Annotation

Хардонская академия магии считается лучшей среди всех существующих не только потому, что в ней выдающийся преподавательский состав. Главным ее преимуществом является Мертвый лес, который простирается в тысячи километров и является подобием заповедника нечисти. Практику в этом лесу нужно заслужить, тогда тебе будет дано право охоты на нечисть. Или все же нечисть будет охотиться за тобой?

Мечтательная Ксенольетта
Мертвый лес

Пролог

— И что нам теперь делать?! Во всем виновата твоя жадность! Это ты виновата!

Хлесткая пощечина остудила порыв несдержанной девушки. Она прикоснулась к губе, чтобы секундой позже растереть кровь между пальцев. И если любая другая на ее месте расплакалась бы или проявила дерзость, то Лирания собралась и успокоилась. Все правильно, она перешла черту дозволенного.

Висана сидела задумчиво и отстраненно в своем древнем роскошном кресле. Она была опечалена, и за своей горечью даже не услышала обвинения наглой особы. Из всех родных у нее остался только сын. Сын, который не устыдится поднять руку на девушку, ради сохранения хрупкого спокойствия матери. Бледная женщина прекратила проливать горько-соленые реки слез, наполненные сожалением и ненавистью, только к обеду.

Дасконт Дезант мертв. Известия были доставлены утром в их родовое поместье. Как и палец покойного, на котором крепко, словно влитой, сидел родовой перстень.

Это весеннее солнечное утро раздражало Кастомира. Молодой граф был также опечален смертью родителя, но в его сердце больше места занимал гнев. Он злился на беспечного отца. Каст не был слабым, как его мать. Он не был безнадежным рабом, как та, что грела его постель ночами. Он не уподобится трусости мелкой дряни, что посмела предать семью и бежать. Последняя мысль произвела болезненный эффект. Виски сдавило, а глаза налились кровью. Парень оперся рукой о стол, пытаясь совладать с желанием убить в этот момент хоть кого-то. Эти вспышки ярости и мигрени с недавних пор стали его постоянным наказанием.

Сколько раз он пытался найти след этой маленькой крысы и все безрезультатно. Были опрошены все ближайшие поселения, до самой малейшей деревни Астарии. Не было страны на Западном материке, где он не искал бы ее. Он единственный, кто с самого начала не верил, что она умерла. Ориса всегда была слабой и никогда не выдержала бы достойно даже угроз, что тогда говорить о пытках королевских дознавателей. Смерть его отца лежит на ее совести.

Она словно крот, который лишь прикидывался овцой. Узнала даже больше, чем ей следовало знать. Если бы тогда к ней присмотрелись лучше, то узрели бы всю ее жалкую сущность. Из-за нее все планы были сорваны. Именно из-за нее. Все, как предвещал в свое время Кастомир. Он был прав.

— Соберите все наши наработки и все документы до единого листка, которые говорят о нашем предательстве Черного Паука, — раздался негромкий повелительный голос Висаны, — Отберите из них те, где указаны фамилии наших могущественных союзников. Их нельзя подставлять. Оставшуюся часть отправьте Пауку, а вторую сожгите. Уничтожьте все!

— Мы подчинимся?! — не поверил Каст, с силой сжимая столешницу.

— Нет. Дезант никогда не отступают от своих целей. Пусть он и сильный маг, а вскоре станет самым могущественным за все существование Ирфрида, но он все равно остается человеком. Мы найдем способ избавиться от него. Астария будет принадлежать только тебе.

Глава 1. В путь

— Нет, не так. Смотри внимательно. Вот этот колышек необходимо затянуть петлей, а потом его с помощью вот этой ветки фиксируем между этих трех колов. И ловушка почти готова! Эти девушки!

Мони уже полчаса читал мне нотации и учил охоте, а я пыталась оправдать себя. Я была уверена, что ежегодная охота, на которую выбирались графские семьи поможет нам в добыче свежего мяса. Никто не стал проверять мои навыки, полагая, что сиротку и впрямь учили выживать в любых условиях. Все ошиблись. Мне казалось, что для охоты в Мертвом лесу, да и в любом лесу, будет достаточно метательного ножа, лука или арбалета. А с приманкой все проще, я ведь наделала кучу артефактов для мелкой дичи. Теперь всезнайка изводил меня такими вопросами, от которых я стыдливо краснела и не знала куда уводить взгляд.

— Теперь надо силки сделать. Смотри, — взял он тонкую, но очень прочную веревку, — Узел должен быть скользящим. Сделали и накидываем на подпирающую палку сверху, чтобы она по диаметру легла. Размер диаметра не меньше, чем мужская ладонь. Пока понятно?

— Да, — с самым серьезным видом вникала я в суть устройства.

— Можешь кидать свой артефакт в центр. Немного прикопаем листьями и травой. Кстати, зайцы любят клевер, траву, поэтому если остановка будет длительной, то артефакт можешь не тратить. А теперь запоминай. Когда эту палку заденет зверек, то брус упадет, — указал он на солидного размера и веса бревно, которое было перевязано веревкой, та в свою очередь тянулась к системе колышков, и все это перекинуто через невысокую, но крепкую ветку дерева, — Он потянет за собой веревку, соответственно зверек будет схвачен в силки и поднят.

— И он не сможет вырваться?

— Чем сильнее будет дергаться, тем сильнее затянутся силки. А пока дичь к тебе придет, и сама поймается, ты будешь помогать остальным с чем-нибудь еще.

— И зачем только лук и стрелы покупала? — негромко задала вопрос.

— Оставь. А вдруг в борьбе с нежитью поможет, — пожал плечами зазнайка, отправляясь в сторону нашего лагеря.

К началу маршрута мы прибыли пару часов назад. В сам Мертвый лес, конечно же, нас никто доставлять не думал, да и добротной колеи туда не вело. Мы прошли совсем немного, углубляясь в молодой, редкий лес. Когда выбрались на большую, ровную поляну, которая была заросшая невысокой, сочной травой, то Райан принял решение разбить лагерь.

Нежное, теплое солнце уже начало склоняться к горизонту, даже легкий ветерок с юга словно старался нас поддержать теплом перед трудным походом. Более разномастное пение птиц доносилось с рощи, на окраине которой мы собрались ночевать. Пчелы и шмели кружили вокруг июньских лесных цветов, жуки носились пьяным хороводом, то и дело, врезаясь во все препятствия на своем пути, а все вместе это составляло гул, жужжание и хаос.

Может я бы и была менее раздраженной, если бы не моя растерянность, пробужденная тоской. Я успела соскучиться по Риасу уже в тот момент, когда даже не успела его покинуть. Хотелось, чтобы меня никто не трогал, где-то зашиться и поплакать до того момента, пока блондин прочувствует мой мысленный зов, приедет и заберет меня. Такое нехарактерное мне поведение раздражало еще сильнее. Я злилась на свою самоуверенность, на свои чувства и на свою женскую слабость. Если я сейчас готова закатывать истерики и еле сдерживаюсь, то что же будет дальше? Именно с такими мыслями, я приближалась к тем, кто был более счастлив, чем я. Несправедливость буквально окружала и давила на меня. Она присутствовала в заботе Киви, которая сейчас предлагала своему возлюбленному флягу с водой и интересовалась, как прошло с ловушкой, а еще несправедливость проскакивала в отношениях Элании и Райана. Последний только что отобрал у девушки не очень тяжелую стопку сухих веток для будущего костра, окидывая принцессу ласковым взглядом. И как мне дальше жить? Как выживать среди изобилия любви, когда только что приобретенного жениха рядом не было?

Я шмыгнула носом, сдерживая вот-вот рвущиеся слезы, и решила заняться делами. Если отвлекать себя чем-то, то смогу продержаться. Я же справлюсь!

— Какие сейчас планы? — спросила уверенным голосом у Райана.

Тот посмотрел на меня внимательно, прекрасно понял, каким недугом я страдаю, и огромное ему спасибо, потому что издеваться он не стал.

— Расчистим место для ночлега, разведем костер, — начал громко разъяснять для всех капитан, скидывая ветки, — Особо раскладываться не будем, потому что уже на рассвете нужно быть собранными, выспавшимися, и отправиться к Мертвому лесу. Туда еще километров десять идти. С нашей провизией, даже двигаясь по перелеску, на это уйдет несколько часов. За ограждающие барьеры сунемся только послезавтра, с самого утра. Сейчас советую заняться своеобразной кроватью, о которой говорила Киви, заодно поучимся ее сооружать. Спать на голой, пусть и теплой земле, я запрещаю. Тратить силы Элании на исцеления будем только в крайнем случае, поэтому старайтесь не заболеть. Остальное обсудим вечером.

Когда его речь была закончена, он с привычным невозмутимым видом принялся расчищать землю под будущий костер, остальные кивнули и разбрелись. Я немного потупилась, помялась, собирая свои мысли в кучу, и последовала за Киви. Синеволосая девушка, не замечая следующую за ней меня, начала напевать мотив какой-то веселенькой песни, а я опять скрежетнула зубами от досады и решила прервать свои мучения и зависть к беззаботности подруги.

— Что нужно делать? — дала я ей знать, что она не одна.

— Для лежанки? — поинтересовалась девушка, дождалась моего кивка, чтобы продолжить, — Найдем поваленные деревья, я взяла топорик и зачаровала его, поэтому проблем с бревнами не будет. Основой я сама займусь, а ты поищи разлапистые ветки, желательно, чтобы листвы было больше. Веток надо много, а еще они должны быть большими. Вот, как эта, — склонила она к себе ветку неопознанного мною дерева, крона которого на очередной просторной поляне раскинулась широко и склонялась почти к самой земле.

Если я надеялась, что от тоски и раздражения меня отвлекут дела, то я опять ошиблась. Получив себе задание, я снова осталась наедине со своими мыслями, воспоминаниями и все больше нарастающим раздражением. Теперь я злилась на все окружение. Например, муравьи, которые ползали по стволу и стремились перебраться на меня, пока я боролась с крепкой веткой. Или кукушка, которой я задала свойственный вопрос, а она сразу же замолкла, решив оставить меня не просто в одиночестве, но и вынудила отказаться верить суевериям.

Провозившись добрый час с оказавшимся нелегким делом, я перетащила добычу к лагерю, где уже вовсю было очищено пространство. Мони скомандовал убирать даже мелкие шишки, а место для лежанок выбирать только на ровной поверхности.

— Вот проведете ночь по наклонной, потом будете страдать весь день, — пояснял он.

— Собственный опыт? — интересовался Райан.

— Да, — легко соглашался шатен, — Деревня же близ леса стоит. С отцом часто выбирались на заготовку дров. Бывало и на несколько дней.

— А почти на три месяца? — раздался вопрос от Элании.

— Больше двух недель не уходили, но и за это время успеваешь насытиться всеми сложностями и истосковаться по дому. Так что, я даже не представляю, как мы тут будем, — высказал Мони, почесал лоб, смешно поджав губы, и продолжил возиться с лежанками.

Еще пару часов мы бродили в округе неподалеку в поисках поленьев для ночного костра, дополняли ветками лежанки, учились у Мони и Киви, как составлять рогатины, чтобы подвесить котелок. Солнце наливалось багряной краснотой и уже подмигивало не сквозь высокую листву, а через тонкие стволы деревьев. Мони окликнул меня и позвал за собой, проверять ловушку. Я даже не удивилась, когда в силках обнаружился серый заяц. Он был жив, но уже не дергался. Висел бедный зверек за заднюю лапу вниз головой. И только сейчас, когда я видела красивые, испуганные глазки и подрагивающие длинные уши своего ужина, поняла — опять ошибка.

— Я не смогу их убивать, Мони! — вот теперь слезы выступили предельно ясно предрекая истерику.

— Ты так издеваешься?! — возмутился парень, — Ты там на арене парня безжалостно проткнула, пусть и не настоящего, а тут заяц, Ори!

— Это другое! — насупилась в ответ, громко шмыгнув носом.

Мони взвыл, хватаясь за голову, но высказать ничего не успел.

— Ори, если ты будешь проявлять слабость, то оставишь нас без свежей питательной пищи, — услышала голос Райана, — Воспринимай это все, как желание выжить. Мы можем сегодня частично съесть что-то из наших запасов, но их все равно хватит только на три недели, а потом тебе придется добывать нам мясо.

Я проглотила ком, сжала кулаки, собирая свою волю, отбрасывая всю неподходящую жалость к милому созданию и произнесла, обращаясь к Мони:

— Скажи, как убивать их самым безболезненным способом? — голос мой даже не дрогнул.

Способ мне все равно не понравился, а еще не понравилось, когда заяц пытался вырваться и даже жалобно, пронзительно визжал. Я держалась только благодаря осознанию, что жизнь, здоровье и нормальное состояние моих друзей мне важнее, чем заяц, который все равно рано или поздно умрет, и хорошо, если при этом не станет кормом для хищников. Но, как бы сильно я себя не мотивировала, какие бы причины меня не вели в моем злодеянии, слезы не сдержались, когда я выполнила свою миссию. Райан уже давно покинул нас с Мони, когда озвучил просьбу, поспешить до заката вернуться к лагерю.

— Как же ты на охоте держалась? — негромко задал вопрос Мони, ожидая, когда моя истерика немного схлынет.

— Мы на кабанов охотились. Их как-то не так жалко, — тихо оправдывалась я, замечая, что со слезами приходило некое подобие облегчения и в вопросе с тоской за Риасом, — Да и была я на таком мероприятии всего дважды.

Мони какое-то время молча постаял, убеждаясь, что я закончила со своим оплакиванием жертвы и продолжил обучение. Теперь я училась потрошению нашего будущего ужина. Когда передо мной уже было обычное мясо кролика, то все стало восприниматься гораздо проще.

— Главное Эланию к таким зрелищам не подпускать, — сделал вывод Мони, стоя с окровавленными руками, — Если ты так себя повела, то с ней что будет?

— Не знаю, — скорее для поддержания беседы, ответила ему.

Потратив литр пресной воды для обмывки тушки и крови с наших рук, мы отправились к лагерю. В лесу уже заметно темнело, хотя солнце еще не успело спрятаться.

— Как рано будет темнеть в Мертвом лесу? — не удержалась от вопроса.

— Если верить рассказам, что там непроходимая чаща, то забудь о солнце вообще. По рассказам тех, кто там был на практике, то мы будем ощущать палящие лучи только пару дней раз в неделю, когда будем выходить на выжженные территории, — ответил знаток не только книг, но и лесной жизни.

— Откуда они там?

— Лесные пожары тоже ведь не редкость. В конце июля и в начале августа жара же затяжная, поэтому тут часто горят огромные территории.

— Для нас тоже страшно? — пришла к такому выводу и нахмурилась.

— У нас же Элания сможет со своей стихией помочь, да и Райан, если что некоторые щиты сможет накинуть. Даже дымом дышать не будем. В Мертвом лесу не лесного пожара следует бояться, — договорил Мони, когда мы добрались к нашей стоянке.

Я уже кожей лица ощущала легкую сырость и прохладу вечера. Хорошо, что зачарование Линди продержится почти до самого окончания похода, главное — стараться аккуратно обращаться с одеждой. От котелка пахло гречневой кашей, за которой следила донельзя серьезная Киви. Райан держал в руках какую-то книгу в кожаном переплете. У него за спиной склонилась Элания, которая морщила свой носик уже от усердия, силясь понять, что объясняет ей возлюбленный. Мы с Мони вернулись со своей добычей, передали ее Киви, и я уселась на отведенную мне лежанку, стараясь не сломать своим весом ветки, но те вроде готовы были только пружинить. Тяжело вздохнув, я попыталась устроиться поудобнее, но поняла всю тщетность своих попыток и просто расслабилась как есть, обращаясь в слух.

— Вот тут графу отмечаешь датой и днем. Календарь ведем обязательно, иначе собьемся с плана. Эти все технические нюансы я буду стараться заполнять сам и проверять, — пояснял Райан для принцессы, — Но ты тоже следи и если вдруг что, то заполняй. Основной твоей задачей будет, пока все заняты разбиванием ночлега, заполнять вот эти графы, а на этой стороне лист свободен. В графы вписываешь название нечисти, количество убитых, количество сбежавших, если такие будут, а на свободном листе делаешь заметки, но так, чтобы мог понять даже не сведущий в этих делах.

— А зачем это? — поинтересовалась Элания.

— Дневник практики. Это наш отчет, и он очень важен для нас. Смотри, тут на обороте, внутри обложки, есть сканирующий амулет, с помощью него будем вести счет убитых нам монстров в виде магического доказательства. Но страховка нужна всегда, поэтому еще и ведется дополнительно все в письменном виде.

— А если потеряем дневник? — уже заинтересовалась я.

— У меня есть еще один амулет, который двойник основного. В нем тоже передаются данные. Но это лишь запасник, который работает автономно, пока его не перенастроить. Лучше дневник с основным амулетом беречь, — ответил Райан, передавая ценную книженцию Элании.

Киви сняла котелок с кашей, отставляя его на низкий пенек, чтобы сменить снедь мясом зайца. Райан тем временем достал карту и отошел от костра, усаживаясь на траву и подозвал нас всех. Мы расселись кругом и нависли над желтым развернутом листе.

— Эта красная линия и есть наш маршрут. Вот эти синие круги — базы, где мы сможем немного расслабиться. Там есть небольшие домики с относительными удобствами. Их строили для практикантов, чтобы совсем тут не одичали за такой срок. Таких баз нам попадется по дороге в одну сторону три, на обратном пути всего одна. У нас задача добраться вот к эти горам, там есть система пещер, где нам предстоит перезарядить источники магоблоков, которые отвечают за работу кристаллов.

— Это те, которые создают барьер?! — удивился не только Мони, но и я вместе с ним.

— Да, — спокойно ответил Райан, — Как выяснилось, это наша основная цель практики.

— А если не справимся, то что? — уже задала вопрос полный напряжения Элания.

— Тогда возвращаемся, ставим в курс дела, что завалили эту практику, а вместо нас вызовут соответствующий Орден, который и без нас прекрасно справится, — легко сообщил Райан, — И так это основная цель. Теперь о второстепенной. Чем больше нечисти убьем, тем лучше. Брезговать не будем ничем, даже самой мелкой и почти безобидной. Амулет будет начислять очки, а от них, как понимаете, зависит не только место будущей службы, но и личная рекомендация для каждого из нас, а от этого уже прямая репутация.

Дальше он подробно водил по карте, рассказывая какие цвета показывают зоны: болотистая местность, песчаная, густые чащи леса, низменности, даже были участки с открытыми равнинами. Когда от костра донесся запах жаренного мяса, Киви спохватилась, чтобы перевернуть ужин другой стороной, а остальные терли глаза. Было уже очень темно, а от того, что долго вглядывались в карту, забыв от интереса хотя бы магией посветить себе, теперь страдали, натирая глаза и усердно моргая.

— Хорошо, что догадались зачаровать одежду от комаров и мошек, — проговорил Мони.

Трудно было не согласиться. Звук от надоедливых кровососов уже отчетливо слышался, но пока ни одного желающего не подлетело ближе, чем на пол метра. Уже сидя за костром, мы планировали или скорее мечтали о том, сколько нечисти успеем переловить и какие лавры за это получим по прибытию. Дождавшись, когда мясо пропечется, дружно накинулись на ужин, а после дождавшись, когда во втором котелке, который был размером поменьше завариться чай, уже смело перекидывались шутками. Я отвлеклась от щемящего чувства, связанного с разлукой, вновь сталкиваясь с ним только перед сном. Стараясь не ворочаться и натягивая легкое шерстяное одеяло до носа, я мечтала об артефакте, который планировал создать Тиретис, только чтобы он не просто передавал письменные сообщение, но и воспроизводил голос и образ передающего. Тогда я смогла бы видеть и слышать Риаса. Но сейчас я согласилась бы и просто на одностороннюю связь, с возможностью узнать, чем он занят и думает ли обо мне также, как и я о нем.

Проснулась я рано, потому что было безумно холодно моему носу и рукам, с которых я на ночь перчатки все же снимала. Открыв глаза, я даже испугалась, вокруг парило белое непроглядное молоко из тумана. Я вглядывалась в глубь рощи, но просматривались только ближайшие стволы. Эти ночи караул мы не выставляли, надеясь отоспаться в спокойствии перед в Мертвым лесом. Но мой артефакт не подавал признаков, что посторонние крупные существа бродят в округе, значит, мы в безопасности. Я перевернулась на другую сторону, чтобы вздрогнуть, быстро сбросив остатки сна, но также спешно успокаивая пробудившийся страх. Элания лохматая сидела, укутавшись в свое одеяло, и дрожала.

— Ты чего не спишь? — тихо поинтересовалась я.

— Как тут спать вообще можно?! — шепотом возмутилась девушка, — Неудобно, страшно! Всю ночь что-то «угукало» и «аукало», а потом еще и холодно стало! — жаловалась она.

— Звуки издают ночные животные, — промямлил, просыпаясь Мони, — А, чтобы теплее было, надо было соглашаться с нашим предложением, составить вам с Райаном лежанку.

— Доброе утро, — поприветствовал Райан, проснувшись и почти сразу принимая сидячее положение.

Кажется, что только Киви наслаждалась крепким, здоровым сном, но нет, спустя пару секунд она издала сладкий зевок и ответила Райану на приветствие, поднимаясь, потягиваясь и даже довольно ежась утреннему холоду. Сияя лучистой улыбкой, синеволосая еще более тоненьким спросонок голоском попросила Мони развести костер, чтобы попить утреннего чая.

— У нас есть время пока туман не осядет, открывая видимость. Потом сразу выдвигаемся, — даже с утра был суров с нами Райан.

Умываться отказались все, ради экономия пресной воды. Хоть Риас и обещал нам реки и родники, но это будет судя по карте не раньше, чем по прибытию к месту следующей ночевки. Рисковать же и оставить себя без основной необходимости в походных условиях, никто не согласился. Скудно почистили зубы без зубного порошка, позавтракали остатками каши, завернули в бумагу крольчатину, убрав ее в рюкзак, начали сборы. Сегодня я познакомилась с еще одним диким знанием. Котелок из-под каши Киви очищала травой без воды, но потом заверила нас, что это только мера до того момента, пока не прибудем к воде.

Тонкостволые, просторно росшие деревья на протяжении дня, все дальше вглубь, сменялись старыми, широкими стволами и с более разросшейся кроной. Солнце пока еще очень даже хватало, хотя в этой части леса уже сильнее ощущалась сырость. Густая трава ближе к обеду сменилась мягким ковром из мха. То и дело, нам приходилось стройной колонной обходить поваленные, подгнивающие деревья. Запах уже был переполнен прелой листвой и даже, казалось, что чувствовался аромат грибов, хотя я и не знаю, есть ли они в начале июня.

Шли молча, каждый в своих думах, но у меня вчерашняя тоска отступала под давлением надвигающегося шквала страха. Каждый шаг сопровождался треском ломаемых веток, сокрытых листвой и мхом, который не перекрывал даже разноголосый птичий хор. От этого треска я уже перестала болезненно морщиться и все чаще задумывалась, как в таких условиях не то, чтобы нечисть не уведомить о нашем приближении и местонахождении, но и самим ее услышать за своими же шагами. Вскоре к моим нелегким размышлениям добавились еще и ругательства Элании, которая терпела долго, но все же не выдержала.

— Я устала от этой паутины! Я же пауков не люблю! — нарушила она молчание.

Долгое время ей никто не отвечал, пробираясь через заросшие ветви и укрывая от них лицо, но когда опять вышли на более ли менее свободный участок, то она все же получила жалость и словесную поддержку от Киви. Запасы пресной воды и впрямь уходили с огромной скоростью, а обед прошел на ходу, потому что Райан спешил добраться как можно ближе к защитному барьеру и разбить там лагерь. Такими темпами мы успели, задолго до захода солнца. Синеватое свечение защитных стен устремлялось высоко, очень высоко к небу, скрываясь где-то за такими же высокими кронами вековых деревьев. Вглядываясь за границу, мы дружно пытались найти отличия того леса, на земле которого сейчас стояли, от Мертвого. Но посовещавшись и высказав мнения вслух, разобрались, что внешне они ничем не отличимые для всех нас.

Спешка наша тоже оказалась не напрасной, потому что долго мы искали подходящую ровную местность для ночлега, ручей, а потом еще расчищали поляну от сырых, прогнивших бревен. Сегодня уже проигнорировали охоту, полностью уделив внимание осмотру барьера, чтобы проверить и убедиться, что он рабочий и нам ночью ничего не грозит. С выбранной нами поляны, открывался прекрасный обзор на похожую поляну Мертвого леса, которой я на закате, уже сидя возле костра и попивая чай, любовалась. Красивый лучик света, падал на все еще не закрывшиеся лиловые цветки. И атмосфера там совсем не вселяла дикого ужаса. А может прав был Риас, и стоит к этой практике относится как к веселому приключению?

На ужин снова была каша, только уже рисовая и залезли в запасы вяленной колбасы. За костром вели непринужденные беседы, в которых часто слышались шутки, вызывающие смех, а когда солнце перестало нам подмигивать, Райан скомандовал спать. Костер было решено не тушить, чтобы оставалось тепло всю ночь и, если повезет с тлеющими углями, то и под утро. Закрыв глаза, я снова долго не могла уснуть, вспоминая голубые глаза и мягкие губы, нежные руки и их трепетные ласки.

Я почти заснула, когда послышался низкий рев. Распахнула глаза, чтобы не сдержаться, испуганно ахнуть и сесть, нарушая сон друзей. Все подорвались и, следуя за мной, уставились за границу барьера. Костер не мог осветить тех, кто там находился. Все чем нам пришлось довольствоваться — глаза. Эти двое существ обладали светящимися, желтыми, раскосыми глазами, которыми довольно часто моргали. Их взоры были устремлены на нас, а низкие рыки ставили в известность об их недружелюбном настрое.

— Вот это начало практики, — услышала я тихое изречение Мони.

— Не сегодня, — отрезал Райан, — Ложитесь спать. Барьеры не пропустят никого. А завтра с утра поищем этих двоих, далеко они все равно не уйдут, если только дневного света не боятся.

— И как спать по-твоему?! — составила грозностью шипения конкуренцию нечисти Элания.

— Обычно. Желательно спокойно, потому что завтра у меня у первого караул и я бы хотел выспаться, — ответил наш капитан и действительно завалился спать, накрывшись с головой одеялом.

Нам не осталось ничего другого, как смириться с его решением и уподобиться невозмутимости. Я же в силу своих расшатавшихся фантазий и страхов все же подготовила себе под руку артефакты, которые способны будут спасти нас при возникшей острой необходимости.

Глава 2. Мертвый лес. Первые впечатления

Утро было еще хуже, чем вчерашнее. Ближе к рассвету молочный, непроглядный туман накрыл всю поляну, остужая и без того холодную, сырую землю. Пол ночи четверо из нас дергались, стараясь отстраниться от глухих, голодных рыков неизвестных пока еще существ. Голова болела от недосыпа и постоянных мыслей. Даже когда я дремала, то в мыслях прокручивались знания и картинки всей известной мне нечисти. Последняя информация скопом сложилась в такой сумбур, что от абсурда возникших связей я очнулась, пытаясь отогнать свои фантазии. Под картинку простейшей нежити мой сонный, переполненный страхами мозг накидал такую информацию, что никакой Орден не справится и никогда не убьет бессмертную нечисть, которая у меня получилась.

Остальные все же смогли задремать, а вот Райан, видимо, проснулся не так давно, но уже бродил вдоль барьера, пытаясь за туманом рассмотреть будущих врагов. Он прошелся в одну сторону несколько шагов, развернулся и сделал несколько шагов обратно, а потом стал приближаться к барьеру. Я бесшумно поднялась, хватая перчатки и клинки, и стала продвигаться к Райану, стараясь не разбудить друзей. Приблизившись на расстояние в пару метров, решила оповестить друга, что я за спиной, дабы избежать резкого появления.

— Райан, — негромко позвала, убежденная, что он точно услышал, но просто проигнорировал, — Что ты делаешь? Ты слишком близко! — громким шепотом старалась достучаться до его рассудка.

Он обернулся, жестом показал мне вести себя тихо, а потом присел, подбираясь к барьеру почти вплотную. Туман нехотя расступался, мелкой россыпью огибая его фигуру. Я совсем зашлась в волнении, когда он приблизил свое лицо к барьеру, припадая на колено и почти касаясь защитной границы носом. Пару секунд ничего не происходило, а потом на той стороне туман стал также медленно расползаться, чтобы через долгие секунды навстречу Райану выплыла зловещая морда, напоминающая волчью, но она была соткана из плоти лишенной кожного покрова. Виррил беззвучно оскалился, оголяя полупрозрачные клыки, пытался принюхаться, а потом издал тихий рык и остановил свою морду напротив лица Райана. Глаза, что при свете дня уже не излучали зловещего желтого свечения, были заполнены белком, который в свою очередь был испещрен кровеносными сосудами. Все это чудовище было ходячим показателем своей анатомии, где частично его органы были полупрозрачными, что вызывало рвотный рефлекс. Вот виррил рыкнул еще раз и его желудок с кишками содрогнулись от работы мышц.

— Райан, я прошу, отодвинься, — услышала я перепуганный голос Элании.

За этой утренней дуэлью взглядами между двумя лидерами своих стай, следила вся наша четверка. За барьером я насчитала шесть особей, включительно главного. Райан также осторожно отстранился, чтобы вызвать у противника уже громкое, утробное рычание.

— Мони, ты приманка. Тебе все равно кровь проливать, — сразу начал распоряжаться Райан, — Киви, Ори, не тратьте магическую силу. Ваша задача удерживать их на себе, пока Мони сплетет заклинание по площади. Элания остаешься за барьером, там ты не нужна. Я пересекаю барьер первым, следом Киви и Ори, а потом только Мони. К тому моменту, как Мони сделает надрез, уведите живность дальше от нас.

Мы не спорили, не спрашивали и не уточняли, полностью полагаясь на Райана. Тот в свою очередь направился в лагерь, на всякий случай снаряжаясь походным ножом. Мы последовали его примеру, оставляя сбор лагеря на Эланию, а сами подготавливаясь к схватке. Киви облачалась дольше всех, и опять же Райан лично убедился в том, что ничего из ее амуниции не слетит и сидит крепко, только потом он стал выдавать указания Элании, что к нашему приходу она уже должна собрать, а что оставить для завтрака. Я была не уверена, что после сражения с отвратными тварями буду способна даже просто сухарь погрызть.

Через полчаса старательных сборов и повторных проверок, что ничего не забыли, мы снова направились к барьеру. Туман успел частично развеяться, а первые ранние птицы уже вовсю весело голосили, будто издеваясь над нами. За той стороной барьера тварей уже не было видно, но, если они просидели в ожидании добычи всю ночь, значит и сейчас никуда не делись. Спрятались и затеяли охоту. Райан с гордо поднятой головой пересек барьер, прошел несколько метров и накинул на себя щит, озаряясь синеватым маревом. Оглянулся по сторонам, постоял немного и подал нам знак, что готов принять нас с Киви. Мы прошли следом, когда оказались за границей барьера, сразу получили щиты, которые должны продержаться или какое-то количество нападок со стороны хищников, или не больше десяти минут. С Киви мы разделились, расходясь в разные стороны. Я старалась идти аккуратно, иногда посматривая под ноги, но все основное внимание направляя на окружение. Лес, как лес. Ничего такого.

Справа раздался хруст, успеваю присесть, чтобы над головой пролетела одна из особей. Она успешно приземлилась на лапы, чуть проезжая, но быстро развернулась ко мне, скалясь и рыча. Такой же рык послышался позади и слева. Окружили. Трое на мне, а значит еще трое на Киви. Теперь остается уклоняться, чтобы сохранить магию щита подольше и не заставлять Райана отвлекаться на меня. Несколько попыток укусить меня, но щит отражает и отгоняет. Позади поваленное дерево, разворачиваюсь, пробегаю под ним, чтобы сразу зацепиться с другой стороны за выпирающий сук в его основании и вскарабкаться. Теперь виррилы снизу, пригибаются, примериваются для прыжка, но понимают, что не допрыгнут. Озираются, бродят в ожидании. Какое-то время наблюдаю за ними, чтобы потом отвлечься. Киви в отличии от меня размахивала мечом и довольно успешно. Одна из тварей лишилась тонкого длинного хвоста, остальные были оцарапаны и разъяренными.

А вот моя троица затихла и развернула головы назад в сторону Мони. Значит уже подпитывает заклинание кровью. Если знака не было, то еще рано подпускать к ним чудовищ. Спрыгиваю, чтобы наброситься на ближайшую особь. Реакция у них отменная, поэтому мой клинок лишь оцарапал пасть, но не зацепил желанную глотку. Трое оскалились на меня, но постоянно озирались в сторону Мони. Как долго я смогу их удерживать? Дальняя тварь глянула на меня недовольно, но потеряв интерес, направилась к парням. Ну уж нет! Метательный нож быстро лег в руку, делаю замах, бросок. Острие входит в заднее бедро, но визга или рыка нет. Тварь просто останавливается и разворачивает голову в мою сторону, а только потом издает рев.

— Ведите! — кричит Райан, а я смотрю на обозленную троицу, которая перегородила мне путь.

Щит же справится. Я не зажмуривалась, когда побежала прямо на одну из оскалившихся тварей. Она прыгнула на меня, но щит Райана ее отбросил. Теперь виррил недовольно оповестил поляну. Я убегала с такой прытью, что Хасир остался бы доволен ученицей. Киви уже была в раскрашенном круге заклинания, который пока еще не был активирован. Ее меч удачно отбивал выпады двух тварей, а третья пыталась добраться до Райана, но щиты не позволяли ей. Я вбежала в первый круг рисунка, проскакивая возле не ожидавшей позади человека особи. Она лишь успела клацнуть клыками возле моей ноги, а я поняла, что щит слез. Но Райан уже снимал все наши щиты, устанавливая барьер по площади во внутреннем круге.

Когда все твари собрались вокруг нас, скалясь и стараясь пробить защитный барьер, Мони активировал внешний круг своего заклинания. Райан поставил еще один купол по внешней линии рисунка, чтобы закрыть в получившийся загон всех тварей. Они истошно завопили, когда их же кровь стала закипать, сворачиваться. Я закрыла глаза, стараясь подавить рвоту, когда белки их глаз стали лопаться и вытекать. Несколько минут понадобилось, чтобы последнее завывание и визг затихли. Поляна наполнилась смрадом горелой плоти.

— Все закончилось, — тихо произнес мне на ухо Райан, — Теперь надо зафиксировать особей амулетом, — сказал уже громче остальным.

Я открыла глаза и пожалела. Резкий вдох и я понеслась к ближайшему дереву, чтобы выдавить из себя вчерашний ужин. Прозрачные части тела превратились в белесое желе и слизь, которая смешалась с бурыми комками жаренной крови. Из лопнувших органов, вытекала желто-зеленая желчь. Киви дождалась, когда я закончу, чтобы лично проконтролировать, что я спокойно дойду к лагерю. Вонь только усиливалась.

Элания уже шла навстречу, неся в руках дневник. Ей понадобилась не просто выдержка, но и успокоительное себе же заклинание. Теперь в нашем составе прибавилась еще одна девушка с зеленовато-бледным лицом.

Еще пару часов после боя, мы сидели на поляне за барьером. После успокоительных трав, мне полегчало. Ветер к счастью не доносил вонь, а уносил ее от нас, поэтому я даже смогла скудно позавтракать. После, собрав все свои вещи и взвалив сумки за спины, мы продолжили путь. Переступили барьер и замерли на месте.

— Что? Теперь так будет каждый день? — возмущенно поинтересовалась принцесса.

Остальные молча следили за тем, как гуль сидел и с жадностью пожирал останки виррил. Я искренне жалела, что все же смогла позавтракать. Райан же молча снял со спины рюкзак, оставляя его на месте. Потом он с готовностью размял шею и хрустнул уже порядком подуставшими пальцами. Мони обреченно застонал, а Киви, сбрасывая свою ношу с одного плеча, потянулась к рукояти меча.

С увлеченным свежей, жареной едой гулем, Киви и Райан справились без нашей помощи. Пока Мони рефлекторно сжимал рукоять кинжала, а Элания теряла величие, следя за схваткой, я занялась делом. За барьером без видимых внешних отличий все же начинался совершенно другой лес, по которому идти вслепую уже совсем не было никакого желания. Присела, чтобы немного очистить почву от пышного ковра из мха, нарушила дом мелких насекомых, убедилась, что с существами, рожденными Лариром, пострадавшие от моего вмешательства, ничего общего не имеют. Обычные жучки и мокрицы. Пришлось потратить еще немного времени, игнорируя сражение в нескольких метрах от меня, разогнала отвратительную живность и приложила руку к земле. Призвала стихию, та откликнулась и любезно преподнесла мне картину леса на ближайших пару километров. Закрыла глаза, чтобы отчетливей услышать землю.

Нора лисицы, которая спрятала свое потомство от угрозы, белки, зайцы, множество кротов, даже одинокая косуля, наш состав и все еще двигающийся гуль, который подрастерял свою прыть. Приоткрыла один глаз и убедилась, что Киви его таки зацепила, закрыла глаз. Еще раз контрольное сканирование, которое уже не вырисовывало четкую картинку ощущений, но расширяла радиус до пяти километров. Тут картина хуже. Василиск или обычный варан, точно сказать нельзя, обитает западней, но мы двигаемся на юг. Гуль уже постелился на земле, а я все еще слушаю, значит, Райан решил не мешать мне тратить силу. Впереди наземных существ немного и все двигаются в довольно спешном ритме.

— Если за все время, которое мы будем преодолевать пять километров картина не изменится и нас не учуют, то пройдем спокойно, — оповестила команду уже поднимаясь.

— Тебе нельзя часто пользоваться данным трюком, — напомнил мне Райан.

— Лучше так, чем неизвестность! — оспорила Элания.

— Все нормально, — решила заверить Райана, — Я знаю свой предел и помню о минимуме, который должен быть при любых сражениях.

Мони с тревогой осматривал Киви, но девушка лучилась счастьем после борьбы, а ранений у нее не наблюдалось. Занесли в счет гуля и возобновили еще толком не начавшийся путь. Теперь шли менее уверенно и постоянно внимательно озирались, реагируя на каждый хруст в лесу. Только через пару часов монотонной ходьбы напряжение немного спало, но молчание продолжилось. Времени для самокопания и раздумий было предостаточно, поэтому следуя за Эланией шаг в шаг, я отстранилась от окружения.

У меня оставалось так много вопросов, ответы на которые я еще не нашла. Вместо этого я успевала обрастать новыми проблемами. А может прав Тиретис, что я сама себе все это создаю, вместо того, чтобы смотреть на жизнь иначе и стараться все систематизировать. Только вот вроде я и не против, да что-то не выходит. Все еще я приходила в ярость, когда вспоминала, как на моих глазах умирал Риас. Неужели Кобеану и Марку и впрямь все сойдет с рук? Имею ли я право на месть? А нужно ли мстить мне, если за это дело взялся Нестаргонский? Вдруг у мести будут еще более худшие последствия?

Риас, как выяснилось, решил оставить этот момент в прошлом, отказываясь разводить еще большую войну и рисковать сильнее. Тиретис же напротив решил действовать, но своими методами. Насколько я поняла, он подключил всех своих подчиненных, кому доверял, чтобы те искали лазейки в тайне от Людвига. Его цель была задавить маленькое соседнее королевство, лишая его своей поддержки и вынуждая бедствовать. Наследника не смущало, что страдать будут прежде всего не Кобеан и королевская чета, а обычный народ. Когда я попыталась воззвать к его жалости, рассказывая, как порой трудно людям без сословия, даже в обеспеченных, развитых странах, он, как и часто бывало, остался холоден. Позже наследник сообщил, что это лишь верхушка айсберга всей его мести. В тот вечер я узнала, что терпение Нестаргонского действительно не стоит испытывать.

Его бракосочетание с принцессой Аскартия состоится сразу после обучения. Потом пройдет еще год, прежде чем Тиретис получит корону и будет объявлен официально Его Величеством. К тому времени вся информация о слабостях Дарголии будет известна, как и будет составлен план, согласно которому всколыхнет народная война в маленькой стране. Наследник Нестаргона не опасался быть раскрытым и обвиненным. К тому времени, он уже будет надежно связан с Аскартием крепким союзом, из-за которого даже Террийск не посмеет ввязываться в эту маленькую месть принца. А гнев остальных на Восточном материке он не рассматривал серьезно, потому что все так или иначе были завязаны на выгодных отношениях с Нестаргоном. «Мы страшные люди, Ори», — вспоминались мне слова Риаса, с которыми я была вынуждена согласиться. Игры тех, кто связан с темным миром наполнены подлостью и обманом, а игры тех, кто стоит у власти переполнены горем тысячей, а порой миллионов людей. Это страдающее население даже не поймет, что оказались всего лишь игрушками в руках правителей.

Элания остановилась, вырывая меня из глубоких размышлений и вынуждая остановить и мой шаг, осмотреться. Бурелома вокруг становилось больше, который густо зарос древесными грибами, мхом и зарослями папоротника. Солнечного света наоборот становилось все меньше. Его лучи просто не могли пробиться сквозь густую крону деревьев, которые прорастали уже более плотно и менее стройно. Все чаще попадались деревья, которые справлялись и без солнечного света, возвышая свою крону всего на несколько метров над землей. Листья данной породы были кожистыми, толстыми и какими-то лощенными.

— Райан, стой! — скомандовала принцесса.

— В чем дело? — раздался вопрос от Мони, который замыкал нашу колонну.

— Тут кто-то есть! — не сдержала истеричные нотки в голосе Элания.

— Я обследовала землю, — напомнила я ей, — За это время…

Мне пришлось оборвать свое изречение, хватая промелькнувшую мысль, которая уже хотела ускользнуть.

— Если только тварь сидит не на земле, — тихо высказала.

Райан действовал незамедлительно, накинув на нас слабые, но долговечные щиты. Киви удобнее перехватила лямку своей ноши, освобождая правую руку. Мы уже более осторожно продолжили путь. Если Элания ощутила чье-то присутствие, значит, тварь будет нести темную сущность. Спустя двадцать минут мы углубились в лес, какой мне еще не приходилось видеть.

— Это гораздо хуже, чем описания в книгах! — тихо возмутился Мони.

Деревья росли так плотно, что иногда между ними приходилось протискиваться. В борьбе за свою жизнь и место, они корчились, скрючивались и переплетались. Листва и ветки были так низко, что порой они гладили плечи, цеплялись за волосы. Из-за последнего я надела капюшоны, но поняла, что так жертвую обзором и пришлось выбирать первое ¬— терпеть неудобство от веток.

— Это все лес! — судорожно высказала принцесса.

— Хватит пугать, Элания! — тихо попросила Киви, — Объясни, что ты чувствуешь!

Райан остановился, вернулся к нам, выискивая пространство возле Элании и становясь напротив нее. Он погладил ее по плечам, стараясь подбодрить и успокоить, вопросительно заглядывая ей в лицо.

— Ты же знаешь, Райан! — начала принцесса, — Я чувствую тьму. Весь этот лес тьма! Он не просто кишит нечистью! Он и есть нечисть! Я…

— Ты справишься, — убедительно высказал Райан, — Ты сильная. Брось вызов этому лесу, ведь он посмел нарушить твое величие, — негромко проговаривал он.

Не знаю, как остальные, а я поняла, что стала свидетелем чего-то личного. К кому конкретно привязать этот личный характер беседы я не поняла: к Элании, которая забыла о том, как держать лицо, или к Райану, который открылся мне с еще более развернутой стороны. Он знал подход к каждому из нас, подбирал слова и давление для каждого. Но сейчас это было необходимой чертой, которая помогла собраться Элании довольно быстро.

Мы продолжили путь в этом сером полумраке, переступая выступающие корни, которые расползались порой даже, врастая в соседние стволы. Пение птиц доносилось в эту часть леса, только с участка, который оставался все дальше позади нас. Слева во мраке над землей, который был создан плотным навесом из изгибающихся корней, мерцал желтовато-зеленый свет. Там росли фесцины — цветы, которые содержали в себе смертельный токсин. Причем яд нес гибель не только для живых, но и для неживых. Данный цветок состоял в прекрасном симбиозе с мелкой нечистью, которая обычно не превышала размера луговой собачки. Привлекая тошнотворно-сладким ароматом некоторую нежить, фесцины приводили пищу для своих маленьких союзников, зачастую даже сожителей. Последние в свою очередь недоеденные останки оставляли гнить, а полученная гниль служила прекрасным удобрением.

— Просканируй землю, — отдал команду мне Райан, — Тут стемнеет еще прежде, чем солнце сядет. Нам придется подстраиваться под новый график, если и вовсе не ломать его.

Я присела на корточки, внимательно вглядываясь в безжизненную, серую почву из пыли. Откликнется ли вообще эта земля?

— Хочешь сказать, что спать придется ложиться раньше? — задала вопрос Киви.

— Я пока не решил, как будет лучше. У нас два варианта. Первый, мы двигаемся в быстром темпе, преодолевая этот участок леса за двое суток. По окончанию нас ждут песчаные карьеры и небольшое нагорье. Но спать при этом будем мало. Очень мало. Второй вариант, двигаемся, как задумывалось первоначально. На этот участок тогда затратим вдвое больше времени, зато нет вероятности, что мы потеряем бдительность.

Я дослушала, а потом все же коснулась почву. Долго я призывала стихию, которая никак не хотела отзываться. Обычно послушная, покладистая, сейчас никакие мольбы не помогали уговорить ее, чтобы та слилась с землей под моими ногами. Только с шестой попытки мне все же удалось, чтобы выдержать не больше нескольких секунд, после чего я отдернула руку и быстро поднялась, стараясь при этом еще удержать себя, чтобы не взобраться на ближайшее дерево.

— Ори, что ты почувствовала? — спросил Мони, аккуратно касаясь моего плеча.

— Тут столько…, — пыталась высказать я, но от волнения опять пропал голос.

Элания сообразив, что произошло, подошла ближе и одарила успокаивающим заклинанием. Я собрала все мысли и всю ту картину, что вырисовывалась. Вокруг все было переполнено чем-то темным и жутким. Глубоко в этой почве было несколько выводков живых, но безумных существ, которые были рождены Лариром. Они прямо сейчас вылавливали еще более опасную для нас нежить, внешне похожую на сороконожек, жуков и мокриц. Если не углубляться, а брать только поверхность, то все было еще менее радужно. Одна только флора несла смертельную угрозу, несмотря на защиту академии. То, что тут обитало, способно было пробить усиленную артефактами защитную магию Эмбера. Крупных существ поблизости не было, но мелких, которые несли угрозу своим количеством хватало со всех сторон. Они пока еще не почуяли нас.

— Нам нельзя тут задерживаться, — наконец-то произнесла я, — Не полагайтесь на защиту академии, а еще не стоит жалеть магию. Поспешим, Райан.

Глава 3. Преодоление первого участка

Темнело в этой части леса гораздо раньше, вынуждая Райана тратить свою магию еще и на освещение нам пути. Между опасностью переломать себе ноги и привлечь внимание нечисти, выбрали пока еще вторую. Привалов не делали, от страха и волнений есть не хотелось, запас воды еще был, а вот ноги уже гудели и были не особо послушными. Элании приходилось тратить свои силы, чтобы поддерживать в нас хоть какую-то энергию. Ветра не было совсем. Будто лес спал или действительно был мертв. Но несмотря на это, с каждым часом становилось все холоднее и холоднее.

— Надо разбивать лагерь, — скомандовал Райан, — Если сейчас не остановимся, то станем слишком легкой добычей.

Никто не спорил, но путь все же продолжили. Мы прошли еще минут десять, пока не осознали, что искать поляну толку нет. Остановились, просто выбрав пространство обширней между корней деревьев. Дружно было решено, что лучше не разбредаться в поисках веток для лежанок и вообще держаться ближе друг к другу. Набрали вблизи поленьев для костра, чтобы не замерзнуть ночью. Тут же наломали немного ветвей, чтобы все же не сидеть на голой почве. Я вытащила пару отпугивающих живность артефактов, размещая их на ветках и сразу активируя. Райан убедил всех, что лучше сейчас поужинать, пока есть возможность и время, потому что неизвестно не сорвет ли нас с места какая-нибудь тварь.

Разговоры совсем не ладились, все больше мы старались прислушиваться к окружающему нас лесу. Костер же весело потрескивал и злил одновременно: тепло, светло — хорошо, но привлекает внимание других. Райан спустя какое-то время тихо буркнул что-то себе под нос и поднялся.

— Ты куда? — опередил всех с вопросом Мони.

— Потрачу еще магию. Мне можно. Резерв позволяет.

С этими словами он сплел небольшое заклинание и поместил рисунок на одно из деревьев, потом на второе и третье. Его заклинания по периметру образовало маленькое пространство между деревьев, где обитали мы. Когда он сел снова, то обнял Эланию за плечи и притянул к себе. Я задумалась об их отношениях, которые явно сообщали, что обе стороны давно погрязли в чувствах, вопреки всей своей меркантильности.

— И что вы будете делать потом? — негромко поинтересовалась я, погружая найденную палочку в пламя. Столб искр взметнулся вверх, когда случайно было затронуто полено.

— Все, как и планировалось изначально, — опять без лишних уточнений понял меня Райан, пока остальные хмурились.

— То есть у вас в запасе еще три года, а потом у каждого наступит своя жизнь? И вы вот так легко сдадитесь? — не могла поверить, что он всерьез.

Киви с Мони, осознав мои вопросы, с интересом глянули на высокопочтенную пару. Элания на удивление проявила себя совсем несвойственно ее натуре, она уставилась в огонь, прижалась сильнее к Райану и даже не сморщила нос.

— У нас нет особого выбора, Ори, — проведя рукой по пшеничным волосам возлюбленной, сообщил Райан, — Даже если я займу высокое положение при Тиретисе, то его все равно будет недостаточно, чтобы стать супругом королевы Террийска.

— Может стоило побороться за трон Вертании? — тихо задала вопрос, не сдержав грустных ноток и осознавая, что все равно уже поздно.

— Не с Феруа. Против него у меня не было бы никаких шансов, — удивил меня Райан.

— Что же такого в этом новом правителе? — спросила Киви.

— Правитель, как правитель. Суров, справедлив и обещает новую, лучшую жизнь своему народу, — вместо Райана, ответила Элания.

— Он на службе при короне сколько я себя помню, — тихо рассуждала я, — Ты получил о нем всю информацию, которая была в Нестаргоне. Черный Паук… А кто дал ему это прозвище? — ухватилась за призрачную мысль.

— Ты в верном направлении. Продолжай, — сообщил Райан, уже с загадочной улыбкой.

— Вы опять секреты разводите?! — возмутился Мони.

— Нет. Просто хочу, чтобы Ориса сама дошла до правильных выводов. А еще было бы неплохо, чтобы все вы тоже подключились. Заодно и вечер скрасим.

Я осмотрела лица присутствующих. Элания уже размышляла, но она явно смотрела с точки зрения Величеств. Киви пожала плечами и сразу сообщила, что ей не интересно и вообще не понимает, зачем нам это все. А Мони все же заинтересовался. Я же задалась другим вопросом. Какая цель у Райана? Пытается отвлечь нас от Мертвого леса? Языки пламени отсвечивали и танцевали на наших одеждах, лицах и особенно четко выражались в глазах каждого. Мы опять замолчали.

Артуа Феруа — Черный Паук. Не помню даже когда впервые услышала его прозвище. Имя его в Астарии знал не каждый, но Черного Паука… В нашей стране все еще присутствовало место для казни виновных и неугодных королевству людей. Для этого страшного мероприятия даже отведены две площади. Одна шире, больше, но лишенная величия. Плаха, виселицы и даже дорога из щебня и битого стекла, по которой резвые кобылы протаскивают жертву. Там справляются обычные палачи. А вот вторая площадь, имела свою возвышенность, близость к изысканности. Черный Паук мучил своих жертв магией. Мало кто видел силу собственными глазами, но люди приходили в восторг от того, что происходило с телом того, кого казнили.

Однажды я была свидетелем ужасающе-красивого зрелища. Поговаривали, что Паук любил искусство, оттого и казни его выглядели столь великолепно. Он устраивал целое представление. Тогда это был юноша, которого обвинили в шпионаже, распутстве с одной из племянниц короля и посягательство на честь младшей принцессы. Юноша не был лишен своей природной красоты, и он до последнего взирал на толпу с гордостью и неприкрытой насмешкой. Его распяли, оголили по пояс, а потом с помощью других магов медленно казнили, как понимаю уже сейчас, помогали маги земли и целители. На нем без прикосновений появлялись красивые кровавые рисунки, которые затягивались. Это длилось долго, пока парень не начал терять сознание, после чего его пробудили, снова исцелили. А затем он зашелся в последних криках, когда из его тела стали прорастать цветы. По окончанию, на помосте стояла красивая человеческая фигура, как если бы умелый садовник вырастил ее, а потом аккуратно и талантливо обстриг.

Если он сам выбрал себе прозвище, то становится понятно, почему Райан не хотел вступать с ним в борьбу. За все года, что Паук проработал королевским палачом, он успел заработать себе любовь обычного народа. Он же и казнил только значимых особ, только высшее общество…

— То, как нашли королевскую семью, — решила все же озвучивать свои мысли, чтобы нарушить сложившуюся тишину, — Никогда не задумывалась, почему их трупы нашли именно так.

— Я думал, что ты знала сразу, — Райан даже не скрывал удивления.

— Меня не планировали отправлять на их убийство, — оправдалась я.

— А как их нашли? — все же поинтересовалась Киви.

— Насколько помню короля Фредрига нашли во всем его великолепии, с чашей вина и в тронном зале, — заговорила Элания, — С этим то все понятно.

— А мне нет! — вцепился Мони, который не шуточно заинтересовался этим вопросом.

— Это давление на простой народ, — решил пояснить Райан, — Если бы его просто убили, то люди увидели бы смерть правителя. А так они читают газету, передают новость из уст в уста, но слово «убит» гаснет на фоне того, как показана его смерть.

— Я теперь точно не понимаю, — нахмурилась синеволосая.

— Люди много работают, чтобы прокормить семью, чтобы улучшить свое благосостояние, — продолжил пояснять Райан, — А тут у монарха даже смерть в великолепии. Так становится понятнее? — открытая насмешка.

— Неужели подобное может сработать?! Его же убили и выставили так! — возмутился Мони.

— Почему же? Это ведь были его церемониальные одеяния из королевского шелка, его семейные драгоценности, стоимость которых составляет не один годовой налог. Налог, который взымают с тех, кто каждый день работает по шестнадцать часов в сутки, чтобы принести домой черствый кусок хлеба. У вас немного иные условия в Террийске, Мони. Да и в Нестаргоне экономика процветает, климат достаточно любезен, а почвы плодородные, — закончил Райан.

— А с остальными? Их как нашли? — допытывался Мони.

— Колотая рана в шею, а обнаружили в собственных покоях, — вмешалась в разговор я.

— И вот тут я не совсем понимаю. Даже мой отец, не разобрался в послании, — сообщила Элания сморщив нос.

— Все потому что у вас не распространена свинина, — сообщила я.

— А она тут причем? — удивил меня вопросом Райан.

— Ты не связал? — задала вопрос, но не дождавшись ответа продолжила, — У нас крестьяне разводят данную живность чаще, чем коз или овец, — решила уточнить для тех, кто с Восточного, — Так вот, что я помню из охоты на кабанов. Есть два основных способа забоя: колотая рана в сердце и второй менее гуманный, когда спускают кровь из шеи. Не смотрите так! У наших северных народов есть поверье, что свежая кровь способна придать сил. Поэтому часто они используют второй способ, чтобы набрать свежей крови и испить ее, пока она не успела загустеть.

— Ужас, — с отвращением произнесла принцесса.

— Если остальных сравнили со свиньями, тогда почему Фредрига задушили? — задал вопрос Райан, но ответить мне не дал, — Вино… Это месть, Ори?

— С чего ты взял? Просто удушье, как и захлебнуться. Отсюда и вино.

— Нет, — задумчиво произнес Райан, — Это слишком сложно для обычных людей. Это была месть и послание кому-то еще.

— Ребята, ваши разговоры так на меня подействовали, — услышали мы взволнованный голос Мони, — Я кажется вижу… Мне же не мерещится от страха, да?

Мы повернули голову по направлению его взгляда. Мне пришлось посмотреть себе за спину, чтобы убедиться, ничего парню не мерещится. Отскочила и пересела возле Мони, Киви последовала моему примеру.

— Целая свора. Тут не одна стая. Их больше, — шепотом произнесла Элания.

На нас смотрели рацифы — злобные существа были бы родней мелких обезьян, если бы не Ларир. Теперь же освещенная отблесками нашего костра особь была покрыта толстой кожей, с буграми и местами проросшими шипами из черных костей. Их морды не были сильно искажены и даже глаза казались обычными, как и полагалось обезьянкам, но вот черные, блестящие клыки, торчащие из пасти, напоминали скорее огромное жало осы.

— Это хорошо, что они пришли. Теперь вы можете лечь спать, — спокойно заявил Райан.

— Ты адекватный? Я всегда вас с Ори не понимал, но сейчас ты бьешь все рекорды! — не сдержался эмоциональный Мони.

Райан тяжело вздохнул, обвел нас внимательным взглядом и в этот раз все же решил объяснить свои взгляды на происходящее.

— Мою защиту они не пробьют, а она продержится до позднего утра. Такая плотная свора мало того, что принесет нам много баллов, так еще и сможет держать на расстоянии конкурентов.

— Из тех, кто захочет нами позавтракать? — уточнила принцесса.

— Именно, — подарил ей довольную улыбку Райан, — Они послужат нам подобием защиты на эту ночь, но я все равно остаюсь караулить. Если что-то пойдет не так, то разбужу. С утра вы должны будете истребить всех до последнего, чтобы они не привели кого-то могущественнее за нами следом. А теперь отбой. Элания накинь на меня чего-то бодрящего и мощнее, пожалуйста.

Я перетащила несколько веток с обильной листвой ближе к Мони и Киви, чтобы улечься. Киви же решила не снимать свою кольчугу, отчего воспользовалась объятиями Мони. Парочка облокотилась на толстый ствол дерева и пытались устроиться для сна сидя. Потом я услышала просьбу Райана, чтобы Элания сделала для нас сонных чар, которые легко снимаются даже простым криком. Никто не отказался, отпивая из фляги воду по глотку и почти моментально проваливаясь в темноту.

В эту ночь мне снился огромный черный паук, который был покрыт слоем ворса из волосков. Он восседал в центре огромной пещеры, а все вокруг было в плотной паутине, которая клочьями и обрывками болталась при холодном дуновении ветра. Ветер завывал в тон голосов из коконов, в которых заживо были замотаны простолюдины. Они дергались, плакали и молили, но паук был молчалив, и лишь следил за другими, серыми пауками, которые плели все новую и новую паутину, своими длинными, тонкими лапами. Один из коконов привлек мое внимание. Из него знакомым голосом доносилось мое имя.

— Ори, — слышала я тихое от Райана.

Дернулась и резко села, открывая глаза. Вокруг стоял непроглядный, белый туман, такой плотный, что даже лицо Райана вблизи было видно сквозь серую дымку. В лесу было очень холодно, а еще тихо. Звонкая тишина давила, не позволяя никак остановится моему испуганному сердцу.

— Буди остальных, — скомандовал Райан.

— Такой туман. Как сражаться будем?

— Что-то придумаем. Но рассвет уже давно наступил, а туман никак не сходит. Нужно двигаться дальше.

Я тихо разбудила Киви и Мони, которые в отличии от меня не сразу подорвались, а только когда вспомнили, с какими гостями мы засыпали. Свои вещи сгрузили к костру, который давно был затушен Райаном.

— Воспользуемся твоими артефактами, — начал выкладывать план Райан.

— Не выйдет, — уверено оборвала его, — Вчера устанавливала отпугивающие и они не сработали. Нет никакой уверенности, что они просто проигнорируют мою магию в целом.

Райан задумался, а я стала осматриваться. Было трудно уловить движение необычайно тихих существ в плотных кронах деревьев. Как же нам выловить каждую, вынудить спуститься на землю и потом еще убить всех. Тут только магией, но Мони и так тратил свою кровь вчера. Нельзя так его истощать на подобную мелочь, пусть даже она и в огромном количестве. Кажется, Райан рассуждал схоже, потому что мы с ним одновременно посмотрели на Киви.

— Опять ее сражаться отправишь?! — возмутился Мони.

— Нет. Воспользуемся энергией ее меча. У тебя же есть массовые руны? — задал вопрос Райан, хотя и так знал, что есть.

— Но их надо собрать возле меня, — заявила девушка.

— Возле нас, — уточнил Райан, — Усилим их жажду крови разным коктейлем.

Через десять минут я смотрела на свою ладонь и была не уверена, что настал момент испытать на своем опыте, какого магам крови. Больше проблема с психологической стороны, потому что я не была из любителей приносить самой себе увечья. Глубокий надрез я сопровождала недовольным хныканьем, пусть даже тихим, коротким и с зажатыми зубами. После сделала вывод, что никогда не повторю подобное.

— Сейчас настрою внутренний щит и уберу вчерашнее плетение. Элания готовься усиливать Киви своим огнем.

— Хорошо, — раздался голос принцессы за спиной.

Мелкие твари спрыгивали на землю с ветвей, сползались из-за других стволов, выползали из-под корней. Они окружали нас плотной толпой, карабкались друг другу на спину, буквально ходили на головах сородичей. Голос у них все же имелся, только сиплый и еле слышный. Если бы добавить громкости, то сомневаюсь, что отличили бы от их менее агрессивных собратьев.

— Киви, начинай, — негромко дал указание Райан, уничтожая свои плетения с деревьев.

Теперь он медленно сужал внутренний барьер, позволяя существам подбираться ближе к нам, но не пропуская их. Киви активировала свой набор рун на мече, чтобы произвести нужный эффект. Райан внимательно следил за синеволосой, ожидая, когда физический барьер нужно будет быстро перестроить на магическую защиту для каждого из нас в отдельности. Вот она заносит меч над землей с направленным острием в землю и быстро вонзает его. Первую секунду ничего не происходит, а потом от меча вверх поднимается красный огонь ¬— сочетание кровавой магии и поддержки огня Элании. Медленно сухая земля загорается, словно лист бумаги, но еще пару секунд и скорость неимоверно разрастается. Райан успевает за эти секунды скинуть барьер и сменить на магические щиты. Одна из тварей прорывается ко мне и успевает впиться зубами в руку выше кисти, пока второй рукой я наношу ей удар ножом. Она размыкает зубы, падает на разгоряченную землю и изгибается с тихим, сиплым визгом. Через несколько секунд с деревьев, обожженных заклинанием падают еще особи, плотные кожаные листья скрючиваются и в эту мглу леса, поступают прямые лучи солнца, заливая корни деревьев, серую почву и обгоревшие трупы существ. Элания отпускает поддержку заклинания, а Киви вытаскивает свой меч, чтобы убрать его на законное место за спиной.

— Посмотрите, какой контраст, — высказала я.

Теперь, когда мы стояли под утренними лучами солнца, лес, который нас окружал, был не просто заполнен серым мраком. Скорее черной, непроглядной тьмой, от которой веяло холодом и смертью. Утренняя победа только с виду была простой, но на Элании и Райане уже залегли тени усталости. Сегодня вечером Райан не сможет освещать нам путь, а принцесса не будет тратить силу на успокоительные и снотворное. Ей нужно прожить хотя бы несколько часов, не используя магию вообще, чтобы сила начала восстанавливаться. А Райану с его резервом требуется несколько дней.

Долго не задерживались, завтракали сухарями, запивая водой на ходу. Я не сканировала землю, чтобы сберечь свои силы. Если предстоит бороться, то теперь придет моя очередь и Мони. Шли молча, в тишине, которую нарушали только наши глухие шаги по безжизненной почве. В первый час успели наткнуться еще на мелкую опасную живность трижды, которая, впрочем, не вызвала особых хлопот. Потом столкнулись с двумя гулями, которые напали на василиска. Им был не страшен взгляд грозного ящера, так как они рождены осколком с пустыми глазницами, а ориентируются на запах плоти. Нам повезло, потому что василиск был уже достаточно изранен и издавал свежейший аромат крови, который перебивал наш. Райан все же использовал магические щиты, чтобы мы не окаменели. Но недолго, потому что, застав врасплох схватку нечисти, я с Киви справились с тремя участниками, получая баллы за всех. Тут же обнаружили нечисть из стервятников, которые сбежались, почуяв чью-то близкую смерть. Те, которые не попали под чары василиска, пали от наших сил.

— Так в первую неделю получим максимальное количество баллов, — непонятно сетовала или восхищалась Элания.

А вот дальше нечисти стало появляться меньше и меньше. Из тех, которые нам попадались, необходимо было еще вылавливать. Мы уже немного осмелели и позволяли себе разбиваться на группы, чтобы потом возвращаться к первоначальной точке. Порядком разогнав мышцы, набегавшись, но оставшись довольными, продолжали путь. К обеду тема снова поднялась о Феруа, но разговор шел как-то бодрее и веселее, пока Элания опять не начала нагнетать атмосферу.

— Вас не смущает, что за эти пару часов, мы ни разу не встретили даже мелкой нечисти?

— Радуйся, — высказался Мони, — Есть время отдохнуть и восстановить силы.

— Но она права, — решила я поддержать принцессу.

— Осматривайтесь, — указывает Райан, — Если заметите что-то подозрительное, то сообщите. Темп не сбавляем. Сейчас хорошо идем, если продолжим также без остановки, то это будет последняя ночь в этом участке леса.

Идти продолжили уже молча. После обеда я снова залезла в личный запас с сухарями, чтобы поддерживать организм в сытости. Пока хрустела, задумалась о нормальной еде. Сомневаюсь, что в этом темном лесу есть нормальная съедобная живность. Тут даже ручейка ни одного не увидели, даже растения и те, сплошь порождения Ларира. Красивый отблеск от смолы на дереве я оценила, прожевывая свой скудный обед, но если бы на эту крупную каплю падал солнечный свет, то было бы красивее. Такая янтарная игра цвета была бы похожа на мед, от которого я бы сейчас не отказалась. Стоп!

— Стоять! — от неожиданности громко рявкнула в тишине, — Там смола, — указала я на дерево, которое мы успели пройти.

Какое-то время друзья молчали и хмурились, как и я, не сразу дойдя, что деревья должны быть мертвыми. А тут они живы, нечисти мелкой нет, а сейчас даже заметила, как поредела листва на кроне.

— Готовимся к встрече с муравьями, — озвучил Райан, точно вычислив повадки нечисти.

У этих огромных муравьев было и другое научное название, но привязалось всеобще известное и простое. Теперь мы замедлили шаг, а через пару часов вышли на обглоданный, залитый солнцем участок леса. На пару километров впереди стояли иссохшие деревья без крон, а земля была сухой и очень рыхлой. Мы подходили к огромному котловану, в котором будут обитать насекомые, если так их можно назвать.

— Дальше идти нельзя, — сообщил Райан, — Устроим привал тут. Остаток дня должен пройти спокойно, эти твари дневные создания, а закат уже близок. Остальная нечисть не приблизится к прожорливым и агрессивным жителям. У нас есть время до ночи, чтобы придумать, как уничтожить их всех разом.

— С ума сошел?! — это уже не выдержала юмора Райана я.

— Ты хоть понимаешь, насколько протягивается их подземный муравейник?! Да и зачем? — был со мной солидарен Мони, — Мы же не сможем отсканировать всех существ, даже если и найдем способ убить.

— Отключим основной амулет, сработает автономный, который сканирует общую массу, — нашелся Райан.

— То есть мы всерьез возьмемся за этих тварей? — раздался уверенный голосок Элании.

Райан только загадочно улыбнулся и размял свои пальцы.

Глава 4. Ночная операция

— И как ты собираешься уничтожить целое семейство? — задал логичный вопрос Мони.

— Сейчас и придумаем, — ответил жадный до баллов Райан.

Мы сели на опушке темного леса, даже не беспокоясь, что к нам могут подкрасться. В владения этого подобия саранчи не входит даже самая глупая нежить, полагаясь на инстинкты. В этом котловане твари проживут еще несколько месяцев, ежедневно делая дальние вылазки в поисках всего, что может быть съедобным для их потомства и королевы. По цвету эти создания были схожи с термитами, обладая светлым покровом и полупрозрачностью тела, но в остальном это были муравьи-солдаты в гораздо больших размерах.

— Если вылазка будет ночная, когда они все будут в своих норах, то можно было бы накрыть их там… Чем-то…, — но чем, я придумать не осилила.

— Давайте забудем на время о площади и размерах, — попросил Райан, — Думайте о них, как об обычных насекомых.

Солнце было еще достаточно высоко, а значит, у нас есть время не только для подготовки стратегии, но и если найдем решение быстро, то и отдохнуть успеем.

— У нас, когда возле дома красные муравьи завелись, то мы их муравейник ежедневно кипятком заливали, — тихо сообщила Киви.

— Столько воды не найдем, чтобы сюда перенаправить, — сразу отмела идею Элания.

— Но вариант же неплох, — вступилась за Киви я, — Можно использовать то, что у них муравейник связан ходами. Нужно просто придумать что-то…

— А если просто устроить обвал? — спросила принцесса.

— Раскопают друг друга и выползут на свет, — недовольно оспаривал предложение Мони, — Мы даже ноги сделать отсюда не успеем. Эти девушки, — уже более тихо добавил он осуждение.

— А если через приманку как-то? — не успокаивалась я.

— И кто полезет внутрь в туннели в качестве приманки? — нахмурилась Киви.

— Цветы, — оборвал наши рассуждения и споры Райан, — Будем использовать ядовитые цветы, через систему ходов.

— Не лишено смысла, но как ты это себе представляешь? — не понимала я.

Даже если мы нарвем тех же фесцинов, то что нам с ними делать? Все равно придется как-то пронести их в глубь туннелей. А когда пронесем, то съест этот несчастный цветок один муравей, и на этом все закончится. Один труп, но не массовое же оружие.

— Ори, — обратился ко мне Райан, — с тебя обнаружить токсичные цветы, которые несут смертельную угрозу даже для муравьев. Элания, ты вспоминай о том, как варить вытяжку, чтобы выжать максимально.

— И что это нам даст? — не понимала Киви, как и остальные.

— Дослушайте. При наступлении ночи, все входы в муравейник будут плотно закрыты. Наша задача подготовить к этому времени побольше вытяжки, не будем жалеть большого котелка и всей воды, что осталась в запасе. Уверен, что как только покинем этот участок леса, то найдем источник питья. Дальше пролегает огромная система рек. Потом разделимся: Элания со мной и с Киви останутся тут в начале пути, а Ори и Мони отправятся дальше вдоль котлована. У вас будет время до трех часов ночи, чтобы добраться до конца. Судя по карте, вы должны справиться, потому что дальше еще пару километров леса и начинается нагорье. Я выдам вам запасную карту с собой, чтобы точно обозначили место для нашей встречи.

— И что нам там делать? — уточнял Мони.

— Лично тебе ничего. Охранять Ори, если вдруг что-то пойдет не так. А ты, Ори, должна будешь открыть несколько входов в муравейник или один большой.

— А мы? — спросила Элания.

— Мы тоже откроем несколько ходов, но в одной огромной дыре. Думаю, что меч Киви отлично с этим справится. Потом твой выход Элания. Мы пройдем чуть в глубь, чтобы разлить содержимое котелка, а тебе нужно выложить свой огонь посильнее. Ты воздействуешь на токсичное вещество, превратив его в пар, а еще не забудешь пустить горячий поток воздуха с огромной скоростью по туннелям. Под землей и так теплее, но нам надо вызвать особенный сквозняк, чтобы перенаправить тепло внутрь, вглубь, а не наружу.

— Есть у меня мысль, — вспомнила я про магического клеща, — Я перенастрою один из артефактов, чтобы он поглощал воздух, только он рано или поздно перегорит.

— Усилить сможешь? — уточнил Райан.

— Немного. Но есть еще одна идея. Если нужно, я могу кинуть несколько этих артефактов, чтобы они работали дружно. Вы будете гнать воздух, а они будут его принимать.

— Тогда токсины разнесутся по всей подземной системе, — закончил Мони.

— Это же сколько цветов надо? — вырвался у меня вопрос.

— Не очень много, — удивила Киви, — Я усилю вытяжку своей кровью. Зачарую отравлением яд.

Еще около часа мы повторяли детали и обсуждали мелочи, решали вопросы, связанные с наглой диверсией. Потом меня с Мони отправили в поисках растений, Эланию с Киви посадили за подготовку костра, котелка и всего, что понадобится для приготовления вытяжки, а Райан вытащил со дна своего рюкзака бумаги и карандаш, чтобы составить расчеты и примерную скорость распространения токсина. Перед тем, как покинуть троицу, я прослушала землю, сообщая, что глубиной муравейник метров пятьдесят, а вот в длину удалялся на полтора километра.

В мрачный лес возвращались с Мони нехотя, с опаской, хотя и осознавали, что поблизости нечисти не будет. Я просканировала землю, радуясь, что лес богат на ядовитые растения, грибы и лишайники.

— За полчаса наберем столько, что хватит даже на несколько таких муравейников, — заверила я.

И была полностью права, потому что в холщовых мешках, которые были взяты на наступивший всякий случай, мы тащили много провизии. Про себя я отметила, что еще при первой встрече Мони не вызывал у меня доверия, как надежная опора и поддержка. Теперь же возле меня уверено шагал высокий, подтянутый шатен, который усердно хмурил аккуратные брови, задумываясь о чем-то своем. Этому юноше я доверяла свою спину также, как доверяю Райану, если даже не больше. Все же множество вопросов с моим западным земляком возникало и никак не решалось. «Ты ничего не узнаешь, пока я тебе сам не расскажу», — наверняка, все эти вопросы решаются именно таким путем.

Девушки встречали нас с округленными глазами, но с огромной радостью приняли все содержимое мешков. Элания, учившись на целительницу, еще с первого курса перерыла все справочники и учебники с флорой Ирфрида, вызубрила назубок сведения о каждом и теперь уверено откладывала то, что будет сочетаться, а что пойдет на выброс.

Райан же отложил свои расчеты и подозвал нас к себе. Он стал разбирать свою сумку, раскладывая вещи и откладывая то, что предстоит взять нам.

— Вот карта, — раскрыл он дубликат, который мы заберем с собой, — Я отметил красным пункт сбора. Тут же на карте отмечен наш маршрут и если… Все должно пройти хорошо, но все же, если что-то нарушит наши планы, и вы не прибудете к месту маршрута, то встретимся уже в первой хижине. До нее полторы недели пути. На этот же случай, я отдам вам дневник.

— Он зачем? — удивился Мони, а я уже догадалась, но не перебивала Райана.

— Я бы поменялся, чтобы у вас был запасной амулет, но мы будем проходить потом вдоль котлована, и он будет сканировать местность, а вы будете ждать нас на той стороне. Просто если все же что-то пойдет не так, то у вас будет возможность узнать, живы мы или нет.

— Ты сейчас, о чем это?! — взъелся шатен.

— Мони, он прав. Никогда нельзя быть ни в чем уверенными, — попыталась воздействовать на парня, но тот только окинул меня презрительным прищуром.

— Я буду следить за Киви! — решил успокоить его Райан иначе.

— Хорошо, — тяжело вздохнул Мони.

— С чего вдруг такая неуверенность в том, что все будет хорошо? — все же не удержалась от вопроса.

— Токсин будет распространяться и действовать довольно медленно, а вам надо покинуть место открытого прохода очень быстро. Твари могут побежать оттуда, и вы не должны вступать в схватку. Их будет очень много. Если увидите хоть одного, кидайте все и уносите ноги. У них сработают инстинкты, и они промчатся прямо на юг, пересекая вот это пространство, — провел он линию карандашом по карте, — В сторону реки, чтобы разбавить действие токсина. Добраться к спасительной воде не успеет ни одна из особи, но вполне может быть, что агрессивные и смирившиеся со смертью, захотят напасть на вас.

— А мы не отравимся? — уточнил Мони.

— Элания создаст противоядие. Выпьете его перед тем, как откупорить вход.

Следующий час я просидела со скупым набором артефактника, перебирая внутренности некоторых и переделывая их схему работы. Вспоминался Луир Ко, который неоценимо помог, заставляя тогда разбирать артефакт так, чтобы не сломать его. Когда с артефактами было закончено, инструкции были розданы, обсуждать стало уже нечего, я с чистой совестью улеглась спать. Пока практика шла довольно неплохо. Страшно, мрачно, бессонно, но как-то легко. Перед тем, как провалиться в сон, я вспомнила, что мы толком не ели целый день, а еще отметила, как ноет спина от постоянной нагрузки и к прочему еще болят ноги. Зато почти не осталось времени для тоски.

Меня разбудили, когда небо освещали мириады звезд, диск луны возвышался над горизонтом. Мони сообщил, что нам пора будет выдвигаться уже через пол часа. Дружно поужинали, добивая первый кусок вяленого мяса и оставляя еще два в запасе. Каша была сварена в мелком котелке, правда была она недоваренной и твердой, потому что основная вода пошла на изготовление яда, а еще на дне моей фляги полоскалось противоядие на пару глотков.

Мы с Мони еще раз повторили Райану свою часть работы и стали собираться в путь. Нагрузившись своими вещами, осторожно потопали вдоль котлована. Благо тут хватало ночного освещения, но Мони все равно шел с палкой в руках. Я просто следовала за ним. Полтора километра одолели за час медленной, аккуратной ходьбы. Тут не было корней и перепадов местности, которые могли бы осложнить путь. Дойдя до назначенного пункта, я вытащила часы, которые до этого покоились на дне рюкзака.

— Еще двадцать минут, — оповестила друга.

— А что со входом? Я тут вообще ничего не вижу!

— Вон там, — указала вниз по склону непримечательную внешне почву, которую мне обрисовала моя стихия, как подходящее место.

Сидеть с Мони молча не удавалось. Он был слишком болтливым, даже хуже Риаса. Мой блондин умел уходить в свои мысли надолго, оставляя меня в спокойствии, а Мони нет. За двадцать минут я изучила часть созвездий над нашей головой и даже услышала пару легенд об их происхождении. Но не скажу, что я была против таких его речей. Так я отвлекалась от своих мыслей, которые редко были наполнены чем-то хорошим.

— Пойдем, — скомандовала я, аккуратно следуя к цели по спуску, — Иди в точности за мной, иначе можешь уйти под землю, — предупредила Мони, чтобы услышать его тихие возмущения.

Теперь приложить руку к этому участку и призвать землю, заставить ее расступиться и открыть вход. Сил уходит много и, видимо, заметно, потому что Мони сразу поддержал меня за локоть, чтобы не упала.

— Тяжело же вам, тем кто не боевой маг, — тихо проговорил Мони.

— Явно тяжелее, чем вам, — буркнула я.

Не забываю снять флягу, делая глоток, казалось бы, обычной воды. Передаю питье Мони и ожидаю еще несколько минут, прежде чем активировать тройку перенастроенных артефактов и кинуть их на входе. После следуем той же тропой наверх и садимся в ожидании развития событий. Долго было тихо и я, ежась от ночной прохлады, успела пару раз клюнуть носом, но вскоре послышался звук.

— Будто кто¬-то щелкает, да? — уточнила у Мони, который даже привстал.

— Не нравится мне это все, — высказал он.

А вот когда земля начала сотрясаться, не понравилось уже и мне. Я приподнялась следом, глядя на дыру, в которой все еще работали артефакты, заставляя циркулировать воздух. Земля над ней начала комьями опадать, осыпаться, в темноте туннеля что-то блеснуло. Я старалась присмотреться, вглядеться, а потом сделала пару шагов назад, отшатнулась. Я знала, что это гиганты, но не представляла, что они будут едва ли не с ростом со мной. Первая особь высунулась, задирая свою огромную голову с крепкими клешнями к небу, отчетливо пощелкав ими, словно щипцами. А потом ее толкнули изнутри. И еще. И снова. Они все ринутся к воде?

— Бежим, — призвал Мони.

— Здравая мысль, — согласилась я с ним, пока еще не до конца ощутив страх.

Мы совершили ошибку, забыв, что нужно уйти с южного направления. Бежали быстро, но топот множества огромных лап позади раздавался все ближе. Я вспомнила, что нужно свернуть с их направления, пока нас попросту не затоптали, встреча была назначена восточнее, но мы двигались с запада и сейчас уже опасно было пересекать дорогу обезумевшим еще больше созданиям. Попыталась докричаться до Мони, но поняла, что так торможу свой бег. Шум стоял сильный, потому что огромные муравьи сносили все на своем пути, раскидывая валуны и срубая стволы деревьев. Добавив скорость к своему бегу, я нагнала шустрого бегуна, вцепилась в его руку и потянула западней. Какая-то тварь щелкнула позади меня своими клешнями, подбадривая развить большую скорость, но Мони резво взял преимущество и уже он тащил меня за собой. Оглянуться было страшно, остановиться еще страшнее. Сердце колотилось также бешено, как происходила эта гонка. Я давно забыла смотреть под ноги, а когда зачем-то вспомнила, то холодок большего страха прошел по спине. Мы же бежим в ночи! Эта мысль вырвала землю из-под моих ног, и я таки упала, Мони остановил забег, стараясь поднять меня.

— Ох, ты ж… — воскликнул он, мотивируя меня подорваться, забыть о темноте и шустро отскочить.

Вовремя. Там проехало, прощаясь с жизнью на ходу, насекомое. Своей тушей оно пропахало землю, одна клешня оторвалась, отскочила, закрутилась и должна была снести мне голову, но я вовремя пригнулась. Мони проследил за траекторией полета и вновь высказал свое: «Ох, ты ж…», вынуждая меня обернуться.

За нашими спинами потрясая головой, которая была размером больше моего туловища, возвышался муравей. Злой муравей. Я не стала дожидаться пока он придет в себя от полученной травмы головы клешней собрата, схватила Мони за руку и побежала уже не разбирая направления, бежали быстро и уже минут десять. Я немного сбавила обороты, а Мони вообще вырвал руку и остановился, чтоб отдышаться, я взяла с него пример. Оглянулась, чтобы взвыть. Не знаю, есть ли мозги у этих чудовищ и способны ли они обижаться, но Риас бы завидовал этому монстру. Он несся ровно за нами или скорее на нас.

— Мони, бежим! — задыхаясь попросила я.

— Не могу! Болит! — держался за бок и за грудь Мони, поэтому я не разобралась, что именно у него болит.

Подбежала, схватила его за руку, чтобы потащить дальше, думала сказать, почему надо, но… Муравей остановился, задрал голову к небу и оповестил клекотом о том, что настиг жертву. Не тут-то было! У Мониара открылось второе дыхание. От неожиданности я даже не успела ни о чем подумать. Пришла в себя, когда поняла, что мои ноги еле касаются земли, я буквально лечу, утянутая другом, а рюкзак сползает и хоть как-то позволяет мне иметь свое сопротивление. Щелканье слышалось далеко позади, а вот новые враги были неожиданностью. Аваритовы псы! Значит мы уже где-то рядом с нагорьем или какими-то горами. Сколько же мы бежим и куда нас занесло?!

— Блиин! — взвыл Мони, когда мы приблизились к крутому обрыву.

Я оглянулась и поняла, что мы в западне. Уставшие, запыхавшиеся, не знаю, как Мони, но у меня в глазах рябило, в висках стучало, а в ушах звенело. Я пыталась разглядеть псов, но лишь могла опознать их по светящимся красным жилам, что струились у них по телу.

— Кажется, там вода… — не смог договорить Мони, потому что вой раздался совсем рядом, отдаваясь эхом.

Мони сказал, что-то еще, но я уже уставилась заворожено глядя на то, как из глотки пса, пока он воет, вырываются искры огня. Я даже не сообразила, куда делся мой рюкзак с плеч, а когда Мони потащил меня к псам очень сопротивлялась.

— Прыгать будем! Разогнаться надо!

— Куда прыгать?! — взревела не своим голосом я на умалишенного парня.

Но он уже потащил меня, набирая скорость, а псы опалили спину огнем, подгоняя. Я все же сообразила оттолкнуться подальше, а вместо того, чтобы кричать, набрать воздуха побольше. Вроде Мони говорил там вода. Он сказал, что ему кажется! Весь набранный воздух вышибло, а я все же разобрала, что под нами пар исходит от ровной глади воды, но снова воздуха набрать не вышло. Проваливаясь под воду, я попыталась сделать глоток кислорода, совершая последнюю ошибку.

Глава 5. Дуэт выживания

Легкие болели, глотку, грудь будто опалило и раздирало, я пыталась кашлять, но не могла нормально набрать воздуха. Меня будто разрывали изнутри.

— Сейчас на бок! Давай, Ори. Все уже хорошо. Кашель, значит нормально, — негромко причитал Мони.

Еще минут пять понадобилось, чтобы боль отступила, и теперь меня била крупная дрожь. Мони бродил неподалеку возле берега реки. Луна уже была низко над горизонтом. Первые мысли, которые посетили меня, это желание быстрее добраться до места встречи, но их пришлось отмести. Мы и понятия не имеем, где сейчас находимся. Единственный артефакт, который может сообщить нам о широте и долготе остался у Райана. Ориентироваться остается только по звездам и светилам, но это же все так приблизительно.

— Нужно уходить отсюда и быстрее, — сообщил Мони, подходя ко мне.

— Псы собьются со следа. Они в воду не полезут, — убедительно ответила ему, рассчитывая, что все же будет возможность немного отдохнуть.

— Несколько муравьев свалилось следом, позже нас, — разбил надежды Мони, — Одного прибило к берегу неподалеку. А полакомиться даже отравленной халявой сбежится множество желающих. Пойдем. Я буду тебе помогать.

Он протянул мне руку, помогая подняться. Помощь мне была очень нужна, потому что меня шатало, мутило, а еще болела голова в лобной части. Захлебываться больше не хочу. Это не столько страшно, сколько ужасно больно. Двигались быстро, но туман поднимался под утро быстрее, а мокрая одежда неприятно липла, мешая движению и делая утро не просто холодным. Сейчас меня била крупная дрожь, потому что стало невероятно холодно. Будто ледяной озноб исходил от моих костей, больно прошибая леденеющую плоть.

— Где моя сумка? — только сейчас заметила, что моей поклажи нет.

— Унесло течением дальше. Я не рискнул повторно лезть за ней в воду. Удалось спасти только лук и стрелы.

— Там было столько всего, — шмыгнула носом.

— Не вернемся. Забудь, — уверено сообщил Мони.

Значит после этой вылазки я лишись своей провизии, полотенца, одеяла, запаса артефактов, которые не вмещались в карманы, дешевого набора артефактника и прочих походных мелочей. Осмотрела Мони. Его рюкзак был при нем, а это говорит, что голодная смерть нас не застанет, а еще что у нас есть веревки для силков и одно одеяло. А между прочим, рюкзак же тоже мокрый.

— Я могу что-то забрать у тебя, — предлагаю парню, надеясь, что в запаснике у него найдется еще сумка или хотя бы мешок.

— Главное сама иди, а с этим я справлюсь, — отказался он от помощи.

Привал сделали только когда выбрались на вершину небольшого пригорка. Солнце уже было высоко и начинало согревать. Мони развел костер, под высоким деревом. Я пересматривала содержимое его рюкзака.

— Раздевайся, — сообщил парень, отбирая у меня одеяло, — Вещам нужно время обсохнуть. Хорошо, что Линди зачаровала, — закончил он.

Здраво рассудив, что тут не до стеснений и смущений, а главное не заболеть, стянула одежду, оставшись в рубашке, которая прикрывала стратегически важные места. Зачарование Линди ускорит процесс осушения, потому что вода будет буквально выскальзывать при порывах ветра из одежды. Полчаса и у нас будет сухое одеяло, одежда и даже сумка.

Мони не жалел размокшие сухари и мясо, оставив совсем чуть-чуть на запас. Рассудил, что лучше сейчас плотно поесть, чем потом неизвестно сможем ли. Минут через десять мы сидели, развернув карту и пытались понять, куда нас забросило. С рекой было понятно, а вот как далеко унесло нас течением, и в каком месте мы спрыгнули было не ясно.

— Придется искать ориентиры по местности, — нахмурившись, сообщил Мони.

— Прости, но я не особо разбираюсь в этом, — уверила его.

— Зато я разбираюсь. Будем двигаться по направлению к первому дому, вот сюда, — сообщил парень, тыкая пальцем на значок домика, — А мы сейчас где-то тут, — обвел он приличное пространство.

— Я бы пошла сразу ко второму дому, — уверено заявила, — Тут чуть ли не горные хребты, чтобы подняться нам же их обойти надо, а потом возвращаться к дому назад, — тыкнула пальцем на карту.

— А говоришь, что не разбираешься! — возмутился Мони.

— Я в местности не разбираюсь, а не в картах, — поправилась.

— Хорошо. Пойдем ко второму дому.

— Так легко соглашаешься? — изумилась его поведению.

— Райан поступит так, как поступила бы ты. Вы же с ним… Ай! — махнул он рукой, — Он будет ориентироваться на твою логику, которую только он и понимает, — объяснился парень и поднялся, чтобы ощупать одежду.

Когда продолжили путь, Мони возмущался долго и так, что совесть ерзать все же начала, и я уже подумывала, изменить свое решение. Все же ко второму дому идти минимум недели три, если не полный месяц. А мы только вдвоем. Это в лесу, где отправляют пятерку самых сильных и могущественных. Я посмотрела на Мони, потом подумала о своих способностях, тяжело вздохнула и уже начала высказывать план, как будем возвращаться к первому дому.

— Ну уж нет! — вцепился в лямки рюкзака парень и остановился, — Райан не будет рассчитывать, что ты пойдешь мне на уступки и согласишься делать крюк! А нам с ними встретиться надо, а не разминуться!

— Откуда ты знаешь, как он подумает?! — взъелась я, — А может он будет уверен, что меня совесть моя съест живьем!

— У тебя совесть?! Ты сама в это веришь?!

— Ты меня сейчас черствой и бессовестной называешь?! — возмутилась я, но постаралась взять себя в руки.

— Извини, — потупился Мони.

— Ничего. Нам нельзя сейчас ссоры на пустом месте разводить. Возвращаться к первому дому будет опаснее. Риск высокий, что разминемся, а вот если пойдем ко второму, то вероятность, что дождемся их там, больше.

— Да, — кратко согласился Мони, продолжая шагать вперед.

Местность, после того мрачного участка, радовала жизнью и изобилием. Часто разносились запахи полевых и лесных цветов. Деревья возвышались очень высоко и не мешали солнечному свету заливать пространство. Нечисти на пути не попадалось до самого обеда, а в обед нам пришлось отбиться от небольшой агары, которая вместо оранжевого окраса на капюшоне, имела бледно-желтый, это говорило о ее меньшей ядовитости. Пришлось потратить один артефакт с ловушкой, чтобы не изматывать уставший организм еще больше. Мони же, не растрачивая за эти несколько часов свою магию, был полон своей энергии, но все же ослаблен.

— Если чего-то мясного не поем, будет плохо, — сообщил он, — Нужно что-то, что помогало бы поддерживать кровь в нормальном состоянии. Подходящих плодов и растительность мы тут не встретим, поэтому отойдем от агары и сделаем длительный привал. Будем ставить силки.

Пока с помощью моего артефакта ожидали, когда прибежит дичь, Мони заснул. Мои часы были потеряны, поэтому точно следить за временем теперь не удастся. От скуки я полезла в рюкзак, чтобы раскопать дневник. Совсем забыли внести баллы за убитую агару. Открыла последнюю станицу и перевела взгляд на твердую, толстую обложку, глаза неприлично округлились и хотелось даже разбудить Мони, но посмотрев на его милую физиономию во сне, будить не осмелилась. Цифра в пять с плюсом тысяч не просто впечатлила, а приостановило сердцебиение, заставила моргнуть пару раз, потереть глаза и осознать, что это не мираж. А потом стало и вовсе хорошо. Последние две цифры «семнадцать» сменились на число двадцать два, а значит ребята или хотя бы кто-то из них жив. Последнее уточнение отмела, потому что из Райана все же превосходный защитник. Все будут живы.

Теперь я просто осматривала встроенный в обложку амулет, циферблат и красивую витиеватость вокруг. Это были не просто узоры, а работающее заклинание. Обложка представляла собой какой-то считывающий артефакт, где основу составлял амулет. Сложные механизмы. Предмет, на котором о них нам будет рассказывать Луир Ко. Я уже когда-то заглядывала в литературу о данных механизмах и устройствах, но отложила ее, потому что там было много непонятных терминов, которые брались из артефакторики. Все должно быть постепенно.

Послышался звук. Не заяц, не лиса. «Гул-гул-гул», — раздавалось все ближе. Я потянулась к ножу, напряглась, но потом улыбнулась.

— Индюшки, — услышала сонный, но довольный голос Мони.

В этот вечер мы больше никуда не спешили. Спешить в целом было не особо и куда. Впереди почти месяц пути, а даже если мы справимся быстрее, то будем сходить с ума, пока дождемся остальных ребят. И как бы не сорвались еще к ним навстречу, создавая себе новые проблемы. Я позволила Мони поспать после ужина еще немного, пока луна не начала приближаться к зениту. А потом разбудила его, чтобы он сменил меня на карауле, а сама довольная тем, что одеяло и лежанка были уже нагреты, улеглась и провалилась в крепкий сон без каких-либо мыслей.

Поход в этих условиях с Мони оказался довольно разнообразным по впечатлениям. Парень оказалось знал про дикую жизнь гораздо больше, чем выглядело со стороны. Он легко отслеживал тропы обычных обитателей леса, находил воду там, где ее казалось быть не могло. С пропитанием проблем тоже не возникало, мы приноровились добывать свежее мясо уже даже игнорируя артефакты. Нам хватало одного кролика на полтора дня, поэтому мы ловили сразу двух, чтобы хватило на пол недели. Это позволяло двигаться быстро, не делая долгих привалов. Позже стало еще легче, когда появились первые грибы. Но это же и осложнило путь.

Дожди. Когда раздался гром, предвещая первую в нашем походе грозу, я уговорила Мони двигаться дальше. Он поддался, а я поняла, что впредь буду лучше тормозить ход, чем отговаривать парня от дельных мыслей. Укрытие искали долго, в итоге нашли место под завалившимся деревом, но и там уже было сыро. Рвали мокрые ветки, с которых щедро осыпались капли воды, устроили из них подобие навеса, но под ним уже все плыло. Развести костер не вышло, а пока обустраивались, так устали, будто не делали привалов несколько дней. Ливень успокоился только к вечеру, поэтому лагерь оставили как есть. Костер Мони все же развел, вещи просушили, но вот сделать толковую лежанку или найти сухое место не удалось.

Следом шла неделя моей простуды, без возможности ее вылечить. Благо организм не был совсем разбалованным. Вспоминались суровые зимние занятия у Хасира. Только когда поднимался сильный жар, и я начинала спотыкаться, тогда Мони позволял задержаться нам на привалах дольше обычного времени. Он выискивал поляны с первыми лесными ягодами, заставляя съедать меня даже зеленые, недозрелые.

С пути если и сбились, то направление держали верное. Мони находил старые деревья, которые с северной стороны были плотно покрыты мхом, и именно таким способом, мы держали ориентир на восток. Я была довольна его навыками, но он просил не питать огромных иллюзий и надежд. Пока мы хоть и держались верного направления, но куда придем не могли даже угадать. Местность сменялась, но подсказки давать не спешила. Риас не обманул, когда говорил, что с водой проблем не будет. Ручьи, реки, совсем мелкие озера встречались в день по два, а то и по три раза. Но и они были настолько малые, что нельзя было сказать наверняка, какие это из тех, что указаны на карте.

Если верить дневнику, то близилось двадцатое июня. Вести записи и заполнять его мы не могли, у нас попросту отсутствовали письменные принадлежности. Но я решила эту проблему другим способом, решив пожертвовать красотой книги и попросту загибая уголки нового листка, каждый день. Так хотя бы не собьемся с подсчета дней. Циферблат не мог радовать. Ежедневно прирастало примерно от пятидесяти баллов до ста, а это с учетом того, что у нас с Мони не каждый день попадалась нечисть.

С этой живностью отдельная страница нашей жизни. Осознавая, что вдвоем с нашими магическими возможностями, мы многое не потянем, стали разрабатывать с Мони план действий, выдумывать и придумывать.

— Надо не свои слабости рассматривать, — склонялся к костру Мони, грея руки, — А слабости существ.

— Брать хитростью. Это и так понятно, — не понимала, зачем обсуждать ясные вещи.

— Не только, — завил Мони, — Нигде в книгах не описана жизнь всех этих тварей. Только их внешний вид, способности и умерщвление. Если бы сразу было где-то изложено, что они не просто нечисть и нежить, и… Сейчас не об этом! Смотри, Ори, — жестикулировал Мони, опять складывая руками шар, — Они же как живые! То есть они и есть живые, даже нежить! — высказал он, мотая головой.

— Ты предлагаешь искать слабости в их взаимоотношениях? — попыталась догадаться, о чем же мне пытается сообщить Мони.

— Именно! Смотри, какая закономерность. Там, где есть что-то опасное, всегда рыщет еще что-то более опасное.

— То, что охотиться на тех, кто менее опасен, — давала я понять другу, что понимаю его.

— Все, что нам с тобой надо, чтобы побеждать — это ожидание!

— И главное не соваться туда, где на самых опасных не найдется еще чего-то более опасного. Это называется травля, Мони.

Парень пожал плечами, согласно кивнул, а я предложила ему по возвращению с практики написать свою работу, где он смог бы описать все, что мы видели и свои наблюдения. Он не отмел эту мысль, посчитав, что для будущих практикантов, подобное было бы несомненно полезно. Но сначала надо найтись и вернуться.

Не все получалось с первого раза. Сначала приходилось самим вступать в схватку с нечестивыми и просто опасными существами, растрачивая физические и магические силы. В такие моменты я искренне жалела, что отказалась брать с собой огнестрел, а с другой стороны была счастлива, потому что он вполне мог быть потерян с остальными вещами. А потом приноровились, разобрались в схеме и к концу второй недели, сами стали устраивать охоту на знакомых уже нам существ.

Ноги несли быстро, когда убегала от отвратительных виррилов. Об их присутствии и обитании в этих местах, мы с Мони уже знали со вчерашнего дня. Нечисть все же живет, оставляя за собой множество следов, и главное — научиться эти следы видеть, распознавать. В гористо-лесистой местности мы решили стравить два вида псов и посмотреть кто из них победит. Преодолеваю последний холм, на следующем дереве канат, который хорошо закреплен, цепляюсь, пролетаю к ветке соседнего дерева, а псы дружно падают в уготованную ловушку, которую мы закончили несколько часов назад. Оглядываю противоположную сторону и вижу мельтешение. Мони резво проделывает трюк подобный моему, я помогаю ему удержать равновесие, когда один из аваритовых псов с пламенным визгом падает в яму. Остальные успели остановить забег.

— Ставлю на пламенных! — озвучил Мони.

— Так не честно! Я тоже хочу поставить на них, — отвечаю, удобно усаживаясь на высоко расположенной ветке.

В яме полупрозрачные псы или все же волки, лишенные кожного покрова, рычат, на единственного оказавшегося в ловушке черного пса. Аваритов пес с шерстью, волоски которой сравнятся в крепости со сталью, пригнулся, раскаляя алые жилы на теле и испуская пламенный рев. Виррилы не дали ему возможности подготовиться, запрыгивая и впиваясь крепкими клыками. Остальная стая аваритовых взвыла от бесчестности и добровольно сиганула вниз. Через всего десять минут визга и грызни в живых остался только один черный пес, который тяжело дышал и пламя извергать уже не мог. Вокруг стоял невыносимый, вонючий смрад от паленной плоти.

Я полезла на ветку выше, где был закреплен наш рюкзак, а еще отвязывала веревки, который не один раз еще нам послужат. Мони помог спуститься и подал мне лук. Одна стрела в раненную шею последнего пса и у нас расчищенный проход по лесу, множество баллов в копилку и уверенность, что вся опасная нечисть будет игнорировать нас в ближайшие сутки, сбегаясь на бесплатную еду, которая источала привлекательный для хищников запах на огромное расстояние.

Так мы и продолжали наш путь, продвигаясь дальше, пересекая редкие холмы и поля, чтобы снова углубиться в лес. Однажды пришлось отклониться от восточного направления, чтобы обойти темный участок леса. Вступать в мрачное логово, лишенное света, тепла, воды и нормальной живности, мы не горели желанием.

А потом мне пришлось решать еще кое-какие проблемы. В поисках необходимой травы, которая помогла бы отодвинуть женскую физиологию организма на дальний срок, нам пришлось отклониться еще дальше от своего пути. Мое зелье, которое обычно использовалось девушками для этих целей, сейчас покоилось на дне моего рюкзака. А позволить проблемам наступить нельзя, потому что это может не просто усугубить мое положение, но и привести к смертельным опасностям.

Так, в поисках необходимого, мы и вышли к древним руинам. Это не было пирамидой, замком или домом. Скорее напоминало развалины храма. Красивые колоны устремлялись вверх, расколотые глыбы белого камня валялись под ногами. Стены, лестницы, отдельные плиты были испещрены трещинами, покрыты зарослями мха. В центре возвышалось огромных размеров дерево, которое выросло поверх входа, оплетая могучими корнями огромные черный провал в неизвестность. Возле входа и находился нужный мне вид пастушьей сумочки.

— Не нравится мне это все, — высказал Мони.

Я лишь отмела все мысли, потянулась на всякий случай к кинжалу и аккуратно прошла к входу. Нагнулась, срезая драгоценные стебли редкого вида травы, и не удержалась, заглянула в черную глубину входа.

— Боги! Мони иди сюда! — позвала друга.

Внутри стелился зал, который отсюда не был виден полностью, но того вида, который открылся, была достаточно для изумления. Озерцо или умелый колодец находился в центре зала, отблескивая четырьмя чистыми стихиями. Мони подошел, уставился на великолепие игры света, а потом стал спускаться вниз.

— Мы не пойдем туда! — высказала ему, останавливая.

— Ты хоть знаешь, что перед нами?!

— Ни малейшего понятия.

— Это храм наших предводителей, Ори! — восхищался парень, — На практику сюда маршруты не выдают, потому что остерегаются, как бы учащиеся не разрушили святилище.

Я осмотрелась, убедилась, что время постаралось и без вмешательства учащихся. И почему мы всегда виноваты?!

— Пошли. Только трогать ничего не будем! — обогнала я Мони, спускаясь по лестнице в темноту.

Глава 6. Встреча с древностью

Внизу не было спертого воздуха, холода или совсем того мрака, который казался, когда заглядываешь внутрь снаружи. Огромные плиты стен у потолка были местами сильно разрушены, отчего свет стройными лучами проникал в этот подземный, величественный зал. Мы с Мони двигались бесшумно, стараясь оглядываться и все же присматриваться к темным участкам, но все внимание на себя перетягивали направления магии. В темноте они отчетливо виделись, мерцали и завлекали. Колодец со стихиями находился и впрямь в центе и ближе всего к входу.

Я подошла к нему близко, осматривая и восхищаясь. Обычный, местами потрескавшийся и расколотый камень был густо оплетен растениями, некоторые даже раскрыли свои мелкие бутоны сиреневых цветов. Песок на дне мерцал золотом, а среди него стелились раскаленные вены лавы, выше покоилась голубоватая вода и самое удивительное, что ее разгонял заметный ветерок, не покидающий пределы колодца.

— Смотри дальше, — негромко сказал Мони, но даже такой тихий возглас подхватило эхо.

Я немного поежилась, потому что возникло ощущение, будто кто-то следит за нами. Но потом все же вернулась взглядом к тому, на что указывал друг, хотелось рассмотреть остальные чудеса, сокрытые в зале. Если я была уверена, что видела всех огромных кошек, то была не права. Эта была еще более странная и огромная. Красивая иллюзия рыжей кошки, которая иногда отрывалась от гордой посадки, чтобы облизать себя.

Я преодолела короткое расстояние, приблизилась, рассматривая ее получше. Легкая грива, гибкое, но сильное тело, хвост, подобный хвосту скорпиона, а главное, наличие у нее крыльев.

— Я читал, что мантикоры обитали в далекие времена на Ирфриде. Они были свирепыми, дикими, но их часто приручали заклинатели существ. На них можно было летать, — негромко рассказал мне Мони.

— Я бы поверила во многое, но летать! — шепотом ответила, давая понять, что не верю.

— Когда-то люди боялись морей и океанов, но сейчас же это основной способ передвижения, — не соглашался с моим скептическим настроем всезнайка.

А я, понаблюдав за мантикорой еще немного, прошла вглубь, игнорируя сгущающуюся темноту. В этой части зала свет проникал уже более нехотя. Мони шел рядом, тоже завороженно оглядываясь. В некоторых местах, казалось, камень был покрыт золотом, когда на него падали лучи солнца. А может это и есть золото, а не игра света? Если это так, то что видел Нириан Грей в своем путешествии в Запретные земли? Ведь там храмы еще более древние.

Мы остановили свой шаг возле постамента с щитом. Обычный металл был витиевато сколот, а в этих рисунках пролегала необычайно яркая, синяя магия. Магия защитников.

— Это как-то символично: щит для щита? — решила уточнить у Мони.

— Отнюдь. Раньше боевых защитников было меньше, все больше полагались на зачарователей. Они были настолько сильными, что вот такой щит не могла пробить даже высшая темная нечисть.

Я опять отмахнулась от этих мифов и вновь продолжила путь в красивом полумраке, переходя к чему-то более интересному, интригующему. Это был не просто постамент, а огромное зеркало. Рама его была из камня, по которому ползли растения, но уже с кровавыми бутонами. У подножия зеркала бурлила свежая кровь, мерцая красными всполохами. Мони подошел следом, останавливаясь напротив нашего отражения и осматривая его с таким же любопытством, как и я.

— Почему зеркало, Мони? — тихо спросила я.

— В древние времена, когда все маги были гораздо могущественней, то маги крови были под запретом. Даже ведьмы и темные колдуны остерегались их. Мы способны были с помощью крови на многое: убивать, накладывать чары, контролировать, навязывать, шпионить. Главным же преимуществом было, что все это делалось на расстоянии.

— С помощью зеркал, да? — уже не удивлялась я.

Просматривая каждую витиеватость, разглядывая кровавые, драгоценные камни, встроенные прямо в зеркало, я была согласна уже даже с тем, что когда-то наши предки способны были летать на мифических мантикорах. Послышался шорох позади, я обернулась на Мони, желая обвинить того, что тот пугает резкими движениями, но испугалась еще больше. Мони тоже оглядывался, силясь рассмотреть что-то в темноте зала. Мрак в углах, где солнечный свет не попадал стоял такой, что казался осязаемым.

— Там ведь ничего нет? — тихо поинтересовался у меня Мони.

— Могу призвать стихию и посветить, — предложила я.

— Нет! Не возле этих источников, — отклонил предложение Мони, — Мы же не знаем, как они отреагируют на наше магическое вмешательство.

— Но всплески от Ларира же достигают эту часть также, как и весь лес. И ничего.

— Ларир — это божественное оружие! — возмутился моему сравнению Мони, — И вообще, как так вышло, что ты в полеты не веришь, а мифическое оружие сразу воспринимала всерьез?

Я продолжила углубляться в зал, стараясь обнаружить постамент темных магов, но его будто не было тут. Только колоны и пустое пространство впереди. Мои шаги, как и шаги друга позади разносились глухим шорканьем.

— Так Эмилия же рассказывала на истории про Ларир, — начала оправдываться я, — Мне всегда казалось, что преподаватели не будут рассказывать просто легенды, не преподнося взамен настоящих фактов. А она только легенду и рассказала, я и сделала вывод, что это правда.

— Эти девушки! С вашей логикой…

— Не начинай! — взмолилась я, останавливаясь и разворачиваясь к сварливому парню, — Может у меня и странная логика, но не надо всех под общую копилку, хорошо? Это все же не очень приятно.

— Извини, — громко вздохнул шатен, — Просто… Ничего. Просто извини.

Конфликт решила посчитать исчерпанным, поэтому снова развернулась. Продолжить шаг не спешила, потому что во мраке передо мной струился косой лучик солнечного света. В темноте, своим контрастом, они всегда меня манили и привлекали. Пылинки в этом хороводе мерцали особенно волшебно, я по наитию сняла перчатку и протянула руку вперед, но магию не призывала, помня о волнениях Мони. Руки коснулось тепло, согрело, блеснуло, отражаясь от бледной кожи, а я улыбнулась, ощущая всколыхнувшуюся нежность. Риас.

Мне очень хотелось бы рассмотреть, как в этом храме отобразили его направление. Рассказать ему по возвращению, поделиться впечатлениями. Он так любит слушать о красивом, о приключениях, о тайнах, о чем-то новом. Я отдернула руку и уже смелее продолжила шаг, слушая тихое возмущение неисправимого Мони.

Я еще с первого года знакомства перестала удивляться его характеру и обижаться на его предвзятое к девушкам отношение. Он жил среди населения, где женщин с детства обучали не читать и писать, а готовить и убираться, чтобы позже их же руки пряли ткань, шили одежду. Крестьянам приходилось много трудиться физически, полностью игнорируя умственную деятельность. И лишь немногим удавалось добиться обучения в школе. В основном только тем, у кого была искра. Это если говорить о Восточном материке и развитых на нем странах. На моей родной земле обучали только в стенах дома. Может поэтому, там магов было гораздо меньше. Но суть оставалась одна, простая: такие люди легко верили в чудеса, любили простые сказки, простые вещи, не заморачиваясь, стараясь украсить свою жизнь в повседневности такими же простыми поступками. И если мужчины принимали на себя роль главы семьи, сталкиваясь с неприятными вопросами о выгоде их труда, подсчетов подати, то они же старались сберечь своих хрупких женщин от такой нагрузки.

— Ори, смотри, — услышала я тихий голос Мони.

Перевела взгляд туда, куда он указывал и еле сдержалась, чтобы не броситься бежать. Из тьмы на нас взирали желтые глаза, подобные тем, какими иногда смотрел Риас, когда обращался к темной магии. Глаза эти медленно приближались к нам. Тьма вокруг действительно была осязаема, она собиралась со всех углов, позволяя слабому солнечному свету проникать в них. Неужели демон?! В нашем мире?

— Именно, — произнесла тьма ледяным шепотом.

Мони сбоку упал, я кинулась к нему, ощупывая пульс. Он был жив. Неужели потерял сознание?

— Очнется, когда я позволю, — сообщила тьма.

— Ты не можешь быть правдой! — вырвалось у меня, вместе с пробежавшим холодком по телу, — Это все чары какой-нибудь нечисти!

В ответ тьма рассмеялась, заклубилась, сформировалась. Очень высокая, утонченная девушка, с блестящей эбонитовой кожей вышла под луч света. Она была красива, несмотря на то, что мало чем была похожа на человека. Я разглядывала ее черные доспехи и струящуюся ткань из тьмы, которая расползалась и стелилась дымом по земле. Тонкие черты человеческого лица, высокие скулы, хищный оскал коварной улыбки из черных, блестящих губ, желтые глаза и такие узнаваемые повадки. Риас.

— Как он поживает? — поинтересовалась демоница, изящно поднимая угольную, туманную бровь, — Почему я не чувствую его в лесу?

— Кто ты? И что тебе нужно? — задала я основные вопросы прежде, чем отвечать.

Девушка еще шире улыбнулась, а потом уже с грустью раскрыла свою темную ладонь с огромными угольными когтями, подставляя ее теплу. Хоровод пылинок, освещенный лучом солнца, отреагировал вполне материально, давая понять, что у демоницы есть плоть в нашем мире. Я сделала пару шагов назад, но глянула с опаской на бессознательного Мони и вернулась на исходную, оголяя клинок.

— Не стоит, — озвучила та с лукавым блеском в желтых глазах.

— Ты же не можешь быть той, кого поглотила его душа?! — выкинула я предположение.

Высказывание было слишком громким, поэтому эхо отскочило от стен, усиливая возглас. Птицы, сидящие где-то над подземным храмом, были потревожены, и недовольно огласив округу своим кличем, удалились, хлопая крыльями.

— Ты привлекаешь внимание, смертная, — проговорила уже без улыбки демоница, — Веди себя тише. Мне будет трудно спасать тебя с твоим дружком от посягательств даже низших существ в этом мире.

— Ты демон! — уже шепотом открывала я ей истину.

Она говорит, что собирается спасти нас, но что ей нужно? Сделку? Никогда и никто в здравом уме не будет иметь с демонами никаких дел! Риас? Я сбилась с дыхания, когда ко мне пришли догадки.

— Не думай о нем совсем так плохо, человечка, — прошелестел ее насмешливый голос, — Он не поддался на уговоры Аригханы. А ведь на него давили не слабые демоны. Риас? Его полное имя куда мелодичнее и красивее, — вела она рассуждения.

— Если ты читаешь мои мысли, то может уже сообщишь мне, что тебе от меня надо? — шипела я.

Девушка запрокинула голову, прикрывая глаза и подставляя лицо навстречу солнечному теплу. Волосы шелковой тьмой расплылись позади, будто она была под водой. За полтора года Риас набрался многого от демонов. Чего же она хочет?

— Мы дали ему то, о чем другие и мечтать не могли, — тихо сообщила демоница, все еще нежась в лучах нашего светила, — Вы люди слишком самоуверенные. Всегда думаете, что все идет так, как вы хотите, даже не осознавая, насколько далеки от истины.

— Переходи ближе к делу, — стремилась я быстрее разобраться с ее требованиями, а не выслушивать то, что и так было не открытием.

Она тяжело вздохнула, отстраняясь от тепла и открывая глаза. Ее рука была протянута мне. Я отрицательно качнула головой, но та лишь ухмыльнулась и протянула руку ближе. Я сошла с ума! Вкладываю свою руку, на которую все еще не вернула перчатку, в ее ладонь. Ледяная! Пытаюсь отдернуть, но демоница сжала ладонь, не позволяя.

— Пожалуйста, — прозвучал ее голос очень низко и полный мольбы, — Подари мне немного своего тепла и внимания.

Я сглотнула и не смогла отказать, хотя осознавала, как глупо поддаюсь на откровенное искушение. Демоница потянула меня дальше, вынуждая следовать за ней. Она не ступала, делая свои шаги, а плыла с таким изяществом и величием, которому не постичь человеку. За ней стелилась и тянулась тьма, развеваясь и танцуя с каждым ее шагом. Я искоса смотрела на ее точеный профиль, восхищаясь идеальными чертами и красотой.

— Ты так любуешься мной, что мне хочется потратить свои силы, задержавшись в твоем солнечном мире, чуточку дольше, — томно произнесла она, нагоняя на меня краску стыда и заставляя смотреть вперед.

Красивый, низкий смех раздался в храме магов. А впереди открылся последний постамент. Змея из темного, наверняка драгоценного камня, изгибалась над черной чашей. Из раскрытой пасти изливалась тьма, падая в сосуд, где стенки растворяли ее в дым. Тут не росли цветы, не было мха. Слишком холодно и мрачно.

— Мы лишены тепла, — с горечью произнесла демоница.

— Я так и не услышала ответов на свои вопросы, — упиралась я в свою позицию.

— Ты откажешься мне помочь, если не узнаешь причин, — украдкой смотрели на меня раскосые глаза.

— Хорошо, — согласилась я выслушать ее, но не давая обещаний, что помогу, — Начинай.

— Вы уже забыли, смертные, с чего начиналась война между Богами. Почему Воилл развел ее и ради кого он сражался… Все забыли. Это не может печалить нас, — опускала она взгляд в пол, не забывая следить за мной, — Боги посчитали, что таким созданиям, как мы, не место в прекрасном солнечном Ирфриде. Да, человечка, — соглашалась она на мои изумленные мысли, — Раньше мы жили тут. Полноценно наслаждаясь своим домом. А потом из-за ошибки одного изгнали всех, — яростно зашипела она, забываясь в своем гневе и воспоминаниях, — Нас посчитали опасными для других созданий. Боги решили, что так будет лучше и Воилл не смог отстоять наши права. Тогда еще они снисходили до общения даже с вами. Разве справедливо они поступили, наказывая всех из-за одного?! — задавала она вопрос мне, но сразу продолжала, сжимая мою ладонь сильнее, — Вы считаете нас алчными и коварными, но разве не вынуждено мы такие? Вы, люди, смеетесь над теми, кто позволяет темному магу прокладывать путь к его стихии. Наивно полагаете, что он возвращается к возможности ощутить прелести Ирфрида… Что вы знаете о мире без тепла?!

— Мне больно, — твердо заявила я ей, пытаясь вырвать уже ледяную ладонь.

— Многие из нас готовы вечность ждать рождения темной искры, чтобы умереть в этом мире, — уже более спокойно сообщала она, аккуратно оглаживая мою ладонь, массируя ее таким знакомым способом, — Мы хотим лишь малость. Совсем немного для тех, кто лишен почти всего. Келриас знает, но не позволяет нам. Он отказал нам! — расстроенно возмутилась она, — Мы подарили ему то, что позволит стать Владыкой этого мира! — заискивающе сообщила она мне, заставляя гулко глотнуть.

— Вы сделали из него монстра, который боится пользоваться своей силой! — обвинила я демоницу, глядя в глубокую желтизну ее красивых глаз.

— Это не так, — мягко убеждала она меня, — Ему лишь надо учиться ее контролировать, пользоваться ею чаще и развивать.

— Я не поверю в вашу благодетель! Развивать темную искру, поглощая…

— Молчи, — произнесла она, прикладывая свой ледяной указательный палец к моим губам, — Недавно с помощью огненного юноши нам удалось вдохнуть глоток темной магии в него, но какой ценой!

— Кобеан в сговоре с демонами?! — возмутилась я.

А в голове понеслись другие мысли. Как ему удалось? Неужели Темный жнец поддался Риасу? Они убили Риаса, чтобы потом накачать его темной энергией? Но демоница приподняла меня рукой за подбородок, прерывая поток вопросов, а когда холодок побежал по моей коже лица, она спешно отстранила свои пальцы, но потянулась к моей второй руке, снимая перчатку. Я не нашла сил сопротивляться, откуда-то пришла жалость к заточенным демонам. Перчатка упала на каменную плиту пола, а демоница теперь грела свои ледяные руки в цепком захвате моих ладоней.

— Кобеан — это огненный человек? — задала она вопрос, а я озвучила ответ мысленно, — Мы не в сговоре с ним, как и с другими людьми. Наш основной доступ к Ирфриду лежит через темных магов, которых вы называете боевыми. Мы способны подглядывать и приоткрывать завесу, наблюдая за ними. Келриас. Это был наш шанс. Мы не подкупали Темного жнеца, но приложили руку, чтобы именно он откликнулся на призыв Ларира.

— Значит, Кобеан к этому не причастен? — спокойно озвучивала вопрос.

— Нет. Глупый юнец, просто создал для нас благоприятную ситуацию. Мы не могли устоять, чтобы не воспользоваться ею, — опять неприятный холодок пробежал по спине, от узнаваемости Риаса.

— Он не демон, — решила успокоить меня ведомая собеседница, — Просто мы ломали его через Аригхану ежедневно и подпитывали ее своими силами, чтобы она задержалась в нем гораздо дольше. Сложно не начать думать и вести себя также, когда тебе не просто подают пример, но еще и показывают пользу от такого поведения и поступков. Не осуждай его.

— Расскажи мне подробнее о его смерти тогда…, — попросила я, надеясь, что взамен не потребуют ничего.

— Только помощь. Мне нужно только это, — убеждала меня демоница, — Мальчишка должен был сразу призвать нашу силу и поглотить силу жнеца, развивая свои способности, но он всегда был упертым и непреклонным, — довольно улыбнулась она, — Сколько мы затратили усилий, чтобы удержать его душу в нашем мире, чтобы перенаправить остаточный поток жнеца и повредить корпус в котором хранился Ларир. Мы не способны к воскрешению, смертная, — говорила она, а я внутренне дрожала, понимая, какие силы иногда играют с нами.

— Почему сразу не вынудили жнеца сдаться? — задала вопрос, стараясь чтобы голос не дрожал.

— Если бы нас не изгнали, то мы составляли бы ровню таким силам, как он. Мы не Боги, не стоит нас путать.

— Но ты говоришь, что Риас способен стать Владыкой этого мира. Чего же вы хотите?!

— Немногого, — открытая улыбка на ее лице, которой я не поверила, — Мы дали ему силу, которая может стать безграничной. Он же смог поглотить силу Ларира, а этого даже мы не ожидали, надеясь просто воскресить его с помощью осколка. Он может стать не только владыкой смертных, но и повелевать нами. Передай ему, что мы ищем встречи с ним. В таких храмах, которые были созданы первородными магами, — сжала она сильнее мои ладони, и говорила требования отчетливо, — Только тут, мы находим силу, чтобы воплотиться. Скажи, что мы склонимся перед ним. Нам нужен проводник в этот мир!

— Ты просишь слишком много! — вырвала я руки из ее захвата, лишая тепла.

— Мы не сможем пойти против его воли! Все будет под его контролем! Нас осталось немного. Мы не способны возрождаться! Прошу тебя, — молила она, выворачивая мою душу наизнанку.

Я отступала от той, которая растворялась и казалось вот-вот расплачется. Я отрицательно мотала головой, не соглашаясь на ее требования. Никогда нельзя верить демонам. Она растворилась, расплываясь мглой по углам храма, а я услышала шорох за спиной. Резко развернулась, но быстро взяла свои расшатанные нервы под контроль. Мони просыпался, приходил в себя, создавал шум, который громким эхом раздавался в храме. Подскочила к другу, интересуясь его состоянием.

— Давно так не высыпался, — сообщил он, приподнимаясь и оглядываясь.

— Нам нужно уходить, Мони. И быстрее, — заверила его, пока еще не решив, стоит ли рассказывать о состоявшемся тут диалоге.

— Что произошло? Толком ничего не помню.

— Не время сейчас. Пойдем, — торопила его.

Мы спешно поднялись по лестнице, прикрывая глаза от яркого солнечного света.

— Ох, ты ж…, — высказал Мони, а я обреченно облокотилась о стены входа.

Какой нечисти тут только нет. «Наверное, только высшей и нет», — проснулся сарказм, осознавая, что живыми не уйдем.

— Их останавливает храм и я, — услышала голос демоницы позади.

Мони громко ругнулся, потянувшись к кинжалу, когда демоница вышла следом, раскидывая руки и ловя солнечный свет. При таком освещении, она была еще более прекрасна, необычна, экзотична.

— Твоя магия не поможет тебе одолеть меня, — сообщила она для Мони, — Я сражусь с этими тварями и очень надеюсь, что получу взамен благодарность и необходимую мне награду, — обращалась она стоя к нам спиной, прекрасно зная, что я ловлю каждое ее слово.

Я только тяжело вздохнула, понимая, что все равно не смогу скрыть от Риаса этот разговор и эту встречу. Я сдержу обещание перед ним, в котором говорила, что буду рассказывать ему всю правду. Поэтому отлепилась от стен храма и молча прошла в сторону нужного нам с Мони пути. Тьма стелилась перед нами, отгоняя скалившуюся нечисть.

— Постой, — услышала я голос демоницы и развернулась к ней, — Разве тебе не нужно заполнить вашу странную книгу? — спросила она и издала смешок.

— У нас нет времени ждать, когда ты наиграешься! — высказала я.

— Кто она?! — не понимал Мони.

— Я тебе потом расскажу, — успокоила друга, показывая, что не игнорирую его.

— Я помогаю тебе, только потому, что знаю: непреклонный мальчишка любит тебя, — сказала демоница, надрезая ногтем свою ладонь.

Вопреки сложившимся в моей голове стереотипам о том, что в черном черное, из пореза потекла серебристая кровь, напоминающая ртуть. И, видимо, кровь эта была вкусна настолько, что сводила с ума нечисть, заставляя ее прекратить грызни между собой и жадно принюхиваться.

Красивого в этом бое, если можно было так назвать то, что произошло, было мало. Когда мы все же вернулись с Мони к стенам храма, а нечисть обступила демоницу, но боялась приближаться, лишь рычала, темная девушка растворилась в осязаем облаке. Втянувшие воздух с тьмой существа бледнели и просто замертво падали.

— Она вот так просто отбирает их жизни? — удивлялся Мони.

— Я не знаю, — не была уверена в своих ответах, но поняла, что ножи против нее, как и наша магия точно не помогут.

Когда вокруг храма не осталось ни одного движения, туман снова стал формировать фигуру, но уже не осилил выточить девичий стан. Холодный шепот из силуэта огласил поляну, пронзая неприятными ощущениями:

— Скажи ему, смертная! — раздалось в последний раз, прежде чем туман растворился.

Мони отсканировал каждую нечисть, даже тех, кто был в отдалении. Судя по всему, в этой части леса действительно было все запущено, ведь маршруты практикантов не пролегали в данной местности.

— Они разгрызали друг друга еще на подходе, — отрапортовал мне Мони, сканируя последнюю, — Мы не просто побили все рекорды. Мы взорвем академию новостями и нашими результатами! А теперь, ты ответишь на все мои вопросы!

И в тот день, пока мы спешно удалялись от храма, я ответила ему на все вопросы, не скрывая даже малейших деталей. Теперь мы знали, что к порче Ларира Кобеан отношения все же не имел, как и к вызову высшей темной нечисти. Но это не оправдывало его и не послабляло серьезности его проступка. Риас оставался на арене один, когда сработал осколок, а значит смертельная опасность, даже не смотря на защиту академии, оставалась. Опасность, которая призывала бы Риаса рисковать окружающими его магами, что повлекло бы к насильному уничтожению искры, у пытающегося выжить блондина.

— Смотри, Ори, — привлек мое внимание вечером довольным голосом Мони, — Вот храм на карте! — указал он, вынуждая меня подняться с нагретого места, чтобы пересесть к нему ближе.

— И сколько нам осталось идти? — спросила я, наблюдая благоприятную картину.

— От пяти до десяти дней. Все зависит от того, сколько привалов будем делать, и какая нечисть нам будет попадаться.

Глава 7. Отчаяние

«Беги! Быстрее!» — надрывался голос в голове. Инстинкты подгоняли и вопили, вынуждая сильнее сжимать зубы, рычать, когда было совсем тяжело, не обращать внимание на боль от забега и усталость. Бежать приходилось быстро, не рассматривая куда вообще стремимся. Мелькающая спина Мони впереди была единственным маяком. Мокрые от дождя ветки больно хлестали по лицу, но я старалась использовать дневник в руке как защиту. Быстрее! Вещи пришлось кинуть в разбитом лагере, но это мало облегчало передвижение. Вымокшие штаны до колена замедляли отчаянный бег и усугубляли без того смертельно опасное положение.

— Впереди река! — закричал Мони, останавливаясь.

— Вода не спасет, только затормозит, — стараясь отдышаться, громко проговорила я.

Позади послышался треск ломаемых веток. Мони ругнулся, схватил меня за руку и устремился к шуму воды. Бурная, глубокая река не позволила нам даже подумать о ее пересечении, поэтому продолжили забег выше по течению. Луна была круглой и хорошо освещала берег. Много валунов и камней мешали, не давая набрать приличной скорости. Я увидела поваленное дерево, стелившее путь на другой берег, но сказать ничего не успела. Мони уже сам догадался, отпуская мою руку и прорываясь сквозь высокий камыш к корням природного моста.

Пока он карабкался на высокий, толстый ствол, я оглянулась. Большие диски из плоти уже стремительно катились в нашем направлении и были слишком близко. Шум и гул, издаваемый существами, резал слух и наводил еще больше отчаяния и страха. Своими невероятно крепкими шипами и наростами они легко дробили валуны, превращали деревья в щепки. Для них не было преград!

— Быстрее! — окликнул меня Мони, протягивая руку.

С его помощью я быстро вскарабкалась на дерево, чтобы уже через секунду справно преодолевать несколько метров на другую сторону реки. Остановит ли она гэрсгаров? Мони уже соскочил на другой берег, который был достаточно крутым и очень высоким.

— Давай! — торопил меня парень.

Еще пару метров. Дерево подо мной приходит в движение, слышится треск древесины. Не оглядываюсь, разгоняюсь, отталкиваюсь и протягиваю руку, падаю. Мони успевает ухватиться, чтобы я не упала в бурную реку. Ругается, старается удержать. Закидываю дневник на берег, не заботясь о том, порвется он или нет. Второй рукой цепляюсь в руку Мони, песок на обрыве, под моими ногами осыпается, но я не боюсь обрушения. Много корней торчит из почвы, значит крепкая. Упираюсь в нее ногами и потихоньку поднимаюсь. Последний рывок и я затянута другом на твердую плоскость. Мони отирает вспотевший лоб, сидя на пятой точке, и тяжело дышит. Я оглядываюсь на покинутый берег.

Четыре гэрсгара уже выпрямились из своих смертельных клубков. Жадно вглядываюсь в них, стараясь рассмотреть в свете луны все, что смогу. Неуклюжие, словно медведи, но мышцы перекатываются такими буграми, будто кроме них в существах больше ничего нет. Две ноги, две руки, туловище, голова — почти человек. Очень высокий, очень крупный человек с мясистым, широким хвостом. Но, вот один поворачивается ко мне боком, вглядываясь в даль берега реки. Сутулые, если не сгорбленные, а вся спина в шипах и наростах, как и плечи, и хвост.

— Насколько эти твари обладают интеллектом? — уточняю у Мони.

— В разных источниках разные разбежки в описании, — проговорил парень, поднимаясь и подходя ко мне, — Если дерево разломали, а не воспользовались, значит тупые, — сделал дельный вывод.

Гэрсгары как будто услышали его. Они издали низкие рыки, странные звуки, посмотрели на нас, а потом игнорируя наше удивление продолжили рыкать друг с другом.

— Эм… Они общаются?! Мони, такое возможно?!

— Так не должно быть. Они не высшая нечисть, Ори.

— Но они же общаются! — уже выкрикнула я.

Ветер подхватил мой недовольный возглас, донес их до особей. Те замолчали, глядя на нас, а потом дружно, быстро и слажено направились по берегу выше. Под нашим неотрывным взглядом, они прошли несколько метров, чтобы присесть на колено, а потом свернуться, опять превращаясь в смертельное колесо, где направление, движение и скорость задает хвост и выпирающие боковые шипы. Колеса стремительно направились дальше, создавая скрежет и треск.

— Там ведь нет брода? — тихо задала вопрос всезнайке.

— Карта осталась в лагере, — произнес Мони неуверенным голосом, — Мне кажется, что нам надо очень быстро уносить ноги.

Я посмотрела на друга. Хмурое выражение лица из-под лохматой, отросшей челки, неотрывный взгляд от места, куда направились враги, напряженная челюсть.

— Если переберутся на этот берег, то не сбежим, — негромко высказала, сжимая кулаки, — И как нас угораздило именно их встретить?! Лучше бы магическую нечисть.

— Нет разницы, — тихо сообщил Мони, — Не потянем ни этих, ни вторых.

— И что делать? — придумать совершенно ничего не получалось, — Магическая нечисть была бы кстати. У нас же не так много магии, чтобы они отказались от кого-то сильнее, чем мы с тобой.

— Знаешь каким везением надо обладать, чтобы встретить магических тварей прямо сейчас?! — наконец-то, взорвался Мони. Я облегченно вздохнула и внимательней прислушалась, когда он взрывается, то в своих порывах, выдает много полезной информации, — Даже аваритовы псы не будут восприняты серьезно гэрсгарами, когда рядом мы с тобой! Наша смерть с последующим всплеском искры для них деликатес. А псы не взрываются! Мы тут уже месяц, а сильную магическую нечисть ни разу не встретили! — завершил он.

Я прокрутила его высказывание и поняла, что ничего спасительного не услышала. Какой вывод можно из увиденного и услышанного сделать? Вопреки бытующему мнению, что гэрсгары обладают зачатками интеллекта, мы сейчас увидели большее. У них не просто зачатки ума, а вполне себе даже неплохое развитие гортанной речи, с помощью которой особи прекрасно понимают друг друга. Значит Ларир их рассудка не лишил, а просто создал зависимость и жажду к сильным выбросам магии. Пик такого выброса не всегда, но часто происходит, когда умирают маги или сильная магическая нечисть, также, как это произошло на арене с темным жнецом.

Если твари знают и понимают речь, то наверняка хорошо соображают. Они не упустят небывалую возможность полакомиться. Тем более мы вдвоем, а значит отпор дать не сможем. Легкая, вкусная добыча, которую не спасет никакая защита, если по ним проедутся таким вот смертельным колесом. Хотя, они же даже о нашей защите не знают, соответственно будут преследовать нас в своих владениях, пока мы не попадем к ним на трапезу, в качестве позднего ужина или уже раннего завтрака.

— Думай, думай! — ударял себя по голове Мони, тоже пытаясь найти решение, скорее даже спасение.

Увы! Но это не входило в разряд повеселиться и получить халявные баллы. Это скорее походило, что не дойдем мы к ребятам. Не успеем. Страх окатил новой волной, кровь застыла в жилах, а мысли пошли совсем пессимистичные. Почему-то сейчас отчаянно вспомнился Риас на арене в день, когда он погиб. Он тоже ощущал это опустошение, это желание просто сесть и ничего не делать? Бежать нет смысла, они развивают такую скорость, при которой наши жалкие потуги далеко не уведут. Мы даже не оттянем спасение надолго. Единственная надежда, что гэрсгары просто ушли, сдались. Что нет никакого моста, брода, а они просто оставили нас в покое.

— Они находят жертву по остаточному всплеску ауры. Невидимый для нас след, — проговаривал Мони, глядя на меня.

— Ты хочешь, чтобы я нашла решение? — спросила я, уже осознавая, что он так же теряет надежду.

— Я не хочу быть первым практикантом, который облажался! Я ведь тогда еще вам с Райаном говорил, что практика для сильнейших! Надо было не стараться! — взорвался парень.

Теперь к моему страху прибавилось отчетливое чувство вины. Какое чудо призвать, чтобы мы остались живы?

— Давай просто убираться отсюда! — прорычала я, поднимая немного скособоченный дневник с земли.

Быстро продвигались в тени ночного леса, не заботясь, что на нас может напасть другая нечисть. Когда на хвосте смерть, как-то перестаешь внимательно вглядываться в окружение. Я искала варианты, думала, выдумывала, но все было тщетно. Пока радовало и давало надежду молчание и тишина за спиной. Я не слышала гула от почвы, шума ломаемых веток. Все было очень спокойно, но мы все равно шли настолько быстро, насколько нам позволяло освещение луны, пробивающееся сквозь крону листвы.

Когда я поняла, что нас ничего не спасет, если мы услышим приближение гэрсгаров, что я не вижу никаких вариантов, то просто настал момент для жалости к себе, прокручивания воспоминаний, сравнений. Какое-то время я думала о ребятах, но все мысли в голове перебивал образ Риаса. Как он перенесет весть о моей гибели? Не убьет ли он Райана, что тот не досмотрел, не сберег? Не сойдет ли он с ума? Одинокая слеза скатилась по щеке, но я сжала губы и упрямо нахмурила брови. Если я умру, мне будет уже все равно на жизненные переживания. Я жалела, что не обладаю сверхспособностями, чтобы призвать сейчас знакомую демоницу. Или такой сильной искрой, какой обладает Дарголийский, чтобы испепелить добрый кусок леса, вместе с настойчивыми существами.

Послышался отчетливый треск и нарастающий гул, который был еще далеко. Я остановилась, оглянулась, испугалась, но быстро смирилась.

— Все же перебрались, — разбито заключил Мони.

— Прости меня, — проговариваю, подхожу и беру его ладонь, опускаю глаза вниз.

— Все нормально, — грустно заверил Мони, — Я все равно рад, что смог многого добиться. Так что, даже спасибо можно говорить.

— Мы многого добились, — делаю акцент и с этими словами обнимаю Мони.

Он сжал меня в теплых, крепких объятиях в ответ. Я бы не смогла запомнить этот момент, потому что в голове возникал образ Бриджа. Тогда он обещал мне выжить.

— Давай устроим забег напоследок. Как если бы Хасир вынуждал, — предлагает Мони, стараясь даже выдавить подобие смеха, получается только как-то жалко.

— Бороться до последнего! — поддержала его, стараясь отгонять всякие мысли.

— Кидай дневник, Ори. Он будет мешать, — отстранился от меня Мони.

— Вещь-то красивая, — тяжелое вздыхаю, разжимая руку.

Дневник упал, раскрываясь почти на середине, где пустел загнутый лист.

— Должен тебе сказать, что месяц с тобой в лесу не был плохим, — тихо признался парень, — Ты неплохая девчонка и очень хороший друг.

Я прыснула от такой характеристики, стараясь сдержать выступившие слезы и вспоминая вечерние беседы у костра, совместную охоту. А мы ведь часто смеялись, хотя и часто ссорились. Долго не могли обижаться, потому что оба любили общение и легкие, комфортные отношения.

— С тобой было весело, всезнайка! — решила тоже попрощаться заранее.

Мони рассмеялся, но в этом смехе было больше печали, горя и скрытой истерики. Больше мы не говорили, всматриваясь и прислушиваясь к приближающемуся шуму. Долго не стояли, решив больше помучить существ, разбегаться не планировали, потому что смысла не было. Нас двое, а гэрсгаров четверо, значит в любом случае не спасется никто. Сложили ладони, где не хватало еще трех, а потом кивнули друг другу и рванули с места.

Я поглядывала в сторону мелькающего за деревьями друга, но больше смотрела под ноги. Будет обидно давать фору противнику из-за нелепого падения. Глаза давно привыкли к ночному освещению. Шум и гул стал слишком громким, а значит твари уже рядом. Прибавляю скорость, сгибаюсь, чтобы проскочить под веткой. Еще несколько метров и Мони рядом на расстоянии вытянутой руки. Адреналин будоражит, страх отступает, наступает время для забав. Или это истерика? Так ли чувствуют себя те, кто потерял всякую надежду? Говорят, люди склонны видеть в такие моменты всю свою жизнь перед глазами.

Я же видела лесной массив, стремительного друга рядом. Слышала быстро приближающийся шум, наполненный треском, ветер свистел в ушах от безумной скорости. Лихая гонка, в которой главное не думать, что ты жертва. Играй! Слышу совсем близко резкий свист, быстро реагирую, ухожу в сторону Мони, чтобы там, где я только что бежала, прокатилось колесо. Поворачиваем с Мони в сторону, несемся уже правее. Успеваю заметить, как один гэрсгар на всем ходу таранит дерево. Громкий удар, треск древесины, гул от царапанья, дерево стонет, склоняется и падает, перекрывая к нам дорогу. Я приостановилась, осмотрелась, но вот дерево разлетается, прикрываюсь от щепок, а на меня несется смертельное колесо. Мони сносит мое тело в сторону, накрывая собой.

— Я что-то как-то не хочу умирать! — высказал Мони, моментально вскакивая и хватая меня за руку, — Там кто-то есть!

Бегу за ним, всматриваясь, что он увидел в том направлении. Сначала ничего, но позже замечаю слабое мерцание. Прибавляю скорость в сторону загадочного света. Надеюсь, что это не очередная нечисть или иллюзия у потерявшего надежду разума. Но не у двоих же?

— В сторону! — выкрикиваю, отскакиваю.

Оглядываюсь, не останавливая бег. Колесо проносится вперед, сердце пропускает пару ударов, но все нормально. Темная куртка Мони снова мелькает, он уклонился, догоняет. Хруст очередной ветки уже под моей ногой, впереди поваленное прогнившее дерево, наскакиваю на него. В боку колит, голова уже кружится. Мони обгоняет и ныряет в плотные заросли кустарника, я прыгаю на всем ходу за ним, успеваю прикрыть лицо руками. Ухо больно оцарапало веткой, но мне все равно. Выскакиваю на поляну и не понимаю: радуюсь или нет?

— Гэрсгары! — выкрикиваю встречающим нас.

Райан моментально выстраивает барьер с физической защитой. Успеваю вскочить внутрь, чтобы услышать за спиной звон и продолжительный звук, будто кто-то проводит металлом по стеклу. Смертельное колесо упирается в магический щит и буксует, разбрасывая искры.

— Сколько? — первое, что слышу от Райана.

— Четверо, — отвечает за моей спиной Мони.

Ловлю облегченный взгляд Киви, которая уже занимала позицию впереди, оголяя свой меч. Нахожу глазами принцессу, сильно исхудавшую и измотанную, она улыбнулась мне и кивнула. Облегчение я еще пока не ощутила, было чувство, что мне все снится. Но даже если так, то дать бой существам нужно. Впятером мы справимся с этими созданиями.

— Что у вас с магией? — уточняет Райан, дожидаясь, когда все четверо врагов покажутся.

— Почти не растрачено, — громко и четко отвечаю, пытаясь отдышаться, но решаюсь дополнить, — Не видели смысла сражаться.

Ловлю хмурый, осуждающий взгляд Райана. Двое гэрсгаров присоединились, первый уже понял, что защиту не пробьет и теперь остановился и выпрямился.

— Вот это рост! — восхитилась Киви, достигая существу своим невысоким ростом только локтя.

— Элания, справляемся без усилений. Готовь исцеляющие заклинания на Киви, с последующим эффектом, — начал раздавать указания Райан, пока последняя особь приближалась, — Ори, твои ножи бесполезны…

— Я помню, — перебиваю его, — Все как во время тренировок.

Райан кивнул, а Мони прошел к нему ближе, чтобы занять свою позицию возле Райана. Чистые всплески магии для этих существ вкусная подпитка, а вот преобразованная через заклинания такое же оружие, как и для остальных. Вытаскиваю артефакты, которые приобрели пользу, когда мы нашлись с остальными. Четверо врагов. Значит моя задача отвлечь двоих на себя.

— Начинаем! — грозно оповестил Райан.

Я не смотрела на остальных, не следила за их действиями. Как только получила отдельный щит против физического урона, сразу подбежала к двум отдаленным особям, кидая им под ноги артефакт. Ловушка не предназначена их задержать, но мой песок из артефакта Гарна, немного ранит их трудно пробиваемый, своеобразный панцирь из шипов и бугров на спине.

Стена из песка взорвалась, на секунду закрывая обзор, но почти сразу истончилась, давая просвет и силуэты тварей. Позади слышались удары меча о твердую броню гэрсгаров, а воздух затрещал, наполняясь магией крови и огня. Существа внутри стены опустились на колено и быстро сложились в свое смертельное оружие. Стены моей тюрьмы пытались бороться, испуская мелкие искры от быстрого трения и создавая небывалый скрежет, от которого сводило челюсть где-то за ухом. Я скривилась и еле сдерживалась, чтобы не закрыть уши или не прочистить их.

Первая тварь продвинулась немного вперед, а на ее серой броне показались бурые царапины. Вторая же никуда не спешила, ожидая, когда собрат пробьет путь. «Не допускают напрасных жертв», — нахмурилась я. Слишком умные особи. Значит придется потратить больше таких артефактов. Тварь усердно преодолевает половину стены и выскакивает оттуда на меня, артефакт бесшумно захлопывается, я ухожу в сторону. Шип от колеса проходит рядом, но отталкивается защитой Райана, не позволяя меня зацепить. Занимаю позицию между двух гэрсгаров, кидая уже два отдельных артефакта под каждую особь.

Когда развернулась так, чтобы видно было двух врагов и поляну с друзьями, достаю из запаса последний артефакт такого вида. Киви успешно справлялась пробивая броню и углубляя нанесенные ею раны. Защиту над синеволосой Райан обновлял и подпитывал почти постоянно, не забывая поглядывать в мою сторону. Элания уже выплетала новое заклинание исцеления, пока предыдущее затягивала раны на руках у Киви. Шипы успевали достигнуть девушку, пробивая защиту, когда та успевала истончиться. Один из кольчужных наручей валялся разорванным по поляне, а второй свободно болтался на руке, наверняка мешая Киви.

Неприятный скрежет по сторонам от меня сбавлялся и утихал, а значит скоро надо кинуть последний артефакт более здоровой твари.

— Мони у меня последний артефакт! — выкрикиваю, чтобы увидеть понимающий кивок от парня.

Одна тварь прорывается быстрее, с достаточно обширными, но не глубокими ранами. От этой отклоняюсь, чтобы кинуть артефакт в другую сторону. Скрежет с новой силой оглушает ночную поляну, а я все же тянусь к ножам, чтобы хоть как-то чувствовать себя уверенней. Оглядываюсь на Мони, понимая, что он уже почти закончил сложное заклинание. В очередной раз уклоняюсь от настойчивого существа, но Райан не успевает накинуть на меня обновленный щит. Он слишком сосредоточен на Киви. Шип проходит по ноге, глубоко разрывая бедро и я вскрикиваю, падаю на колени, роняя ножи.

— Ори! — слышу выкрик от Элании, но не вижу ее.

Закрыла глаза от резкой боли. Порез горел, а вся нога потеплела и пульсировала. Стало безумно страшно. Позади послышалось затихание скрежета, а еще кто-то снес меня. Я повалилась на землю, узнавая брань принцессы. Твари на другой стороне поляны издали гортанные, предсмертные звуки. Я сжимая зубы и выпуская стон, приподнимаюсь на локтях, чтобы посмотреть, что там. Две особи мертвы, еще две закрывают обзор, стремительно несутся ко мне с Эланией, но не успевают. На этот барьер Райан не скупился, ослепляя синим сиянием. Боль в ноге дернула с новой силой и я изогнулась, подгибая ее и не сдерживая стон. Слезы давно катились по щекам, добавляя к темно-красной пелене свои помехи обзору. Элания подорвалась, насильно опрокидывая меня на спину и убирая мои руки от раны. Я ударилась затылком о сырую после дождя почву, хотелось не мешать, но руки так и тянулись сжать ноющую рану. Послышался треск ткани, а потом ногу опалила новая боль. Жгло неимоверно, нещадно. Я почувствовала запах горелой плоти, моей плоти, а потом виски сдавило, в глазах потемнело и темнота распахнула объятия.

— Укладывай аккуратно, — слышу сквозь боль.

Меня несли на руках, опустили куда-то в близь огня, чтобы в темноту опущенных век добавилось оранжевое освещение. Когда укладывали, ногу все же зацепили, я болезненно поморщилась и не стала сдерживать стон. Открыть глаза было сложно, пошевелиться еще сложнее. Такая слабость, будто не ногу повредили, а убивают.

— Тебе надо самой успокоиться! Соберись! — улавливаю несдержанность Райана.

— Огонь не имеет ту силу исцеления, которая у остальных стихий! Я не уверена, что смогу! — кричит Элания.

— Кровь ты уже почти остановила, пусть и таким способом! Давай дальше, как можешь. Нам нельзя тут оставаться!

— Да. Все плохо, — слышу голос Мони, — Там все залито ее кровью. Гэрсгары менее привлекательны, чем человечина.

Нахожу силы, чтобы все же приоткрыть глаза, ко мне сразу опускается Райан. Он не задает вопросов, просто внимательно смотрит. Пытаюсь сказать хоть что-то, но в горле так сухо, да и сил не хватает, поэтому просто делаю вдох открытым ртом.

— Никто тебя не бросит тут, — негромко проговаривает Райан, — Но продвигаться нужно быстро, и мы не сможем тащить тебя, Ори.

Закрываю глаза, сжимаю зубы, пытаясь заглушить боль и осознать услышанное. Опять начинает жечь ногу, чувствую магию огня Элании. Терплю какое-то время, а потом жар отпускает, чтобы оставить ноющую боль, подергивание и покалывание.

— Меня еще хватит, чтобы делать совсем легкое обезболивание, но часто обновлять не смогу. Ори, ты сможешь идти?

Пытаюсь подняться, но не выходит. На помощь приходит Райан, висну на нем почти мертвым грузом. С другой стороны в поддержку приходит Мони, но так идти неудобно, потому что он задевает больную ногу. Слезы от боли текут против желания.

Когда боль становится уже привычнее, я опять вспоминаю Риаса. Его рану некому было затянуть, никто не притуплял боль, а он смог бороться и взобраться на высокие плиты пирамиды, тоже теряя кровь. Тогда я задавалась вопросом, что двигало им? Желание жить? Нет. Скорее всего нет. Если бы не ребята сейчас и не Риас, который ждет меня, то я бы сдалась и просто попыталась насладиться последними спокойными минутами или часами, отдаваясь на волю судьбе. Глаза закрывались, хотелось просто лечь и дать себе расслабиться, хотя бы пару минут. Бороться с таким желанием вынуждали мысли, что мне есть ради кого терпеть, сжимать зубы, дрожать от боли и не закрывать глаза.

Я не заметила того момента, когда солнечный багрянец сменил лунный свет. Мы шли бесконечно, а мысли сменялись как-то недосказано, прерываясь с каждой резкой болью. В какой-то момент Мони сменил Райана, а позже вызвалась подставить мне свое плечо и Киви. На Эланию старалась не смотреть. Было страшно увидеть ее истощение и понимать, что в ее плачевном состоянии виновата я. Пыталась слушать разговоры ребят, которые говорили мало и в основном по делу.

Из сказанного мысли медленно и нехотя формировали ясность. Мы встретились всего в нескольких километрах от второго остановочного дома, а это хорошо. Там была своя защита, вроде границы из барьеров по периметру леса. Поэтому мы сможем отдохнуть в этом доме, привести в порядок мое ранение и элементарно выспаться, не заботясь о безопасности.

Когда вышли к небольшой реке, Райан заявил, что остался всего час пути, если ускоримся. Ускориться не вышло, потому что на нас напала какая-то небольшая, но очень шустрая нечисть. Я пыталась помочь, но меня просто уложили на землю и запретили двигаться. Пару раз я все же пыталась призвать стихию, но она отказывалась. Мои бесполезные попытки привели к полному истощению, и я опять ушла в темноту, напоследок ругая себя за непослушание.

Глава 8. Небольшая передышка, неприятное приобретение на память

Просыпаться было неприятно. Сначала вроде все и неплохо. Птицы голосили где-то снаружи, лучик солнца щекотал щеку, но вскоре к этому добавился весь спектр остальных ощущений: рану на ноге тянуло и неприятно дергало, болела голова, сухость во рту, першение в горле. Я попыталась прокашляться, но поняла, что все гибло, пока не сделаю глоток воды. Попробовала приподняться, но тело ломило и было совсем вялым, непослушным. Осмотрелась, расслабилась, вспоминая все, что произошло, и пытаясь понять, как меня дотащили в спасительный дом.

Помещение внутри был без какой-либо обшивки. Одно небольшое окно, низкие потолки и непокрытый ничем пол. Простые стены из бревен с вбитыми крюками, на которых висели полки. Небольшая комната была заставлена пятью твердыми кроватями и всего одним стулом. Зато имелось белье, теплые одеяла и довольно удобные подушки. За небольшой, но крепкой дверью слышались шорохи. Попробовала еще раз приподняться, но не смогла, а с попыткой перевернуться на бок, чтобы все же сползти с кровати, не сдержала сиплый стон. Впрочем, осталась лежать в той же позе, осознав, что ничего у меня не выйдет. Зато дверь со скрипом отворилась, чтобы впустить Райана. Он кинул на меня мимолетный взгляд и вышел.

Я откинулась на подушку, собираясь вновь углубиться в мысли. Только уже в самобичевание. Но Райан вернулся быстрее, со спасительной кружкой в руках. Он присел рядом на кровать, помогая мне приподняться и даже сесть. Я скривилась от пронзающей боли в ноге, но жадность к воде пересилила. Я не стала вновь укладываться, прикрываясь и прижимая одеяло плотнее к себе.

Райан долго смотрел на меня так, что мне было сложно понять, какие мысли в его голове и какие чувства он испытывает. А потом тяжело вздохнул, отставляя кружку на пол, сцепив руки в замок, он отвел взгляд в пол и негромко заговорил:

— Мы уже успели много раз с вами попрощаться. Киви единственная, кто не верил, что вы погибнете. Наверное, только благодаря ее упорной вере, мы все же спешили туда, куда скорее всего ты бы повела Мони. Он уже рассказал мне все от того момента, когда вы сбились и вынуждено прыгнули в реку, до последнего, когда вас сорвали гэрсгары с разбитого лагеря. Мне трудно не винить себя, ведь ответственность лежит на мне. Мною было принято решение разделиться.

— А мы согласились, поддержали, — встряла в его высказывание охрипшим голосом, — А потом еще и ошибку совершили.

Райан кивнул мне, переводя прямой взгляд на меня. Ему не привыкать себя винить, поэтому быстро смирится и продолжит жить дальше как ни в чем не бывало. Тем более мы не погибли. Хорошая ли это черта? Это определенно внутренняя сила, твердость и закалка, но какая-то черствая.

— Я бы обнял тебя, но ты…, — он осмотрел мои голые плечи, вынуждая подтянуть одеяло еще выше, — Я позову Эланию, чтобы она помогла тебе.

Райан еще раз окинул меня взглядом, но уже как-то странно задерживаясь, а потом вышел из помещения. Я и так чувствовала, что полностью обнаженная, но все же заглянула, чтобы убедиться. Только повязка из белой ткани на ноге и все. Пробовать лечь не пыталась, боясь, что изменения в положении могут вызвать новую боль. Спустя короткий промежуток времени в соседней комнате послышались быстрые шаги.

Элания ворвалась в комнату не одна, а в сопровождении Киви. Принцесса уже не была в столь плачевном состоянии, как я ее запомнила с последней встречи. Киви румяная и взбудораженная жадно впилась взглядом в мое лицо, боясь даже просто подойти. Элания напротив, быстро подошла, приложила тыльную сторону ладони к моему лбу, заглянула в глаза, схватила одну руку, чтобы прощупать пульс и на какое-то время застыла, отводя взгляд в сторону.

— Быстро поправляешься, — облегченный вздох, и она наконец-то присаживается рядом, заключая меня в объятия.

Киви усаживается на одну из кроватей и начинает хлюпать носом. Слышу подозрительно схожее и от Элании. Плечи принцессы вздрагивают, и она прижимает меня сильнее, а я не сдерживаюсь, втягивая воздух сквозь сжатые зубы из-за резкой боли в ноге.

— Прости, — отстраняется Элания, действительно вытирая слезы, — Сейчас расскажешь мне о своем самочувствии и о боли в ноге. Важна каждая деталь и мелочь. Я все же не целитель земли или воды, поэтому рану стянула, как смогла, а огонь еще и прижигал. Теперь хорошо, если только на погоду ныть будет, — заключает, а потом тихо добавляет, — Зато искру свою расширила.

— Спасибо, — решила быть немногословной.

Я растерялась от такого поведения друзей. Из них только Киви повела себя более или менее предсказуемо. Да и другую встречу я ожидала, какую-то более агрессивную, но никак не плаксивую и наполненную сожалениями. Было не по себе.

Осмотр длился долго, дотошно и Элания всерьез желала слышать любую мелочь. В это время Киви принесла свежий бульон, каких-то заваренных трав. И только потом я услышала ответы и рассказы о том, как прошел этот месяц у них.

У ребят все было еще более трудно, чем у нас. Сталкиваться с опасностью приходилось ежедневно, а без нас с Мони, они растрачивали магию при каждой такой встрече. Элания держала свою магию фактически на пределе, постоянно подпитывая союзников, чтобы Киви и Райан, всегда чувствовали себя бодро и могли использовать свои силы в бою. Съестные запасы истощились вовремя, как раз, когда появились первые грибы, поэтому с этим вопросом проблемы были незначительные.

По окончанию рассказа, девушки выдали мне легкую одежду, которую нашли в доме, и Киви помогла доковылять к подобию умывальни. Полуденная жара накрыла Мертвый лес. Заметно парило. Двор был достаточно просторным, огороженный низким частоколом, за которым никакой нечисти не наблюдалось. Нашим остановочным пунктом была невысокая, но довольно продолговатая избушка с многочисленными пристройками. Пока шла по узкой дорожке, опираясь на плечо Киви, пыталась найти взглядом парней, но Райана и Мони не было.

— Они пошли силки проверить, — удовлетворила мое любопытство синеволосая.

Над небольшой постройкой высились огромные бочки, покрытые черной краской. Мы прошли внутрь тесного, сырого, плохо прогретого помещения. Тусклый свет сочился из небольших прямоугольных проемов почти под самым потолком. Каменный пол, небольшой деревянный настил поверх камня уже немного прогнил. Ржавые крючки для одежды и небольшая лавка.

— И вот в таких условиях мы должны чувствовать себя людьми? — устроилась я на лавку, надеясь, что она не развалится.

— Ну знаешь, — нахмурила бровки Киви, — Как-то ты сильно разбалована. Это у богатых и магов все условия для комфортной жизни есть.

— Не обижайся, Киви, — спохватилась.

— Ничего, — смилостивилась подруга, — Если хочешь, то я могу тут побыть. Отвернусь просто.

— Я справлюсь. Если что, буду кричать и звать на помощь, — убедила подругу.

Девушка покинула помещение, оставляя меня в одиночестве. Освободившись от одежды и повязки на ноге, решила ознакомиться подробнее с раной. Элания не щадила себя, не скупилась на мое исцеление. Выглядело все очень плохо, но учитывая, что я проспала лишь сутки, а рана была затянута, то можно сделать соответствующие выводы. Принцесса выкладывалась на полную. Некрасивые ожоги, рыхлая, широкая полоса, заметная краснота. Сомневаюсь, что это ужас пройдет, скорее всего останется на память, напоминанием о близкой смерти. Если бы чуть ближе или выше… Я передернулась от таких мыслей.

Опираясь на стену и ругая прохладное помещение, проковыляла под выступающий кран на потолке. Нога стреляла при каждом шаге, но это еще притупленное обезболиванием ощущение. Сколько нога будет выздоравливать? Когда сможем продолжить маршрут. К середине месяца, мы должны уже дойти до пещер, сменить кристалл и начать обратный путь, который пролегал уже новым маршрутом. Вернуться должны гораздо раньше, ведь нам еще в Террийск на несколько дней. Хотя с нашими успехами, лучше не загадывать.

Вентиль скрипнул, чтобы с трубы небольшой струйкой полилась по летнему теплая вода. В углу на небольшой полочке лежали самые простые средства для гигиены. Одна только мазь против волос грозилась спалить еще и кожу, но деваться некуда. Права Киви в том, что я слишком избалована, надо относится ко всему проще и довольствоваться тем, что имеешь. Лучше ведь так, чем ничего.

По окончанию не очень приятных, непривычных водных процедур, я с болезненными стонами оделась. Даже повязку удобнее перевязала. На выходе поняла, что без поддержки не дойду, но быстро успокоилась. Мони сидел под небольшим фруктовым деревцем, а когда увидел меня, подорвался и подошел, чтобы помочь. Чувствовать себя настолько беспомощной еще не приходилось.

— Как ты? — озаботился моим здоровьем шатен.

— Бывало и лучше. А ты?

— Вроде хорошо. Все еще не верю, что мы с тобой так легко отделались.

— Иногда даже неудачникам должно вести, — сделала заключение.

Обед проходил в маленькой кухне с минимальной обстановкой. Стол, стулья, пару полок, скромные шторки на крошечном окне. Долгое время все молчали, в воздухе витало напряжение. Только одинокая муха в истерике билась в мутное стекло, пытаясь пробить себе выход на свободу. Я ее всецело поддерживала в желании. Еще немного и у меня зуд пойдет по всему телу. Я прислушалась к себе внимательнее. Легкий зуд и правда был, только исходил он от раны. А ведь Элания была искренней, когда не сдержала слез. Она меняется или все же величие было маской?

— Ты ничего не хочешь рассказать? — разрушил тишину Райан, упираясь в меня требовательным взглядом.

Я отложила вилку, взялась за кружку с все еще горячим отваром, обвела взглядом заинтересованные лица, столкнулась с Мони. Парень стыдливо отвернулся и с интересом стал разглядывать окно. О демонице значит сообщил, не дожидаясь меня? Хотя с другой стороны, как он мог избежать описания того, что произошло в заброшенном храме, если из-за травы мы отклонились от маршрута и забрели в опасные места. Я не могла на него обижаться.

— Мони ведь все равно уже рассказал, — проговариваю, поднося кружку для глотка.

— Он не был даже свидетелем, а я хочу знать все до каждого произнесенного там слова, — проявлял настойчивость Райан, — Это важно, Ори.

— Почему? — против воли сузила глаза, — Боишься, что Риас согласится на это предложение?! Это демоны! Все их предложения и обещания полный вздор!

Райан молчал, давая понять, что как бы он не соглашался со мной, но рассказать я им обязана все. Отхлебнула отвар, прочистила горло перед тем, как приступить к рассказу, стараясь вспомнить каждую мелочь. Монолог не получился, потому что Райан устраивал допрос почти после каждого озвученного кусочка из разговора. После он на какое-то время ушел в себя, но его сменила Элания, забрасывая меня вопросами о внешности демоницы.

— Если бы сам ее не увидел, то никогда бы не поверил, что они могут прорываться в наш мир! — высказывал Мони.

— И если Риас согласится, то как они смогут проникать к нам? — обратилась ко мне Киви.

— Я даже не думала об этом, — негромко призналась.

— Разве тебе не интересна судьба твоего жениха? — изогнула бровь принцесса.

— Интересна конечно! Но он не согласится, — настаивала на своем.

— А я вот в этом не уверен, — влез Райан.

Все замолчали, перевели на него любопытные взгляды и стали ждать. Он сложил руки в замок и посмотрел прямо на меня.

— Что он сказал тебе о судьбе Дарголийского? О том, что он ему подготовил.

— Прости? Я не совсем понимаю твоего вопроса, — растерялась, потому что была уверена, что Риас отказался от мести. Райан молчал, явно не желая выдавать какую-то тайну, если вдруг я ее не знаю, — Ты говоришь о том, что планирует Нестаргонский?

Но Райан не ответил, моментально утратив ко мне интерес, обратился к Элании, напоминая, что мы выдвигаемся уже завтра, поэтому мне требуется еще доза исцеления.

— Райан, о чем ты недоговариваешь? — возмутилась, потому что опять внутри возникали страхи и куча мнительным мыслей.

— Поинтересуйся этой деталью у жениха при возвращении с практики, а сейчас лучше озаботься своим здоровьем. Мне нужно, чтобы ты смогла нормально двигаться, без поддержки, а еще лучше, если сможешь бегать. Вокруг хижины бродит разного рода нечисть, которая пришла сюда по твоему следу, — прозвучало упреком. Пытается вызвать совесть, чтобы перенаправить мои мысли в другое русло?

Когда мы с девушками остались вдвоем, я попыталась вызнать подробности у Элании, но она если и знала, то молчала. А так усердно и даже раздраженно отрицала, что ей известно хоть что-то о планах парочки от Райана.

— Ори, он между мной и будущим долгом перед Нестаргонским, выбирает второе! Иногда я даже жалею, что слишком близко его к себе подпустила! — выдала неожиданное откровение принцесса, — У него же столько информации обо мне! Я остерегаюсь, — снизила голос до шепота, — Если в дальнейшем Тиретис захочет надавить на меня, то у него будет масса рычагов. Уверена, что как только наши с Райаном пути разойдутся, его отношение ко мне поменяется.

— Но он же любит тебя! — негромко вступилась Киви.

— Я тоже его люблю. А еще больше люблю себя, — парировала принцесса, — Поверьте, Райан не пожертвует выгодами ради чувств.

В отличие от Киви, которая бормотала о несправедливом мнении, я Элании верила. Но Райан волновал меня на данный момент куда меньше, чем Риас. Неужели он не бросил идею о мести? Но если так, то что он задумал? Нестаргонский ведь уже взялся узнавать, выведывать и подготавливать почву. А может даже Тиретис не знает о планах своего безжалостного друга? Тогда почему в курсе Райан? Я мысленно взвыла и схватилась за голову, чтобы испугать Эланию, которая сразу поинтересовалась моим самочувствием. Заверив девушек, что все со мной хорошо и что мне просто надо на свежий воздух, желательно в одиночестве, воспользовалась помощью Киви. Расположившись на траве под тем же фруктовым деревцем, где совсем недавно ждал меня Мони, я начала опять ломать голову.

Когда еще парни были по раздельности, то головоломки имели хоть какие-то предположения, но сейчас… Сейчас я растерялась. Какой-то взрывной коктейль получился — Райан Фертиш и Келриас Солвер. И когда только успели поладить? А поладили ли? А может это как-то связано с тайной Райана, которую Риас так старается узнать? Я громко выпустила воздух из легких, осознавая, что тут может быть, что угодно: подкуп, взаимное сотрудничество, «а взамен», и даже не удивлюсь, если Райан решил просто помочь с местью для Кобеана. Вот только все равно не поверю, что он пойдет на подобную услугу бесплатно.

Взгляд выхватил высокую фигуру Райана, который вместе с Мони склонился над каким-то столом у дальней пристройки. А ведь с самого момента нашего знакомства, он не внушал мне доверия. Тогда правда были другие неоправданные причины, в тот день мы с Бриджем не доверяли магии юного герцога, а сегодня я легко полагаюсь на щиты. А вот в остальном… Как так получается, что он ни разу меня не предал, признался в самом страшном грехе, постоянно проявлял заботу, а полного доверия все равно нет? А Риас? Неужели он все же мне солгал? Но если в прошлый раз, я предоставила ему повод для своеобразной мести, то сейчас, как он объяснится?

Несколько часов для меня прошли в подобных мыслях, рассуждениях, которые ни к чему меня не привели. Я только злилась на окружающих, задаваясь очередным вопросом: неужели не могут быть проще, как Киви и Мони? Открытые душой люди, от которых не ждешь подвоха и не ломаешь голову над очередными загадками. Ближе к вечеру я занялась чисткой своих ножей, обратив внимание, что парни опять ушли.

Киви легко удовлетворила мое любопытство. Пока я проспала сутки, у ребят возник не очень хороший, но все же план действий. За небольшой, отведенной барьером границей нас ожидала толпа разношерстной, опасной нечисти. Повезло только в том, что обладающих даже слабым интеллектом там не наблюдалось, а еще они знатно прореживали свои ряды в склоках между собой. Но и с тем количеством, которое осталось, вступить в бой мы не можем, как и убежать далеко и быстро, чтобы жадная до плоти нечисть осталась позади.

Парни придумали простой, но достаточно действенный способ для отхода. В отведенной для барьера местности поселилось много обычной живности, которая искала защиту. Зверский способ нашего спасения уже не особо трогал мое сердце, вызывая лишь слабые отголоски жалости, которая больше походила на досаду. После того, что нам с Мони пришлось пережить и что я перенесла лично на себе, меня не смущали многочисленные жертвы зверьков.

Они уже переловили достаточное количество, чтобы устроить пиршество для врагов, тем самым открывая нам путь дальше. Только один вопрос не давал мне покоя. Чтобы организовать приличное количество приманки, нужно было не дать возможности нечисти ее заглотить сразу, а значит организовать кучу из тушек придется во дворе возле избы. Перед уходом мы деактивируем один из кристаллов, нарушая работу защитного барьера, впустим нечисть внутрь, а сами воспользуемся их слабостью к свежей крови, чтобы быстро покинуть опасную зону. И вот тут смущающий момент: будет ли наказание от академии за подобную самодеятельность? И если да, то насколько оно будет суровым?

Уже когда на улице стемнело, мы разожгли в доме толстые свечи и подготавливали сумки и вещи к пути. Я осмотрела свой костюм и пришла к неутешительным выводам. Дыра на бедре была знатной, а иголок и ниток в избе не было предусмотрено. Вместе с Киви мы облазили всевозможные комоды, полки и нашли какой-то кусок темной ткани, решив, что она сгодиться. Не щеголять же мне по лесу, отсвечивая уже зажившей раной на ноге, поэтому решила повязать сверху ткань, которая слабо выделялась на фоне черной штанины. Элания еще раз провела мой осмотр, выложила еще своей силы, чтобы в дороге я могла почти не ощущать боль и даже не ковылять.

— Я наложу еще одно заклинание, — вводила она меня в курс дела, — За ночь затянуться все ткани, но тебе придется спать под действием снотворного заклинания.

— Будет больно? — нахмурилась я.

— Нет. Будет жутко чесаться. Зато эффект ожидается знатный.

Ложились спать рано. Всякие разговоры Райан пресекал на корню, обещая очень раннее пробуждение и добавляя, что только от нас зависит, будет оно приятным или нет. Вода с усыпляющим эффектом в этот раз действовала не сразу. Я вроде хотела жутко спать, но нога не просто чесалась, мне хотелось разодрать ее, хоть ножом расковырять. Поэтому Элания дала мне добавку, но предупредила, что утро будет для меня слишком сложным.

Глава 9. Догадки и новое открытие

Это утро встречало нас мрачностью и никак не могло радовать. Мони обвинял Райана, что это он своими угрозами накликал на наши головы такую погоду. Тучи были низкими, черными, и постоянно озарялись вспышками молний. Гром не затихал не на секунду, ворча как старый недовольный дед, а периодически превращался в разъяренного Бога Аргронда, который разрывал спокойствие оглушительным, резким звуком небес.

— Надо ждать, когда пройдет ливень, — заключал Райан, — Но выдвинемся сразу, как только он затихнет.

— То есть пойдем под мелким дождем, да еще и через мокрые кустарники? Ты спятил?!

— Я согласна с Мони, — решила поддержать друга, прекрасно помня, какого это продвигаться по лесу в таких условиях, — Лучше отложить планы еще на день дальше.

— Мы не укладываемся в сроки, — произнес негромко Райан и отвернулся, опять вглядываясь в маленькое оконце.

— До следующего такого дома меньше недели пути, — проходя к двери, кинула Элания, — Можем и потерпеть неудобства.

— Но хотя бы грозу нужно переждать, — тихонько высказалась Киви, поднимаясь следом за принцессой.

Ливень ждали еще минут двадцать, после чего он все же начался и привел нас к выводу, что это не просто дождь, а какой-то потоп. Я все сильнее настаивала на том, чтобы не спешить к действиям, а все же переждать непогоду, но Райан отказывал. Его аргументы тоже имели значительный вес.

— В Нестаргоне наступает сезон дождей, и если мы будем каждый раз отсиживаться, то даже в академию к осени не вернемся.

Против такого мнения идти было сложно, а все нюансы с неудобствами становились какими-то детскими капризами. К тому же, мое утро осложнилось злоупотреблением силой Элании. А ведь принцесса предупреждала. Голова ныла, а при сильных раскатах грома и вовсе грозилась расколоться. Все утро мне хотелось пить, хотя желудок уже не мог принять воду. А вот нога несомненно радовала. Даже краснота почти сошла, а я могла продвигаться без помощи посторонних, пусть и немного прихрамывая. Боли не было, осталось только ощущение небольшой слабости, но Элания убедила меня, что и это скоро отступит.

Прошло больше часа, когда можно было покинуть дом, не боясь вымокнуть до нитки. Дождь просто накрапывал, гром уже отдалялся, а небо немного посветлело. Холодно не было, просто сыро, а под ногами хлюпала размокшая почва, вынуждая ступать с большей осторожностью, чтобы не поскользнуться. Парни уже давно работали в одной из пристроек, рекомендательно посоветовав нам не входить. Я хоть и сама не раз справлялась с добычей пропитания, но тоже не горела желанием смотреть на массовый забой ни в чем неповинных зверьков.

Позже Райан и Мони попросили нас, вовсе покинуть дом и подождать некоторое время на задней части двора. Ожидали долго, обсудили трудности женской жизни в походах, успели пожаловаться друг другу на несправедливости, а потом меня все же отправили посмотреть и узнать, как долго нам еще стоять. Мне в какой-то степени повезло, потому что парни вышли из-за угла избы навстречу, но краем глаза я успела заметить результат их деятельности, прежде чем Райан меня отвернул.

— Лучше не смотри, — дал дельный совет он.

— Да ладно, — вступил Мони, — Она уже наверняка привыкла.

— К такому нет! — возмутилась его мнению, — Мне иногда кажется, что ты считаешь меня излишне жестокой.

— А разве нет? — искренне удивился шатен.

— Мони, ты всегда меня в чем-то неоправданно обвиняешь! Например…

— Хватит! — перебил меня Райан, — Как вы вообще месяц рядом уживались? — переводил он взгляд от меня к всезнайке.

Мони пожал плечами и ушел к ожидающим девушкам, а я просто поджала губы от обиды, посчитав несправедливым, если я буду отвечать за двоих. Райан не дождавшись ответа, тяжело вздохнул, развернул меня и направил в путь. Возле постамента с кристаллом мне стало страшно, по спине пробежал холодок, вынуждая напрячься и немного сжаться. За голубоватой границей с нетерпением бродили твари. Отбивали промокшими хвостами свои бока, брызгая влагой, псы, а с дерева сорвались абислины, приближаясь к нам и с важностью нахохлившись.

— Когда-то их называли вивернами, — негромко восхищался Мони, — В то время они размерами были побольше. Мы бы с такими не справились.

Я осматривала лес дальше, пока Райан отковыривал защитную панель, добираясь до нутра механизма. Много разгрызенных частей, объедков, где-то с опаской выглядывала мелкая нечисть, борясь с алчностью и в страхе пряталась, когда на их движение реагировали более крупные и опасные хищники.

— Их так много, — сделала вывод Киви.

— Ты еще барьер по периметру не обходила, — решил успокоить нас Райан, — В этой части абислины конкурентов распугали. Ори, нужна твоя помощь.

Я моментально подошла, опустилась рядом на корточки, заглядывая в механизм. В целом особой сложностью он не обладал, все также вырабатывая магию за счет постоянного вращения.

— Как думаешь, если заклинить, ничего не взорвется?

— Уверена, что нет. Это же защитная магия, — решила пояснить, пользуясь моментом выглядеть умнее Райана, — Если бы стихийная или темная, тогда обязательно стоило бы ждать подвоха, а так она просто разрушится.

— Даже если заключена в такую емкую сеть механизмов? — задает вопрос, не скрывая улыбки.

— Ты спрашиваешь об этом, только чтобы мое самолюбие потешить? Это несправедливо, Райан! А я уже подумала…

— Мне не приносит удовольствия, когда ты расстроена или злишься.

— Зато нравится, когда волнуюсь! Не находишь, что это противоречие какое-то?

Он уже почти заклинил механизм, но остановился, чтобы немного приблизиться и шепотом сообщить:

— Когда ты волнуешься, то выглядишь притягательной, пробуждаешь хищную натуру, Ори. С тобой хочется поиграть, — делает короткую паузу, чтобы возмутить меня еще больше, — А вот когда ты злишься и обижаешься, то выглядишь нелепо, — завершил уже просто и непринужденно.

Я наблюдала за его уверенными действиями с кристаллом, стараясь усвоить полученную не в первый раз информацию, переварить ее и вынести пользу, но резкое движение за границей заставило дернуться и отскочить.

Больше книг на сайте — Knigolub.net

Совсем рядом псы накинулись на неосторожную мелкую нечисть, привлекая внимание остальных. Визг оглушал поляну недолго, чтобы перейти в ворчливое рычание, чавканье и изредка разрезать тишину резкими рыками.

— Сейчас отключу, встаньте ближе.

Нас накрыло отдельным защитным барьером, прежде чем граница с мелодичным звоном исчезла. Это был белый флаг для ожидающих хищников, которые сначала кинулись к нам, но принюхались, осознали, что где-то совсем рядом есть что-то более кровавое, доступное. Мы пропустили крупную нечисть мимо, услышали новые звуки дележки богатой трапезы на лицевой стороне двора, и только тогда Райан накинул на каждого из нас отдельные, более слабые щиты. Мелкая нечисть пыталась делать нападки, порываясь в нашу сторону, но не могла совладать с желанием оказаться ближе к крови, а не бороться и тратить время на тех, кто может быть опасен.

Мы продвигались быстро, несмотря на все неудобства. Зачарование Линди уже подходило к своему концу. Одежда быстро впитывала влагу, нехотя просыхала, а грязь вместо того, чтобы скатываться, просачивалась и въедалась. Радость дарили устойчивые своим материалом и пошивом сапоги, которые несмотря на все трудные условия не пропускали воду. Вскоре тучи рассеялись и мы наполнились энтузиазмом. Но пройдя не так уж и много, вышли на обширную территорию, недавно страдающую от пожара, и успели расстроиться, переходя в очень неприятное ожидание.

— Больше не могу, — жаловалась Элания, но светлый капюшон не снимала, — Уж лучше бы дождь!

— Я вот с тобой не согласен, — заверял ее Мони, которого трудности от солнцепека не сильно смущали.

Вскоре у них с принцессой завязался разговор, к которому присоединилась и Киви. Я порадовалась и не стала тратить драгоценную возможность поговорить с Райаном, исключая лишние уши. Наш капитан возглавлял путь, удалившись на приемлемое расстояние. Пока я его старалась невзначай, непринужденно нагнать, чтобы не вызвать подозрений у остальных, размышляла на тему, что у меня есть солидные оправдания. Хоть мы и договаривались, что будем доверять друг другу, ничего не утаивая, но на практике выходило все совсем иначе. Элания будущая королева Террийска, Мони и Киви займут после практики хорошую должность при своей будущей королеве, даже несмотря на свое происхождение. А вот мы с Райаном находимся по другую сторону. Он уже готовится занять место личного секретаря Нестаргонского младшего, еще до того, как тот станет королем, а я стану женой того, кто без сомнения будет использовать любую выгоду для своего друга.

Я нагнала Райана, продолжила молча идти рядом, он окинул меня заинтересованным взглядом, но тоже промолчал. И как узнать у него интересующую информацию, чтобы он наверняка ответил на все вопросы? Может просто прямо спросить, как в свое время выпросила себе дополнительные баллы на экзамене у Эмилии?

— Райан, что вы с Риасом задумали?

— С чего ты взяла, что я как-то к этому причастен? — он даже не посмотрел на меня.

Невозмутимый, уверенный в себе и в том, что я даже не близка вопросом к истине. Ему было скучно и он всем своим видом это демонстрировал. Я скрипнула зубами, но быстро взяла себя в руки, уже размышляя над новым вопросом. Совсем растерялась и даже сбилась с шагу, когда поняла, что этих вопросов совсем не осталось. Он просто разрушил все выстроенные мною теории одним предложением.

— Какую игру ты ведешь? — вырвалось у меня прежде, чем я даже сообразила, что задаю, но тем самым была приятна удивлена.

Райан окинул меня насмешливым взором карих глаз, в глубине которых плясали нехорошие огоньки.

— Порадуй меня, Ориса. Я хочу узнать, до чего ты дойдешь без подсказок.

— Ты только что дал мне ее, — озвучила, переступая обугленные ветки, — Исходя из твоего высказывания, ты ищешь убеждения, Райан, в том, что тебя не раскусят другие. А значит, ты ведешь куда более крупную и опасную игру, — поджала губы и нахмурилась.

Мне весьма не нравился такой поворот. Более того, все это меня путало, злило и пугало. Что мог затеять Райан?

— Продолжай, — с игривыми нотками просил он.

Я не спешила с ответом, стараясь отстранится от окружающего, разбить все надуманное до этого и построить что-то новое на пустыре. Если он затеял крупную игру, то как мне догадаться о ее сути? С какой стороны подойти? Пальцы против воли пытались нащупать карандаш, которого не было, поэтому я сжала кулаки. Начнем заново.

Что он затеял? Неизвестно.

Какое оно? Неизвестное должно обладать опасным характером, иначе не было бы смысла утаивать о своих планах. Он желает убедиться, что его не сможет никто раскусить. Так ли уж никто? Он опасается парочку, ведь Риас и Тиретис в свое время смогли разгадать одну из игр Фертиша. Или… Я бросила опасливый взгляд на Райана, который продолжал идти вперед, не проявляя никаких признаков интереса.

Когда он мог это неизвестное затеять? Я не могу даже предположить. Отметаю этот вопрос, который только путает, не давая никакой конкретики. Тогда какой вопрос будет верным? Прокрутив еще множество мне удалось зацепиться за верную мысль: какие мотивы у Райана?

Он не тот, кто будет тратить свое время на глупости. Его мотивы должны быть весомыми, иначе грош цена должности секретаря с последующими целями. А ведь он не отказывается от престижного будущего, стараясь и выкладываясь ради него. Или должность поможет ему для достижения желаемого, или планирует все оставить в тайне, даже когда окончит игру. А может и то и другое… Я потянулась закусить ноготь большого пальца, но вовремя опомнилась, убирая дальше от лица пыльную перчатку.

— Ты радуешь меня, Ориса, — заключил довольно Райан.

— Я еще не сдалась! — не смогла сдержать шипение.

Прислушалась и поняла, что разговоры друзей уже затихли и они ускорились, чтобы догнать нас. От досады закусила губу, понимая, что мы уже прошли приличное расстояние, солнце взяло старт к спуску, а я растеряла мысли и утратила какую-то важную ниточку в размышлениях.

— Когда делаем привал? — поинтересовался Мони.

— Только к вечеру. Мы слишком поздно вышли, чтобы делать непозволительные передышки, — был непоколебим в своей суровости Райан.

— Не зря ты у Хасира в любимчиках! — высказала раздраженно, вызывая у всех смех.

Райан смеялся звонко, не отрицая и не опровергая мое замечание. Он вообще словно расслабился и уверился в своей безопасности. Значит убедился, что если я не догадалась даже с его подачки, то не узнает никто другой. Не узнает парочка… Не грозит ли Риасу опасность от рук Райана? Переживание нахлынуло ледяным потоком, подбивая добраться до истины. Узнать эту тайну как можно скорее.

Пару монотонно сменяющихся дней, нам не попадалось ни одной нечисти на пути, а на третий день вышли к опаленному трупу гуля. Его будто изнутри выжгли, пропекли так, что он разлегся изваянием, неестественно выгнувшись.

— Я знакома только с одним огневиком, который способен на подобное, — озвучила Элания, потом гордо хмыкнула и продолжила путь.

— Зара говорила, что наши маршруты пересекаются ближе к середине июля. Но ты ведь и так это знал. Да, Райан? — спросила я, не сумев сдержать раздражение.

— Да что с вами опять не так?! — взъелась Киви, — Вы опять что-то знаете, чего не знают остальные?

— У Орисы просто плохое настроение, — с нажимом ответил Райан.

Я повернулась, цепляя виноватую маску на лицо, подарила Киви улыбку и пожала плечами.

— Я просто ждала, что мне предстоит встреча с Кобеаном. Вам ли не знать, как я к нему с недавних пор отношусь? — выкрутилась и сдержалась, чтобы не скосить глаза на Фертиша.

Друзей этот вариант устроил, а вот невозмутимость Райана, кажется, готова была лопнуть, как мыльный пузырь, но он старался сдерживаться. Я же накручивала себя все больше, раззадоривая пламя ненависти ко всему окружению. Я не хотела злиться на Райана, потому что не видела логики, смысла. Он ведь близкий друг, тот кто столько раз защищал меня, готов был приходить на выручку, и мое нынешнее поведение к нему раздражало собственное самолюбие. Но, когда я раз за разом приходила к выводу, что Райан плетет интригу вокруг Риаса, то вся благодарность к нему улетучивалась, пробуждая странные порывы, в которых я боялась признаться даже самой себе. Если выбор встанет между Фертишем и Солвером, я ни на секунду не сомневаясь выберу второго. Я не смогу убить Райана или уничтожить, но я выдам его с потрохами. Но с таким осознанием рождались новые сомнения в правильности моих порывов. Заслуживает ли доверия Риас? Ведь он тоже ведет свои игры в тайне от меня. Я блуждала по кругу на заполненном невидимыми нитями пустыре, растрачивая спокойствие и распыляя сильнее уже бушующее пламя агрессии! Уверена, что любой на моем месте взвыл бы от злости и осознания, что проще в очередной раз сбежать, снова предав всех и сразу!

На дальнейшую дорогу ушло гораздо меньше времени, потому что вместо опасности и нечисти мы натыкались на все новые и новые обугленные трупы. Всю работу Дарголийский уже выполнил за нас, оставляя нам безопасный путь. Я не восхищалась его способностями к магии, не замечала разницы между дождем или солнцем, просто выпала из реальности, избегая общения с Райаном. Ребята старались меня подбодрить, утешить и пообещать, что Кобеан мне ничем не навредит. В такие моменты я ловила недобрый взгляд от Райана, терпение которого было уже совсем на грани.

К обеду очередного нервного для меня дня, где я уже потеряла всякую надежду, что справлюсь с загадками Райана, мы вышли к защитному барьеру. Пересекала его опять под просьбами друзей не беспокоиться о Дарголийском. Я лишь печально улыбнулась им, встретившись с не менее печальными, задумчивыми, карими глазами. Я не опасалась встречи с принцем. Кобеан был несдержанным, вспыльчивым, но эти черты менее опасны, чем те, которыми обладает Райан.

За низким частоколом расположился уютный дворик с одинокой яблоней. Возле уютной с виду избушки стоял столик с лавками, за которым восседала пятерка учащихся. Когда мы подошли ближе, смех и разговоры моментально стихли, возникло новое напряжение. Кобеан смотрел только на меня, игнорируя напрочь остальных, а я смотрела в его синие глаза, но не могла сосредоточиться на окружении. Сейчас я была настолько измотана мучавшими меня вопросами, что было все равно с кем встречусь, хоть снова с демоницей.

— Ты точно переживаешь из-за него? — услышала негромкий вопрос Элании.

Райан тяжело вздохнул, пройдя вперед и встав так, что я взглядом уперлась в его спину.

— Не скажу, что мы сильно устали, — начал он приветствие, разбрасываясь нетерпением и раздражением в тоне, — Но надеюсь, никто никого притеснять не будет. Мы не задержимся тут надолго.

Кобеана я не видела, но направленные взгляды Асель и Эвана в сторону своего лидера говорили, что все ожидают его решения. Он же отчего-то не спешил произносить хотя бы короткое слово приветствия, зато эта его медлительность помогла мне вырваться из размышлений, немного задвинуть их на задний фон.

— Конечно, — соизволил дать нам свое согласие огненный принц, — Даже если надолго.

Райан будто только этого и ждал, резко развернулся к нам, посмотрел на меня, а потом нехотя отвел взгляд, обращаясь к Мони:

— Останешься с Эланией и Киви, поможешь разложить им вещи. Одних их не оставляй.

— А вы секретничать значит?! — довольно громко возмутился Мони, — Да что с вами двумя не так?!

— Тише, — осадила его Элания, — Не привлекай внимание других. А вы?! — негромко прошипела нам, — Очень надеюсь, что эти секреты мы не знаем только потому, что нас разделят интересы разных стран!

— Если ты боишься, что я способен тебя подставить, то ты меня снова разочаровываешь, — невозмутимо высказался принцессе Райан, — Не накручивайте того, чего нет, — тут он одарил уже взглядом и меня, — Мы разделяемся так, только потому что я не хочу вас оставлять без страховки. А так как нападки Кобеана если и будут, то на Орису, лучше уделить защитную магию ей. Сейчас мы уйдем расставлять силки, а вы разложите вещи, — спокойно завершил он.

Развернулся, прошел к дверям избушки, сопровожденный вниманием девяти личностей, скинул свой рюкзак под двери и вернулся за мной. Молча забрал у Мони веревки, внешне выглядел так, будто мы что-то действительно вообразили и сами теперь виноваты. Я даже фыркнула от такой его игры, и именно это послужило для него срывом. Он закрыл глаза, сжал кулаки, а потом так резко ко мне приблизился, склоняясь, что поселил небольшой хаос среди окружающих наблюдателей. Элания уронила свою сумку, Киви дернулась, но остановилась, Кобеан быстро поднялся из-за стола. Это то, что я успела отметить краем глаза, пока моим вниманием не завладели карие, сузившиеся глаза Райана.

— Не знаю к чему ты пришла, Ори, — выдыхал он мне в лицо, — Но все мне расскажешь. И знаешь, мне всегда казалось, что нас с тобой с первой встречи связывает нечто большее. Мы должны быть на одной стороне до последнего.

Он всунул мне в руки веревки, а сам подошел к Киви, требуя ее топорик. Под вопросительными, заинтересованными взглядами мы покидали двор. Я по обыкновению смотрела на прямую спину Райана и его уверенную походку. Сейчас мне приходилось морально готовиться к новым поворотам. Или он мне расскажет всю правду, или подкинет новые тайны и загадки.

Далеко не отдалялись, прекрасно помня, что на территории защитной границы свое жилище строят мелкие, лишенные агрессии зверьки. Райан быстро добыл необходимых для ловушки рогатин, колышков и полено, остальное предоставляя мне.

— Не молчи, — попросил он, не отходя от меня далеко, — Должен же я знать, в чем ты меня обвиняешь.

— Я запуталась, Райан, — произнесла, стараясь успокоиться.

— Начни по порядку, Ори. Я выслушаю все твои претензии и знаешь, возможно, открою тебе всю правду.

— С чего вдруг такая щедрость?! — проснулась во мне язва, — Ах да! Ты же обязательно что-то попросишь взамен! — поднялась я в полный рост, чтобы видеть его лицо.

Он сузил глаза, сжал кулаки и долго всматривался, пытаясь прочесть меня. А я не стала прятать эмоции: обида, недоверие, боль, усталость. Это был калейдоскоп ощущений, от которых я бежала из Астарии, которые хотела забыть, но Райан заставил вспомнить. Он снова быстро приблизился, уже в привычном жесте, поэтому я не сдвинулась с места и даже не испугалась. Зря…

Поцелуй не был напористым, но пробудил жар. От неожиданности я приоткрыла рот, вдыхая, чем Райан бессовестно воспользовался. Несколько секунд такой наглости прошибли мелкой дрожью, вызвали оправданные эмоции, но я быстро собралась, чтобы оттолкнуть его. Совсем вырваться не получилось, он прижал меня к себе, утыкая в свою грудь и ожидая, когда я успокоюсь. Когда мне все же удалось выпутаться из объятий, то я сощурилась и посмотрела на него, пытаясь осознать, что это был за ход, но поняла, что этим же сейчас занят и Райан. Пытается прочитать меня, вглядываясь в мои глаза. Сделав какие-то выводы, парень прошелся к ближайшему дереву, усаживаясь под ним и заговорил.

— Значит твои чувства к нему зашли настолько далеко. Я немного просчитался, — негромко проговаривал, но особой досады слышно не было.

Постаралась остудить свои эмоции, чтобы понимать, о чем он толкует. Подошла к нему и села рядом так, чтобы мы не видели друг друга, плечом к плечу.

— Ты просчитался в том, что я буду любить Риаса, — негромко зацепилась за высказывание, начиная рассуждать вслух, — Значит, твоя игра длится намного раньше, чем я могла предположить. С какого момента Райан? Хотя нет. Сначала поясни мне, что ты тут устроил, чтобы я могла убедиться в своих выводах.

— Ты о поцелуе?

— Да.

— Начну с того, что мне действительно было интересно, каков твой поцелуй, когда ты трезвая. Увы, но мне не понравилось. Может не хватило взаимности. А это уже то, чем я закончу. Ты способна на предательство в стрессовых ситуациях и под давлением, но Риас крепко засел в твоем сердце. Даже под страстным порывом, которые ты обожаешь, не сдалась и не растаяла.

— А может я тебя оттолкнула по другим причинам? — не хотелось мне быть предсказуемой.

— Поверь мне, Ориса. Когда ты млела под взглядами Дарголийского, мне ничего не стоило всего за пару часов перевести все твое внимание на себя, — словила я хитрый взгляд Райана.

— Охотно верю, — решила, что не это сейчас важно, подобралась и попросила, — А теперь расскажи о том, что все же происходит.

— Думаю, что тебе после такого понадобится много времени, чтобы верить мне снова. А еще эта правда не для всех, но я уверен, что ты сможешь меня понять, — вынуждал меня снова сжимать кулаки, в ожидании чего-то неприятного, — Но, я рискну в очередной раз довериться той, кто не раз предавал. Очень надеюсь, что как бы не сложилась наша с тобой судьба, Ориса, мы с тобой всегда будем по одну сторону и никогда не станем врагами, — произнес он, вглядываясь куда-то вдаль.

Глава 10. Родственные души

— Я тогда растерялся. Две близняшки, которым только исполнилось девять лет, — проговаривал негромко Райан, сжимая кулаки, — Они скорее всего не спали так поздно, наверняка, как обычно читали сказки. Вся комната была в крови, будто пытались спрятаться даже после ранений.

Все раздражение схлынуло, оставляя неприятный осадок усталости и легкой печали. Я прикрыла глаза, стараясь отогнать воображение, но так стало только хуже. Белые простыни в крови, освещенные желтым мерцанием свечей и фонарей, тонкая, белая рука безжизненно опрокинута, расслабленная ладонь.

— Я не могу избавиться от этой картины. Так часто снится мне все, что я видел той ночью. Сложно описать все эмоции, которые я тогда ощутил. Какое-то время я просто не мог поверить, быть может, поэтому оглушал девушку спланированно и сообразил, как действовать. Только, когда после долгих разбирательств… Я не смог вернуться обратно в дом. Сколько времени я жил опустошенным? Бесцельно. Ничего не хотел, ни к чему не стремился. Уже тогда я сделал вывод, что не хочу семью в будущем. Никогда больше не смогу терять родных. Ты ведь тоже потеряла родителей, — он повернулся ко мне. Хмурые брови, напряженное лицо, но в глазах сожаление, тоска, печаль.

— Я не помню даже их лиц, — отвела свой взгляд, не найдя силы разделить с ним его утрату.

Он задумался, замолчал, а я дернулась, вспоминая смерть Риаса. Если бы он не остался жив, как бы я действовала? Мечтала бы я о мести? Определенно.

— Но, я понимаю тебя, — разорвала тишину уверенным голосом, — Поэтому ты решил добраться до Феруа? Но почему сразу не сказал мне? И ты только и делаешь, как пытаешься оправдаться, а я все еще не услышала от тебя, что ты уже успел натворить и чего ждать?

Райан опять ушел куда-то в свои мысли, не спеша отвечать. Солнце постепенно клонилось к горизонту, ветер легкими порывами перебирал волосы и щекотал неприкрытую одеждой кожу. Весь этот подробный рассказ я не осмелилась перебивать. Не нашла в себе силы, растеряв непоколебимость, не сдержав сострадание и жалость.

Так живо он описывал свой огромный, старый особняк, окруженный разнообразными деревьями. Герцог Арниэл — отец Райана лично следил и ухаживал за садом, отдыхая таким образом от своих ежедневных обязанностей. Маленькие сестры Сия и Мия, темноволосые близняшки любили доставить хлопот своему братцу, норовя залезть на раскидистые ветки повыше. Они звали его каждый раз, когда не могли спуститься самостоятельно и остерегались, что мама снова будет ругать их. Как же! Вместо леди они походили на маленьких разбойниц, которые бросали вызов всем, а в особенности, часто сменяющимся гувернанткам. «Они выросли бы самыми красивыми и задорными девушками, Ори», — звучала в моей голове фраза, сказанная Райаном. По его рассказу, весь дом был заполнен любовью, взаимопониманием, семейным уютом и теплом. «Мия любила, когда ее кружили. Я крепко обхватывал талию сестры, поднимая совсем невесомого ребенка, тогда она раскидывала руки и ее звонкий смех разносился по двору. А Сия наоборот, являлась задумчивой тихоней. Она так любила читать не по годам умные книги, но обязательно где-нибудь на высокой ветке дерева в отдалении от дома», — с грустной улыбкой вспоминал Райан.

Я всхлипнула, отгоняя непрошенное повествование друга из памяти, но слезы уже стекали по щекам. Постаралась сосредоточиться на белой бабочке, которая порхала над маленьким, фиолетовым цветком, но образ маленьких девочек так похожих на Райана вставал яркой картинкой. Невыносимым заключалось то, как эту дивную и наполненную красотой картинку, сменяла другая. Мертвые лица, бледные губы, закрытые глаза, окровавленная грудь девочек, чьи улыбки больше не расцветут, их смех не заполнит заброшенный, старый особняк, окруженный заботливо выращенными деревьями. Маленькие сестры больше не смогут порадовать пением любящих родителей и старшего брата, выпрашивая таким образом сладости. Никакая гувернантка больше не ступит на порог уютного дома.

— Я постараюсь добиться твоего прощения как-то особенно, Ориса, — наконец заговорил Райан, — Я не должен был настолько далеко заходить. Если у вас с Риасом сложится неприятная совместная жизнь, то я буду чувствовать вину за это, — он не смотрел на меня, стараясь говорить громко и уверено, но голос его часто менял интонацию.

— Говори уже, — не сдержалась, громко выдыхая, — Только больше не рассказывай о своем прошлом, прошу тебя, — вытирала я срывающиеся против моей воли слезы.

— Все получалось как-то само собой, — переплел свои пальцы Райан, — То первое давление на Риаса, когда я просил у него копии. Тогда мне удалось затронуть его похотливую мужскую натуру, она ведь есть у всех парней, просто спрятана у каждого по-своему. Тогда я сделал выводы, что на подобном можно играть дальше, а позже я замечал, как Риас узнает о тебе. Ты не замечаешь внимание к себе, которое исходит от окружающих, Ори, — проскользнули нотки недовольства и осуждения, — Нельзя недооценивать подобное. Люди обсуждают, интересуются, узнают. От кого бы ты не стремилась сбежать, но оградиться от общества, в котором мы живем все равно не выйдет, поэтому его нельзя игнорировать. Риас выпытывал о тебе у всех, кто не видел резона, рассказать тебе о его интересе, а ты просто не обращала внимание на нового поклонника. Ты их вообще не видишь, пока кто-то вроде Кобеана не наберется смелости.

Я сжала кулаки, хотела поторопить Райана, но избавилась от этого вредного желания. Даже в его поучениях и нотациях может быть важная информация. Он в очередной раз прав, осуждая мою нетерпеливость и невнимательность. Я даже предположить не могла, что в опять стала игрушкой в чьих-то руках. И если бы не случайности и обстоятельства, то скорее всего ничего и не узнала бы.

— Когда я узнал, кто стоит за всеми мятежами, то откинул все сомнения. Я решил сыграть по крупному и рискнуть, поставив на кон все. Постепенно мне удавалось подливать страсть и желание в интересы Риаса, маленькими подробностями о тебе. Где-то за меня делали все слухи, исходившие от любопытных, но я старался создать для Риаса образ той самой единственной.

— Но он и так с первой встречи назвал меня идеальной, — не удержалась от замечания, тем самым желая успокоиться, что Риас любит меня не только, потому что Райан вмешался.

— Помнишь, как он желал свидания с тобой, Ори? — повернул лицо ко мне Райан, пытаясь понять помню или нет.

При первой встрече он требовал от Тира компенсации подобного рода за устроенный нами переполох. А потом это занятие с боем между командами… Он ведь обращался тогда к Октавию на «вы», а потом легко говорил с ним на «ты». Боялся, что узнаю об их родстве и помощи Октавия своему племяннику? Неужели вся тренировка была только ради свидания? Тогда почему его отложили так надолго?

— Помнишь, — сделал заключение Райан, опять отворачиваясь, — Уверен, что тогда Риас преследовал не самые романтические цели, может только чуть-чуть. Бывает такое, что от внешности даже самой обычной девушки, сносит крышу, а ты все же притягательна. Тут на Восточном нравы куда проще, чем у нас, поэтому ты сама подстегивала Риаса своими отказами. Я даже не удивлюсь, что в тот момент, когда он впервые признался, что влюбился, то не соврал. На вид милая, а внутри скрываешь характер демоницы, не ему ли желать подобную?

— Они куда хуже, — заверила я, замечая, что злость отчего-то схлынула, как переживания и вообще негативные эмоции, обращенные к другу.

Райан словно почувствовал эту перемену во мне, поэтому повернулся уже с улыбкой, избавляясь от морщин, которые ему не идут. Воспоминания о прожитом отрывке своей жизни, когда в ней появился Райан, отзывались в душе без печали. Если бы не этот парень, то неизвестно, как сложилась бы моя жизнь. И совсем неважно, что он занимался сводничеством меня и надоедливого, сумасшедшего блондина. Я неосознанно потянулась к шраму на лице друга, который тоже нес свою частичку нашей общей истории. Я никогда не смогу отвернуться от Райана, никогда не оставлю его одного с проблемами и бедами, мы будем справляться со всем вместе. Райан ухватил мою ладонь, когда я уже относила ее, улыбнулся и закрыл глаза, прижимая ее к своей прохладной от вечернего ветерка щеке.

— Если нас кто-то увидит, то решит, что мы изменщики и любовники, — нашла силы, чтобы нарушить внезапную гармонию.

— Разве тебе не все равно? Они даже не представляют, сколько нас с тобой связывает вместе. Я уже давно лишился семьи, а потом обрел тебя. Как вышло, что я увидел в тебе, те черты, которыми обладали мои сестры? Не знаю. А еще ты не позволяешь забыть Энджи, вынуждая мечтать о том дне, когда я уничтожу Феруа. Я рад бы, избавиться от этой иррациональной к тебе привязанности, чтобы все было проще, как с Киви, например. Только поздно уже, да и так я могу хотя бы чему-то радоваться в своей жизни.

— Ты сейчас породнил нас? — не сдержалась от смешка.

— Думаю, что не готов приобрести еще одну сестру, Ори, — отпустил мою руку Райан, тоска мельком прозвучала в его тоне, — Но, я признаюсь, если тебе будет грозить опасность, то пойду по головам хоть всех наследников и королей, — уже веселее заключил парень, — Друзья и никаких обид?

— А ты признался во всем? — изогнула бровь, абсолютно не соглашаясь с предложением, — Я научена, что сначала нужно узнать все до мелочи, а только потом говорить: «Да». Особенно таким тееемным личностям, как ты, — подражая Риасу, прищурила глаза.

Звонкий смех залил поляну, Райан сделал верные выводы, что я уже расслабилась и все простила ему. Если бы он скрывал, что-то такое, что могло бы разрушить сейчас мое настроение, то не стал бы шутить. Хотя кто знает, может это очередной подкуп?

— На чем я остановился? — задал вопрос, когда отсмеялся.

— Ты ж и так помнишь, — буркнула, осознавая, что спрашивает он, дабы убедиться, в моей внимательности, — На том, что его зацепили мои издевательства и он влюбился.

— Верно. А дальше я накалял его желания, старался сломить выдержку. Мне нужно было, чтобы он готов был прожить с тобой всю свою жизнь и свернуть горы ради тебя.

— Почему он, а не Нестаргонский? Тебе ведь самому Пауку мстить, а не какому-то мальчишке. Все потому, что Тиретис влюблен в Лиетту?

— Нет, — покачал он головой, — Я даже понятия не имею, влюблен он в принцессу или нет. Просто пробить его хладнокровие… Мы бы с тобой увязли на долгие годы, а тут несдержанный Риас, который уже был на крючке. К тому же, все из королевских, кто хоть раз интересовался Тиретисом, знают о его друге, и на что он готов ради него. Кстати, тут тоже есть сложность для тебя, о том, что Риас очень хорошо известен, но это терпит. Этот пункт твоей жизни мы с тобой еще успеем обсудить, — заинтересовал меня Райан, но я решила задать другой вопрос, не отклоняясь от темы.

— А что насчет того, что Риас узнал о моем имени? Неужели, ты такой гениальный, и просчитался в данном вопросе?

— Нет, — лукавая улыбка дополнила зародившиеся веселые искорки в его глазах, — Я просчитался позже и всего дважды. Но, если ты сейчас про беседу на крыше бассейна, то все шло верно. Он должен был увидеть в тебе загадку и тайну, возмутиться, что ты способна на интриги и обман. Не бывает красивой, страстной любви, когда все плавно и ожидаемо. Я рисковал, но ты не подвела, быстро сообразила, вспомнив свою прошлую легенду. Хотя внезапности были: ваша пьянка и слишком хорошая игра от тебя. Истерики и слезы, Ори. Я их терпеть не могу, — передернул парень плечами.

— А просчеты? Это тот момент, когда Элания прибегала к нам жаловаться на тебя, да? — вспоминала я очень неприятные события из прошлого, стараясь отогнать образ того Риаса.

— Да. Я ожидал, что у Риаса может быть неадекватная реакция, если вдруг он узнает настоящую правду. И этот слух, что они с Тиретисом пострадали, а потом он пропадает. Никак не мог совместить, чтобы сильно влюбленный Риас исчез из твоей жизни, не давая никакой весточки.

— Ты уже тогда догадался, что он раскусил меня? — нахмурилась.

— Да. И это пугало, потому что я никак не мог понять, сложить и совместить. Все не сходилось. Я смотрел на тебя, наблюдал за тобой, а ты вела себя не так, как если бы могла себя хоть чем-то выдать. Ты была уверена, что он ничего не знает, а значит, не могла проболтаться. Свои ошибки ты подмечаешь сразу.

— А потом все сошлось, — не смогла удержать грусть.

— Да. Мой план провалился, потому что я не взял в расчет власть и могущество этих двоих.

— А потом ты все возобновил…

— Я не могу остановиться, Ори, — сжал он кулаки, — Ты в очередной раз подсунула мне шанс, когда приблизила меня к Нестаргонскому. Даже не представляешь, насколько я тебе благодарен. Это их судебное разбирательство оказалось сущим пустяком, я просто не смог устоять.

— Покрасовался перед Нестаргонским, впечатлил Риаса и в один момент взлетел с низов в верха, — вспомнила я то утро, — И что теперь нас ждет, Райан?

— Пока не знаю, но Тиретис подскажет, — вызвал своим высказыванием у меня новый вопрос.

— Ты ему расскажешь? — удивилась я.

— Нет, конечно. И очень надеюсь, что ты тоже будешь молчать, — я закусила губу, вспоминая свое обещание, которое в сердцах дала Риасу, — Я понаблюдаю за его действиями в Дарголии и попробую почерпнуть полезное, чтобы развязать подобное в обители Паука.

— Но Нестаргон и Астарию разделяет океан, а ты все равно… Как ты себе это представляешь? — не могла понять, — Нириан Грей?

— Нет! — даже возмутился Райан, что было для него нехарактерно — Нириан вызывает у меня уважение, а где-то даже зависть. Он освободился от этой тяги к красивой жизни, чего не могут сделать многие. А как я лишу жизни Паука, я пока не придумал. Рано.

— А Элания? Ты…

— Я люблю ее, — уверенно произнес парень, — Но даже лучше, что мы не будем вместе. Я уже говорил, что не хочу семью. Пусть обретет счастье с другим, с тем, кто сможет дать ей безопасное будущее, насколько это возможно для королевы. Ей нужны наследники, — его щека дернулась, — Мое желание мести не даст мне спокойной жизни. Даже если бы у меня была возможность связать свою жизнь с ней, то нашел бы способ отправить ее дальше от себя.

— Почему ты все же решил сознаться мне?

— Сначала не планировал, я вообще стараюсь никому не доверять, но тут не сдержался. Ты эти дни ходила сама не своя, смотрела на меня волком, и я осознал, что ты давно для меня больше, чем друг. Что я нашел к кому пристроить свою заботу, которая осталась непригодной после смерти сестер, — он замолчал, посмотрел на меня, нахмурившись, — Я знаю, что мы сделаем, чтобы ты смогла мне доверять, пусть это и будет моей глупостью.

— Звучит как-то с вызовом, — поежилась я от воображаемых перспектив.

Райан улыбнулся, слегка вздергивая бровь со шрамом.

— Что ты задумал?

— Ничего, что могло бы тебе не понравиться, — поспешил успокоить меня друг, — Узнаем у Мони какую-нибудь клятву, он же знаток. Дадим друг другу зарок, что никогда не будем обманывать.

— Клятву на верность? — нахмурилась, закусывая губу.

— Это будет моим способом, выбить твое прощение, — уже с невозмутимым видом заключил хитрец.

— Но так не честно! Я же тоже принесу тебе обратную клятву! — возмутилась я.

— Хочешь сказать, что моя бескорыстная откровенность ровня твоей?

Я возмутилась, но уже без слов, эмоционально, проглотив все аргументы. Мои мысли этот парень раскусит и сам, а вот я его… Вздернула подбородок, поджала губы, но решила, что совет не помешает, поэтому быстро пошла на поклон.

— Есть проблема, — заинтересовала Райана, — Никогда не думала, что сказанные в эмоциональном порыве слова, для меня будут хуже всякой клятвы, — проговорила, вглядываясь уже в темнеющую местность.

— И что же произошло между тобой и Риасом? — как всегда догадался Райан.

— Ничего такого. Просто я пообещала, что буду говорить ему правду.

— А он? — насмешливо спросил Райан.

— Кстати, о чем он мне лжет? — мгновенно вспомнила о важном вопросе.

— Давай мы не будем портить этот вечер до конца. Но поверь, там нет ничего серьезного, ради чего тебе стоит переживать. Нам пора возвращаться, — подал мне руку Райан, уже поднявшись на ноги, — А мы еще силки не доделали.

— А еще оправдываться перед ребятами…

— И выбить нам уютное местечко для сна. Мы ведь даже не заглянули внутрь дома, не оценили его удобства, — поддержал меня Фертиш.

Справлялась с силками уже под светом защитной магии, также в темноте возвращались к избе. Небо облачилось в завораживающий, ночной наряд, а ветер разогнал даже малейшие облака, чтобы не прятать эту красоту. Единственным препятствием, которое мешало мне, являлись деревья с богатой кроной, но они не росли близко к дому, поэтому возле частокола я остановилась. Райан тоже притормозил, в ожидании, когда я продолжу шаг.

Редко мне удавалось любоваться звездами. Не просто видеть их, а наслаждаться их холодным мерцанием. Какая-то сияла еле заметным лиловым или красноватым отблеском, но большая часть дарила голубой отсвет. Не такой желанный и яркий, но все равно красивый.

— Интересно, где он сейчас? Все ли с ним хорошо?

Райан хмыкнул, подошел ближе, тоже устремляя свой взор на небо, а потом негромко заговорил:

— Середина июля, скорее всего его допустили в Мертвый лес. Зная этот неспокойный характер, Ори, можно смело предполагать, что он прямо сейчас издевается над какой-нибудь нечистью, представляя, что ее сородичи могли тебя обидеть.

Я не удержалась, чтобы не прыснуть, улыбка растянулась на моем лице. И пусть он полюбил меня, не без подначек Райана, но все остальное мы достигли вместе. Когда мы оставались наедине, никто не управлял нами. Такие как есть, до безумия любящие, готовые идти на уступки друг перед другом, готовые жертвовать окружающими только ради того, чтобы быть вместе. Только я и Солвер. Мой сумасшедший мальчишка, мой не первый, но последний мужчина. Потому что я так решила, потому что хочу и могу.

— Мы выделили вам отдельную комнату в дальней части дома. Вы еще не ужинали, а мне бы не хотелось, чтобы кто-то шастал через комнату ночью, когда команда уже будет спать, — разрезал тишину уверенный голос огненного принца, разрушая всю прелесть момента.

Глава 11. Доброжелательность соседей

В эту ночь было сложно заснуть. Я ворочалась с боку на бок, обдумывая сложившуюся ситуацию, вспоминая все моменты, когда Райан мог сыграть на наших с блондином чувствах. Особенно ярко всплывал в памяти день, когда мы пошли узнавать о слове «Коадль». Ведь он так уверенно приводил доводы, чтобы обратиться к Риасу, минуя Кобеана. Неужели даже в тот момент давал подсказку блондину? А еще именно тогда… Я вспомнила того Риаса, который поджидал в коридоре, когда я вышла из комнаты Дарголийского. Разбитого, испуганного и, по обыкновению, обиженного. Риас, который боялся моего предательства, хотя мы еще и не были вместе. Тогда я еще толком и не знала его.

Могу ли я осуждать Райана? Предположим, если бы у меня отобрали всех кого я люблю, кого успела полюбить. Не просто отобрали, а так вышло, что я бы наблюдала их смерть, кого-то лишила жизни лично, чтобы облегчить страдания и муки. Смирилась бы я? Я не Райан, поэтому вполне возможно, что сбежала бы в очередной раз, стараясь забыться и начать жизнь заново. К тому же, как ни крути, но это были его любимые сестры и родители. Он оправданно желает мести и готов идти на риски, чтобы осуществить ее.

Что же я? Пусть и не одобряю такой шаг, но поддержу его, вспоминая метод Людвига, когда проще не уничтожить разъедающую язву, а контролировать ее или хотя бы наблюдать, чтобы быть в курсе происходящего. Я не оставлю его. Не оставлю одного с тяжелыми тайнами, как оставила Лиру. Больше не допущу подобного.

Разбудили меня рано, несмотря на то, что время отоспаться вроде было. Киви склонялась, шепотом призывая меня подняться. Судя по свету, падающему с маленького, единственного окна в этой части дома, солнце только-только поднималось.

— Зачем так рано? — не успев отогнать сон, щурилась я.

— Райан хочет уйти уже завтра. Просил силки проверить, чтобы еще новые сразу поставить. Они с Мони заняты другими вещами, а мне надо меч почистить и обновить чары, чтобы к вечеру сила успела восстановиться.

Мне понадобилось еще минут десять, чтобы неспешно одеться, застелить твердую кровать, больше похожую на кушетку из целительского корпуса. Из нашей команды спала только Элания, и я задержалась, рассматривая ее. А ведь и вправду, величие никуда не исчезло, выглядит так, словно зачарованная принцесса, которая ждет поцелуя своего принца для пробуждения. Ласково улыбнулась и покинула тесную комнатушку, а проходя через комнату соседей, обратила внимание, что только одна кровать пустует. Марк негромко храпел, а Зара заинтересовано приоткрыла один глаз, наблюдая за мной. Я ей кивнула приветствуя, но в ответ ничего не дождалась, впрочем не особо и нужно. На двух оставшихся занятых кроватях ребята накрылись одеялом с головой: один кокон, а второй свернувшийся калачиком. Кто есть кто? Не знаю. Но определенно не Кобеан. С его широкими в плечах габаритами, он бы не скрылся целиком под одеялом, а значит обитает где-то во дворе.

Невольно поежилась от предстоящей встречи. И пусть теперь мне известно, что принц не планировал убить Риаса, его цель была лишить искры. И даже не он постарался призвать Темного Жнеца, он не повреждал корпус, и если бы не вмешательство демонов, то так далеко все не зашло бы. План его даже не был идеален, потому что, наверняка, преподаватели смогли бы рискнуть и вмешаться в бой, помочь Риасу, если бы это была обычная нечисть. Уверена, что так оно и произошло бы, ведь на то они и страхуют на экзаменах. Но не против темной, высшей нечисти идти на риск, снимая защиту и прорываясь внутрь. А Кобеан не воспитан для подлых интриг и заговоров, но от этого к нему отношение не становилось лучше.

Слишком ярким было воспоминание, когда он уже оценил масштаб развязавшегося на арене боя. Принц тогда не испугался, не побоялся того, что своим поступком лишит жизни Риаса. «Такие как он не заслуживают жизни», — кажется так говорил, но смысл определенно такой. Может это и было защитой, которую вырабатывают все сильные люди, чтобы в любой вышедшей из-под контроля ситуации не терять лицо. Но мне не забыть того, что видела и слышала в тот день. И я не уверена, что у меня хватит сил простить.

На улице я поежилась от утренней прохлады, лучи восходящего солнца струились через легкий, сизый туман. Райан и Мони разбирали сумку на столе возле дома, они о чем-то негромко переговаривались и спорили. Я еще не разобралась в сути разговора, услышала лишь, что он касается нашего похода, и только потому уже была на стороне Мони. Все же за время проведенное с ним рядом, успела убедиться, что в лесу лучше доверять его мнению.

— Доброе утро, — озвучила, подходя ближе и потирая глаза.

— Привет, — улыбнулся мне шатен.

— Доброе, — поприветствовал Райан, окидывая внимательным, изучающим взглядом.

Я лучисто, насколько это было возможно для сонной меня, улыбнулась парням, особенно задерживая внимание на Райане, успокаивая, что ничего в своем мнении не поменяла. Наш вчерашний разговор не был мной забыт, мое отношение к другу не поменялось, я на его стороне и не оставлю одного.

— Мне проводить тебя в умывальню? — заботливо поинтересовался Райан, — Где-то в той стороне Кобеан.

— Не стоит, — покачала головой, — Я не хочу, чтобы вы нянчились со мной, лучше не отвлекайтесь от полезных дел. Мне нравится идея покинуть этот дом завтра. Будет отлично, если это еще произойдет на рассвете.

— Ну вот, а я надеялся, что ты меня поддержишь, — остался недовольным Мони.

— Прости, — не сдержала смешка, — Я в самом деле хотела, но…

— Не оправдывайся! Вы просто опять с Райаном в сговоре, — как-то легко отшутился он.

— Вы не в обиде?

— Брось, к вашим выходкам мы уже привыкли. Неприятно, но нам же ничего не угрожает, иначе Райан бы сказал, — глянул пытливо в сторону упомянутого.

С друзьями мне определенно повезло: отходчивый бунтарь Мони, заботливая гроза Киви и понятливая мегера Элания. Понять их обиды было бы не трудно, но ссориться и разводить конфликт внутри целостной команды как-то нелепо.

Двор строили по принципу прошлого, поэтому разобраться, где и что находится, не составило труда. Единственное отличие, которое наблюдалось, это размеры построек и пространство, которое было отведено под этот остановочный пункт. Скорее всего тут часто пересекались команды, может даже ради проверки перед последним рывком, все ли хорошо у других учащихся. И если нет, то таким образом предоставлялся неплохой шанс, чтобы кто-то мог помочь из другой команды разобраться с проблемами. Преподаватели тоже волнуются, отпуская даже лучших учеников в эти опасные угодья.

Кобеана я увидела склоняющимся над тренировочным столбом. Неужели будет растрачивать магию даже тут и так впустую? Хотя с его искрой, можно себе позволить расточительство. Ускорилась, бесшумно ступая по вытоптанной дорожке, сумев добраться к желаемой постройке незаметно. Сейчас мне ни к чему давать лишний раз ему повод заговорить. Только провокаций в отрезанном от цивилизации места и не хватает.

Внутри умывальня ничем не радовала, как и в прошлом остановочном домике, наполненная холодом и сыростью. Трубное отверстие под потолком и вторая труба чуть поодаль выступала из стены. Со крипом вентиль поддался, потекла вода, разбрызгивая капли по деревянному настилу. Я тихо выругалась, понимая, что придется намочить штанины, если хочу умыться, но выбора нет.

По окончанию всех утренних процедур, испытывала жуткую тоску даже по обычной таверне для смертных, где использовали лохань, тазики, но все равно было все как-то аккуратнее. Еще чуть позже, я осознала, что просто устала от таких вот дней в диких условиях. Мне просто хочется оказаться в комфорте и уюте, к обществу поближе, к новостям, слухам, сплетням. Сейчас я бы с удовольствием ощутила даже горький вкус кофе, в той самой булочной, а если бы при этом был Риас…

У дверей я задержалась, представляя себе отрывок из будущего. Раннее утро, милая светлая кухня, где нет слуг. Я сижу на столешнице, почему-то в коротком халате, в руках у меня чашечка чая с лимоном и капелькой меда, а напротив уже собранный Риас. Перед отъездом по делам, касающихся его работы, он проводит время со мной, поглаживая мою ногу и любуясь мной, а параллельно строит планы на вечер и интересуется, чем я буду заниматься в его отсутствие. Закрыла глаза, понимая, как соскучилась по нему. Как мне хочется плюнуть на все, сорваться и отправиться на поиски вредного блондина по этому опасному лесу, чтобы обнять его и больше никогда не отпускать.

Я постаралась развеять тоску, вспоминая, что у меня свои обязательства перед командой. Вышла на улицу, опять щурясь из-за яркого солнечного света и ежась от утренней прохлады. Сейчас Кобеана уже было не обойти, чтобы остаться незамеченной. Он и в самом деле опять растрачивал свою магию, выдавая заклинание одно за другим, продолжая усердно давить на возможности своей искры. Так он и в самом деле станет одним из самых могущественных магов в Ирфриде, главное, чтобы не перегорел, ведь должен же быть и у него предел.

Когда я уже приблизилась к нему, то у меня появилась надежда, что он пропустит меня мимо. Я попыталась не мешать ему, проходя между его спиной и стеной дома, где пространства для меня вполне хватало. И хоть уже и подготовилась к чему-то, но все же сердце подскочило, я испугалась и еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть, когда он выпустил очередное заклинание и быстро обернулся ко мне, обнимая. Горячие руки прижимали меня, а его щека касалась моих волос. Я ждала приставаний, но их не было, отчего я впала в ступор. Просто стояла и ждала дальнейших развитий, не пытаясь оттолкнуть или даже заговорить. Время шло, а развития не было. Только иногда тяжелые вздохи парня, будто он собирается что-то сказать, но не находит слов. Жаль не вижу его лица. Попыталась отстраниться, но огненный лишь, как удав, сжал меня сильнее, только теперь еще его губы коснулись скулы.

— Отпусти, — потребовала, пытаясь не сорваться в истерику.

— Прости меня, — прошептал он.

— Отпусти, — повторила, уже снизив свой голос до шипения.

— Тогда выслушай меня, прошу тебя.

— Ты желал ему смерти, а я слушать буду?! — все же не сдержалась, с силой отталкивая парня.

Оказавшись на свободе, попыталась взять себя в руки, но выходило плохо. Голова кружилась, в глазах рябило, то ли от испуга, то ли от гнева.

— Я не хочу врать тебе, Ориса, как когда-то не хотела и ты мне, — выпуская воздух из груди, проговорил он, — Я не жалею, что так вышло. И я не усомнился в том, что он заслужил!

Я смотрела на него и не могла понять, за что он так ненавидит Риаса? Видимо, вопрос ярко читался и без слов, потому что Кобеан продолжил, давая ответ:

— Ты бы видела те письма от сестры Лидана! Вся семья в горе! Ориса, разве можно вот так отбирать чью-то жизнь?! Я бы нашел управу, — справился он с возмущением, переходя в более низкие интонации, — Неужели ты поверила, что я оставил бы его проступок без наказания? Мне стыдно перед тобой, что есть и моя вина в произошедшем. Да и без этого, думаешь, я шутил, когда признавался тебе в чувствах?!

— Ты любишь какой-то мечтательный образ, совсем не зная меня! И поверь, я прекрасно помню все те издевательства, которыми ты пытался меня зацепить!

За Лидана мне было стыдно, но я не возьму на себя ответственность, раскрывая тайну, что он жив. Я не смогу вновь переживать, что чем-то подставила Риаса.

— Ты не права, — заверил меня он, — Издевательства да… Это было лишним и я каюсь. Мне просто хотелось вернуть тебя, я не знал, как, — отводил он хмурый взгляд, — Риас ведь смог, действуя подло и бесчестно, — скривился он.

— Риас просто вел себя, как привык, — вдруг стало мне особенно больно, вынуждая не просто отвечать, а рассуждать вслух и искать оправдания на собственные чувства, — Ты прав, Кобеан, он слаб, поэтому всегда нападает со спины. Но разве люди не поступают хитро и подло, когда чего-то очень хотят? Они борются до последнего, используя все возможные методы, слабости противника, компенсируя этим собственные. И я не буду осуждать его, за то, какой он есть! Также как не буду осуждать Эланию и Райана. Таких или обходят стороной, или принимают со всеми их недостатками!

Он молчал глядя на меня немигающим взором. Я не спешила продолжать разговор, ему тоже нужно понять, что он не готов принять меня, а поэтому лучше, если просто обойдет. Кобеан закрыл глаза, сжимая кулаки, а когда открыл, сделал шаг ко мне, я сжалась в неприятном ожидании. Но Райан опередил принца, приобняв меня за плечи и вынуждая Кобеана остановится.

— Если тебе интересно, то Лидан жив, а если тебе хочется подробностей, то смени объект для приставаний. Скажу тебе прямо, что я знаю куда больше, чем Ориса, но сразу предупрежу, что не люблю объятий от других парней. Лучше просто заинтересуй меня, а я подумаю, в какую стоимость выдам тебе сведения.

— Ты такой же, как и он, если не хуже! — разозлился Дарголийский. По его венам заструился огонь, а я заволновалась, только теперь за Райана.

— В отличии от Орисы, я верю тебе, что ты ее искренне любишь, хотя она и права. Тебе стоит ее послушать, — был все также невозмутим Фертиш, — Ты любишь другую Орису. Но раз уж ты пока не готов принять это и свято веришь в свою любовь, то смею напомнить, что если я пострадаю от твоих рук или от рук твоих знакомых, тут разницы никакой, наша маленькая девочка точно вонзит тебе нож в грудь. Не сомневайся.

От такого заявления я еле сдержала возмущение. Райан опять играл и давил на слабости, только теперь используя меня, как оружие. Я прикрыла глаза, стараясь прогнать справедливое негодование, но оценивая действенность такого приема. Когда немного справилась, открыла глаза, с приятностью наблюдая, как пламенный маг старается изо всех сил взять себя в руки. Этот Райан…

Уже отдалившись от Дарголийского на приличное расстояние, я сделала, как мне кажется, здравое заключение:

— Я буду только рада, получить от тебя клятву, о которой мы говорили. Пауку стоит тебя бояться.

— Лучше бы поблагодарила меня, но это не в твоем стиле, да? — хитро посматривал на меня Фертиш.

— Ну ты же мой капитан, должен стараться, чтобы твои подчиненные получили меньше стресса, — вредничала, вызывая звонкий смех друга, — Но вообще, спасибо, — уже серьезно добавила, когда он отсмеялся.

— Не за что.

Перед тем, как наши пути разошлись, Райан подарил мне ласковую улыбку и убрал выбившийся локон волос за ухо. Солнечный свет падал на его лицо, даря глазам яркие, янтарные искорки.

Со своими обязанностями я справлялась уже куда быстрее, чем в начале практики. Поэтому менее, чем через два часа, возвращалась к дому и надеялась, что с Кобеаном смогу избежать встреч наедине. Во дворе за столом сидела Зара, попивая утренний отвар и прямо глядя на меня, будто ожидала моего появления, но когда я проходила мимо, она и словом не обмолвилась. Мысленно посетовала на людскую загадочность, прошла в дом на небольшую кухню, где хлопотала Киви, перебирая продукты и крупы, которые остались в малом запасе. Я передала ей свежее мясо, решив сообщить важную деталь, что артефактов для привлечения дичи осталось совсем мало, поэтому надо бы поумерить аппетиты или придумать что-то новое, вроде сбора грибов или даже сети для рыбы.

Получив от подруги порцию утреннего отвара, от которого исходил пар, я отправилась во двор. Зара не давала мне спокойствия, поэтому я все же послушала свою интуицию и решила вернуться к ней. Под ее чуть насмешливым взглядом, уселась напротив и решила тоже помолчать, глядя с вызовом в глаза воительницы. Девушка весело расхохоталась, совсем не опасаясь разбудить сонь в доме, а когда успокоилась полезла в сумку, которая стояла на лавке рядом с ней. Под мое изумление, она извлекла изрядно потрепанный, но узнаваемый дневник.

— Я даже не буду интересоваться, что вы забыли в той части леса, когда ваш маршрут лежит гораздо восточнее. Я не говорила никому, что нашла его, решила не спешить. Ты должна знать, что в академии строго с отклонениями от разработанного для вас пути, поэтому подумайте, как будете врать или выкручиваться, — говорила негромко она.

Я нетерпеливо выхватила дневник, собираясь поблагодарить, узнать подробности, но она не позволила и слова вставить:

— Дай мне договорить, — оборвала меня Зара еще на вздохе, — Еще больше вопросов возникает от полученных вами баллов. Это вы уже никак не скроете. У нас за все время пути набралось только три тысячи, а у вас почти двенадцать! Не знаю, каким богам вы молитесь, Ориса Кениар, но это я не проигнорирую. Я бы хотела услышать, как вы этого добились, хотя бы в благодарность за все, что я для тебя сделала. А теперь можешь говорить.

Я опять набрала воздуха, прокручивая услышанное и обдумывая ответ, но прежде все же задала, мучивший меня вопрос.

— Почему ты мне помогаешь, Зара?

Девушка склонила голову к плечу, глядя на меня так, словно не понимала, почему я задаю такой глупый вопрос, а потом шумно втянула воздух.

— Я с северных островов, Ориса, — неспешно проговаривала она, внося уже одной фразой множества ясностей, — У нас принято помогать достойным. Мне нравится твоя открытость, твоя способность прямо заявить о своих желаниях. Ты сильная девушка, как и принцесса Террийска. Только ей я помогать никогда не буду, она не чиста душой и намерениями. Не стоит меня перебивать, — прервала она меня, когда я хотела вступиться за Эланию, — Мне не нравятся девицы вроде Асель. У нас такие не выживают. Я не спорю, что она многого добилась, выбив себе место в фаворитках Кобеана, — удивила меня Зара, — Но у нас привыкли ценить внутренний дух, характер и другие качества, выражающие силу. Большинство людей на ваших материках даже не знают, чего хотят в жизни.

— Обычно северяне не отправляют на обучение своих, — все же высказалась я, посчитав, что девушка окончила мысль.

Мне были лестны слова Зары, хотя со многим сложно согласиться. У меня хватило силы духа только на побег. Хотя… Я же борюсь за свое будущее. Может она это имеет в виду?

— Не отправляют, но так сложилось. Я помолвлена с сильным вождем из другого племени и должна соответствовать ему, — так твердо и обыденно заявила девушка, что я даже растерялась.

— Прости я…

— За что ты просишь прощение? — удивилась она, — Для меня это великая честь, поэтому я справлюсь со всеми испытаниями, которые тут предоставит академия, — сурово заключила она.

А я поняла, что столкнулась с новыми взглядами неизвестного мне народа, который будет трудно понять и принять, если вдруг придется, поэтому решила смиренно кивнуть.

— А теперь говори, как вам удалось победить столько нечисти? Даже если ежедневно вы встречали только самую сложную, которую только можно встретить в этом лесу, то вы бы не вышли к такой цифре.

— Нам просто повезло, а еще тебе явно стоит обратиться к Райану. Он еще в начале придумал один из планов травли целого муравейника и с радостью расскажет остальное, — решила все же слукавить.

— С чего вдруг он будет мне рассказывать о вашей практике?

— Я его попрошу. Из него рассказчик лучше, чем я, — сделала попытку заверить Зару, но в ответ получила подозрительный взгляд, — Он оценит, что ты смогла вернуть нам дневник. Поверь. А вот Элания…, — вдруг дошло до меня.

— Почему она не будет благодарна? — немного насторожилась девушка.

— Кому-то же придется заполнять пропущенные листы, — все также тихо проговаривала, переворачивая пустые страницы, — Да. Определенно без Райана не обойтись. Жди тут!

В отдаленной пристройке я почувствовала себя более уютно, чем в домике. На брусьях под высокой крышей сушились травы или то, что от них еще осталось. Кто в последний раз их заготавливал? Я шумно втянула воздух носом. Пахло смолой и древесиной, а сквозь отчетливые щели и дверной проем просачивался свет. Я опять задержала взгляд на танце пылинок и тяжело выдохнула, тяжело соглашаясь пропустить успокаивающее занятие. Откуда у меня эта странность и любовь к обычному явлению понять не могла, но иногда мне казалось, что эти чувства связаны с детством.

Мони чистил доспехи Киви, создавая терпимый шум, а Райан пристроился возле стола, скрупулезно осматривая целостность оставшихся у нашей команды рюкзаков.

— Райан, у меня дело к тебе.

Мони остановил свое занятие, заинтересованно поглядывая на меня, а Райан хотел уже выйти наружу, чтобы оказаться наедине.

— Это для всех, — подняла я дневник так, чтобы видели оба.

— Мы же его выбросили!

— Кто его отдал? Кобеан? — интересовался Райан.

— Нет, — поспешила успокоить друга, — Зара. Она заверила, что никто не догадывается о нашей ошибке.

— Значит северянке ты по душе. Это приятно. Хоть от кого-то не стоит ждать подлости, — выдохнул он.

— О чем ты?

— От Эвана тоже не стоит, — влез Мони, поднимаясь, чтобы через пару секунд оказаться возле нас, — Он хороший парень.

— Если на него не надавить, — убедительно произнес Райан.

Мони пожал плечами и уже протянул руку к дневнику, но Райан забрал его первым. Парни обменялись какими-то непонятными мне взглядами, будто в чем-то соревнуются.

— У вас все в порядке?

— Да, — одновременно заключили они.

— Просто кто-то считает себя умнее, — укоризненно произнес Райан, но быстро обрел свою невозмутимость, пока Мони сморщился.

— С этим разбирайтесь сами, — покачала я головой, — А почему ты решил, что стоит ждать подлости?

— Потому что, Ориса. Давай по порядку. Ты не нравишься Асель. Ты ведь ей такую партию сломала с браком.

— Но Кобеан сам говорил, что никогда не рассматривал ее серьезно! — не соглашалась я.

— А он ей об этом говорил? — спросил, пытливо глядя на меня сверху вниз, — Вот и я уверен, что нет.

— Она станет его фавориткой, — привела другой аргумент.

— Это когда она успела? Ах, с Зарой говорила, значит северянка и сказала, да? Молодец Асель, вложилась в ничего времени. Но ненависть к тебе это не отменяет, как и ее склочный, капризный характер. А еще Марк, который тоже не бросит идею узнать о Лидане. И поверь, давить он будет на тебя, а не на меня, — перечислял мне Райан, пока я кусала губу и мысленно соглашалась со всем, что услышала, — А Кобеана все же обходи и остерегайся, Ори. Он не просто хочет знать о Лидане, ты задела его, показала, что он уязвим.

— Я не понимаю.

— Думай, — просит меня Райан, — Не все же тебе на блюдце подносить.

— Это потому что я отвергла его?

— Верно. Но ты не просто отвергла, ты выбрала другого. Предпочла того, кого он всегда считал неудачником и недостойным. И еще. Держи в тайне, что мы уходим завтра на рассвете.

Я нахмурилась, силясь понять зачем такая игра? Почему мы должны прятаться? Но Райан решил облегчить мне день, разбивая головоломку.

— Каждый из этих троих желает своего, Ориса. Сейчас выдался редкий шанс для мести. Мы далеко в Мертвом лесу, и если кто-то из нас пропадет, то доказать, что виновата не наша безалаберность будет сложно. Мы единственная настолько слабая команда, которая смогла добиться прохождение этой практики. Никто не удивиться, если вдруг с нами произойдет что-то трагичное. Защита академии — это лишь фикция. Когда вернемся с практики, напомни, чтобы я выдал тебе на изучение материал о ней. А пока, никому не доверяй из команды принца. Только если Заре. Северяне не способны на подлости, для них честь важнее.

— Думаешь, что даже Кобеан захочет мести? Мне? — не верила я.

— Вопрос времени, когда он вспылит. Чем чаще вы будете пересекаться, тем больше вероятности, что он не устоит. Он не дурак и очень скоро поймет, что ты никогда не будешь его. Будет ли он убивать? Это уже другой вопрос, на который я скорее отвечу — нет. Но вот не захочет ли он попробовать тебя более…, — скользнул он взглядом по моему телу, давая понять, что хотел сказать, — Держись от них подальше. На рассвете уходим.

Он развернулся и уже пролистывал дневник, все больше хмурясь, а потом открыл последнюю страницу и закрыл глаза.

— Я пойму, что Мони от радости не мог подумать о последствиях, когда вы сканировали добычу демоницы, но ты, Ори! Чем вы думали? — тихо, но достаточно сурово обращался к нам Райан.

— Я была под стрессом, — оправдание было приличным и правдивым, — Я мало того, что с демоницей говорила, так еще узнала, что мой жених с ними завязан по самое не хочу!

— А я просто был под впечатлением, — даже не поднял головы от доспехов Мони.

— Ладно. Я разберусь, — обреченно вздохнул Райан.

— Зара требует объяснений, — негромко сообщила, ожидая очередную потерю невозмутимости от Райана.

— И ты все спихнула на меня, — также негромко произнес Фертиш, глядя на грязный, помятый листок дневника, — Ладно. Я разберусь, — повторился он, — Буди Эланию, наслаждайтесь отдыхом и приводите себя в порядок сегодня, чтобы на рассвете уже были готовы покинуть дом.

Глава 12. Когда все не по плану

Чем себя занять весь день, но чтобы при этом избегать встречи с остальными, я не придумала. Зато занятие мне нашла Киви, заставляя хорошенько выдраивать оставшийся у нас котелок. Я расположилась в дальней части двора под самым частоколом. Элания в гневе бродила возле меня и шепотом ругалась. Ее раздражало, что у нас с Райаном снова секреты и то, что ей предстоит заполнять весь дневник под диктовку Райана, который взялся выдумывать нам героические походы. Не признаваться же, что демоны к Риасу взывают. Не хватало, чтобы им все же заинтересовался Орден экзорцистов. А еще Элания узнала, что мы собираемся с Райаном клятву принести.

— Ты хоть понимаешь, что я тебе даже на него пожаловаться не смогу! — шипела она.

Я смиренно кивала и поддакивала, но не признавалась, что в душе разливалось тепло. Принцесса умеет ценить дружбу, а я стала для нее подругой. Это было приятным осознанием, потому что чувство взаимно.

— Элания, ты же любишь меня, — вырвалось от меня утверждение, и я прикусила язык.

— Что? Нет! То есть, да! — она прервалась, не найдя ответа, потом залилась румянцем и уже посмотрела на меня с высокомерием, — Ты ведешь себя, как Киви!

Я смотрела на принцессу, которая сейчас была такой обычной девушкой. Немного взлохмаченная светлая макушка, симпатичное лицо без какой-либо косметики, руки давно не знающие ухода. Элания негодовала, понимая, что внутри ведет борьбу против себя же. Она прекрасно понимает, что уже давно не одна, что доверяет нам и, наверняка, прикипела душой к каждому. Высокомерие медленно сползало, сменяясь легкой досадой, а потом она недовольно, но с гордостью отвернулась, вглядываясь за частокол. И я рассмеялась от души, не сдержалась, Элания округлила глаза, глядя на мое веселье, а потом выругалась уже не шепотом и быстрым шагом удалилась туда, где должна быть Киви. Я отсмеялась и задумалась, разбивая все веселье, что нам предстоит расстаться. Ее Величество не найдет для нас места в своей жизни, просто потому что не положено. Наверное сейчас ее самые свободные годы, которые она пытается полноценно ощутить. Грустно.

— Я давно не слышал твоего смеха, — донесся голос Кобеана.

Медленно обернулась, встречаясь с ним взглядом. Парень стоял у забора, скрестив руки, он явно был настроен поговорить. Что там советовал Райан? Избегать? Не получается. Глупо будет молча встать и уйти, так только еще больше провокации.

— Я ничего не знаю о Лидане, — прямо и честно сообщила ложь, потому что просто устала иначе.

— Я о другом, — закусил он губу, — Ориса, я погорячился, — удивил меня огненный принц.

Он медленно приблизился, чтобы усесться рядом со мной, сорвал травинку, начиная ее прокручивать и заговорил:

— Ты же знаешь о том, как сложно мне сдерживать свое пламя. Знаешь, что я несдержанный, а тут такое. Какого мне было, Ориса? Ты хотя бы на секунду представляла себе?

— А какого было Риасу?! А мне?! — возмутилась я.

— Я сейчас не про это, — проговорил, все также не отрывая взгляда от травинки, — Я так спешил к тебе с практики год назад. Каждый день мечтал услышать от тебя согласие, даже успел придумать твоему прошлому более достойную легенду, чтобы никто не усомнился в своей королеве. А что я услышал по возвращению?

— Я тогда…

— Не выспалась! Да, и это я тоже помню, Ориса, — сжал он несчастную тонкую пленницу, комкая и откидывая, — И причина этому Риас. Он вернулся раньше меня и даже успел сблизиться с тобой. Я даже не хочу знать, чем он тебя очаровал, и что ты в нем нашла. Просто меня злит, что сейчас ты даже не чувствуешь себя жертвой, — говорил он уверенно, — Я женюсь на принцессе Исите из Афлии, и для тебя уже потом не будет места в моей жизни. Только если фавориткой, но я помню о твоем к этому статусу отношении.

— Кобеан, — перебила его, — Я не понимаю, о чем ты говоришь. Честно. И что бы ты не думал о Риасе, но он любит меня.

— Я не верю, — посмотрел он на меня.

Принц действительно был обеспокоен, взволнован, а еще он не лгал. Дарголийский в самом деле верил в то, что говорил. Я даже не спорила на счет его правоты. Из-за Риаса наши с ним отношения не сложились, из-за вмешательства блондина я потеряла рассудок. Но и Риас получил сполна. Если верить рассуждениям Райана, то подлый расчет затащить меня в постель приобрел побочные эффекты. Для меня они оказались иногда приятными и полезными бонусами, а для Риаса вылились в страдания от безответных чувств.

— Я пожалуй пойду, Кобеан. И у меня к тебе просьба. Не разрушай свой благородный образ, который вызвал у меня в первый день нашего знакомства.

Он не произнес ни слова, не попытался остановить меня, не сделал ничего. Я же сделала выводы, что от него не стоит ждать подлости, иначе не пришел бы огласить свое предложение. Теперь же просто будет ждать, когда я соглашусь занять место подле Асель, добровольно присоединяясь к числу его фавориток. Красивая коллекция таких разных девушек, оправданная браком для выгоды любимой страны. Богатство, красота, стремление к большем и лучшему — это двигатель того, кто был воспитан не зная бедствий, лишен житейских трудностей, наглядной войны, бедности и голода. Кобеан из тех, кто просто не понимает отказа с первого раза, потому что привык получать желаемое. Он вырос в поистине сказочной стране и семье.

После обеда я приводила себя в порядок, закрывшись в сырой умывальне. Вода шумела падая и разбиваясь о дерево, а я не скажу, что получала наслаждение. С таким успехом, приятнее было бы мыться в реке. Там хотя бы запах тины и отрезвляющая вода, а тут она теплая, зато застоявшаяся. Неровный, слабый поток вынуждал ежиться, потому что мокрое тело не могло согреться, постоянно соприкасаясь с прохладным воздухом. Когда я ощутила добротный порыв сквозняка, то резко обернулась к дверям, поскользнувшись и удерживаясь, чтобы не упасть.

— Прости, — ни разу не смутилась моего вида Асель, — Я кое-что забыла тут.

— Вообще-то я закрыла двери, и ты же слышала, что тут вода шумит. Зачем входишь? Еще без стука, — не сдержала поток слов и эмоций.

— Я же воздухом владею, так что замки меня не остановят. А то, что это ты тут намываешься я знала. Видела, как ты сюда заходила. И мне все равно, что ты по этому поводу думаешь, — проговаривала она, раскапывая мои вещи в поисках утраченного чего-то.

— Могу я узнать, что ты потеряла? — решила поторопить наглую девицу.

— Заколку, — выпрямилась она и посмотрела на меня.

— На маленькой полке у выхода, — сообщила ей, куда переложила найденную вещь.

— Ну вот видишь, а ты боялась, — проговорила красавица, забирая свое имущество и переступая порог, — Двери я закрою.

Я стояла и наблюдала, как медленно поднимается маленький крючок и бесшумно попадает в отверстие. Для меня это было неприятное зрелище, потому что такие маги действительно недооцененные и одна из них рядом со мной. С такими возможностями именно им надо идти в шпионы, а не темным зачарователям.

Потом пришлось надевать не очень чистые вещи, которые все же было решено постирать в реке, когда покинем дом. Райан объяснил, что лучше предсказуемая нечисть, чем неожиданности от людей. А после водных процедур мне предстоял поход к силкам, чтобы на завтра мы были обеспечены дневной провизией для целостного перехода без долгих разбивок лагеря.

В этот раз повезло на крупного зайца, который с энтузиазмом бился в силках, не теряя надежду вырваться. Я давно выработала свой метод разбирательства с дичью, сначала упирая нож в необходимую точку, а потом отворачиваясь, чтобы нанести порез. Я уже отвернулась, но ничего сделать не успела, потому что отчетливо услышала голос Риаса. Его смех доносился откуда-то севернее, но довольно близко. Сердце забилось чаще, я забыла о добыче, стараясь прислушаться и удерживаясь, чтобы не сорваться на бег к возлюбленному.

— Она придет, — услышала отчетливо, понимая, что он не приближается, оставаясь на месте, — Вот увидишь, обязательно придет.

О ком он? И почему не слышно голоса его собеседника? А он ли это? Наверняка. Его вредный, немного мелодичный голос я ни с чьим не перепутаю. Убрав нож на место, приняла решение пройти дальше, но пока осторожно и тихо, не доверяя тому, что это мог быть он. Со мной редко происходили настолько хорошие вещи, еще реже исполнялись заветные желания. Но от Риаса можно ждать множество сюрпризов.

Стараясь бесшумно двигаться, я добралась к защитному барьеру и остановилась перед еле заметной границей. Тихий смех донесся снова из-за ближайшего дерева. Я попыталась рассмотреть кто там, но толстый ствол закрывал от меня все важное. Учащенное сердцебиение мешало сосредоточиться, никак не выходило выровнять дыхание. Дрожащими руками я вытащила один нож, чтобы обезопасить себя, если вдруг мне все мерещится. Заметила, что забыла надеть перчатки, оставляя их возле дичи, но это оказалось полезным. Я вспомнила, что все же маг, поэтому присела, решив просканировать землю. За деревом и вправду сидел парень, но это все, что мне стало известно. Может кто-то и решил бы, что я слишком накручиваю и очень многого боюсь, но мне все равно. Я не смогла пересилить страх и переступить защитную границу.

— Риас? — решила позвать его.

Ответа не было, а вот мурашки по спине побежали, оставляя холодный след. Уйти я не могла, мне мешала моя фантазия и мысли. Может он под каким-то эффектом и ему нужна помощь? А может это его неудачная шутка? Или он бредит умирая, а я тут стою истуканом? Эти мысли вынудили меня приблизиться к барьеру вплотную, но переступить его я все же не могла. Так и стояла, смотрела на стену и боялась переступить. Интуицию, которая вопила помочь любимому, я не слушала. Ветерок прохладно оглаживал, вынуждая листья умиротворенно шелестеть, но на меня эта атмосфера успокаивающе не действовала. Когда я услышала хруст ветки, то напряглась, а когда увидела, кто вышел из-за дерева, то и вовсе сжалась, выдавливая из себя воздух.

Мирэль. Все в Ирфриде слышали когда-нибудь о морских сиренах. А если их переместить в лес и наградить возможностью быть красивыми юношами? Сколько девушек исчезало в плену их обаяния? Или просто в лесу. Я против воли оскалилась, когда смотрела на его открытую нежную улыбку. Высокий, стройный парень изящно приближался. Ветер ласково развевал длинные рыжие локоны, которые завораживающе играли красными и желтыми отблесками. Красивые, ровные черты лица очаровывали, а зеленые глаза наполненные теплом ласкового лета, обещали спокойствие.

Скривилась, осознавая, что даже защитный барьер справляется с трудом, потому что мерзавец до невозможности хорош собой. С вызовом вскинула бровь, победно осознавая, что в жертвы ему не достанусь. Я была довольна собой, потому что поступила верно, когда не повелась на эту игру с голосом. Но улыбка сползла, когда задалась вопросом: откуда мирэль узнал о голосе того, кого я люблю? Я ведь ничего не теряла. Попыталась отступить, но не смогла. Страх вернулся с прежней силой, а вот мирэль оценил подставу неизвестного щедрого дарителя и теперь уже он победно вскинул бровь. Осязаемый воздух вытолкнул меня за контуры защиты и я упала на колени, нож выпал из руки прокатываясь дальше. Стараясь не поднимать взгляда, я стремительно вскочила, собираясь ускользнуть обратно, но не вышло.

Крепкий захват моей руки. Я закрываю глаза, тянусь свободной рукой к оставшемуся клинку, собираюсь нанести удар, но голос будоражит все внутри:

— Открой глаза, — негромко попросил мирэль.

Два слова, которые перевернули все внутри. Я словно оказалась на дороге к академии, в тот вечер, когда Риас просил поцеловать его. Короткая фраза, а я была лишена боевого настроя и не могла собраться. Холодные пальцы коснулись подбородка, приподнимая лицо к солнечному свету.

— Открой глаза, — повторил он, когда я уже почти настроилась на борьбу. Или мне только хотелось верить в это.

Солнечный свет красиво освещал контур самого красивого парня, которого мне доводилось видеть когда-либо в жизни. Я утонула в его ласковом взгляде, а потом и вовсе задохнулась от нахлынувших эмоций, погрузившись в заботливые объятия. Больше ничего не нужно. Как я могла желать чего-то другого раньше? Как жила без него? Не помню. И не хочу помнить.

Вот так держать за руку и идти с ним. Куда? Все равно. Он рассказывал о своем доме, но я его не могла углубляться в суть, только слушать красивый голос. Он обволакивал, вызывая томительное чувство чего-то прекрасного. А потом я оказалась у желанного на руках и мне захотелось плакать. Как же я жила без него? Как много я потратила времени впустую? Он жаловался, как трудно ему было без меня, и я его понимала. Как же могла я доставить боль этому парню? Я не смогу жить с таким грузом на сердце.

Мы любуемся закатом солнца, стоя на высоком обрыве. Мне не нравится высота, но я хочу разделять вкусы юноши. Он так страдал из-за меня. Нельзя жить с такой виной. Я решаюсь, делаю шаг вперед. Прекрасный голос, прерывают другие голоса, но все это не важно. Он одобряет мой поступок. Я сделаю для него хоть что-то.

Сознание пришло резко, словно меня облили ледяной водой. Я отшатнулась от обрыва, но мелкие камни все равно потащили меня вниз. Вскрикнула, испугалась, но кто-то ухватил меня, отбросил. Мони переводил взгляд поочередно от меня на далекую землю внизу обрыва. Красивый голос сменился рычанием. Я обернулась, пытаясь понять, что происходит. Ужаснулась.

— Как хорошо, что мы не целовались, — негромко высказалась.

— Шутишь — это хорошо, — весело отозвался Мони, — Тогда надо помочь.

Мирэль растерял всю красоту, превращаясь в истлевшую плоть поднятого Лариром мертвяка. Он пытался добраться до своей главной соперницы — Элании. Принцесса уже удерживала рассеивающее заклинание, лишая его основного оружия. У Мирэля из тонких серых фаланг костей на руках выступали длинные когти, которые вполне себе соперничали с прочностью меча Киви. Да еще и так уверено отражал сильные удары. Длинные седые пакли взметались, когда он уклонялся. А вот к этой серой, местами дырявой плоти на лице я прикасалась. Скрежетнула зубами и передернулась.

— Убью, — прорычала.

Мони опять посмеялся, подкидывая мне утраченные ножи.

— Он же и так труп!

Я отмахнулась от очередной шуточки, поднимая ножи. Райан, увидев от нас с Мони приближение, накинул щиты. А я начала обдумывать, как добраться к нечисти. Уязвимых точек несколько. Достаточно оборвать хотя бы один магический канал, чтобы нарушить всю систему. Лишить голоса, лишить магической защиты, которую не пробьет Мони. Киви не может наносить точные удары, но она его отвлекает. Нужно давить. Главное не помешать Киви.

Мы долго кружились вокруг опасного противника. Такую нечисть можно было бы отнести к высшей, если бы они настроили коммуникацию между собой, как сирены. Удар. Острие скользит, встречая на пути когти. Пригибаюсь, пропуская свистящий замах над головой. Откатываюсь, уступая очередь Киви. Очередная серия ударов. Мони уже сплел заклинание, но ждет. Новая порция щита от Райана и опять вступаю в бой.

Момент выдался удачным. Мирэль отклонился от меча, прогибаясь в спине. Пользуюсь секундной ошибкой. Нож входит в шею. Мирэль оборачивается. Беззвучный оскал на лице противника. Отскакиваю. Нечисть отвлеклась, потянулась вытащить нож. И Киви с хрустом разрубила плоть.

— Как же отвратно, — произнесла Элания, отпуская свое заклинание.

И впрямь отвратно. Две части истлевшего тела жили сами по себе. Такое уже не срастется и никому вреда не принесет, но оставлять нельзя. Мони окутал заклинанием мертвяка, уничтожая магию, которая управляла им.

— Закапывать будем? — спрашивал довольный шатен.

— И что тебя так радует в этой ситуации? — задавала вопрос, убирая ножи на место.

— Я меньший неудачник, чем ты!

— Насчет неудачников, — услышала грозный голос Райана, — Какой глупостью ты руководствовалась, когда покинула защитный барьер?! А если бы я не отправил Мони за тобой?

— Это произошло не по моей воле!

Райан нахмурился, подошел ближе. Прямой взгляд, в котором читалась ненависть, сжатая челюсть.

— Кто? — почти прорычал он.

— Асель, — моментально сдала, даже не думая проявлять сочувствие, — Эта тварь даже выманивала меня голосом Риаса, — указала на останки.

— Надо искать доказательство, — задумчиво произнесла Элания, — Но я к нему не притронусь!

В ближайшие пол часа мы сидели над трупом, пытаясь выискать хоть что-то из моих вещей. Солнце уже почти спряталось за горизонтом, и нам необходимо было возвращаться.

— Ничего, — проговорила Киви, тяжело вздыхая.

— Попробуй просканировать землю, может что-то увидишь, — просил Райан, сжимая кулаки.

Он выглядел отчаявшимся. Без доказательств нельзя предъявить, что меня пытались убить. Уже второй раз я подвергалась опасности из-за Кобеана. Зачем я вообще с ним связалась?! Красивый? Как можно быть столь глупой?! Чтобы я еще раз связывалась с какими-нибудь наследниками! Никогда!

Стихия отозвалась, но показывала только то, что не так уж далеко хватает еще нечисти. Да и только.

— Нам бы затемно опять под защиту вернуться. Иначе останемся тут отбиваться от хищников до утра, — выдавила сквозь зубы.

— Ничего нет, да? — теряя надежду, спросил Мони.

Я лишь виновато отвернулась, а Райан направился обратно к дому. Больше разговоры не заводились, каждый был задумчив. Мне опять повезло, снова вовремя подоспевшие друзья. Сколько еще раз меня будут спасать?! Зато в следующем году в этом лесу уже не будет с нами команды Кобеана. Хоть что-то может радовать и успокаивать. На рассвете наши пути разойдутся и, надеюсь, больше до конца практики не пересекутся.

— Попробуй тут, — обратился ко мне Райан, останавливаясь.

Кивнула. Призвала стихию, стараясь почувствовать даже самые мелочи. Что я должна вообще увидеть? Настроение было скептическим, и я очень сомневалась, что смогу отыскать тут хоть какую-то мелочь. Но в этот раз, что-то все же ощутила. Совсем слабо, но оно выделялось тем, что не чуждо. Если живое ощущалось живым, то остальные предметы почти не читались. А это было не живое, но вполне заявляло о себе.

— Ощущение будто это место, где я покинула защиту, — высказала, поднимаясь и устремляясь к остановочному пункту.

К дереву, у которого сидел мирэль, пришли уже в темноте. Под огоньком магии принцессы я склонялась к земле, пытаясь отыскать нечто крошечное. Пришлось призвать стихию еще раз, но результат был положительным. Маленькая пуговица с манжета рубашки, которая просто несла декоративный характер. Я сжала ее в кулаке, звучно ругаясь и вспоминая, как красавица Асель выискивала свою заколку среди моих вещей.

— Отдай, — потребовал Райан, протягивая руку.

Выполнила его требование, а он в свою очередь быстро устремился к дому. Никто не посмел задавать ему вопросы, никто не усомнился в том, что Райан поступит необдуманно. Все просто двинулись следом. Мони единственный, кто задержался, забирая несчастного, почти забытого зайца.

Во дворе был оживленный разговор, слышался веселый смех Асель. Ее веселье оборвалось, когда мы вышли под освещенное костром пространство. Девушка в страхе дернулась, но усидела, не сводя с меня испуганного взгляда.

— Я думал, что вы так поздно не позволяете себе уходить. Уже стал волноваться, — вполне серьезно заявил Кобеан.

— Нам нужно поговорить, — твердо произнес Райан.

— А как же твои расценки? — язвительно спросил Кобеан.

— Ориса вновь чуть не умерла! А ты будешь торговаться?! — пугал своей несдержанностью Райан.

Дарголийский моментально стал серьезен и перевел обеспокоенный взгляд на меня. Асель все же вскочила, чтобы уйти, но Киви преградила ей путь.

— И куда ты собралась бежать в этом лесу? — насупилась синеволосая, глядя на красавицу снизу вверх.

— Что она натворила? — задал вопрос Кобеан.

— Общее я уже озвучил, а детали я собираюсь выяснить, — уже перевел свое внимание на виновницу Фертиш, — Для тебя Кобеан есть два варианта: ты не мешаешь или ты помогаешь.

Глава 13. Последний рывок

— Глупый поступок! — раздраженно высказывал свое мнение Райан.

Вчера он не позволил никому, кроме Кобеана наблюдать за допросом. Девушек капитан отправил спать сразу по прибытию, а Мони занимался подготовкой провизии. Сейчас же шатен был необычайно молчалив, постоянно зевал и спотыкался. Элания негромко переговаривалась с Киви, а я пыталась узнать, что же там с Асель.

На спине у меня висел единственный сверток из плотной, непромокаемей ткани, в который было спрятано одеяло. Его мы стащили еще с предыдущего остановочного пункта, но там оно не особо мне мешало. Сейчас же лес уплотнился и все больше подпадал под описание непроходимой глуши. Кустарники постоянно цепляли злосчастный сверток, вынуждая меня иногда чуть ли не танцевать, чтобы освободиться.

— Она услышала, что принц не против сделать тебя фавориткой, — продолжал говорить Райан, помогая освободиться от очередной ветки, — И сделала неправильные выводы.

— Решила, что если я соглашусь, то она потеряет свое место?

— Да, Ори. Как выяснилось у нее отец любитель поиграть на ставках.

— Высшее сословие?

— Среднее. Но тут дело даже не в этом. В свое время он сделал удачное вложение, дело раскрутилось и семья разбогатела. А вот внутри семьи жизнь сытилась конфликтами. До маленькой Асель не было никому дела. Вроде и финансы есть, зато счастье отсутствует. Мать сбежала с молодым любовником, а отец подсел на игры. Сейчас Асель спешит обустроить свою жизнь, потому что не слишком заботливый папа чаще поглядывает на красивую дочь, как на выгодный товар.

— Это она вам пол ночи жаловалась?! — не могла понять, как ее проникновенная история может оправдать вчерашнюю подставу.

— Это Дарголийский рассказывал. А Асель плакала! — передернул плечами Райан, — Я готов был разорвать ее на мелкие куски, но ведь даже пальцем не тронул!

Он прорывался через ветки очередного кустарника с такой завидной яростью.

— Она мирэля почувствовала своей магией еще позавчера в обед. Он ошивался тут недалеко, а потом услышала ваш с Дарголийским разговор и решила, что теперь ты несомненно несешь угрозу. Дальше рассказала, как смогла раздобыть твою пуговицу, а потом дело за малым. Она своей же магией подсказала ему где искать и кого искать.

— А дальше она ожидала, когда я снова к силкам пойду? — недовольно хмурилась я.

— Ей даже следить не нужно было. В тот момент, когда она тебя за барьер вытолкнула, с ней мило беседовал Марк.

Я поежилась вновь понимая, что маги воздуха слишком опасны и коварны. И почему все часто думают, что огонь несет больше зла и разрушения?

— Что ей будет в наказание?

— Кобеан решил оставить ее в фаворитках, — произнес спокойно Райан, а вот я недовольно скривилась, — Это был мой совет, Ори.

— Зачем?

— Она покинет академию уже после практики. Кобеан выплатит за нее все расходы, а дальше выдаст ее замуж за кого-нибудь, куда-нибудь подальше или оставит при себе. Мне все равно на его вкусы и дальнейшие решения. Просто если вынести перед преподавателями то, что она натворила, Асель может вполне заартачиться. Это тут в отрезанном от поддержке месте мы смогли на нее надавить.

— А если она начнет отрицать, то будут проводить расследование, — тихо проговорила я, понимая всю неприятную ситуацию.

— Это все же попытка убийства. Сюда прибудут подготовленные ищейки. Найдут они только следы подставы от Асель или еще то, что мы скрываем твою встречу с демоницей? А дальше разбирательство с баллами в дневнике и отклонение от маршрута.

— И все можно было бы рассказать, если бы не Риас и ты, — высказала и грустно хмыкнула.

— Мне нужно стать выдающимся, но не дать повода, чтобы во мне сомневались, Ориса.

Он остановился, заглянул мне глаза, убеждаясь, что я не обиделась.

— В любом случае, я не намерена рисковать Риасом, — из вредности ответила именно так, но Райану было достаточно, чтобы понять больше и улыбнуться.

— Все секреты обсудили? — колко задала вопрос Элания.

Ребята нагнали нас: улыбчивая Киви, сонный Мони и необычная Элания. Она подошла ко мне и под общее удивление сама обняла. Ее теплая щека коснулась моей более прохладной, а потом она и вовсе сотворила странную для нее вещь — поцеловала. Губы ласково коснулись моей щеки, а позже я услышала тихое признание:

— Я люблю тебя, подруга.

Это был уверенный голос мегеры, который не нес в себе нежности, а просто факт. Такое признание вызвало у меня смех и я сильнее прижалась к хрупкой девушке.

— Если я пойму, что между вами происходит, то возможно буду рад за обеих, — с подозрением произнес Райан, — Но сейчас нам нужно идти. Впереди у нас три-четыре дня пути, а дальше выполним задачу и домой.

Домой. Наш путь лежал после практики далеко не домой, и даже не в академию. Но само желание выбраться из надоевшего леса подгоняло и пробуждало к активности. По пути нам пару раз встретилась мелкая нечисть, один гуль и трижды василиски. И это только за первый день.

Второй был хуже. Местность все больше сменялась гористым пейзажем. Следом за местностью, мы все чаще замечали следы куда более опасной нечисти, вроде горгулий, химер и может мне чудилось, но будто вдали остервенело надрывались в воплях гарпии.

— Если это гарпии, то я даже боюсь предположить с кем они столкнулись, чтобы так истошно вопить, — произносил Мони, испуганно глядя в сторону шума.

Ко всему прочему воздух был раскален и мы уже морально готовились к грозе в ближайшие дни. Думать совсем не хотелось о том, как подниматься по почти вечному склону, когда почва будет размокшей и скользкой. Позже я высказала радость, что тут чаще встречаются кристально чистые ручьи, а высокие деревья сменились низкорослыми, но Мони разбил мою радость. На открытом пространстве мы слишком заметны и уязвимы для крылатой нечисти, а если будем убегать, то такие ручьи не лучшие помощники.

— Камни скользкие и острые. Легко упасть и разбить ногу. Можно получить такую же серьезную травму, как ты получила от гэрсгаров, — заключал он, усугубляя и без того напряженную атмосферу.

Подвесной мост над узкой расщелиной испугал только Киви, но это был первый мост. А вот чтобы перейти следующий, мы решили дождаться наступление нового дня. Впереди растелилась пропасть в туманное никуда и узкий, длинный мост, который колыхался над бездной от легких порывов ветра. Или это дорисовывали мои страхи.

Была очередь Элании на ночной караул, и девушка нас все же разбудила. Агара с оранжевыми элементами окраса хотела полакомиться легкой добычей, но мы дали достойный отпор, разобравшись с ней в считанные минуты. Ее ядовитое тело мы, вооружившись прочными палками, столкнули в пропасть. Снова уснуть уже не вышло ни у кого. Все желали быстрее добраться к кристаллу и отправится обратно.

Меня немного радовало и успокаивало, что мост также был под защитным барьером. Иначе я не наступила бы на него ни под какими уговорами и угрозами. Райан ушел первым, а остальные перебирались по двое, чтобы не расшатывать неустойчивый путь. Когда пришла моя очередь, Мони заботливо улыбнулся и пообещал, что всегда успеет остановить мое падение. И я ему поверила. Из этого перехода запомнились только отрывочные ощущения. Руки крепко сжимали веревочную опору, а ноги потяжелели и дрожали, осложняя путь. Голова сильно кружилась, а желудок словно поднимался выше. Самый тяжелый момент был в конце, когда до спасительной скалистой земли оставалось десяток шагов, но я справилась, не отрывая взгляда от ожидающего Райана.

Перебралась, отскочила дальше от моста и сразу начала осматриваться, чтобы отогнать перенесенные ощущения и отвлечься. На этой стороне растительность была скупой, а ветер завывал проходя через множество испещренных трещинами стен. В основном нас окружали цельные, крупные камни и щебень, сплошь серые и рыжие оттенки.

— Нам северней, а потом на восток, — сообщил Райан, — Пещеры недалеко. Если до обеда успеем туда, то сможем уже к вечеру быть далеко отсюда.

— Быстрее бы, — вздыхала Киви.

Задерживаться никто не желал, поэтому молча двинулись дальше. Разговоры, как и жаловался когда-то Кобеан, уже не получалось склеить даже у Мони. Мы давно обсудили интересы и вкусы, поделились нелепыми историями из своей жизни, ничего не осталось. Будь я с Райаном наедине может и смогли бы обсудить в очередной раз Феруа, с планами мести для этого человека. Но это были тайны Фертиша, а не общее дружеское достояние.

— Ого! — восхитился Мони.

— Ничего себе, — проговорила Элания.

Я не услышала высказывание Киви, слишком тихо она что-то пискнула, но сама задохнулась от открывшегося вида. Мы вышли на возвышенность, а внизу стелилась равнина, в конце которой высилась крутая стена из камня. Восхитило нас не это. Вход в пещеру возвышался черным провалом в несколько метров. Сталактиты и сталагмиты создавали иллюзию зубов.

— Словно пасть монстра, — провела я сравнение.

— С каких пор ты стала устрашать? Оставь это для Мони, — отозвалась недовольно Элания.

Очень скоро мы добрались к пещере. Вблизи она теряла грозный вид, приобретая свою особую красоту. Плющ воевал с твердой породой, стараясь оплести и украсить скупые горные декорации. Мы окунулись в полумрак входа, Райан уверено вел нас за собой, подробно запомнив карту. Тут стоял спертый запах сырости и немного неясной кислятины. Не ощущалось дуновения ветерка, хотя уже с входа наблюдалось несколько веток путей. Райан призвал свою магию для освещения и смело шагнул в один из проходов, даже не задумываясь в правильности своего решения. А вот у нового разветвления он все же остановился. Причина остановки располагалась на земле. У входа лежали трупы двух химер и явно их убила не другая нечисть. Мы, стараясь не повышать голоса, провели осмотр тел и пришли к выводу, что ослабляли чудовищ опытные маги, а добивали их чем-то вроде топора. На последнем настаивала Киви, потому что эти рубящие повреждения она ни с чем не спутает.

— Неужели тут сейчас работает какой-то Орден? — задавала с сомнением вопрос Элания.

— Нельзя себя выдать, — сделал заключение Райан, — Не помню, чтобы нас предупреждали о том, что в практику вмешается кто-то из вышестоящих.

— Предлагаешь не выяснять кто тут с топором бродит?! — Мони был взволнован.

Мы все были не особо в восторге от неизвестных коллег. В эту часть для задания направили только нашу команду. Можно предположить, что после того как мы отбыли на практику, команду Нестаргонского отправили сюда же, но у них никто не владеет топором. К тому же…

— Каким великаном нужно быть, чтобы суметь справиться с топором, у которого лезвие в длину две ладони? — не сдержала вопрос.

— Как Дагир, — тихо отвечала Киви, тоже подумав о команде Тиретиса, — Но сколько я наблюдала за этим парнем, могу точно сказать, что к оружию он не притрагивается. У него все делают кошки.

— Поспешим, — дал команду Райан.

С каждым метром коридор сужался и вел по наклонной вниз. Вскоре послышались капли воды, а потом я узнала этот запах кислятины — сера. Мне отчетливо не хватало свежего воздуха, но жаловаться я не смела. Что-то блестящее скользнуло сбоку от Райна. Реакция была незамедлительной. Я и сама не сообразила, как все случилось. Но мой нож вонзился в плоть арфинды. И только после случившегося я отскочила, сморщилась и передернула плечами.

— Боги! — вырвалось у меня, пока я пыталась перебороть отвращение.

Кажется у Райана хватило выдержки извлечь мой нож. Я не любила насекомых, особенно отвратительных червей или личинок мух. Но если это тварь с размером в человеческую руку, еще и скользкая, покрыта волдырями, в которых переваривает кусочки съеденной добычи. А еще эти волдыри наполнены очень вонючей зеленой желчью. Ради ножа, чтобы убрать вонь хоть чуть-чуть, пришлось выкинуть единственный платок.

Дальше шли аккуратнее, чтобы не пропустить в темноте что-то более острожное и опасное. Но нам повезло и до необходимого постамента с кристаллом добрались без приключений. Райан извлек из своего рюкзака небольшой, крепкий футляр. Внутри искрился защитной магией полупрозрачный камень размером с куриное яйцо, да и по форме напоминал.

— Подержи, — попросил у меня Райан.

Камень грел даже через перчатку. Я рассмотрела его подробнее, но интересного и нового ничего не обнаружила и все внимание переключила на занятие Райана. А вот он ковырялся своим ножом у основания постамента. Вскоре послышался щелчок и после скрежет. Тайник? Значит сама энергия сокрыта гораздо глубже и дальше от механизма всего устройства. Довольно быстро я с энтузиазмом присоединилась к Райану и очень скоро мы разобрались со своей основной миссией в этой практике.

— Так просто, — не верилось мне.

— Сложности в пути, — негромко отозвался Райан, — Теперь на выход.

— А визитеры? — не угомонился Мони.

— Тебе нужны новые проблемы? — обратился к нему Райан, приподнимая вопросительно бровь.

— Почему ты решил, что будут проблемы?

— Потому что вы с Ори неудачники, — привела весомый аргумент принцесса.

Я бы возмутилась, но решила стерпеть. Сложилось впечатление, что теперь в близком кругу наши с Мони злоключения будут вечной темой для насмешек. Обидно не было, зато самую малость стыдно. Может когда-нибудь я буду воспринимать это с большей долей шутки, но пока не готова.

«Когда-нибудь произойдет не скоро», — язвительно упрекала я себя за неприятности. Почти возле самого выхода, мы услышали громкие голоса позади. Райан решил не испытывать удачу и поторопил, выбраться к входу, чтобы спрятаться в другом коридоре. Успели и, судя по тому кого увидели, не зря спрятались. Это не были люди из Ордена, не были они и служивыми. Наблюдали мы из темноты, не издавали ни единого шума, но возмущение с толикой испуга исходило от каждого.

Если судить по одежде, то перед нами наемники. Как их пропустил защитный барьер на такую охраняемую территорию? Я насчитала отряд из четырнадцати мужчин. Трое из них явно обладали магией, насчет остальных сказать трудно. Замыкающий шествие мужчина, даже если не являлся магом, впечатлял гораздо сильнее. Этот громила с одного удара гэрсгара разрубит. Рыжие волосы свисали до подбородка, доспехи местами с лохмотьями из шкур, двуручный топор за спиной и тяжелая поступь. Знакомиться с неизвестными желания так и не возникло.

— Подождем немного, пусть отойдут дальше, — тихо проговорил Райан.

— Кто это вообще такие?! Неужели не интересно?

— Я тоже против того, чтобы показываться им, — заявила Киви, хватая за руку любимого.

— Да кто ж не против?! — вступила в разговор Элания, — Это только любопытство Мони!

— А мне тоже любопытно, что они делают тут, — не сдержалась я, закусывая губу.

Наступило затишье. Троица переводила заинтересованные взгляды с меня на Райана. Ему ведь тоже интересно, наверняка уже построил несколько предположений. Вот у меня их было совсем немного и одно нелепее другого. Может это браконьеры, которые охотятся на редкую нечисть или растительность, чтобы добыть какие-то ингредиенты. Но нелепо же! Пусть даже маги помогли всем пересечь барьер, и пусть даже это ради каких-то баснословных денег. Но зачем заходить так далеко? А если они добирались сюда с другой стороны? Но самая ценная и опасная нечисть обитает на побережье, там бы и набрали необходимое. А что тут? Пещера. Что они могли искать в пещере?

— Как думаешь, сколько осколков раскидано в лесу? — задал мне вопрос Райан.

Осколки? Может и осколки. Но зачем кому-то так рисковать?

— Думаешь, они охотятся за Лариром? Это даже не смешно! — вместо меня ответил Мони.

— Мой отец активно вел поиски осколков, — негромко призналась Элания, привлекая на себя все внимание.

— Теперь ты готова рассказать все, что знаешь? — спокойно обратился к ней Райан, будто только и ждал такого момента.

Принцессу было еле видно в полумраке, но ее кивок мы увидели отчетливо.

— Террийску не выгодно соединение Аскартия и Нестаргона. Слишком опасный союз для нас, — выдала она совсем не то, что я планировала услышать, — Артуа всегда работал через посредников и нам не удавалось увидеть его лично.

— Твой визит в Астарию был с иной целью, чем ты озвучила Фредригу? — узнавал Райан.

— Да. Мне было поручено передать письмо Артуа. Отец никогда не рассматривал Фредрига и Арнольда как возможных союзников. Да ты и сам понимаешь.

— Слишком долго они у престола. Нет энтузиазма и рвения к изменениям. Понимаю.

— А их наследники такие же, — слышалось негодование у принцессы.

Я все же присела, потому что в отличии от Мони с Киви, которые непонимающе хмурились, осознавала, о чем идет речь. А еще вдруг поняла, какая смешная ситуация складывается. Три разных человека со своими тайнами и интересами собрались в одном месте, связались ради собственных выгод и попали в свой же капкан.

— Твоя дружба Элания? — осипшим голосом задала вопрос.

— Я была честной с тобой и сразу сказала, что она не бескорыстна! — оправдывалась принцесса.

— А про то, что тебе нужно подобраться к Райану через меня умолчала?! — прорезался мой голос.

— Тише! Вас могут услышать! — угомонила Киви.

— А ты? — снизила я голос и обратилась к Райану, — Как давно тебе известно, что Элания хотела устранить тебя?

— Подозрения возникли сразу при ее желании подружиться с тобой, но до этого момента, я не хотел в это верить, — с печалью ответил Фертиш.

— Но ведь все почти обошлось, — голос Элании дрогнул.

Почти обошлось. О том, что Террийск финансирует мятежи мне уже было известно от Риаса, но вот добавить ко всему прямую причастность Элании не удавалась. Я не могла даже предположить, что принцесса не просто знает, но и увязана в этом с головой.

— Я хочу слышать все, — потребовал Райан, тоже усаживаясь на землю и призывая защитный барьер, чтобы никакая нечисть не могла нам помешать.

— Я расскажу, но нельзя чтобы…

— Нестаргонский не узнает, — перебивает ее Фертиш.

— Ориса? — обращается ко мне принцесса.

Я ведь давала обещание. Но если хоть что-то будет озвучено Риасу… Разговор пойдет о выгодах стран. На этой площадке игры идут слишком серьезные. Раздоры, политические конфликты, войны — результат неправильных слов, неправильных выводов и поспешных решений.

— Я не расскажу, — твердо согласилась.

Я никому не расскажу, как и тайну Райана, но буду знать все, чтобы суметь помочь Риасу при случае.

— Мотивы Артуа известны моему отцу, но не мне, — приступила к признанию Элания, — Я вступила в это дело только после семнадцати лет. Мне не многое успели открыть, но достаточно, чтобы понять к чему все идет. Феруа образует еще одну могущественную страну на Ирфриде. В его планах подкупить Алтиру, и эта миссия уже успешно подходит к завершению. Сейчас главы Верховного совета Алтиры пользуются любым его предложением и с радостью грызут всякую кость, что он им подкидывает. Еще несколько лет и наладится связь, которую будет сложно разорвать для трех союзников: Алтиры, Террийска и Вараседа.

— Последнее это что? — поинтересовалась Киви.

— Это будущее название для новой страны, когда пройдет официальное объединение Астарии и Вертании. Оно должно случиться уже зимой.

— Планы Феруа меня сильно интересуют, но сейчас я предпочту услышать другое, — напомнил о себе Райан.

Он не был против, когда Элания подошла к нему и присела. Райан не отдернул руку, когда принцесса взялась за нее. Он был невозмутим.

— Ты говорил, что ненавидел меня, пока я просила прощение.

— Мне это не нужно, — отмахнулся парень, — Когда все началось?

— Еще на корабле. Со мной был Камир, а он сильный заклинатель существ, Райан, — тихо произнесла девушка, а я съежилась от догадок и воспоминании о кракене, — Я увидела тебя еще на пристани, как и Камир. Перед нами никто не ставил прямой задачи устранить тебя, насколько мне было известно, то этим должны были заняться люди Артуа. Ты ведь мешал ему открыто заявить себя на трон в Вертании. Мешал нашим планам, — опустила она голову.

— И как вам в голову пришло кракена призвать?! — прошипела я, стараясь перебороть ненависть, — Трикс чудом не лишился искры! Сколько погибших?! А Бридж, Элания?! — на глазах появилась пелена от выступивших слез, — Ты не была влюблена в него, да? Очередная ложь!

— Он не должен был погибнуть! Почему он вообще остался на борту?!

— Потому что ты заняла последнее место и чуть сама не погибла! — поднялась я на ноги.

— Успокойтесь обе! — скомандовал Райан, — Просканируй землю, убедись, что визитеры уже далеко.

Я сдержалась, попыталась взять себя в руки, но было трудно. Мне стыдно за ложь, но я спасала свою жизнь, мечтала о свободе. Какое оправдание у принцессы? Отец, политические игры, выгоды, власть? Спокойно, Ориса, возможно и у нее не все так просто. Глубокий вдох, выдох, закрыть глаза, призвать стихию. В десятке метрах от пещеры потерявшийся детеныш горной козы, еще дальше какая-то мелкая нечисть копошится в земле, в полукилометре отряд двигается на северо-запад.

— Они достаточно далеко, — озвучиваю для Райана.

— Я хочу, чтобы ты их могла почувствовать, но мы были в безопасности. Сколько у нас есть времени для разговора?

— Меньше часа, если ты хочешь, чтобы я не выкладывала много сил для слежки.

— Это какой-то бред! — возмутился Мони, — Я вас не понимаю!

— Что вообще происходит, ребята? — взмолилась Киви.

Райан тяжело вздохнул, а я просто отвернулась. Вся эта идея с признанием, с открытием тайн перед практикой должна была устранить недопонимания и заставить нас доверять друг другу. У меня ведь было тогда ощущение, что для принцессы жалоба на жизнь в рамках манер совсем несерьезно. Никогда нельзя никому доверять!

— Не молчи, Элания. Хотелось бы уложиться в отведенное время и услышать все, — сжал Райан ее ладонь в поддержке.

Прощает ее? Неужели настолько сильно любит, что готов простить? Или он знает больше, чем я?

— Я сказала, что была влюблена в Бриджа, потому что не могла иначе объяснить свои слезы, — говорила мне Элания, но взгляд не поднимала, — Я виню себя, Ори. Он был хорошим человеком и не заслуживал смерти.

— Феруа все равно бы до него добрался, — хладнокровно озвучил Райан, а я дернулась как от пощечины.

Давора Бриджа спасло бы только чудо. Райан как всегда прав. Артуа Феруа не пощадил никого, кто был верен короне. Возможно Бридж даже умер в меньших муках, потому что не знал, что Его Величество Фредриг проиграл.

— Камир мечтал выслужиться перед Артуа и моим отцом, поэтому стал думать, как лично убить тебя. Он отчитывался передо мной ежедневно, но с каждым днем его выдержка трещала по швам. Ты же не выходил из каюты, боясь малейшего шороха за спиной. Мы не знали, как к тебе подобраться. А еще эта перепись от Нириана Грея. Мне удалось изучить ее, и я была удивлена, что ты не скрыл свое имя перед капитаном. Это осложнило задачу, потому что связать твою смерть со мной у Арнольда вышло бы быстрее, чем расколоть орех. А дальше открылась бы причастность Террийска к мятежам. Нам нужно было все выставить как нелепую трагедию и всячески подстраховаться.

— И потому ты была ранена? Или это была случайность?

— Не случайность. И шлюпки тоже не случайность. Я была уверена, что ты не полезешь в лодку с высшим сословием, чтобы не открываться всем подряд. Ты бы устранил любой риск, чтобы меньше людей видели, где ты высаживаешься и куда держишь путь.

Я опять села, опираясь на стену и обнимая ноги. С каждым словом Элании мне было не по себе. Я хотела убить ее, вот прямо сейчас! Отомстить за все пережитое, за всех погибших! Но я не могла поверить, что она говорит о себе. Передо мной сидела другая Элания. Бледная, испуганная принцесса, в ком мало читалось былое величие. Горько. Я уже даже не хотела ее слушать, хотелось оказаться дальше от нее. И именно сейчас отчетливо вспомнился поцелуй Риаса — тоже горький, с сожалением, какой-то отравленный.

— Камир ждал безопасного расстояния к берегу, чтобы призвать эту дрянь. А потом он помог Триксу отогнать его. Никто даже не подумал, что средний маг-воздушник должен был не просто перегореть. Он бы даже чуточку отпугнуть кракена не сумел бы! Но, видимо, суматоха сыграла Камиру на руку. Мы должны были покинуть борт сразу же. А чтобы я не вызвала подозрение, как и Камир, мы решили нанести мне неглубокое ранение. Я же целитель и наследница. Нас обучают магии уже во дворце. Все затянулось еще на пути к берегу.

— И что же вас задержало? — задал вопрос Райан, притягивая к себе Эланию и крепко обнимая.

— Напротив каюты стояли ящики с каким-то грузом и ими придавило дверь. Камир же заклинатель существ, а они не способны воздействовать магией на предметы. Мы чуть сами не погибли. Но когда сидели в шлюпке, то были уверены, что ты не сможешь спастись. От кракена не уходят, — тихо заключила она.

— А потом ты увидела нас в академии, — подгоняла я ее рассказать все, стараясь спрятать колкие ноты.

— Это не было неожиданностью, — уже говорила мне принцесса, — Весть о том, что Нириан Грей победил кракена гремела на весь Хардон в тот же вечер. И о вашем чудесном спасении с помощью защитной магии было тоже известно. Камир нанял наемников и дал наводку на внешность Райана, но мы не догадались, что он вздумает с кем-то сблизиться, что будет не один. И уж тем более не думали искать его в компании девушки. Райан же боялся открыться.

— Райан? — обратилась я к нему с горькой ухмылкой.

— Мы еще не принесли клятву друг другу, Ори. Но, да. Я догадывался, что все не так просто на корабле. Откровенно говоря, решил, что у меня разыгралась мания преследования, да и предположить, что Элания связана с мятежами не мог. А может не хотел верить. Ты выглядила испуганной девчонкой, жертва подалвенная смертью посла. Никак не ожидал, что под такой невинностью сокрыты твои навыки и богатое прошлое. Еще на берегу понял, что воспользуюсь ситуацией. Прикрытия лучше я бы не нашел.

— А твоя дружба с Нирианом?

— Я уважаю его, а теперь убедился, что на мне вина за смерть людей из его экипажа и потеря корабля.

— В Академии ты не могла убить Райана, — уже смотрела я на Эланию, потеряв интерес к Фертишу, — Ты была со мной, чтобы информировать Феруа о нем?

— Какое-то время мне действительно это было выгодно, — согласилась принцесса, — А потом вы сообщили, что Райан все еще любит меня. Я ведь была уверена, что он относится ко мне враждебно, потому что догадывается о моей причастности к происходящему. А это оказалось мальчишеское поведение. Мне открылся шанс подобраться к нему поближе. От тебя, Ори, было слишком мало информации. Вы любили уединяться и выловить вас было невозможно. А остальные как я не пыталась их настроить, могли только возмущаться, но не заставить вас раскрыться.

— Бред какой-то, — негромко проговорил Мони, тоже давно усевшись на землю. Он опустил голову и просто слушал. Киви сидела за спиной Мони, обнимая парня, и видно было только ее руки.

— А потом ты сама стала жертвой, — не смогла я сдержать нервного смешка.

— Мне становилось труднее с каждым прожитым с тобой днем, Райан. Не знала, что буду делать, если мне прикажут убить тебя, — расплакалась Элания.

Он помог ей сесть так, чтобы она уткнулась в его грудь и гладил принцессу, но не произносил ни слова. Ее слезы подействовали и на меня. Я все еще злилась, но уже менее уверенно. Хотелось верить в ее искренность.

— Феруа ведь больше не интересуется Райаном, — попыталась успокоить ее истерику.

Она, как любая обычная девушка, пару раз шмыгнула носом, вытерла слезы и отрицательно кивнула.

— Последнее известие я получила от отца перед практикой, — дрожащим голосом продолжала делиться секретами Элания, — У Артуа все прошло не так, как он планировал. Ему совсем не до Райана.

— То есть? — заинтересовался упомянутый.

— Одна из влиятельных семей, фамилию в письме отец не указал. Эта семья затеяла свой маленький мятеж. Без нее многие важные персоны не пойдут за Артуа, а это важно, когда начнутся препирательства из-за нашего союза. Ведь союз с Алтирой опасен для всех стран. Многие боятся, что эта страна получит поддержку.

Принцесса замолчала, а Райан смотрел на меня неотрывно и долго. Это вызывало какую-то тяготу, словно он беззвучно обращался ко мне. Что ему нужно? Что-то от меня? Но информации мало. Откуда я могу знать, какая это семья? Мысленно я ударила себе по лбу и быстро обратилась к Элании.

— Откуда эта семья? Были хоть какие-то подробности? — задавала я вопросы.

Если бы их озвучил Райан, то скорее всего Элания раскусила бы его интерес. Ведь если семья из Вертании, то это шанс для Райана получить поддержку в своей мести. А если задам я, то смогу сослаться на интерес, который связан с моей прошлой жизнью.

— Из Астарии, — не задумываясь ответила принцесса.

Райан растерял напряжение и любопытство, а вот я наоборот разгорелась. Какая семья кроме моей была замешана настолько глубоко в мятеже и имела сильное влияние на важных персон? Всего пять. Но все мы были преданы Феруа. Или это только сиротки так думали? Мы с Лирой ведь даже не знали кому подчиняются наши семьи. Как вышло, что Дезант были светлыми жертвами, когда произошло убийство Фредрига? Почему именно Висана? Да что же там вообще происходит?!

— Ориса, прости, — проговорила Элания, выдергивая из размышлений.

Я посмотрела на нее, а потом прошлась взглядом в полумраке по всем друзьям. Кажется, я не сдержалась и прорычала вслух, потому что все смотрели на меня.

— Я не на тебя, — поспешила заверить Эланию, но потом передумала, — Хотя и на тебя тоже! Мне больно из-за твоего предательства и обмана! И… Ох, Риас, — оборвала саму себя, потому что в данный момент узнала его в себе.

Так ли он себя ощущал или ему было больнее? Риас ведь был уверен, что я подбиралась к Тиретису, как обученный убийца. Как он вообще смог дать нам с Райаном шанс покинуть Нестаргон?

— Прости, — прошептала еще раз Элания.

Я посмотрела на нее и не узнала. Теперь я понимала Райана, как никогда. Понимала, за что он так ненавидит ее, когда она просит прощение. Словно побитый щенок, который осознает, что нет ему прощения. Это была совершенно другая Элания. И пусть внешне она выглядела также, но воспринималась какой-то подменой.

— Если ты еще раз попросишь прощение, то я тебя точно придушу! Почему ты решилась рассказать нам все? — взялась перевести тему разговора на что-то более приятное.

— Это все практика, — нахмурилась она, — Каждый день кто-то подвергался опасности. А вчера ты чуть не упала с обрыва на моих глазах! А сейчас вы с Мони хотели полезть узнавать кто это может быть! Если это те, о ком я думаю, то они убьют вас!

— Если они от твоего отца? И зачем они собирают осколки? — узнавал Райан.

— Да. Если это люди моего отца, то они проводят меня до границы леса, а вас убьют, как свидетелей, — сморщила она свой нос, — А зачем осколки? Точно не знаю. От меня это проходит в каком-то секрете. Мне лишь раз отец выдал поручение, связанное с этим делом. Нужно было узнать об осколке в академии, и тут же узнать о защитном корпусе. Ему нужно было транспортировать осколки и при этом не позволить пробуждаться нечисти.

Значит Артуа Феруа и впрямь собирает Ларир, чтобы поднять армию мертвецов. Сказочное предположение Райана оказалось правдой. Интересно, а такую ли правду знает король Террийска? И если да, то что двигает им в желании помочь Пауку?

— Я много чего понял из разговора, но больше вопросов, — вздохнул тяжело Мони, — Я даже не уверен, что хочу знать ответы! — взорвался он, но быстро взял себя в руки, — Мы говорим долго. И я так и не понял, будем мы преследовать наемников или смысла нет?

— Будем, — ровно озвучил Райан, отодвигая принцессу от себя и поднимаясь, — Нужно убедиться и если будет нужно, то сообщим Ставронгу.

Я испугалась. Сколько Орденов сбежится в лес, если станет известно о подобном? А как же Риас? Не будет ли ему грозить опасность?

— Райан! — вскочила я, чтобы задать эти вопросы.

— Не переживай, — моментально сообразил он, — Мы обязательно что-то придумаем. Но сейчас важно не упустить их, а еще придумать, как подобраться ближе и разузнать побольше.

Глава 14. Мучители гарпий

Отстали мы от неизвестных гораздо сильнее, чем хотели. Несколько раз терпели нападки нечисти. Я боролась внутри с нахлынувшей ненавистью к Элании, пытаясь оправдать ее. Она ведь созналась нам, пусть даже так поздно. А во всем ли созналась? Скорее всего. Почему другие не реагируют на ее признание так сильно? Почему Райан не выпускает руку принцессы, заботливо удерживая растерянную девушку? Киви постоянно интересуется ее состоянием, а Мони предлагает забрать рюкзак, хотя и сам устал.

А что не так со мной? Я оправдываю ее только тем, что у нее были свои выгоды ради правления Террийском. Но она зашла слишком далеко! А раскрылась только сегодня. Может дело в родителях? Тут я сильно отличаюсь от друзей. Может принцесса боится или любит своего отца, поэтому ради него готова была убить Райана? И не только. Сколько людей погибло в мятежах, которые они финансировали? И все ради отца?

Я же будто лишилась памяти. Из детства знаю редкие факты и не более — имя, возраст, заброшенный дом, куда ни разу не возвращалась. У Дезант мне когда-то сказали, что скорее всего потеря родных вызвала у меня сильнейший шок. А вот Дасконт и Висана никогда не вызывали чувства любви. Сначала был восторг и благодарность, когда я получала питание, теплый кров и интерес к себе, а со временем все стало раскрываться, но дороги назад из сладкой западни уже не существовало. Как же это — любить родителей? Если она любит отца также, как я Риаса или того же Райана, то почему раскрыла нам его секреты?

На нос упала крупная капля дождя, а следом пророкотал гром. «Ну хотя бы уже не в гору идти», — успокаивала себя. За своими размышлениями и в общей спешке я не заметила, когда собрались тяжелые свинцовые тучи. Они нависли над нами плотным одеялом, обещая сильный ливень.

— Далеко наемники? — интересовался Райан.

Я присела, просканировала землю и растерялась. Потратила немного сил повторно, чтобы убедиться — не показалось.

— Отряд из четырнадцати разбил лагерь в километре отсюда, но есть кто-то еще.

— Еще люди?! — возмущался или все же вопрошал Мони.

— Пятеро, — подтвердила, — И двигаются они быстро и ровно к наемникам.

— Может их союзники? — интересовалась Киви.

— Пятеро, как-то символично, — негромко произнесла Элания.

— Кобеана сюда не отправляли. У них другой маршрут дальше, — уверено сообщил Райан.

— Значит остается две команды, — проговорила я, а мое сердце с надеждой забилось сильнее и быстрее.

— А уверена, что люди? — разбил надежду Мони, приостанавливая расшалившееся сердцебиение.

Дождь постепенно набирал силу, с каждой секундой прибавляя крупные, прохладные капли. Я опять воззвала к стихии, уже не скупясь на расход энергии. Трое походили на людей или все же нечисть вроде мирэля, еще двое ощущались как-то приглушенно, будто полумертвые. Но картинка не остановилась, показывая больше — два сопровождающих пса, а еще впереди неспешно бежала какая-то мелкая нечисть.

— Мне нужно отдохнуть от магии, — высказала я, усердно хмурясь и надевая перчатку обратно.

— Что ты там увидела? — спрашивал Райан.

— Там вроде и люди, и нечисть рядом, но они друг друга не убивают.

— Может заклинатель существ балуется? — предположила Элания.

Выглядела она уже гораздо лучше, чем было. Ее бодрый вид нравился мне определенно больше, и может поэтому я потихоньку сбавляла свою ненависть к ней, переходя просто на обиду. Если так пойдет дальше, то может уже к вечеру отойду и останется только легкое раздражение.

— Ты знаешь таких заклинателей, которые и псов двух рядом удерживают и еще около десятка мелкой нечисти? Кроме этого твоего Камира. В его способностях я не сомневаюсь! — съязвила я, за что в ответ получила обвиняющий взгляд от Райана.

Посмотрела снова на Эланию и ощутила укол стыда, потому что она опять вернулась в разбитое состояние. И это меня разозлило еще сильнее.

— Да что не так?! Я просто хочу нормальных объяснений! Мне надоело, что я не могу верить никому! У меня за всю практику, где мы должны были легко доверить свою спину друг другу, вопросов не вызывают только Киви и Мони. И то, — глянула я на Мони, который зарделся и решила, что и ему достанется, — И пусть ты хороший друг, но заноза!

— Да ты сама такая же! — не остался он в долгу.

— Хватит! — рявкнула на нас Элания.

Она выпустила руку Райана и обвела нас всех внимательным взглядом. Потом выпустила воздух, гордо вскинула подбородок и начала говорить:

— Я дам объяснения. Готовы вы их принять или нет — не моя забота. Я осведомлена, что говорят и думают обо мне окружающие. Мегера, стерва, колючая, ядовитая и можно перечислять долго! А как еще мне выживать?! Я с рождения научена тому, что есть общество, но редко рассматривала людей, как что-то отдельное. Меня учили видеть выгоды, преимущества и как их использовать. А с десяти лет, когда Дарголийский с ровесниками играл, я была в окружении фрейлин, которые сдавали любую мою оплошность мачехе или отцу!

Дождь стекал по ее лицу, гром иногда заглушал уверенную речь.

— Мой папочка иногда и сам строил мне каверзы, чтобы проверить свою дочурку, — с язвительной улыбкой высказывалась принцесса, — Он признал меня только в шестнадцать! Когда мне удалось опозорить его перед прибывшими из Аскартия тем, что оспорила мнение о Великого Нотеона Террийского! Я не помню обсуждаемое предложение и договоренности, да и не важно это сейчас. Но тогда я смогла одурачить всех, потому что мое предложение принесло нам больше выгод, чем планировалось. И только когда отец понял это, он меня простил. Мы не стали ближе, но меня перестали просто посвящать в дела короны, подготавливая к престолу удаленно. Я наконец-то сама могла участвовать в делах моей страны!

Если я и смогла понять ее чувства, то совсем немного, но хотя бы есть над чем подумать. Она хотела добиться уважение отца, даже не любви. А знала ли принцесса об этом чувстве до того, как впустила нас в свою жизнь? Я любила Лиранию, но после множества сомнений все же предала ее. Наверняка образ и воспоминания о ней будут преследовать меня всю жизнь, вызывая вину и сожаления. Почему я считаю, что Элания не способна сожалеть? Какого сейчас принцессе?

— Просто дай мне время, — ободряюще улыбнулась я ей, — Немного времени.

Она сделала глубокий вздох и отвела взгляд, а я вдруг осознала, что уже простила ее, потому что она часть моей жизни. Она точно сожалеет, и она доверилась, пусть даже так поздно. Я не сдержала порыв и обняла ее, сейчас пришла моя очередь просить прощение за резкие слова. Слишком много неприятностей навалилось на меня, возможно, все в итоге вылилось на Эланию.

Мы не тратили много слов и времени, ограничившись улыбками и обещаниями, что справимся с обидами. Мне хотелось расплакаться, дать волю чувствам, но я сдерживалась. Не время. Сейчас некому меня успокаивать, каждый из нас нуждается в утешениях.

— Ори, уточни, где эта свора нечисти, — уже с видимым облегчением обращался Райан.

Опять сняла перчатку, нехотя опустила руку в мокрую почву, вновь призывая стихию, но совсем чуть-чуть, только чтобы услышать отголоски шагов.

— В десяти минутах ходьбы, если надумаем перехватить их.

Я посмотрела в ту сторону, откуда надо ждать неизвестных. Разномастный лес, небольшие пригорки, немного темно и опять отклонение от маршрута. Но разве нас уже что-то напугает?

— Хочешь проверить кто там еще? — с улыбкой интересовался Мони, пока Киви заботливо убирала с его глаз отросшую мокрую челку. Толку было немного, дождь вновь отяжелял пряди и возвращал все на место.

— А вам не интересно глянуть на отряд из нечисти? — явно планировал развлечься Райан и заодно отвлечь нас.

— А если там что-то опасное? — приходила в чувства Элания.

— Значит пропустим их к желаемой цели. А потом посмотрим на бесплатное сражение, — предложил интересный вариант Райан.

— Ставки делаем? — моментально отозвался Мони.

— Только после того, как увижу нечисть, — поставил условие Фертиш.

— Согласна, — высказалась я в поддержку идеи, — У нас преимущество. Мы знаем о них, а они о нас нет. А тот интерес, с каким они двигаются к отряду наемников, вполне может быть оправдан.

— И как же? — нахмурилась Киви.

— А вдруг из наемников кто-то ранен. Все же такой поход совершить!

— Веди, — скомандовал мне Райан.

Идти, как и ожидалось, было неприятно. Мокрая одежда липла, вода хлюпала и ноги скользили, но прятаться от непогоды все равно поздно. Да и идея развлечься за чужой счет подстегивала, хотелось сменить душевные тяготы на что-то другое. Мы искали приключений и встряску.

Потяжелевшее одеяло за спиной хотелось выбросить, но терпела, околеть ночью желания не было. Вскоре нашли хорошее место, где нас за плотной листвой кустарников не смогут увидеть идущие, а дождь перебьет шум и запахи. Главное, что никто не ранен. Я освободилась от одеяла, когда решили вещи оставить неподалеку, потратив последний отпугивающий живность артефакт.

Сейчас я пряталась в пару метрах от Райана, за соседним старым деревом, обращая все свое внимание в сторону заинтересовавшей нас компании. Вода стекала по стволу, капли барабанили по листве, стало ощутимо прохладнее. Мельтешение среди стволов и кустарников привлекало, но рассмотреть, что там оказалось трудно. Когда показались первые две нечисти, я отмела любое сомнение, что среди этого сбора будут люди. Лешие никогда не собираются вместе, чтобы заставить людей плутать. Как они вообще сгруппировались и покинули свои владения? Или их Ларир привлекает? Я усердно вглядывалась, чтобы увидеть кто покажется дальше. Поэтому, когда услышала знакомое обращение, похолодела и напряглась.

— Ооори, — прошептали мне на ухо голосом Риаса, выворачивая душу и пробуждая теплые чувства с примесью горя, обиды и досады.

Второй раз не проведешь. Нож быстро оказался в моей руке, чтобы упереться в горло мирэля. Но кровь, проступившая из вполне себе Риаса, вовремя отрезвила и остановила. Я медленно убрала руку. Риас мокрый насквозь смотрел на меня удивленно и это удивление спешно сменялось обидой, а потом молниеносно смелось под напором негодования.

— Какого черта, Ори?!

С меня медленно опадал щит Райана. Фертиш тоже не сразу был готов поверить, что перед нами настоящий Риас.

— Ты же чуть не убила меня! — продолжал злиться блондин, пока я пыталась осознать, что все реально, — За что? — уже тихо добавил, пытаясь добиться от меня хоть чего-то.

Чувства, которые я долгое время удерживала в себе, хлынули на волю потоком, накрывая с головой. Успела отметить, как спешно ретировался Райан, прекрасно понимая, чего от меня дождется в ближайшие секунды. Видимо, его лимит терпения женских истерик уже истек. Я порывисто прижалась к Риасу и разрыдалась. Мне хотелось пожаловаться ему, рассказать о своих обидах на жизнь, на окружающих, на весь Мертвый лес. А еще меня согревало счастье. Пока не отчетливо, словно во сне. Риас рядом.

— Все будет хорошо, — шептал он мне, крепко обнимая.

Я верила ему. Теперь точно все будет хорошо, потому что Солвер рядом.

— Ну что же ты за плакса, Ори? — спрашивал он, а я не хотела отвечать, только слушать, — Хватит, маленькая, — чуть отстранился, чтобы посмотреть на меня.

Его глаза определенно ярче звезд. Холодные пальцы аккуратно стирали капли дождя и слезы с моих щек, пока я пыталась успокоиться.

— Теперь расскажешь? — давил холодом Нестаргонский, глядя на Райана.

— Я когда-то рассказывал об артефакте в Вертании, — начал невозмутимо Райан, крепко удерживая бледную принцессу за руку, — Сегодня мы натолкнулись на занимательных личностей, которых нужно проверить. Вы ведь уже что-то узнали о пиратстве алтировцев?

Риас кинул мимолетный взгляд на Нестаргонского, который внешне стоял словно ледяная статуя. Все ждали развития диалога, но для Нестаргонского тема поднялась «не для всех». Он не сможет ни сказать, ни уточнить большего, а времени расходиться может и не быть. Райан с помощью меня показал, что мы спешим, стараясь не потерять кого-то важного.

— Скорее всего ты был прав, — отмер Тиретис.

Видно было, что Дагира и Кеми переполняет любопытство, но перебивать разговор наследника они не спешили. А вот Нита опять поражала нечеловеческой бледностью, даже серостью. Она ведь маг-крови. Неужели так расходует свою силу? Девушка если чем-то и полнилась, то скукой и безразличностью ко всему. Иногда ее слегка туманный взгляд переползал от одного участника беседы к другому.

— В Мертвом лесу посторонние, Тиретис, — озвучил Райан.

— Думаю, что нам нужно обсудить тактику наедине, — настаивал Нестаргонский.

Я услышала, что хотела. Ничего особенного: мы наткнулись на отряд наемников и пришли к логике, что нужно проверить несуразное предположение Райана. Вопрос оставался только один. Сообщили мы с Райаном об артефакте в Вертании троице из нашей команды? Если Риас спросит, то что отвечать?

— Риас, расскажи все Ори. У нас в команде не принято держать секреты друг от друга, — обратился Райан, прежде чем последовать за Нестаргонским.

— Ты редкий засранец, Райан! — кинул Риас обвинение вслед Фертишу.

Значит об артефакте и догадках о похищении осколков у нас знают все. Легче, но не особо. Кеми тихонько подобрался к Риасу, становясь позади него.

— Так о ком они? — спросил у блондина мой сокурсник.

— Спроси у Тира, — с насмешкой посоветовал Риас и вздернул бровь.

Кеми набрал воздуха побольше, а потом посмотрел на меня.

— Она тебе тоже не скажет, — заявил ему Риас, едва сдерживая смех.

— Я спрошу у Тира! — с вызовом прошептал Кеми.

— Давай, — хохотнул блондин, — Только я очень хочу посмотреть, поэтому пригласи.

Проныра вспыхнул от злости, но сумел промолчать, удаляясь от нас. Однако пошел он не к Тиру, а подобрался к Мони и Киви.

— И что это было? — спросила у Риаса.

— Они же огонь и вода! — хохотнул блондин, но быстро нахмурился, — Так что тебе Райан сказал? Или сначала о «посторонних»?

— Первое, — произнесла я уверенно.

Он закусил губу, вглядываясь в мои глаза и пытаясь с чего-то начать.

— Кеми! Высуши ты уже нашу одежду! — потребовал нервный Риас.

Проныра взвыл, но быстро успокоился и повиновался. Я дернулась, когда одежда почти обожгла, но не больше. Немного пара и мы уже в теплой, сухой одежде. Не знала о таких талантах Кеми.

— И так. Что точно сказал тебе Райан?

Риас обнял меня, но я отстранилась, чтобы видеть бесстыжие глаза, тем вызвала его недовольство.

— Сказал, что ты лжешь мне, — решила ударить по больному.

— Это не правда! — искренне возмутился Риас.

— Что же тогда правда? Ты сказал, что мстить не будешь.

— Я и не буду, — уверял меня он, — Это сделает Тир.

Не ложь, а недосказанность. Я нахмурилась и всем своим видом показала, что такой ответ меня не устраивает. Риас закрыл глаза, сделал пару глубоких вдохов, а потом все же раскрылся.

— Я добавил, кое-каких нюансов. Высказал пожелания, Ори! Он же к тебе домогался, — перешел на шепот Риас, — А потом меня убил! Как я могу не ненавидеть его!

— Что ты для него придумал?

Фантазия Солвера весьма интересовала меня. Я люблю его, мне жить с ним и я должна знать о нем не только хорошее. Он собирался с духом, кусая губу и о чем-то усердно думая.

— Вот же черт! Я не откажусь от этого, Ори. Он убил меня! — оправдывался Риас, — У него искру уничтожат, а его самого спалят на костре. Только ты помни, что я никогда не причиню вреда тебе, ясно?

— Откуда эта жестокость? — вырвалось у меня.

Я попыталась понять Риаса сама, но не смогла. Он все же притянул меня к себе и зашептал на ухо.

— А жнец, Ори? Это было не жестоко? Я остался без своей силы там и ничего не мог сделать! И умирал я от темной силы! Какой ироничный исход! Или жалеешь его родных, которые могут увидеть казнь Дарголийского? Зря, — с горечью произносил тот, кто не умел прощать, не отомстив, — Он не думал о тебе и Тире, когда убивал меня. Твое право осуждать меня, но я не откажусь от этого. У меня остались последствия, Ори, — пожаловался он мне.

Я хотела узнать какие, но не успела произнести и слова. Поцелуи в шею, ласкающие руки под курткой выбили все мысли, хотелось большего. Он несильно укусил за мочку уха и остановился. Я пыталась успокоить дыхание.

— Лешие, которые вели нас к вам, — продолжал нашептывать он, — Они повиновались не Дагиру. Они мои, Ори.

Я все же отстранилась, чтобы посмотреть на Риаса. Парень явно был недоволен силой. Подчиняет нечисть?

— Что с тобой произошло, Риас?

— Ориса, — услышала за спиной обращение Тиретиса, — Проверь наемников.

Если я и хотела возмутиться такой эксплуатации моей силы, то быстро передумала. Нестаргонский растерял свой холод, находясь в гневе и раздражении. Райан незаметно кивнул мне, чтобы сообщить, что все хорошо. Но у меня было плохо. Я хотела узнать, что произошло с Риасом, а еще столько всего обсудить и рассказать. Судя по недовольству Риаса, он был солидарен в желаниях со мной.

Я опять призвала силу, чувствуя, что скоро достигну предела. Развивать искру у меня в планах нет. Я все же артефактник, а не боевик или целитель. Для таких, как я или Киви, нет смысла рисковать, потому что прирост все равно будет мизерным. Надо бы сообщить, что дальше необходимо искать другой способ слежки.

Наемники уже двигались. И успели отдалиться километра на два, о чем я сообщила союзникам. Тиретис взял на себя полное командование, но я была спокойна, понимая, что Райан все равно будет влиять на все решения. О дальнейшей слежке вопрос уладился в считаные секунды. Кошкам Дагира достаточно было знать только в каком направлении искать. Как оказалось, охотницы даже сейчас бродили неподалеку и всегда готовы были среагировать на призыв хозяина. А еще я поняла, что перепутала их с псами. Стыдно не было, потому что с кошачьими было сложно найти общий язык. Я даже маленьких видела всего несколько раз в жизни, но и те только шипели и вздыбливали хвосты, если к ним приближались. Что уж говорить об огромных?

Мы вернулись за своими вещами. Риас в это время остался с Нестаргонским, наверняка, чтобы узнать подробности, которые пропустил.

— Вы знаете про какой-то артефакт, который строят в Вертании, — заговорил Райан, пока мы были только своим составом, — Сами догадались о связи осколков, но остального не знаете. Я больше никаких подробностей не давал. Был злым и отрезал любые расспросы.

— Вообще-то так и есть, — остался недовольным Мони.

— Опять секретничали, — дулась Киви.

— Это и хорошо, — вступилась за Райана принцесса, — Значит вам почти врать не придется.

— Элания…

— Спасибо, Райан, — перебила она его, с искренней благодарностью, — Я слышала ровно столько же, сколько и остальные. Если и догадываюсь о большем, то вам не сообщила. А прямолинейно у меня Нестаргонский никогда не спросит, потому что я смогу в таком случае задать и узнать гораздо больше. Он не рискнет.

Обратно шли уже с уверенностью, что не выдадим принцессу. Риас встретил меня на подходе, заглядывая за спину.

— Что там? И где твой рюкзак?

— Это долгая история, — решила отдалить рассказ о неприятном моменте из своего недавнего прошлого, — Давай об этом перед сном расскажу. Думаю, что наемникам он тоже будет нужен. А там одеяло, ночью же холодно, — сделала кивок за спину.

Риас нахмурился, скривился и снова посмотрел на немаленький сверток. А потом остановил меня и потянул снимать лямки с моих плеч, которые Мони приспособил к свертку.

— Что ты делаешь?

— Выкинь это! Я своим поделюсь и мы не замерзнем, — заботливо улыбнулся Риас, а я испытала облегчение и поняла, что обожаю его.

— Даже не представляешь, как мечтала об этом! — высказала, сбрасывая неудобную ношу.

— Почему не представляю? — жадно посмотрел на меня Риас, облизывая губу.

Я мысленно прокрутила наш диалог еще раз, пытаясь понять, что вызвало его реакцию.

— Нет, Риас! Я же не об этом! — оборвала его мечты, ускоряясь, чтобы догнать ребят.

— То есть ты не мечтала обо мне, Ори? О нас? — перевернул все в свое русло Риас.

— Мечтала, — согласилась я, — Но давай поговорим о другом! — решила воспользоваться тем, что мы замыкали шествие и оставались отдалено от других.

— О чем?

Я заметила, что вещей у него нет. Оружие, фляга и все. Но эти вопросы и странности оставила на потом. Были темы для обсуждения куда важнее.

— Что за последствия Риас?

— Тебе с приятного или с не очень? — Риас приобнял меня за талию и притянул к себе, — Хотя я сам выберу. Знаешь, Ори, другой бы на моем месте прыгал от радости. Но для меня это лишнее! И я даже не всегда могу контролировать эту жуть! По ночам эти мелкие твари только и ждут своей возможности, — с досадой проговорил блондин.

— Ты сейчас о ком?

Я все еще помнила тот очень реалистичный сон, который мне приснился в комнате Риаса. Множество глаз в темноте и ощущение мерзкого, липкого страха.

— Я пока не придумал название, — нервно хохотнул Риас, — Это из приятных пунктов, Ори. Я чувствую себя первооткрывателем. Наверное, это души.

— Я совсем ничего не понимаю, — призналась ему.

— А ты молчи и не перебивай. Просто слушай, — дал указание Риас, украдкой поглядывая на меня и дожидаясь кивка, — Эмбер и Октавий еле выпустили меня на практику. Я чувствовал себя подопытным. Они сумасшедшие, Ори! Не я, а они, — не сомневался в своем высказывании Риас, — О последствиях… В общем, слушай, этот осколок, черт бы его побрал, он призывает нечисть, Ори! Прямо из меня. Звучит странно, — хохотнул блондин, перемещаясь на другую от меня сторону.

Я хотела задать множество вопросов. Что же это получается? Ларир не просто растворился, наделяя его силой, так эта сила еще и действует?

— Я даже контролировать эти выбросы не могу! Днем я их хотя бы чувствую, а ночью нет. Знаешь, Ори, мне страшно, — признался он с печалью в голосе.

Я остановилась, удерживая его, и крепко обняла. Не знаю, как страшно ему, а мне стало очень. Это не нормально. Я уже видела в своих фантазиях наше сладкое будущее. Не будет же оно разрушено из-за этой нелепости?

— Мы можем отстать сильнее, — тихо высказал блондин, прижимаясь прохладной щекой к моему лицу.

Солвер обнимал меня дрожащими руками. Если спросить, чего он боится, то дождусь ли я внятного ответа? Он всегда отзывается о своей силе с грустью. Никогда не говорил о ней с гордостью или любовью, как я или Райан.

— Я никогда не оставлю тебя, Риас. Не отвернусь, — не стала сдерживать порыв.

— Спасибо, Ори. Я же не смогу без тебя. Уже не смогу, — еле слышно шептал он.

Мне не хотелось отстраняться, не желала прерывать объятия. Мы заслужили возможность, чтобы насладиться друг другом, а вместо этого вынуждены следовать за неизвестными. Обидно.

— Ри, не отставайте! У вас еще будет время, — окликнул Тиретис.

Я вспомнила момент, когда наследник с Риасом удалялись к бассейну. Тогда я тоже считала, что у нас есть время. А потом экзамен, где его убили на моих глазах. Нужно ценить каждый момент с ним.

— Риас, — остановила его, когда он отстранился, и заглянула в глаза парня, — Скажи, что любишь меня! Или хоть что-то приятное.

Он внимательно смотрел на меня, а потом расхохотался, опять заключая в объятия, только уже в очень крепкие.

— А мне нравится, когда ты вот так просишь, — опять сказал не то, что я хотела, а потом его губы коснулись ушка, — Сдаюсь, Ори. Я люблю тебя, — шептал он, вызывая сладость и восторг, — Особенно, когда ты улыбаешься. А теперь пойдем, Ори, — нехотя отпустил меня Риас, беря за руку.

Какое-то время мы шли молча и спешно, стараясь не отстать среди начавшейся рощи за остальными. Почему-то рядом с Риасом я не боялась нападения нечисти. Было спокойствие и уверенность, что мне с ним не нужны даже щиты Райана. Продолжать разговор о неприятном не хотелось, но было важно знать все.

— Ты не чудовище, Риас, — решила именно так возобновить разговор. Ведь Солвер этого боится больше всего. Опасается стать чудовищем.

Он скептично усмехнулся, покачал головой и продолжил свой рассказ:

— В академии и в городе особых проблем нет. Эти твари… Я им словно проход открываю, Ори, — он говорил, а я вспоминала демоницу, — Хорошо, что пока только менее опасная нечисть. А еще. Им же плоть нужна мертвая, чтобы в нашем мире возродиться, кости там какие.

— И ты их совсем не контролируешь?

— Только, когда не сплю. И не обязательно тех, кто пробудился рядом со мной. Этих леших мы по дороге набрали.

— Зачем? — стало любопытно мне, — То, что вы искали нас я поняла. Но разве одного было недостаточно?

— Может и достаточно, но это было бы слишком скучно, — высказал Риас, совсем не удивляя.

— А что происходит, когда ты спишь? — аккуратно поинтересовалась, надеясь, что он не огорчится в очередной раз.

Но Риас посмотрел на меня с весельем, хохотнул и ошеломил:

— Эти мелкие заразы удирают, Ори!

— В смысле?

— В прямом. Они боятся меня. Пока я наблюдаю, стараются выполнить мои прихоти, а если не вижу, то все. Эта группка тоже ведь разбежалась, как только на тебя отвлекся, — со скрытый обидой высказался блондин.

— Как такое вообще возможно?! — смотрела я по-новому на Риаса.

— Не знаю. Эмбер и Октавий пытаются разобраться. Я ведь не обладаю силой некромантов, Ори. Я же их не специально. Тир еще тоже! — в сердцах перешел на жалобы Риас, — Недавно вынудил меня на эксперименты. Ты не обижайся, Ори, ясно? Но вы артефактники тоже ненормальные! — распылялся Риас, — Эти пернатые бестии! Мы к ним сунулись, думали там только две гарпии. Пленили и я пытался их приручать или хоть как-то воздействовать! — он заметил, что я едва сдерживаю смех, маскируя его кашлем, — Это не смешно! Хотя… Видела бы ты Кеми! Они же голые. Это было забавно. Но ровно до того момента пока к ним не спустилась целая стая в подмогу, — передернулся Риас, — Если бы ты слышала, как они вопят, Ори!

Я не успела ему сообщить о том, что мы слышали. О том, что даже боялись предположить, кто издевается над несчастными девицами в перьях. Остальные ребята дожидались только нас. Я сделала в памяти заметку, что неплохо бы начать рассказывать мне. О многом нужно сообщить ему.

— Они разбивают лагерь в километре отсюда, — ставил Риаса в известность Нестаргонский.

— Значит и мы встаем, — легко заключил Риас и сразу переключил внимание, — Раайаан, я так скучал по твоей темной душонке, — многообещающе признался блондин.

— Это не взаимно, — невозмутимо ответил Фертиш, скидывая рюкзак и забирая топорик у Киви, — Тебе придется еще изнывать от тоски какое-то время, потому что у меня есть другие заботы, — развернулся он к нам спиной и ушел, уводя за собой Эланию.

— Я тут подумал…, — начал было Кеми, но словил злой взгляд Риаса, — А знаешь, передумал, — сел он разбираться с вещами.

Глава 15. Разговоры

Обустройство лагеря прошло непривычно быстро. Охотиться не пришлось, потому что Сехи и Ночь справились без нас. Кошки словили что-то крупное и с копытами. Никто не видел, как Дагир с Кеми разделывали добычу, а когда я увидела, что ожидается на ужин не крольчатина или птица, то ощутила какой-то безумный голод. И хоть большая половина тоски была разбита тем, что Риас рядом, мне все же хотелось к цивилизации.

Мы сидели большой компанией вокруг костра. Я нежилась в объятиях Риаса, примостившись к нему спиной. Привлечь нечисть запахами команда Нестаргонского совсем не боялась. Кошки опять бродили где-то недалеко, охраняя покой своего хозяина.

— Наоборот же, хорошо, — говорил Риас, — Это же баллы нам в копилку. Только вот с вами делиться не будем! Мы пропустили целый месяц.

— По твоей вине, — высказался Кеми, но быстро переключился, интересуясь о чем-то у Ниты.

Голос этой маленькой девушки я еще ни разу не услышала. Риас отвел от очередного несдержанного огневика осуждающий взгляд и продолжил:

— Потом пока спешили вас перехватить на кристалле, пропускали довольно много наживи.

— Если бы не наемники, то опоздали бы, — высказал Райан, не скрывая издевки.

— За что ты так меня не любишь? Я всячески пытаюсь с тобой сдружиться, доверяюсь, а ты меня сдаешь в ответ, — притянул меня к себе ближе Риас.

Райан смотрел насмешливо и с вызовом, а я напряглась, ожидая чего угодно.

— Тебе мало Орисы? Она жаловалась, что ты холодный, — я хотела возмутиться, потому что никогда не поднимала эту тему, — А я люблю, чтобы с огоньком, — покосился он на Эланию.

Риас переводил взгляд с меня на Райана, пока остальные наблюдали за его суматохой. В итоге он выбрал меня своей жертвой.

— Почему ты жалуешься на меня ему?

— Зачем вы вообще пошли за нами? — прервал его вопрос Райан, обращаясь к Тиретису.

Наследник отвел взгляд от пламени костра, лениво посмотрел на Риаса, а потом кивнул другу. Солвер вздохнул и приступил говорить:

— У нас же месяц простоя. Времени мало, чтобы дать нам нормальное поручение, а просто нечисти набить можно и не отходя от барьера. Ну и я тоже…

— Довел он там всех! Зан… Ориса, — исправился Кеми, — Он там из-за тебя всех достал так, что нас вышибли к вам скорее. Маршрут сократили, закинув в ближайшую точку, задачу поставили, чтобы убедиться, что с вами все нормально. Вы же…, — оборвал он, затравленно глядя на Риаса, но все и так поняли, что мы слабаки.

— Ваша нечисть нам неинтересна, — негромко высказался Райан, — У нас есть нарушения.

— Райан! — подорвалась я.

— Они все равно узнают, Ори. Сюда вызовут ищеек, потому что мы столкнулись с чужаками, — уверенно озвучивал и смотрел он на меня.

— Нам же ничего за это не будет? — негромко спросил Мони, который сегодня был необычайно молчалив.

Слишком насыщенный день выдался у нас. Признание Элании вызвало ошеломительный эффект, поселило множество сомнений и раскрыло, что доверие между нами относительное. Сложнее всем ведь Мони и Киви, они знают меньше всего и из-за этого многого не могут понять, а мы не можем рассказать. Я спряталась в объятиях Риаса, который сразу потерся своей щекой о мою.

— Какие у вас нарушения? — поинтересовался Нестаргонский.

— Отклонение от маршрута, и кое-что еще, — смотрел Фертиш на Риаса.

Солвер ощутимо напрягся, сжимая меня крепче.

— Это не он виноват! — не сдержалась я.

— Я виноват, Риас, — удивил всех Мони.

— Не правда! — оспорила я, — Ты спас нас, когда заставил в воду прыгать.

— Если бы изначально побежал верно, то ничего бы не произошло!

— Я придумывал план, — влез Райан.

— А мы поддержали! — твердо осудила всех Элания.

— Мы все виноваты, — негромко подвела итог Киви.

— Ничего не понял. А вы? — интересовался Кеми у своей команды.

Я набрала воздуха побольше, решаясь, что о своем промахе буду говорить сама. Но Мони меня опередил:

— Это было самое ужасное время! Вы стоите друг друга, Риас! Чтобы я и еще раз с тобой, Ори!

— Так ты врал мне, когда мы предсмертно прощались?! — возмутилась я, вспоминая о том, что он назвал меня хорошим другом. Я отмахнулась от моментально сжавшихся рук Риаса.

— Это был испуг! Хотелось сказать хоть кому-то что-то приятное перед смертью, а там только ты была, — оправдался Мони.

— Если я сейчас не услышу внятное объяснение, — услышала я за спиной что-то среднее между голосом и неприятным шепотом, ощущая холодок, — Тебе захочется поговорить о приятном еще раз.

— Риас, — дрогнул мой голос.

— Ри, возьми себя в руки. Я тоже не понял, что у них произошло, но Ориса сейчас жива и здорова.

Друга Риас послушал. Опрокинул голову на мое плечо и старался успокоить сбившееся дыхание.

— Пусть Киви расскажет, — пробасил Дагир, — Она среди них единственная с головой дружит, — сделал странный вывод алтировец.

Но Райан извлек из рюкзака дневник, протягивая Нестаргонскому. Тот нехотя потянулся, пролистал местами порванные и грязные листы, а потом догадался открыть последнюю страницу. Никогда не думала, что мне удастся увидеть обалдевшего Тиретиса. Он смотрел на цифру несколько секунд, нахмурился и поднял взгляд на Райана.

— Как?

— Дай гляну, — заинтересовался Риас, потянув руку.

Нестаргонский отдал дневник Дагиру, ожидая, когда Райан начнет отвечать. Алтировец присвистнул, Кеми уже склонялся у него за спиной и неверующе нас разглядывал. Только Нита, если и удивилась, то внешне осталась равнодушной. Дневник, наконец, передали Риасу, который все же не смог выпустить меня из объятий ради удовлетворения любопытства. Он взял принесенную Кеми книгу, шустро раскрыл последнюю страницу, потом закрыл, снова открыл.

— Вы считывающее устройство или амулет взломали?

— Ох, ты ж! — схватился Мони за голову.

Элания побледнела и сжала кулаки, а Райан хмуро смотрел на Риаса. А я силилась понять, Райан такой вариант-отмазку специально просмотрел или все же случайно?

— Райан, я всего лишь вопрос задал. Не смотри так на меня! Это я должен злиться. Какого черта ты соскакиваешь на какую-то поломку, когда речь о том, что ты не защитил Ори?!

— Это связано, — выдохнул Фертиш.

— Она взломала? Не удивлюсь. Но не ты же ее за это убить хотел! Да и Мони тут причем?! — не хотел успокаиваться Риас.

Фертиш все же рассказал все по порядку, до того момента, как мы разделились. Мне постоянно приходилось успокаивать Риаса, потому что он едва сдерживался не то чтобы от колкостей, но, и чтобы магически взорваться. На холод я ему не жаловалась, но озябла прилично.

— Соглашусь, что это все реально, — сказал Нестаргонский, который удивлял своим любопытством, — Но не двенадцать тысяч. А как вы остались живы? — переводил он взгляд с меня на Мони.

И Мони приступил к рассказу и жалобам. Риас в этот момент жался ко мне, целуя щеку и крепко сжимая мою ладонь. Как бы Мони не высказывался в ссорах обо мне, но в его рассказе я осталась хорошим другом и союзником. И хоть я уже готовилась насчитать множество «эти девушки», но данной фразы не прозвучало за все время. Как и не было упомянуто ничего о демонах. Он дошел до рассказа о гэрсгарах и свое слово взяла Элания. Она скорее жаловалась на то, какой страх перенесла, пока мы отсутствовали, а потом о стрессе, испытанного от моего ранения.

Я попыталась остановить Риаса, когда он потянулся в поисках узла на еле заметной повязке.

— Пожалуйста, Ори, — попросил он меня, — Я хочу увидеть.

Повязка была снята. Я не ощущала смущение, что шрам украдкой разглядывали все. В свете огня он выглядел меньше и проще. Неровная, широкая полоса и ожоги возле. Рыхло и некрасиво.

— Есть что-то еще? — еле слышно спрашивал Солвер.

— Укусы на руке, но там незаметно. Остались от встречи с рацифами. Их пришло слишком много, а мы к такому гостеприимству не были готовы.

— Мы все выведем, — негромко пообещал блондин, возвращая повязку.

— Я не хочу, — тихо, но уверенно заявила, — Оно станет незаметным, Риас. Тем более в таком месте.

— Зачем тебе?

— Это сложно объяснить.

Больше книг на сайте — Knigolub.net

Может и просто, но не мне. Все вынесенное из Мертвого леса останется памятью о прожитом. Никакие подарки и сувениры не способны заменить следы, которые несут свою отдельную историю. Мы с Райаном оставим в прошлом троицу, которую искренне любим. Мони и Киви покинут нас уже после следующей практики, доучившись последний год. С Эланией мы пробудем еще три года, но сомневаюсь, что после обучения сможем приблизиться к ней. А если план Паука сработает, то она и вовсе будет чуть ли не врагом. Я не откажусь ни от одного воспоминания о них. Сохраню все.

— Ори, ты опять собираешься плакать, — шепотом сообщил мне Риас, и я поспешно уселась удобнее, чтобы скрыть лицо, уткнувшись в грудь жениха.

Слезы я гнала, стараясь слушать уже Райана, который рассказывал о произошедшем инциденте с Асель.

— Я убью ее, Ори, — прижал меня к себе сильнее Риас.

— Она же девчонка, — безразлично отозвалась я к ее судьбе.

Но Солвер не ответил, слушая дальше. Когда Райан сказал, что Асель отправится в Дарголию, Риас облегченно вздохнул и прошептал мне:

— Это хорошо. Райан молодец. Не придется разрываться на двоих.

— Ты должен кое-что знать о Кобеане, — обхватила я его за плечи, склоняя парня к себе и уже сама шептала ему на ушко, — Он не полностью несет ответственность за случившиеся, Риас.

— Он успел переубедить тебя?! — отдернулся блондин.

— Хорошо бы уединиться, — довольно громко произнесла я, понимая, что это может вызвать смешки, но лучше так.

Риас напрягся сильнее, понимая, что я не для утех зову его. Но он быстро сыграл роль взволнованного, нетерпеливого и одновременно довольного любовника. Перед тем, как мы покинули освещенное и согретое костром пространство, я словила взгляд одобрения от Райана. Он хочет, чтобы я рассказала о просьбе демонов. Это как-то сыграет в его плане? Узнаю, когда принесем клятву друг другу.

Артефакты Тиретиса были в походных условиях гораздо полезнее моих. Маленький кругляшек в пару минут избавил небольшой участок почвы от влаги. Мы не уходили далеко, но и этого было достаточно, чтобы ощущать уединение. Блондин уселся первый, вытягивая ноги и спиной облокачиваясь о дерево. Я собиралась сесть рядом, но Риас не позволил.

— Не так, — расположил он меня сверху, пробуждая запретные мысли.

Колени уперлись в мягкий мох по сторонам от Риаса. Рука того, кто сам являлся демоном, скользнула под куртку обжигая холодом, но ни капли не отрезвляя. Я склонилась к его мягким и желанным губам, запуская пальцы в шелковые волосы. Заразное безумство требовало большего, требовало наплевать на приличия и опасности. Казалось, что не было никогда кроме нас двоих. Я прервала поцелуй.

— Что ты делаешь со мной, Риас? — прошептала ему.

— Люблю, — услышала такой же тихий шепот.

Ласковые объятия, нежные прикосновения, забота в каждом жесте — мое наслаждение. Я смогла остановиться только тогда, когда под расстегнутую рубашку хлынул ночной холодок, а рядом послышалось чье-то дыхание. Дернулась, но Риас прижал к себе.

— Это Сехи. Видишь, она запомнила тебя, — совсем не злился парень на пятнистую за вмешательство, — Может ты и права. Мертвый лес не лучшее место. Я не заметил, как подкралась эта усатая, — старался привести свое дыхание в порядок, — Зачем ты меня сюда позвала, Ори?

— Я с тобой обо всем забываю, — спешно начала застегивать пуговицы, но при тусклом свете луны эта задача оказалась не из легких.

Риас остановил мои суматошные попытки, сжал дрожащие руки, поднося к своим губам и медленно покрывая поцелуями попеременно.

— Когда вернешься в академию, чтобы не снимала кольцо, ясно? — потребовал он.

— А тренировки?

— Как же с тобой сложно, Ори, — негромко выдавил он, — Разберемся. А теперь рассказывай.

Он неспешно сам приступил застегивать каждую пуговку, пока я пыталась обдумать с чего начать. Сехи уже сбежала, и ее не было видно или слышно.

— Я знаю, что тебе неприятна тема демонов, Риас, — аккуратно начала, буквально ощущая, как нависло напряжение вокруг.

— Что опять наговорил тебе Дарголийский? — он сдерживал себя, чтобы не сорваться.

— Ничего.

— Это действительно обязательно обсуждать, Ори? Я готов выдать тебе самую правдивую литературу, но я не хочу… Боги, Ори! Хорошо. Я отвечу на любые твои вопросы, — сдался он, притягивая меня к себе ближе.

Я боялась говорить дальше. Почему он так болезненно реагирует? При разговоре с демоницей возникло ощущение, что она была учтива к Риасу. Тогда в чем причина?

— Прости, но это важно, — прошептала ему, услышав резкий выдох в ответ, — Тогда на экзамене вмешались демоны, Риас. Он не хотел призывать темную нечисть, да и не смог бы.

— Тебе самой не смешно?! — начал язвить Риас, — Это он тебе такую сказку рассказал? Это демоны, Ори! — отстранил он меня, разглядывая лицо. Лунный свет освещал его хмурость, горькую ухмылку, — Ты говоришь о демонах. Она остались в моем прошлом, и я скажу тебе, что мне до отвратного тошно вспоминать о ней! А тем более слышать такое жалкое оправдание в защиту Дарголийского от тебя.

В такие моменты Риас делал больно мне, но я уже знакома с таким Солвером. Мы справимся со всем вместе. Сейчас главное не отступать, как бы больно ему не было, как бы не отпирался он, не желая слушать. Какое имя называла демоница?

— Ариана? — пыталась угадать я, но Риас никак не отреагировал, только убрал ухмылку, — Там было похожее имя.

— Ты не можешь знать! — дошло до него, — Какого черта, Ори?!

— Аригхана, — вспомнила я, проговорив негромко.

Риас не двигался, внимательно глядя на меня. Воздух похолодел, а я снова начала бояться. Все буквально стало ледяным. Надо говорить дальше, не останавливаться.

— Я виделась с демоницей, Риас! Она называла это имя, — и больше я не знала, что сказать. Испугалась, — Ты пугаешь меня! — призналась и уже собиралась встать, но он удержал.

— Прости! — прижал к себе блондин, — Прости. Я просто… Они же только через таких как я сюда пробираются! Я ведь не поддался на их уговоры, Ори. Я же отказал. Я же победил, — обнимал он меня, словно икал утешения.

Я все же переместилась, усаживаясь рядом, и он не удерживал меня. Подтянул ноги к себе и зарылся руками в свои волосы. О чем он сейчас думает? О чем его тревоги? Как помочь ему? Я оглянулась, решив позвать Тиретиса, но передумала. Может и он знает далеко не все о Солвере. Сколько тайн хранит непреклонный, но почти сломанный мальчишка?

— Другая демоница…, — негромко произнес Риас, — Она рассказала тебе о том, как они живут? Им холодно, Ори. Они хотели показать мне, как им холодно. Я ведь единственный темный маг, который страдает от холода, Ори.

— Я не узнавала о других, Риас, — призналась ему, что действительно не знала. Думала, что это наказание всех темных.

— Иди ко мне, маленькая, — обратился тот, кто сам минуту назад выглядел, как маленький.

Я села рядом, позволяя ему обхватить себя одной рукой и наслаждаясь, когда он распустил мои волосы, чтобы начать перебирать их.

— Ты не пострадала при встрече?

— Нет. Она была такой…, — пыталась я подобрать сравнение, но кроме Риаса в голову никто не приходил.

— Они похожи на обычных людей, Ори, — высказал он и я не стала спорить с ним, хоть и была не согласна, — Чего они хотят? Иначе бы они не пришли к тебе. И как они вообще добрались до тебя? Расскажи все, Ори. Важно ничего не упустить. Я не хочу, чтобы они смогли приближаться к тебе вновь. Расскажи, — повторил он просьбу.

И я начала рассказ, стараясь вспомнить все. Говорила неспешно, негромко. Риас ни разу не перебил меня, не обжог холодом, размеренно пропуская мои локоны меж пальцев. Когда я закончила говорить, мы еще долго молчали. Легкий ветерок, мерцание далеких звезд, шелест листвы и травы. Я наслаждалась редким спокойствием, лаской любимого и отдаленной трелью сверчка.

— Вы совсем не голодные? — услышала я голос Элании, — Там все готово.

— А с тобой что, принцесса? — спросил Риас, так и не сдвинувшись с места.

— Что?

— Только не надо притворяться, — попросил он ее, — Ты редко плачешь Элания. Хотя… Я вообще не помню, чтобы Элания Террийская когда-либо плакала.

— Это не твое дело, Риас.

— Мое, — неожиданно заявил блондин, вызывая массу вопросов у меня, — Райан теперь с нами. Ты же не глупая.

— Риас, мы разберемся сами, — вмешалась я, — Не надо.

— Я просто не хочу, чтобы Тир пострадал, — негромко проговорил он, вызывая бурю стыда во мне за то, что я снова лгу ему.

— Я тоже этого не хочу, Солвер, — проговорила Элания прежде, чем уйти.

— Пойдем, Ори, — нежно улыбался мне Риас.

Откуда он берет силу, чтобы так легко переключаться от проблем? «Думай о хорошем», «смотри позитивно», — вспоминала я сказанное им, когда мы наблюдали за экзаменом. Неужели он и вправду часто сходит с ума, стараясь бороться со всем в одиночестве?

Блондин протягивал мне руку, чтобы помочь подняться. Он не торопил, словно ему все равно, сколько придется ждать меня. Риас всегда дождется. Я взялась за протянутую руку, поднимаясь и пытаясь разглядеть в темноте его лицо.

— Ты больше не одинок, Риас.

Мне было важно, чтобы он знал это. Шумный выдох и объятия, которые всегда напоминали мне прощальные. Так обнимают тех, кого могут вот-вот лишиться. Боятся отпустить.

— Спасибо, — шептал он мне вновь.

Дальше вечер проходил для меня, как в тумане. Я смеялась над шуточками Кеми, который постоянно смотрел с опаской на Риаса и вообще боялся смотреть на Нестаргонского. Дагир оказался хорошим рассказчиком. Этот громила не был из добряков, не стремился на практику, но не смог отказать Солверу, когда тот уговаривал. Алтировец не доверял людям, постоянно приводя в пример знакомых со своей Родины, которые не гнушались даже убийствами друзей, если чуяли наживу. Только звери вызывали у него веру, что можно подставить кому-то спину. Никто из его команды не обижался и не претендовал на большее. Просто временные союзники, не друзья.

Нита стала моим отдельным пунктом в любопытстве. За весь вечер она проронила несколько слов, довольно охрипшим голосом. Мало ела, не стремилась к теплу, словно была ожившей куклой, которую не научили чувствовать.

Мони немного отошел от трудного дня, часто с радостью поясняя какие-то вещи, проявляя свою любознательную к наукам натуру. Киви выглядела уставшей и постоянно жалась к своему жениху, полностью освободившись от тяжелых доспехов и позволяя себе вечер отдыха. Элания и Райан опять надели маски из своего прошлого. Да. Теперь Элания тоже носила всего лишь маску. Она ощутила себя обычной слабой девушкой. Думаю, что ей не понравилось. Но кто нас спрашивает о таких вещах?

А вот Риас как не старался, но выглядел растерянным и немного подавленным. Нестаргонский редко отводил от друга внимательный взгляд, чтобы устало ответить на какой-либо вопрос. Он был недоволен, что снова где-то был нарушен обычный поток их с Солвером жизни. Наверняка, он опять переживал и волновался, внешне оставаясь совершенно безэмоциональным.

— Перед сном следует обсудить наемников, — совсем тихо сказал наследник, но все моментально смолки.

Он тяжело вздохнул, складывая руки в замок. Немного помолчал, окидывая всех нас изучающим взглядом. Я не знаю, что он хотел увидеть, но, кажется, остался довольным.

— Я понимаю, что подвергаю опасности всех вас. А еще не все из присутствующих мои подданные, и могут отказаться, продолжая придерживаться маршрута, который подготовили для нас в академии. Я не смею никого принуждать.

— Если тебя интересует мое мнение, — проговорила тихо Нита, — Мог бы прямо сказать. Дагиру все равно куда идти, Кеми не ослушается, а эта пятерка сама ищет врагов.

— Ты с нами, Нита? — спрашивал с откровенной надеждой Тиретис.

Солвер тоже ощутимо напрягся, ожидая ответа. Кеми смотрел неотрывно на огонь в костре. Нита молчала долго, а потом просто кивнула и вскоре вновь превратилась в куклу. Кто она?

— Как будем действовать завтра? — спросил Райан у Нестаргонского.

— Может ты мне расскажешь? — поинтересовался принц в ответ.

В этот момент ему только не хватило какой-то особой королевской обстановки, красивой одежды и бокала в руках.

— А кто "они" все-таки? — вмешался Кеми, глянул на Нестаргонского и быстро отвернулся.

Кажется, Кеми просто стал такой же жертвой нелюбви, как в свое время я. Презрительный, высокомерный взгляд наследника, который выражает полной сомнение в умственных способностях огневика.

— Хочешь открою секрет? — шепнул мне на ухо Риас, опять заставляя все внутри дрожать.

— Я люблю секреты, — также тихо проговорила, оборачиваясь, чтобы почти соприкоснуться с его губами своими. Маняще.

— Мне стоит ревновать? — спрашивал с насмешкой Солвер.

— Секрет, Риас. Расскажи.

Он весело хохотнул, прижался щекой к моей. Когда Нестаргонский снова обратился к Райану, чтобы тот выдвинул предложение, Солвер зашептал:

— Этот мелкий хитрец пару раз таскал послания Лиетте от Бау, — удивил меня Риас, — Или тебе он тоже не говорил о том, кто он?

— Кеми Флис — все, что я о нем знаю, — тихо поставила в известность, стараясь параллельно прислушиваться, чтобы не пропустить, окончательный вариант операции.

— Его отец стремится на место министра финансов в Аскартие. Кеми весьма дружен с Лиеттой.

— Дай угадаю, — перебила жениха, — Ты пригласил его на практику, не посоветовавшись с Нестаргонским.

— Почти, — улыбнулся Риас, — Я узнал о нем и его причастности к связи Аскартийской и Бау раньше, чем Тир. Пригласил его на практику…

— И стравил, — ужаснулась я, — Риас, так нельзя!

Блондин был доволен собой, а потом поцеловал меня в нос и продолжил:

— Тиру не мешает периодические встряски. А еще нам не помешает свой человек в Аскартие, когда принцесса будет уже тут.

— Не думаю, что Кеми станет вашим человеком, — усомнилась я, — Не с таким к нему отношением.

— Ты тоже, когда-то ненавидела меня, — привел неоспоримый факт.

— И так, все слушают? — громко спросил Райан, смотря при этом на нас, — Отлично. Встаем на рассвете, Ориса проверяет наличие наемников. Отсюда только два более ли менее быстрых и простых путей. Следуем за ними, пока не определим их направление. Если возьмут западней, значит спешно следуем в академию, чтобы успеть сообщить, где следует искать корабли с возможным украденным осколком. Если восточнее, то мы же не зря попали на практику. Будем действовать сами, иначе никто не успеет их перехватить.

— А если это не наемники? — поинтересовался Дагир.

— Тогда это люди из Ордена. Они отмахнутся от любой нашей атаки, как от назойливой мошки, — со знанием вступил в разговор Тиретис, — И в ответ никто из них магию использовать не будет. Они много вкладывают, чтобы содержать лес в балансе, и знают о каждом из нас. А теперь, я хотел бы лечь спать.

Караул никто не выставлял. Нита порезала палец о свой посох и усилила кошек, которые будут прочесывать лес поочередно, недалеко от выбранной нами поляны.

Ветки на сделанной для нас с Риасом лежанке уже не были жесткими и совсем неудобными. Я жалась к нему, но не с целью согреться, а чтобы согреть. Откуда взялось одеяло, я не спрашивала. Мне в самом деле хотелось спать. Предыдущая ночь была рванной, а потом весь день в сложных эмоциональных перепадах. Но засыпать опять было страшно. Я не боялась, что сила Ларира, которая теперь присутствовала в Риасе навредит нам. Мне было страшно, что я проснусь и Солвера не будет рядом.

— Засыпай, милая.

— А ты? Позже? — улыбнулась я, хоть это и навеяло воспоминания о неприятном случае.

Он крепко прижал к себе, аккуратно подгибая одеяло, чтобы мне не задувало.

— Сразу после тебя, Ори, — заверял заботливый блондин.

— Спасибо, Риас, — решила взять с него пример и побыть чуточку благодарной.

— Я подумаю, как ты будешь рассчитываться, — с насмешкой произнес уже вредный блондин, вызывая у меня более широкую улыбку.

Глава 16. Голубая бесконечность или падение в красное

— Просыпайся, милая, — шептал мне Риас.

— Не хочу, — высказала протест, еще не открыв глаза.

Сейчас меня окружали тепло, забота и внимание жениха. Подниматься, чтобы нарушать такую атмосферу? Не хочу. Может я и капризничаю, но желание, послать всех куда подальше и просто наслаждаться, балансирует на том же уровне, как и желание помочь замыслу друзей.

— Почему просто не отпустить их? — вырвалось у меня.

Я распахнула веки, чтобы увидеть голубые насмешливые глаза. Отводить взгляд не хотелось, но сборы в отдалении привлекли внимание. Мы единственные, кто еще был в горизонтальном положении.

— А если у них осколок, и они его утащат? — тихо спросил Риас.

— Мне всегда казалось, что для счастливой и спокойной жизни достаточно малого — не лезть туда, куда не просят!

— Ори, — быстро произнес Риас, глядя так на меня, будто впервые увидел, — Я не дам тебе спокойной жизни! Забудь!

Щекотки я боялась, спокойную жизнь любила не меньше Нестаргонского, поэтому и ругалась, вырываясь и вскакивая, чтобы спастись от сумасшедшего. Риас смеялся, и смех его завораживал меня не только красотой. Словила себя на очередном пробужденном желании. Я хочу, чтобы он смеялся как можно чаще. Его смех делает счастливой и меня.

Я собирала свои немногочисленные вещи ¬— в основном оружие, перепроверяла надежность крепления ножен и осматривала порядком потрепанный костюм. В какой-то миг я замерла, чтобы ужаснуться. Воспоминания сменялись картинками, добавляя крупицами боль в сердце. Болезненное отвращение Риаса, когда меня обнимал Дарголийский. А вот испуганный Риас, старается уговорить не плакать, успокоить истерику. Риас, который восстанавливает дыхание, опасаясь, что Райан опоздал и не сумел помешать. Стало совсем больно, от вспоминая, как он корчится на земле от боли, а Кобеан говорит о том, какой он жалкий. Рука непроизвольно сжала рукоять ножа — Риас в ванной. Он разбит, растерян, угодлив и напуган. Еще, еще и еще. Сколько страданий ему принесла я? Сколько он терпел от других?

— И это я еще ненормальный, — услышала веселый смешок, — Ори, а Мони прав. Мы подходим друг другу больше, чем я даже предполагал, — обнял меня блондин, — Стоишь, смотришь в одну точку потерянно. Что тебя тревожит, милая?

— Я хочу, чтобы ты смеялся, — негромко призналась.

— Постоянно? Ты хочешь, чтобы меня сумасшедшим первый встречный называл? Однако, заботливая у меня будет жена. А вообще, я тоже хочу, чтобы ты была счастлива, — признался, обхватывая мой овал лица и приподнимая. Веселые искры в его глазах растопили все переживания, — Но спокойствия не жди. У тебя будут ежедневные волнения, хотя бы небольшие. Иначе я стану предсказуем.

— А если твои эти издевательства станут для меня предсказуемы? — с улыбкой и вызовом задала этот вопрос.

— Что ты, Ори?! Даже Райан не сомневается в моей фантазии! Обидно.

— Ри, там кошки несколько ползучих тварей ночью загрызли, — обвинительно вмешался Тиретис.

— Я крепко спал, — моментально переключил внимание на друга Риас, но меня прижал к себе, — И чего переживать? Они же никого не тронули. И я уверен, что пытались сразу удрать! Мелкие, пугливые заразы!

— Почему ты так злишься, оттого что нечисть убегает? — задала я вопрос.

— Ори! Я должен убегать от нечисти! Я! А не она! — возмущался блондин, — Это не смешно. Хотя, ладно, смейся, — разрешил мне Риас, но я уже успокоилась, — Я не могу обещать тебе, что ты будешь счастлива каждый день, — резко перевел он тему, склонился к уху и стал аккуратно массировать шею. Его пальцы нежно скользили, вызывая приятные мурашки по телу и дрожь в ногах, — Но я буду стараться каждый день, который мы проведем совместно. Но спокойствия не проси, ясно?

— Надо спешить, — влез Райан прежде, чем я ответила согласием, — Просто скажи, где они. Нужно примерное направление для Сехи и Ночи, — дал мне указания.

Сила успела восстановиться, поэтому не была капризной. Привычное легкое царапание, приятное, ласковое тепло и в результате более отчетливая картинка сегодня. Всматривалась долго, и даже не знала, радуюсь или сожалею. Враги или союзники? Какая разница, если они тоже люди.

— На них напали, — озвучила я, — Есть два раненных, один полусъеденный труп и трое мертвых гулей. И они взяли направление восточней, — направление и труп огорчали больше всего.

— Восточней, — повторил появившийся буквально из ниоткуда Кеми, — Это значит бой давать будем? — весело усмехнулся он, но улыбка сползла почти сразу, — Я на это не пойду.

— Ты помогал убийце приблизиться к Лиетте, а сейчас не готов нести зло? — холодно спросил Тиретис, подходя к нам.

— Я же не знал! — взорвался мой сокурсник, — Я столько раз извинился! И она сама просила!

— Не мельтеши, — устало попросил Нестаргонский, а Кеми распаленный отвернулся, пытаясь взять себя в руки.

— А Кеми прав, — подошел к нам Мони, — Я тоже не готов убивать людей. Даже если они плохие.

— А что предлагаешь? В плен их взять и защекотать до смерти? Там не ученики академии, а вполне себе опытные маги и воины. У нас не будет времени на долгие раздумья, — тоже был недоволен известием Риас.

— Надо что-то придумать! Ори, мы с тобой столько всего придумывали! — перевел на меня взгляд шатен.

— Вы сейчас не вдвоем, Мони, — обратился к нему Райан.

— Трусы, — обвинила Нита так тихо, словно ветра шелест, но все разговоры были прекращены, — Если там кто-то из Ордена, то убивать никого не придется. А если нет, то они сами избрали свой путь.

Риас сжал мою ладонь, застонал и поднял лицо навстречу солнцу. Я посмотрела на всех собравшихся, стараясь угадать их мысли и переживания. Но это сложно, даже если знать прошлое каждого. А что чувствую я? Мне пришлось бежать от убийства Лимиона Крона. Интересно, а он жив? Смогла ли я спасти этого человека, или Паук убил и его? «Они сами избрали свой путь», — как понять эту бледную, совершенно незнакомую мне девушку? Человек ведь может ошибаться в своем пути, может быть вынужден. У каждого есть свои оправдания, своя правда.

— Не думай, — обратился ко мне Риас, — Я сделаю все, чтобы тебе не пришлось.

— А ты?

Все уже собрались и успели отдалиться, оставляя нас позади. Сегодня было жарко даже с утра, но северный ветер приносил прохладу, освежая. Риас смотрел на меня внимательно и долго, потом судорожно вздохнул и сообщил:

— Я ведь столько раз через свои связи устранял неугодных короне, Ори, — тяжело далось ему признание, которое мне не требовалось. Я еще на вечере с главами темного мира Хардона сделала множество выводов, — Сегодня другое. Но, если кому-то будет угрожать опасность, то я справлюсь.

Он был уверен, не сомневался, хотя его рука выдавала страх предательской дрожью или даже судорогой. Я сделала вид, что не замечаю этого. Хотелось поддержать его, поблагодарить, но все слова сейчас, казалось, будут лишними.

По пройденному пути мы натыкались на следы тех, кого пока еще не решались догнать. Если верить карте, то этой дорогой путь срезается существенно. Чуть больше недели и мы будем возле небольшой деревни, которая расположилась на границе с Дарголией. Барьер пересечем уже через несколько дней спешного пути.

— Почему сразу не проложить тут нормальную дорогу для практикантов? — задала вопрос Риасу.

— Зачем? Тебе баллы халтурные нужны или заслуженные? — удивлялся он моему вопросу.

— Я не о том, — решила оправдаться, — Мы зашли с запада, продвигались на юго-восток ежедневно. Но в итоге оказалось, что тут к нам идти всего ничего. Почему не удалить нас дальше на юг? Там и нечисти больше, и она опаснее. Баллы были бы заслужены.

— Нет, Ори, — не согласился Риас, — То, что вы так отклонились и дошли до старого храма — плохо. Если бы не демоница, — он быстро вздохнул и отвернулся, — Вам повезло. Есть какое-то ограничение по местности от осколков. Чем сильнее нечисть, тем более она привязана к источнику своей силы. Далеко отойти не способна. Вы должны были продвигаться так, как для вас запланировано. Постепенно набрали бы баллы, опыта, отдыхали на остановках. В пещере и вправду был запрятан совсем небольшой осколок. Последний отрезок пути для вас должен был стать самым сложным по преодолению. А вам, видимо, этот промежуток наемники зачистили. Обратный маршрут делают попроще, понимая, что мы уже расслабились и устали. Обычно в такие моменты чаще в мыслях об удобствах академии.

— Значит, дальше к югу осколков больше? — не могла подавить любопытство.

— И в количестве, и в размерах, — легко отвечал Риас, — И нечисть там страшнее. Часто высшая появляется, но это сразу отражается в Нестаргоне у Людвига.

— Мне казалось, что за этим Ордены всякие следят.

— Следят. Но они слишком отдалены. Людвиг с ними старается не сближаться, выходя на контакт только если высшая пробудилась. Слишком опасна власть и влияние этих Орденов.

— Они ведь служат народу, — усомнилась я в своих знаниях, — Отказываются от власти во имя Света и своих Богов.

— Брось, — скривился Риас, — Они служат народу, чтобы не вмешиваться в дрязги между странами, когда им это не выгодно. А вот когда им что-то необходимо, то поверь, у них свой отдельный талмуд с законами и правами. При этом знаешь, что осложняет все разбирательства с ними? — поинтересовался он у меня, дожидаясь отрицательного мотания головой, — Они настолько вызывают доверие в обществе, что малейшее их слово и ты с самыми гнусными поступками становишься самим добром и наоборот. Людвиг не подпускает их к своим делам. И это правильно. Нам не нужны напарники у власти.

— А как появление высшей нечисти отражается у Людвига? — я уже представила себе зеркало, как то, что видела в заброшенном храме.

— Там устройство, вроде как на дневниках. Только оно громаднее, с подробной картой и магией воды. Черт, показать бы его тебе, — закусил он губу, вызывая у меня смешок.

— Это надо родиться тобой, чтобы так легко иметь доступ ко всему.

Риас украдкой посмотрел на меня, помогая спуститься по склону.

— Когда-нибудь я свожу тебя во дворец, — сообщил он, вызывая у меня ступор, — Не смотри так на меня. Вообще давно пора сказать тебе, но я никак не осилю, — нахмурился он и замолчал.

— Риас, что сказать? — сжалось от ожидания мое сердце. Если он хмурый, то стоит ли ждать приятного?

— Мои родители, Ори, — сказал он, громко выдыхая и выбивая воздух из моей груди, — Они обиделись на меня.

— Они против, да? — сжала я кулак, не сумев принять, что все может пойти не так с этой стороны, — Наверняка. У тебя ведь есть такие знакомства и шансы. А кто я? Ни дома, ни семьи, ни прошлого, — уже задыхалась.

— Эй! — остановил он, обнимая меня, — Глупая, Ори. Ты чего? Никто не против. Просто вы ведь не знакомы, а им любопытно. Людвигу и Сиене тоже, потому что они все дружат. Смешно, конечно, со стороны. Наша семья и королевская, но я же рассказывал тебе историю их знакомства. Ори, все хорошо?

— Не знаю, — ответила я, не найдя ответ.

Сердце билось так, словно я только что чуть не потеряла Риаса. А теперь нашла, но осознала, что впереди столько испытаний, чтобы быть с ним вместе.

— Райан говорил, что есть проблемы, связанные с твоей известностью среди высшего сословия.

— Вот же! Почему он тебе говорит о моих проблемах?! — взъелся парень.

— Потому что это уже наши проблемы! — обиделась я, — Я тоже имею право знать обо всем!

Риас возобновил шаг, не отпустив мою руку. Он замолчал, усердно размышляя. Я успела несколько раз накрутить в мыслях неприятное, и столько же раз это все отогнать. С нами все будет хорошо. Мы справимся. Обида отпустила, а Риас все еще молчал. Если он сейчас обиделся на мои требования, то я его не пойму. Не в этот раз.

Приближение августа ощущалось знойной жарой. Радовало, что мы были скрыты под кроной деревьев. Северный ветерок уже не мог облегчить жизнь. Пение птиц действовало на нервы, поэтому, когда мы вышли к бурной реке, я порадовалась, что к тягостному молчанию, кроме щебетания и шелеста листвы, добавляется что-то свежее. Запах тины вызвал яркие воспоминания о ночном бегстве от гэрсгаров, шрам на ноге задергало, наверное от нервов. Я тяжело вздохнула, собираясь уже прервать надоевшую тишину, но Риас опередил.

— Мне нужна отмазка. Я ведь допущен к светской жизни, Ори. Родители хотят торжественную свадьбу, а Сиена чуть ли не бал организовать для нас, маскируя под какое-нибудь событие, связанное с Тиром и Лиеттой. У меня всегда складывалось ощущение, что наши матери нами играют, как с игрушками. Нарядить, показать, похвастаться, — скрежетнул он зубами.

— Мне нельзя показываться, Риас, — грустно прокомментировала все сказанное им.

— Я знаю. Поэтому нужно что-то придумать. Я ведь не могу сказать: Мам, пап, вы только не переживайте, но она у меня с богатым опытом мятежницы, а еще ее готовили убивать и беспрекословно подчиняться.

— Она предатель, — продолжила я его словесную игру, — И если ее лицо и прошлая жизнь станут известны, то, или общество не примет, или могут убить ради мести.

— Нет, — резко высказался он, — Я не дам такому случиться, Ори. На общество мне плевать. Примет оно или нет. Но ты же не наплюешь, будешь изводиться и переживать. Я обязательно что-то придумаю. Даже твоего Райана подключу. Уж больно умный он, хоть и любит темнить.

Ближе к обеду я снова проверяла наемников магией. Они двигались к выходу шустрыми темпами, стараясь покинуть лес. Ребята, в отличии от нас с Солвером, время тратили на более полезные разговоры. Мони предложил интересный вариант, чтобы Риас выманил лешего и отправил его к наемникам, но Риас и Нита отмели это предложение.

— Эти мелкие заразы сбегут, как только на сто метров отдалятся!

— Тогда ты в невидимости последуешь с ними рядом! — не сдавался Мони.

Райан нахмурился и уже хотел разбить весь план, показывая скукой его бесполезность.

— Риаса убьют, — выдала Нита, чем заслужила мой сверлящий взгляд.

— В смысле? — напрягся Кеми.

— Если он поступит согласно этому плану, то умрет, — заявила она.

— Все это бессмысленно, — поддержал ее Райан, — Мелкая нечисть для опытных магов — всего лишь вредители. А Риас, в случае чего, останется один. Мы не успеем ему помочь.

Пояснение Райана мне определенно нравились больше, чем утверждение кровавой девушки. Неужели она всегда выражает свои мысли приговорами?

— Опытные маги не допустят, чтобы кого-то из отряда загрызли гули, — вполне резонно высказалась Элания, которая старалась отмалчиваться в последнее время.

— Но вы же сказали, что там были маги, — ответил ей Тиретис, — Если они здесь, то значит, опытны.

— У наемников в отрядах часто конфликты, — поморщила носик принцесса, — У них же сброд в основном в такие походы организовывается из совершенно разных людей. Не удивлюсь, если там есть и опытные, и бездари. Да и мало ли что у них могло стрястись!

— Откуда познания, принцесса? — с прищуром смотрел на нее Риас.

— Алтира вынуждает всегда знать такие моменты, — резко отозвалась она, находясь с ответом, — Это вы тут от их нападок не страдаете.

— Не все мы одинаковы, — раздался голос Дагира.

— Не отрицаю, — вскинула Элания подбородок и посмотрела на возвышающегося дикаря, — Но большая часть из вас заслуживает виселицы!

— Я опять один ничего не понял? — раздался голос Кеми, прерывая едва начавшуюся ругань.

— Не переживай, — успокаивал его Мони, — Я тоже сначала не понимал, а потом привык.

Райан старался успокоиться, потирая виски. Тиретис закрыл глаза и сжимал кулаки, Дагир не сводил взгляда с Элании, а она в свою очередь терялась, не знала смотреть на Риаса или на алтировца. А вот Риас не сводил с принцессы внимательного взгляда.

— Тебе ведь что-то известно, да? — задал он вопрос.

Мне пришлось очень потрудиться, чтобы не дрогнуть. Ноги потяжелели, приросли к земле, а сердце забилось чаще. Удержать размеренное дыхание, выдержать, скрыть. Ради Элании.

— То, что мне известно, я уже озвучила. Или ты оглох, Солвер?

— Элания, — вмешался Тиретис, — У нас с тобой есть причины молчать о многом. Ри больше не задаст тебе ни одного вопроса, — посмотрел он грозно на Риаса.

— Какого черта?! — возмутился он, — Ты не можешь, Тир!

— Мы поговорим с тобой позже.

Риас застонал, потянул меня на себя, сжимая в объятиях и стараясь успокоиться.

— А давайте мы не будем ссориться, — донесся грозный голосок Киви, — Нам надо придумать решения, а вы только мешаете! — с вызовом глянула она на Нестаргонского.

Я улыбнулась, заметила улыбку на лице Элании и Мони, Райан просто хмыкнул. Тиретис, кажется, растерялся от такой дерзости, но промолчал.

— У нас ведь несколько задач, — вступила я в разговор, но смотрела только на Райана. Мне так было легче.

— Узнать кто они, — поддержал меня Райан, тоже не сводя с меня взгляда, — Узнать есть ли осколок при них, если это наемники. И отобрать Ларир, если он при них.

— Отобрать, — зацепился Мони, который уже натренированный такими обсуждениями.

— Украдем его, — влез Риас.

— А если что-то пойдет не так? — опять задавал вопросы Кеми.

— Мы еще не придумали, если все пойдет «так». А ты уже встреваешь! — не выдерживала синеволосая, — Я всегда думала, что это Риас нас ссорит, а оказывается у вас команда такая!

— Я тут причем?! Ори, когда я вас ссорил?! — искренне не понимал Риас.

— Хватит! — одновременно крикнули Террийская и Нестаргонский.

На поляне воцарилась тишина, будто не было сейчас в лесу людей. Наступил краткий миг спокойствия.

— Кеми, — обратился Тиретис, — Одно твое слово, и я окачу тебя ледяной водой.

Огневик на обещание в ответ только поджал губы и передернулся, но с трудом промолчал.

— Остальных попрошу говорить только по делу. У нас есть Риас, — он посмотрел на блондина, — Ты ведь сможешь почувствовать осколок, если приблизишься?

Я нахмурилась, пока Риас неспешно кивнул. Потом он посмотрел на меня, подмигнул мне и весело улыбнулся.

— Если осколок там, — холодно продолжил Тиретис, — Тогда подумаем, как его украсть. У нас есть в запасе время, чтобы делать все поэтапно. Не будем спешить и ломиться на неизвестных без предварительной разведки. Элания, если тебе что-то известно, что поможет нам — сообщи, — смотрел он на нее, но в глазах не было холода.

Он один из немногих, кто уважает ее. Как много добывает разведка Нестаргонского о Террийске, если они с Риасом так хорошо знают принцессу?

Отряд впереди не останавливался весь день, даже на короткую передышку, вынуждая нас тоже спешить. Риас весь остаток дня старался меня отвлечь, но выходило у него это отвратно. Я бунтовала, противилась и злилась. Нестаргонский с Фертишом решили все же отправить Риаса на разведку в одиночестве. Как я не пыталась отговорить от этой идеи, все было без толку. Потом я оповестила, что пойду с ним. А почему нет? Навыки есть, просто их вспомнить надо. Будет ночь, а я в черном. Кто меня увидит? Но мне категорично отказали.

Когда солнце уже почти скрылось, Дагир сообщил, что наемники разбивают лагерь. В эту ночь решили быть к ним ближе, чтобы Риасу не пришлось много плутать в лесу в одиночестве. Мы встали всего в полукилометре от отряда, наспех ужиная и подготавливаясь к отправке блондина. Я сидела на поваленном дереве, дулась и играла в молчанку. На самом деле, мне не хотелось молчать, но я боялась заговорить. Если начну высказывать все в слух, то просто разревусь.

— Ори, ну чего ты? — сидел рядом Солвер и ухудшал мое состояние, — Я вернусь и буду невредим. Честно.

Я молчала, вяло жуя ужин, которым больше давилась. Риас тяжело вздохнул, когда его позвал Нестаргонский, посмотрел на меня еще раз, нехотя встал и отошел. Я смотрела на беззаботных окружающих и мне хотелось ругаться и кричать на них. Риас вернулся, снова уселся рядом, обнял меня и заговорил:

— Я уйду через пару часов. И ладно. Давай прямо, Ори, — сказал твердо ненавистный блондин, — Я тоже не уверен, что смогу сделать все безошибочно. И всякое ведь может быть, да? Может я снова умру?

Я вскочила, глядя на него сверху вниз. Было как-то все равно, что подумают другие, какие выводы сделают. Риас не сводил с меня спокойного взгляда.

— Зачем ты мне такое говоришь? — дрожала я, слезы все же выступили, — Я боюсь этого, Риас! И ты мне такое…

Он поднялся, обнял меня. Я дрожала, пытаясь справиться со своими страхами и успокоиться. Как же он понять не может, что я не хочу его отпускать? Если с ним что-то случится, то я уже не переживу.

— А теперь тебе придется выслушать, — прошептал он мне, — Я пожалуюсь тебе на тебя же. Это нормально. Нам нужно так делать, если хотим меньше ругаться, — вытирал он слезы с моих щек, — Мне тоже страшно, Ори. Я после встречи с тобой перестал сомневаться, что все может идти не так как планировалось гораздо чаще. Я многое тебе расскажу про осколки и причастность Террийска, если захочешь. Но позже. Тут слишком много лишних ушей. Просто поверь, что нам с Тиром важно все проверить, — приподнял он мое лицо за подбородок, — И откуда в тебе столько слез?

— Неужели нельзя как-то иначе? — с надеждой спросила я.

— Прости. Уверен, что твой Райан тоже не стал бы молчать, если бы что-то придумал. И не переводи тему, — нахмурился Риас, опять прижимая меня к себе, — Я еще даже не начинал жаловаться. Так вот. Вчера ты мне говорила, что всегда будешь рядом. А сегодня обижаешься и отворачиваешься, — пристыдил он, и я обняла его крепче, — Да и ладно это. Ори, если со мной что-то произойдет. Неужели ты хочешь сожалеть о последних часах проведенных со мной?

— Риас, я…, — отстранилась.

— Молчи, — приложил он палец к моим губам, — Это вопрос тебе на размышление. Я не прошу отвечать прямо сейчас. Мне нужно знать, что вернувшись, я увижу тебя счастливой, а не обиженной. Это стимул, Ори. Подари мне его.

Я потянулась к его губам вместо ответа. Ценить каждый миг. Запомнить каждое мгновение. Не забывать.

Этот вечер я вела борьбу с собой. Сначала я стыдилась своего поведения, но меня никто не думал высмеивать или жалеть. Все делали вид, будто ничего не происходит. Мне было сложно сдерживать слезы, но я улыбалась даже тогда, когда они стекали по щекам в беззвучной истерике. Риас старался смешить меня, угодить мне, ни разу не напомнив, что скоро уйдет. В какой-то момент меня позвал Райан поговорить. Блондин высказал пару колких фраз, сообщил мне, что ревнует и страстно поцеловал. Кеми не стал сдерживать едкий комментарий, за что Тиретис выполнил обещание и окатил его ледяной водой. Сокурсник фыркал, но наследнику Нестаргона ничего против не сказал. Я спешно отошла за Райаном на несколько метров от костра, желая быстрее обсудить вопрос и вернуться к Солверу.

— Что случилось?

— Я волнуюсь за тебя, Ориса, — высказал Фертиш, — Ты слишком сильно прониклась к Риасу.

— Ты винишь меня? — удивилась я.

— Я виню себя, — сказал Райан, пугая меня.

— Он же не пострадает в твоем плане? Райан, я…

— Нет. Когда я буду мстить, никто из нашего окружения не пострадает, — спокойно ответил он.

— Тогда почему ты винишь себя?

Но уже договаривая свой вопрос, я поняла все. Медленно обернулась, чтобы увидеть стыдливые глаза своих друзей и просто любопытные из команды Нестаргонского. Риаса не было. Там, где совсем недавно он обнимал меня и целовал, лежал вырванный из дневника лист, сложенный вдвое. Я медленно подошла, стараясь держать лицо, хотя мышцы были напряжены и подрагивали против воли. Это уже не было коротким посланием. Риас тоже учился ценить каждую возможность.

«Мне тоже больно видеть твой страх, милая. Я люблю тебя. Нет. Не так это должно быть, Ори.

Я купил нам дом в Хардоне. Прости, что без тебя. Но мне хотелось, подготовить для тебя какой-нибудь неожиданный подарок. Задумывалось что-то незначительное, вроде украшения, потом думал о чем-то большем, но в итоге пришел к дому. Я надеюсь, что он тебе понравится, потому что у нас с тобой не осталось финансов, чтобы приобрести второй. Наш дом недалеко от заброшенного маяка.

Мы же будем выбираться туда вечерами?

Навеки твой К.С.»

Если он думал, так меня подбодрить, то у него ничего не вышло, потому что я взвыла в истерике, уже не сдерживаясь. А потом ругала Нестаргонского, что он бессердечный, потому что должен волноваться также, как и я. Что я получила в ответ? Бурный поток. Нет. Он не окатил меня магией воды, а высказал мне в ответ, что не меньше меня переживает. И признался, что если бы Солвер не настаивал на выяснении, кто эти наемники, то никто никого никуда не отправил бы. Дальше я разозлилась на Риаса, обещая, что как только вернется, я сама его придушу. А затем я смотрела на принцессу, которая сунула мне флягу сказав, что мне не помешает промочить горло водой. Она была заботливой, а я в гневе. Позже, когда я стала падать, засыпая, Элания стала для меня коварной.

— Ооори, — услышала сквозь сон и моментально распахнула глаза.

Риас сидел рядом со мной и ласково улыбался, щурясь от утреннего солнца. Я вскочила и обняла его, повиснув у парня на шее. Все в лагере собирались, но никто не разбудил меня. Я уже не злилась. Смех Риаса, его холодные руки на моей спине. Много ли мне нужно?

— Ты идеальна, Ори, — сказал он мне.

— Я думала, что убью тебя, когда ты вернешься, — сообщила ему и сама потерлась щекой о его щеку.

— Мм… Приятно, — высказал он, а я засмеялась, — Я не про твои угрозы.

— Я поняла. Доброе утро, Риас, — прошептала ему.

— Доброе утро, милая, — постарался сказать он бодро.

Только вот ключевым являлось, что он постарался. Я отстранилась, посмотрела на него еще раз. Бледный — это как обычно, круги под глазами — ничего удивительного, уставший, измотанный. Может я выдумываю?

— Когда ты вернулся?

— Пару часов назад. И опережая твои расспросы. Я не ложился спать, но не переживай. Если мы раньше справлялись с кровью Ниты, то теперь схема более закручена, но гораздо эффективнее действует. Нита усилила Эланию, а та меня взбодрила, теперь мне пообещали, что я захочу спать только к вечеру.

Что-то меня в этом всем напрягло. Но что конкретно?

— Уходим через десять минут, — сообщил Нестаргонский, когда проходил мимо.

Пока я спала под чарами принцессы, Риас не только вернулся, но успел всем все рассказать. Меня он просил не будить, чтобы я выспалась. «Проявлял заботу», — так он мне сказал. В пути я узнала подробности от него. У наемников действительно есть раненные и они привлекают внимание нечисти. А еще в лагере определенно есть осколок, но вот у кого он конкретно Риас не выяснил.

— Как ты его чувствуешь? — интересовалась я.

— Это неприятно, Ори, — признался Солвер, — Мне сложно устоять. Моя искра с ума сходит, когда эта дрянь рядом. Чувствую себя таким жадным, как если бы был демоном! — недовольно высказывал блондин.

А еще, пока я сладко спала, решился вопрос с планом. Райан, Нестаргонский и Риас отдалились от всех, посоветовались, придумали, а остальных просто поставили перед фактом. Все планировалось без убийств. На закате мы разбиваем скромный лагерь и ложимся спать, чтобы выдвинуться за наемниками следом поздней ночью. Из наблюдений Риаса, который почти всю ночь изучал отряд, мы узнали, что двое у них всегда на карауле. А его жадная до всей темной магии искра, сообщила очередную неприятность. В отряде есть боевой темный маг. И какими он обладал демоническими способностями, мы знать не могли.

— Нита усилит нас. Ты только не удивляйся, когда получишь эту убойное усиление, — говорил Риас, — Там такой эффект! Но плохо, что девчонка потом страдает, — закусил он губу, — Знаешь, Ори, если бы не Нита, то без защитника или целителя мы не потянули бы практику.

— Она…

— Сейчас не о ней, — перебил меня Риас, возвращаясь к плану, — Элания, когда вчера тебя усыпила… Мы же не знали, что она вроде с огнем, но так резво с другими стихиями справляется! Знаешь, Ори, она талантлива, — похвалил он принцессу, вызывая у меня улыбку, — Так вот. Помнишь о заклинании, которое мы использовали тогда с Нитой? — посмотрел он с надеждой, что уточнять ему не придется.

— Ты про дуэль?

— Именно, — широко улыбнулся Риас, — Она использует его же, но сплетет уже заклинание Элании в Тира.

— Не поняла, — нахмурилась я.

— Элания сплетет свое заклинание сна, а Нита передаст его в Тира, как было со мной и Асель, — дернулась у него губа в мимолетном оскале, — Я тогда магический клинок использовал, чтобы передать заклинание приворота с кровью Асель. А Тир заставит спящих выпить его воды.

— И как он это сделает? Не будить же всех с просьбой сделать глоток.

Риас рассмеялся, опрокинул голову, глядя на голубое небо, что виднелось сквозь яркую зелень листов.

— Ты совсем не знакома с водниками? — уже вернул он мне свое внимание.

— Только Нестаргонский, — медленно сказала, перерывая в памяти всех знакомых.

Сокурсники водники есть, но я ведь не посещаю с боевиками практические занятия.

— Ничего. В этом году у тебя начнется предмет, где вам будут рассказывать про стихии подробнее, с точки зрения характера, — заинтересовал меня Риас, — А вообще, чтобы тебе было известно, то вода самая податливая стихия. Безболезненная и ласковая. Тир справится, вот увидишь. Только потом надо вести себя тихо, потому что любое громкое слово или резкий звук разрушит сон.

— Можно же использовать что-то посильнее для сна.

— Но мы же не хотим никого убивать. А если после нас к ним заявится нечисть? Нет, Ори. Мы усыпим их, аккуратно добудем осколок, отойдем на безопасное расстояние и Сехи прорычит недалеко от наемников, разбудит. За нее не переживай, она девочка быстрая, — улыбался мне Риас.

Как все звучало, мне нравилось. Но вот будет ли все так? Или Кеми не зря всегда интересуется запасным планом?

За весь путь нам попадалась несколько раз нечисть, которая пиршествовала убитыми собратьями. Отряд наемников был беспощаден. Интересно, почему же они допустили смерть одного из них? Сложилось ощущение, что Элания знает. Может она узнала наемников? Какая вероятность, что кто-то из них знаком с ней лично? А ведь огромная. Принцесса была уверена, что ее не убьют, а только нас. Там точно есть кто-то из приближенных ее отца. На закате мы получили порцию легкого зелья от Элании и уснули до самой поздней ночи, доверяя свои жизни Сехи и Ночи. Засыпая я подумала, что хотела бы успеть подружиться и с черной кошкой. Когда еще в жизни выдастся возможность?

Проснулись в ночной прохладе. Полная луна подглядывала сквозь мельтешащую листву, даже не пытаясь согреть своим холодным светом. Я ежилась и дрожала.

— Иди ко мне, — обнял меня Солвер со спины.

Все столпились и наблюдали за тем, что вытворяла маленькая девушка. Ее кровь парила в воздухе, мерцая красноватыми всполохами на уровне обескровленного лица.

— Я должна на нее свое заклинание наложить? — уточняла Элания с ужасом в округленных глазах.

— Я не буду повторять дважды, — хрипло поставила перед фактом Нита.

Элания не сдержала ругательства, чем вызвала удивление Нестаргонского и Солвера. Дагир басовито посмеялся, уже добрее поглядывая на принцессу. Остальные пересекались с Эланией чаще, чтобы изучить не только ее ядовитые черты. Когда золотое заклинание впиталось кровью, Нестаргонский глубоко резанул свою ладонь. Вскоре произошло то, что даже у Киви с Мони вызвало отвращение. Кровь Ниты впиталась в порез Нестаргонского.

— Она ведь выйдет потом?! — спросил с возмущением Мони.

— Да, — сухо отозвалась Нита, — У нас есть несколько часов.

— Мне не нравится, — произнес Тиретис и посмотрел на Риаса, — Как ты терпел это?

— Я ведь добивался Ори, — пожал он плечами.

Перед тем, как покинуть разбитый лагерь, Нита вновь пролила свою кровь. Я заметила, что тратила она ее в большем количестве, чем Киви при зачаровании. Посох пробудился, засиял. Затем девушка привычным движением ударила им о землю, с навершия соскочили маленькие шарики магии и устремились к нам.

— Готовься, — с предвкушением предупредил Солвер.

Я съежилась, сжалась, как перед прыжком. Ощущения были яркими, как и все стало ярким. Меня словно подбросило, а потом резко вернуло обратно в спокойствие. Вот только мир вокруг изменился. Я видела в темноте так ярко, будто это был пасмурный день. Только теперь еще я замечала гораздо больше вещей, малейшие движения. Увидела прячущихся кошек среди листвы. Только движение, мимолетное, но все воспринималось легко.

— Ты же убегал от Шаэноры под этим эффектом! — возмутилась я, вызывая смешок Риаса, — Почему ты подставлялся?

— Значит, ты все же волновалась, — склонился он к моим губам, но замирая, не целуя. Я потянулась к нему, но он отстранился, сохраняя расстояние и дразня, — Ты волновалась из-за меня больше, чем из-за Дарголийского, — расплылся он в неприятной ухмылке.

— Там все волновались, Риас, — прошептала.

Я получила желанный поцелуй. Поцелуй наполненный страстью, выбивающий все мысли, он вскружил голову, заставил сердце забиться чаще, забыть обо всем. Солвер ласкал меня, бережно оглаживая чувствительные места.

— Ри, вы не одни.

Холодный голос Тиретиса отрезвил, заставил устыдиться, покраснеть. А вот Солвер игриво улыбался, не скрывая, что чувствует себя победителем.

— Она усиливает все ощущения, да? — догадалась я.

— Магию, силу, ощущения, чувства, — перечислил вредный блондин, — Только аккуратнее, Ори, — смотрел он на меня пьянящим взглядом, — Боль будет тоже ощущаться сильнее. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

Я закрыла глаза, успокаиваясь и собираясь отправиться следом за выдвинувшимися в путь друзьями. Риас догнал меня, обнимая и произнося на ухо: «Тебе же понравилось, Ори». Мне многое нравилось с ним. Особенно его победы надо мной. Даже первая будоражила память, все еще вгоняя в краску. Наверняка, он даже не догадывается о ней. Тогда в парке, я была поражена пробудившимися во мне чувствами и заинтересовалась Солвером, пусть и не принимала это. Он выстраивал ко мне путь своими мелкими завоеваниями: слова, взгляды, отношение, улыбки. Я не хочу, чтобы Риас оправдывался за все, что сделал плохого, ради того, чтобы завоевать меня. Среди всего этого были те моменты, которые я никогда не смогу забыть. Не захочу.

К лагерю наемников мы приблизились довольно скоро. Мне казалось, что враги будут видеть нас также хорошо, как и мы их. Неприятное открытие. К усилению Ниты мне стоило привыкать дольше, потому что оно мешало здраво оценить возможности противника. Риас обнял меня и поцеловал, только потом ушел вслед за Нестаргонским. Мы остались ждать гораздо дальше, чтобы не создать лишнего шума и не привлечь караульных, которые клевали носом над костром. Кустарники мешали хорошему обзору на лагерь.

— Я должен страховать их, если что-то пойдет не так, — сообщил Райан, успокаивая, что вопрос Кеми не остался без внимания, — Я немного обойду с другой стороны. Ты же тут волноваться будешь.

— Ты берешь меня с собой? — спохватилась я, не веря в подобное.

Райан ласково улыбнулся и кивнул, даже не представляя, какую благодарность я испытывала. Хотя… Это же Райан. Он может не только представлять, но и даже распланировать.

Элания нехотя отпускала возлюбленного, а потом обняла и меня.

— Береги эту неудачницу, Райан, — услышала тихое пожелание от Мони.

— Просто будьте аккуратными, — просила Киви.

Мы обошли лагерь, найдя хорошую местность для обзора. Тиретис с Риасом еще не приступили к действиям, но я заметила светлую рубашку Нестаргонского среди листьев кустарника. А потом испугалась. Риас темным облаком появился возле сонных караульных. Один, тот который мог заметить магию Тиретиса, не успел среагировать, получая сильный удар рукоятью ножа, после которого ему придется проспать еще долго. Второй не успел вскочить или крикнуть предупреждение отряду, кристальная вода просочилась к нему внутрь. Дорожки воды исходили от вышедшего Нестаргонского, они тянулись к каждому. Дальше суматошно двигался по лагерю только Риас. Он ходил среди спящих и постоянно дергался от одного к другому. Тиретис покинул лагерь, направляясь к ожидающим ребятам. Риас побродил среди спящих еще немного и подошел к костру. Он был зол.

— Что с ним, Райан?

— Он не сказал тебе, что испытывает, когда чувствует осколок?

— Сказал, — озвучила, но все равно не могла понять.

— Когда ты испытываешь страстную тягу к чему-то, но не можешь это получить. Какого тебе, Ори? Если с тобой такого не было, то попробуй представить. Риас назвал бы это: "С ума сходить".

— Смотри! — спохватилась я, глядя, как поднялся один наемник за спиной Риаса.

— Они все должны были спать, — растерянно произнес Райан.

— Он не видит! — прошипела я, — Накинь щит! — требовала от Фертиша.

— Ничего не выходит! Словно… Он рассеивает заклинания, как Элания. Стой! — попытался перехватить меня Райан, но не сумел.

Я бежала, как могла, ругаясь про себя всеми фразами Хасира. Мне уже почти плевать на созданный мной шум, когда маг-целитель примерял удар кинжалом. Риас все также стоял и смотрел на огонь, пытаясь взять свои желания под контроль. Я старалась не кричать, помня о резких звуках и надеясь, что мой забег к таким не относится. Маг сделал замах. Нож в моих руках. Чей быстрее? Мой. Его. Его. Мой. Заученные движения. Прыжок. Плевать на шум. Не опоздать. Быстрее. Солвер обернулся. Поздно. Кровь на лице Риаса. Испуганный, неверующий взгляд голубых глаз. Мое сердце стремится вниз. Дрожу.

— Ори? — хрипло произносит Риас, глядя на лицо врага.

Врага, которому уже не поможет исцеление. Я выронила нож. Опустила взгляд на упавшее тело. Алая жидкость растекалась по земле, окрашивая траву.

— Смотри на меня, маленькая! — просил Риас, когда пришел в себя, — Только на меня!

Я смотрела в его голубые глаза, но кровь на лице отвлекала, напоминала о свершенном. Я дрожала и задыхалась. А если его дома ждет любимая? Может у него есть дети? Почему не ранила? Почему убила?

— Не думай! — просил Риас, возвращая в реальность, но кровь на его лице…

Он догадался, стирая рукавом красную жидкость, оставляя разводы, я отвернулась. Отвлекалась. Райан успел подать сигнал остальным, Нестаргонский уже словил кого-то в ловушку, Мони сплел сети своей магией, Кеми ранил двоих, обжигая и вынуждая корчиться от боли. А Киви уклонялась от огромного топора. Не думать. Просто смотреть.

— Ори, все хорошо, — проговаривал Риас, я посмотрела на него, — Все хорошо, милая. Ты спасла меня, слышишь? Ты спасла меня, — старался успокоить меня тот, в чьих голубых глазах читался страх.

— Осторожнее! — предупреждение от Дагира.

Риас смел меня под себя. Успел. Там, где мы стояли, умирала земля, потух костер, разъедались попавшие в зону демонической силы редкие вещи наемников. Я оторвала взгляд, глядя туда откуда прилетела магия.

— Не смотри! — крикнул Риас, но опоздал.

Черная кошка терзала тело темного мага. Его вещи были разорваны в клочья. Мне хотелось отвернуться, но было сложно. Риас схватил меня за овал лица, поворачивая мою голову на себя. Но я воспротивилась, когда заметила под лохмотьями кожаной куртки знакомые темные всполохи. Посмотрела на Риаса, опять боясь его потерять, он не отводил обеспокоенного взгляда от меня.

— Все хорошо, Ори, — волновался он за мое состояния, но я отрицательно мотала головой, — Я обещаю, что все будет хорошо. Верь мне!

— Они снова вмешались, — сипло проговорила я, заглатывая воздух, — Демоны снова сделали это.

Солвер посмотрел в сторону рычащих кошек, а потом отвел взгляд чуть в сторону. Туда где был спрятан осколок. Нахмурился, болезненно скривился и выругался.

Глава 17. Худший исход

Ветер ласково перебирал шелк светлых волос. Я видела обреченность в голубых глазах. Он устал бороться. Обнял меня, опуская голову на мое плечо. Я запустила пальцы в его волосы, перебирая короткие локоны. Риас любит ласку и заботу. Солвер не хотел видеть к чему привела нас его борьба с демонами. А нужно ли было бороться, когда сам стал одним из них? Он нервно водил плечами и сжимал руки на моей спине, когда слышал шум, доносящийся рядом.

Наша битва с наемниками уже окончилась. Те, кто остался из них жив, встали бок о бок с нами. Сейчас мужчины смотрели на трупы своих недавних союзников — будущих врагов. Ларир пробудился. Я дернулась и прижалась к Риасу сильнее, когда загрызенный кошкой мужчина изогнулся, будто жив. Темное облако подступало к его телу, отгоняя Сехи и Ночь. Кошки зашипели, пригибаясь к земле, прижимая уши, попятились, озираясь, словно нарушили запрет и ждут наказания. Ночь осмелилась бросить вызов стихии, остановилась, зарычала, но проиграла. Испугалась. Поджав хвост, она бросилась к хозяину, догоняя пятнистую подругу.

— Все будет хорошо, Риас, — солгала я любимому.

Темное облако скрыло тело, послышался хруст ломаемых костей. Риас задышал чаще и сбивчиво. О чем он думает?

— Я виноват, — услышала его шепот, — Они не отпустят, Ори. Они обещали, а я не верил.

— Может это не демоны, — не верила я своим словам, — Случайность, Риас.

Он прижал меня к себе крепче, будто прощался, жадно вдыхал запах моих волос. Они должно быть воняют тиной. Глупая мысль заставила меня горько усмехнуться. Мы прощаемся? Не позволю.

— Ри, — отдернул от меня блондина наследник, разрывая наши объятия, — Нас семнадцать человек! Мы будем бороться!

— Ты не знаешь всего, Тир! — кричал на него Солвер, — Они не отпустят!

— Мы будем бороться, — прорычал Нестаргонский, — Ты не посмеешь оспорить мой приказ.

Солвер застонал, хватаясь за голову, склоняя ее. Я не сводила с него взгляда, боялась дышать, стараясь запомнить. Послышались негромкие возгласы вынужденных союзников. Риас резко обернулся туда, где недавно лежал труп мужчины. Я лениво последовала его примеру, стараясь настроиться на бой. Возможно последний. Много ли выживут из нас? Выживем ли?

Это не бледность кожи, это молочная белизна. Девушка поднималась с земли, снимая остатки одежды, которая еще недавно принадлежала мужчине. Ее губы создавали резкий контраст, словно измазаны в крови. Взгляд испуганной овечки. Таалки не сравнятся. Белоснежные волосы, брови, ресницы — будто покрыта инеем. Она съежилась, потирая хрупкие плечи. Дрожала. Мерзла? Зачем раздевалась?

— Убирайтесь от нее! — выкрикнул Мони, надрывая голос.

Риас быстро вернулся за мной, схватил за руку и потащил за собой. Не все послушались. Не доверились словам мальчишки. Несколько наемников потупились, сплюнули, сжимая мечи и подходя ближе к испуганной девице. Мы оказались дальше.

— Что за дрянь это, парень?! — ревел мужик с топором, нависая над всезнайкой.

— Дева терзаний, — дрожал голос парня, — Мы трупы, Райан!

— Не трусь! — приказала Элания, — Говори, что знаешь!

— По существу, — просил Райан.

— Ее мы победим, — уверено сообщила Нита.

Все посмотрели на бесстрастную девушку. Неужели ее совсем не касаются эмоции? Неужели бесчувственна?

— Она умрет, и мы умрем, — проговаривал Мони, снимая куртку.

— Что ты делаешь? — испугалась Киви.

Кеми разбрасывал оранжевые искры, Нестаргонский хмурился, глядя на спятившего шатена. Риас с печалью смотрел на меня, не обращая внимание на остальных и заставляя мое сердце сжиматься от боли. О чем он думает?

— Что это? — привлек Райан наше с Солвером внимание.

— У вас у всех такое же.

На груди Мони был белый рисунок. Витиеватый, закрученный, но похож на мишень. Нестаргонский зарычал, когда расстегнул свою рубашку и увидел белую копию.

— Что с нами будет? — раздался вопрос от Кеми.

— Она замучает нас. У нас нет…

Девичий крик со стороны лагеря привлек внимание. Мы стояли в метрах двадцати оттуда, наблюдали необъяснимую картину. Один из наемников без труда добрался к белой девушке и пронзил ее живот мечом.

— И ее ты испугался?! — спросил наемник.

Мужчина раскинул руки, поворачиваясь в нашу сторону. Он осматривал наши удивленные лица, сплюнул на землю.

— Мелкие уроды! — выругался второй, — У нас заказ, а вы мешать вздумали? — уже шел на нас с мечом, но остановился.

Тот, который проткнул девушку, упал замертво. Нечисть стояла, размазывая свою кровь по белой коже, но рана с ее тела исчезла. Она посмотрела на ближайших к ней врагов и улыбнулась. Больше не читался испуг в ее эмоциях, предвкушение. Те, кто был рядом упали с колотой, смертельной раной в животе.

— Может убежать? — не оставлял попытки Кеми.

— Рисунок не отпустит, — разбил надежды Мони.

— Ты говорила, что мы победим ее! — очнулся от самобичевания Риас, обращаясь к Ните, — Как?

Но девушка ответить не успела, а может я не услышала. Боль нахлынула, вынуждая вскрикнуть, упасть на колени. На спине под кожей жгло и дергало, я пыталась добраться рукой, чтобы сделать хоть что-то. Когда боль немного отступила, смогла осмотреться, убедиться. Больно было всем. По спине Мони стекала кровь, появился небольшой порез.

— Ты в порядке? — подскочил ко мне Риас, — Вот черт! Тупой вопрос. Нита!

Девушка тяжело опиралась на свой посох и не спешила даже перевести взгляд на Солвера. Я посмотрела на белую девицу. Она стояла на коленях, обняв себя руками и плакала алыми слезами. Из ее спины торчал шип, покрытый кровью. Она умрет — мы умрем? Истерзанные ее болью? Страх прошелся ознобом по телу.

— Говори! — требовал Солвер, уже нависая над Нитой.

— Что ты хочешь знать?

— Ты сказала, что мы победим! Как?!

Девушка смотрела на него и на секунду, казалось, у нее промелькнула эмоция. Сомнение.

— Черт, Нита, говори! — схватил он ее за плечи.

— Щиты не помогают. Нита, усиль Эланию, — просил Райан, тяжело дыша, — Будешь лечить, сколько сможешь, — обратился к принцессе, — У нас защита академии, мы…

Он не успел высказать свой план. Спину снова обожгло. Услышала болезненный стон Риаса, пыталась победить свои ощущения. Не вышло. В ушах звенело, в глазах темнело. Боль отпустила. Я почувствовала щекотку на лице. Провела рукой. Кровь пошла из носа. Риас опустился возле меня и обнял.

— Не смей влезать, — испуганно просила я, — Райан придумает что-нибудь.

Риас часто закивал. Бледная девушка продолжала плакать, страдая от вырастающих шипов на ее теле. Рождена, чтобы убить и умереть.

— Защита чем нам поможет? — интересовался Нестаргонский, сжимая кулаки. На его светлой рубашке проступили красные пятна.

— Замедление процессов, — обрывочными фразами высказывал Райан, спеша поделиться всем до нового приступа, — Элания, кидай то исцеление, которое действует со временем.

— Когда она умрет, мы будем на грани, но исцелимся. И это твой план?! — взорвался Риас.

— У тебя есть другое предложение?!

— А если ее исцелить? — спросила принцесса.

Все молчали, глядя на Эланию и не зная ответа. Боль снова накрыла сознание. В этот раз страдала нога, я взвыла, не сдерживаясь и не стыдясь. Риас обнимал, обжигая холодом своей магии. Стало терпимей. Все снова закончилось. Тяжелое дыхание, боль в груди от постоянного напряжения. К телу неприятно липла одежда, я смотрела на окровавленного Мони и примерно представляла, что у меня под рубашкой.

— Смотри на меня, Ори, — просил Солвер, его взгляд был полон решимости, — Это не вариант. То, что предлагает Райан самоубийство. Защита не справится.

Теперь боль была слабее и недолго, но обожгло все внутренности разом.

— Твою мать, Элания! — ругался Кеми.

— Я пробовала вылечить ее раны!

— Наши лечи!

— Тогда у нее затягиваются!

— Прости, Ори, — проговорил Риас, отвлекая от ругани и морщась от испытанных ощущений.

— Дай ему шанс! — потребовала я, — Демоны принуждают тебя!

Риас тяжело вздохнул, с опаской поглядывая на мученицу, которая почти не давала времени отдохнуть. Рядом зарычал мужчина. Он тяжело поднялся, опираясь на топор, и побрел к девице. Его шатало, но каждый шаг будто вселял ему уверенность в действиях.

— Он же не убить ее хочет? — спрашивал Кеми.

Он лежал на земле, тяжело дыша и приподняв голову.

— Он же нас убьет, — вновь опрокинул голову на землю, — Хотя я уже не уверен, что это плохая идея. Зато будет быстрее и не так больно.

— Мелкий придурок! — взорвался Солвер.

Одновременно с его возгласом мы услышали отчаянное ругательство Нестаргонского.

— Но ведь так мало времени прошло, — тихо проговорила Киви.

Я посмотрела на новый всплеск от осколка. Это не случайность. Демоны давили, требовали, ломали. Мужчина остановился на пол пути, опустил топор и просто сел, сдаваясь.

— Они не отпустят, — проговорил Риас.

В груди обожгло. Плоть нагревалась, разрывалась. Риас вновь призвал магию, чтобы остудить нас. Так холодно. Зато легче. Он заключил меня в объятия, я пряталась, уткнувшись ему в грудь. Уже не страшно смотреть, что теперь появится. Риас целовал мои щеки и просил прощение. Он тоже сдался.

Солвер растворился, оставляя после себя только холод. Возле окровавленной девицы поднялся еще один убитый наемник. Глаза его горели зеленым всполохом, он сделал глубокий вдох, улыбнулся, радуясь пробуждению. Но недолго. Темное облако возникло возле бледной, измученной девушки. Солвер опустился на одно колено, чтобы видеть ее глаза. Он не раздумывая прикоснулся к ней, мученица попытался вскочить, убежать, но не смогла. Риас крепко схватил ее за руку, удерживая, пока второй вцепился в белую, хрупкую шею. Несколько секунд и темная магия струится по его венам на шее. Девушка задыхается и падает, тогда все заканчивается. Она таяла, превращаясь в мертвого наемника.

Зеленоглазый высший смотрел на происходящее с ужасом. Будто это не он чудовище. Риас поднялся, высший сделал несколько шагов назад, опасаясь и вызывая болезненные эмоции на лице блондина. Солвер покачал головой, осуждая или нечисть, или ситуацию, но направился не к испуганной твари, а к осколку. Он отшвырнул разорванную куртку, присел над разбитым футляром и потянулся к желанной пище для своей искры.

Этого пробудившаяся нечисть уже не ожидала. Он зарычал, встряхнул руками, чтобы они осветились темно-зеленым огнем и кинул энергию в Риаса. Я испуганно дернулась, хоть и понимала, что сейчас Солверу ничего магического не навредит. Магия даже не отшатнула блондина, просто впиталась. Лишь редкие волны зеленых всполохов пробегали по оголенной коже, напоминая о недавнем существовании энергии. Высший заговорил на непонятном нам языке, обращаясь к Риасу. Солвер сжал опустошенный осколок и с ненавистью отбросил его. Краткий миг. Пустое место. Темная туча метнулась в высшего, чтобы остановится и воплотиться Риасом. Еще один опустошенный сосуд. Очередной труп наемника повалился на землю. Оставшиеся живые наемники смотрели на происходящее, отступая от темного мага. Им не понадобилось много времени, чтобы понять — боль не повторится — девица мертва. Они хотели бежать, глядя на монстра, который носил облик человека. Кому-то удалось, но не всем.

Мужчина с топором размахнулся, чтобы нанести удар своему же союзнику. У меня не осталось сил, чтобы отвернуться. Опустошение. Двое высших пробудились в одном месте. Два всплеска в той зоне, где этого быть не могло. Как скоро сюда прибудут люди из Ордена? Что будет с Риасом?

Воин успокоился, прошелся взглядами по убитым им людьми и явно остался недоволен. Я даже не пыталась понять, что им двигало, только в очередной раз напряглась, когда он направился к Риасу, но остановился на приемлемом расстоянии. Мужчина облокотился на топор, не сводя взгляда с раздраженного блондина. Риас смотрел на него в ответ, а потом отвернулся и побрел в мою сторону. Никто не спешил благодарить его за спасение, занимаясь зализыванием своих ран. Нестаргонский остановил Солвера, что-то негромко сказал ему, дождался кивка от Риаса и пошел к неизвестному мужчине.

— Ты как, милая? — спросил блондин, почти падая рядом.

— Что теперь будет, Риас?

— Я не знаю, — сказал он и тяжело выдохнул.

— Нестаргонский защитит тебя? Он же сможет, правда?

— Только в том случае, если ты перестанешь называть его Нестаргонским, — усмехнулся Риас в попытке пошутить.

Мы сидели и молчали, оглядываясь на остальных. Мони успокаивал Киви от пришедшей к ней истерики, Райан уже присоединился к разговору наследника с неизвестным. Бледная Элания смотрела на разбросанные трупы, витая глубоко в своих мыслях. Кеми не сводил испуганного взгляда с Риаса, но задавать вопросы не спешил. Дагир ласкал своих кошек. Нита… Девушка просто ждала, когда все придут в себя. Она не была удивленной или напуганной, только уставшей.

Договорившая троица возвращалась к нам. Мужчина не выглядел опечаленным или злым. Он довольно улыбался, пробегая беглым взглядом по лицам каждого из присутствующих. Я тяжело вздохнула, завидуя его легкости отношения к произошедшему.

— Надо покинуть это место, — сходу сообщил Нестаргонский.

— Он с нами? — кивнул в сторону воина Риас.

— До самого Хардона, — подтвердил наследник, — О причинах поговорим потом. Нам необходимо уйти отсюда, пока еще обычная нечисть остерегается всплеска высшей. Я устал, Ри. И я не хочу больше никакого боя сегодня.

Мне хотелось покинуть это место и лес в целом, но сил подняться просто не осталось. Риас протянул мне руку, чтобы помочь. Смотрел он в этот момент куда-то в сторону, переводя взгляд с парочки Мони и Киви на непоседливого Кеми. Я тяжело вздохнула, сняла перчатку, чтобы коснуться обжигающе ледяной руки. Он перевел быстрый, удивленный взгляд на меня, когда почувствовал тепло обнаженной кожи.

— Ты не чудовище, Риас, — произнесла я, поднимаясь, — И я никогда тебя не оставлю.

Порывистое объятие. Он судорожно глотал воздух, крепко прижимая меня к себе. Я не жаловалась, чувствуя себя так, будто меня закинули в прорубь, стараясь не дрожать. Каково ему?

Мы пытались двигаться спешно, но скорее ковыляли. Разбитые и уставшие. Воин оказался разговорчивым, постоянно пугал Кеми, уважительно поглядывал на Киви и старался подластиться к Тиретису. Меня радовало, что его внимание не коснулось моей особы и Риаса. В какой-то момент, когда я осталась одна, ко мне подошла Элания.

— Спасибо, — произнесла она.

— За что?

— Ты убила того, кто мог все усложнить, — напомнила принцесса мне о произошедшем, воспоминание которое я отгоняла, — Большего сказать не могу. Прости, — оставила она меня также быстро, как и пришла.

Риас вернулся ко мне с новостями. Он разузнал о наемнике, который так легко убил тех, с кем сражался бок о бок. Солвер старался вести себя обычно, хотя давалось ему это сложно. Он злился. С самого утра он пребывал в ярости, которую старался скрывать за насмешками и шутками.

— Корурта обманули, — легко делился со мной узнанным Риас, — Ему сообщили, что идут в Мертвый лес ради нечисти. Там пол отряда так считало. Обещали, что в пещере, куда направятся наемники, будут редкие особи, которые принесут много наживи. Обещали заплатить в любом случае, если даже этой самой редкости не обнаружат. Ее и не обнаружили, но наемники не расстроились. Оплата все равно ожидала баснословная. А вот на обратном пути кое-что пошло не так, — склонил голову к плечу Риас, подбирая слова для рассказа, — Среди них воришка затесался. Оказался очень умелым.

— И он влез к темному магу? — наконец-то поняла я, как гули подобрались близко к отряду.

— Да, Ори, — улыбнулся мне Риас, — Он футляр открыл. Ларир долго не простаивал. Вскоре на этого же парня и напали. Маг успел спрятать причину появившихся из-под земли гулей. Малейшая кость, Ори, и они спешат пробудиться в этом мире, — сжал Риас мою ладонь и замолчал, задумавшись.

Он заставил меня надеть перчатку, хоть я и пыталась противиться. Сейчас не жалею. Рука зябла даже так, но я молча терпела, стараясь не напоминать ему о том, что может огорчить.

— Так почему он с нами? — напомнила Риасу, что все еще жду продолжение рассказа.

— Корурт тогда еще пытался выяснить, что в футляре, — очнулся блондин, — Догадывался. Но ему мастерски лгали о личных ценностях темного мага. А когда он лично увидел осколок, то решил принять нашу сторону.

— Ты веришь ему? — сомневалась я.

— Ты не поверишь, Ори, — кривая ухмылка мелькнула на лице Риаса, — Он один из тех, кто участвовал в нападении на Лидана и его доставки по указанному мною адресу. Он часто работает на контракты Пиера. Этот наемник узнал меня не сразу, а только когда все закончилось.

— Пиер — это глава убийц? — пыталась вспомнить я имена и внешность.

— Да. Светловолосый, светлоглазый, крупный…

— Он похож на Бриджа, — перебила любимого, — Если бы только глаза были добрые, — более тихо закончила.

— Я никогда не встречался с вашим послом лично, Ори, — будто извинялся Риас.

— Почему ты ему веришь? Из-за Пиера? — решила отмахнуться от разговора о Бридже.

— И это тоже. Но вообще, наемники, Ори, рискуют жизнью ради заработка. Ему предложили большую сумму, но на деле она оказалась мизерной. Такой заказ, как вынос осколка из Мертвого леса, должен стоить в разы больше.

Месть, власть, выгоды — неужели это все, что может двигать людьми? Я подняла глаза к небу. Голубое, яркое. Усмехнулась, потому что нашла ассоциацию с Риасом.

— Ты ведь даже не понимаешь, сколько всего для меня делаешь? — тихо задал вопрос Солвер, наблюдая за мной, — Забудь! Я просто задумался, — оправдался он, отворачиваясь и вызывая у меня широкую улыбку.

Ближе к вечеру наш состав нашел подходящее место для лагеря. Тиретис позвал Риаса поговорить. Когда узнала, что речь пойдет об Ордене экзорцистов, я заартачилась, желая тоже присутствовать. В этот раз мне не отказали.

— Они найдут там кучу следов и выйдут на правду, — заверял Риас, — Людвиг не пойдет ради меня на конфликт с ними.

— Я пойду, — обещал Тиретис.

— Оно того не стоит, — хмурился блондин, — К тому же, Тир, мне нужна их помощь.

Я смотрела дикими глазами на Риаса, пытаясь поверить, что он вот так с собой поступает. Неужели не понимает, что ему нельзя сообщать об интересе демонов к своей персоне? Экзорцисты ведь просто лишат его искры.

— Ри, если будет хотя бы одна ошибка…

— Я все продумаю! — обещал Риас, — Они все равно выйдут на меня! Да и я сам себя боюсь, Тир! Эта дрянь во мне…, — глотнул он воздух, сжимая кулаки, — Я никак не могу к ней привыкнуть!

— Тогда надо поставить в известность Ставронга, чтобы академия искала оправдания, — делал свои выводы наследник.

— Нет! — отрезал Риас, — Я буду учиться управлять силой. Вернемся в Хардон, и я сам сдамся Ордену, — легко говорил Риас, даже не замечая, как я напряглась от его плана, — Но к тому времени, я скрою синие всполохи от Жнеца. Я не подставлю Эмбера.

— Ты хотя бы осознаешь, что Орден может посчитать тебя опасным для общества? — пытался воззвать к разуму наследник.

— А разве это не так?! — болезненно скривился Риас.

Я схватила его за руку, испугавшись. Не хочу, чтобы он винил себя в том, в чем не виноват. Солвер глянул на меня, обхватил, прижимая к себе, целуя в щеку и только потом продолжил.

— Я заинтересую их. Предложу сотрудничество.

— Какое? — нахмурился Нестаргонский.

— Не связанное с нашей страной, — поспешно успокоил он друга, — Я же осколки чувствую. Только теперь не как в тот раз, Тир. Сейчас осколок был сильнее и… Черт, — выдохнул он с шумом, — Я знаю, где ближайший в лесу осколок! Не потому, что я помню карту с ними, Тир! Я чувствую его!

— Ты хочешь найти раскиданные осколки по миру? — скривился Нестаргонский.

— А у меня есть выбор?

— Им это не нужно, Ри!

— Именно! — сжал руку на моей талии Солвер, — Я сделаю это предложение при Совете. Им придется или оправдать меня и помочь, или принять мою помощь. Если они не найдут достойную причину для отказа, то народ усомнится в их полезности.

— Ты же расскажешь мне потом все подробнее? — вмешалась я, не в силах больше слушать это.

Я старалась понять их разговор, но мне явно не хватало информации и знаний. Когда разговор заходил о неизвестности будущего Риаса, внутри все сжималось от страха. И я опасалась решения его родителей? Смешно. Я соглашусь убить еще раз, лишь бы только он был счастлив!

— Я готов рассказать тебе все, Ори, — тихо проговорил Риас, — Обязательно.

— Будь осторожен с изучением своих способностей, Ри, — высказал Нестаргонский, покидая нас.

— Предлагаю вернуться в лагерь, — сказал Риас, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Я взволнована…

— А еще уставшая, в крови и… Как ты? Ты такая бледная.

— Голова кружится весь день, — тихо призналась ему, — И порезы горят. Но у других же также, поэтому я не хочу жаловаться. Давай…

— Молчи, — перебивает меня, — Боль была бы меньше, если бы не усиление Ниты. Пойдем.

На облюбованной поляне уже горел костер. Дагира и Корурта не наблюдалось, они ушли за кошками, добывать свежатину на ужин. В лагере ребята уже вовсю обустраивались. Райан пообещал организовать место и для нас, похлопав Риаса по плечу.

— Ну ничего себе, Райан! Как ничтожна стоимость твоей заботы, — наигранно высказывал Риас, изумленно глядя на Фертиша, — Всего-то задницу твою спасти! Мне даже интересно, через что прошла Элания, чтобы заслужить твою любовь? — понизил он голос.

— Ты идиот, — тяжело вздохнул Райан, спешно удаляясь.

— И как ты с ним дружишь?!

Я слабо улыбнулась и пожала плечами. Мне самой очень интересно, смогут ли они когда-нибудь перешагнуть обычное знакомство и сдружиться? А может Риас просто привык к Нестаргонскому, который никогда не язвит? Наследник появился в лагере с Кеми, как только я о нем вспомнила. Он принес безумно приятную весть — артефакт работает в реке, продержится эта водная защита несколько часов. Я облегченно вздохнула, нам не придется переживать и бояться, что какая-то тварь утащит под воду.

Девушек отправляли первыми, пока еще солнце не скрылось, но Риас не позволил мне уйти.

— Пойдешь со мной, — сказал он, вгоняя в краску, — Боги, Ори. Я не в состоянии, как и ты, — посмеялся он надо мной, а потом склонился и прошептал, — Но мне нравится, что ты думаешь обо мне в таком контексте.

Я задохнулась от возмущений, хотела придумать что-то обвинительное. Мягкие губы не позволили проронить даже звука. Нежный поцелуй добавил головокружения, напомнил, что все обошлось, успокоил. Сегодня мы прошли по тонкой грани. Риас всегда необычайно нежен, после оставленных за спиной опасных моментов. Я вздрогнула, когда его рука коснулась пореза. Он отстранился, с беспокойством глядя на меня, а я утонула в его глазах, нежности, любви. «Ты мое все», — вспомнилось краткое послание. Все? Весь мир? Все чувства? Боль, страдание, страх, забота, ласка, восхищение? Вся наша жизнь?

— Я буду жить тобой, — пообещала ему.

Опять этот взгляд, будто он увидел меня заново. Ошеломлен.

— Иногда мне кажется, что ты сон, — признался он, хватая меня за руку и направляясь к костру.

Блондин бесцеремонно залез в сумку Кеми, чтобы вытащить оттуда маленький сверток, два одеяла, два полотенца — по одному отложил к свертку.

— Почему Кеми таскает твои вещи?

— У нас с ним уговор, — легко отвечал Риас, запихивая ненужные вещи обратно, — Ему не было с кем идти на практику, а у меня был выбор. Тир приказал найти замену Асель, когда она переметнулась к Дарголийскому.

— И ты выбрал того, кто может и развеселить досуг, и еще личную пользу принесет, — приподняла я бровь, восхищаясь наглостью и остроумию жениха.

— Осуждаешь? — поднялся он, поворачиваясь ко мне, — Ори, всегда прежде всего думай о себе. Иначе… Черт! Нет же! Забудь. У тебя другая схема, — улыбался он, — Ты всегда думаешь только обо мне! — указывает Риас.

— А ты? Я тоже могу быть требовательной! — вскинула я подбородок.

— Я всегда думаю о тебе, — пожал он плечами, и его улыбка немного сползла, — Когда способен это делать. Ты же все еще сводишь меня с ума! — уже словила я обвинение.

Мы отправились к реке затемно, когда успели утолить голод и прийти в себя после обжигающего исцеления Элании. Сверчки нарушали ночную тишину, ветер уже сменил направление, согревая южным теплом. В неспешной глади воды отражались многочисленные звезды, лунный свет окутывал фигуру моего любимого. До меня донесся сладкий аромат ночной фиалки, вызывая улыбку. Столько проблем навалилось на нас сегодня. Проблемы, которые нельзя решить ежесекундно. Стоит ли думать о них сейчас? Риас повесил полотенце на ветку, разложил из свертка различные баночки и принялся раздеваться. О проблемах я подумаю в другой раз, а сегодня не упущу возможности насладиться вечером с тем, кого боюсь потерять.

Ветер ласкает мою обнаженную кожу, я порываюсь счесать присохшую корочку крови. Риас успел вынырнуть, нарушая концерт сверчков плеском воды. Протянутая рука мне. Я вхожу в холодную воду, но я же привыкну к холоду. Я обязательно смогу полюбить холод. Еще несколько шагов, моего живота касается вода и я делаю несколько судорожных вздохов, в груди все сжимается.

— Лучше ныряй сразу, Ори, — советует блондин, — Так проще.

Отталкиваюсь, падаю в воду, воздух выбит из легких, проплыть пару метров, и я сжимаю его руку. В его второй руке заветная баночка с ароматным мылом.

— На той стороне мель и приятный песок под ногами, — потянул меня блондин.

Теперь я готовилась выходить из воды, чтобы не дрожать и не стучать зубами. Но моральная подготовка не помогла, до этого теплый ветерок сейчас студил влажную кожу.

— Тут осталось всего на два раза, но я с тобой поделюсь, — делает мне Риас одолжение и протягивает баночку, — Но ты опять будешь должна мне, Ори.

— Почему ты всегда все так переворачиваешь? — отобрала я мыло.

— Не правда!

— Ты купил дом, а со мной не посоветовался, — сообщила ему в укор, — Может мне тоже сделать тебя должником? — смотрела я на него с любопытством.

— Я же попросил прощение, — отмахнулся он, — Так что уже поздно.

К ароматам ночной фиалки донесся запах персика. Я принюхалась к мылу и убедилась, что это от него.

— Почему от тебя не пахнет персиком?

Риас прекратил намываться, склонил голову к плечу, смотря на меня, а потом весело расхохотался. Что он себе придумал от услышанного вопроса, я даже не хотела знать.

— Давай только без твоих шуточек, — попросила я, продолжая отскребывать кровь с затянутых, но все еще свежих порезов.

— Ладно, — легко согласился парень, — Просто обычно парни любят, вкусные ароматы от девчонок. Я и не думал, что для вас это тоже важно.

— Ты же говорил, что знаешь нас, — упрекнула его.

— Не правда! Вот так и возникает потом мнение, что я тебе солгал. Я говорил, что неплохо понимаю девушек.

— Ну хорошо, — согласилась с ним, тяжело вздыхая — А с запахом что?

— Я его намеренно уничтожаю, — ответил, не придавая особого значения.

— Зачем? — не успокаивалась я, потому что мне и впрямь было любопытно.

— Ори, — укоризненно обратился он, — Мое основное оружие — невидимость. А если у врага нюх замечательный. Например, Дагиру кошки могут подсказать, где и что учуяли. Хватит того, что я порой совершаю ошибки, когда под ногами что-то хрупкое, оказывается.

— Я поняла, Риас, — грустно улыбнулась ему.

— Давай так, — весело проговорил парень, — Мы закончим обучение и мне магическая сила станет почти не нужна. И вот тогда ты сама выберешь мне что-то на свой вкус.

— А тебе все равно? — удивилась такому я.

— Ну… Я надеюсь, что ты не будешь выбирать мне что-то сшибающее. А так, да. Мне все равно.

Я покачала головой, но не сказала больше ни слова. Сейчас вода не казалась мне холодной, наоборот, я спешила погрузиться в нее. Слабое течение уносило смытую кровь, пену, забирала усталость и дарила легкость. Риас вынырнул передо мной, пугая меня, но я не вскрикнула, сдержалась.

— Ты же не откажешь мне сегодня, Ори, — не спрашивал, а утверждал Риас.

Я могла отказать. Он позволял мне все, прощал так много. Ложь, недомолвки, обиды, обвинения. Как многое он знает, но молчит? Что он готов терпеть от меня и прощать мне? Я могла отказать ему, и он бы смиренно принял отказ. Я могла, но не желала.

Ветер студил влажную кожу, моя спина коснулась холодной травы, продрогший Риас нависал надо мной. Привыкну, справлюсь, не оставлю. Холод отступил под напором жара. Я горела и плавилась, выгибаясь и стараясь дышать. Риас ловил мои стоны поцелуями, терпел мои ногти, оставляющие царапины на спине. Это не я совершенна. Он совершенен. И пусть только для меня.

Глава 18. Успехи

— Завидуешь Тиру? — с откровенной издевкой интересовался Риас у Кеми.

Огневик нахмурился, обиженно засопел и проскочил вперед, оставляя нас с Риасом позади.

— И за что ты так с ним? Не из-за Лиетты же.

— Он тебя занудой называл, Ори.

— Но я же не обижалась, — высказала Риасу и поскользнулась.

Солвер подхватил меня, удержал. У него капюшона на было, поэтому сейчас я наблюдала как с его слегка потемневших локонов собиралась вода от дождя. Одна капелька на щеке, подмигнула мне отражением солнца и весело сорвалась к очерченным губам парня. Я приоткрыла свои губы, облизала их, желая поцелуя, но… Риас убедился, что я крепко стою на ногах и посмеиваясь надо мной пошел дальше.

Я скрежетнула зубами, сжала кулаки, прекрасно понимая, что он просто издевается. Мысленно застонала, захотела пнуть что-нибудь, но вместо этого тяжело вздохнула и последовала за вредным женихом.

Зависть Кеми к Нестаргонскому была очень даже оправданной. Принц наслаждался летним дождем, убрал холодное выражение с лица, и даже не злился, что мокрая одежда липнет к нему, мешая идти. Но такой дождь любила и я. Когда капли срывались из ниоткуда. Не замечено и маленькой тучи, а солнечные лучи ослепляют в игривом блеске падающей воды.

Наш состав продвигался эти несколько дней в спешке. Если будем идти до самого вечера, то завтра уже покинем пределы барьера. По этой же причине мы не сделали остановку, укрываясь от дождя. К счастью для моей команды и к сожалению команды Нестаргонского, нечисть не нападала, а убегала. Риас пару раз смог удержать рядом стайку рациф, которых ближе к границе водилось огромное количество. Несколько раз состав разбивался на две группы, чтобы оставить блондина как можно дальше. Так появлялась возможность у его команды набрать баллы. Обижался ли Риас? Очень. Я не могла понять на кого больше. Он ругался на демонов, на нечисть, а иногда и на свою команду.

Мне же удалось выяснить у него подробности об Орденах, которые могут заинтересоваться Риасом. Самые крупные, самые властные и могущественные из них — Орден Экзорцистов и Орден Праведников. Последний был все же попроще, потому что не нес никакой практической пользы обществу. В основном служители Праведников доносили обществу моральные устои, которые диктовали исходя из веры во множество светлых Богов Ирфрида. У меня никогда не оставалось свободных часов на то, чтобы изучать религию, хотя я верила, что Боги существуют. Прошло то время, когда из-за веры проливали кровь на войне. И эти знания не несли никакой пользы для «сироток».

Экзорцисты, по словам Риаса, давно и плотно построили прекрасную схему, чтобы при минимальных вложениях получать максимально выгод. Так, например, именно им принадлежат закрытые школы для темного боевого направления. Маги, которые после школы идут обучаться в академии, а дальше на службу, обязаны еще и выплачивать процент с заработка школам, пока не погасится немалая сумма. Экзорцисты же еще вызываются королями, если где-то произошел сильный всплеск для пробуждения высшей нечисти. Только они имели доступ к знаниям, как побеждать ту или иную особь. Откуда у них информация неизвестно, но, если согласиться с недовольным предположением Риаса, то у них трактаты, которые были утрачены после Пламенной войны.

Отсюда и возникает их обязательное будущее недовольство. Если Риас предложит раз и навсегда найти и собрать в одном месте все разбросанные осколки по Ирфриду, тогда населению больше нечего будет опасаться, никакая нечисть не будет пробуждаться в опасной близости. Экзорцисты будут вынуждены жить только за счет искры темных магов, а Праведники больше не смогут запугивать наивных крестьян, принуждать к молитвам и взносам для храмов. Жаль, что среди общества лишенного искры, да и часто среди магов, Ларир воспринимается как легенда. Все больше убежденных считает, что пробуждение нечисти вызвана карой Богов. Переубедить никого не стараются, потому что если таким людям, как Корурт или Паук становится известно, что осколки не вымысел, то это приводит к опасности.

Интересно, а что будет, когда Орден Экзорцистов услышит о том, что осколок пытались украсть? Что они сделают, если узнают, что заказчик сам Артуа Феруа? Будут ли они противостоять ему и защищать осколки? Ведь обязаны же.

— О чем думаешь, милая? — сравнялся вновь со мной Риас.

— Об экзорцистах, — легко призналась ему, чем вызвала его хмурость.

— Я уж надеялся, что обо мне. Ну, раз нет, — решил он опять уйти вперед, но я его задержала за рукав.

Риас улыбнулся, склонился ко мне, провел по моему влажному лицу большим пальцем, очерчивая овал. Не удержался, чтобы не облизнуться, когда пальцем отвел мою нижнюю губу, а потом все же поцеловал. Сквозь мокрую одежду я ощутила его напряженное тело, задохнулась разгоревшимся жаром. Застонала, когда его рука спустилась ниже поясницы, сжимая и прижимая к себе плотнее. Пьяный разум пытался сопротивляться, но все остальное желало продолжения, а внутренний голос озвучивал все пережитые восторги от ласк, которые умел дарить Риас.

Он с довольной улыбкой оторвался от моих губ. Я ощутила новый сильный порыв желаний, когда увидела его одурманенный взгляд, но Риас быстро закрыл глаза, опустил голову.

— Надо идти дальше, — с сожалением проговорил Солвер.

— Надо, — тяжело вздыхая, согласилась я.

Какое-то время мы шли молча. Не знаю, как он, но я то и дело порывисто вдыхала лесной, наполненный озоном после дождя воздух, стараясь обуздать страстные пробуждения и отогнать образы, вгоняющие в краску. Приняла решение вернуться к предыдущим мыслям, чтобы отвлечься.

— Думаешь, Орден в самом деле откажется избавиться от постоянных нападок нечисти?

— Уверен, Ори, — облегченно вздохнул Риас, тоже радуясь возможности переключить мысли, — Только надо будет сказать это при Совете, чтобы они не могли потом «случайно» устранить меня.

— О чем ты?! — сжала я рукоять ножа.

— Не волнуйся. Я все продумаю и сделаю так, что они не смогут этого сделать. Обещаю.

— Я не хочу…

— Ори, помолчи, пожалуйста, — попросил он, после закусил губу, а потом продолжил, — Я же тебе столько всего о себе открыл. Даже показал! Почему ты все еще продолжаешь волноваться? — удивлялся он, — Ладно с магией у меня проблемы. Но ты должна была понять, что создать интрижку мне не сложно. Я придумаю, как обставить все так, чтобы никто не смог даже из академии меня сорвать. Обещаю, — взял он меня за руку.

— Хорошо, — решила поверить ему, хотя волнения и страхи никуда не исчезли. Спорить же все равно не имеет смысла.

— А на счет Ордена Экзорцистов, — продолжил говорить Риас, — Я хочу еще кое-что проверить, Ори.

— Что? — прищурилась я, оглядывая парня.

— Я пока не делился этими мыслями с Тиром, а уже хочу узнать твое мнение, — высказал Риас и хохотнул, — Слушай, но не перебивай. А потом лучше не отвечай сразу, потому что… Может я просто слишком многого опасаюсь, Ори.

Меня окатило новой волной жара, но уже не внутренним. Испугалась, но быстро успокоилась. Риас поблагодарил Кеми за то, что тот высушил нашу одежду, когда даже с веток капало уже не так активно. Я благодарность высказать не успела.

— Так вот, — сразу преступил к озвучиванию своих мыслей Риас, — Ты теперь тоже знаешь проблему демонов, Ори. Одна рожденная темная искра с боевым направлением — одна смерть демона. Демоница сказала тебе сколько их осталось?

— Нет, — уверенно замотала я головой.

— Когда я был одержим, их оставалось меньше сотни, — сказал Риас, хмурясь. Хмуриться было отчего, потому что они не возрождаются, — А сейчас мы узнаем, что все-таки осколки активно ищут и крадут. Если Райан прав, то в Вертании действительно создается артефакт и осколки нужны для него. А еще… — облизал Солвер губу, — Я когда одержим был, мне помогали справляться несколько магов, и двое из них служители Ордена Экзорцистов. Они так много знали. Вот мне просто интересно. Если они знают о проблеме демонов, то не ищут ли они нового врага?

— Твои намеки, Риас, — нахмурилась я, — Хочешь сказать, что они знают о Феруа и позволяют ему?

— А может даже помогают, — озвучил и нервно закусил губу, — Это я и хочу выяснить. Раз уж случай выпал, то почему не воспользоваться? — пожал он плечами, глядя на меня.

В этот момент я открыла новое качество Риаса — безрассудность. Пытаться его остановить? Бесполезно. Он всегда поступает так, как ему хочется. «Хочу и могу», — ведь так он ответил блондинке, которая хотела овдоветь и прибрать малыша Келри к своим рукам.

— Но зачем им? Я, конечно, могу предположить, но все равно…

— Страх, — перебивает меня Риас.

— Почему? — обескуражил он меня, — Я думала деньги и власть.

— И это само собой, — соглашается Солвер.

Риас остановился, стал всматриваться в сторону кустарника и папоротников, а потом полез в заросли. Я тоже остановилась, наблюдая за ним и гадая, что он там забыл. А через пару секунд он выскочил обратно, стряхивая одной рукой воду, которая еще не успела впитаться, а во второй держал лесной цветочек.

— Я не силен в растениях, но эта мелочь приятно пахнет, — протянул он мне.

Я улыбнулась, приняла неизвестный белый цветок, который размером и впрямь заслужил звание «мелочь». Аромат был приятный, сладковатый, но не приторный. Порыв жениха я все равно не разгадала.

— Зачем? — спросила у него.

Солвер непонимающе глянул на меня, хохотнул, еще раз отряхнулся и продолжил путь.

— Ты же сама призналась, что любишь вкусные запахи. Да и цветы… Ты же девушка. Черт! — глянул на меня так, будто сделал открытие, — Каюсь и теперь спать нормально не смогу. Я буду дарить тебе цветы чаще. Исправлюсь, Ори, — пообещал он, чем вызвал мою усмешку.

— И все же, — вернулась я к прерванному разговору, — Причем страх к экзорцистам?

— Они же могут все потерять. Представь, сколько они зарабатывают на выплатах школам, а если некого будет обучать? Потеря дохода, потеря самих школ. Темные боевые маги просто станут пустышками, которых лишат искры, как только она выберет это направление. Не будет демонов — не будет их будущего. Да и служба экзорцистов обществу слишком высоко обходится. Знала бы ты, сколько ежегодно Людвиг направляет финансов, чтобы мы имели право вызвать их в любой момент. Но и это не все. Это просто страховка, а каждый вызов еще оплачивается по отдельным стоимостям, в зависимости от сложности нечисти. Только вот мир развивается, Ори, — отдалился Риас в рассуждения, — Сейчас уже даже полезность магов становится под большой вопрос. Обычные смертные врачеватели способны лечить сложные ранения и без магических целителей, а обычные наемники способны убивать довольно сильную нечисть. Огнестрелы вообще наводят ужас, — закусил он губу и замолчал, опять отдалившись в собственные мысли.

— Им нужен Феруа ради признания? — не сдержала вопрос.

— Да. Общество должно нуждаться в них больше, чем сейчас.

— Как думаешь, а Феруа в заговоре с ними или они просто знают? — решила понаглеть с вопросами. У Риаса всегда есть свое собственное мнение.

— Скорее всего. Вообще, тут два ярких варианта, — уверенно сообщает он мне, — Или он действует сам, но Орден Экзорцистов знает, негласно помогает и растит себе будущего врага. Или… Знаешь, Ори, этот вариант мне кажется более реальным. Они сотрудничают. Когда он поднимет свою армию, то они сделают видимость конфликта.

— Только сопротивление, но никакой борьбы, — уловила я.

— Они просто создадут вечное противостояние. После Феруа придет к власти уже кто-то из их Ордена. Подготовленный человек, который будет жить в личине злобного некроманта. Все будут зависеть от защиты экзорцистов. Такие маги, как Элания, станут самыми востребованными. А кто еще лучше всего противостоит темной магии?! — сжал он кулаки.

— Риас, ты заглядываешь слишком далеко, — постаралась мягко высказать я.

— Вот и выясним, Ори, — не обиделся он, — Если они откажутся в моей помощи и найдут причины, чтобы посчитать мое предложение вздором, значит, я прав.

Солвер определенно прибавил мне пищи для размышления. Теперь еще бы понять, попробовать связать в этом всем Террийск и Алтиру. А если спросить у Элании, то расскажет ли она все, что знает? Сомневаюсь. Она и так открыла то, что не планировала говорить, и только потому, что боялась нашей смерти. А ведь если Риас прав, то пройдет много лет, прежде чем все станет именно так. Сколько лет понадобиться Элании, чтобы забыть свои чувства к нам? Ей ведь нравился Райан, а может даже была влюблена в него, но прошло меньше двух лет, и принцесса делает все, чтобы убить Фертиша. Когда не выходит убить, то она просто закладывает каждый его шаг, без угрызений совести сдает врагам.

Поздним вечером я возилась с ветками, стараясь уложить их более удобно. Риас куда-то пропал больше часа назад, но я уже не сильно волновалась, как это было в первое его исчезновение. Он любил кошек, они любили его, поэтому ни у кого в этом походе не вызывало удивление, что блондин мог бегать с ними в лесу, удовольствия ради. Но как меня не успокаивало знание о пристрастиях жениха, я все равно не могла уснуть, пока он не вернется.

— Как ты, Ориса? — присел рядом со мной Райан.

— Что конкретно тебя интересует? — взглянула на него с вызовом.

Он тяжело вздохнул, уселся удобнее, говоря мне тем самым, что разговор планируется долгим и трудным. Я оставила ветки, чтобы тоже разместиться с наилучшим комфортом.

— Я не всегда интересовался твоим состоянием для собственной выгоды, — успокоил меня Фертиш.

— Тогда, я чувствую себя…, — я долго пыталась подобрать подходящее слово, но не смогла, — Райан, наверное, мне все же плохо, — высказала и тяжело вздохнула.

— Он бы убил Риаса. Тебе не стоит винить себя.

— Я боялась, что он будет мне сниться, — почти прошептала я.

Всполохи костра завораживали, но так надоели за все время проведенное в лесу. Завтра мы уже выберемся отсюда.

— Ты спасла человека, Ориса. К тому же, ты не видела его лица, поэтому сомневаюсь, что он будет приходить к тебе в снах.

— Я могла спасти Риаса, просто ранив мага, — не согласилась я, чувствуя, что даже огонь не успокаивает, а вина наступает с большим напором.

— У тебя не было времени на раздумья, а инстинкты сработали быстрее. К тому же, тебе стоит смотреть на произошедшее с другой стороны. Он собирался убить Риаса. Не ранить, а нанести один смертельный удар. Чтобы сделал с ним Тиретис, если бы он смог нанести даже просто ранение Солверу? — внимательно смотрел на меня Райан, — Именно, Ори. Он убил бы его. Ты спасла Риаса, убив того, кто уже заработал себе смертельный приговор.

Я смотрела на Райана и понимала, что его слова всегда достигают цели. Неужели он и в самом деле всегда прав? Или он просто говорит то, что от него хотят услышать?

— Тебе известно откуда у Риаса с Тиром такая дружба? — решила попытать счастье.

— Клятву я тебе еще не принес, — уже с улыбкой произнес Райан, — Но если бы знал, то рассказал бы. А так, прости, но я даже не задавался особо этим вопросом. Дружба и дружба. Они же знакомы с детства, почему тебе этого мало, Ориса?

Наш разговор прервали. Риас довольный выбежал на поляну, нашел меня взглядом, широко улыбнулся и направился ко мне. Пока приближался увидел рядом Райана, улыбка Солвера немного померкла, он сощурил глаза, но отчего-то колкости не последовало.

— Пойдем со мной, Ори.

Он не протягивал мне руку, а схватил за нее, нетерпеливо помогая подняться. Суматошный блондин не обмолвился ни с кем, ни на кого больше не посмотрел. Только тянул меня дальше за собой, спеша в темноту ночного леса. Куда он ведет меня? Еще дальше. Я успела не просто разволноваться, но и испугаться.

— Куда мы?

— Увидишь. Быстрее, милая, — торопил он меня.

Сердце споткнулось, сжалось все внутри, я похолодела. На небольшой поляне, освещенной лунным светом, нас встретил абислин. При виде меня небольшой крылатый ящер ощерился, вздыбился.

— Тихо, — обратился к нему Риас, сжимая мою ладонь, пока вторую выставлял для абислина в жесте «стоп», — Смотри, Ори, он слушается, — восхищался сумасшедший.

Спятивший жених отпустил мою руку и подошел ближе к нечисти. Последняя, словно Сехи, ткнула головой в руку Риаса, прося его ласки.

— Боги, — прошептала я.

И что сказать Риасу? Как реагировать? Я не видела в таком поведении нечисти ничего хорошего. Только множество рождающихся вопросов. А сколько их будет у остальных?

— Он первый, кто не испугался, Ори, — довольно поделился со мной блондин.

Глубокий вдох. Раз. Выдох. Два. Лучше закрыть глаза. Три… Не поможет! Открываю глаза. Риас смотрит на меня растерянно. Он хотел поддержки от меня.

— Можно я дотронусь к нему? — вырывается у меня.

Мысленно воззвать ко всем Богам! Зачем я так?! Можно же просто найти слова поддержки. Поздно. Солвер расплылся в довольной улыбке и уже протягивает мне руку. Как далеко я зайду ради этого парня?

Я медленно подхожу к твари, которая недовольно скалится, ее хвост подрагивает и отбивает напряженный ритм по земле. Протягиваю руку, чтобы услышать низкое рычание, Риас хмурится и начинает поглаживать абислина более активно, и тот успокаивается. «Лучше ныряй сразу», — вспоминаю я совет неугомонного и прикладываю руку к прохладным, мелким чешуйкам существа.

Мы с абислином дрогнули одновременно, но руку я не убрала, беспощадно давя наглостью. У Риаса есть чему поучиться. Нечисть с блеском и опаской в желтых глазах поглядывала на обиженного Солвера.

— Ничего, — заключил обиженный, — Есть польза и в его страхе. Тебя он не тронет, милая. Больше тебя никто из них не тронет.

Глава 19. Мелкие радости большого счастья

— Наконец-то! — возрадовался Мони.

Я смотрела на обычную утоптанную дорогу и просто не верила в правду. Только сейчас осознала, что ноги никогда не переставали гудеть, я просто к этому привыкла. Привыкла к лесному эху, к сырости воздуха и запаху грибов, ягод и прелой листвы. Сейчас же, я ликовала, как и Мони. Запах полевых цветов, опять пьяные жуки, которые врезались, не следя за траекторией своего полета и пыль. Дорожная пыль пьянила и дурманила разум, обещая, что вскоре мы выйдем к людям.

Я засмеялась, привлекая внимание Риаса, а когда он подошел с опаской смотря на меня, то и вовсе повисла у него на шее. Думать о том, что в следующем году мне предстоит еще лето практики не хотелось. Одновременно с этими удручающими мыслями, приходило напоминание, что нас ожидает разбирательство с баллами и оправдания перед Эмбером. Но прежде мы поедем в Террийск, а это опять нагоняло больше тоски, чем приятного ожидания. Расставание с Риасом будет неизбежным.

— Меня, значит, с ножом у горла встречала и рыдала, — бурчал обиженный блондин, — А обычную дорогу увидела — счастлива! Ори, ты…

— Прости, — выдохнула я, но блаженную улыбку с лица так и не стерла.

— Вот же! — широко улыбнулся он, — Скоро выйдем к деревушке и там сможем отдохнуть, — добавлял он мне радости своими словами.

Поле справа было подобно зеленому морю. Ветер задувал, пригибал колосья неопознанного мною растения, которое выпрямлялось сразу же, как только шаловливый продолжал свой путь. Высоко над полем зависло беспощадное солнце, вынуждая нас одевать светлые капюшоны. Низкие, редкие деревья встречались вдоль дороги, напоминая, что их величественные сестры остались позади.

— Что мне делать, чтобы твое настроение было таким каждый день? — задал вопрос Риас, заглядывая в мои глаза.

Я задумалась. Проблем не убавилось, они только разрослись, но я радуюсь, даже не смотря на их наличие. Значит, счастлива я банально смене обстановки? А еще Солвер рядом, смотрит на меня и ждет ответа. В его глазах тоже мерцают счастливые искры.

— Просто будь рядом, — пожала я плечами.

Он хохотнул, опрокинул голову, чтобы напомнить мне о нашем с ним первом свидании. Тогда он тоже полнился счастьем, также грелся теплом солнечных лучей, а ветер неизменно играл с его шелковыми волосами. Залюбовалась, сердце наполнилось нежностью, пробудились трепетные чувства.

Через пару часов, когда счастье уже немного спало, многие из нас вновь широко улыбнулись. Даже Элания не скрыла облегченной улыбки, когда впереди показались первые деревенские дома. Дорога стала шире, колея на ней глубже, местами покрытая растрескавшейся корочкой из глины. Деревянный указатель, слегка покосившийся и подгнивший, гласил: «Соловейка». Веселое название деревни, дарило надежду на теплый, радушный прием для уставших путников.

Нестаргонский подобрался, выпрямил и без того прямую спину, а потом натянул благодушную улыбку. Элания последовала его примеру. Риас глядя на преображение наследников весело хохотнул, Кеми хотел было пошутить, но покосившийся в его сторону блондин, заставил огневника передумать. Райан нехотя отступил от Элании, подходя ко мне и Солверу.

— Сочувствую, — совсем без насмешки, высказал Риас.

— Справлюсь, — невозмутимо отмахнулся от поддержки Фертиш, опять зарабатывая обиду от блондина.

Низкие заборчики, тянулись по обе стороны от нас, на них то и дело насаживали кувшины, чтобы просушить. Какая-то ребятня разглядывала нас, сторонясь. Особое их внимание заслужили кошки Дагира, которым хозяин успел надеть тяжелые, крепкие цепи, и Корурт со своим здоровым телосложением и огромным топором за спиной. Хорошо, что он из тех, кто очищает оружие от крови до блеска. За все время мужчина не обратился ко мне ни разу, чему я втайне облегченно вздыхала и радовалась. Подобные мужчины всегда вызывали у меня страх и недоверие. Зато Риас не терял возможности сблизиться с наемником, выведать у него что-нибудь интересное о Пиере и его контрактах, а еще создавалось ощущение, что он нашел себе очередного информатора.

Молодая девушка в светлой косынке, длинном, но легком платье вытаскивала ведро из колодца. Я постаралась сдержать чувства, когда Риас подскочил к ней, с интересом заглядывая в ее глаза и помогая вытащить полное ведро воды. Он улыбнулся так тепло, что никакая сила воли не смогла избавиться от нахлынувшей ревности, которая смела все счастье. Кровь отхлынула от лица, я опять почувствовала страх, но какой-то иной, руки поспешно нашли рукоять ножа, возвращая мне хладнокровие.

— Привет, — не сводя взгляда, смотрел на нее мой жених, — Не подскажешь, где тут дом старосты?

Девушка покраснела, скромно опустила глаза и начала мять фартук. Было отчего. Риас смотрел на нее так, словно она была самой красивой девушкой, которую он когда-либо встречал. А может я придумываю?

— Он играет с тобой, — услышала я тихий голос Райана, — Возьми себя в руки. Мы еще отомстим ему.

Рука Райана легла мне на плечо, привлекая к себе внимание. Я отвела взгляд от жениха, глядя на лицо друга, который склонился ко мне.

— Обещаю, — с улыбкой произнес Фертиш, обдавая теплым дыханием кожу на моей скуле.

Похолодало. Райан смотрел уже не на меня, но улыбка осталась прежней. Игривая, с вызовом. Он смотрел на Риаса, а блондин забыл о девушке и переводил внимательный взгляд с меня на Райана.

— Пойдем. Не будем отставать от остальных, — направил меня Фертиш, — Риас, догонишь, когда узнаешь какой нам дом нужен, — уже громче обратился к Солверу, — Уверен, что он где-то ближе к центру.

Неприятная ревность все еще осталась, но скрасилась поддержкой Райана. Каким бы не был он опасным, а порой жестоким, я уверена, что мне с ним повезло.

Солвер догнал нас почти сразу, показательно приобнял меня, подарил мне легкий поцелуй в щеку и попросил ускориться. Дом старосты и в самом деле легко было пройти мимо. Он ничем не выделялся, среди остальных, а даже некоторым уступал в примечательности. Подтянутый, худощавый мужчина отложил молоток и доску на крыльцо, когда мы подошли к низкой калитке, успокоил разлаявшуюся собаку и направился к нам.

После того, как староста услышал, что перед ним наследник, он как ни в чем не бывало продолжил диалог, а потом словно очухался. Долго извинялся, что сразу не то, чтобы не поверил, а просто даже не смог осознать услышанное. Нестаргонского и Террийскую староста определил на ночлег к себе, страшась перекладывать эту честь на других. Очень быстро нашлось место даже Корурту, который рад был познакомиться ближе с Киви, или скорее с ее рунами на мече. Киви, Мони и Корурта, как по заказу, отправили к кузнецу. Его дом мог вместить еще одного человека, но Нита отказалась, удивив тем, что знает, к кому пойдет. Дагира же отправили к любителям животных, чтобы и кошкам было где расположиться. А оставшихся: меня, Райана, Кеми и Риаса, хотели отправить к плотнику, у которого для таких путников имеется небольшая пристройка для четверых.

— А вдовы есть? — спросил Риас, отчего словил недовольный взгляд Тиретиса, но сделал вид, что не заметил.

— Имеются, — кивнул мужчина, разглядывая блондина, — А как же без них?

— А какой хуже всего живется? — не унимался он.

Мужчина задумался, пожевал губы, опять разглядывая любопытного парня.

— Муж у Стасьи помер, несколько лет назад, а недавно два года было, как сын утонул. Мы же ей помогать пытаемся, только отказывается баба, — оправдался староста, а потом махнул рукой, — Нежели помочь ей хотите, то дом покажу.

Риас широко улыбнулся, взял меня за руку и кивнул мужчине. Я задумалась, гадая, зачем Солвер страдает такой добродетелью? Ответы приходили почти сразу, но как-то неуверенно. Может он с детства приучен к подобному. Но тогда, как на него не повлиял высший свет? А вот второй вариант, больше походил на правду. После одержимости, парень просто боится стать совсем плохим. Вот и носится с бескорыстной помощью, если человек ему понравится и покажется достойным. Они бы с Зарой подружились, пусть у нее и другие мотивы.

Дом одинокой Стасьи расположился дальше по улице и не выглядел неухоженным. Значит, староста не соврал, жители деревни стараются помогать убитой тоской и скорее всего одиночеством женщине. Солвер беззастенчиво потянулся к калитке, прошел во двор, как к себе домой, дошел до двери, покрытой обшарпанной зеленой краской, постучал. Мы простояли некоторое время, но нам так никто и не открыл.

— Пойдем, — скомандовал Риас.

— Куда?

— Искать, — ответил он, направляясь по дорожке за дом.

Низкие ветки яблонь, вынуждали пригибаться, а еще я косилась на спелую клубнику, которая манила, лежа на выполотых грядках. За домом тянулись пристройки: закрытое помещение с большими дверями, курятник, хлев и дальше просторный загон. На этой части двора все заросло травой, были прорехи в деревянных постройках. Хозяйка нашлась чуть дальше, сидевшая над грядкой с овощами, выдергивая сорняки.

Риас позвал ее, соврал, что нас отправил староста, а не он сам изъявил желание прийти. Женщина не проявила недовольства, но и радостной не выглядела. Она прошла мимо нас и позвала за собой следом. Ниже меня, худенькая, еще в том возрасте, когда язык не повернется назвать ее пожилой.

— С оружием в дом не пущу, — строго сказала Стасья.

— А где оставить можно? — спросил Риас.

— Вон кладовая, — указала женщина на узкую дверцу в пристройках, — Все там оставьте.

— Пойдем, — схватил жених меня за руку.

Ему особого приглашения не требовалось, он быстро нашел свободный участок на небольшом столе, куда скинул свои клинки, вытащил ножи, а потом выжидающе повернулся ко мне.

— Давай, Ори, — усмехнулся он.

Я ненадолго замешкалась, но разве могла спорить с прихотью хозяйки? Тяжело рассталась со своими ножами, луком, который почти не пригодился в походе, вытащила пару метательных ножей и убедилась, что рассталась со всей своей уверенностью. Ощущение возникло, будто голая.

Хозяйка нас не ждала и даже не следила за нами. Ее обнаружили уже на переднем дворе, она наполняла умывальник водой. Рядом на маленьком стульчике висело свежее полотенце и лежал маленький кусочек мыла. Риас с широкой улыбкой поблагодарил Стасью, но вопросы задавать не спешил. Вскоре пришел Кеми, сообщил, что староста расщедрился и приглашает вечером в баню. Девушек к плотнику, а парней к себе. Я слушала, пока с удовольствием смывала с лица и шеи дорожную пыль, наслаждаясь прохладой колодезной воды. Риас с водными процедурами справился быстрее, чем я, и потащил меня к двери, где мы оставили свою обувь.

Дом встретил нас чистотой и уютом, в светлых комнатах бродил легкий сквозняк из-за приоткрытых окон. Стасья позвала нас пройти глубже, Риас сразу среагировал на ее голос и спешно воспользовался приглашением. От печки на небольшой кухне исходил жар, но мы не жаловались. Я почти рыдала от счастья, увидев миску с супом и деревянную ложку. После того, как закончились запасы круп, о столовых приборах приходилось только вспоминать. Она выставила на стол варенье, мед, кувшин молока и скромную тарелку с солеными огурцами.

— Гостей не ждала, — оправдывалась суровым тоном Стасья, — К ужину хлеб испеку, ну а пока только если у соседей попросить.

— Не стоит, — улыбнулся ей Риас.

Стасья никак не отреагировала, пожелала нам приятного аппетита и уже хотела уйти.

— А вместо молока чай можно? — обнаглел Солвер, задерживая хозяйку.

Я грозно посмотрела на него, но он в ответ просто пожал плечами и весело мне подмигнул. Стасья никак не показала недовольства, вернулась на кухню, загромыхала посудой, извлекая необходимое, а потом добралась к печи.

— Мелисса, липа и ромашка есть, — перечислила женщина, ожидая, когда наглый блондин определиться.

Выбирал он долго, советовался, и как-то так вышло, что через несколько минут у них завязался разговор о травах и вкусах. Вскоре вкусы перешли в различия празднования окончания летней жатвы в других деревнях Нестаргона. Прошло еще двадцать минут, и женщина сидела с нами, пила чай с медом, слушала рассказы Солвера о Мертвом лесе.

— Пошли, деточка, — обратилась ко мне Стасья, когда мы наелись, напились, а Риас куда-то сбежал, — У меня дочек не было, поэтому и подходящего платья не найду, — с грустной улыбкой и печалью в серо-зеленых глазах извинялась она.

— Не беспокойтесь, — успокаивала я ее.

Из неприметного комода, или скорее ящика, она извлекла пару платьев мне на выбор.

— Надевала на праздники, когда сама молодая была. Моль немного побила, но незаметно, — разглаживала она на лавке свои наряды из прошлого.

— Спасибо, — благодарила я ее за доброту, уже определившись с выбором, — Вот это будет мне в пору.

— Мое любимое, — с нежностью улыбнулась она мне.

Вышла из дома, чтобы найти Риаса и сердце опять ухнуло в пятки. Он стоял возле забора с наружной стороны и с теплой улыбкой говорил с недавно встреченной девицей. Только теперь уже она преобразилась, сняв косынку и распустив белокурые кудри, избавилась от фартука, где платье не скрывало объемные прелести девушки. Я вспомнила, как разглядывала нас с Риасом в зеркале, когда он говорил, что мы идеально подходим друг другу. Сейчас же, я отчетливо ловила себя на мысли, что эта девица, несмотря на то, что она простолюдинка, подходит ему больше. Хотя, я сейчас тоже лишена титула. Если перееду жить в деревню, то ничем не буду отличаться от этой девушки, разве что внешностью. Злость затопила разум, но я быстро отключилась от эмоций. Такое проявление хладнокровия, отрезвило и напомнило, кем я являюсь. Ориса Дезант никогда не позволит себе проливать слезы из-за глупых желаний и нелепых любовных чувств. Подняла уже куда более холодный взгляд на парочку, но удивилась. Риас дождался, когда подбежит ребятня, о чем-то ему доложит и сунул им кулек с клубникой, белокурой девушки уже не было.

— Не смотри на меня так, будто я с ней переспал, — кинул мне Риас фразу, проходя мимо.

Он злится на меня? Я должна злиться! Терпение и выдержка дали трещину, я почти догнала жениха, собиралась высказать ему претензии, но поняла, что он прав. Мне просто не в чем его обвинить. Он тепло улыбался старосте, он тепло улыбался Стасье, он всем тепло улыбается! Если я заявлю сейчас о ревности, то мне надо выставить свои требования, тогда что я ему скажу? Не улыбайся этой девушке? Не говори с ней? Я стояла и смотрела на спину удаляющегося Риаса, который вот-вот скроется за углом дома и не могла оправдать свою злость. Теперь еще и было больно от своей неадекватности. Но так, как поступает он, тоже неправильно. Я догнала Солвера, остановила тем, что просто крепко обняла, прижалась к его спине, прислушалась к сердцебиению. Оно билось часто и сильно.

— Ооори, — произнес он негромко, взял мои ладони в свои, — Ты невнимательна, милая. Я же говорил тебе, что все девушки в прошлом. Теперь есть только ты.

— Просто…, — я не нашла продолжение фразы.

— Тебе больно? Прости, — вполне искренне звучало его «прости», — Возможно перегнул. Но, знаешь, просто иногда ставь себя на мое место.

— О чем ты? — нахмурилась я.

Он разжал мои объятия, развернулся, теперь уже сам обнял меня. Развязал ленту, которая удерживала мои волосы и запустил в них руку.

— Я ведь все еще не понимаю интереса Райана к тебе.

— Он же с Эланией! — возмутилась я от того, что Риас может меня ревновать к Фертишу.

— Временно, милая, — смотрел он мне в глаза, — Они же не будут вечно вместе и…

— Ты действительно с ума сошел! — обвинила я его.

— Я разве отрицал? — тихо спросил он и склонился, чтобы поцеловать.

Негромкое покашливание вернуло меня к реальности. Мони стоял недалеко и смотрел с возмущением на Риаса.

— Ты зачем за мной послал?

— Целоваться научить, а то вы с Киви больше на друзей детства похожи, — язвительно ответил Риас.

— А не послать бы тебя, Солвер?!

— Ого, — восхитился Риас, выпуская меня из объятий, — Смотри-ка, возмужал и обнаглел. Это Райан тебя плохому учит?

— Вообще-то я с Орисой месяц в лесу прожил.

Обвинительный взгляд от Мони выбил из меня все возмущение, кажется растерялся и Риас тоже. Он просто оценил Мониара заново, покачал головой и позвал за собой. Как выяснилось, Риас просто не умел косить, но помочь Стасье очень хотел. До заката парни возились, спешно приводя в порядок двор, постройки, пока я была кем-то вроде «принеси-подай». Как показалось мне, спасла меня хозяйка дома, когда позвала помогать ей. Но мне всего лишь показалось, потому что учиться готовить я не планировала, да и ученица из меня вышла не лучшая. Я не знала сколько, куда кидать соли, как проверить готовность и не представляла из чего состоит тесто. Зато я прекрасно владела ножами и быстро справилась с чисткой и нарезкой овощей.

Мони с Риасом проводили меня к дому плотника, после чего спешно удалились. Меня выбежала встречать темноволосая девчушка, с болячками на коленях и оцарапанными руками. Она широко улыбалась мне, демонстрируя отсутствие двух зубов впереди. Я не могла не улыбнуться ей в ответ. Девочка протянула мне свою маленькую ручку, чтобы проводить к дому, где передала меня в опеку взрослым.

В прогретую и заполненную паром баню я вошла, как выяснилось, последней. В предбаннике уже были скинутые в кучу вещи, я докинула в кучу свои и направилась дальше. За дверью меня встретил еще более густой пар, который довольно быстро рассеялся, позволяя нормально видеть расположившихся с удобством на лавках девушек. Элания приводила в порядок свои руки, попеременно окуная каждую в миску с отваром, Киви с интересом наблюдала за принцессой. Я удивилась, обнаружив тут и Ниту. Девушка неспешно терла свою бледную кожу, из-под которой отчетливо прорисовывались кости. Я изнывала от любопытства, хотелось узнать, почему она такая необычная? Маленькая, болезненная, хрупкая, но в то же время ее характер так не подходил внешности. Она в один миг остановила свое размеренное занятие и подняла взгляд на меня. Я смотрела в ее карие глаза и не могла отвести от нее своего взгляда. Она словно смотрела сквозь меня, но видела все, что я скрываю от посторонних, а может и от самой себя. Несмотря на жару, мурашки прошлись по спине от таких догадок, но девушка уже переключила от меня внимание, продолжая монотонное растирание своей кожи.

— Чего застыла, подруга? — была более приветлива Элания, даря мне одну из своих улыбок, — Особое приглашение нужно?

Я прошла дальше, рискнув устроиться возле Ниты. Девушка словно не заметила меня, как и не замечала Киви с Эланией.

— Когда и откуда отправляемся? — решила провести время с пользой.

— Послезавтра, — удивила меня принцесса, — Староста уговорил нас остаться на завтрашний вечер. Тиретис решил потерпеть великодушно и даже согласился, что для нас устроят праздничный вечер.

— А ты, как посмотрю, довольна, — уличила я ее, хоть она и пыталась всю ответственность переложить на Нестаргонского.

— Насладимся, Ориса. Все это время в дикости… Давай немного расслабимся и повеселимся.

— А я бы раньше отправилась, — не поддержала подругу Киви, — Мы же сначала к моим заедем, там тоже праздник устроить могут.

— Соскучилась? — поняла я ее.

— Еще как! Моя мама такие пироги печет! А у Мони мама блины вкусные делает, — мечтательно вспоминала синеволосая, вызывая у меня с мегерой широкие улыбки.

Я посмотрела украдкой за Нитой, но та все также не слышала нас. Безэмоциональная кукла.

— Нита, а какие планы у вашей команды? — все же попыталась втянуть ее в беседу.

Она будто не услышала меня, я же начала злиться такому поведению, но вскоре девушка посмотрела на меня, пожала плечами и даже пояснила.

— Мы отправимся послезавтра в обед, когда отправим вас, — ответила она, закрывая глаза и просто расслабляясь.

Мне было достаточно увидеть у нее легкую улыбку, чтобы опасение к Ните прошли.

— Разве Нестаргонский сообщал, что уедет в обед? Ты же как ушла от нас, так и не общалась с ним, — поморщила носик Элания.

— Разве? — спросила у нее Нита, стушевав принцессу.

— А у кого ты остановилась? — задала верный вопрос Киви.

— У местной целительницы.

— Ты знаешь эту деревню? Как ты узнала, что тут есть целитель и что она тебя не прогонит? — опять допытывалась Элания.

— У нее на входных дверях символ целительства. Дом в начале деревни, мы проходили его, — все также не раскрывая глаз, проговарила Нита и замолкла.

Элания хмыкнула, но и этими разъяснениями странной девушки осталась довольна. Вскоре она начала рассказывать нам с Киви о предстоящей программе. Что мы обязательно должны увидеть в Террийске, попробовать, купить на память, а что сделаем в том случае, если останется время. До конца нашего общего наслаждения Нита больше не проронила и слова, а я решила, что, если человек не хочет говорить, значит нечего к нему приставать.

Белое, легкое платье Стасьи немного пахло старостью, но это гораздо лучше, чем плотная, ткань костюма. Элания не имела таких талантов, как Кеми, но волосы подсушить смогла. Сначала только нам троим, но потом окинула внимательным взглядом Ниту, тяжело вздохнула и не обделила вниманием ее волосы тоже. Девушка в ответ кивнула и покинула жаркую баню первой.

— Странная она какая-то, — произнесла принцесса, — Ты же говорила, что она с Асель дружит.

— Дружит, — уверенно кивнула Киви.

— Тогда почему на практику разделились? И она же слышала, как мы рассказывали всем о мирэле и о причастности Асель, — принцесса перевела взгляд на меня, — Почему твой блондинистый идиот… А, впрочем, неважно, — уже открыто улыбнулась она.

Вопрос Элании заставил выйти из пьянящей радости того, что нас окружают люди и дома, а не нечисть и лес. Что она хотела узнать? Я следовала за принцессой, стараясь ступать так, чтобы сандалии Стасьи не свалились с ноги. Во дворе нас встретила жена плотника, она стремилась узнать, все ли нам понравилось. Принцесса не капризничала, но ее величие вернулось в полной мере, поэтому после скупых похвальных слов с высокомерной физиономией, нам с Киви пришлось постараться, чтобы привести в чувства испуганную женщину. Эланию пристыдить при посторонних даже не пытались, да и позже… Нужно ли? Нас хотели проводить, но мы дружно отказались, заверив, что справимся сами.

— Они разделились на практику, потому что выхода не было, — не упускала я этот вопрос из головы, решив порассуждать.

— Почему? — обернулась ко мне Элания, которая шла с гордой осанкой чуть впереди нас, — Асель могла остаться с Тиретисом, а она бросила свою подругу. Разве это принято? — сморщила нос принцесса.

— А я вот в академии редко видела Ниту и Асель рядом, — уверенно высказалась я.

— Ты кого-то видела кроме собственных проблем? — насмешливо задала вопрос Элания.

— Просто Асель, — делилась Киви, — Она всегда непостоянна. Сегодня с Нитой, завтра еще с кем-то. Сначала, когда ее ко мне в комнату определили, мы тоже дружили, — нахмурилась синеволосая, сдувая непослушную прядь с лица, — Если убрать эту ее ветреность, то с ней иногда весело.

— Почему тогда у вас война разгорелась? — заинтересовалась я.

— Терпеть не могу, когда люди сегодня добрые, а завтра злые. Один вечер она расхваливает Тиретиса, рассказывая, какой он умный, мужественный, а на следующий бежит на свидание к Кобеану. И со мной тоже…, — сжала кулаки грозная девчонка.

— А с тобой что? — прозвенел металл в голосе Элании.

— Особо ничего, но понять не могла. То я ей нужна, как поддержка, то она меня с новыми подружками высмеивает. Но она же воздушница.

— Не оправдана! — высокомерно вынесла вердикт Элания.

Я устала бороться с обувью и решила, что лучше позже снова помою ноги. Разулась, аккуратно ступая по прогретой за день земле. Шум из двора старосты разносился по округе, особенно грел душу смех Риаса. Огромный костер, несколько факелов давали достаточно освещения. Длинный стол под открытым небом валился от различных блюд, в нос ударили вкусные запахи выпечки, жаренного мяса и рыбы. За столом расположились не только наши знакомые, но появились и новые лица из местных. Я заметила белокурую девушку и постаралась отогнать неприятные чувства. При нашем появление смех немного затих, подорвался староста, чтобы принести еще скамеек и столовых приборов.

Риас не сводил с меня ошеломленного взгляда. Я успела разнервничаться, осмотрела себя, но пришла к выводу, что все прилично. Разве что платье открывало ноги ниже колена и оголяло плечи, но ведь это не считалось вульгарным. Он улыбнулся и протянул мне руку, я облегченно вздохнула. Кеми с недовольством пересел, освобождая мне нагретое место, внимательно осмотрел меня.

— С виду такая невинная и безобидная, — помотал он головой, потом оглянулся на Риаса, убедился, что тот не услышал и прошел дальше.

Я вложила руку в ладонь любимого, он помог мне сесть, поинтересовался, что я хочу. Был так учтив, заботлив, и только для меня. Он не замечал людей вокруг, словно в этом мире не существовало кого-либо еще.

Луна освещала нам путь свысока, когда мы возвращались в дом к Стасье. Риас шутил, смеялся и был полон энергии, а я засыпала на ходу. Отрывками помню, как смывала пыль с ног ледяной водой, как Риас в темноте вел меня, чтобы не нашуметь и не разбудить Стасью, а потом простынь и подушка, о которых я мечтала с самой первой ночевки в лесу.

Глава 20. Забытые чувства

Утро встретило запахом оладьев. Солнце уже давно поднялось, пробиваясь в дом яркими лучами. Я прислушалась к размеренному дыханию жениха за спиной, попыталась тихонько подняться, но Риас резко прижал меня к себе.

— Куда? — услышала я его сонный голос.

— Туда, — буркнула первое, что пришло на ум.

— Сегодня могла бы поспать подольше, — приподнялся он, — Вчера поздно легли. А вот, когда нормально спать ляжешь, тогда ощутишь всю прелесть привычек после Мертвого леса.

— Ты о чем? — улеглась я на спину, чтобы видеть слегка помятого Солвера.

— Просыпаться будешь еще на рассвете.

Я вспомнила, как он мучил меня несколько дней, после своего возвращения с практики.

— Так тебе в том году просто скучно было? — нахмурилась я.

Он задумался, видимо, вспоминал, что было в том году. А потом довольно улыбнулся.

— Я просыпался, а общежитие пустое, только несколько комнат с живыми людьми на весь этаж. Тир тогда часто по делам во дворец мотался. Да и ты заслужила, Ори, — уверенно произнес Риас.

— Это еще почему? — не соглашалась я, прекрасно помня, как замучилась от недосыпа.

— Как ты меня встретила в первое утро? А еще, ты поцелуй проиграла, а возвращать даже не планировала. Жестокая, — заключил он и опять упал в подушку.

Долго валяться не смогли, потому что запахи пробуждали аппетит. Стасья хлопотала, старалась угодить и выглядела гораздо добрее, чем при нашей первой встрече. Но это же не просто от помощи? Или Риас ей уже пообещал помочь обустроиться в городе? Он может.

После завтрака Солвер опять исчез, оставляя меня наедине со Стасьей. Женщина снова хлопотала на кухне, но уже моей помощи не просила. Я глянула на овощи, тяжело вздохнула, и сама вызвалась жертвой. Теперь сидела, стирала слезы и удивлялась, что лук может быть настолько коварен и беспощаден.

— Хорошие вы и с добрым сердцем, — завела разговор хозяйка, смущая меня.

— Вы просто нас знаете мало, — отмахнулась, но прикусила язык.

Надо было просто поблагодарить и возможно тема была бы закрыта, а так я услышала продолжение:

— Ты скромная, а жених у тебя наоборот, — подметила она, — Я таких редко встречаю, чтобы и наглые, и добрые. У меня сын такой же был, — с грустной улыбкой поделилась Стасья.

А я задумалась, вспоминая поведение блондина, когда он общался с этой женщиной впервые. Ее сын может и не был наглым, просто с родной матерью можно быть раскрепощенным. Даже я с Висаной позволяла себе многое, если вопрос не касался мятежа. И доброта оправдана, если речь идет о заботе своего дома. Вот же Риас! Стоило ли бередить раны женщины, чтобы вскоре покинуть ее дом?

Этот вопрос я ему и хотела задать, когда дождалась его возвращения. Как выяснилось, ходил он к Тиру, чтобы обсудить, когда они отправятся в академию. Нахмурилась, вспоминая слова Ниты, а потом удивилась, что наследник поделился планами с подругой Асель раньше, чем со своим лучшим другом. Но решила не обижать лишний раз Риаса, да и отдалять тему с вдовой не желала, тем более, что Солвер опять дожидался Мони.

Риас повел меня к постройкам, по пути выдернул с грядки морковь, направился дальше за угол последнего хлева, где я увидела чье молоко мы пьем. По вкусу оно было не очень приятным, но терпимым. Белая, рогатая скотина заблеяла и смело пошла к блондину, потянувшись к его руке. Если бы это была не коза, а козел, то про себя назвала бы Октавием. Он выдал ей морковь, усаживаясь рядом и почесывая между рог.

— Что случилось, милая? — смотрел Риас на меня с довольной улыбкой.

— Ты планируешь обустроить Стасью также, как и Марию? — присела я там, где стояла, не желая приближаться к рогатой.

— Нет. С ней так не выйдет, — ответил Риас, увидел застывший вопрос на моем лице и продолжил, — Мария характером проще, и жизнь у нее иначе складывалась. Стасья, как я понял, борется, живет ради чужой детворы. Постоянно подкармливая их вкусненьким. Кстати, она разрешила нам тоже не стесняться, — сказал он и усмехнулся, когда я невольно покосилась в сторону грядки с клубникой, — У Стасьи сложный характер, Ори. Поэтому, пока она сама не решит, поменять что-то в своей жизни, я даже не полезу с предложениями.

— Ты вызвал у нее воспоминания. Ей, наверняка, будет тяжело, когда мы покинем дом, — пыталась достучаться до совести Риаса.

— Не думаю, — нахмурился Солвер, поднимаясь и направляясь ко мне, — Слишком мало мы у нее погостим, она еще не успеет привыкнуть. И чтобы закрыть этот вопрос. Я не предлагал ей никакой помощи, но дал понять, что если она созреет к чему-то, то может обратиться. Я сообщил ей, как меня найти и где, а дальше все в ее руках, — пожал он плечами, не сводя с меня взгляда.

— И ты думаешь обратится? А вдруг стыдно будет?

— Она сильнее, чем ты думаешь, — ответил он тоном, который ставил точку в этой теме, — У тебя есть еще вопросы ко мне? Если нет, то у меня есть более серьезный разговор.

Я напряглась от такой формулировки и уже подготовилась к чему-то неприятному.

— Мне известно, что у тебя немалая сумма на счетах, — огорошил он своими знаниями, и я не сдержала прищура, — Я же узнавал о тебе, когда пытался разобраться кто ты, — оправдался он, заправляя прядку волос мне за ухо.

— Зачем ты поднимаешь эту тему? — высказалась, стараясь сдержать недовольство.

— А ты жадная, Ори, — со смешком произнес Риас, — Я вот для тебя ничего не жалею, — склонил он голову к плечу.

— Я не привыкла легко расставаться с тем, что мне с трудом досталось, — не сдержала жалкого оправдания, а из-за нахлынувшего чувства стыда решила не сдерживаться, — А ты легко тратишь целые состояния!

— Легко зарабатываю — легко трачу, — сдерживая смех, произнес вредный блондин.

Мы с ним уже почти муж и жена, хотя дату свадьбы еще и не выбрали. А еще Риас прав, он ради меня ничего не жалеет.

— На что ты хочешь спустить мои деньги? — спросила и сжала кулаки, надеясь услышать что-то стоящее.

Смех был мне ответом. Солвер обнял меня, отсмеялся, успокоился, опять отстранился и наконец-то приступил к нормальному ответу:

— А я уже подумал, что ты для меня на такой шаг не пойдешь, — проговаривал с издевательской интонацией, потом закусил губу, глядя на меня с легким прищуром.

— Я не понимаю тебя, Риас.

— Смотри, как ты сама себе навыдумывала. Я же просто озвучил, что мне известно, а ты уже выводы сделала! — издевался он в стиле Октавия, я даже сразу родственное сходство узрела, косясь на рогатую и сдерживаясь, чтобы не обозвать и жениха, — Я же хотел поговорить о твоей поездке в Террийск, — хохотнул Риас, успокоился и уже с легкой улыбкой продолжил, — Рядом с принцессой вы должны будете выглядеть соответствующе. Не знаю, поведет ли она вас в свой дворец, хотя я очень против и буду рад, если ты откажешься. В общем… Если тебе чего-то будет не хватать, то я поговорил с твоим Райаном, — сделал он акцент, — Мы с ним сочтемся.

— Да я и сама могу с ним…, — взгляд Риаса буравил и заставил проглотить остаток фразы и спешно перевести разговор, — Еще недавно ты говорил, что остался на мели. А тут дом купил, теперь еще и мне говоришь, чтобы тратилась, — укорила я его, — Сколько мы будем должны Нестаргонскому?

Риас посмотрел за мою спину, обнял меня и шепотом высказал:

— Никому ничего не должны. Иногда я продаю имена конкурентов тем, кто в этом нуждается. И прошу, не накручивай и не выдумывай. Просто потерпи, и я сам тебе все расскажу, если будет интересно, — его губы скользнули по моей щеке в легком поцелуе, — Привет, Мони, — уже отстранился он от меня, переключая внимание.

До обеда парни продолжали возиться с домом Стасьи. После, желая освежиться, они отправились к реке, которая располагалась в десяти минутах ходьбы. Я старалась гнать тоску, связанную с предстоящим расставанием с Риасом. Мысли об Ордене вообще пугали, приводили в раздражение и отбивали всякое желание к поездке. Не найдя себе интересного занятия, решила пройтись по улице, возможно заглянуть к Киви или Элании. Было бы лучше сразу отправиться к Райану, но помня о ревности Солвера, я отказалась от подобной идеи.

Легкое платье развевалось на ветру, ногам было даже горячо от нагретой земли. Я жалела, что не собрала волосы, которые приходилось постоянно убирать с лица. Деревня словно опустела. А может в жару жители заняты какими-то другими делами? Под редкий лай собак и стрекот кузнечиков, я пришла к началу деревни, а потом развернулась и побрела обратно. Появление Ниты возле одного из домов, меня напугало. Девушка тоже стояла в светлом платье, с распущенными волосами, которыми играл ветер. Она ждала меня.

— Это пригодится, — протянула она мне маленький флакон, который легко вместился в моей ладони.

— Что это?

Красноватая жидкость была тягучей и незнакомой.

— То, что пригодится Элании. Только не говори, что от меня — принцесса не примет, — сухо проговаривала Нита, — И отдай только в тот момент, когда появится необходимость.

Девушка не стала выслушивать от меня вопросов, развернулась и побрела обратно в дом, из которого вышла. На старых, покосившихся дверях красовался целительский символ — лепесток. Я сжала флакон, решив не отмахиваться от странного подношения. Несмотря на ее дружбу с Асель, девушка кроме опаски и любопытства, вызывала у меня уважение. К тому же, ее странная уверенность в будущем, наводила на мысль, что она это будущее видит. Заодно и догадку проверю.

Вечером деревенские и вправду затеяли праздник. На ровной местности, прямо на улице составили столы, притащили каждый свои блюда, разожгли костры, пели песни и тянули танцевать. Пару раз ко мне подходили молодые юноши, краснея и приглашая на танец, но Риас всегда находился недалеко. Он без зазрения совести отказывал девушкам, когда они приглашали его, а также отказывал парням, когда они приглашали меня.

— Если захочешь потанцевать, то я к твоим услугам, — смотрел на меня цепким взглядом жених.

— Извини, но я не привыкла к пляскам, — отвечала правдой.

Тиретис на организованном вечере был необычайно добрым, улыбчивым, но на все провокационные вопросы, вместо обещаний жителям деревни, отвечал скользко. Вроде сказал, что обязательно решит их проблемы, но, если… И эти «если» после обещания воспринимались жителями с улыбкой, если вообще воспринимались. К Элании относились с почтением, но не более, прекрасно понимая, что она не властна на этих землях. С опаской косились на Дагира и Корурта. Остальных просто приняли за своих, стремясь рассказать о трудностях своей жизни, поделиться наболевшим и просто раскрыть всю свою душу. Это удивляло меня, потому что я всегда считала, что нельзя вот так запросто доверяться почти незнакомым людям.

Риас довольно рано увел меня с праздника, желая насладиться вечером вдвоем. «Стасья придет за полночь», — обронил он, прижимая меня к себе сразу, как только закрылась входная дверь. Нетерпеливый, с хмелем в голове, он все равно старался угодить сначала мне. Потом просто боролся со сном, чтобы еще раз успокоить меня, убедить, что Орден к нему не доберется. Давал обещания, что встретит меня в академии. Я хотела ему верить, но что-то внутри все равно скреблось, подсовывая из памяти обещания Давора Бриджа. Он тоже обещал, что все будет хорошо.

Утром начались спешные сборы. Для нас еще позавчера староста отправил в ближайшие города парней по приказу Нестаргонского, чтобы сюда приехал экипаж. Еще на рассвете лошади бодро разбивали землю, оглашая ржанием пробуждающуюся деревню. Элания не жалела своих сил, избавляя нашу пятерку и Солвера от похмелья. Риас единственный, кто вышел нас провожать. Стасья попрощалась со мной еще в доме, выдав теплые пирожки в дорогу.

— Райан, — обратился взволнованный блондин.

— Я помню, Риас. В этот раз я буду следить за ней внимательней. И да, я помню о всех твоих просьбах, — спешил заверить Солвера во всем сразу.

— Будь аккуратнее и внимательней, — склонялся ко мне Риас.

— Ты тоже, — сказала всего два слова, но голос все равно дрогнул. Главное, чтобы вновь не просить Эланию, лечить от приступов пропажи предателя при сильных волнениях.

— За меня не волнуйся, лучше постарайся насладиться Террийском. Он своеобразен, но тебе должно понравиться, — проговаривал, оглаживая мои плечи, — Когда вернешься, я уже буду в академии, — повторил в очередной раз, дожидаясь моего кивка.

— Солвер, я не намерена ждать, пока вы насладитесь всей своей жизнью! — высунулась из кареты принцесса.

Риас поморщился, но комментировать и язвить не стал, склонился ко мне и сладко поцеловал.

— Еще немного и я разревусь, — призналась я.

— Брось, милая, — улыбнулся он, — Веселись там, ясно? Я даю тебе задание. Мм… Внимательно смотри там по сторонам, чтобы потом тебе было, о чем мне рассказать.

— Хорошо, — на выдохе произнесла я, боясь сделать шаг в сторону кареты и смотря на нее, как на нечто опасное. Она же увезет меня от Риаса.

— Иди, Ори, — отправил меня Солвер, разворачивая и не позволяя еще раз заглянуть в свои глаза, — Иначе ты никуда не поедешь. Я тебя просто не отпущу.

Его признание, каким-то образом подействовало, и я смогла сесть в карету к друзьям. Когда мы уезжали, Риас улыбался мне, но при этом сжимал кулаки. Наверняка, если бы в его походном костюме были карманы, то он спрятал бы руки в них. Мне же опять хотелось остановить экипаж и броситься к жениху, отказываясь от запланированной поездки. До слез хотелось, но я кусала губы и сдерживала свои глупые порывы.

Глава 21. Записки в пути

Жара отвлекала от разговоров. Я давно скинула безрукавку, оставаясь в одной рубашке, но даже это не помогало. Впрочем, не я одна страдала в пути, все желали поскорее добраться до крупного города Дарголии, единственного на этом маршруте, просто не всем вредил зной. Рудешан находился почти на границе с Террийском, плотно обосновав подножие горы. Там мы планировали отдохнуть от вечной тряски и прикупить вещи полегче.

Наш путь продолжался уже несколько дней. Близился конец первой декады августа, и мы определенно вписывались в запланированные сроки, поэтому решили задержаться в Дарголии на денек, чтобы погулять и тут. Кобеан не соврал, когда говорил, что они много вкладывают, для своих путей. Мы двигались даже не по основной дороге, но и тут хватало мест, где легко было сделать остановку, чтобы привести себя в порядок, перекусить, прикупить необходимое и сменить экипаж на новый.

Я опять потянулась к фляге, где, к сожалению, вода была слишком теплой, но все равно убирала сухость во рту. Климат сменялся слишком резко. И если я считала, что в Нестаргоне жарко, то тут совсем растерялась. Сухой воздух, раскалялся, и иногда казалось, что мог обжечь. От этого жуткого ощущения, я могла избавиться только ночью, когда ветерок становился прохладным. Растительность стала более скудной и выгоревшей. Неудивительно. За все время дождь порадовал всего однажды, прибивая надоевшую пыль, но был слишком скуп, чтобы принести прохладу.

— Еще пара часов и будем на месте, — пыталась разрядить напряженное ожидание Киви.

— Вы часто ездили этой дорогой? — спросил Райан.

Его вопрос интересом не полнился. Аристократ давно растерял свою невозмутимость, пытаясь не задохнуться в жаре, то и дело, вытирая капельки пота с лица. Кажется, опять только он понимал меня. Троица из Террийска внешне выглядели свежо и спокойно, в тот момент пока я и Райан страдали. Мы с ним не имели закалки к такому климату. Астария находилась южнее Вертании, и если у нас летом погода вынуждала снимать легкие перчатки, отказывая моде, то в соседней стране этой необходимости не существовало, позволяя терпеть летнее солнце. Мы с ним оказались не подготовлены к таким условиям.

Разговор все же завязался, откуда выяснилось, что дорога эта самая короткая от Нестаргона к Террийску, но пользуются ею реже, чем другими. Люди опасались близости Мертвого леса в Нестаргоне, куда приводит этот путь. Опять же из-за легенд, которые никто не спешил развеять, считалось, что Мертвый лес — это проклятая территория, которую оградили маги Нестаргона. Почему и кто ее проклял? Тут легенд было еще больше, но самая прижившаяся сводилась к предводителям стихий. Считалось, что после их смерти в этом лесу, души предводителей стали темными и не обрели покоя. Они сами и прокляли место своей смерти. Особо пугливые поговаривали, что если снять барьер, то проклятие начнет распространяться. Было приятно, что даже в выдуманной истории, звучали правдивые фрагменты, вынуждающие людей держаться дальше и от барьеров, и от леса. Интересно, а если бы я не узнала всего в академии и от своих друзей, то какую легенду поддержала бы? Наверняка, самую страшную. Даже сам факт того, что я способна видеть магию, помогает смотреть на все иначе. А ведь лишенные искры даже барьер видеть не способны.

Мои мысли и рассуждения углубились дальше, поэтому я не сразу обратила внимание, что за окном мелькают редкие каменные домики. Встрепенулась, огляделась, обнаружила, что многое пропустила из разговоров друзей, потому что Киви уже рассказывала, куда можно заглянуть в Рудешане.

Через вечность нескольких минут экипаж остановился, и я нетерпеливо выглянула в окно, убеждаясь, что можно выходить. Мони со счастливой улыбкой отодвинул меня, открыл дверцу, выходя и подавая мне руку. Оказаться на свободе, пусть даже такой жаркой, было в счастье. Порыв легкого ветра остудил оголенную кожу, вызывая блаженство. Я осматривалась и ожидала остальных, чтобы быстрее продолжить путь. Парни забрали скромный багаж, который остался после того, как все походные вещи мы отдали Риасу за ненужностью, и с целью облегчить нам развлекательное путешествие.

— Идешь? — спросила у меня Элания, словно призывала покорить этот город вместе с ней.

— Конечно, — не сомневалась я, даря ей в ответ широкую улыбку.

Дарголия, если судить по Рудешану, очаровывала. От главной улицы, где желтоватый камень был основой для домов не выше трех этажей, расходилось множество улочек. Витиеватые маленькие балкончики пестрились яркими цветами, и пусть редкие деревья не зеленили город, как в Хардонских окраинах, но освежали взгляд. Люди вели неспешный образ жизни, чаще улыбались, даже нам — незнакомцам. Удивляло отсутствие глашатаев, отчего город казался зачарованным, спящим.

Встречные люди с привычкой к проезжим лишь мельком оглядывали нас, продолжая свой неспешный путь. Парни, как на подбор, жгучие брюнеты со смуглой кожей и привлекательным телосложением, окидывали заинтересованным взглядом меня с Эланией, улыбались, но вызов и суровость во встречном взгляде Райана отпугивал их интерес.

— Если поставить среди них Кобеана, он бы и не выделялся, правда? Разве только кожа светлее, — делилась со мной мыслями Элания.

Я смутилась, понимая, что она высмеивает мою незрелость. Чуть меньше двух лет назад огненный принц очаровал меня своей внешностью, а сейчас повторяет этот трюк со мной город. Но с Эланией я все же не согласилась с тем, что Кобеан не выделялся бы для меня. Не вмешайся в наши отношения Риас, чей интерес подталкивал Фертиш, возможно, я все еще была бы девушкой Дарголийского. Втайне мечтала о нашем светлом будущем и гнала бы эти мечты, понимая, что совместного будущего никогда не будет.

Киви привела нас на торговую улочку, где скоро мы нашли лавку портного. Для заказа времени не было, поэтому выбирали что есть из готового. Светлые, легкие наряды, сандалии в соседней лавке и прекрасное настроение в придачу. В начале улицы банк, чтобы обналичить деньги, а в конце уютная таверна. Аппетитные ароматы, вкусная еда, ледяные напитки из подвала. Мы не планировали ночевать, но не скупились, заказывая комнаты, только, чтобы смыть с себя пот с пылью. Уже после обеда продолжили прогулку по необыкновенному городу, восторженно делясь впечатлениями и смеясь над спорами Райана и Мони.

— Стойте, — попросила я друзей, приподнимая подол бежевого платья из той моды, которую любила Элания.

Спешно свернула к неприметной лавке, с указателем говорившим, что в ней торгуют письменными принадлежностями. Дверь легко поддалась, озвучивая мой приход тихим перезвоном колокольчиков. Два окна, с легкими красными шторками, прилавок заставленный ящичками с карандашами, магоперьями и даже скромное количество обычных перьев с чернильницами. Неужели ими еще кто-то пользуется? Деревянные стеллажи заставлены книгами, завалены стопками бумаг, картами и блокнотами. Из двери за прилавком вышла темноволосая женщина, улыбнулась мне, поприветствовала и предложила помощь.

За спиной снова послышался перезвон, я оглянулась на звук, чтобы увидеть заинтересованного Райана. Он воспользовался помощью доброжелательной хозяйки лавки. Пока я самостоятельно выбрала себе блокнот и карандаш, а еще долго мялась, увидев книгу и потянувшись к ней. Мягкая, коричневая обложка прятала нутро, как конверт, простой плетенный шнурок без изысков манил меня и просил развязать. Я провела пальцем по бархату кожи, зацепила грубые нитки шнурка и нетерпеливо потянула за него. Желтоватые страницы без граф, как в дневнике практики, пустая шероховатая поверхность разочаровали меня. Меня переполняла уверенность, что книга хранит тайну, а внутри оказалась пустышка. Просто ежедневник. Хмыкнула, легко упаковала его, возвращая прежний вид, и поставила на полку.

— Ты выбрала? Можем идти? — спросил Фертиш.

Я кивнула, посмотрела, что в руках у Райана и приподняла вопросительно бровь?

— Зачем тебе знание о кораблях? — любопытствовала я, стащив верхнюю книгу из стопки трех штук.

Художники постарались на славу, отображая красивый корабль на обложке. «Командование экипажем. Основы и не только».

— Ты же к Тиретису секретарем собрался, — недоумевала я.

— Это для Нириана, — кратко пояснил и посмотрел на меня свысока, — Я не буду покупать бездарные сувениры, — добавил он, направляясь рассчитываться за покупку.

Оглянулась на поставленную на место книгу, когда меня посетила безумная идея. Моментально возникший восторг, схлынул под напором стыда. Я же не девочка какая-то!

— Ты идешь? — интересовался Райан, забрал у меня блокнот с карандашом и направился к хозяйке снова.

Решил, что я еще долго буду мяться? Злость нахлынула, потому что это правда. Я мялась. Еще раз оглянулась на стеллаж с этим злосчастным ежедневником и закусила губу, прищурилась и спешно развернулась, забирая себе обманщика. Он обманул меня своей пустотой, но я не позволю повторить этот трюк с Солвером.

Мы прогулялись по улочкам уютного города еще немного, а потом вновь отправились в путь. Нас не пугали ночевки в неудобных каретах. Отпала необходимость бережного использования магии, поэтому Элания не скупилась. Когда было нужно, мы спали под легкими чарами, лошади двигались резво даже ночами под светом лампы, а кучер полнился бодростью все время. За такое магическое усиление и поддержку от принцессы, нам не накидывали стоимость за спешку. Когда у нас начинали ломить спины или еще проявлялись какие-то недуги, мы опять смотрели с ожиданием на принцессу. Создавалось впечатление, что Элании уже давно самой нравится проявлять такую заботу, но она показательно вздыхала и осуждающе осматривала нас.

И все же кое-что принцесса не могла исправить, не могла мне помочь. Я крутилась, пытаясь приспособить блокнот так, чтобы было удобно писать, но все тщетно. Карету трясло и дергало, мешая даже просто читать. Хотя Райан от скуки погрузился в купленные для капитана книги, и ему отчего-то ничего не мешало. Я с завистью и обидой на несправедливость глянула на Фертиша еще раз, потом спрятала в приобретенную сумку блокнот и уставилась в окно. Скучать, завидовать и обижаться — мое призвание в путешествиях!

Только к середине августа я попрощалась с этим призванием. В Террийске принцесса пользовалась своей властью над всем, как ей, наверняка, казалось. Но, о ее ошибочной вере, я скромно молчала. Увы, но погода властвовала без разрешения наследницы. Солнце в Дарголии просто очень любило жителей и страну, а вот со страной Элании все было неоднозначно. Видимо, золотой огонь небесного светила обладал той же любовью к жителям Террийска, которую Райан обозначил перед Риасом как «с огоньком». Сейчас я мстительно поглядывала на друга, который явно не мог ответить взаимностью на такие пламенные чувства.

Но зная характер принцессы, и на вскидку примеряя его к большинству жителей Террийска, у меня возникало второе предположение. Солнце безжалостно пыталось спалить и выжечь весь яд, который тут мог находиться. В любом случае, я страдала вместе с Райаном. Киви высовывала свое веснушчатое личико в окно и улыбалась знакомым пейзажам, неутомимый Мони рассказывал о своей деревне «Околица», а я не могла представить, что в такой жаре может выживать растительность, о которой он говорил.

— А чего бледные такие? — вырвался у меня вопрос.

За что получила осуждающие взгляды и гудящее напряжение, как магоблоки в тишине. Оно заглушило даже скрип колес и цокот копыт. Я уже хотела обернуться, чтобы убедиться, что за спиной никого нет.

— Все потому что модно у нас так, — ответила Элания, — Близость алтировцев влияет. Они все смуглые, наглые, бессовестные, — говорила она, с отчетливыми резкими нотками, — Вот и желание у нас отличаться от соседей, и ради этого желания на многое идем.

— Вас разделает целое море, — заметила я, но вышло неубедительно.

— Это не мешает им сновать тут, как у себя дома! — с яростью произнесла принцесса, сжимая подол платья, но быстро взяла себя в руки.

Она любит Террийск и его жителей. Воспоминания о Линди и ее рассказе встали яркой картинкой перед глазами. Тогда Элания тоже переживала из-за работорговли ее подданными.

— Союз между вами тремя, — негромко озвучила я, ступая на скользкую тропинку, — Этим союзом твой отец хочет прекратить безобразия, которые создают алтировцы в вашей стране?

Она не смотрела на меня и никак эмоционально не отреагировала, а вот Райан заинтересованно покосился на принцессу.

— Это прежде всего мое желание, желания отца мне не интересны. После обучения я стану править Террийском. Я получу его в любом виде и все сделаю по-своему, — с огнем в глазах проговаривала Элания.

— Но он же король, — скромно озвучила Киви и опустила глаза, не смея спорить с принцессой.

В Террийске Элания и впрямь вернула себе все утраченное за время обучения величие. Но меня не пугала принцесса, я все равно помнила, что она умеет любить и жертвовать собой ради своих любимых. Вот и сейчас, она ласково улыбнулась Киви, стирая все высокомерие и желая приободрить, растерянную подругу.

— Моя мать перед родами, смогла провернуть интересное дельце. Она составила документ и заставила отца подписать его, скрепив магической силой. Там условия, которые не позволят отцу отказать ребенку в престоле, если он станет полноценным магом. А еще, кроме меня у него никогда больше не будет детей, — ядовитая улыбка расползлась на лице принцессы.

— Какую цель преследовала она? — поинтересовался Райан, откладывая книгу.

Я удивилась еще больше, когда Элания легко ответила ему, даже не раздумывая.

— Ей предвидели тяжелые роды, хотели, чтобы она отказалась от ребенка. Ты же знаешь, что королева Вальсен умерла, когда родилась я, — хмыкнула принцесса, — А еще, о ее желании войти в историю, как самоотверженная и добрая правительница, так много говорили. Может она возлагала надежды на своего ребенка, — пожала плечами.

Райан тяжело вздохнул, открыл книгу и вновь потерял ко всему интерес. У Мони на лице читалось, что он с радостью высказал бы свою осуждающую фразу: «Эти девушки!». А я задумалась о том, как Элании жилось все это время. Возможно, Нотеон Террийский подписал те документы, когда был без ума от своей жены, стресс и страх потерять ее усугубляли положение. А когда она все же умерла, не смог смириться, поэтому и сложились такие вот странные отношения отца и дочери. Но сейчас Элании уже двадцать два года, у Нотеона новая королева, новая возлюбленная, а дочь является неприятным напоминанием. А может все проще? Райан же говорил, что в Террийске странная культура. Я посмотрела на Киви с Мони, вспоминая их теплые высказывания о родителях, и не согласилась. Не на всех распространяется подобный метод воспитания детей в Террийске.

На следующее утро мне довелось познакомиться с грузным мужчиной, встретившим нас на пороге большого, добротного дома с молотом в руках и в фартуке.

— Папочка! — пропищала синеволосая, вешаясь на ошеломленного мужчину, который не получал предупреждения о приезде дочери.

Он уронил молот в опасной близости от босой ноги, я вздрогнула, дернулась, но все обошлось. Приятный голос кузнеца обволакивал, обещая заботу, добро и уют нуждающимся, но хриплые оттенки предупреждали, что грозно рычать мужчина тоже умеет. Следом показалась женщина, которая была даже ниже и меньше Киви, но с таким же круглым личиком, усыпанным веснушками.

Знакомства не растягивали, чтобы еще успеть заглянуть к Мони. А вот с ним вышла накладка, потому что отец как раз отправился в лес несколькими днями раньше, и когда вернется неизвестно. Неприятное известие шатену сообщала его мама — высокая, худая женщина с немного строгим взглядом, но с доброй улыбкой на лице. Райана оставили у Мони, а мы с Эланией вернулись в дом к Киви, где нас до позднего вечера смешили рассказами и угощали необычными фруктами. Например, от инжира мне хотелось пить, но даже вода не спасала от приторной сладости.

И только вечером я смогла остаться в одиночестве. Я расположилась в беседке на открытом воздухе, зажгла толстую свечу, вытащила блокнот из сумки, собираясь записать все важные вопросы, которые образовались в моей жизни и которые обязательно надо решить. Взгляд зацепился за приобретенный дневник. Я раздумывала совсем недолго, быстро засунула блокнот обратно, попутно поменяла карандаш на магоперо и вытащила дневник, опять наслаждаясь бархатной кожей обложки.

Сверчки распелись, отвлекая и мешая собрать уверенность в правильности действий. Раскрыла, оголяя первую страницу, тяжело вздохнула, растерялась, не зная с чего начать. Втянула воздух, уловив знакомый аромат, ветерок принес запах ночной фиалки, вызывая у меня улыбку и уверенность. Первые строки легли сами, потянув за собой все, что мне хотелось рассказать любимому блондину.

«Привет, Риас. Я скучаю.», — гласило мое вступление, помогающее осознать, что я все делаю правильно.

Я описывала все, что чувствовала сегодня. Рассказывала о том, что видела и с кем познакомилась. Похвасталась тем, что мне удалось попробовать, пожаловалась на то, что мне не понравилось. Я делилась с Солвером всем, что у меня было.

Глава 22. Вдребезги

— Жаль, что они решили не ехать, — завела я разговор, пока опять терпела тряску.

— Мони и Киви бывали в Саанрасе часто, а так и отдохнут, и Мони с отцом увидится, — ответила мне Террийская, — Подъезжаем.

Райан услышал последнее слово и нехотя оторвался уже от последней из купленных книг. Похрустел пальцами, заметил мой изучающий взгляд, улыбнулся и вопросительно приподнял бровь. Что он хотел у меня спросить, я не догадывалась, поэтому просто перевела взгляд на Эланию. Принцесса выглядывала за окно, потом негромко выругалась, спряталась и обратилась к Райану.

— Если не хотим проторчать в общей очереди несколько часов, то тебе нужно убедить охрану на въезде, что мы важные персоны. Пусть тащат сюда свой считывающий артефакт, — невольно сморщила она носик.

— Как прикажешь, — наигранно смилостивился Фертиш.

Элания смотрела на закрывающуюся дверь кареты долго, а потом перевела вопросительный взгляд на меня.

— Что это с ним? Только говори правду.

Я тяжело вздохнула, не зная, что ответить Элании. Отчего Райан мог быть доволен? Ночь он провел не с нами, а с утра мы узнали, что Мони решил остаться дома. Киви смутилась и призналась, что тоже скучала за родными. А Райан уже тогда сиял энергией и загадочно поглядывал на всех.

— Задумал что-то, — ответила я, глядя с прищуром на дверцу, за которой скрылся хитрый лис.

— Я была уверена, что ты знаешь, — сообщила принцесса и расслабилась, откидываясь на мягкую спинку.

Райан вернулся довольно скоро в сопровождении раздраженного досмотрщика. Увидев принцессу, мужчина с сальным лицом нахмурился, напрягся, потом покраснел, но поднести руку к артефакту все же попросил. Когда имя ее высветилось на магической пластине, он и вовсе стушевался, извинился, а потом обрадовался тому, что Элания просто отмахнулась кистью руки, прогоняя его. Через мгновение мы дружно скривились, услышав мужской крик, требующий уступить дорогу.

Столица Террийска ¬— Саанрас не восхищал меня красотой, как куда более скромный город Рудешан. Но сходство населения с Хардоном, находили приятный отклик в моем сердце. Не могу сказать, что я любила грубых, опасных типов, но они приносили свои ощущения того, что привычно. Шум от глашатаев, ругань торговцев с недовольными, а порой обманутыми покупателями, суматоха от вечно снующих в спешке горожан. Правда улицы тут были не серые из камня, а желтые, похоже из глины. На крышах совершенно не было черепиц, а окна зачастую украшали массивные решетки.

По велению Элании, экипаж ехал по городу больше часа, но куда он нас доставит, принцесса умалчивала. Улыбка наслаждения играла на ее лице, она с любовью подглядывала в уже занавешенное оконце.

— Прибыли, — озвучила она за секунду до того, как кучер остановил экипаж.

Спешно покинули жаркую карету, выходя на такой же раскаленный воздух. Мы с Райаном проследовали внутрь лавки, где спешно скрылась Элания, не дав нам осмотреться. Просторное помещение в светло-голубых тонах встретило нас необычайной прохладой. Я осмотрелась, отмечая не только богатую, вычурную мебель, но и магические чары, которые и охлаждали воздух внутри.

— Ваше Высочество! — изумилась и ахнула, вышедшая нас встречать женщина.

Она склонилась перед своей будущей королевой так, как положено в Террийске, прикладывая правую руку к сердцу.

— У меня не особо много времени, — обошла застывшую женщину Элания, — Я хочу попасть во дворец уже завтра, но у тебя задержусь всего на три часа. Я надеюсь, что времени тебе хватит.

Женщина распрямилась, посмотрела на правительницу, не смея высоко поднимать подбородок. Учтиво задала несколько вопросов и пригласила следовать за ней. Уже через четверть часа я ненавидела Эланию! Даже в своей прошлой жизни я справлялась с подобным сама, а теперь две молодых девушки смывали с меня пену, а третья массировала голову, втирая маску в волосы. И чувствуешь себя так блаженно, млеешь в умелых руках, но в тоже время стыд не позволяет расслабить мышцы. Когда я все же сдалась и уже почти заснула, меня потревожили, смыли пену и подали полотенце.

В след дождалась услуги парикмахера, а в конце мне принесли новые платья и обувь на высоких каблуках. Наряд, который явно обошелся бы мне в крупную сумму. Затем меня проводили в приемную комнату, та что светло-голубая, где я почти сразу подошла к зеркалу в полный рост. За время практики я похудела, щеки слегка впали, зато так глаза казались еще больше и невинней. Две косички в длинных волосах, как любила Элания. Платье цвета бирюзы, оголяло руки и плечи, дальше падая в пол.

— Риас говорил тебе, что ты красива? — поинтересовался Райан.

Светлая, легкая рубашка определенно шла ему, добавляя некого контраста и коварства. Его волосы тоже привели в порядок, вновь открывая примечательный шрам.

— Он говорил, что ревнует к тебе, — решила сдать своего любимого.

— Это все потому что он болван, — усмехнулся Фертиш.

— Ты слишком критичен к нему.

— Он бродит с разгадкой так близко, Ориса, но постоянно мимо, — чуть нахмурился Райан, явно высказывая недовольство.

Я резко обернулась, чтобы смотреть на друга не в отражение, а напрямую.

— Ты хочешь, чтобы он узнал о том, что ты убил Энджи? — шепотом задала вопрос, не поверив своей догадке.

— А почему нет?

— Чтобы он понял, что он не единственный, кто ощущает себя ненормальным.

Невозмутимое выражение лица, глаза немного с печалью, но что-то не то.

— Ты мне клятву еще не выдал! — укорила я его, — Думаешь, что я поведусь на твою благодетель?!

— Скоро так никакая клятва не понадобиться, — проговорил, посмеиваясь, — Можешь принимать комплимент.

Я изумилась, мысленно присвистнула, попробовала поцарапать, хотя не знала, чего хочу добиться этими действиями. Элания посмеялась надо мною и скомандовала выдвигаться.

— Мне нужна моя сумка, — сообщила ей, планируя вернуться за флаконом.

— Она не подойдет к твоему наряду, — обрывала она мои планы, но потом смилостивилась, — Но у меня было что-то подходящее и довольно распространенное среди высшей знати.

С этими словами она удалилась в соседнюю комнату, куда я следом заглянула, не сдержав любопытства. Гардеробная таких размеров меня не восхитила, скорее испугала.

— Так это семейный дом или твой личный? — задала я вопрос, и кажется услышала эхо, вжимая голову в плечи.

— Мой. Должна же я хоть где-то отдыхать.

— Но ты и тут не расслабляешься.

— А ты все подмечаешь и следишь, сиротка? Ты сюда погостить приехала. А если нет, то я вас с Райаном никогда в будущем в гости не приглашу, — проговаривала она четко, но при этом внимательно высматривала по всей стене необходимую сумочку.

— Неожиданно, — улыбнулась я, услышав такое признание, — Значит, когда ты станешь ее Величеством Эланией Террийской, то попробуешь наладить отношения с Нестаргоном?

— Иногда ты суешь свой милый носик слишком не в свое дело, Кениар! Или лучше Солвер? Кстати, надеюсь, что я смогу присутствовать на вашей свадьбе.

Она довольно улыбнулась, зная, что умело увела тему разговора, ставя меня перед выбором. Я могу продолжить разговор о политике и разузнать что-то полезное или я продолжу куда более интересный для меня разговор. Когда-то на тренировке Террийская уже пользовалась слабостью Риаса, приставляя мне нож к горлу, а теперь этот трюк использует со мной. А ведь Риас и впрямь моя слабость. Хмыкнула, признав поражение и принимая белую сумку.

— Знаешь, я не мечтаю о шикарной свадьбе, но и совсем обычной не хочется. Никогда не думала, что такие вопросы будут вызывать больше растерянности, чем вопрос — «как взломать королевский сейф».

Принцесса глянула на меня с опаской, прищурилась, а я спешно добавила.

— Это всего лишь пример!

Перед выходом я успела забежать в комнату, переложив вещи из своей неприметной темно-серой сумки в выданную мне Эланией.

Ко дворцу выдвинулись, когда солнце уже село, напоминая о себе лишь красным оттенком на темном небе. Я не сдерживала любопытство, интересуясь, почему визит такой поздний. Как оказалось, в Террийске многие начинают бодрствовать только вечером, избегая таким образом изнуряющую жару.

Мы проезжали по широкому мосту, полностью устеленного мрамором. Мост нависал над морской водой, бьющейся о скалы, словно недовольная пленница требующая больше свободы. Я с восторгом смотрела на разноцветные отсветы и отблески, исходившие от магических фонарей, накрытых к тому же и иллюзией. Вокруг каждого кружили ночные мотыльки, оставляя за собой россыпь магической силы.

— Это ты еще дворец не видела, — осталась довольна моей реакцией принцесса.

— Киви стоило поехать!

— Не думаю, — с тоской произнесла Элания.

— Думаешь, она бы не справилась?

— Я даже остерегаюсь, что ты не сдержишь лицо, — высказала принцесса опасения, призывая меня вспоминать о своих масках.

Если кто-то когда-то спросит у меня, как я представляю себе обитель Богов, то я опишу дворец Террийска. Величественный, он возвышался на отдельной скале, без башен покрытых позолотой, как в Астарии. Косая крыша, позволила бы пройтись по ней без опаски упасть. Скульпторы, наверняка, трудились не один год, чтобы выточить двух дев, поддерживающих козырек над входом. Весь двор в цветах и зелени, в фонтанах и скамейках. Морской воздух приносил свежесть и прохладу, развевая многочисленные белоснежные шторы. Слуги бледнели и спешно склонялись, перед Эланией, которая даже не обращала на них внимания. Ее уверенная поступь, гордая осанка вселяли ощущение, будто она собирается встречать врагов перед смертельной схваткой.

Я старалась брать с нее пример, но каблуки скользили по блестящему полу, отчего вся с трудом наигранная спесь сбивалась.

— Я ждал тебя раньше, — услышала властный голос.

— Слишком устала с дороги.

Элания склонилась в поклоне, я поспешила последовать ее примеру, не успев разглядеть короля. Когда мы выдержали необходимое время Элания выпрямилась, чтобы бесстрашно посмотреть в холодные зеленые глаза своего отца. У меня вспотели ладони, а от лица отхлынула кровь. Светловолосый мужчина переводил одинаковый взгляд с меня на дочь, словно мы вызывали у него одинаковые эмоции.

— Ты не предупредила о своем приезде, — наконец продолжил он разговор.

— Я не могла назвать точные сроки. Практика выдалась слишком непредсказуемой, — скучающе произнесла принцесса.

Нотеон никак не отреагировал на эти слова, а я вдруг поняла, почему Элания благодарила меня. Если кто-то из наемников и остался жив, то принцессу в лицо не знал. Весть о провале задания, возможно уже дошла до короля Террийска, но он не догадывается, что собственная дочь послужила причиной провала.

— Надеюсь, что ты больше уделишь внимание учебе, а не отдыху. Очень скоро тебе понадобится хорошая репутация.

Я дрогнула при этих словах, но Элания лишь кивнула отцу и поблагодарила за наставление. А я услышала в этой фразе, что он просит ее выметаться из Террийска как можно раньше. Кулаки сжались против воли, но я сдерживала гневные порывы и обиду за принцессу. Мужчина покинул нас, больше не сказав ни слова.

— Теперь встретиться с Айдой и можно покинуть дворец, — шепнула мне Элания, стараясь приободрить.

— Твоя мачеха? — также тихо спросила я, дожидаясь кивка, — Зачем?

— Своеобразное выражение почтения. Просто знаки приличия и формальности, — произнесла и направилась дальше.

Сколько коридоров с развевающимися шторами мы прошли, сколько однообразных залов мелькнуло по пути. Ко мне пришло понимание, что я самостоятельно не выйду обратно с первой попытки. Слуги словно спрятались, так опустел дворец, где каждый шаг отдавался звонким эхом, которое порождало новое эхо. Последний поворот привел нас в комнату красно-белых тонов, где Элания скинула свою сумку, на огромную кровать с балдахином. Со столика она подняла колокольчик, потрясла, вызывая слуг. Молодая девушка выслушала пожелания принцессы и, постоянно раскланиваясь, удалилась, чтобы вскоре принести графин с соком и два бокала.

Мы не успели расположиться на диванах, когда послышался стук каблуков. Элания намеренно отвернулась к окну, выказывая свое неуважение той, кто войдет в комнату принцессы. Ее мачеха не стеснялась выставлять смуглую кожу напоказ платьем с глубоким декольте и несколькими разрезами юбок. Светлые волосы обрамляли обманчиво милое лицо, с такой же улыбкой. Вот только я смотрела с ужасом на женщину дрожа от страха, что принцесса обернется. Что будет с Эланией? Откуда Нита узнала обо всем?

— Твой приезд неожиданный, но очень приятный для меня, Элания, — ласково произнесла Айда.

Я потеряла лицо, не сдержала, с тревогой переводя взгляд со спины принцессы на ее мачеху и не зная, как поступить. Айда довольно улыбнулась мне, понимая, что я все знаю.

— И что же произошло, чтобы подстилка моего отца, наслаждалась моим приездом? — с ядом спросила принцесса и обернулась.

Улыбка медленно сползла с ее побледневшего лица. Взгляд принцессы был прикован к заметно выступающему животу ненавистной мачехи.

— Я хотела раньше поделиться с тобой радостной вестью, но Нотеон был против, — произнесла Айда, поглаживая себя, — Мы еще не придумали имя твоему брату, — добила она ту, кто уже не являлась будущей королевой Террийска.

— Мальчик? — еле слышно спросила Элания.

— Что? Я тебя не услышала. Ох! Думаю, мне стоит отдохнуть, — наигранно сообщила Айда, — Прости, что не смогу отпраздновать с тобой наше общее счастье и твой приезд.

Она вышла также уверено, как и зашла. А вот уверенность Элании развеялась, появилась неестественная бледность и отстраненность. Ее отец обошел данное им обещание покойной королеве Вальсен.

— Все будет хорошо, — дрожащим голосом попыталась успокоить принцессу, но она даже не услышала меня.

Ее вены разгорелись магическим огнем, воздух раскалился, а девушку затрясло, как при лихорадке. Я попыталась ее подхватить, когда она упала, но обожглась. Ткань платья на ней тлела. Она же спалит саму себя! Судорожно полезла в сумку, надеясь, что именно об этом и говорила Нита, потому что как помочь магу, когда у него происходит неподконтрольный выброс магии, я не знала. Дрожащими руками я пыталась вытащить чертову пробку, но не сумела, слезы от испуга стекали по лицу. Элания уже хрипела задыхаясь, оставаясь обнаженной и можно было бы порадоваться, что в Террийске пол не застилают ковром, но мне не было до этого дела. Я вгрызлась зубами в пробку, не просто вытаскивая ее, но раскусывая вместе со стеклом. Если бы жидкость не была тягучей, то пролила бы большую часть, а так я смогла влить в приоткрытый рот подруги красноватое зелье. Ничего не произошло, только жар накалялся, а ее же огонь уже оставлял красные отметины на обнаженном теле. Я разрыдалась, пыталась что-то придумать, но не знала, что.

Она сделала осторожный глоток и задышала нормально. А когда жар спал, я нашла в себе силы, чтобы подняться, сорвать покрывало с кровати и накрыть Эланию. Только тогда я обнаружила, что порезала себе губу, и даже не заметила, что хрупкий осколок стекла все еще впивался в нее.

Элания безучастно смотрела в потолок, а потом негромко поблагодарила меня. Еще понадобилось несколько минут, чтобы принцесса пришла в себя, и, сжимая кулаки, шла спешно в гардеробную и озвучивала мне планы.

— Мы покидаем Террийск сейчас же, — холодно приказывала она, — Все вопросы оставь на потом. Просто не трогай меня сегодня.

Глава 23. Обратный путь и возвращение

— Не думал, что ты пойдешь на подобные крайности, — услышали мы от Райана, когда вошли в дом.

Он сидел в гостиной, спиной ко входу и даже не видел нас, но все равно понял, кто пришел. В руках у него покоился бокал вина, ножку которого он прокручивал и сжимал. Какие планы у него были на этот вечер? Что сорвала ему Элания?

Принцесса не ответила, проходя мимо и направляясь сразу к лестнице. Всю дорогу она не проронила ни единого слова, постоянно находясь в своих размышлениях и не обращая на меня внимание. Райан отставил бокал на столик, поднялся и уже хотел догнать Эланию, но я остановила его, схватив за предплечье. Фертиш резко обернулся ко мне, я вздрогнула, увидев холод в его глазах.

— Ты сделала хотя бы одну попытку разбудить меня?

— Нет, — смело ответила ему, приподнимая подбородок.

— Что у вас случилось?

Райан явно был недоволен мной, но ни в чем обвинить не мог. Если хочет получать мою помощь, то придется ставить меня в известность своих затей и заранее договариваться, куда мне вмешиваться, а куда не стоит.

— Что случилось? — тихо протянула, пытаясь сформировать краткий ответ, — Если я скажу тебе, что у Террийска вскоре появится принц, то ты… поймешь?

Последнее слово договорила только, чтобы договорить. Райан уже взбегал по лестнице вверх, спеша к Элании. Мне не оставалось ничего, как только последовать за ним, надеясь, что принцесса не прогонит нас в своем гневе. В комнату виновницы беспокойства, я вошла с небольшим опозданием, потому что Фертиш уже обнимал, вырывающуюся девушку. Разбросанные вещи по комнате, будто она не знала, что ей нужно брать с собой или не могла сосредоточиться.

— Лучше поплачь, — просил тот, кто ненавидел женские слезы.

Она и впрямь размякла, уткнувшись в грудь Фертиша, дрожала, но на рыдания не переходила. Элания вцепилась в ткань его рубашки, словно желала сорвать ее.

— Ты не одна Эли, — услышала я непривычное для слуха сокращение, немного смутилась и оглянулась на дверь, но все же решила, что сейчас лучше остаться и послушать.

— Я сама справлюсь! Всегда справлялась!

— Сейчас твой огонь мешает тебе. Сначала нужно успокоиться, слышишь?

— Столько лет, Райан, — проговорила она.

Фертиш гладил ее по волосам, иногда дарил легкие поцелуи, но вторая рука крепко удерживала за талию, словно боялся, что она отстранится. Столько лет? С самого рождения ее готовили к трону, а сейчас все отобрали. Подло, гнусно, за спиной. Она не видела другого будущего, не была готова к переменам. Элания жалуется на потраченные годы? Но ведь это вся ее жизнь.

— Тиретис не говорил мне ни о положении Айды, ни о чем-либо подобном, — проговорил Райан.

— Они умеют скрывать, когда надо, — ответила принцесса, уже успокоив дыхание и разглаживая помятую рубашку.

Не знаю, какие выводы из сказанного сделал Райан, но он резко глянул на меня и заговорил уже мне:

— Собери наши вещи. Нужно уезжать отсюда и быстрее.

Мне повторять дважды не нужно. Спохватилась, забегая в гардероб принцессы, взяла первую попавшую под руки сумку. Растерялась, когда задалась вопросом, а что принцессе нужно? Райан уже вышел вместе с Эланией, оставляя меня в покоях одну. Пожала плечами, скомкала и закинула пару платьев, удобную обувь без каблуков, сгребла все драгоценности. Райан говорил так, будто мы собираемся бежать, а не просто уезжать. Когда я бежала, то брала минимум, но этот минимум дорого стоил. Только вот меня мучал вопрос — почему мы бежим?

По дороге на выход, забежала за своей сумкой, спустилась в гостиную, натыкаясь на Райана. Он нес в руках корзинку для пикника. Ночью? И слуги поверили? Или другого ничего не нашли?

— Не о том думаешь, — укорил меня Фертиш, заметив мой взгляд, — Нам же нужно что-то есть в дороге. Пойдем. Элания уже должна была разобраться с экипажем.

— К чему такая спешка?

— Поделюсь по дороге.

Он обманул меня. По дороге тоже никто не спешил делиться мыслями и знаниями. Райан постоянно выглядывал в окно кареты, убеждаясь, что никакой слежки нет.

— Чем ты меня поила, Ориса?

Требовательный тон злил меня. Почему я должна всем отвечать и перед всеми отчитываться, при этом не получив ответы на свои вопросы?! Но глядя на занятие Элании, я все же ответила.

— Не знаю. Мне Нита всунула и сказала, что тебе поможет.

Очередная разорванная на клочки бумага не полетела на пол, а загорелась в нежных пальчиках принцессы. Райан посоветовал ей таким образом успокаивать нервы, но сейчас затушил горящую бумагу, наступив на нее ногой и шумно выдохнул.

— А если бы ты отравила меня?!

— А у меня был выбор?! — я тоже умею кричать, — Если бы ты там… В любом случае обвинили бы меня в том, что я довела тебя! Не Айду же! Так почему не попробовать?!

Элания услышав имя ненавистной женщины сморщилась, оскалилась и схватила очередную стопку бумаг.

Беседа этой ночью совсем не клеилась. Элания в прямом смысле искрилась, стоило начать неприятный для нее разговор, а остальные темы обсуждаться не хотели, напрочь вылетая из головы. Как итог, я уснула в обиде на окружающих, а проснулась уже от разговоров и расспросов знакомых голосов.

Тело ломило, а моя голова расположилась на удобном плече Мони. Он несмело улыбнулся мне, когда понял, что я проснулась. За окном безжалостно раскаляло землю полуденное солнце. Я сжала кулаки от нахлынувшей злости, хотела разразиться тирадой, но закрыла глаза и закусила губу. Последняя отозвалась болью от глубокого пореза и немного отрезвила.

— Ты усыпила меня? — вырвалось из меня. Я и сама не поняла по своим интонациям, вопрос это был или обидное утверждение.

— Я попросил, — признался Райан, — Тебе нужно было выспаться.

«А заодно оставить вас наедине», — добавила мысленно фразу, но не озвучила. Потом посмотрела на обеспокоенную Киви, сделала вывод, что принцесса не стала скрывать о своем горе. Я тоже смысла не видела. У Айды уже тот срок, когда хочет она или нет, но скрывать не сможет не только от Террийска, но и от всего Ирфрида.

— С отцом увиделся? — спросила у всезнайки, почему-то волновавший меня вопрос.

— Успел, — вызвал он у меня облегчение ответом, — Всего пару часов правда, но и этого хватило. Он ночью вернулся, а через несколько часов Райан в дверь постучал.

— И вы сорвались?! Ведь могли позже сами приехать.

— Издеваешься? — задал он вопрос, хмыкнул, хотел продолжить, но Киви перебила его.

— Такие новости услышать, а потом отдыхать?! — тоненько прозвучал ее голосок, она нахмурилась и призналась, — Я бы не смогла.

— Переживали бы больше, — подтвердил Мони.

— Ты хотела узнать, к чему спешка? — поинтересовалась у меня принцесса, переводя тему.

Она выглядела хуже, чем было. Бледная, уставшая, личико немного опухло от выплаканных слез.

— Может ты сама догадаешься? — смотрел на меня Райан, не желая баловать меня правдой и призывая думать самой.

— Нет, — отрезала и скрежетнула зубами, — Еще немного и я…, — я проглотила фразу, которую хотела произнести, закрыла глаза и выдохнула.

— С ума сойдешь? — договорил догадливый Фертиш и усмехнулся, — Хорошо, — смилостивился он, — О нашем приезде узнали только на воротах Саанраса, до этого Элания не подавала весточки. Нотеон Террийский…

— Мой отец, — перебила Элания, решив, что сама справится с рассказом о себе, — Не ожидал, что я нагло явлюсь без предупреждения. Он скрывал от меня! Все это время скрывал! Ни в одном письме не было и намека. Он даже не подготавливал меня! — сжала она руку Райана, — Не удивлюсь, что я узнала бы обо всем только тогда, когда получила бы официальное приглашение на торжество в честь нового наследника. Мужская линия, — прошипела она.

— Зачем скрывать то, что и так станет очевидно?

— Все очень просто, Ориса, — заверила меня Элания, — Я полезна ему, пока стараюсь для своей страны. А сейчас? Сейчас я хочу получить то, что мне было обещано с рождения!

— Ты же не будешь убивать беременную женщину? — испугалась Киви.

Элания точно призадумалась над озвученной идеей.

— Не будет, — решил вместо нее Райан, — Но мы подумаем, как вернуть ей Террийск. Посидим над историей, разберемся, как Нотеон обошел не просто подписанные бумаги, но и магическую клятву. Тут нужен трезвый ум, — тихо произнес Райан, с любовью глядя на Эланию. Он опять просил ее взять огонь под контроль.

— Так, а спешили почему? — уже напомнил о забытом вопросе Мони, я с интересом посмотрела на друга, — Они не люди! — ответил он мне жалобой на мой вопросительный взгляд, — Все это время ничего толком не добились и не услышали от них. И понять ничего невозможно.

— Значит, я ничего толком не проспала, — тихонько пробормотала себе под нос и уставилась на Эланию.

— Айда не должна была показываться мне на глаза, — произнесла она так, будто это все объясняло, — Иначе отец сам рассказал бы мне все, а так, как и всегда, не уделил мне никакого внимания и был спокоен.

— А как же формальности и приличия? Ты же должны была увидеться с Айдой.

— Подумаешь, — фыркнула принцесса, сморщив носик, — Это я обязана показаться в день приезда на глаза королеве и королю, а они не обязаны. Сослалась бы на недомогания и все. Слуг ты наших видела. Я бы и шепота от них не услышала про ее беременность. Уехала бы из Террийска так ничего и не узнав.

— Самоуправство, — заметила я, грустно усмехаясь.

— Айде позволительно. Он позволяет ей очень многое.

— Но она королева, — тихо напомнила Киви.

— Самозванка и позор! — взорвалась Элания, — Он опозорил Террийск, когда из фаворитки сделал королеву!

— Мы бежали, потому что ты не знала, чего ждать от отца? — спешно перевела я тему.

— Уж точно ничего хорошего. Он разозлится на нее, но ярость обрушит на меня. А еще, помнишь, — дрогнул ее голос, — он произнес, чтобы я училась, потому что мне вскоре понадобится репутация?

Я кивнула, прекрасно вспоминая и каждое слово, и тон, и его безразличные к дочери взгляды.

— Я еще обрадовалась, подумала, что он идет навстречу и без личной войны отдаст мне трон, — произносила она, пока Райан ласково гладил возлюбленную по руке, — А тут! Я даже боюсь представить, кому он выдаст меня в жены! Не удивлюсь, что он уже ищет кому бы выгодней меня продать. Но я должна была править своей страной, — произнесла она уже гораздо тише.

— Думаю, что вариантов «кому» не так много, — высказал Райан, убирая пшеничную прядь с лица Элании.

Она смотрела на него и ждала ответа, готовилась к неприятному, а может пыталась сама догадаться. Мони с Киви просто ждали ответы, а я не теряла надежды додуматься сама, но не успела даже выстроить вопросы в голове.

— Нотеон захочет укрепить союз, — обрушил свою догадку на наши головы Фертиш, — Тебя отправят или к Феруа, или выдадут за одного из Глав совета Алтиры, — неспешно произнес Райан, обеспокоенно всматриваясь в глаза Элании.

Она порывисто прижалась к Райану, в поисках поддержки и защиты. Фертиш уселся так, чтобы ей было удобнее, закрыл глаза и наслаждался близостью любимой. Я украдкой глянула на остальных. Киви смотрела за окно и мяла поочередно свои пальчики, а Мони без движения, растерянно смотрел в пол, не желая поднимать взгляд на разбитую горем принцессу. Я тяжело вздохнула, сжала кулаки и произнесла про себя одну мысль, вбивая ее в свою голову, как заклинание: «Все будет хорошо!».

Обратный путь мог похвастаться только одним приятным преимуществом — климат становился мягче. Через множество попыток, мук и страданий, с помощью Мони, я все же смогла вести записи в дневнике. На очередной остановки, он просто раздобыл где-то дощечку, чтобы мне было возможно писать на коленях. Неудобства от тряски остались прежними, но хоть как-то. Райан от скуки перечитывал купленные книги, даже попросил у меня блокнот и карандаш, делая для себя какие-то выписки. Поэтому я тоже не сдержалась, сунув свой любопытный нос в эти морские пособия. Прочесть прочла, но удовольствия не получила. Вспоминала, как моряки рассказывали подобные вещи понятным языком, и осознавала, что слушать и усваивать на практике куда интереснее, чем читать учебники.

Когда мы достигли знакомых ворот академии, вспомнила, что означает не сдержать слез от счастья. Даже, как обычно, хмурый охранник вызвал у меня желание, сказать ему что-то приятное, чтобы развеять эту хмурость. Мне хотелось делиться своей радостью от приезда. Знакомая аллея, которая ведет к административному зданию. Я вбегала в темный проем арки, спеша увидеть тетушку Ливу, услышать обзывательства Хасира, стерпеть издевательства Октавия, и меня даже не пугали грядущие разбирательства у Ставронга. Как же мечтала я обнять Линди, расцеловать ее в щеки и разболтать ей о всех своих тревогах. Риас… Улыбка немного тускнела, как и радость. Мне было страшно от мысли, что он не в академии, что его могли забрать у меня.

Ребята шли следом за мной, но не отставали, тоже спеша отдохнуть после дороги, а может даже разделяли мои желания. Знакомый парк, хорошо изученные дорожки, первый корпус Мони и Киви, следующими покинули меня Элания и Райан, а я почти перешла на бег. Знакомые двери, знакомые ступени, вбегаю в холл, чувствую запах жасмина, но не останавливаюсь, чтобы рассмотреть его. Застываю возле двух дверей, теряясь. Какую открыть раньше? Тянусь к ручке соседкой, но отступаю под нахлынувшими фантазиями и страхами. Если его нет в академии, то я не готова узнать это.

Незабытое заклинание позволяет открыть дверь своей комнаты. Я растерялась. Линди в момент моего прихода заваривала чай, она уронила мешочек с заваркой и бросилась обнимать меня.

— Слава Богам! Ты сильно устала? — интересовалась она, отстраняясь и вновь обнимая, — Риас так много рассказал о тебе, но я все равно беспокоилась.

— Я в порядке, — заверяла ее, — Но что с комнатой? А где моя кровать?

— Я заварю тебе чаю, а ты не сбежишь к своему мальчишке, пока все мне не расскажешь! Это условия, которые вы с Райаном так любите! Только так я расскажу тебе, почему тут нет твоей кровати.

Она подарила мне не только свой красивый смех, но и известие, что с Риасом все хорошо и он в академии. Мне хотелось сбежать к нему, но я сдерживалась, стараясь уделить внимание и Линди тоже. Мы пили чай, который у нее выходил лучше, чем у многих других, хотя никакого секрета в приготовлении не было. Я объедалась шоколадными конфетами, стараясь не говорить с набитым ртом, но Линди требовала изложить ей все, что она пропустила за это время. Я не скупилась, она имела право знать.

— Но про Эланию я расскажу тебе, только если пообещаешь не говорить Риасу!

— Не волнуйся, — успокаивала она меня с таинственной улыбкой, — У нас с ним уговор. Я не буду перемывать его кости с тобой, а он не будет выпытывать у меня то, что я не захочу говорить.

— Мы не будем больше сплетничать? — не сдержалась я и неожиданно осознала, что расстроилась.

Линди опять рассмеялась, а потом заверила, что обязательно будем. «Девушки не сплетничают, они всего лишь делятся тайнами, секретами и своими наблюдениями. Но мальчикам об этом знать не обязательно», — пояснила она мне. После этого я вновь рассказывала ей о том, что произошло с Эланией, о наших догадках, переживаниях. О том, как принцесса замешана в этом всем, когда она начала эту игру, и к чему это привело на сегодняшний день.

— А я еще, пока вы на первом курсе учились, удивлялась! — делилась со мной Линди, сжимая кружку в руках, — Она же следовала за тобой повсюду, где только можно было. Но я думала, что она просто боится.

— Кого ей тут бояться? — задала вопрос, вспоминая, что Элания и впрямь от меня не отходила ни на шаг. Пыталась через меня узнавать о жизни Райана, а я даже не обращала внимания.

— С ее характером можно бояться кого угодно! — с улыбкой ответила Линди, — Это мы к ней привыкли, да и она к нам, поэтому мягче с нами себя ведет. А других раздражает также, как и раньше.

За теплой беседой с соседкой, я заболталась, желая делиться с ней всем и сразу. Она так располагала к себе, что весь мир вокруг переставал существовать. Только ты и твои проблемы. А после таких бесед становилось легче, словно душу вынимали из крепких тисков, отряхивали, оглаживали и засовывали обратно, только предварительно разжав тиски, чтобы они не давили.

— Так! — опомнилась я, когда уже третья кружка с чаем опустела, оглянулась и вновь вернулась вниманием к соседке, — Где моя кровать? Это Риас, да?

— Да, — с мечтательной улыбкой согласилась она, — Мальчик попал! — прозвучало это не очень романтично, хоть Линди и старалась, — Ори, он так обезумел. Он мне ведь подрабатывать не давал до практики, а потом вернулся и снова стал срывать меня.

— Ты о чем?

— Он так любит тебя, — с придыханием сообщала она, испытывая мое терпение.

— Линди, говори уже.

— Ну почему ты всегда спешишь? — удивлялась подруга, — Риас узнавал у меня, что можно тебе подарить, чем обставить вашу комнату, а потом перешел на всякие мелочи. Обычно я люблю подобным заниматься, но, если откровенно, то успела устать, — проговорила она, но все же довольно улыбалась.

— А ты почему устала? — пыталась я все же получить разъяснения, почему Риас попал и как сильно он меня любит.

Отодвинула пустую кружку, боясь ее разбить или расковырять от нетерпения. Линди всегда умела заинтриговать, а потом растягивать ответы, разбавляя их романтическими нотами.

— Я ходила с ним по Хардону в поисках вещей, которые могут тебе понравиться.

— И как?

— Редко что-то покупали, потому что у тебя из вещей больше необходимого, а в комнате за уютом только я следила. Еще чай будешь? — с надеждой спросила она.

— Прости, но мне нужно идти, — смутилась, но больше растягивать момент до встречи не хотела.

— Конечно, — согласилась и понимающе улыбнулась Линди.

Я встала, подняла свою сумку с пола, еще раз обняла подругу и направилась к выходу.

— Теперь я живу совсем одна. Это было условием того, что я соглашусь потерять такую соседку, как ты, — поделилась деушка, — Заглядывай ко мне чаще.

— Обязательно. Буду иногда сбегать к тебе, а то маальчик очень любит издеваться. Как думаешь, он так любовь свою выражает?

Линди рассмеялась, а я все же покинула уютную комнату. Сделала несколько шагов и с улыбкой потянулась к ручке уже не соседской двери. Потянулась, надавила, попыталась открыть, но дверь не поддалась. Стояла и сверлила ее возмущенным взглядом не понимая. Она ведь всегда гостеприимная, а сейчас что не так? Обида кольнула, я постучала, услышала возню внутри, дверь приоткрылась. Встрепанный Риас высунулся и, хмурясь, глянул на меня из-под взлохмаченной челки. Он осмотрел меня с ног до головы, неспешно на его лице расползалась улыбка, облегченный вздох. Он распахнул дверь настежь, босой вышел в коридор и заключил меня в крепкие объятия.

— Привет, милая, — шептал он мне сонным голосом, — Я не надеялся, что ты так рано вернешься.

— Почему дверь заперта? — не смогла выдавить из себя ничего больше, потому что остальные мысли терялись.

Он хохотнул, поцеловал меня, выбивая даже этот единственный, вертящийся вопрос из головы. Затем у меня отобрали сумку, а я оказалась на руках того, кто сходу жаловался мне, как ему было плохо все это время. Он опять ругался на Октавия и Эмбера, которые не бросили свои эксперименты, хотя скорее издевательство над Риасом. А еще поступили жалобы на меня, потому что я бросила его тосковать, предпочтя развлекательную поездку. И даже несмотря на шуточные интонации в его голосе, я поняла, что ему и в самом деле также трудно и тоскливо без меня, как и мне без него.

— Я расстанусь с тобой только следующим летом, — пыталась успокоить Солвера и осмотреться, — И то только из-за практики.

— А потом? — задавал он вопрос, не позволяя мне смотреть по сторонам, только на него.

Риас сидел в широком темно-синем кресле, усадив меня на колени. Одна рука покоилась на моей талии, а вторая придерживала овал лица, большим пальцем он медленно поглаживал мою щеку.

— А потом я никогда никуда без тебя не поеду! — заверила его, облизываясь, видя приоткрытые губы. Я не забыла какие они мягкие, — Но мне понравилось путешествовать, — негромко призналась.

Не сдержалась, потянулась снять с него темную майку. Он позволил. Я склонилась, целуя его, задыхаясь от неспешного ответа, наслаждаясь. Но все же опомнилась.

— Мне нужно в ванную, — оторвалась от него, вспоминая дорожную пыль, жару и редкие остановки.

— Конечно, родная.

— Это… Даже не знаю, что больше мне нравится: милая, сладкая или родная.

— У тебя нет права выбирать. Наслаждайся тем, что даю! — насмешливо высказал и подтолкнул меня, прогоняя с колен.

— Это еще почему?

— Ты вообще балуешь меня подобным только по праздникам. Эти деньки можно обводить жирными чернилами в календаре, — укорил он, но не обижался.

Я осмотрела комнату. Темно-синие цвета, потому что цвет моих глаз? Но задавать этот вопрос прямо, желания не было. Он же опять издеваться будет. Ему только повод дай. Я спешно посмотрела на Риаса, который ожидал моей реакции. Хотела уже вернуться к осмотру комнаты, но вновь испугалась. На бледной коже парня красовались свежие шрамы, будто кто-то пытался разорвать его живот.

— Вот черт, — высказался, оглянулся на кресло, где осталась майка, — Оно уже должно было зажить!

— Это с практики? То утро, да?! Ты еще в ночь уходил на разведку! Зачем будить Эланию, да еще и усиливать ее магию кровью Ниты, если просто спать хочешь? Она лечила тебя!

Он застонал, опустил голову, взлохмачивая рукой свои волосы еще больше.

— К твоему приезду краснота должна была пройти.

— Я это уже слышала, Риас! А сейчас требую…, — голос дрогнул, и я оборвала высказывание.

Слишком много требую, но почти ничего не даю взамен. Взяла себя в руки, аккуратно дотронулась до слишком заметных на бледной коже отметин. Риас не мешал мне, не сводил взгляда с моего лица.

Почему раньше не видела? При освещении луны не будет заметно, слишком холодно было сначала, чтобы почувствовать, слишком жарко в конце, чтобы обратить внимание. Ночь у Стасьи тоже была темна, а хмель в голове стирал и сглаживал мелочи. Утро? Я встала раньше, он все время был накрыт. Прятал специально? Прятал, чтобы не волновалась.

— Спасибо, — тихо поблагодарила его и прижалась к нему, заключенные во взаимные объятия, — Только я бы все равно хотела знать все, если что-то с тобой происходит.

— Ты еще успеешь передумать, Ори. Поверь, — прошептал он мне предупреждение, но не отказал.

Глава 24. В ответе за свои действия

— И как она? — прозвучал вопрос от ледяного принца.

— Справится. Она сильная девушка. Насколько я помню, то это именно та черта, за что Элания тебе нравится, — отвечал Райан.

Я смотрела на Фертиша и пыталась понять его. Как можно любить принцессу и полностью сдать ее ради выгод? Он рассказал парочке все! Все, что мы видели и слышали. Даже про осколок в лесу и заговор между Алтирой, Террийском и Пауком. Не забыл даже упомянуть, о новом названии объединенных стран — Вараседа. И ради чего? Ради третьего стула на крыше бассейна! Хотя…

Третий стул в их логове подразумевает гораздо больше, чем предмет мебели. Они принимают его к себе на равных правах. Парочка разбивается и превращается в троицу. В какую-то опасную троицу: власть и холод принца, скользкая тьма Риаса и гениальные тараканы Фертиша. Пора бы Ставронгу заволноваться за сохранность нейтралитета и просто сохранность своей академии.

Мне вот в отдельном стуле отказали. Я сидела на коленях обиженного Солвера. Очень обиженного и очень на меня. Спасибо Райану, который не забыл заодно отомстить мне за то, что не разбудила его в особняке Элании. Он лишь вскользь упомянул, что я все это время тоже обо всем знала. Но если себя он выбелил тем, что была необходимость убедить Эланию верить ему, поэтому он решился на временную подлость перед своим принцем, то про меня забыл. А вот Риас не забыл.

При этом злился он недолго, почти моментально перешел к обиде. После такого, я тоже обиделась, потому что он меня не выслушал, как это уже было однажды, и решительно попыталась встать. Меня схватили, усадили обратно, крепко прижали к себе, настоятельно порекомендовали молчать и не встревать, пообещав, что разбирательства обязательно будут, как и наказание. Теперь приходилось ерзать, пытаясь не задохнуться в тисках излишне крепких объятий, и слушать раздраженное сопение блондина.

— Ты еще не принес мне клятву верности и не вступил на службу, а уже способен радовать меня, — прозвучал комплимент от Тиретиса.

— У меня есть планы на Эланию, — произнес Райан, вынуждая меня замереть от липкого страха.

— Знаешь, я вдруг передумал, чтобы ты любил меня, — весело хохотнул Риас.

Я посмотрела на Фертиша, он на удивление промолчал, не став язвить в ответ. В руках Райан грел бокал с янтарной жидкостью и смотрел на открывающийся с крыши пейзаж. Загадочная улыбка на его лице не придавала мне уверенности, что я хочу слышать об этих планах.

— Ты слишком долго молчишь, Райан. Опять хочешь получить от меня что-то взамен? — интересовался Нестаргонский.

Прищурилась, глядя на наследника, попыталась раскопать эмоции среди его льда. Да ему же нравится! Нравится, что Фертиш расчетлив. Или нравится, что расчетливый Фертиш играет на его стороне? Как бы не так. У Райана есть только он и его цели. Но Тиретис об этом же не знает.

— Я помогу ей вернуть Террийск. Но тебе ли не знать, что в таком деле нужна поддержка.

— Хочешь, чтобы Нестаргон выступил официальной защитой и поддержкой принцессы Элании? Даже, несмотря на то, что Нотеон заключит невыгодный для нас союз, попытки вмешательства Аскартия и Нестаргона в семейные распри Террийских будут выглядеть абсурдно.

— Я и не прошу подобного, — украдкой глянул Райан на своего собеседника.

— Не смотри так на него, — услышала я недовольный шепот.

— Он предал ее! — также тихо обвинила я Райана, уже глядя в холодные, голубые глаза.

— И чьи это проблемы? Она же наследница. О каком доверии речь?

Он смотрел на меня так, будто и вправду не понимал. Хмыкнул, притянул к себе, склоняя к поцелую, слегка сжал мою ногу, огладил ее. Я опьянела, не смущаясь близости свидетелей, потянулась к его губам. Неприятная ухмылка расползлась на лице Риаса, он уклонился от поцелуя, прижал меня к себе. Теплое дыхание опалило кожу на лице.

— Кто сказал, что ты заслужила? Я все еще обижен, Ори, — прошептал он и игриво укусил меня за щеку.

Я тихо зарычала, недовольно отстранилась, пытаясь успокоить обманутые надежды и вернулась к разговору наследника и его будущего подчиненного.

— Только в таком случае, Людвигу стоит вмешаться, — услышала я окончание, какого-то, наверняка, важного высказывания от Райана.

— Моего отца не проймешь только тем, что принцесса будет нам обязана.

— Она девушка прежде всего, — усмехнулся Фертиш, окинул меня осторожным взглядом, я показательно выдохнула, а он продолжил, — Если ее сейчас поддержать, предоставить подобие убежища и защиты, тогда можно узнать не только важные сведения, но…

— Элания не так проста, — перебил Нестаргонский, — Если ты думаешь, что ее можно одурачить, то мы только зря потратим время и рискуем приобрести опасного врага.

— Почему одурачить? — ровно спросил Райан, — Я знаю множество ее слабостей. Поверь, Нестаргон способен удовлетворить несколько ее желаний. Несколько важных для ее женской натуры желаний, — уточнил Фертиш, сделал глоток и продолжил, — Наладим с ней отношения, вернем ей Террийск и получим сильного союзника.

— Звучит ни разу не убедительно, — высказал, скривившись Риас, — Ей все равно нельзя доверять.

— Она хорошая! — не сдержалась я и вступилась за Эланию, — Ну хорошо. Она нормальная, — поправилась.

Как бы я не поправила себя, то вышло «ни разу не убедительно». Риас смотрел на меня с откровенной насмешкой, равнодушный Нестаргонский вообще не уделил мне внимание, а Райан, кажется, сомневался в моих умственных способностях.

— Мы придумаем, как связать ее клятвой, бумагами или тайнами, — заключил Фертиш, полностью игнорируя меня.

— Глупая, Ори, — высказал Риас, даже не догадываясь, что я уже строю ему месть, чтобы доказать обратное. Выстроить в планах ничего не получилось, потому что он все же подарил мне свою нежность и заботу в неспешном, томящим поцелуе.

Еле слышная мелодия прозвучала в воздухе, прерывая наш поцелуй и диалог рядом сидящих. Все мы уставились в сторону лестницы, где своим появлением удивил Кеми. Он задыхался, запыхался и, кажется, готов был взорваться.

— Я вас по всей академии ищу! Кениар, Фертиш, вас к ректору!

Я испугалась, закусила губу, посмотрела на невозмутимого Райана и успокоилась. Он справится за всех нас. Риас нехотя выпустил меня из объятий, но сам остался вальяжно сидеть на стуле, не собираясь покидать свое логово.

— А тебя я смотрю гоняют с поручениями? — поинтересовался блондин, хохотнул, глядя на насупленного Кеми, и продолжил, — Насколько помню это начал Октавий, да?

А спроста ли? Или это была личная просьба блондина?

— А может вы с ним родственники? Иногда уж очень похожи! — высказал проныра.

— А Элания тебя со мной роднила. Может мне тебя братишкой называть?

Кеми перекосило от такой перспективы, он передернул плечами и направился обратно к лестнице, кидая напоследок:

— Неа, спасибо. Меня все и так устраивает.

Я поплелась за сокурсником, за мной следовал Райан. Мы не успели дойти до лестницы, как от блондина вновь прилетел вопрос.

— А Октавий почему плохой?

— Так он же козел! — не задумываясь, высказал огневик мнение всех стихийников с нашего курса.

— Значит в родственники меня к нему приписать хотел? — донеслось игривое от блондина.

Кеми обернулся, с опаской посмотрел на Риаса. Мы с Райаном тоже остановились и заинтересованно поглядывали на этих двоих. Кеми Флис не зря частенько вырывал у меня первенство по баллам, вот и сейчас быстро нашел, как выкрутиться. Если бы он только знал правду.

— Так вы же не родственники! — лучезарно улыбнулся он, — А значит у тебя просто бывают плохие дни. А вот Октавий! Уверен, что все, кто с ним в родстве такие же. Нельзя общаться часто с таким козлом и самому от такого не нахвататься, — пожал он плечами, страясь увести тему от Риаса.

— Пойдем, — потянул меня Райан, — Желаю удачи. Она тебе пригодится, — обратился он к огневику, похлопав того по плечу.

В кабинете у Ставронга я, как и остальные из нашей пятерки, были впервые. Мебель из темного дерева отливала краснотой, зеленые вставки сукна, коричневые шторы в пол на массивном карнизе, несколько горшков с цветами. Множество стеллажей завалены бумагами, папками, книгами и журналами. Пыль тут явно не вытирают и не убирают, она сметается только потому, что Эмбер часто работает со всей этой документацией.

— И что мне с вами делать? — негромко протягивал он вопрос, — Даа… Наворотили делов.

Седовласый потирал подбородок в раздумьях. Он долго отчитывал нас в своей манере. Когда вроде не ругают, не стыдят, а просто рассуждают о сложности работы с такими юнцами как мы, и оттого самому становится стыдно и безрадостно.

— Но ведь все обошлось. Мы живи и…

— И я сомневаюсь, что на следующую практику вас отпустят, — мягко сообщил Эмбер.

— Для нас это важно, — спохватился Райан.

— Для вас репутация превыше собственных жизней? — удивился ректор.

— Что нам сделать, чтобы попасть на практику? — стушевался Фертиш, но не сдался.

— Для начала Солвера благодарите, — протянул он, расписываясь в потрепанном дневнике, — Он с Орденом все дела решил. И как только удалось? — тихо задавал себе под нос Эмбер, — С практикой вашей, он тоже предугадал, что до конца захотите пройти. Я скажу прямо, что против того, чтобы вас отпускать. Сейчас не погибли, замечу, что чудом, а на следующей практике повезет так? Ну да ладно, придется отпустить, раз так уж хотите.

— На вас Тиретис давит, да? — спросила с вызовом Элания, — А как же нейтралитет академии? — добиралась до совести ректора язва.

Райан не удержался, взял ее за руку, несмотря на присутствие Ставронга. Мони и Киви все это время стояли с опущенной головой. А я старалась не пропустить ни одного слова Фертиша, следила за его эмоциями и пыталась понять, когда он играет, а когда нет. То, что Риас всячески отмазывал нас и защищал, мне было уже известно от него же. Я особенно это запомнила, потому что именно мне выпала честь расплачиваться с ним за его щедрость. Он пока еще не придумал, что я ему буду должна в очередной раз. Ожидание пугало.

Эмбер с теплой насмешкой посмотрел на Эланию, которую также, как и когда-то Кобеана, зацепило влияние и несправедливое преимущество Тиретиса в академии.

— Вы благодарить его должны, а не злиться, — призвал он к несвойственным качествам принцессы, — Мы всего лишь пошли навстречу прихоти Тиретиса. Хотя прихоть все же Солвера, — опять отметил он, — Вскоре назначенные мной преподаватели пересчитают для вас допустимые баллы. Учиться вам придется еще более ответственно и усерднее, да и экзамены мы вам усложним. Иначе никак.

Мне трудно было определиться ¬— расстроилась я или обрадовалась? Хотя так ли нам нужна практика? Мне уже совсем нет необходимости в ней, Мони с Киви и этих месяцев с лихвой для достойной службы хватит. Вот только Райан настаивает, ради признания своей персоны высшим сословием Нестаргона. Или все дело в Элании? Сейчас ей нужно было достичь гораздо больших успехов, если захочет поддержки от своих подданных. Правление Нотеона уже привычно для жителей Террийска, а вот Элания имеет преимущество в глазах этих людей только как маг. Ей очень нужно убедить их, что она ничего не боится и справится со всеми трудностями.

Эмбер еще немного задержал нас у себя, вновь ведя с собой негромкий монолог и опять вызывая стыд за безалаберность и халатность. А в качестве наказания он возложил на нас приемные дни. Отметил, что у Мони с Киви уже есть опыт в данной работе, поэтому даже обучать в первый день нас никому не придется.

На обратном пути мы наткнулись на Кобеана и Марка. Они поздоровались с нами так, будто не было никогда вражды между нами. Но задумчивые взгляды Дарголийского на меня и Райана, вызывали беспокойство. Он поинтересовался, как прошло окончание нашей практики, а заодно сообщил, что Асель отправилась в его дворец и мне больше ничего не угрожает. Сказано это было таким тоном, словно это я вынудила его избрать себе такую фаворитку.

Возвращалась в свою комнату немного разбитой и растерянной. Вспоминала мягкую кровать, с надеждой отдохнуть, а может даже подремать, если Риас все еще не вернулся. Вообще он создал уютную обстановку. Мебель не выглядела вычурно и богато. Простая, аккуратная, строгая, дерево светло-серых оттенков и ткань насыщенного синего цвета. Одна широкая кровать, небольшой письменный стол для меня, потому что Риас справлялся со своей работой в кресле или на диване. Последний занимал немного места там, где раньше была кровать принца. Угловой шкаф оказался небольшим, но вместительным. А еще полки освободились от артефактов Тиретиса и теперь там я могла расположить свои мелочи, коих у меня в наличии присутствовало не так уж и много. Оценила ли я этот комфорт? Определенно. И даже призналась в этом Солверу, чем весьма его обрадовала.

Я спешно сплела заклинание, чтобы отворить дверь. Риас постарался и тут, решив, что так мне будет спокойнее. Очередная забота согревала и вызывала улыбку. В комнате стоял сладкий аромат. Жених не просто вернулся из своего логова, но и успел преподнести мне неожиданный подарок. Букет белых цветов с огромными бутонами ожидал меня в вазе на столе. Возле вазы лежала книга с закладкой где-то в середине.

— Ты быстро вернулась, — вышел из ванной жених, явно куда-то собираясь.

Он был в непривычной строгой одежде темного цвета, причесан и сейчас распаковывал коробку с новыми туфлями.

— Куда ты? — спросила, не сумев сдержать любопытства.

— Из Ордена прибыли во дворец. За мной прислали экипаж. Только ты не накручивай себе, ясно?

Он подошел ко мне, приобнял и чмокнул в щеку, чтобы через секунду вернуться к спешным сборам.

— Я думала вопрос уже решен. Ты ведь сказал, что все уладил.

Ногти неприятно впились в ладони, я сделала быстрый глоток воздуха и закусила губу. Солвер почти промчался мимо, но остановился, не отрывая от меня темнеющего взгляда.

— Черт, Ори! — возмутился он, — Не сейчас, милая! Ты же помнишь, что тебе нельзя волноваться, иначе я с ума схожу.

Он склонился ко мне за осторожным поцелуем, который сам еле смог прервать.

— Как же не вовремя, — проговорил он, непонятно что именно имея ввиду: Орден или желание?

Риас облизал свою губу, не отрывая от меня жадного взгляда, потом сглотнул и резко отстранился, чтобы продолжить метания по комнате.

— Когда ты вернешься и зачем они приехали? — не уставала от вопросов я.

— Вернусь через пару часов, — отвечал он, пока перекладывал бумаги в стопке, пытаясь найти что-то, — Им необходимы некоторые мои данные и еще информация о моей искре.

— Ну и любопытная же ты, — хохотнул Риас, — Вечером будем отмечать окончание практики. А завтра вроде твой праздник, хотя я так и не знаю, когда там у тебя день рождения в самом деле?

— Да я…

— Молчи, — попросил он, когда уже приблизился ко мне, — На столе книга. Мой подарок тебе. Там всякие символы из древности. Они не несут никакой магической ценности. Я даже не знаю, несут ли они вообще ценность. Но там есть значение символов с твоего кулона. Он же тебе дорог.

Я растерялась от такого внимательного отношения к себе, хотела поблагодарить, но Риас вновь поднес указательный палец к моим губам, прося помолчать.

— Я очень спешу, Ори. Правда. Вечер и ночь я проведу с тобой, а завтра я уеду из академии, — произнес он, обрывая что-то внутри меня, — Не бойся, милая. Там кое-что нужно решить с моими способностями. Это пойдет нам всем на пользу. Как только экзорцисты справятся, я сразу же вернусь.

— Когда? Когда они справятся? — спрашивала я, пытаясь быть собранной, но голос дрожал, как и все внутри меня.

— Не знаю. Мы кое-что будем пробовать с ними. Очередные эксперименты, но тут я хотя бы смогу сам регулировать их вмешательство, — заметил Риас и снова хохотнул, — С Эмбером и Октавием спорить вообще невозможно. Черт! Я же опоздаю.

Он спешно поцеловал меня и направился к выходу, но я остановила его за руку, не сумев отпустить. Риас обернулся, ласково улыбнулся, развернулся, чтобы заключить в нежные объятия.

— Чем дольше ты меня задерживаешь, тем позже я вернусь, — привел он мне неоспоримый довод, чтобы побороть свои порывы.

— Но ты обещаешь вернуться?

— Верь мне, милая.

— Обещай! — потребовала я, помня, что он любит недоговаривать.

— Обещаю, — выдохнул Риас, в очередной раз нежно поцеловал и ушел.

Как бы не было мне любопытно узнать о символах, но я провела часы ожидания в беспокойстве. Сначала меряла шагами комнату в одиночестве, но потом не выдержала и уже остаток времени проводила в компании Линди. Девушка отпаивала меня чаем, успокаивала и утверждала, что Риас справится, потому что он мальчик сообразительный.

А потом Риас осчастливил, тем, что в самом деле сдержал обещание и вернулся. Сразу он переоделся в удобную для него свободную одежду и повел меня в их с Нестаргонским логово, успев захватить с собой и нашу соседку.

— Чего так долго? — возмущенно спрашивала у нас Элания.

— Мы уже боялись, что не придете! — встретил нас с улыбкой Мони.

— Я задержался, а вы не догадались за девчонками зайти, — оправдался и обвинил Риас.

Небольшой столик на крыше был уставлен закусками и сладостями. Девушкам раздали по бокалу вина, а парни опять распивали что-то крепче. Я удивилась, обнаружив среди присутствующих и Ниту, но потом вспомнила повод отмечания. Окончание практики подразумевало сбор всей команды?

— А почему Дагира и Кеми нет? — тихонько поинтересовалась у Солвера, пока остальные шумно вспоминали пережитое.

— Туда смотри! — кивнул он в сторону лестницы, где как раз поднимались очередные опоздавшие, — А теперь на меня!

Я улыбнулась, повернулась снова к нему и сразу получила легкий поцелуй в губы. Солвер отстранился, широко улыбнулся мне, приобнял, прижимая к себе, и уже переключил внимание на всех остальных.

— Завтра опять голова будет болеть, — пожаловалась Киви, но вино отпила.

— У вас же целитель личный есть, — заметил Дагир, глядя на багровый закат.

— А нас тоже от похмелья спасешь? — поинтересовался Тиретис, по-дружески улыбаясь принцессе.

Я вспомнила их цели и сердце неприятно кольнуло, но с другой стороны Элания в состоянии постоять за себя. И она прекрасно знает, с кем связывается.

— Я подумаю, — заключила Элания, подарив Нестаргонскому ответную улыбку.

— Она на самом деле добрая, просто умело свою доброту скрывает, — протянула Линди, обнимая Террийскую за плечи, — Обязательно исцелит!

— Или отравит!

Кеми дрогнул, оглянувшись на Риаса и осознав, что это прозвучало из его уст. Но Риас расхохотался, ловя презрительный взгляд от Элании, а потом разжал объятия, чтобы протянуть руку огневику. Флис с опаской пожал руку Солверу, все еще не доверяя.

— И как ты с ним жить собираешься? — спросила у меня Элания.

А я посмотрела на жениха, который был явно доволен собой. Ну и что ей ответить?

— Весело, — нашелся у меня самый лаконичный, но верный ответ.

Вечер проходил приятно и непринужденно. В какой-то момент мы с Эланией решили узнать все у Ниты, но девушки уже не нашли. Она была настолько тихой, что мы просто не заметили, когда она покинула крышу. Потом были веселые рассказы от Киви, о приключениях известных воинов. Дагир делился описаниями красот Алтиры и ее природы. Элания в какой-то момент загрустила, но Фертиш не отходил от нее и старался приободрить. А потом Солвер нагло утащил меня с вечера, как раз тогда, когда Линди запела, вызывая приятные чувства своим голосом.

— Мы уходим так рано? — поинтересовалась я, когда мы огибали здание бассейна.

— Я завтра уеду с самого утра, — напомнил Риас, вызывая боль в груди.

Он остановился, склонился ко мне. Дыхание согрело мои губы, я потянулась к нему навстречу.

— Помнишь, как ты мучила меня, Ори? — спросил Солвер.

Я не успеваю ответить, что даже не понимаю, о чем он. Вредный блондин кусает меня за губу, оттягивает ее, а потом спешно облизывает. Жар прошел волной, вызывая еле слышный стон, но Риасу достаточно и этого. Я прижата к стене, мои руки у него под майкой. Хочу большего. Останавливаюсь, тяжело дыша.

— В комнату, — проговаривает Риас, еле заметно кивая и соглашаясь с моим не озвученным решением.

Этот путь стал для меня сложнее, чем маршрут на практике. Мы делали несколько остановок, боролись, вовремя останавливаясь и приходя в себя. На лестнице в общаге я осознала, что не только мы покинули крышу бассейна, но и моя крыша покинула меня.

— Я схожу с ума, Риас, — пробормотала я в губы жениха, пока мы делали попытки подняться на свой этаж.

— Значит, ты понимаешь меня, как никто и никогда, — ответил он со счастливой улыбкой.

Вокруг все плыло, голова кружилась и мне было так все равно на мнение окружающих. Мне просто было все равно. Риас рядом. На этаже он поднял меня, чтобы я могла обвить его ногами. Так целоваться было не очень удобно, а ему, судя по всему, еще и сложнее идти. В какой-то момент я отстранилась и рассмеялась нашему сумасшествию. А вот у Риаса улыбка сменилась на неприятную ухмылку, но смотрел он не на меня, а на кого-то за моей спиной. Я сползла с парня, повернулась и наткнулась взглядом на Кобеана и Марка. Огонь светился по венам Дарголийского, но принц сдерживался. Все бы ничего, но он смотрел на Риаса с таким отвращением, будто перед ним не человек вовсе. Зацепило и разозлило.

Я отвлекла блондина от их дуэли взглядами, обхватив его шею и склонив к себе.

— Есть только ты и я. Никого больше, любимый, — проговорила ему негромко.

Риас смотрел на меня с изумлением. Потом порывисто обнял меня, я ощутила быстрое сердцебиение и то, как трясутся его руки на моей спине.

— Теперь я хочу получить свою награду, — напомнила ему и услышала смешок.

Когда мы входили в комнату под немигающим взором синих глаз, я не давала Риасу возможности смотреть на того, кто не достоин его внимания. Мы многое пройдем вместе и никто не посмеет нас разлучить. Так я думала, когда мы спешно раздевали друг друга, разбрасывая одежду. Так я думала, не сдерживая стоны и сгорая в его объятиях. А потом наступило утро.

— Просыпайся! — требовала Элания, — Я еле вошла в эту комнату! Если бы не Линди, то как тебя было разбудить?

— Голова болит, — пожаловалась я ей.

— Я поставила кружку с твоим спасением на стол, но поднимешься сама.

— А ты хуже Хасира, — сравнила я принцессу, но уже поднималась и протягивала руку к халату.

— Ты становишься похожа на своего ненаглядного, — подметила Элания, проходя по комнате, — Кстати, он мило тут все обустроил.

— Зачем так рано пришла? — спросила и сделала спасительные глотки.

Осмотрелась, не увидела одежды Риаса и некоторых стопок с бумагами. Уехал и даже не попрощался? Вспомнилось, как он также поступил в лесу.

— У нас работы много. Наказание от Ставронга, — ставила в известность Элания.

Письмо от Риаса я обнаружила в изголовье кровати. Он кратко объяснился, что я слишком милая, когда сплю. Это было его оправдание, почему он не разбудил меня. Сердце щемило тоской, потому что он так и не сказал мне, когда вернется. Будет это до нового учебного года или уже в начале? А может позже? Я только знала, что он будет писать мне, отправляя письма Нестаргонскому, чтобы доставка была в кротчайшие сроки.

Этот день не смог впечатлить меня ни работой, ни поздравлениями, ни очередными подарками от друзей. Работы Эмбер подкинул на весь день. Мы ходили по общежитиям, ведя перепись, кто к кому переехал, где, что освободилось. Чаще сведения просто подтверждали записи в журнале, но бывали и расхождения. Потом была сортировка бланков для поступающих и подготовка для нас рабочего пространства.

Друзья, видя мое разбитое состояние, определили мне самую легкую работу.

— Будешь выдавать карту и соглашение поступившим, — проговорила Киви, нахмурилась, будто пытаясь что-то вспомнить, — Мони!

— Чего? — отозвался шатен, задвигая увесистую коробку в скрытую нишу под столом.

— Не помнишь, в каком году сюда Солвера отрабатывать провинность приставили?

— Это когда он тех яростных девиц стравил, подставляя Октавия?

— Ага, — быстро кивнула Киви.

— Точно не в прошлом. Мы тогда еще Орису и Райана не знали, а значит в позапрошлом, — посчитал Мони.

— Вот теперь можешь гордиться, — обратилась вновь ко мне Киви, — Ты сможешь отработать и за него тоже! А то он все приемные дни халтурил.

Я подняла руку вспоминая шестерых, кого увидела, когда поступала. Мони я помнила отчетливо, загнула палец. Потом была наглая девица, которую я так и не узнала лично, второй человек. Был ли рядом с девицей болтливый парень? Определенно. Три. Кобеан и Киви тоже, а это пять. Шестой… Наглый блондин, который спал на чьей-то сумке! Я улыбнулась. А волосы у него тогда были короче.

— Хватит мечтать, Ориса, — прервал воспоминания Райан, подкладывая мне еще стопку бланков на сортировку.

До самого позднего вечера у нас был завал работы, отчего я приползла в комнату не замечая ничего вокруг. Засыпала хоть и в одиночестве, но довольно легко. Может наше наказание и такая отработка тоже идея Риаса, чтобы у меня не оставалось сил скучать по нему?

Затем потянулись приемные дни. Если сначала я улыбалась поступающим ребятам, видя их волнение и переживание, и стараясь поддержать, то к концу первого дня от улыбки просто ныли мышцы лица. Труднее всего было смотреть в след тем, кто не дотянул по силе для учебы в Хардонской академии магии. Второй день я уже не поднимала взгляд на тех, кому выдаю бланки. Самый пик для пробующих себя приходился на первую половину дня, а во второй мы расслаблялись. Мони опять садился за книги, Райан не отставал, но сейчас он изучал Террийск, Элания слушала рассказы Киви, а я читала о древних символах.

На третий день я поняла, что работать с потоком людей занятие не для меня, поэтому нагло скинула всю работу на Мони, который не смог оспорить меня. Я поставила его в тупик, сообщив, что он справится с работой лучше, потому что парень. Он хотел было сказать, что это не так, но сам понял, что не готов признать девушек умными и логичными. А когда до него дошел весь абсурд ситуации, я уже сидела на своем месте, избавив себя от бланков и изучая учебник о сложных механизмах. Предмет затягивал, потому что я уже знала принцип работы простых артефактов. А еще, мне просто хотелось отвлечься от грустных мыслей и тоски за блондином. Новые имена и голоса звучали и звучали, но я уже не обращала на них никакого внимания. Иногда я прислушивалась к разговорам, иногда с надеждой смотрела в сторону арки, но Риаса там не находила. Сердце все больше ныло, а уверенность, что я увижу его терялась в очередных надуманных страхах. Буквы в книге расплывались, не давая возможности усваивать прочитанное.

— Иногда судьба так непредсказуемо играет с нами. Правда, Ориса?

Сердце остановилось, книга выпала из мигом ослабевших и вспотевших рук, я пыталась сделать вдох, но не могла. Закрыла глаза, стараясь не верить. Долго длилось молчание. Молчали и мои друзья. Мне снится кошмар? Я распахнула глаза, собирая всю свою волю и подняла взгляд, чтобы вскочить, отшатнуться. Хотела бежать, но уперлась в Райана, который удержал меня. Фертиш узнал того, кого я однажды убила.

— Я же говорил тебе, Лира, что она всегда будет слабой.

Я смотрела на ликующую улыбку Каста и мне хотелось верить, что защита академии справится. Она спасет меня. Я дрожала в объятиях Райана, если бы не он, то наверняка упала бы.

— Давай уже сюда бланки!

Яростный голос Лиры, которая не смотрела в мою сторону, резанул до боли. Рыжие волосы собраны в густую косу и подвязаны шелковой красной лентой. Я хотела увидеть ее глаза, и не хотела одновременно. Рыжая бестия вырвала у застывшей Киви бумаги, а потом все же посмотрела на меня. Так она смотрела на тех, кого мечтала уничтожить.

— А ты? — обратился с доброжелательной улыбкой Каст, глядя на Райана, — Ты кого-то мне напоминаешь.

— Племянник жалкого Арнольда, — подсказала Лира, — Малышка, а ты научилась заводить знакомства?

— Райан Фертиш, — протянул Кастомир, порыв ветра взъерошил его короткие темные волосы, — Наслышан и очень рад знакомству. Маленькая крыса и ее трус.

Эпилог

— Откуда у нее искра? Как она вообще смогла покинуть Западный материк? — задавала вопросы Лира, мечась по комнате и расплескивая гнев.

Комната, да и весь этот корпус зеленых оттенков, который достался им, раздражали ее. Такие противоречивые чувства играли в ней. Где-то внутри теплилось другое чувство — облегчение. Она не могла смириться со смертью той, кого любила, но именно это и порождало ненависть. Ориса была жива, но она предала ее, кинула одну, оставила, хотя знала, как трудно ей приходилось.

— Это уже не важно, — отвечал ей задумчивый Кастомир.

Молодой граф вынуждено бежал в Нестаргон от преследования Феруа, используя последний шанс, чтобы выиграть время и придумать, как спасти себя. Его мать вновь совершила ошибку, когда доверилась другой влиятельной семье. Они не выстояли под натиском Паука. Сколько тайн они раскрыли? Кастомир любил свою мать, но не собирался горевать, смиряясь с утратой. Ему давно пора было все взять в свои руки, но это понимание пришло только со смертью Висаны.

— И как она так близко подобралась к кровавому герцогу?

Каст сжал подоконник, закрывая глаза и борясь с вновь накатившей головной болью. Лирания раздражала его своими глупыми и бесполезными вопросами, но пока даже она могла быть полезна. Любой союзник на счету.

— Маленькая дрянь поплатится за все, — решил побаловать рыжеволосую своим ответом.

— Ты хочешь убить ее?

Каст медленно обернулся к девушке, внимательно следя за каждым ее жестом. Ему показалось, или в ее голосе и впрямь послышалась обеспокоенность? Он неспешно приблизился к той, что смотрела бесстрашно и с вызовом. Гнев плескался в зелено-карих глазах, а ее губы кривились в злобной улыбке. Послышалось.

— Она должна страдать. Страдать много и долго.

Парень склонился целуя девушку в яркие губы. В его голове уже рождалась идея, прокручивались варианты различных ходов на шахматной доске. Лирания отдавалась тому, кого ненавидела также, как малышку-предательницу, мечтая свернуть шеи обоим. Ей не нравилась зависимость от Кастомира и она ждала случая, ждала подходящего знакомства, чтобы лично нанести смертельный удар тому, кого когда-то любила.

Больше книг на сайте — Knigolub.net