, выдохнул, коснулся кончиком шпаги клинка герцога Кайриса и тихо произнёс:

— Сайрил… Признайся во лжи и спаси свою жизнь.

Герцог спокойно улыбнулся:

— Я не лжец, герцог Кирлай. И принять смерть за даму сердца мне не страшно.

Нескольким придворным дамам в тронном зале стало дурно. А по какой причине они приняли на свой счёт слова герцога Кайриса, вряд ли кто узнает.

Клинки скрестились, и с этого мгновения сталь звенела непрерывно и бескомпромиссно.

Всего этого Тиана не слышала. Хотя бы потому, что на страницах книги разворачивалось целое сражение между хитрецом и пятью убийцами-наёмниками. Так что перезвон клинков весьма гармонично вписался в картину.

Шпага герцога Кайриса слегка оцарапала левое предплечье короля.

— Прошу прощения, герцог Кирлай! Это была досадная случайность!

А вот выпад короля случайностью не был, и извиняться он не стал. Шпага пробила бок герцога, скользнула по ребру и вылезла с другой стороны. Позже среди кавалеров шли горячие споры об этом победоносном ударе. Большинство утверждали, что герцог вполне успевал отбить клинок противника и раскрылся намеренно. К такому же выводу пришёл и сам король.

Герцог Кайрис выронил шпагу и прижал локтем рану, но кровь остановить не смог.

— Признай себя лжецом, Сайрил! — потребовал король.

— Если так угодно вашему величеству, — слабо улыбнулся герцог. — Но я честен…

И осел на пол. Король отшвырнул шпагу и стремительно покинул тронный зал. А через двери хлынули слуги — надо было помочь раненому герцогу и падающим в обмороки, словно листья осенью, дамам.

Возможно, что даже вопли придворных не смогли бы оторвать Тиану от книги, но за колонну заглянула баронесса Борик и крикнула:

— Мегане плохо!

Баронесса Арлей метнулась за Ритой и обнаружила свою сестру лежащей на полу без признаков жизни. Кто-то из дам поддерживал её плечи, а другие махали веерами, но это не помогало.

— Дорогу! — рявкнула Тиана, на ходу выхватывая из сумочки пузырёк, который откупорила и не медля сунула под нос Мегане.

Младшая баронесса Арлей закашлялась, открыла мутные глаза и простонала:

— Он убил его…

Убедившись, что сестра жива, Тиана выпрямилась и с удивлением оглядела тронный зал. Большая часть придворных столпилась у выходов, с десяток дам выносили слуги, а на полу краснело довольно большое пятно свежей крови.

«Что за побоище?! — подумала Тиана. — Кого-то зарезали?»

Но выяснение подробностей баронесса отложила на более спокойное время. Поблагодарив дам, выказавших заботу Мегане, и отказавшись от помощи слуг, она вместе с Ритой повела сестру в Восточное крыло. По дороге Мегана жаловалась на тошноту, слабость в ногах и всё время твердила о каком-то загадочном убийстве. Лишь уложив сестру на кровать и пристроив на её голове мокрое полотенце, Тиана обратилась к баронессе Борик:

— Кто там кого убил?

Подробности оказались столь потрясающими, что. Тиана присела на стул и покачала головой:

— Совсем уже мужики из ума выжили…

И тут же попросила Риту послать слугу, чтоб узнал, тяжело ли ранен герцог Кайрис или удар короля действительно освободил её от данного обещания. Через несколько минут баронесса Борик ворвалась в комнату с криком:

— Он жив!

И это сообщение оказало на Мегану действие, не сравнимое с мокрым полотенцем. Она соскочила с кровати и заявила:

— Я должна его увидеть!

— Увидишь, если найдёшь, — пообещала Тиана. — Но только после обеда! Герцогом сейчас лекари занимаются, и ты там нужна, как колёса пустотной повозке.

Не поинтересовавшись планами Риты, баронесса заказала обед на троих. По мнению Тианы, они поели в возбуждённо-печальном состоянии: на лицах Риты и Меганы царили грусть и отрешённость, а внутреннее кипение выдавали резкие движения и блеск глаз. Что-то подсказывало баронессе, что сразу после её ухода сестра и Рита отправятся искать бренное тело герцога Кайриса. Одна — чтобы припасть к нему в слезах, а вторая — полюбоваться на это зрелище. Отговаривать их от глупости ни смысла, ни желания не было, и Тиана ушла, предварительно заставив Мегану принять лёгкое успокаивающее зелье.

У себя Тиана, даже не вспомнив о дуэли короля и герцога, уселась за огромную книгу указов и законов Руаты. Дело пошло хорошо, и баронесса читала до глубокого вечера. За ужином она меланхолично подумала, что Менестрель наверняка уже подъезжает к отрогам гор и очень скоро окажется в родительском доме. Хоть кому-то радость…

Выкатив столик в коридор, Тиана разделась, зажгла светильник, вновь уселась перед книгой и принялась штудировать глупые и смешные слова. Хотя сами слова были правильными, но так расставлены, что порой получался полный бред, а иногда законы содержали внутренние противоречия.

Спать она легла поздно. Ворочалась, глядела в темноту и слушала ночную перекличку стражников. Но так и не призналась себе, что ждёт тихого стука в тайную дверь.

Глава 28

Как и ожидала Тиана, сестра на завтрак не пришла. Зато, едва баронесса выкатила столик в коридор, перед ней возник слуга:

— Досточтимая баронесса Арлей! Вас хочет видеть королевский лекарь!

— Зачем? — удивилась Тиана. — Что-то случилось с Меганой?!

— И да, и нет, баронесса, — тихо сказал слуга. — Она выгнала всех сиделок из комнаты, где лежит герцог, и пускает к нему только лекаря.

— Мне надо одеться.

Собираясь, Тиана решила, что младшая сестра в здравом уме. Ведь пускает она лекаря к больному. С другой стороны, Мегана больше суток не спит и может свалиться с ног в любой момент. Хотя кто знает, сколько она может выдержать? Но на случай буйства баронесса прихватила маленькую коробочку с иглами синего кактуса. Только это оказалось лишним.

Слуга проводил Тиану в незнакомую часть дворца. За первой дверью на диване сидели три озадаченные девушки в белых передниках и чепцах. Они вскочили на ноги и поклонились, а баронесса решила, что это и есть сиделки, изгнанные от герцога Меганой. И оказалась права — вторая дверь привела в комнату раненого.

— Ти! Он ночью бредил и горит весь! И всё время теряет сознание!

Мегана выглядела ненамного лучше герцога: волосы растрёпаны, глаза заплаканы, да и платье следовало сменить.

— Мег, — ласково сказала Тиана. — Надо пойти помыться и поспать…

— Нет! — выкрикнула Мегана. — Без меня он умрёт!

Тиана открыла дверь и крикнула:

— Найдите и приведите сюда баронессу Борик! И где лекарь?! Или не он меня звал? — Баронесса повернулась к сестре: — А зачем ты выгнала сиделок?

— Они, Ти, все молодые и симпатичные! — заявила Мегана. — И я сама справлюсь! Ты мне веришь, Ти?!

— Верю. Но сейчас придёт Рита, и ты вместе с ней пойдёшь к себе. Душ и постель на три часа. И обязательно поешь. И это не обсуждается.

— Я не могу! — возразила Мегана. — Если он придёт в себя, то…

— То увидит страшную рожу! — оборвала Тиана. — Есть ещё один выход. Ты останешься…

— Да! — улыбнулась Мегана.

— …Я тебя усыплю, а ты здесь будешь лежать и вонять. Возможно, что это понравится герцогу больше.

— Ти злая, злая, злая! — плаксиво наморщилась Мегана. — Я посплю! Только ты, Ти, побудь с ним! Пожалуйста!

— Ну уж нет. Сиделки справятся. И ночью они будут посменно дежурить у кровати раненого. Это их работа. Под твоим присмотром. А ты сможешь подремать на диване. И вообще! Герцог мёртвым не выглядит. И оплакивать его рано.

В дверь постучали, вошла баронесса Борик и присела в реверансе:

— Досточтимые баронессы Арлей!

Посмотрев на герцога, Рита решила с ним не здороваться.

— Добрый день, баронесса, — поздоровалась Тиана. — Простите, если оторвала от дел, но у вас будет непростая задача. Необходимо помыть и накормить Мегану, а потом заставить спать. Иначе лекарю работы прибавится. Справитесь?

— Конечно, баронесса! — заверила Рита.

А Мегана, когда уже выходила, повернулась и горячо заверила:

— Я скоро вернусь, Сай!

— Через три часа, — твёрдо повторила Тиана. Потом повернулась к герцогу: — Можно открыть глаза.

Герцог Кайрис не шевелился, и баронесса тихо добавила:

— Это король промазал на ладонь, а я не промахнусь…

Белки глаз герцога были в красных прожилках, а голос чуть дрожал:

— Когда мне становится хуже, и я… Она берёт мою руку в свои…

— Ясно. Что чувствуете?

— Слабость… И левый бок онемел…

— Вы ели, герцог?

— Тошнит… Хорошо, что Мег поспит… Спасибо…

Тиана открыла дверь и позвала сиделку.

— Будьте внимательны. И если станет хуже, не берите его за руку — до вечера не доживёте. А вы, герцог, болейте на здоровье.

Лицо у сиделки стало испуганным. Что же до герцога Кайриса, то он попытался улыбнуться, но вышло у него плохо.

Запыхавшийся лекарь столкнулся с Тианой на выходе в коридор.

— Досточтимая баронесса Арлей, прошу прощения! Меня вызывал король!

— Добрый день. Что с раной герцога?

— Она хорошо закрылась, но у него лихорадка. И не понимаю почему. Я позволил себе побеспокоить вас по той причине… Я не могу так работать! Понимаете, баронесса, ваша сестра… Она следит за каждым моим движением! И держит руку на кинжале!

— Понимаю, — кивнула Тиана. — Кинжал я могу отобрать, но если герцог умрёт, то ей и рук хватит, чтобы… Ну, вы понимаете.

Лекарь вздохнул и печально улыбнулся:

— Если бы меня, баронесса Арлей, убивали во время каждой перевязки, понадобилось бы больше, чем бессмертие. И всё же я хочу попросить вас присутствовать завтра на осмотре или убрать вашу сестру из комнаты.

— Хорошо. Но почему у него жар?

— Боюсь, что рана оказалась не такой простой, как я надеялся. Я послал гонца за сухим горным бальзамом к ворожее Сирли, но есть ли он у неё…

— Я не ошибаюсь? Этот бальзам лишь поддерживает силы?

— Вы удивляете меня, досточтимая баронесса Арлей! Даже это вам известно… Но больше пока сделать ничего нельзя. А я не колдун из-за Пустоши…

* * *

Баронесса пыталась читать, но ничего не получилось. И она решила погулять в саду. Но перед этим взяла переносной светильник, сдвинула панель, закрывающую зеркало, и сняла с деревянного цветка ловушку. Цветок повернулся легко, что-то тихо щёлкнуло, и зеркало ушло во тьму. Тиана осветила небольшую каменную площадку и винтовую лестницу, уходящую вверх и вниз. А вот обследовать тайный ход не отважилась — не в пышном платье ходить по узким пыльным проходам, прорываясь через паутину.

Она немного посидела в укромном уголке сада, даже не достав книгу из сумочки, потом перебралась на скамейку, где пел Менестрель. Здесь Тиана убедилась, что правый подлокотник с некоторым усилием сдвигается назад, а в результате вся скамейка бесшумно отъезжает в сторону, открывая ступени, ведущие в темноту. Вернув подлокотник в прежнее положение, баронесса подумала: «Кого могут поймать эти горе-стражники, если такую простую вещь не смогли найти?!»

Убедившись, что её катание на мраморной скамейке, по счастью, никто не видел, Тиана ушла к себе, пообедала и сидела, бездумно глядя в холодный камин. Итогом такого времяпрепровождения стала уверенность, что вечером следует разжечь огонь. Как там у Менестреля? «Свечу зажигает в окне милый друг». Поймав себя на этих мыслях, Тиана обошлась без самобичевания. Ведь так в жизни не бывает? А значит, и каяться не в чем. Да и Менестрель уже давно дома в далёких горах. Кстати, неизвестных…

Вечером Тиана в сопровождении слуги проведала сестру. Не было никаких сомнений, что она сидит у постели герцога. Хотя на этот раз баронесса немного ошиблась — у постели раненого находилась сиделка, а Мегана стояла у окна и ревниво следила, как девушка промокает пот со лба герцога.

— Тиа! — обрадовалась Мегана. — Видишь? Я не лезу в уход! Почти…

Тиана заметила, что сиделка наклонила голову, чтобы скрыть улыбку.

— Вижу, — согласно кивнула баронесса. — А герцог как?

— Говорит совсем мало, — помрачнела Мегана. — То горит, то потеет.

— Воду пьёт?

— Пьёт! И я, Ти, помню, что говорил Реток: «Перестал пить — шагнул к смерти!» Ти! Он ведь не умрёт?!

В глазах сестры было столько боли и надежды, что Тиана обняла её и погладила по волосам, как в детстве.

— Не сегодня, Мег. И не завтра. Но бессмертных не бывает.

— Плохая Ти… — всхлипнула Мегана. — Сказала бы, что не умрёт… У тебя же есть лекарства? Реток дал или отец… Может, они помогут?!

— Во-первых, Мег, я не пророк. А лекарства… Они хороши, когда точно знаешь, что лечишь. А лекарь и сам не понимает, что с герцогом. Но я пороюсь в сундуках. А ты поспишь здесь на диване.

— Поройся, Ти! Как следует! А я буду очень хорошо себя вести! Лекарь обещал прийти, посмотреть Сая на ночь… После этого я обязательно посплю! Немного…

Уже у себя Тиана подумала, что не дала бы и мелкой медной монетки за то, что сестра сказала правду. Ведь точно — после осмотра герцога лекарем выгонит всех и будет рыдать всю ночь! Да и спала она не больше двух часов. Если вообще спала.

Но свои обязательства Тиана выполнила, собрав по тайникам всё, что считала бесполезным грузом: три бутылочки с редкими целебными бальзамами, оплетённые верёвкой, набор хирургических инструментов и пару странных деревянных цилиндров с навершиями в виде крупных синих бутонов. Эти цилиндры подарил Реток и рассказал, как пользоваться, а остальное дал отец. И ничего против лихорадки… Не представляя, чем это может помочь герцогу, Тиана сложила всё в простую холщовую сумку и повесила её на спинку стула.

Баронесса заказала ужин и взялась за камин. К тому времени, как она закатила столик в комнату, пламя уже занялось, и Тиана с удовольствием подумала, что дрова сложила ничуть не хуже, чем Менестрель. Она подтащила стулья, столик поставила прямо напротив камина, скинула тапочки и уселась, вытянув ноги к теплу. Немного понежилась, быстро поела и налила вино в два бокала: себе треть, а второй, напротив пустого стула, до краёв.

— А что вы хотите, — сказала Тиана стулу и пригубила вино. — Вы мужчина, а мне хватит и этого. Вы же видите, что я совершенно пьяна и беззащитна?

Браслеты Тиана и вправду сняла. Она медленно пила сладкое вино и смотрела на огонь, а в голову лезли странные мысли. «Сейчас я начну в куклы играть для полноты картины… — Баронесса хихикнула и поставила бокал на стол. — Вот Мегана наигралась в детстве в куклы и сразу окунулась во взрослые игры. А я никому не нужна…»

Тиана заплакала, настолько ей стало горько.

— Не смотри, стул, на меня, когда я плачу! — потребовала она сквозь слёзы. — Я некрасивая…

«Может, и вправду некрасивая? А сам-то! И что ему ещё надо?! Огонь горит, вино налито, я в одной ночной сорочке! Не всё в жизни, как в песне…»

Предавалась печали Тиана долго — пока дрова не превратились в угли. Всхлипывая, баронесса залезла на кровать, свернулась калачиком и уснула. Столик оставила в комнате. Вдруг придёт? Хоть поест…

Глава 29

Проснулась баронесса поздно и в очень плохом настроении. Сны оставили гнетущее впечатление: она куда-то бежала, сидела перед холодным камином, плакала, а Менестрель снимал с лица маску, под которой ничего не было, и гулко хохотал. Сплошной кошмар! И Тиана решила бороться за своё хорошее настроение.

Накинула халат, отпихнула ногой стул, на котором вечером мог бы сидеть Менестрель, и покатила столик к двери. За мгновение до того, как баронесса повернула ключ, в дверь постучали.

Она хотела громко и весело крикнуть: «Меняю ужин на завтрак!» — но прямо за дверью оказался слуга, и он лишь чудом увернулся от столика.

— Простите, — смутилась Тиана.

— Ничего… Досточтимая баронесса Арлей! Вас просит прийти королевский лекарь! Срочно!

— А что там случилось?

— Не знаю, баронесса. Мне ничего более не сказали.

— Ждите.

В комнате, где лежал герцог, ощущался лёгкий сладковатый запах разложения. А Мегана пребывала в хорошем настроении и даже улыбнулась сестре.

— Он не жалуется на боль, Ти! Только пьёт меньше и почти не говорит!

Герцог, в сознании, смотрел мутными глазами прямо перед собой. А лекарь был хмур и недоволен. Он поклонился:

— Досточтимая баронесса Арлей! Подойдите сюда, пожалуйста.

Сиделка откинула простыню, и в дыре на рубашке Тиана увидела огромную багровую опухоль, как раз между двумя воспалёнными ранами от шпаги.

— Внутри жидкость, и я собираюсь вскрыть гнойник, — тихо сказал лекарь. — Если он прорвётся внутрь… А вас, баронесса, я прошу увести сестру. Сами понимаете…

— Понимаю, — кивнула Тиана. — Пока не вскрывайте. У меня есть кое-что, и, может быть, это поможет. — Баронесса перевела взгляд на сиделку: — Слугу позовите. И быстро.

Она дала слуге ключ от комнаты и угрожающе произнесла:

— Если зайдёт кто-то, кроме вас… На спинке стула висит холщовая сумка. Принесите её сюда. Бегом!

Слуга поклонился и вышел, а топот ног за дверью показал, что он воспринял приказ буквально.

Теперь осталось вывести сестру, и Тиана на всякий случай достала из сумочки игломёт. Но тут в дверь вошёл король в сопровождении шута. Тиана присела в поклоне:

— Ваше величество!

Только вот Мегана повела себя несколько иначе. Она вскочила с дивана, выхватила кинжал и закричала:

— Убийца!!!

Но более ничего не смогла ни сделать, ни сказать — в руке Тианы щёлкнула коробочка, и младшая баронесса Арлей рухнула обратно на диван.

— Вы убили её, баронесса? — ошеломлённо спросил король.

— Нет, ваше величество. Это игла синего кактуса. Она просто спит.

Король понимающе кивнул и прошёл к постели герцога Кайриса. Посмотрев на бледное лицо друга, он поморщился и сказал:

— Я очень сожалею, Сайрил, что нанёс тебе эту рану.

Герцог услышал — он прикрыл и вновь открыл глаза.

В то же время Тиана вытащила из плеча Меганы иглу, забрала кинжал и отстегнула от пояса сестры ножны.

— Вы опять спасли короля от верной смерти, досточтимая баронесса Арлей! — с улыбкой поклонился шут. — Прямо-таки наваждение какое-то!

— Вы прекрасно знаете, господин Бари, что это не так. В данном случае моя сестра важнее.

— В данном случае… — повторил шут. — А в другом случае вы смогли бы…

— Без колебаний, — отрезала Тиана.

Шут длинно сглотнул и быстро направился к выходу, потому что туда же шёл король.

— Прошу прощения, ваше величество!

Король повернулся к Тиане, и она поклонилась:

— Думаю, что ваше величество не слышали того слова, которое было произнесено женщиной случайно, в пылу раздражения?

— О чём вы, баронесса Арлей? Насколько я помню, девушка спала, когда мы вошли.

— Точно так и было! — подтвердил шут из-за спины короля.

— Спасибо, ваше величество! — Тиана облегчённо вздохнула. — Из-за болезни герцога моя сестра почти не спала, перенервничала и не совсем в себе…

— Как её зовут? — спросил король и вдруг нахмурился.

— Мегана, ваше величество.

— Сестра… — пробормотал король. — Мегана Арлей… Бари… Бари! Что происходит?!

Но за спиной короля уже никого не было, и Вард Первый ринулся из комнаты с криком:

— Где этот шут?!!

— Побежал в сторону оранжереи, ваше величество! — сообщил запыхавшийся слуга с сумкой в руках. — Вот, баронесса, то, что вы велели принести, и ключ!

— Спасибо!

— Баронесса, — нетерпеливо позвал лекарь. — Надо вскрывать, пока ваша сестра спит. Вставить палочку между зубов герцога?

— Не надо.

Щелчок коробочки игломёта, и герцог закрыл глаза.

— У нас мало времени. У вас есть песочные часы?

— Конечно. На пять минут. Но я сомневаюсь, что мы сможем как следует почистить рану, и…

— Сможем. Начинайте!

Короткий острый ланцет легко рассёк синюшную кожу, и в подставленную сиделкой миску хлынул жёлтый в красных и зелёных прожилках гной. Лекарь осторожно выдавил содержимое опухоли, вытер разрез, выпрямился и распорядился:

— Это сжечь! А запашок тот ещё… Внутрь, кажется, не прошло, но больше ничего мы сделать не можем.

— Можем, — заверила Тиана и достала из сумки один из подарков Ретока.

— Что это?!

— Ночной мотылёк.

— Не может быть! Я читал про него, но никогда не видел! Правда ли, баронесса, что он не только поедает мёртвые ткани, но и лечит живые?! А добыть его труднее, чем яд пустотной змеи?!

— Сейчас увидим, и надеюсь, что герцогу повезёт. Переверните часы.

Тиана запустила механизм, и синий деревянный бутон распахнул лепестки, выпустив длинный стержень с белым комочком на кончике. Одновременно из противоположного конца контейнера вылезла тонкая трубочка. Комочек баронесса пристроила прямо на разрез, и уже через несколько секунд он лопнул, а в рану затекла капелька густой прозрачной слизи.

— Дело не в трудности добычи. — Тиана смахнула рукавом пот со лба. — Дело в том, что ловить ночью в Пустоши самку мотылька, чтобы убить и забрать единственное яйцо…

— Какой кошмар… — прошептала сиделка и указала на рану герцога.

Воспалённая кожа бугрилась и двигалась, как будто под напором насекомых изнутри. Иногда студенистый язычок выныривал из ранки, слизывал каплю гноя или чёрной крови и вновь нырял внутрь.

— Надо следить за временем, — нахмурилась Тиана. — Не больше десяти минут…

Так и получилось. Ближе к концу десятой минуты вздувшаяся кожа перестала шевелиться, а часть студня даже вылезла наружу. Баронесса поднесла к губам тонкую трубочку, торчащую из дна контейнера, и сильно дунула. Высокий звенящий звук заставил студень задрожать, ринуться из раны, изменить цвет на коричневый и быстро втянуться внутрь деревянного цветка, когда Тиана поднесла его ближе. Лепестки закрылись.

— Теперь надо прижать кожу и накрыть чистой тканью. Мазать ничем не надо, — улыбнулась баронесса. — Если верить Ретоку, в ране всё уже есть.

Лекарь быстро сделал требуемое и покачал головой:

— Я никогда не читал книг этого автора…

Тиана не смогла сдержать смех.

— Если бы Реток написал книгу, то весь раздел королевской библиотеки, посвящённый Пустоши, пришлось бы сжечь! За ненадобностью.

— Пустошь с ней, с королевской библиотекой! — воскликнул лекарь. — Но… Досточтимая баронесса Арлей! Вы собираетесь уничтожить куколку ночного мотылька?..

— Конечно, господин лекарь, — кивнула Тиана. — На этом настаивал Реток.

В общем-то, баронесса уже догадалась, что произойдёт дальше, и лекарь не разочаровал её, произнеся короткую, но пылкую речь:

— Баронесса! Невозможно уничтожать столь редкий экземпляр! Это кощунство! Я мог бы исследовать и описать столь редкого обитателя Пустоши! Подумайте, какую пользу принесёт такое описание путешественникам, лекарям и исследователям! Я мог бы…

— Подождите, господин лекарь! — оборвала словоизвержение Тиана. — Охотники за мотыльком пользуются специальной одеждой и масками, потому что чешуйки крыльев этой бабочки…

— У меня есть такая одежда и маска! — воскликнул лекарь и, не отрывая глаз от контейнера, жадно протянул руки. — И большой стеклянный аквариум! Его сейчас же перенесут в подземелье! Ведь нужна полная темнота?! Правда?!

— Да, — согласилась Тиана и вложила деревянную ёмкость с драгоценным содержимым в руки лекаря. — Но будьте осторожны. Там может оказаться не одна куколка.

— Великая Пустошь! Пусть их будет десять!

И стрелой вылетел из комнаты.

— Это вряд ли, — с сомнением пробормотала Тиана. — Хорошо, если четыре…

Дверь приоткрылась, и глаз королевского шута быстро осмотрел комнату. Лишь после этого Бари вошёл и встал так, чтобы дверь, если она откроется, скрыла его.

— Досточтимая баронесса Арлей, — тихо проговорил шут. — Что такое вы сделали с королевским лекарем? Я никогда не видел его таким счастливым.

— Не знаю, господин Бари, — пожала плечами Тиана. — Лекари, они такие… А вот чем вы разгневали короля? Ни разу его таким злым не видела.

Шут печально вздохнул, прислушался и развёл руками:

— Короли — они такие… Ума не приложу. А вот вы, баронесса Арлей, приносите людям столько радости. И проблем…

Мегана застонала, открыла глаза, повернула голову к кровати герцога и вскочила:

— Он умер?!

— Он спит. — Тиана встала между герцогом и сестрой. — А вот ты потеряла сознание. От переутомления, наверное.

— Правда? — Мегана потёрла лицо руками. — Я видела во сне убийцу…

— Какого убийцу?! — воскликнул шут. — Король заходил извиниться перед герцогом, а вы спали как младенец!

— Правда?

— Конечно. — Тиана благодарно улыбнулась шуту. — Господин Бари свидетель.

— А где мой кинжал, Ти? — Мегана пошарила рукой на поясе.

— Я забрала его, Мег. Почистить и смазать свежим ядом.

— Зачем ядом, Ти?! — удивилась Мегана.

Одновременно шут протестующе воскликнул:

— А вот этого не надо!

— Как хотите, — согласилась Тиана. — Я ухожу. А ты, Мег, приготовься кормить герцога бульоном с ложечки, когда он придёт в себя.

— Как маленького?! — глупо улыбнулась Мегана. — Хорошо!

Но хорошо, как это часто бывает, не получилось. Тиана решила перед поздним завтраком прогуляться по саду, чтобы подумать и успокоиться, — слишком уж её впечатлила работа ночного мотылька. Хотя она ухитрилась и не показать этого окружающим. Баронесса даже успела помечтать о еде, когда перед самой дверью её перехватил слуга.

— Досточтимая баронесса Арлей! Вас хочет видеть сестра. Она плачет…

«Эка невидаль! — подумала Тиана. — Поплачет и улыбнётся!»

Но шла за слугой быстро, как могла. Мегана у постели герцога не плакала, она всхлипывала и причитала:

— Ну пожалуйста, Сай! Ну хоть ложечку!

К удивлению Тианы, глаза герцога уже не были мутными, да и щёки хоть чуть-чуть, а порозовели. Только дышал раненый поверхностно и часто.

— По вашей милости я сегодня никак не могу поесть! — резко заявила Тиана.

— Сай тоже ничего не хочет есть! — хныкнула Мегана. — Только воду пьёт!

— А ты сама-то ела, Мег?

— Ну Ти! Ты что, не видишь?! Он не ест!

— Мег!

— Я ела! Вчера… Я не хочу!

Тиана мрачно посмотрела на обоих и спросила:

— Вы, герцог, какой бульон предпочитали в прошлой жизни?

Герцог Кайрис слабо улыбнулся и прошептал:

— Говяжий…

— Вот говяжий! — Мегана поставила одну миску и схватила другую: — Ещё тёплый! Ну Сай! Пожалуйста!

Но герцог рта не раскрыл. Только капризно поморщился.

— Мег! Съешь сама пару ложек, и у него разыграется аппетит.

— Но я не хочу, Ти! Он должен есть! Прошу тебя, Ти! Сделай что-нибудь!

Эта просьба навела Тиану на очень простую мысль. Она сулила как прекращение этого представления, так и скорый завтрак. Хотя пора уже обедать…

— Я вижу, герцог, что вы выглядите гораздо лучше мертвеца. Самое время решить нашу маленькую проблему…

В руке Тианы вдруг оказался кинжал, и кончик его клинка тут же упёрся в грудь герцога, а сама баронесса уставилась на сестру:

— Мег! Быстро съела две ложки! Иначе…

Глаза Меганы были прикованы к кинжалу, и в них плескался ужас. Она быстро проглотила три полные ложки бульона и дрожащим голосом попросила:

— Не надо, Ти… Я без него жить не смогу…

— Хорошо, — согласилась Тиана. — Ваша очередь, герцог.

Кинжал, хотя и плашмя, лёг на горло Меганы, а герцог Кайрис от удивления приоткрыл рот. Со счастливой улыбкой Мегана зачерпнула ложкой бульон и влила в герцога.

— Умничка, Сай!

С трудом сглотнув, герцог попросил:

— Не надо…

— Хорошо, — повторила Тиана. — Представьте, что я ещё здесь, и продолжайте. А я тоже хочу есть!

Кинжал с металлическим звоном скрылся в ножнах, и баронесса вышла.

— Ну Сай! Ещё ложечку! — попросила Мегана.

— Сначала ты, — просипел герцог.

Из-за портьеры у окна выглянул шут и восхищённо пробормотал:

— Как просто, элегантно и убедительно!

Глава 30

Примерно с половины обеда, когда голод был утолён, Тиана взялась за книжку и увлеклась — слегка переела. А потом стало поздно. Как говорил о похожем случае Ретою «Паштет не выложить обратно в блюдо. А если выйдет — есть его не буду!»

Тяжесть в желудке располагала лечь на кровать и почитать в таком удобном положении. Ещё баронесса решила, что не откроет дверь, даже если лекарь проглотит ночного мотылька, а герцог Кайрис лично прибежит просить покормить Мегану. Хотя герцогу ходить в ближайшие дни не придётся. Да и лекарю нужны будут только услуги гробовщика…

До книги дело не дошло — Тиана уснула. И проспала до заката.

Сны баронессу не беспокоили, но, проснувшись, добрее она не стала. А с чего это она должна бегать по дворцу на голодный желудок?! Да ещё для того, чтобы накормить неприятного ей герцога! Когда-то повариха сказала, что детям, которые не хотят есть вкусную кашу с молоком, бьют ложкой по лбу. Мегана этих слов, видимо, не запомнила…

Холодный душ всего лишь перенаправил недовольство Тианы на неё саму. Почему она такая невнимательная?! Дрова для камина почти закончились, пыль на комоде и подоконнике… А вдруг Менестрель придёт?! И баронесса взялась за тряпку.

Но, вытирая пыль, она корила себя за глупость. А зачем стараться, если проще вызвать слугу?! Да и Менестрель давно уже орёт свои песни в горах! В лучшем случае! Или нежно напевает в ушко какой-нибудь красавицы-брюнетки! Да скорее Пустошь станет безопасной, чем он начнёт ломиться в зеркало! Или вспомнит о ней…

Тиана вытолкнула столик в коридор и громко сказала:

— Мне нужны дрова!

И дрова появились. Их принёс слуга, аккуратно сложил и поклонился:

— Баронесса! У вас была сосна, а я принёс бук Он горит дольше и жарче. А здесь щепки и лучина для растопки.

На лице слуги появилась улыбка до ушей, когда Тиана сказала:

— Спасибо!

Похоже, что простая благодарность во дворце была большой редкостью.

Баронесса едва успела надеть платье, как пришла Мегана. Судя по всему, она тоже успела немного поспать.

Сестра бросилась на шею Тиане:

— Спасибо, Ти! Лекарь сказал, что никогда не видел такого быстрого исцеления воспалённой раны! Ты спасла его!

— Тогда уж это Ретоку спасибо, Мег. Это он для чего-то дал мотылька. Ты ела?

— Да! Мы с Саем обедали! Он три кусочка мяса съел!

Тиана заглянула в счастливые глаза сестры и спросила:

— Ты любишь его? Бедная девочка!

— Почему это бедная?! И разве Сая можно не любить, Ти?!

— Без труда, Мег.

— Но как же так, Ти?! — отстранилась Мегана. — Ты же спасла его! Могла сказать, что нет ничего, и он бы… умер…

— Не могла. Потому что ты моя сестра.

— Как же хорошо, Ти, что я твоя сестра! А ещё браслет сломался! Ну, он испортился… А я внутри ковырнула шпилькой, и он перестал мигать…

— Как раз это ерунда, — уверенно заявила Тиана. — У нас запасные есть.

— Ты не поняла, Ти… Он мигал… Я беременна!

И улыбнулась так счастливо, как в свой день рождения. Но Тиана на улыбку сестры внимания не обратила:

— Это ничего, Мег. Я сбегаю к ворожее Сирли. У неё наверняка есть что-то. Срок-то небольшой… А герцога я…

— Нет, Ти! Ты опять не поняла! Я люблю Сая, и никакая ворожея не нужна! Я оставлю ребёнка, что бы ни случилось!

Тиана вздохнула и села на стул.

— Мег… По законам королевства тебя отправят к отцу.

— И что?! Отец нас любит! Ну, поворчит немного… И Сай обещал что-нибудь придумать! Но про ребёнка он не знает!

— Чем ему думать? Думают женщины… И зачем ты браслет сняла? Я же просила…

— А он мне мешал, — прошептала Мегана, улыбнулась и зажмурилась.

Вышло это так потешно, что Тиана рассмеялась. «Везёт же Мегане! — подумала она. — И влюбилась по уши, и домой поедет…»

— Ты не обижайся, Ти! — сказала Мегана, не раскрывая глаз. — Я так решила! Знаешь, как здорово?! У меня внутри — маленький Сай!

— Ты сама ещё маленькая, Мег…

— Ой! Заболталась я, Ти! Сай может проснуться, а меня нет! Он испугается! А его кормить надо!

Сестра упорхнула, а Тиана покачала головой и произнесла вслух:

— Ничего хорошего… Любовь есть, но она никуда не ведёт…

* * *

Слуга оказался прав — буковые дрова горели жарко и долго. Хорошо ещё, что баронесса положила лишь несколько поленьев. Но для кого ей было стараться?

Когда Тиана совсем уже собралась лечь спать, раздался тихий стук. Сердце забилось часто-часто, а руки и ноги словно онемели. Баронесса боялась упасть, если поднимется со стула. Но стук повторился, и она поняла, что звук идёт от двери.

Тихо выругавшись, Тиана прошла по комнате и повернула ключ. На её злобное выражение лица лекарь не обратил никакого внимания. Даже титул он произнёс восторженно-заговорщицким шёпотом:

— Досточтимая баронесса Арлей! Их четыре! Целых четыре!

— Кого? — прошипела сквозь зубы Тиана.

— Куколок! Великолепных куколок ночного мотылька! Это потрясающе!

Обречённо вздохнув, Тиана подумала: «Ну вот ещё один влюблённый! Но только в одно из кошмарнейших порождений Пустоши!»

— Вы не знаете, баронесса, что они едят?!

— Разве бабочки едят, господин лекарь?

— Правда! Что-то я сегодня плохо соображаю… Но их четыре! Баронесса! Я же могу забрать контейнер?! По правде говоря, я уже отдал его в мастерскую! Музыканты послушали свисток и подсказали мастеру, как его лучше скопировать! Четыре! Целых четыре бесценных средства против любого воспаления!

— Почему четыре? — удивилась Тиана. — Что мешает вам забрать куколок после лечения? Если есть аквариум…

Лицо лекаря изменилось, рот приоткрылся, а веки распахнулись так, что глаза стали огромными. Тиана испугалась, что его сейчас хватит удар. К тому же лекарь начал заикаться:

— Йа… Ту… Тупой! Спасибо, баронесса!

И умчался по коридору.

Тиана медленно пошла к кровати, размышляя о том, что все влюблённые — в человека или в своё дело — странно глупеют и не замечают очевидных вещей.

Вновь раздался тихий стук, и баронесса со злостью воскликнула:

— Ну сто ещё!

— Это я, досточтимая баронесса Арлей! — еле слышно донеслось из-за стенной панели.

Голову словно окатило ледяной водой, но одна мысль осталась ясной и настойчивой.

— Не входите! — громко сказала она и сдвинула панель, открыв зеркало.

Не хватало только стать жертвой собственной ловушки! Она быстро перенесла чёрный шарик с цветка на раму картины.

— Входите…

Зеркало повернулось.

— То не входите, то входите… Я всё же войду, с вашего разрешения, баронесса.

Тиана была уверена, что Менестрель под маской улыбается. И это ей не понравилось. Ещё не хватало, чтоб он насмехался!

— Вы почему здесь?! — зло прошептала Тиана. — Голова лишняя отросла?! Я думала, что вы давно поёте… — И едва не сказала «какой-нибудь дурочке», но поправилась: — В горах.

— Прошу вас, баронесса, не винить меня в том, в чём я неповинен, — прохрипела маска. — Из столицы выехать невозможно. Особенно с моим лицом. Сюда еле пробрался. Охрана стоит даже в коридорах слуг.

Баронесса тут же мысленно себя отругала. Хотя бы за то, что была очень благодарна расторопным охранникам.

— Есть хотите? — спросила она.

— Как пустотный волк! — хрипло заверил Менестрель. — Можно я руки помою?

— Это здесь. — Тиана открыла дамскую комнату.

Потом он сидел к ней спиной и ел, а она сидела у камина и лениво перебирала мысли: «Неужели Мег права, и это есть счастье — радоваться, что мужчина может утолить голод? Или даже тому, что он просто пришёл? Рискуя жизнью…» А ещё она заметила, что Менестрель не надел перчатки.

— У вас буковые дрова. А говорите, что вас не любят.

— Я этого не говорила. И как вы различаете дрова?

И снова отругала себя: «Конечно же, он видит! Лучше кота! Да ещё и приблизить может!»

— На сколе бука чёрточки тёмные. И горит он лучше. А ещё я опять выпил вина.

— Буянить будете?

— Постараюсь быть тихим, баронесса.

Менестрель прошёл за спиной Тианы к своему стулу и на мгновение коснулся её плеч. В животе баронессы что-то дёрнулось, и она недовольно подумала, что руки мог бы и оставить…

Он сел и вздохнул:

Когда я дальний путь отрину,

То прихожу к горящему камину…

«Конечно, Мег права!» — решила Тиана, но вслух язвительно произнесла:

— Красиво. А правду говорят, что вы сердцеед? И славно погуляли в Зинкаре?

Маска хохотнула:

— Баронесса… Как вы себе это представляете? С такой рожей — и нарасхват? Слухи такие не я распускал, но и говорить, что хороший, — не буду. Неправда это.

— Ну и как они?

Менестрель посмотрел на Тиану и повернул маску к огню.

— Простите, баронесса, если я вас чем-то обидел, но я не понимаю…

Продолжить ночной гость не успел — в дверь настойчиво забарабанили:

— Досточтимая баронесса Арлей! Немедленно откройте!

Тиана зажмурилась, как в детстве, надеясь, что сейчас всё изменится и станет хорошо. А вот Менестрель не растерялся. Явно не раз попадал в такие переделки!

— Баронесса! — прошептал он на ухо Тиане. — Сделайте вид, что спали. Покрывало откиньте, подушку сомните… И браслеты наденьте! А я ухожу в подземелье.

— Немедленно откройте, баронесса! Приказ короля!

Пока Тиана металась по комнате, Менестрель схватил плащ, подошёл к зеркалу и стал возиться с запором.

— Вот проклятая Пустошь! — прохрипела маска. — Заело! Не открывается!

А Тиана вдруг обрела спокойствие. Она схватила Менестреля за руку и увлекла за собой:

— Прячься здесь!

И пошла к двери. Едва она открыла, ворвался королевский шут с мощным фонарём и начал обшаривать комнату, приговаривая:

— У вас хороший аппетит и жаркий камин, баронесса! Под кроватью никого, в туалетной тоже… А что это у нас зеркало не закрыто?!

Этот вопрос он задал скорее не хозяйке комнаты, а двум бугаям, застывшим у двери с оружием на изготовку.

Шут принялся шарить руками по раме, а Тиана обошла его, схватила со столика вазочку с недоеденным фруктовым салатом и с размаха водрузила на голову Бари. Ваза не удержалась, а вот кусочки фруктов в сладком сиропе очень живописно разместились на волосах, лице и плечах. Тиана принялась хохотать.

— Вы что вытворяете, баронесса?! На кого я теперь похож?! — завизжал шут.

А у Тианы вновь сменилось настроение.

— Ты похож сам на себя в салате, — спокойно ответила баронесса. — Может быть, милорд Бари хочет порыться в моём нижнем белье? Вон отсюда.

— Но баронесса Арлей! — возмутился шут. — По приказу его величества мы ловим государственного преступника! Менестреля заметили в саду, и я решил, что…

— Заткнись, — попросила баронесса, и теперь уже шут потерял дар речи. — Я вижу, Бари, у тебя плохо припудрен синяк под глазом. Подарить второй не смогу, но сделаю лучше…

Тиана подняла руки, и два тонких лучика из браслетов сошлись на груди шута. Камни засияли, а между ними с тихим треском зазмеилась молния.

— Вы с ума сошли! — Шут медленно пятился к двери, не отрывая взгляда от рук баронессы. — Я же вижу, что никакого Менестреля у вас нет! Графиня Тукань солгала! И мы же друзья, баронесса…

— Друзья не вламываются ночами.

— Но я бы никогда… У меня приказ!

Шут прыгнул за порог, метнулся в сторону и заголосил:

— Это оскорбление при исполнении! Угроза жизни! Я потребую у короля прибавки к жалованью!

Тиана заперла дверь, браслеты погасли, и она удивлённо пробормотала:

— А ведь могла и убить…

Баронесса зажгла два фонарика, прошла к платяному шкафу и распахнула дверцы. Между зачехлёнными нарядами стоял Менестрель с длинным ножом в руке.

— Хотите дорого продать свою голову? — поинтересовалась Тиана.

— Вы зажгли свет, — прохрипела маска.

— А вы забыли, что меня разбудили среди ночи и я очень зла?! Выходите. Так вы ко всему ещё и государственный преступник?

Нож исчез в ножнах, а Менестрель, шагнув из шкафа, тут же упал на колени перед баронессой и заключил её ладонь в свои. Тиана вздрогнула, а маска горячо зашептала, почти без хрипа:

— Уже который раз вы спасаете мою жизнь… Такого друга поискать… Но я жалею совсем о другом…

Тиана вздохнула и с усилием, но почти ровным голосом спросила:

— О чём же?

— Я не могу поцеловать вашу руку…

— Разве друзьям целуют руки? — улыбнулась Тиана. — И мне кажется, что вы слишком долго держите эту руку. Для друга.

— Вы правы, — согласился Менестрель, но руку не выпустил. — Кто-то из древних поэтов написал: «Это касанье — крик! Вечность, смятая в миг…»

Понимая, что делает для себя только хуже, Тиана высвободила ладонь из рук Менестреля.

— Идите к камину. В этом шкафу почему-то холодно, и я боялась, что вы простудитесь…

Менестрель пододвинул баронессе стул, сел сам и спросил:

— А кто это так кричал? Я даже испугался.

— Один шут гороховый, — ответила Тиана. — И немного я. Налейте два бокала вина. Мне треть, а себе полный.

Менестрель вскочил, налил вино и подал баронессе хрустальный бокал, налитый не более чем она хотела.

— Хорошо. — Тиана посмотрела через бокал на огонь. — А теперь скажите, как вас зовут. Прозвище я уже знаю.

— А вы? В обмен.

— В обмен. Но вы первый.

— Родители называли меня Арвид.

— Арвид… — повторила Тиана. — У ваших родителей прекрасный вкус. А меня зовут Тиана.

Менестрель как-то странно вздохнул, протянул свой бокал к бокалу баронессы и под звон хрусталя почти пропел:

Когда ступлю на смертную росу,

«Тиана!» — трижды я произнесу

И не умру…

— Ну вы скажете, Арвид! — рассмеялась Тиана. — Тот, кто коснулся этой росы, живёт три дня.

— А если верить?

— Знаете, почему в предрассветную вахту любого каравана ставят самого опытного караванщика и самого глазастого из молодых? Чтобы они меньше болтали и смотрели на дорогу! Смертная роса выпадает внезапно и всегда в разных местах. И взять для учёных её не удаётся. Ни за какие деньги! Бывало, что караваны стояли на месте несколько часов, пока роса не испарится.

— Не знал… А хотите, Тиана, я пойду пилигримом через Пустошь в вашу честь?!

— Арвид, вы глупеете на глазах, — укоризненно вздохнула баронесса. — Во-первых, вам понадобится разрешение от короля, а во-вторых, мой отец считает всех пилигримов идиотами.

— Да… С королём у меня заминка выйдет. А почему у барона Арлея такое отношение к этим…

— Идиотам? И я так же отношусь к пилигримам. Представьте себе, Арвид, что вы получили разрешение короля, купили повозку… Или с караваном отправились через Пустошь. Написали моё имя на скалах той стороны, а то и убили какую-нибудь тварь в Пустоши. Но мне-то что с того?! Половина пилигримов не возвращаются, а девять из десяти счастливчиков прибывают искалеченные или больные.

— Вы хотите сказать, что король подписывает пилигримам смертный приговор?

— Ну конечно, Арвид! Но подумайте о глупых курицах, ради которых совершаются столь глупые походы! Они не понимают, что практически теряют тех, кто уходит прославлять их имена!

Маска повернулась в сторону баронессы:

— Тиана… А вы бы не хотели меня потерять? Как друга?

Она закрыла глаза, допила вино из бокала и ответила коротко:

— Нет.

— Тогда я сделаю всё, чтобы этого не произошло. И постараюсь сделать ещё больше…

Баронесса обхватила руками плечи, как будто ей стало зябко, и грустно улыбнулась:

— Слишком много невозможного… Вы, Арвид, лучше подбросьте дров в камин и расскажите мне что-нибудь. И не коситесь на окно! Никуда стражники не ушли! — И совсем тихо добавила: — Я так хочу…

— Ваше желание для меня закон, баронесса. Я только хотел спросить… Слуги говорили, что прямо на королевском приёме произошла дуэль. Вы не знаете, кто дрался?

— Насколько я поняла, король и герцог Кайрис выясняли отношения. И герцог получил рану, с виду не опасную, но… Думаю, что сейчас ему уже лучше.

— А что стало причиной дуэли?

— Понятия не имею. Наверное, этого никто и не знает. А самой дуэли я не видела.

— Как?! — удивился Арвид. — Двое мужчин дерутся на шпагах насмерть, а вам неинтересно?! Я обязательно напишу балладу об этой схватке!

— Совершенно неинтересно. Но баллада наверняка будет хорошей. А теперь, Арвид, докажите, что моё слово для вас закон.

— Слушаю и повинуюсь, баронесса! Если сравнивать простой народ Зинкара и Руаты, то различия найти почти невозможно. А вот во дворце зинкарского короля кипят жуткие страсти…

Менестрель как бы подбирал слова, а потом увлёкся, и она, слушая, улыбалась, хмурилась и недоверчиво качала головой, но не могла остаться равнодушной к рассказам. Лишь когда за окном начался рассвет и стали гаснуть звёзды, он прервался и сказал:

— Тиана… Вы из-за меня не выспитесь.

— Но я не хочу спать! — возразила она.

— Мне надо идти…

Баронесса посмотрела в окно и едва не расплакалась от злости.

— Да, — тихо произнесла она. — Конечно…

Хотя считала, что Арвид вполне мог остаться здесь, в комнате, и почти не прятаться! А еды им вполне хватает на двоих…

Он что-то подковырнул ножом в тайной двери, и она послушно открылась. «Всё против меня!» — подумала Тиана.

Арвид шагнул за зеркало и уже оттуда спросил:

— Если я не смогу уехать… Можно постучать в эту дверь, Тиана?

Баронесса вдруг бросилась в темноту, прижалась к Арвиду и сквозь всхлипывания горячо зашептала:

— Уезжай! Пожалуйста! Мне бы только знать, что ты жив! Уезжай!

А он гладил её плечи дрожащими руками и бормотал:

— Всё будет хорошо… Правда… Поверь мне…

Но она не верила.

Когда зеркало почти закрылось, она крикнула в узкую щель:

— Уезжай!

Плачущая баронесса не услышала, как Менестрель спросил:

— Как же я теперь уеду, Тиана?..

Глава 31

Она проснулась поздно, с очень странными ощущениями… Стыда и вины. Тиана даже покраснела, вспомнив, что во сне вытворял с её телом Арвид. И ей это нравилось! А винила она себя в том, что не остановила, позволила уйти. Да ещё и умоляла уехать! А надо было хватать его в охапку и тащить в постель, раз уж мужчины без этого не могут! «А ещё, — думала она, — надо найти шута и поквитаться! Он отнял у меня Арвида на десять минут! Кто знает, как закончилась бы ночь без вторжения этого негодяя?!»

Душ и завтрак не принесли былого спокойствия, и Тиана решила наказать себя чтением законов королевства. А то книга пылью зарастёт. Но через несколько минут баронесса обнаружила, что не хихикает над явной глупостью, а хохочет, словно одержимая. Это было плохо — так и с ума сойти недолго! Она оделась и отправилась к раненому герцогу Кайрису, уверенная, что Мегана там, и с надеждой застать шута.

Раненый выглядел очень неплохо. Левая рука на перевязи, но он без труда сидел на кровати, а Мегана кормила его чем-то мясным с ложечки. И сама ела вслед за герцогом. Похоже, что метод приёма пищи нравился обоим.

— Ти! Сай хорошо сидит и даже сделал три шага! А злой лекарь сказал, что больше здесь не нужен!

— Хорошо, — кивнула Тиана и заглянула за портьеру. — Здесь не было сегодня господина Бари?

— А зачем он вам, баронесса? — удивлённо спросил герцог.

— Хочу обсудить с ним кое-что… И вырезать печень!

— Странно, Ти! Он заходил утром и спрашивал о тебе! И чего-то боялся! Это ты ему глаз подбила?!

— Нет, — процедила сквозь зубы Тиана. — И очень жалею об этом. Ночью шут ворвался в мою комнату и искал Менестреля…

— Да ты что?! — от удивления Мегана вытаращила глаза. — А он был у тебя?!!

— Мег! Подумай своей головой!

Думала Мегана быстро, и восхищённое выражение её лица сменилось на разочарованное.

— Наверное, нет… Ты, Ти, точно бы шута за такое убила!

— Я была близка к этому, — не стала скрывать Тиана. — Теперь хочу доделать.

— Это правильно! Он даже не попытался защитить Сая! — со злостью заявила Мегана. — И кстати, почему это он во дворце?! Я слышала, что король с несколькими приближёнными в ночь уехал на охоту! Так что и приёмов тоже не будет!

— Это хорошо, — согласилась Тиана. — А шут во дворце явно остался, чтоб мне досаждать. Убью как пустотную собаку!

Герцог Кайрис воспользовался возникшей паузой и попытался встать на ноги.

— Я хочу…

Мегана упёрлась руками ему в плечи и строго сказала:

— Сиди! Хотеть ты можешь и сидя!

Герцог смирился, кивнул и посмотрел на Тиану:

— Досточтимая баронесса Арлей! Я хочу обратиться к вам с благодарностью и просьбой!

«Неужто руки Мег попросит?! — подумала Тиана. — Вообще-то, резонно — я здесь старшая из рода Арлей, но ему ещё надо будет ехать к отцу с лицензией короля на этот неравный брак…»

— Я очень благодарен, баронесса, за то, что вы не пожалели редкое средство… Лекарь обмолвился, что это какое-то чудо. Спасибо!

Тиана кивнула, принимая благодарность, и герцог, улыбнувшись, продолжил:

— А просьба… Вы старшая… Пожалуйста, прикажите Мег перестать меня кормить…

— Сай! — возмущённо воскликнула Мегана.

— Помолчи, Мег. А вы, герцог, можете пояснить свою просьбу?

Герцог Кайрис виновато посмотрел на Мегану:

— Извини, Мег. Но мне кажется, что сегодня я съел половину того, что приготовлено на королевской кухне. Даже дышать тяжело…

— Но он же ест! — не выдержала Мегана. — Значит — хочет!

Тиана глубоко вдохнула, медленно выдохнула и приказала:

— Мег! Выйди со мной в коридор! А вы герцог можете, пока мы говорим, отдохнуть.

Герцог с трудом поклонился.

— Спасибо, баронесса. Если вы соберётесь меня убивать, только скажите, и я встану поудобнее.

Мегана фыркнула и выбежала из комнаты. Когда сестра к ней присоединилась, она перешла в атаку:

— И не надо, Ти, меня учить, как обращаться с моим раненым мужчиной! Он должен быть накормлен! И лекарь сказал то же самое! Что ты на меня так странно смотришь?!

А Тиана и вправду озабоченно осматривала платье на сестре.

— Я утром переоделась, Ти! И помылась!

— Это хорошо, Мег, — одобрительно кивнула Тиана. — Ты когда герцога кормишь, ешь вместе с ним?

— Да! Так он больше ест! А что такое, Ти?!

— Да платье на тебе, Мег, сидит, как-то странно… Может, ты в весе прибавила?

Мегана озабоченно одёрнула материю на талии и нахмурилась:

— Противная, Ти! Вечно ты что-то такое скажешь… С чего бы я пополнела?! Сай стал хорошо есть только ночью!

— Я не спорю, Мег. Но, чтобы с удовольствием поесть, надо быть слегка голодным. И это касается всего…

— Вы с ним сговорились! И я не толстая!

— Когда бы мы успели, Мег? И ты пока не толстая. Только позволь мужчине решать хоть что-то. Или убеди, что он всё решил сам.

— Противная… — Тон Меганы вдруг стал просительным: — Ти! Ты ведь поможешь мне?!

— А что ещё случилось?

— Этот вредный лекарь… Он сказал, что Сай теперь идёт на поправку и больше не нуждается в его услугах!

— Но это же хорошо, Мег?

— Как сказать… Понимаешь, Ти, если Сая переведут в его покои, то я не смогу… Это же будет неприлично!

У Тианы едва не вырвалось, что неприлично пускать к себе кавалера каждую ночь, но она сдержалась.

— Не понимаю, Мег. Что ты хочешь от меня?

— Ой, Ти! Лекарь от твоей бабочки в телячьем восторге, и если ты попросишь его пока не выпускать Сая, то он обязательно послушается! Хотя бы три дня, Ти! Чтобы он окреп…

Тиана оценила хитрость сестры и едва не расхохоталась.

— Я поговорю с лекарем, Мег. А ты дай герцогу передышку в еде.

— Да, Ти!

Мегана расцвела улыбкой, чмокнула в щёку сестру и умчалась к своей раненой собственности.

* * *

До обеда Тиана гуляла в саду и постепенно пришла к выводу, что шута можно и не убивать. Достаточно послать его… в Пустошь, если захочет мириться! Ещё хорошо бы дать понюхать кусок шкурки пушистого зверька по имени крисл… Нет. Это не пойдёт. Шкурка, конечно, есть, но если вытащить её из стеклянной коробочки, то и самой достанется не меньше, чем окружающим.

Но шут — полная ерунда в сравнении с делами Мег! Герцог может рассказывать ей любые сказки, даже обещать жениться, но сделать этого не захочет. Не захочет иметь детей, лишённых титула отца. И Мег, в данном смысле, обречена. Хотя почему же?! Она поедет домой…

С этого момента мысли Тианы поменяли направление. Она даже сняла браслет и посмотрела на внутреннюю поверхность — в окошечке почти полная луна. А раз так всё сложилось… Как говорил Реток: «Выжимаешь сок? Дави до конца!» Только надо не забыть принять одно средство… Чтобы уж наверняка!

Пообедала Тиана в приподнятом настроении и завалилась на кровать с глупейшей книжкой о хитреце, способном преодолеть любые препятствия. Вообще-то, баронесса рассчитывала немного поспать, но мысли о выверенном и коварном плане будоражили кровь. Они сплетались в голове в разные комбинации, и ни одна не была проигрышной. Раньше Тиана насторожилась бы и поискала подвох. Но сейчас всё складывалось очень удачно. Хотя и есть одно слабое звено — Арвид…

Очень трудно юной, неопытной женщине предугадать поведение поднаторевшего в постельных делах мужчины. На банального развратника он не походил… Но какая разница?! Лишь бы не эти придворные сластолюбцы! Арвид талантлив и наверняка не в маске родился, а потому вполне способен занять ключевое место в беспроигрышном плане Тианы. Да хитрецу подобный ход мыслей и не снился — на такой лошади объехать королевский указ!

Но баронесса позабыла об одном — ожидании. Множество стрел пролетело мимо цели лишь потому, что охотник не проявил должного терпения. Хотя, конечно, и промедление в промахах играет не последнюю роль.

К тому времени, как на небе зажглись звёзды, Тиана была взвинчена до предела. Она заказала ужин, но не могла есть, пыталась читать — не получилось… Впору принимать успокаивающее снадобье! А в голове билась только одна мысль: «Пусть только попробует не прийти!»

Арвид постучал, когда Тиана уже выбирала бокал, чтобы запустить им в зеркало.

— Входите, — попыталась сказать баронесса, но выдавила из горла лишь тихий хрип.

Она отхлебнула вина прямо из кувшина, прокашлялась и повторила попытку:

— Входите.

Получилось гораздо лучше, но по её плану необходимо было осилить ещё одну фразу.

Тиана сняла халат, повесила его на спинку стула и посмотрела в темноту за тайной дверью.

— Вы ещё можете уйти…

Голос предательски дрожал, она не знала, куда девать руки, а потом вспомнила, что маска позволяет видеть даже то, что скрыто под ночной рубашкой, и покраснела.

— При таком положении в королевских шашках эти две пирамиды бьют любую фигуру, — попытался пошутить Арвид, шагнул в комнату и закрыл за собой зеркало.

Осознав, что сморозил глупость не к месту, он судорожно вздохнул и тихо добавил:

— Простите, баронесса Арлей…

А Тиана стояла ни жива ни мертва. В её сценарии слов больше не было — не придумала. Да и не смогла бы она выдавить из себя хоть что-то внятное. Баронесса просто протянула руку, схватила за рукав Арвида и увлекла в дамскую комнату. Здесь Тиана молча указала на душ, вышла, забралась под одеяло, и её затрясло в ознобе. И совсем не от холода.

Постепенно она успокоилась. Не вылезая из-под одеяла, стянула с себя рубашку, решив, что так всё кончится быстрее, и принялась ждать. А Арвид не особенно торопился. Или это Тиана слишком подгоняла время? Но когда он вышел и закрыл дверь, она неожиданно для себя попросила:

— Разожгите камин. А то я совсем ничего не вижу…

«Время тянешь! — укорила она себя. — Зачем свет? Ведь собиралась просто лежать с закрытыми глазами!»

Спорить Арвид не стал. Судя по звукам, он складывал дрова в камине, зажигал… А когда первые отсветы огня забегали по комнате, Тиана приоткрыла один глаз, подняла голову и тут же засмеялась.

— Что-то не так, баронесса? — тихо спросила маска.

Он обмотал полотенце вокруг бёдер, но это лишь подчеркнуло могучую фигуру, — широкие плечи, выпуклые мышцы, узкая талия… Хотя Тиана могла и врать себе — она видела лишь силуэт на фоне камина.

Но отпугивать истерикой кавалера в столь ответственный момент могла только отпетая идиотка. Тиана откинулась на подушку, глубоко вздохнула и ответила:

— Нет… Просто мне ни разу не разжигал камин голый мужчина…

— А одетый? — быстро спросил Арвид.

— В таком положении? — Тиана глупо хихикнула. — Никогда.

Арвид прокашлялся, но не произнёс ни слова. Он так и стоял у камина, как будто не знал, что делать дальше. Ждать до рассвета в планы Тианы не входило, и она, натянув одеяло до самых глаз, глухо произнесла:

— Идите сюда, Арвид…

Кровать скрипнула под тяжестью тела, и голый мужчина оказался рядом с Тианой. Она вдруг поняла, что трясёт не только её — Арвид дышал прерывисто, то ли от страсти и вожделения, то ли ещё от чего… А пахло от него её любимым травяным мылом.

Много позже она спросила, как он угадал, какой запах ей нравится. Ответ удивил простотой:

— Я взял то, которое было меньше…

А тогда рука настойчиво протиснулась под её плечи, и Арвид тихо прошептал прямо в ухо баронессы:

— Помните, Тиана, о чём я жалел, когда держал вашу ладонь?

— Нет, — дрожащим от напряжения голосом ответила она.

— Я не могу целовать вас. Но… Мои пальцы — губы… И их десять…

Пока пальцы одной руки гладили её плечо, другие очертили овал лица, коснулись носа, шеи… Дыхание Тианы стало частым, и она с ужасом ждала, что вот сейчас дело дойдёт до груди. Но боялась она одного — разочаровать его.

Вот только пальцы-губы скользнули по ложбинке не задерживаясь, протанцевали вокруг пупка, и тёплая ладонь властно легла на живот. Лишь после этого рука вернулась к груди. Пальцы Арвида ухитрились коснуться сразу обоих сосков, и он прошептал:

— Вишенки…

Тело перестало подчиняться ей, оно трепетало и пело в такт движения его рук. А хотелось закричать, что так нельзя, нельзя на ней играть, ведь она не лютня!

А пальцы уже скользили в самом низу живота, по бёдрам… Тиана судорожно свела ноги, но каким-то образом ему удалось заставить её мышцы расслабиться, и вот пальцы уже гуляют по внутренней стороне бёдер, проникают в самое заветное место…

Она не понимала, каким образом Арвид приподнял её ноги и оказался между них…

— Ты готова?

Она знала, что будет больно, но когда эта боль пришла — даже не вскрикнула. И собиралась терпеть до конца.

И вдруг всё кончилось…

Арвид лежал, прижимая её к себе, и хрипло дышал, почти рычал. А Тиана с ужасом понимала, что её план рушится, как карточный домик.

— Ты…

Тиана не нашла нужных слов, но он каким-то образом её понял.

— Нет…

— Почему?!

Разъярённая таким ходом дела баронесса высвободилась из медвежьего захвата, принялась колотить кулачками по его плечам. И кричала:

— Почему?! Почему?! Я что, некрасивая?! Чего тебе ещё надо?!

Арвид поначалу опешил, а потом понял, захохотал, ослабил хватку и начал гладить её по спине. Гнев Тианы быстро угас, она сама прижалась к его телу и всхлипнула:

— Почему?..

— Прости, Тиа, — прошептал он в её ухо. — Дело не во мне, а в тебе…

— Что?!

— Ну сама подумай. Если бы у тебя был в руке кинжал… Счастье, конечно, что у тебя его не было! И ты бы меня порезала…

Тиана протестующе дёрнулась в его руках, и Арвид прошептал:

— Тихо, тихо… Скажи. Стала бы ты натирать мою рану солью?

— Нет! Но при чём здесь это?!

— Вот и я не стал.

Тиана прижалась лицом к мягким волосам на его груди, вдыхала его запах. Боль почти угасла, и она спросила:

— А теперь ты можешь?

— Завтра, — вздохнул он, и этот вздох прозвенел во всём его теле.

— А ты придёшь?

Его рука скользнула вдоль спины Тианы, легла на ягодицы, и он опять вздохнул.

— Я не знаю мужчины, который не пришёл бы к тебе, Тиа. А мне хочется думать, что я мужчина.

— Мужчина… — эхом повторила Тиана. — Я слышала… Ну, подслушала однажды… Что мужчина обязательно должен… Я не знаю, как сказать!

— От этого я не умру, — заверил он. — Если, конечно, завтра смогу наверстать…

— Сможешь, — пообещала Тиана. — А сейчас…

Она упёрлась в плечо Арвида, и он послушно лёг на спину, ещё не понимая, что она задумала.

— Тут кто-то играл на мне пальцами, как на лютне. Но я могу…

Она поцеловала его плечо и удивилась, как это приятно. Её пальчики чиркнули по соску, зарылись в волосы на груди, потом нашли пупок, спустились ниже…

— Ого! — не смогла сдержать восклицания Тиана.

— Не «ого», — судорожно вздохнул он. — А просто меч средних размеров.

— Очень большой средний размер, — прошептала она и поцеловала верх его живота.

Дальше Тиана не рискнула спускаться с поцелуями и предупредила:

— Учти. Я не умею…

Арвид ничего не сказал, но по сокращению мышц его живота Тиана поняла, что всё делает правильно. Поразило, что её собственные внутренности отзывались горячими толчками, а в голове вдруг поселился густой и властный туман. Его руки гуляли по спине, пытались дотянуться до ног, гладили волосы на её голове… Вдруг Арвид напрягся, зарычал, а Тиана впилась в его живот безумным поцелуем.

Он ещё вздрагивал, когда она, улыбаясь и тяжело дыша, сказала:

— У нас здесь озеро… И мне надо умыться…

— Простите, баронесса…

— Дурак!

— Дурак, — согласно выдохнул Арвид и легко перетащил Тиану к себе на грудь. — Не спорю…

Она тихо лежала на широкой, вздымающейся груди и думала, что ещё не была такой счастливой. Если, конечно, отбросить детские радости. Потом пришла другая мысль.

— Я есть хочу, — капризно проговорила Тиана.

— Я тоже, — признался он.

На дрожащих ногах она спустилась с кровати. Накинула халат, добралась до столика, наложила в тарелку паштетов и салатов, стараясь не смешать в кашу разные блюда, и ушла от столика к камину.

— Тиа…

— Поднимайся и ешь! — приказала она. — Иначе будешь пялиться на меня и останешься голодным!

Арвид поел быстро. Даже слишком быстро — Тиана не успела добраться и до половины тарелки, когда он налил вина в бокалы и придвинул столик вплотную к её стулу. А потом просто сгрёб баронессу в охапку и усадил себе на колени.

Она коснулась чёрной маски и сказала:

— Можно заказать другую, очень похожую на настоящее лицо…

— Я выбрал эту. Маска всегда остаётся маской.

— Подо мной что-то жёсткое… — Тиана повозилась у него на коленях. — Если я выпью вина, то быстро опьянею и ты сможешь легко овладеть мной.

— Тогда я не дам тебе вина.

— А у тебя нахальная рука.

— А у тебя прелестная грудь…

— Лучше, чем у других? — усмехнулась она.

— Теперь единственная, — заверил Арвид. — И в двух экземплярах…

Она согласилась бы, чтобы эта рука вечно блуждала под халатом и играла разные мелодии на её теле, но он с сожалением сказал:

— Тиа. Мне надо идти.

Она нахмурилась, а он нежно сжал её грудь.

— И не надейся, что завтра я не приду…

Глава 32

Тиана проснулась поздно и долго нежилась в постели. Она боялась, что, поднявшись, растеряет это радостное и чудесное настроение.

Баронесса ошиблась-даже струйки душа напоминали ей о пальцах.

Ночью она была уверена, что не заснёт под напором новых ощущений, но… Призраки рук, не останавливаясь, скользили по телу и почти сразу погрузили Тиану в сладкую череду сновидений. И в них, конечно же, маска Арвида улыбалась…

Возможно, сыграл роль очень поздний ужин, но есть баронессе совершенно не хотелось, и она решила, что было бы неплохо выполнить обещание, данное Мегане. Слуга на вопрос Тианы ответил, что беспокоиться не стоит — лекарь сам просил сообщить, если баронесса Арлей пойдёт к раненому, и посыльный в подземелье уже отправлен.

— Почему в подземелье? — удивилась Тиана.

— Лекаря проще всего найти именно там, — пояснил слуга. — Он даже спит, не выходя наверх. А если вам, баронесса, интересно, король подстрелил на охоте огромного оленя! Утром его привезли на кухню, и на обед будет изумительное рагу!

Но подвиги короля мало волновали Тиану.

— А лекарь придёт скоро? — спросила она.

— Возможно, что даже раньше вас, баронесса.

Но это оказалось не так, и Тиана успела выслушать целую тираду разгневанной сестры.

— Где мой кинжал?! Я убью эту пустотную тварь! Я вырежу его сердце! Я…

Герцог в длинной полотняной рубашке сидел у окна и даже не пытался успокаивать Мегану — исчерпал все доводы. Он печально посмотрел на старшую баронессу и развёл руками.

В комнату вошёл лекарь, и Мегана превратилась в дикую кошку. Она на мгновение застыла, медленно двинулась к жертве и прошипела:

— Сейчас я тебя…

А вот руку к кинжалу сестры она протянула зря. Тиана толкнула её к дивану, рявкнула:

— Баронесса Арлей! Сесть! — И тут же повернулась: — Господин лекарь, на пару слов…

— Она чуть не порвала меня! — плакался лекарь в коридоре. — Спасибо герцогу — закрыл своим телом! А такого удара в печень я не получал с юности! У меня и без того дел полно! Спасите меня, баронесса Арлей!

— Успокойтесь, господин лекарь, — улыбнулась Тиана. — Выход есть, и довольно простой.

— Правда? — недоверчиво спросил лекарь.

— Да. Надо было вас найти ещё вчера, но… Пусть герцог полежит здесь ещё дня три. И все будут довольны.

Лекарь выпятил нижнюю губу, шмыгнул носом и вздохнул:

— Вообще-то я и сам понял, что… Но я же всего лишь сказал, что герцог почти здоров и может вести обычный образ жизни! И всё! А герцог уже ходит и даже приседает!

— Господин лекарь, — укоризненно сказала Тиана. — Вы же понимаете. Три дня…

— Может, их в охотничий домик отправить? — спросил лекарь. — Для восстановления сил?

— Это лишнее. И слишком явно…

— Да! Пойдёмте! Только последите, чтобы баронесса не убила меня раньше времени! И понадобятся свидетели…

Проходя через комнату сиделок, лекарь взмахом руки пригласил их идти за собой, а потому к герцогу вошла целая делегация. Тиана сразу села рядом с сестрой, взяла её за руку и прошептала:

— Молчи!

— Сидите, герцог Кайрис! — недовольно рыкнул лекарь. — Почему мне не доложили, что раненый иногда теряет сознание?!

Герцог явно растерялся, как и Мегана. А лекарь сдавил ноготь на пальце больного, недовольно побурчал и приподнял веко герцога:

— Желтизна… Хотя и не очень сильная. Возможно, умеренное отравление. Исключить овощи и давать не больше бокала вина в день! Завтра можно немного гулять во внутреннем саду! Если сам не сможет дойти, отнести на носилках! Вы слышали?!

Последнюю фразу лекарь обратил к Мегане и старался говорить уверенно и строго. Но голос дрогнул.

— Да… — растерянно отозвалась Мегана.

— Хорошо! Через три дня решим, что делать дальше. — Лекарь посмотрел на сиделок: — Пойдёмте! Я дам дополнительные указания!

Мегана посмотрела на сестру.

— Он правда сказал — три…

— Ты сама слышала. Жёлтые глаза и какое-то отравление.

Метнувшись к герцогу, Мегана озабоченно вгляделась в его глаза и обескураженно пожала плечами.

— Карие…

— Господину лекарю видней, — улыбнулась Тиана. — Сказал — в сад, значит…

— Злая Ти! А ты, Сай, совсем не слушаешься!

Герцог поднялся на ноги.

— Досточтимая баронесса Арлей! Я не одет, но…

— Вы в ранге раненого, — успокоила Тиана.

— Да. Я так понимаю, что и сейчас мы обязаны вам…

— Лекарю, — поправила Тиана.

— Всё равно — спасибо! Я хочу просить у вас руки…

— Не надо, герцог! — оборвала баронесса. — Вы прекрасно знаете, что это означает и для вас, и… И вам уже ничего не изменить.

— Плохая Ти! — зло выкрикнула Мегана. — Могла бы и выслушать!

Лицо герцога наморщилось, как от боли, и Тиане показалось, что он сейчас заплачет.

— Я не могу, герцог Кайрис, отбирать у вас возможность отступления, — печально произнесла она. — Как и у всех нас. Мег! Не обижайся. Герцогу надо одеться и погулять в саду. Если сможет. И сегодня на обед будет оленина.

Настроение Тианы основательно испортилось, но в коридоре она ощутила лёгкие прикосновения пальцев Арвида к спине… Даже оглянулась. И удивилась своим ощущениям — одновременно печальным и радостным.

* * *

Тиана пообедала и села за книгу. Почему-то хотелось побыстрее закончить её и отнести в библиотеку. Читалось легко, но с приходом вечера баронесса стала рассеянной и невнимательной. К тому же она вдруг всполошилась — вспомнила, что не сменила постельное бельё. Это была почти паника — Арвид прекрасно видит в темноте и, конечно же, решит, что она нечистоплотная неряха! Дело много времени не заняло, а, закончив, Тиана уселась на край кровати и задумалась…

Что-то уж больно много она возомнила! А ведь собиралась использовать несчастного Менестреля всего лишь в личных целях. Только для того, чтобы вместе с Меганой уехать в отцовский замок — и всё! Но его пальцы… Интересно, что он ими ещё способен делать?..

По телу Тианы прошла дрожь, она глубоко вздохнула и прикрыла глаза. А потом встрепенулась — всё, хватит! Главное — уехать домой! Любой ценой! А если ещё и удовольствие приложится, то это просто приятное дополнение.

Приняв душ, баронесса заказала ужин и решила, что будет терпеливо ждать Арвида. Минут десять у неё получалось хорошо, но затем она начала выдумывать картины одна страшнее другой. Тихий стук в тайную дверь раздался между переломом обеих ног при прыжке с крыши и отрубанием головы ржавым топором.

— Почему так долго?! — недовольно воскликнула Тиана, припав к широкой груди Арвида.

— Как это долго? — удивился он. — Ещё десять стража не прокричала…

Баронесса подняла голову и хмуро посмотрела в чёрные стёкла глаз маски.

— Я не виноват, Тиа! — затряс головой Арвид. — Я едва в засаду не попал. Пришлось притвориться розовым кустом и стоять не двигаясь. Целый час!

— Кустом? Розовым? — недоверчиво спросила Тиана. — В белый цветочек?

— Точно! — обрадовался он. — Но без зелени.

— Болтун, — вздохнула она. — Есть хочешь?

— Я страшно голоден, — признался он, подхватил её на руки и понёс к кровати. — И сейчас я надеюсь утолить этот страшный голод.

— В душ сходи! — потребовала Тиана. — Шлялся неизвестно где.

— Правда, — хохотнул он. — Надо частично помыться.

Пока Арвид раздевал её, баронесса спросила:

— Почему частично?

— По дороге я основательно помылся в ручье на окраине. Прямо у ключа.

— Холодная вода… — поёжилась Тиана.

— Ледяная, — признался Арвид. — Но бодрит.

В дамской комнате он пробыл совсем недолго и свет не зажигал. Арвид прошлёпал босыми ногами к кровати и спросил:

— Камин разжечь?

— Издеваешься, да? Потом. Иди сюда, мне холодно.

Больше всего Тиану интересовало, повторится ли это блаженное состояние? И Арвид доказал, что первый опыт способен повторяться! Возможно, бесконечно… Его руки гуляли по телу, вызывая сладкую истому, а Тиа прижималась к Арвиду и млела от всепоглощающего счастья. Целовала его грудь, и, конечно же, не случайно рука Тианы добралась до паха. «Как этот огромный сможет поместиться?..» — с дрожью подумала она, а вслух сказала:

— Не сдерживай себя…

Он подмял её, как матёрый медведь жертву, и спросил:

— Твоя луна?

— В самом начале, — ответила баронесса.

Ответила без запинки, потому что очень долго повторяла про себя эту ложь.

— Может быть немного больно, — скорее простонал, чем сказал он, вошёл в неё, и они превратились в единое целое.

С каждым настойчивым толчком внутри её живота что-то росло, а сознание всё глубже погружалось в марево цветных полос, облаков и звёзд. Наконец, Тиана на короткое мгновение застыла над какой-то манящей бездной и с восторгом сорвалась в неё, увлекая за собой Арвида. Падая рядом, он рычал и стонал, а она кричала от наслаждения.

Она вынырнула из забытья и ощутила себя раздавленной, будто на неё свалилась скала. Но безмерно счастливой. И всё же поборола тягучее желание лежать без движения, повернулась к своему мужчине, обняла, зарылась лицом в курчавые волосы на груди. Она попыталась дышать в такт с ним и сбилась. Грудь Арвида мощно и ритмично вздымалась, будто он бежал многие километры, а она дышала слишком часто.

Рука Тианы блуждала по его животу, спустилась ниже…

— Ой! — удивлённо оценила она то, что нащупала. — Он совсем устал?

— Временно, — всё ещё тяжело дыша, заверил Арвид. — Ты тоже устала.

— Я? — возмутилась Тиана.

Он не стал тратить слова. Протянул руку, прошёлся по ягодицам, сжатым бёдрам и погрузил палец во влажную ложбинку.

Тиана зашипела, как недовольная кошка, а Арвид рассмеялся:

— Сама видишь, Тиа! — И тут же спросил: — Ты ужинала?

— Нет. Ждала тебя. Ты же голодный! — вскинулась Тиана и упёрлась руками в его бок, пытаясь спихнуть с кровати. — Иди ешь немедленно! А то упадёшь!

— Ещё чуть-чуть подтолкнёшь, и упаду, — хохотнул Арвид. — Подожди. Сейчас зажгу камин, а то ты, наверное, ничего не видишь?

— Почти ничего, — радостно подтвердила Тиана. — Но обязательно рассмотрю позже.

В камине тихо потрескивали дрова, за окном еле слышно перекликались стражники, а Тиана, прикрыв глаза, чутко вслушивалась в своё тело. Очень странное состояние поселилось в ней — сытость во всех отношениях. Не хотелось шевелиться, говорить. Разве что?..

Она протянула руку и коснулась голого плеча Арвида. Если баронесса хотя бы накинула халат, то он не нашёл нужным даже прикрыться.

— Ты бесстыжий, — сообщила Тиана, поглаживая его плечо.

— Разве? Кажется, это ты собиралась что-то рассматривать? И это ты бесстыжая! Потому что смотришь.

— Мне можно! Ой! Он…

— Тогда и мне можно. И не надо было смотреть. А теперь пора прятать «ой!» в ножны!

Арвид легко притянул её вместе со стулом, приподнял и усадил на колени лицом к себе. «Какая же силища в его руках!» — восхищённо думала Тиана, пока он разводил полы халата в стороны. Ладони легли на грудь, как бы взвесили каждую и чуть сжали. Баронесса судорожно вздохнула и ощутила, что Арвид приподнял её бёдра. «Когда только успел?! — подумала она. — И ведь я не хочу больше…»

Это была последняя внятная мысль. Тиана пыталась проследить за непроницаемой маской, чтобы понять, что же чувствует Арвид, но могучий ритм подавлял волю, рвал мысли в клочья. «Средний меч… Я река… Сладкая… Хорошо, что средний…» Она доплыла до водопада на этой вибрирующей лодке, но не упала вниз, а ринулась к звёздам и там взорвалась вместе с Арвидом…

Баронесса пришла в себя немного раньше сжимавшего её в объятиях мужчины. Она целовала его плечи, шею… Целовала бы и маску, будь хоть зыбкая надежда, что он почувствует. «Что же это?! — металось в голове. — Любовь?! Или простое утоление страстей? Но с другим я бы так не смогла…»

— Я не сделал тебе больно?

— Смотря где…

— Что? — забеспокоился Арвид.

— Да шучу я, — рассмеялась Тиана. — Мне было очень… Даже слишком!

— Ты удивительная женщина, Тиа…

Он встал, не выпуская её из объятий, и отнёс на кровать.

— Почему это?

— Потому что далеко не всем дано с первого раза испытать всю глубину удовольствия. А ты не притворяешься…

— Зачем притворяться? — искренне удивилась Тиана. — Да и невозможно такое изобразить…

— Наивная ты, Тиа. — Арвид укрыл её одеялом и добавил: — Но это мне в тебе и нравится.

— Что?! — возмутилась она. — Только это?!

— И всё остальное тоже! — рассмеялся он. — Даже больше. Но сейчас мне надо уходить, а тебе спать.

— Я не хочу спать, — закапризничала она. — Только если ты будешь рядом.

— Ты очень непослушная, — строго произнёс Арвид. — Но и это мне нравится.

Тиана протянула руку и радостно воскликнула:

— Я его поймала!

— Ты давно меня поймала, — пробормотал он и вытащил Тиану из-под одеяла.

Поставил её на пол, развернул к себе спиной, положил ладони на грудь и чуть сжал.

— Ты нахальный, непослушный и… Ой! Ненасытный! Как ты смог…

— Меч всегда знает свои ножны.

Арвид навалился сзади, и она распласталась на кровати. Восхитительная тяжесть его тела, ожидание всепоглощающего наслаждения — всё это дало Тиане право потребовать:

— Ещё! Сильнее!

А он не понимал, каким образом эта юная женщина заставляла его, опытного мужчину, ощущать полное единение, отвечать на невысказанные требования её тела, принуждать к определённому ритму… Но подчинялся.

Мокрый от пота, он гнал её к обрыву страсти, но каким-то образом ей удалось застыть на самом краю. Она не противилась ему, просто зависла в бесконечном наслаждении, а он ощущал себя никем, лишним. Наконец, она оступилась и увлекла его к вершине.

Арвид тяжело осел на пол и опёрся спиной о кровать. Он едва почувствовал, когда Тиана, отдышавшись, сползла к нему и пристроила голову на мокром плече.

— Спасибо, — сказала она.

— За что? — удивился Арвид. — Извини, плохо соображаю, но это тебе спасибо…

— Не зли меня. Ладно. Нам спасибо. Обоим. Скажи, Арвид, я кричала?

— Совсем немного. Хуже, если кричал я. Могли услышать…

— Я убью всех, кто посмеет войти.

— Даже короля? — хмыкнул он.

— Если понадобится… Но сегодня ему повезло — он на охоте.

Тиана повернулась и провела рукой по его груди.

— Ты разнообразен, но тебе надо помыться. Но лучше не надо — ты вкусно пахнешь… Скажи, Арвид, а правда, что страсть — это всегда насилие?

— Подслушала где-то? — хохотнул он. — Но если это правда, то меня только что и жесточайшим образом… Неоднократно…

— А ты ещё можешь, Арвид?

— И кто же из нас ненасытный?

— Ну Арвид!

— Досточтимая баронесса! Вы принуждаете меня рассказать пошлую, но смешную историю о хитреце, корове и болване…

Тиана стукнула его кулаком по груди и всхлипнула:

— Ты не воспринимаешь меня всерьёз!

Он обнял её и провёл пальцем по груди.

— Тише, Тиа, тише… У меня нет ничего более серьёзного, чем ты.

— Правда?

— Правда. И, возможно, я бы и смог… Но тогда точно мне до душа не дойти.

— А ты завтра придёшь? — спросила она. И тут же горячо заверила: — Я не буду тебя трогать!

— И кто же придёт на таких условиях? — усмехнулся Арвид. — Но я приду. Должен же кто-то разжечь для тебя камин. А сейчас… Хочешь, я отнесу тебя в душ?

— Я и сама дойду, — уверенно сказала Тиана.

Но подняться на ноги смогла лишь с его помощью.

— Давай скорее, — потребовала она, едва выйдя из дамской комнаты. — Я тебя жду.

И голой нырнула под одеяло.

Как Арвид и рассчитывал, когда он вышел из душа, Тиана уже спала. Он долго смотрел на её лицо, потом поправил одеяло, быстро оделся, открыл тайный ход. Петли слегка скрипнули, и он испуганно оглянулся. Но Тиана не проснулась. Во сне она летела на белом облаке и улыбалась…

— Надо смазать… — озабоченно пробормотал Менестрель и канул во тьму.

Глава 33

Две ночи для Тианы слились в одну. Конечно, она понимала, что там, за пределами комнаты, течёт своя жизнь, но эта жизнь её совершенно не интересовала. Баронесса просыпалась к обеду и остаток дня ждала. Она заставила себя дочитать законы королевства, отправила огромную книгу в библиотеку, но новые не взяла. Подобно Мегане, она повредила браслет на левой руке — уж больно настойчиво стал подмигивать один из камней. Только вот хитрый план, столь тщательно разработанный и осуществлённый Тианой, в эти ночи поблек и стал лишь фоном встреч с Арвидом.

Правда, следующей ночью они повздорили. Он рвался доказать, что настоящий мужчина, а она не уступила.

— Арвид! Ну что ты как маленький?! Кому нужны такие подвиги?! Ты можешь заболеть, истощиться… Или я стану тебе противна. Молчи! Лежи и молчи! Тебе надо отдохнуть, а завтра… И пойми! Мне тоже нелегко…

Он ушёл, по её мнению, слишком рано и явно недовольный. Тиана долго не могла уснуть и плакала — ну какой Пустоши она отказала?! Вот не придёт… Плакала она и утром, а вечером он, конечно, пришёл и потрудился так, что уснул. Она лежала рядом со спящим мужчиной, положив голову на его плечо, и млела от счастья. Временами он беспокоился, всхрапывал, прижимал её, а она успокаивала, нежно поглаживая волосы на широкой груди.

За два часа, что Арвид спал в её постели, баронесса построила и разрушила с десяток великолепных планов. Если уж их с Меганой всё равно сошлют в отцовский замок, то почему бы барону не отнестись к этому благосклонно? Уж одна-то из них родит мальчика! А значит, род Арлей не закончится… Тиана знала, как страдал отец от таких мыслей. И почему бы на самом деле ему не разрешить ей брак с Арвидом?! Ведь барон очень любит своих дочерей…

Потом Арвид проснулся, долго ласкал её своими пальцами-губами, но всё же ушёл.

А утром Тиану вырвал из сладкого сна бешеный стук в дверь. Пока она шла, чтобы спросить, кому надоела жизнь, поняла — в дверь всем телом бьётся Мегана. Да ещё и вопит:

— Открой, Ти! Немедленно открой!

Мегана, повиснув на сестре, вопли не прекратила, да и внятнее они не стали:

— Король вернулся! Этот негодяй ушёл! Я убью его!

Ещё не совсем проснувшаяся Тиана поняла лишь то, что король-негодяй вернулся и его придётся убить… Усадив сестру на стул, баронесса дала ей платок и ушла умыться. Это помогло, но мало. Заставив Мегану выпить воды, она приказала:

— Замолчи, Мег! А теперь рассказывай! Кто вернулся?

— Король! С охоты! А Сай заявил, что должен быть на послеобеденном приёме, потому что он может стоять! Оделся и ушёл!

Для Тианы хоть что-то прояснилось. А то она уже решила, что герцог бросил Мег и его следует убить. Или короля?.. Но в таком случае Мегане мало бы что досталось… А тут — просто у сестры отняли живую игрушку.

— Мег! Прекрати орать. Герцог Кайрис решил, что может пойти на королевский приём и пойдёт. Это вполне нормально. И незачем закатывать истерику.

— Да?! А если он упадёт где-нибудь?! И умрёт…

Мегана, забыв о платке, размазывала руками слёзы по лицу, всхлипывала и морщилась.

— Ты ела, Мег?

— Да! Мы позавтракали с Саем, а потом он оделся и…

— Это я уже слышала, — оборвала стенания сестры Тиана. — Я пошла в душ, а ты, Мег, закажи завтрак. Немного поешь ещё и со мной.

Мегана ела мало, а вот у Тианы аппетит был волчий. Во время еды она хмурилась и думала, но не о сестре и герцоге. Больше всего баронессу пугала мысль, что вечером Арвид не придёт. И даже не пугала — приводила в ужас, лишая возможности мыслить здраво.

— Король, конечно, свинья, — вздохнула Тиана после завтрака. — Сидел бы на своей охоте, и всем было бы лучше… Мег. Иди умойся. Я сейчас оденусь, и пойдём к тебе. Примешь душ, натрёшься одной хитрой настойкой, и станет лучше. И помни. Это не герцог нужен тебе, а ты ему.

— Нет… — Мегана обречённо помотала головой. — Я без него не могу…

Тиана уже открыла рот, чтобы обрисовать герцога, но промолчала. «Сама-то что? Лучше? Больше всего боишься, что усилят посты стражников и Арвид не сможет прийти!»

— Ладно, — сказала Тиана. — Через три-четыре месяца домой поедем вдвоём.

— Как?! — удивлённо уставилась на сестру Мегана. — Меня отправят с позором… А ты?..

— Есть закон, — уклончиво успокоила Тиана. — Уедем вместе.

— Хорошо, — улыбнулась Мегана.

— А теперь, Мег, умываться.

* * *

На королевский приём сёстры Арлей пришли вместе, но тут же разделились. Тиана отправилась за колонну, а Мегану увлекла в сторону толпы придворных Рита. По дороге к своему законному месту Тиана перехватила напряжённый взгляд шута и показала ему зубы. И господин Бари счёл необходимым спрятаться за писарем.

Поудобнее устроившись на банкетке, баронесса раскрыла книгу и погрузилась в чтение. Она давно знала, что это помогает сократить время королевского приёма, а значит — приблизить вечер. Тиана не обратила внимания на шум в зале, а вот игнорировать появление Риты и её громкий шёпот не удалось.

— Баронесса Арлей! Вас зовёт сестра! Срочно!

Тиана оставила книгу на банкетке, быстро прошла за Ритой и недовольно спросила Мегану:

— Ну что ещё?

— Отец… — прозвучал тихий ответ.

В груди Тианы похолодело.

— Что с ним?!

— Он в зале…

Тиана с подозрением заглянула в глаза сестры. Люди сходят с ума по-разному и по различным причинам, но чтоб Мегана… Верить в это категорически не хотелось. Однако, подняв голову, баронесса убедилась, что сестра здорова и права — напротив трона стоял их отец.

— Ваше величество! Барон Арлей приветствует вас! Я получил приказ явиться в столицу, но обогнал курьера с моим ответом вам! Что случилось?!

— Вот Пустошь! — пробормотал король так тихо, что услышал лишь шут. — Так быстро не ждал…

Король встал, спустился с возвышения и с улыбкой громко произнёс:

— Как быстро вы приехали, барон Арлей! Даже моего курьера обогнали! И при чём здесь приказ?! Это была просьба!

— Я очень торопился, ваше величество! Но что произошло?! Поставка товаров и выплата налогов лишь через три месяца.

— О! Мне докладывали, что эти дела у вас налажены выше всяких похвал!

— Что-то с моими дочерьми?.. — помрачнел барон.

— По-моему, с ними всё в порядке, барон. Где баронессы Арлей?! Пусть выйдут сюда!

— Ти! Я боюсь… — прошептала Мегана.

— Пойдём, Мег. Дальше Пустоши не сошлют…

Сёстры взялись за руки и, трепеща, вышли на свободное от придворных место перед троном.

— Они вели себя недостойно, ваше величество? — очень тихо спросил барон.

— Что вы?! В высшей степени достойно! Я должен поблагодарить вас, барон, за воспитание таких дочерей! Старшая… Кажется, Тиана? Она спасла всех нас от смерти! И не один раз.

Морщины на лице барона разгладились, и он улыбнулся дочерям, но мгновенно стал серьёзен, повернувшись к королю.

— Но тогда я не понимаю, ваше величество…

Король взял барона под руку и принялся прогуливаться с ним перед троном.

— Понимаете, друг мой! Я хотел с вами посоветоваться…

Придворные зашушукались:

— Король взял его под руку…

— Король назвал барона другом…

Даже писцы распахнули рты от удивления. Но прохлаждаться им не позволил шут. Пнув ближайшего ногой, он прошипел:

— Работать! Записывать каждое слово короля!

— Так вот о чём я хотел спросить вас, барон Арлей! Знаете ли вы историю вашей семьи?

— Ваше величество… Не скрою, мне приходилось читать дневник первого барона Арлея…

— Очень хорошо, друг мой! Я тоже интересовался этой историей! И вот к какому выводу пришёл… Мой славный предок Вис Первый был не совсем прав, обвиняя герцога Арлея в том, что он отнял у короля славу ранения в последней битве! Арбалетный болт явно летел мимо короля! И это отлично видно на старинном гобелене, который хранится в моём личном кабинете! Кто-то хочет оспорить мои изыскания? Или тот факт, что король обязан восстановить справедливость?

Последнюю фразу король произнёс, чиркнув холодными глазами по лицам придворных. Понятно, что спорщиков не нашлось.

— Так вот, герцог Арлей! Я хотел бы обсудить с вами важную вещь. Король Зинкара предлагает мне в жёны свою дочь…

Из толпы придворных вырвался герцог Кайрис и поклонился королю:

— Ваше величество! Крайне важное дело!

— Чего тебе, Сайрил?! — недовольно спросил Вард Первый. — У меня исключительно важный разговор!

— Дело жизни и смерти, мой король! — заверил герцог и повернулся к бывшему барону Арлею. — Ваша светлость! Я герцог Кайрис, представитель столь же древнего рода, как и ваш!

Новоявленный герцог кивнул:

— Я знаю родословную Кайрисов…

— Безмерно счастлив! — воскликнул Сайрил и рухнул на одно колено. — Ваша светлость, герцог Арлей! Я прошу руки вашей дочери! — Герцог покосился на короля и добавил: — Младшей.

Герцог Арлей растерянно посмотрел на короля, и Вард Первый ободряюще кивнул:

— Свадьба — дело хорошее!

Мегана тут же упала в обморок, но Тиана, подхватив сестру, опустила на пол и вытащила из сумочки пузырёк с нюхательной солью. Только открыть его не успела и едва не расхохоталась, потому что услышала тихое:

— Не суй мне в нос соль… Ведь порядочные женщины должны падать в обморок в таких случаях?

Переводя взгляд с вероятного зятя у своих ног на дочь в обмороке, герцог Арлей негромко сказал:

— Надо бы у неё спросить…

И тут же получил внятный ответ Меганы:

— Я согласна…

— Если так… — вздохнул герцог Арлей.

— Сайрил! Окажите своей невесте помощь! — попросил король. — А с вами, герцог, я хотел бы обсудить другое…

Герцог Кайрис метнулся к сёстрам, забрал у Тианы свою, теперь уже законную добычу и пошёл к выходу из зала. Добыча тихо шептала:

— Будешь, Сай, меня на руках носить? Только меня и детей!

— Буду! — радостно пообещал герцог.

Тем временем король подвёл герцога Арлея к его старшей дочери и сказал:

— Я бы с удовольствием повторил великолепный приём Сайрила, столь удачно закончившийся, но мне не положено… Герцог Арлей! Я, король Руаты Вард Первый, прошу руки вашей дочери Тианы! Именно для этого я вас и пригласил во дворец.

Если при сватовстве герцога Кайриса упали в обморок всего три дамы, считая Мегану, то сейчас урожай посыпался на пол, как горох! В основном герцогини и их дочери. Но придворные не особо обращали внимание на разочарованных охотниц за короной — всех интересовало продолжение другой истории.

— Это так неожиданно, ваше величество… — Герцог посмотрел на дочь, и она тут же дала ответ:

— Я не люблю его.

— Ничего страшного! — улыбнулся король. — Как говорится: «И Пустошь полюбишь при большом терпении!»

— Я люблю другого! — громче заявила Тиана.

— А я уничтожу его! Кем бы он ни был!

Главный аргумент Тианы не услышал никто, потому что голос её сорвался до тихого шёпота:

— Я беременна…

И она стремительно выбежала из зала, несмотря на грозный оклик отца:

— Тиана! Вернись!

По знаку шута две невзрачные личности в тёмной одежде скользнули вслед беглянке, а герцог Арлей с лицом чернее тучи обратился к королю:

— Боюсь, ваше величество, что я ничего не смогу…

— Ничего страшного, мой друг! — успокоил король. — Если позволите, то я поговорю с ней. Она обязательно передумает. А пока, герцог, давайте обсудим частности. Я хочу, чтобы свадьба состоялась завтра перед обедом…

Через несколько минут к королю подошёл шут и тихо проговорил:

— Оранжерея. У водопада. Плачет.

— Убери оттуда своих людей, — распорядился король.

* * *

Тиана и вправду решила укрыться в оранжерее. Слёзы текли по щекам, и она не пыталась их вытереть. Всё было так хорошо! И вот… Отец будет настаивать… И уж теперь точно не даст согласия на брак с Арвидом! Никогда она не будет счастлива в этой жизни! И есть только один выход…

Она настолько погрузилась в мрачные мысли, что не услышала перебора струн лютни за кустом с какими-то экзотическими цветами. Да и знакомый голос далеко не сразу достиг сознания Тианы.

…Надеюсь, я достаточно наказан

За то, что влез на недоступный трон…

Но если узел наш уже завязан,

Давай держать верёвку с двух сторон?

В её груди что-то оборвалось, а очередной всхлип перешёл в крик:

— Арвид, беги! Они убьют тебя!!!

Цветы качнулись, и из-за куста вышел король с лютней в руках.

— Не надо никого убивать, Тиа, — попросил он. — Я сделал даже больше, чем обещал. И теперь мы можем…

— Что? — прошипела она. — Лжец!..

В её голове никак не могли соединиться Менестрель и король. И это порождало гнев. Рука Тианы потянулась к кинжалу. Кого ей сейчас хотелось убить — себя или Менестреля-обманщика? Возможно, Тиана и сделала бы этот выбор, но вмешался шут.

— Леди Арлей! Если вам непременно нужно кого-то прикончить, то я стою гораздо ближе!

Сказал и сразу пожалел об этом. Пальцы Тианы побелели на рукояти кинжала, а Бари прекрасно знал, с какой скоростью способно двигаться это смертоносное оружие.

— Тиа, — умоляюще произнёс король и шагнул вперёд. — Нам нужно просто спокойно поговорить…

— О чём?!

В этот напряжённый момент, когда его величество Вард Первый лихорадочно искал нужные слова, шут снова вмешался. Хотя и рисковал получить не только кинжал между рёбер, но и кое-что похуже от короля.

— Ваше величество!

— Заткнись!

— Заткнись!

Выкрики Тианы и короля сплелись и отразились эхом от купола оранжереи.

— Я-то заткнусь, — согласился шут. — Но здесь её отец, а до свадьбы как-то нехорошо…

— Свадьбы?! — словно львица, рыкнула Тиана. — Нет!

— Дочь моя, — вздохнул за её спиной герцог Арлей. — Твоя мать была бы счастлива. Я прошу тебя…

Тиана повернулась и с ненавистью выдавила:

— Лучше бы ты приказал, отец!

Перед тем как выйти из оранжереи, она оглянулась и, глядя на короля, произнесла всего лишь одно слово, но оно долго отдавалось эхом в головах оставшихся. Правда, в разной тональности:

— Да!

Глава 34

Тиана не открыла дверь ни отцу, ни портнихе, как её ни уговаривали.

— Завтра, — был единственный ответ.

Видимо, это отец, убедившись, что дочь тверда в своём решении, подговорил Мегану попытать удачу. А сестра опустилась до банального шантажа:

— Ти! Открой! Здесь только я и Сай! Он сидит на стуле и входить не будет! А если не откроешь, я буду орать, а мне вредно — ты знаешь! Ти-и-и!!!

— Не кричи, Мег, — попросила Тиана, отперев дверь. — И без тебя тошно…

Она кивнула герцогу Кайрису, который сидел на стуле напротив и счастливо улыбался.

— Ты ему сказала, что беременна? — мрачно уточнила Тиана.

— А что, Ти?! Чего скрывать теперь?! Пусть радуется! А ты чего печалишься, Ти?! Всё, как мы мечтали в детстве! Только я герцогиней буду, а ты вообще королевой!

— Мы и сейчас… — отмахнулась Тиана. — Тебе хоть повезло… Вон, сидит и улыбка до ушей. А этот… Всю дорогу лгал!

— Ой, Ти… Мне так кажется, что король про гобелен и все эти тонкости приврал! Правда, отец говорит, что Арлей не последними герцогами были когда-то! Но королю-то откуда это знать?! А он ещё когда глаз на тебя положил! И ведь добился своего?! Значит, любит! Будешь в короне ходить, а я тебе с улыбочкой кланяться стану!

Тиана всхлипнула, и по её щекам потекли слёзы.

— Не хочу так…

— Перестань, Ти! Ещё и понравится! Я вон своего как схвачу за нужное место, так сразу видно, кто в доме хозяин!

— Не хочу…

— Ти! Ну не плачь! В крайнем случае — родишь ему наследника, он и отвяжется! Отец говорил, что мать была бы за тебя рада! Очень! Только он печален…

— Почему? — Тиана хмуро посмотрела на сестру. — Заболел?

— Ну ты совсем глупенькая, Ти! Он думал, что мы за баронов выйдем замуж и будет у него наследник замка! А теперь он сам герцог! А вот интересно… Если отец герцог, значит его земли — герцогство?!

— Какая разница, Мег? — вздохнула Тиана. — Ты иди. Темнеет уже. Твой заждался, наверное.

— Подождёт! — уверенно заявила Мегана. — Я тебе сейчас ужин закажу, а то забудешь! Выпьешь вина и успокоишься! Я бы тоже… Но мне нельзя!

— Мне тоже нельзя, — вздохнула Тиана.

— Ти… — раскрыла рот Мегана. — Ты тоже?.. А король знает?

Тиана отрицательно покачала головой.

— Так чего же ты ерепенишься?! Завтра выйдешь замуж, и всё! А я никому! Даже Саю не скажу! А от кого, Ти?!

Тиана была настолько расстроена, что губы помимо её воли тихо произнесли:

— Менестрель…

— Менестрель?.. — словно эхо, повторила Мегана. — Ты не бойся, Ти! Я никому! Это ж такая тайна… А ты соки пей! Это очень полезно! Только я уже их видеть не могу! Сай в меня их теперь литрами вливает!

Тиане вдруг стало смешно. Да так, что она осела на стул и принялась хохотать.

— Вот и хорошо, Ти! Завтра рано утром придёт портниха с платьем! И отца не расстраивай, Ти! Пожалуйста! И поесть не забудь!

В коридоре Мегану встретил радостный герцог Кайрис и, подхватив под руку, увлёк к галерее.

«Вот сейчас проводит её до двери, — думала Тиана. — Попрощается. А потом, позже, проберётся к ней… А ко мне уже никто не проберётся…»

Есть она не смогла. Выпила сок, как рекомендовала сестра, разделась, сходила в душ и решила ложиться спать. Уснуть сразу не надеялась, но что ещё делать? Читать про хитреца? Так её несчастная жизнь посложнее закручена! Но книгу на подушку она всё же положила, а повернувшись, увидела короля с маслёнкой в руке.

— Что вам здесь нужно?! — почти взвизгнула Тиана.

— Прости, Тиа, если напугал. Утром петли сильно скрипнули, боялся, что разбудят тебя. Вот, решил смазать…

— Уходите!

Король помрачнел, но согласно кивнул:

— Хорошо…

Он бы и ушёл, но Тиана нашла нужным добавить:

— Лжецам здесь не место!

Уже открытая королём тайная дверь хлопнула так, что Тиана вздрогнула. Она была уверена, что зеркало разлетится на тысячу осколков, но оно устояло.

— Я никогда не врал тебе! — сверкнув глазами, выдохнул король. — И впредь не собираюсь этого делать.

И повернулся, чтобы уйти.

— Вы, ваше величество, — язвительно сказала Тиана, — назвались Арвидом…

А вот на имени её голос дрогнул.

Король хохотнул, да так знакомо, что ноги Тианы ослабли, и она села на кровать. А Вард Первый взял стул, сел на него и, улыбаясь, произнёс:

— Прошу прощения, что сижу в твоём присутствии, но я как бы король, разговор, видимо, будет долгим, а…

— Не будет! — отрезала Тиана. — И не извиняйтесь — я вообще не одета.

— Неправда. — Король прикрыл глаза. — На тебе рубашка. И мне очень нравится то, что она скрывает…

Тиана уже открыла рот, чтобы осадить нахала, но король властно поднял руку:

— Если обидел — прости. Постараюсь больше не… Но давай по порядку. Моё имя до коронации — герцог Арвид Кирлай.

Он снова улыбнулся, увидев на лице Тианы смесь обиды, удивления и любопытства.

— Мой старший брат, наследный принц Бари, за неделю до восшествия на престол очень расстроил родителей. Они уже предвкушали тихую жизнь в горном замке, а Бари взял да и женился тайно на простой горожанке, да ещё и объявил об этом у трона. Так что пришлось королю и королеве ждать ещё год. Я не соврал, Тиа.

— Шут?..

— Не только. Я же говорил тебе, Тиа, он ещё и начальник тайной охраны. Правда, никого никогда не пытал.

— В саду тоже вы, ваше величество, пели?

— А кто же ещё? — удивился король. — До семнадцати лет я очень серьёзно занимался игрой на лютне. Потом отец запретил — будущему королю не к лицу… А ещё раньше три балбеса — Бари, Сайрил и я — сбегали из дворца и выступали на рынках. Точнее, играл и пел я, а они охраняли… Откуда было знать глупым мальчишкам, что за нами следили десятки переодетых стражников? Но на пирожные мы зарабатывали! Так что прозвище Менестрель тоже не подделка.

Она молчала, но недоверие всё ещё было на лице. Однако король решил, что и это победа, и постарался развить успех.

— Но это ерунда в сравнении с тем, что мы решили бежать в Зинкар, чтобы там жить и зарабатывать. Очень хорошо подготовились. Даже двойников себе нашли, и они увели за собой слежку… Пустошь перед Зинкаром и у замка твоего отца, Тиа, — большая разница. Там и пройти-то надо было совсем немного… А уж напороться на огненную ящерицу в тех местах… Но нам повезло! Ещё раз повезло, когда мы прыгнули в стороны, а потом Бари убил ящерицу до второго плевка. У меня остались шрамы на лице и плече…

Пальцы Тианы непроизвольно шевельнулись — они помнили шрам. И губы помнили…

— Бари получил ожог почти всей правой руки, а Сайрилу сожгло четверть спины…

— Ведь эта ящерица очень ядовита! — испуганно воскликнула Тиана.

— Да. Но, по счастью, мы этого не знали, — улыбнулся король. — А то бы там и остались.

Он встал со стула, посмотрел на камин и сказал:

— Я ухожу, Тиа. Но зашёл я, конечно, не для того, чтобы петли смазать… С той самой встречи у реки я люблю тебя. До завтра.

— А если бы вам не пришло в голову сделать моего отца герцогом?

Король долго молчал, хмурился и всё же ответил:

— С той минуты, как я коснулся твоей руки, ничто не могло остановить меня.

Он уже подошёл к зеркалу, когда Тиана спросила:

— Какая я?

— Ты очень красивая, Тиа. И добрая.

— Я не о том! — начала злиться Тиана. — Какой вы меня видите? — Она покраснела. — Какая я… В постели…

— Я отвечу, если ты перестанешь выкать. Хотя бы когда мы наедине.

— Обещаю, — покорно сказала Тиана.

— Ты вода…

— Такая же безвкусная? Но тогда зачем…

В её голосе сквозило явное разочарование, и король засмеялся.

— Сомневаюсь, что так думают те, кто испытывает жажду… Ты всё время будешь перебивать меня?

— Простите… Прости!

Король сделал шаг к Тиане.

— Ты огромное озеро, перекрытое крепкой плотиной. Лишь мелкая рябь выдаёт то, что творится в твоих глубинах…

Ещё шаг…

— И надо быть очень внимательным, чтобы заметить эти движения под твоей кожей…

Ещё ближе…

— Но если несколькими умелыми ударами ослабить плотину, то остальное ты делаешь сама…

Ещё шаг…

— Ты сносишь всё на своём пути. И твоя могучая сила захватывает и перемалывает меня, хочу я этого или нет. Ты вода…

Король положил ладони на её спину и спросил:

— Я говорил тебе, как ненавидел эту маску?

Он лизнул её щёку, нос и впился поцелуем в губы. Оторвался с трудом и прерывающимся голосом сказал:

— Сейчас, Тиа, я покажу, насколько лучше без маски…

Тиана превратилась в мягкий воск, послушный страстным пальцам скульптора. Она была уверена, что сейчас он снимет с неё рубашку, но король этого не сделал. Он медленно положил её на кровать и встал на колени. Она ещё не понимала, что произойдёт, а влажный язык уже прошёлся по плотно сжатым бёдрам.

— Арвид… — простонала Тиана. — Не надо…

— Мне надо, — прошептал король и развёл её колени в стороны.

Низ её живота содрогнулся, и он с наслаждением следил за этими непроизвольными движениями, всё настойчивей подгоняя лодку к водопаду. Если бы Тиана могла, то удивилась бы, насколько быстро несёт её течение к столь желанному обрыву. Но водопада она не достигла. Её швырнуло в небо, а звёзды рухнули к ней навстречу…

Она зажала голову короля бёдрами, громко застонала — почти закричала — и принялась судорожно сопротивляться. Как только он высвободил голову, Тиана повернулась на бок и подтянула ноги к груди.

— Прости любимая, — прошептал король и поцеловал её ягодицу. — Увлёкся…

Он прекрасно понимал, что говорит это больше для себя, потому что Тиана всё ещё плавала среди ласковых звёзд…

Король подождал, пока дыхание Тианы успокоилось, и спросил:

— Теперь я могу уйти?

— Нет, — выдохнула она и указала рукой на дамскую комнату.

Когда голый король подошёл к кровати, он спросил:

— Камин разжечь?

Она засмеялась.

— Я смешно выгляжу? — недоумённо спросил он.

— Н-не-ет! — хихикнула она. — Но камин мне предлагают разжечь то Менестрель, то король…

— Только один! — улыбнулся он.

— Тогда пусть ложится сюда! — приказала Тиана. — На спину! И молчит…

Она самозабвенно целовала его лицо, шею, плечи. Когда дошла до шрама — скривила губы от жалости. А оторвавшись от его сосков, спросила:

— Ты знал, что я мстительная? Молчи!

И поцелуи стали спускаться всё ниже и ниже…

Он длинно застонал, когда её губы стали пленом для его плоти и сознания.

Потом она лежала, прижавшись к его груди, а король едва внятно пробормотал:

— Ты хулиганка…

— Я сделала тебе больно?! — забеспокоилась она.

— Нет, Тиа. Просто ты меня удивила.

— Ты меня тоже! А теперь, Арвид, будем считать, что мы квиты!

— Хорошо, — согласился он. — Тогда продолжим.

— Нет, Арвид, — заупрямилась Тиана. — Мы ещё не женаты! Завтра…

— Зачем завтра? — делано удивился король. — Семейные люди ночью должны спать.

— Что?! — возмутилась она.

— А ты не знала? — Он рассмеялся и принялся успокаивать: — Нас это не касается, Тиа. Шучу я. Но и спать мы тоже будем. Ладно?

— Ладно. — Она шлёпнула его по груди ладошкой. — Ты надо мной всё время смеёшься!

— Неправда, Ти. Я отношусь к тебе очень серьёзно.

Он перетащил её на себя, усадил верхом, провёл пальцами по соскам…

— Ой! — содрогнулась она. — Плохой Арвид! Как ты это опять сделал?!

— Это всё ты, — не согласился король. — Я не шевелился.

— Вот и не шевелись. Я сама…

Но ближе к тому моменту, как звёзды приняли их, он очень помог…

Тиана не сползла — просто упала с Арвида, прерывисто дыша, устроила голову на его плече и уснула. Но когда король попытался встать, чтобы уйти, она прижалась к нему и пробормотала:

— Не уходи… Без маски лучше…

Вард Первый счастливо улыбнулся и решил, что ещё несколько минут, пока Тиана уснёт, как следует, можно и подождать. Но сил своих не рассчитал и провалился в сон…

Глава 35

Они проспали рассвет и даже две вежливые попытки разбудить хозяйку комнаты для примерки свадебного платья. От сладких снов король очнулся лишь после того, как за дело взялся герцог Арлей. Он просто начал колотить сапогами в дверь и орать:

— Тиана! Тебе платье принесли! Открой, или мы будем ломать!

Король потряс Тиану за плечо, соскочил с кровати и принялся метаться по комнате в поисках одежды.

— Не колотите так, герцог Арлей, — увещевал женский голос. — Она, наверное, в душе и не слышит…

Тиана потянулась, посмотрела вокруг и начала смеяться.

— В душ беги! Там твоя одежда! И воду пусти…

Она успела накинуть на кровать покрывало — криво, но и так сойдёт! — и схватить халат, когда из дамской комнаты вылетел король. Обутый и с одеждой в руках. Он чмокнул Тиану в щёку, шепнул:

— Доброе утро!

И бросился к зеркалу. А она еле стояла на ногах от смеха — король удирал из её комнаты, как какой-то простой кавалер.

Но следовало торопиться, потому что за дверь вновь принялся герцог Арлей. Тиана бросилась под душ, перестала смеяться и выругалась словами, совсем не достойными леди, — король, как она просила, открыл воду, но только холодную.

Тиана, в халате на мокрое тело, отперла замок и вопросительно уставилась на отца.

— Извини, Тиа, — хмуро сказал герцог Арлей. — Я беспокоился…

— Эту дверь, отец, ни открыть отмычкой, ни выбить невозможно. Она обработана тем составом, который ты дал. И со мной всё в порядке.

Герцог заглянул в комнату, увидел решётки на окнах и одобрительно кивнул:

— Хорошо! Тебе платье мерить надо, а мне короля искать. Никто не знает, где он! А говорили, что встаёт рано…

Тиану выручила сестра. В противном случае она расхохоталась бы герцогу в лицо.

— Иди, отец! Пора примерку делать! Ти, я посмотрю?! Мне же можно! А король вряд ли сбежит!

Тиана бросилась в дамскую комнату и до икоты хохотала под душем. Дело было не в том, когда встаёт король, — она вспомнила голую задницу, исчезающую во тьме за зеркалом.

Комнату заполонили мастерицы. Кори, увидев на подушке вмятину, которую никак не могла оставить голова невесты, быстро натянула покрывало выше. Как говорится: бережёный и в Пустоши не сгинет. А едва Тиана вышла из душа, мастерица гордо заявила:

— Леди Тиана! Наш Чир первый в стрельбе из лука! А на скачках вторым пришёл!

— Ну, вот, — улыбнулась Тиана. — А вы, Кори, говорили — зачем ему рог.

— Всё, девочки! — Портниха хлопнула в ладоши. — Работаем!

Тиане понадобилось терпение. Много. Потому что платьев оказалось три.

— Белое для свадебных торгов! — пояснила Кори. — Это понятно. Синее для обеда и бала. Если хотите первым родить наследника, конечно. А если девочку — наденьте красное. Но это если совсем уж ненавидите мужа…

— А два надеть можно? — поинтересовалась Тиана.

Все засмеялись, но Кори прекратила веселье — надо было торопиться. Немного позже, пока над Тианой колдовала белошвейка, портниха дала совет:

— Всё же, леди, начните с синего платья! Король будет счастлив, а вам-то без разницы! Все мужчины одинаковы — лезут в одно место, а хотят почему-то сразу получить оттуда другое!

— Чем лезут, то и хотят, — хихикнула белошвейка. — Но с дочерьми носятся больше. Я закончила. Твоя очередь, Кори.

Когда платье надели на невесту, Мегана аж задохнулась от зависти:

— Ти! Ты такая!.. Я хочу такое же!

— Ваше платье, леди, уже скроено! — обнадёжила Кори. — Герцог Кайрис расстарался! Только шитьё будет не золотое, а серебряное! Но вам до свадьбы ещё не меньше четырёх дней — после королевской! Не раздумает герцог?

— Пусть рискнёт! — сузила глаза Мегана. — Я лошадь рожу и скажу, что от него!

Пока все хохотали, портниха закончила подгонку платья, отошла и ещё раз оценила работу:

— Отлично! Ничего лишнего! Только розу обязательно пристегните! Я же говорила, что на баронессу Арлей… Прошу прощения — леди! Шить приятно и просто! Давайте синее платье! Свадебное мы оставим на стойке, а то вам ещё два часа до торгов!

Платья закончились, и Тиане даже позволили сесть на стул. Зато пришло время туфелек.

— Немного жмут, — пожаловалась Тиана, когда надела белые с золотом.

— Так и задумано, леди! — заверила мастерица и обрызгала туфельки прозрачной жидкостью. — Теперь встаньте! Хорошо? Немного магии такую красоту не испортит!

Когда все ушли, Мегана с восхищением посмотрела на сестру:

— Ти! Ты уже королева!

— Сглазить хочешь? — улыбнулась Тиана.

— Тьфу-тьфу-тьфу в Пустошь! С ума сошла?! Я тебе свой гарнитур дам!

Тиана не успела отказаться или согласиться — в дверь вежливо постучали. Она накинула халат и открыла.

— Подарок от короля для леди Тианы! — провозгласил Бари и протянул роскошный кожаный футляр с королевским гербом на крышке. — И особое пожелание, — добавил он гораздо тише. — Король просит вас, леди, как обычно, не накладывать макияж.

— И не собиралась. — Тиана взяла футляр. — Так и передайте, милорд. А что это за стража?

— Не обращайте внимания, леди Арлей! Они здесь с рассвета. Теперь вас будут охранять.

Мегана ойкнула, едва крышка футляра поднялась:

— Ой-ёй-ёй!!! Это же настоящие живые бриллианты! Да какие огромные! Дай померить! Ну, Ти! Никто же не увидит!

Казалось, что невзрачные камни никак не были скреплены между собой. И едва щёлкнула застёжка, как бриллианты сверкнули, зашевелились и сами разместились на шее и груди Меганы.

— Безумная Пустошь! А ты знаешь, Ти, что они управляются?

Мегана нахмурилась, и камни полыхнули красным и желтым огнём.

— Знаю, — засмеялась Тиана.

— Настоящий королевский подарок, Ти! — И тут же заявила: — Хоть один, а из Сая выдавлю! Кольца мерить не буду, — вздохнула она, снимая колье. — Чтоб совсем не расстраиваться… А тебе надо поесть! Я тоже не завтракала!

Во время еды Мегана постоянно подливала сестре сок и заверяла:

— Это очень полезно! И не беспокойся, Ти! Я никому и никогда ни полслова не скажу!

Слово своё Мегана сдержала. Только после рождения королевского первенца слишком сильно восхищалась младенцем:

— Как на отца похож! Какой голосистый!

И подмигивала Тиане.

* * *

Герцог Арлей пришёл за дочерью при полном параде.

— Тиа! Ты прекрасна! А какое колье!

— Это король прислал. Возможно, поторопился…

— Дочь моя! — забеспокоился герцог. — Совершенно лишнее ставить короля в глупое положение! Ты ведь дала согласие!

— Дала. Но ещё будут торги… Вдруг он сам откажется?

— Тиана! Я прошу тебя!

— Не беспокойся, отец. Я никого не съем. А вот стража раздражает!

Действительно, впереди шёл капитан Рэйс, за ним два стражника с алебардами, а сзади герцога и его дочери аж целых четыре!

— Это не стража, Тиа, а почётный эскорт. Как ни крути, а ты невеста короля!

— Быть баронессой мне нравилось больше. А почему ты, отец, оставил на одежде баронский герб? А шпага герцогская…

— Я уговорил короля оставить за мной замок и не трогать герб на фамильном склепе. Когда умру, положите меня рядом с женой и сбивайте, что захотите. А к этой одежде я привык.

— Чего это ты собрался умирать?! Ты ещё молод, знатен и богат! Любая сочтёт за честь… Вот стану королевой и прикажу тебе жениться!

— Тиа! Не позорь меня, дочка!

— Да? А кто называл нас дрянными девчонками, когда мы с Меганой на башню влезли?

— Да вы чуть не погибли тогда, Тиа! И это разные вещи…

Стражники впереди разошлись в стороны, а к герцогу и Тиане подошёл капитан Рэйс.

— Герцог Арлей! Леди Тиана! Тронный зал перед нами! Герцог, вы входите и ждёте нас у дверей, я передаю вам леди, а потом вы ведёте её в другой конец зала и приветствуете короля. Ну, там увидите. Прошу вас!

Герцог вошёл в двери, сделал несколько шагов и остановился, а капитан Рэйс поклонился Тиане и протянул руку:

— Моя королева!

Тиана нахмурилась, но на руку капитана оперлась, не преминув съязвить:

— Ещё не настоящая.

— А то, леди, я по глазам не вижу… — усмехнулся капитан в усы.

— Раньше вы не на глаза смотрели, — прошипела Тиана.

— Не мне перебегать дорогу королю, — пробормотал капитан. — Герцог Арлей! Ваша дочь! Невеста его величества!

— Спасибо капитан! — поблагодарил герцог, принимая руку дочери. — Пойдём, Тиа!

Этот путь Тиана уже проходила. И тоже в белом платье. Правда, куда более простом и по другому поводу. Да и придворные, стоявшие по сторонам зала, теперь не кривили губы и не перешёптывались, как тогда. Они все, как один, улыбались и пытались поймать взгляд будущей королевы, чтобы выразить восхищённое почтение. Но в основном Тиана знала им цену, а потому смотрела только вперёд, на своего Арвида.

Король ждал невесту, стоя перед троном, облачённый в белый мундир, но большую часть золотого шитья скрывала мантия. Рядом и немного позади находились особо приближённые. Именно к ним король предложил подойти герцогу Арлею и Тиане.

— Прошу знакомиться! — улыбнулся Вард Первый. — Герцог Арлей и его дочь леди Тиана. Моя невеста. Герцог и герцогиня Кирлай! Мои отец и мама. Как видишь, Тиана, я и в этом не соврал ни слова.

Женщины присели в книксенах, мужчины поклонились друг другу, и герцогиня Кирлай, перехватив взгляд невесты, сказала:

— Не надо на меня так смотреть, Тиана. Мы достаточно молоды, чтобы передать королевство сыну и пожить для себя.

— Я не… — смутилась Тиана. — Но… Только что отец сообщил мне, что он уже старик.

— Как вы можете, ваша светлость?! — воскликнул герцог Кирлай. — Да вы моложе нас и вполне можете добавить к дочерям пару сыновей…

Отец Тианы помрачнел, но словоизвержение мужа оборвала герцогиня Кирлай:

— Молчи! Но в чём-то он прав, герцог. Мы слышали о вашей жене… Только прошло уже много времени… Извините нас!

— Не стоит извинений, герцогиня Кирлай! В чём-то вы действительно правы.

— А где этот несносный Бари? — сменила тему герцогиня. — Или ты его и во дворец не пускаешь?

— Как можно, мама? — усмехнулся король. — Герцог Бари Кирлай! Подойдите к нам, пожалуйста!

— Уже герцог?! — возмутился отец короля. — Я, кажется, лишил его титула и привилегий специальным указом!

— Успокойся дорогой, — герцогиня Кирлай взяла мужа под руку. — Арвид тоже прекрасно умеет писать указы. В том числе и тайные.

— Так ты знала?! А мне сказать?

— Так теперь и ты знаешь. Здравствуй, Бари!

— Добрый день, мама, — поклонился королевский шут и через короткую паузу добавил: — Здравствуй, отец.

— Здравствуй, сын, — без теплоты откликнулся герцог Кирлай. — Если уж у тебя такой хитрый брат… Так чего ж к нам не приезжаешь? С женой и детьми.

— Зачем? — искренне удивился Бари. — Вам дважды в неделю докладывают о здоровье внуков и…

— Откуда ты знаешь?! — изумился отец.

— Он умный мальчик, и у него прекрасные осведомители, — заверила герцогиня Кирлай. — И вот что. Давайте заканчивать семейный скандал. Леди Тиана перепугалась и может отказаться от свадьбы. — Она улыбнулась. — Тиана, ты действительно хочешь выйти за этого хитреца? Тогда задай ему жару на торгах! Чтоб помнил этот день!

— Чему ты учишь девочку?! — возмутился герцог Кирлай. — Не слушайте её, леди Тиана!

— Мама права, — заявил Бари. — Пора начинать, а то вы… Ваше величество! Вам придётся расстаться с короной и мантией. На время торгов, конечно.

Пока жених с невестой занимали свои места напротив трона, герцогиня Кирлай повернулась к отцу Тианы:

— Я уверена, ваша светлость, что вы понимаете эту маленькую семейную перепалку.

Герцог Арлей улыбнулся и развёл руками:

— Дети…

Бари тем временем уселся около трона, опёрся на него спиной и с шутовской улыбочкой провозгласил:

— Их величество Вард Первый, которого, кстати, я здесь и не вижу, поручил мне, королевскому шуту, провести эту церемонию!

— Не дуркуй, Бари, — хмуро произнёс король.

— А вот и угрозы! — обрадовался шут. — Ты, Арвид, не нервничай! Нас никто не слышал! — И вдруг заорал: — А-а-а! Как-то так!

— Это он звуковой щит поставил, — пояснил король Тиане. — А ты давай, начинай!

— Не терпится жениху…

Что-то щёлкнуло, и Бари очень серьёзно продолжил:

— Властью, временно данной мне королём, приступаю к важному делу! Если уж вы, герцог Арвид Кирлай, и вы, леди Тиана Арлей, стоите здесь, значит решение вами принято! Но по древнему обычаю предлагаю провести торги как явные, так и тайные, чтобы устранить сомнения, разрешить взаимные претензии и преодолеть препятствия! С чего начнёте?

— С тайных торгов! — сказал король и посмотрел на Тиану.

— Да, — подтвердила она.

— Перед вами щит-камень! Переверните его, и тайна ваших слов останется с вами навсегда! При разрешении конфликта прошу поднять руку! И жениха, и невесту! Тайные торги!

Король перевернул прозрачную пластину, и лёгкая дымка окутала его и Тиану.

— Знаешь, Тиа… Если бы нас не видели, то я бы полез к тебе целоваться!

— Хорошее начало, — одобрила Тиана и подняла руку.

Пришлось и королю подать сигнал, что первое противоречие разрешено.

— Торги начались! — крикнул Бари, но услышали его лишь придворные и гости. — Противоречие разрешено! — и ударил шпагой по голенищу сапога.

— Как-то они слишком быстро… — с подозрением проговорил герцог Кирлай.

— Значит, вопрос был принципиальный и сложный, — улыбнулась его жена.

А герцог Арлей напряжённо смотрел на дочь и короля. Он боялся, что Тиана потребует чего-то из ряда вон выходящего.

— Тиа, у тебя ко мне есть претензии?

— А нас точно не слышат? Камень-щит работает?

— Чтоб вас Пустошь поглотила, придворные бараны! — крикнул король. — Крисла вам в глотку! Видишь, как радостно улыбаются?

Тиана посмотрела на придворных и неприязненно произнесла:

— Мне не нравится твой двор…

— Сожалею, но это приложение к нам обоим, — ухмыльнулся король и поднял руку.

Тиана нехотя повторила знак и нахмурилась:

— Ты овладел мной обманом!

— Да? — удивился король. — А мне показалось, что одна очень красивая девушка заманила меня… А я лишь постарался сделать наши отношения долгими.

Тиана первой подняла руку.

А шут беззвучно для двоих радостно колотил шпагой по сапогу и кричал придворным что-то очень смешное.

— У меня больше нет претензий. — Тиана улыбнулась: — Собственно, их и не было.

Король вял невесту за руку, наклонился и поцеловал. Со стороны это выглядело вполне пристойно, но Тиана почувствовала, как язык нарисовал на запястье кружок, и покраснела.

— Знаешь, Тиа, я боюсь только одного…

— Чего?

— Я старше…

— На семь лет? — фыркнула Тиана.

— Ну да… Казалось бы, немного. Но я буду стареть…

— Я тоже!

— Я боюсь, Тиа, что ты разлюбишь меня…

Тиана посмотрела в глаза королю.

— Вот и бойся! Потому что тогда я призову Менестреля!

— И я приду…

Король потянулся к щит-камню, когда Тиана вдруг остановила его:

— Подожди! Я хочу попросить тебя, Арвид…

— Всё, что угодно!

— Это колье из живых бриллиантов…

— Тебе очень идёт! И оно твоё.

— Понимаешь, Арвид… Моя сестра, Мегана, очень хочет…

— Вот что я тебе скажу, Тиа, — строго начал король. — Я не желаю, чтобы моя жена что-то просила. Твоё дело приказывать! И кстати. Герцог Кайрис уже забрал гарнитур. Камни поменьше твоих, но ты же королева! Только я сомневаюсь, что тайна этого сюрприза доживёт хотя бы до вечера.

Тиана улыбнулась, а вот король нахмурился, когда она сказала:

— Спасибо! Ты столько работал последние дни… А вечером сможешь?

— Тиана! Имей совесть! На мне даже мантии нет, чтоб прикрыться!

— Значит, сможешь.

Рука короля уже лежала на щит-камне, когда он повернул голову к невесте и подмигнул:

— Забыл сказать. Ты можешь не забирать вещи из своей комнаты. Она остаётся нашей.

Увидев, что дымка исчезла, герцог Бари Кирлай вскочил на ноги.

— Придворные господа и дамы! Дорогие гости! Перед нами уникальный случай — они даже не подрались за щит-камнем! И всё же я должен спросить! Остались ли между вами противоречия?!

— Их не было, — ответил король за двоих.

— Так не бывает! — уверенно заявил шут. — Будут ли явные торги?!

— Нет, — ответил король.

— Да, — одновременно сказала Тиана.

Придворные затихли, родители короля с удивлением уставились на Тиану, а герцог Арлей зажмурился и пробормотал:

— Я так и знал…

— Успокойтесь, — прошептала герцогиня Кирлай. — Она умная девочка… Да и Арвид будет последним дураком, если не сделает всё, что она сейчас попросит.

Тем временем озадаченный шут пожал плечами:

— Требуйте, леди Тиана! Любое ваше слово — закон!

— Именно о законах идёт речь, — кивнула невеста. — Я требую удаления одного закона! Пока одного…

— Какого? — занервничал жених.

— Указ короля Виса Второго номер сто одиннадцать, — пояснила Тиана.

— Что там?! — рявкнул король, и архивариус, стоявший за писарями, принялся шелестеть страницами.

— Ты могла бы предупредить меня, Тиа, — прошептал король.

— Так интереснее…

Королевский шут оставил свой пост и присоединился к побледневшему архивариусу. Уже через минуту он сквозь хохот выкрикнул:

— Я не шут! Я повержен!

— Заткнись, Бари! — Король посмотрел на архивариуса: — Читай!

Читал архивариус, заикаясь, но с делом, в общем-то, справился.

— Ук-каз сто одиннад-дцать… Я… Я, король Вис Второй, приказываю! Королю в любое время дня и ночи разрешено шлёпать служанок и горожанок по мягкому месту! Подпись…

Хохотали придворные, смеялись родители жениха, и даже герцог Арлей усмехнулся. А вот королю было не до смеха. Тем более что Бари переговорил с архивариусом и подбежал к жениху и невесте:

— Ваше величество, — тихо сказал он. — Возникли сложности. Если отменить этот указ, то придётся переписывать всё! Архивариус умоляет что-то придумать. Изменить или урезать…

— Тиа! Это ты заварила! Пожалеешь архивариусов всего королевства? Может, изменим что-то?

— Ну смешно же получилось… И не хватало ещё, чтобы ты!.. Ладно, меняй.

— Бари! Проследи, чтобы она не сбежала! — сверкнул глазами король и чуть ли не бегом отправился к архивариусу.

Королевский шут счастливо улыбнулся и спросил:

— Знаете, леди Тиана, что меня больше всего радует в происходящем?

— И что же, герцог?

— Как только корона украсит вашу голову… А уж в этом-то я уверен! Наши договорённости превратятся в прах. Теперь-то вы за колонной не отсидитесь!

Найти достойный ответ Тиана не успела — вернулся довольный король и заверил:

— Всё, как ты хотела, Тиа. Читай!

Воцарилась тишина.

— Указ сто одиннадцать короля Виса Второго! Изменён и подписан сегодня королём Вардом Первым! Теперь указ гласит! Королю в любое время дня и ночи разрешено шлёпать свою королеву по мягкому месту!

Несколько минут понадобилось, чтобы успокоились придворные.

— Я тебя порву! — прошипела Тиана.

— Согласен, — беспечно кивнул король. — Но на крупные части.

— Тогда — замучаю!

— Приму в этом посильное участие.

— Ну всё! — потребовал тишины шут. — По мне, так не очень многое изменилось для всех нас! И я повторно спрашиваю жениха и невесту! Есть ли ещё противоречия?!

— Нет, — ответила Тиана.

— Да.

— Послушай, брат мой, — покачал головой герцог Бари Кирлай. — Вы начинаете мне надоедать. Что ещё?

— Указ, — спокойно сказал король, и тут уже Тиана нахмурилась. — Я, король Вард Первый, приказываю! Никогда и никому не обращаться ко мне за лицензией пилигрима! Желающие совершить такой подвиг могут сразу отправляться к моему тестю герцогу Арлею, а он волен использовать их по своему усмотрению! Подпишу позже.

Вопреки всем правилам Тиана погладила запястье жениха.

— Это по-королевски, — одобрил шут. — Диктовать указы на собственной свадьбе… Герцог Арвид Кирлай! Леди Тиана Арлей! Будут ли ещё указы?!

— Нет, — слились два ответа.

— Великая Пустошь! — воскликнул шут. — Как же я вам благодарен! Мантии и короны! Слава королю! Слава королеве!

Пока придворные славили королевскую чету, герцог Бари Кирлай вытащил из-под трона ларец.

— Ваше величество! — обратился он к Тиане. — Попрошу ваши браслеты и баронский кинжал. Я передам их герцогу Арлею.

— Кинжал не отдам!

— Оставь, Бари! — потребовал король. — Хорошая память…

Один из новых королевских браслетов легко защёлкнулся на запястье Тианы, а вот со вторым, едва приложив к руке, герцог метнулся обратно к ларцу.

— Что случилось, Бари?! — забеспокоился король. — Не подходит?!

— Что вы, ваше величество?! — возмутился шут, копаясь в ларце. — Размеры вы сняли идеально!

Наконец он вернулся, защёлкнул браслет и тихо пояснил:

— На камнях совершенно неразличимые крышки. Снимете их дня через три, четыре… А вас, мой король, я поздравляю с наследником. Хотя он и в самом начале пути…

Пока король с восхищением смотрел на Тиану, шут сделал два шага назад и возвестил:

— Я, герцог Бари Кирлай, по приказу короля и древнему обычаю, вручаю вам эту верёвку! Согласны ли вы, ваши величества, всегда держать её с двух сторон?!

Король взялся за верёвку так, что его рука коснулась руки королевы:

— Да!

А вот Тиана подхватила свободные концы ритуальной верёвки и обмотала их вокруг двух сомкнувшихся рук:

— На таких условиях — да!

— А ты до такого не додумалась, — прошептал отец короля жене на ухо.

— У меня и так всё хорошо получилось…

Эпилог

Герцогиня Кирлай сразу после обеда оторвала короля от жены, отвела в сторону и довольно резко высказалась:

— Что это такое, Арвид?!

— Что, мама? — недоумённо спросил король, оглядываясь на Тиану.

— Успеешь ещё насмотреться на свою ненаглядную! Я спрашиваю, почему твой старший брат — герцог! — королевским шутом именуется?

— Ой, мама! Бари у меня государственной безопасностью заведует! А титул принял только при условии получения должности шута. Это и в секретном указе прописано. Вы с отцом сами с ним разбирайтесь.

— И разберёмся!

А ближе к середине свадебного бала отец короля, вдоволь налюбовавшись танцем молодых, наклонился к уху герцогини:

— Прекрасная пара!

— Несомненно, — откликнулась его жена. — Но наш младший весь в тебя! Такой же жук пустошный…

— Да уж! — горделиво согласился герцог Кирлай. И вдруг насторожился: — А что ты имеешь в виду? Про жука?

— А ты заметил, как долго возился Бари с браслетами?

— О-о-о…

— Молчи! Пока нам не сообщили, мы ничего не знаем. Я же говорю — весь в тебя! А вот почему это у нас герцог Арлей цветёт, как куст роз? За обедом едва ли не мрачен был… Ваша светлость! У вас есть какая-то приятная новость? Поделитесь с нами!

Отец Тианы, с лица которого действительно не сходила улыбка, не стал таиться:

— Понимаете, герцогиня… Оба мои зятя… Ну, один-то ещё жених, но ненадолго. Но, понимаете, оба! Обещали, что их вторые сыновья получат титул герцога Арлея! Будет, кому замок и дело передать!

— Ну я же говорила, — улыбнулась мать короля. — У вас очень умные девочки!