Анна Сергеевна Одувалова

Тайны академии

Магические короли

© Одувалова А., 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Глава 1

Ветер с моря дул пронзительно-холодный, несмотря на яркое солнце, зависшее между сизыми тучами. Начало осени в этом году выдалось промозглым. Я натянула рукава куртки из тонкой, хорошо выделанной замши и сжала в руках письмо. Костяшки побелели, но я не могла заставить себя выпустить заветный конверт и спрятать его в перекинутую через плечо сумку.

Никакая погода неспособна испортить настроение. Я стояла у причала Грез и вглядывалась вдаль. Туда, где за мутными, неспокойными водами Ривана в молочно-белой дымке возвышались невидимые сейчас шпили Академии Стихийной Магии.

Я мечтала попасть туда с самого детства. Только вот для обычной горожанки это почти нереально. В простых смертных слишком мало магии для обучения в таком престижном учебном заведении. Когда я неделю назад получила письмо со знакомой печатью, даже сердце в груди подпрыгнуло. Хотя я не верила в то, что сумею поступить, все же тайно от родителей и друзей сдала экзамены и вытянула счастливый билет.

Представить не могла, что попытка увенчается успехом. Мой магический потенциал был достаточно высоким для обычной девочки среднего класса, но слишком маленьким для обучения в таком престижном вузе. Я даже с родителями поругалась. Неожиданно выяснилось, что мама против. Она не хотела, чтобы я отказывалась от возможности обучаться в Высшей Школе Магических Ремесел, в которую я тоже поступила, и, вообще, считала мою одержимость ненормальной.

Но Академия Стихийной Магии была моей путевкой в жизнь. Ее выпускники становились видными политическими деятелями, военными, входили в совет императора, в их руках сосредоточивалась вся магическая мощь империи. Они могли создавать артефакты, управлять погодой, вести войны, предсказывать будущее и еще многое, недоступное пониманию простых обывателей.

Говорят, если хорошо там учиться, можно в несколько раз увеличить свой магический потенциал. Об этом мечтал каждый, наделенный хотя бы крупицами магии! И почему родители не понимают этого? Последние недели дома были тяжелыми, но я отстояла свое право учиться там, где хочу. Мама сдалась. Правда, у меня создалось впечатление, будто она надеется, что я не выдержу нагрузки и сбегу.

На причале постепенно собирался народ. Такие же испуганные парни и девушки, как и я. Многих сопровождали родители. Мои тоже рвались, но я решила попрощаться дома. Я достаточно взрослая и способна добраться до академии сама. А вещей у меня немного – лишь чемодан с самым необходимым и милыми сердцу мелочами. Это было одним из условий. В академии нам выдадут все, включая одежду и учебные принадлежности.

Мы смотрели на воду и с замиранием сердца ждали, когда же начнется новая жизнь. Пытались увидеть неясные контуры среди черных, бушующих волн. Наконец в дымке начал вырисовываться силуэт корабля, больше похожий на мираж. Призрачный, полупрозрачный, с парусами, напоминающими обрывки грозовых облаков.

Корабль приближался, обретая материальные очертания, и скоро пристал к берегу.

Сбившись в кучки, будущие студенты рванули в сторону опустившегося трапа так, будто отставших оставят тут и не позволят насладиться знаниями. Я не спешила, ждала, когда прорвутся самые нетерпеливые. Зашла по трапу одной из самых последних, миновав молчаливого мужчину, который поднялся за мной следом.

Будущие студенты устроились на лавках в огромной гостевой каюте. Свободных мест почти не было, и я замерла, выбирая, к кому бы присесть. Взгляд наткнулся на черноволосую девушку со смуглой кожей, которая задумчиво смотрела в круглое корабельное окошко.

– Можно? – несколько смущаясь, спросила я и получила в ответ неопределенный кивок и легкую улыбку.

Похоже, я не ошиблась, соседка была скромной и достаточно приветливой, но вроде не собиралась изводить меня болтовней. Гладкие волосы, длинный кожаный плащ, на руках массивные серебряные браслеты – она выглядела достаточно обеспеченной. Вряд ли из аристократического рода, скорее, из зажиточных горожан. Сама я принадлежала к интеллигенции: папа – врач, мама – преподаватель в пансионе для девочек. Мы не столько богаты, сколько уважаемы в обществе.

Я устроилась на лавочке и достала из сумки связной артефакт – плоскую круглую коробочку, которую легко было перепутать с пудреницей. Внутри находились магические накопители и зеркало для связи с родными и близкими. Можно провести по мутной сейчас поверхности и увидеть знакомое лицо, но это может помешать другим, поэтому я просто вывела пальцем несколько слов. Буквы вспыхивали ярко-зеленым и исчезали, чтобы где-то далеко на таком же устройстве сложиться во фразы. Мне тоже прилетело несколько сообщений. Розовое от подружки Нателлы, нежно-голубое от мамы и фиолетовое с сердечком – от Нисса.

На глаза навернулись слезы. Когда я его увижу? Студентов нечасто отпускали на материк. Особенно первокурсников. Придется учиться любить на расстоянии. Но я верила: наши чувства преодолеют все. Через пару месяцев мы обязательно увидимся. А пока я буду писать ему каждый вечер и устраивать визуальные разговоры, несмотря на то, что для этого требуется немало сил. Ничего, моих хватит на двоих.

В ответ на мое душевное состояние пространство колыхнулось, и мне на колени приземлился Кош (сокращенно от Кошмарик). Демонический кот, существо свободолюбивое и коварное. Кош был из той породы, про которую в народе говорили: «Соседи благодарили судьбу уже за то, что он был не ядовит и не летал».

Правда, по поводу ядовитости я бы поспорила. Мой Кош был страшен, когтист, а его укус обеспечивал как минимум пару часов паралича. Вместе с тем он удивительно тонко чувствовал, когда мне плохо, и приходил, чтобы мурчать на ухо и давать гладить свою теплую шкурку. Демонических котов часто называли лысыми, но это не совсем верно. По мне, они были бархатными.

Народ смотрел на меня заинтересованно. Эти существа – не редкость. Они свободно передвигаются в пространстве и постоянно возникают в совершенно неожиданных местах. С ними бесполезно бороться, их нереально приручить. Они сами выбирают себе человека и приходят тогда, когда надо им.

Поэтому я и вызвала любопытство. Не каждому дано быть хозяином (а может, и слугой) демонического кота. Меня Кош нашел, когда я сильно поругалась с Нателлой. Я рыдала в подушку, когда на меня упал маленький черный и лысый котенок. Он больше походил на бескрылую летучую мышь, чем на нормальную кошку. С тех пор началась наша дружба. Звереныш приходил ко мне довольно часто, иногда мог проспать рядом всю ночь, а я держала для него вкусняшки.

Вот и сейчас Кош почувствовал, что я отвлеклась от неприятных мыслей, ткнулся мне в руку теплой мордочкой и, получив кусочек сушеной кошачьей колбаски, растворился в воздухе, чтобы когда-нибудь снова неожиданно оказаться на руках и согреть своей любовью.

От этих мыслей стало теплее на душе, и я отложила связной в сумку.

Корабль швыряло на волнах из стороны в сторону. Стало страшновато, но народ особо не дергался. Кто-то смотрел в окна, кто-то уткнулся в связные и едва заметно улыбался родным и друзьям. Эти артефакты совсем недавно вошли в нашу жизнь, но я даже не представляла, как раньше мы обходились без них. А сейчас, говорят, появились новые усовершенствованные модели с дополнительными функциями. Там можно хранить музыку, слепки заклинаний, карты и многое другое. Правда, стоили они баснословных денег, и позволить их себе могли только очень богатые люди.

Но я верила: если хорошо учиться, смогу устроиться на высокооплачиваемую престижную работу и непременно приобрету себе такой. Он станет символом моего успеха.

Корабль пристал к берегу. Испуганной толпой студенты высыпали на причал и остановились у массивных кованых ворот академии. Внушительных и мрачноватых. Именно в этом месте закончилась наша старая жизнь и началась новая, которая непременно приведет к успеху.

К главному входу массивного, расположенного на холме здания вела широкая лестница с двумя каскадами ступеней.

Я не так представляла себе самую престижную академию. Думала, она будет более современной. Здание же оказалось старинным, огромным и мрачным – темный камень, остроконечные шпили и башенки с узкими стрельчатыми окнами.

Спустившись с трапа и миновав причал, я зашла за ограду и остановилась на тропинке, разглядывая открывшуюся территорию. Она была огромной. Я словно попала в город в городе. Вдалеке конюшни, справа – хозяйственные постройки. На горизонте в утренней туманной дымке блестел шпиль молельни. Виднелись какие-то лавочки и столовая.

Задумавшись, я не заметила, что стою прямо в проходе. Крепкое ругательство заставило меня вздрогнуть и попытаться отпрыгнуть, но… я не успела. Поток ледяного воздуха буквально сбил меня с ног, и я рухнула на спину, припечатанная к брусчатке чьим-то тяжелым телом. Боги! Как стыдно и больно! Стыдно, пожалуй, сильнее.

Я открыла глаза и уставилась на виноватую физиономию очень симпатичного светловолосого парня.

– Прости, не рассчитал, – белозубо улыбнулся он, похоже, не испытывая угрызений совести и совершенно не смущаясь того, что устроился сверху на незнакомой девушке.

А вот у меня краска явно прилила к щекам. И я уперлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть.

– Может, слезешь? – недовольно спросила я и надавила сильнее, показывая, чего мне хочется.

– Ой, прости! – Он снова обезоруживающе улыбнулся и поднялся. – Я – Риан.

Голос оказался насмешливым, но в то же время бархатистым, словно ласкающим. Я сглотнула и встретилась с парнем взглядом. Глаза были карие, непередаваемого оттенка молочного шоколада, который крайне редко встречается у блондинов.

Риан протянул мне руку и одним движением поднял с земли. Поставил и даже стряхнул несуществующие пылинки с моих коленок, хотя падала я на спину. С другой стороны, если бы он кинулся отряхивать мой зад, думаю, окончательно заставил бы смутиться.

– Тея… – потрясенно пробормотала я, стараясь не обращать внимания на то, что на нас все глазеют.

– Добро пожаловать в академию, Тея.

– Я не так представляла знакомство с ней. – Все-таки получилось выдавить улыбку.

– Поверь, встреча со мной может принести только удачу! – Надо же, а он не был скромняшкой. – И еще раз извини!

Парень раскланялся и убежал к главному корпусу, а я поежилась от всеобщего внимания. Ну точно. Еще неделю будут говорить, что это та новенькая, которую снесли, едва она спустилась с трапа. Что за невезуха! И, как всегда, вместо того, чтобы одернуть наглеца, сказать все, что я думаю, накричать, в конце концов, я послушно назвала свое имя! Как всегда! Хорошая девочка Тея.

За мыслями я не заметила, как подошла девушка, сидевшая рядом по дороге в академию.

– Все нормально? – встревоженно уточнила она.

– Вроде да. Спасибо за участие.

– Ты летела мощно! Хорошо, что не сильно ударилась. С другой стороны… – Она хитро подмигнула. – Не успела начать учиться, а на тебе побывал симпатичный старшекурсник. Это же успех. Согласись?

Я прыснула в кулак, признавая правоту новой подруги.

– Данарина, – представилась она и добавила, выглядывая у меня из-за плеча: – Производит впечатление, согласись? Даже не верится, что мы будем здесь учиться. Когда я поступила, думала, папа сойдет с ума от гордости. Он похвастался, кажется, всем нашим родным. И своим деловым партнерам тоже.

– Схожие чувства, только мои родители в гордый экстаз не впали, – призналась я и тоже представилась: – Тея.

– Интересно, куда идти? – спросила Данарина, растерянно оглядываясь.

Я проследила за ее взглядом. Похоже, в замешательстве находились не только мы. Все спустившиеся с трапа новички растерянно стояли на причале или тропинке и боялись пройти в глубь двора академии. Территория была еще неизведанной, и от этого особенно пугающей.

– Хороший вопрос… – пробормотала я. – Может, нас все-таки отсюда заберут? Не бросят же на произвол судьбы?

Тем временем к причалу прибыло еще одно транспортное средство – небольшой одноместный левиатор, похожий на колесницу, в которой на древних фресках разъезжали боги. Да и девушка в нем была похожа на богиню. Яркая, темноволосая и гибкая, как лоза. Стало понятно, к кому так торопился блондин, что даже меня на своем пути не заметил.

Девушка сошла на берег, щелкнула пальцами, и левиатор превратился в бусину, упавшую на ладонь. Ее девушка привычным жестом убрала во внешний карман сумки и, взвизгнув: «Рианчик!» – кинулась в объятия парня прямо с причала. Он подхватил ее за талию, прижал к себе и, совершенно не стесняясь, поцеловал.

Смутившись, я отвернулась.

Девушка была яркая, запоминающаяся и красивая. Такие знают себе цену. И, конечно, всегда встречаются с самыми классными парнями. Остальным достается то, что не разобрали они. С Рианом они смотрелись превосходно.

Но чужие объятия сейчас меня занимали значительно меньше, чем насущные проблемы.

– Нас что, тут забыли? – слышалось со всех сторон. И мне, честно сказать, хотелось примкнуть к этому возмущенному ропоту. Сколько можно ждать?

Впрочем, я рано начала злиться. По дорожке к нам шел высокий мрачный мужчина. Черный костюм был ему велик и сидел мешковато. А движения казались резкими, немного суетливыми. Неприятный тип.

– Следуйте за мной, – без улыбки произнес он и, не оборачиваясь, направился в сторону левого корпуса, который примыкал к основному зданию почти вплотную.

– Мужское крыло, – коротко прокомментировал он, остановившись в просторном холле, и указал кивком вправо. – Узнаете номер своей комнаты на ресепшене. Женское крыло – налево.

Мы с Данариной переглянулись и пошли к стойке. Успели одними из первых. Оказалось, что можно заселиться вдвоем. Нам пошли навстречу и дали ключи от комнаты на втором этаже. Маленькая, но очень приятная победа.

Оказалось, что там уже живет невысокая полненькая девушка с русыми волосами.

– Сильва, – представилась она и снова уткнулась в книжку. Девушка была неразговорчивой, бледной и болезненной на вид. Надеюсь, я не стану такой, отучившись в академии какое-то время.

– А ты давно заселилась? – жизнерадостно поинтересовалась Данарина, словно не замечая усталости нашей соседки.

– Неделю назад, – послушно отозвалась девушка и уткнулась в книжку.

– Здорово! Я не знала, что так можно! – Данарина кинула сумку на ближайшую кровать и начала изучать комнату. – Я бы тоже приехала пораньше.

– Просто я второкурсница, – с легким превосходством ответила Сильва. – Нам разрешено приезжать раньше, чтобы подготовиться к учебе.

Я удивленно посмотрела на Сильву. Второкурсница, а в комнате одна? Очень странно. Неужели за год не нашла подруг? Или хотя бы приятельниц, с которыми можно жить в одной комнате, готовиться к занятиям и ходить в столовую? Это так странно. Вон мы с Данариной познакомились, пока переплывали на корабле Риван.

Я поняла, что отношусь к нашей новой соседке настороженно. Конечно, есть люди-одиночки, которые всю жизнь сами по себе, им не нужна компания, они не стремятся быть в толпе и окружать себя многочисленными приятелями. Но даже они, как правило, имеют парочку близких людей.

– Сильва, а у тебя есть парень? – К счастью, этот вопрос задала не я, а Данарина, хотя он вертелся на языке и у меня.

Сильва посмотрела на нас так, словно Данарина спросила что-то совсем уж неприличное. Да, согласна, вопрос не самый тактичный, но и ужасного в нем ничего нет.

– Нет. А если вы не хотите вылететь, и у вас не будет. Поступая сюда, вы на что рассчитывали? На богатого потенциального мужа или блестящее образование?

– Не вижу противоречия, – заявила Данарина и упала на кровать, с наслаждением раскинув руки.

– Не видишь, пока не начала учиться, – зло ответила Сильва и снова уткнулась в книжки.

Я осторожно заметила, вспомнив Риана и его красивую девушку в алом платье:

– Смотрю, тут многие, не стесняясь, обнимаются на ступеньках. Значит, кому-то хватает времени крутить романы и учиться.

– И ты тоже! – хмыкнула Сильва и отложила в сторону карандаш, которым делала заметки на полях. – Поймите, то, что разрешено одним, для других – недостижимая мечта. Здесь много детей аристократов. У них отличное образование, высший уровень силы, поддержка рода. Их судьба уже предопределена, а магический уровень растет от курса к курсу. Их ценят, и они могут делать все, что угодно. И есть мы, простые смертные, которые попали сюда случайно.

– Ну, а вдруг мы не простые смертные? – лукаво уточнила Данарина, явно поддразнивая.

– Тогда вас поселили бы не сюда, а в отдельные апартаменты этажом выше, – хмыкнула Сильва. – Вы в той же ситуации, что и я. А значит, нужно держаться за крупицы своего потенциала и много работать для того, чтобы через полгода не вылететь отсюда нулевкой.

– То есть, – потрясенно уточнила я, – потенциал может исчезнуть совсем?

– А ты как думала? – фыркнула Сильва. – Многие с маленьким потенциалом рвутся сюда в надежде, что к концу обучения он сравняется с потенциалом истинного потомка богов. Но глупцы не знают: если теоретически возможен рост, то возможна и деградация. Нужно быть очень старательным и очень осторожным.

После этого разговора стало как-то не по себе, и мы замолчали. Я отошла к кровати у окна и начала изучать свой угол. Шкафы делили комнату на три личные зоны. У каждой из нас имелся свой уголок, а в середине стояли небольшой диванчик и длинный письменный стол, который сейчас занимала Сильва. Но при желании за ним без проблем можно разместиться втроем.

Я ушла в свой угол, чтобы обустроиться. Старинный шкаф, такая же древняя, но крепкая и с виду удобная кровать, стопка постельного белья, книжные полки и тумбочка. Вот и все убранство.

Не то, к чему я привыкла, но вполне мило, если обжиться. Не верилось, что тут придется провести следующие четыре года своей жизни.

Я распаковала чемодан, разложила прихваченные из дома милые сердцу вещи (портрет Нисса и лежанку для Коша), и мой уголок стал немного уютнее.

– А форму нужно надевать уже сейчас? – спросила Данарина, озадаченно разглядывая недра шкафа.

– Да, конечно, – поджала губы Сильва. – А как иначе?

– Ну, не знаю, – отозвалась черноволосая. – А они, вообще, угадали наш размер?

Меня этот вопрос тоже интересовал. На плечиках рядком висели форменные платья, несколько белых блузок, брюки, внизу стояла обувь. На первый взгляд все великовато.

– Никто и не угадывал, – отмахнулась Сильва. – Надевайте, в одежде магия, все вещи сядут так, как нужно.

– Ух ты, здорово! – обрадовалась Данарина. – Люблю такие вещи! Они идеально садятся по фигуре, у меня парочка имеется. Но стоят! – девушка восторженно присвистнула.

У меня ничего подобного не было. Как раз по причине, озвученной Данариной. Как же финансируется академия, если тут у каждого студента таких вещей целый шкаф?

Чтобы убедиться еще раз, я сунула нос на полки – все вещи новые, с бирками столичных модных домов.

Пока я рассматривала новую одежду, которая радовала и качеством, и фасоном, но смущала тем, что все будут выглядеть одинаково, воздух в центре комнаты сгустился, и в мерцающем энергетическом шаре появилось красивое женское лицо с заостренными чертами.

– Лери Ария! – Сильва даже подскочила, а мы с Данариной только переглянулись и с подозрением уставились на светящийся шар в центре комнаты.

– Студенты, общее собрание через полчаса в актовом зале! – холодно произнесла женщина. – Не опаздывать. Первокурсников ждет церемония выбора стихии.

Шар развеялся, а Данарина удивленно пробормотала:

– Так быстро? Я думала, сегодня нам дадут время, чтобы обустроиться.

– Привыкай, – довольно заявила Сильва. – Свободного времени у тебя теперь не будет.

– И куда нам идти? – спросила я.

– В актовый зал, ты же слышала, – ответила Сильва. – Если соберетесь быстро, я вас провожу.

Данарина переоделась со скоростью света. Схватила первое попавшееся платье. Оно немного поискрило и село точно по фигуре. Темно-синий цвет девушке удивительно шел, массивные серебряные браслеты на руках подчеркивали дорогую ткань и индивидуальность моей соседки. А вот Сильва в похожем платье выглядела иначе – бледная, унылая, скучная.

Я, в отличие от Данарины, застряла перед шкафом. Выбрала длинную юбку и жакет к ней, но усаживался костюм дольше, чем платье. Может, моя фигура была не такой стандартной? А еще нужно забрать волосы…

Как назло, завибрировал связной артефакт.

– Девочки, а очень сложно найти этот актовый зал? – с тоской спросила я.

– Да нет… – Сильва пожала плечами. – Везде указатели висят.

– Замечательно! Тогда не ждите. Доберусь сама. А то неловко, что задерживаю вас.

– Да ладно, – начала Данарина, – мы подож…

– Хорошо, сама, так сама, – перебила ее Сильва. Наткнувшись на недоуменный взгляд Данарины, добавила: – Но ты, если хочешь, тоже можешь не спешить. Я пойду. Не собираюсь опаздывать из-за того, что кто-то долго копается.

– Идите, – еще раз сказала я, чувствуя себя совсем неловко. – Доберусь сама и постараюсь не опоздать.

Девчонки ушли, а я схватилась за связной. Конечно же, это пыталась достучаться мама. Я перекинулась с ней парой слов, уверила, что у меня все хорошо и устроилась отлично, и отключилась, сообщив, что опаздываю. Подогнала по фигуре юбку и жакет, расчесала волосы и на ходу заплела свободную косу. В строгом костюме с забранными волосами я, кажется, даже выглядеть стала старше.

Оставалось еще целых двадцать минут до начала мероприятия, но все равно я спешила. Кто знает, вдруг не сразу найду зал? Мы шли сюда весьма запутанным маршрутом.

Глава 2

Чтобы бестолково и очень долго не блуждать, я подошла к стойке, за которой пряталась маленькая сморщенная кастелянша. На тонкий нос были надеты очки в роговой оправе. Бабулька увлеченно вязала, имея вполне миролюбивый, хоть и немного отрешенный вид.

– Простите, – тихо произнесла я, – а вы не подскажете, как пройти в главный актовый зал?

– Я что тебе, справочное бюро? – недовольно проскрипели из-за стойки, и я растерялась. – Каждому, что ли, должна объяснять? Иди направо по коридору, а там для таких, как ты, везде стрелки нарисованы! Как вы только поступать умудряетесь, бестолочь на бестолочи!

– Спасибо… – потрясенно пробормотала я и поспешила уйти. Всегда терялась, слыша хамство в ответ на вежливый вопрос.

В коридоре в основном топтались такие же потерянные первокурсники, как и я, или ребята постарше, в домашней одежде. Первые сами не знали, куда идти, а вторые даже не собирались. И те, и другие смотрели словно сквозь меня. У всех было полно своих дел. Да и я не торопилась знакомиться.

Огляделась по сторонам и, стараясь сохранять уверенность, свернула туда, куда указала кастелянша. Как-то здесь люди учатся? Значит, и я разберусь. Очень не хотелось чувствовать себя той самой бестолочью.

Коридоры академии были длинными, мрачными и запутанными, а актовый зал находился в соседнем корпусе. Там же располагались аудитории и столовая. Я внимательно изучила план на стене, закусила губу и пожалела, что связной артефакт не умеет запечатлевать картины. Приходилось запоминать. Надеясь, что не ошибаюсь, я пошла по длинному коридору. Мимо пробежали двое парней, едва не сметя меня с дороги, за ними поспешили девчонки, и я успокоилась. Значит, двигаюсь правильно.

Гулкое эхо шагов раздавалось по коридору. Я ступала осторожно, но все равно казалось, идет не человек, а подкованная лошадь.

Чтобы попасть в главный корпус, необходимо было пройти по узкому и длинному подземному переходу. Жутковатое место – каменный влажный пол, кирпичные стены, плавно переходящие в низкий потолок, и слабое освещение, которое, казалось, исходило от самих сводов. На стенах местами сохранился толстый слой штукатурки, исписанный всевозможным студенческим креативом.

Я не торопилась и с удовольствием осматривалась по сторонам. Узрела несколько недописанных заклинаний и пару закрашенных надписей явно неприличного содержания. Остальной креатив крутился вокруг еды: «Мы идем на ужин», любви: «Ирэн – ты классная» и студенческих страданий: «Ненавижу сессию».

Дорога, которая изначально показалась не такой сложной, завела меня не пойми куда. Люди пропали, потолки стали ниже, и я поняла, что не имею ни малейшего представления, куда идти.

– Чтоб вас съели твари преисподней! – выругалась я и испуганно огляделась.

Со всех сторон – старая каменная кладка и ни намека на цивилизацию. Я осторожно сделала несколько шагов и решила, что разумнее всего повернуть назад.

Коридор напоминал самый настоящий лабиринт. Не похоже, что им пользуются каждый день. Паутина под потолком и на стенах, влажный пол и звук капающей воды где-то далеко. Воздух стал тяжелым, пропитанным сыростью и плесенью. Несколько раз на стенах мелькали неясные, похожие на силуэты людей тени, заставляя отскакивать в сторону и вздрагивать. Мне казалось, я повернула назад, но вместо того, чтобы выйти к знакомым местам, похоже, я, наоборот, уходила дальше и дальше по сырому и страшному подземелью, освещенному лишь странной магией.

Стало жутко. На миг представилось, что произойдет, если я не найду дорогу обратно. Обдумать ужасающие подробности я не успела, услышав впереди непонятный речитатив. Заметалась, не понимая: то ли, поддавшись страху, бежать куда глаза глядят, то ли, вняв голосу разума, кинуться в сторону, откуда слышится звук человеческого голоса.

Стадный инстинкт победил. Я бросилась на звук. У стены, спиной ко мне, стоял высокий черноволосый парень в обтягивающей водолазке без горла и кожаных штанах. Он развел руки в стороны. От пола к кончикам пальцев веером поднималась вода. Она словно образовывала два крыла наподобие тех, какие бывают у летучих мышей.

Парень, видимо, услышал шаги. Он резко уронил руки. Вода с брызгами разлилась по полу, замочив подол моей юбки и носки туфель, а потом с шипением испарилась, словно ее и не было. Парень развернулся ко мне, уставившись злыми сине-зелеными глазами совершенно нереального морского оттенка. Он явно не ожидал увидеть тут кого-нибудь.

– Ты что здесь забыла? – прошипел он и резко шагнул навстречу.

Я испуганно икнула и попятилась к стене.

– Я заблудилась.

– Да ладно? – с издевкой произнес он, практически прижав меня к стене.

Стало страшно. Что он тут делает? Что это за место? В конце концов, кто он?

– Я правда оказалась тут случайно. Задержалась в комнате чуть дольше, и соседки ушли без меня. Попыталась их догнать и оказалась тут. Я ничего еще здесь не знаю!

– Случайно?

Голос молодого человека звучал недоверчиво, хотя из глаз постепенно уходило колдовское пламя. Они остались необычайно яркими, сине-зелеными, но уже выглядели вполне человеческими. Парень остановился прямо передо мной. Так близко, что я чувствовала свежий, морской запах его туалетной воды.

– Тут сложно оказаться случайно. Может, хочешь прогуляться со мной к ректору и объяснить свою нехорошую привычку появляться в ненужное время в ненужном месте?

– Да какая привычка! – возмутилась я. – Я всего лишь хотела дойти от своей комнаты до актового зала! Если сюда нельзя ходить, как я, вообще, смогла тут оказаться?

– Хороший вопрос… – задумчиво произнес синеглазый и помрачнел. – Мне тоже очень хочется знать.

Я попыталась бочком ускользнуть, плотно прижимаясь спиной к стене. Не знаю, что меня так сильно испугало – темное колдовство в стенах академии, темные коридоры или холодный, злой взгляд незнакомца. Развернувшись, я наконец побежала и неслась до тех пор, пока не осознала, что вообще не понимаю, где нахожусь.

Глаза защипало от слез. Я закрутилась на месте, не в силах понять, куда двигаться. Тут из-за спины раздалось немного раздраженное «М-р-р-р?». На полу сидел Кош и смотрел на меня с укоризной. Дескать: «Ну что ты, хозяйка, какая глупая?»

Едва я повернулась, демонический кот поднялся и резво потрусил по коридору. Я радостно кинулась следом. Мы несколько раз повернули. За очередным поворотом поганец просто растворился в воздухе, а я растерянно замерла в центре длинного коридора.

Гулкие шаги настигли меня почти сразу. Я дернулась, снова прижимаясь спиной к стене. По коридору бежал худой длинный парень. Увидев меня, он шарахнулся в сторону, но потом притормозил и с мольбой в голосе произнес:

– Ты меня тут не видела! Ладно?

– Хорошо… – растерянно ответила я, а парень бросился дальше.

– Ты куда? – крикнула я вслед, но не получила ответа и поэтому кинулась следом, рассчитывая, что он выведет меня «в люди». Добежала до ближайшего поворота и снова растерянно замерла на развилке. Парня и след простыл, и я снова оказалась одна. Правда, этот коридор был шире, и на стенах снова появились надписи. То есть в этом месте студенты бывали.

– Эй! – раздалось за спиной, и я повернулась, подпрыгнув от неожиданности. – Ты что тут делаешь?

– Я?

Голос пропал, так как сзади стоял Риан. И я даже примерно не могла предположить, как парень тут очутился. Готова была поклясться – секунду назад никого не было.

– Ну не я же? – Он усмехнулся, но глаза оставались холодными. Как и у незнакомца из тоннеля. Да что они все тут скрывают?

– Заблудилась и не могу выйти к актовому залу, – со вздохом ответила я, уже ожидая, что мне не поверят.

– Ну, это ты зря.

– Заблудилась зря?

– Да. Первое время тут не стоит ходить в одиночку. Есть шанс свернуть не туда. А коридоры в академии запутанные. Говорят, бывали случаи, что заплутавших так и не находили. Ты же не хочешь оказаться в их числе?

Сказано было с усмешкой. Да и звучало, словно шутка. Но почему-то от этих слов мне стало не по себе.

– И что мне делать?

– Искать провожатого.

– И где я его найду? – искренне удивилась я.

– Ну, а я чем тебя не устраиваю? – поинтересовался Риан и улыбнулся, заставив мое сердце почти выскочить из груди. – Пойдем, я тебя выведу из этих катакомб! В конце концов, я немного тебе должен, – предложил он и протянул руку.

Я подозрительно посмотрела на его ладонь, но принять ее не решилась. Было в этом жесте что-то слишком интимное. Да и сокращать дистанцию с чужим парнем – не лучшая идея. Поэтому просто сделала вид, будто не заметила жеста, и спросила:

– Куда идти?

– За мной, – усмехнулся он и двинулся в темный проход.

Я послушно пошла, не теряя из виду его широкую спину в черной кожаной куртке, совсем не похожей на форменную одежду. Мы довольно быстро вышли в широкий коридор, который вел в просторную галерею. Вот это уже больше походило на нормальную академию, а не на подвалы для пыток.

Свои подозрения я высказала Риану.

– Академия располагается в старинном замке. Она стоит на острове с того времени, когда боги еще жили на земле, – неожиданно начал он. – Строение очень древнее. Ходят слухи, будто катакомбы строились еще по приказу богов. Якобы люди, которые спускались под землю, становились законными жертвами высших сил. Но не беспокойся. Это всего лишь легенды. Сейчас тайные проходы, как правило, закрыты, чтобы нерадивые студенты не сгинули в безвестности. Сама понимаешь, в лабиринтах, созданных богами, смертным делать нечего. Даже если боги давно покинули это место.

– Думаешь, я случайно попала в тайный проход, который чаще всего закрыт?

Я затаила дыхание.

– Ну, проход тайный не для всех. И случайно попасть в него очень сложно.

– Но…

– Ты была там совсем одна?

Я растерялась. Сразу вспомнился парень, умоляющий не говорить о том, что я его видела. И еще один. Тот, первый, ни о чем меня не просил. И, вообще, был самым настоящим хамом! Поэтому я сдала его без зазрения совести:

– Я видела там одного мага воды.

– Темноволосого? – тут же уточнил Риан.

– А как ты догадался?

– Это Элай. Мой кузен. Он следит за порядком…

– Что-то типа дежурства? – уточнила я, а Риан засмеялся.

– Можно и так сказать, – заключил он. – А сейчас нужно торопиться. И в следующий раз не отставай от подруг.

Риан ухватил меня за руку и потянул за собой. Этот ничего не значащий жест неожиданно смутил меня. Подняв голову, я поймала насмешливый взгляд. Глаза парня снова были цвета молочного шоколада. На губах застыла едва заметная улыбка, от которой замерло дыхание. Чувствуя, как вспыхнули щеки, я вырвала ладонь из его руки и рванула по коридору, слыша за спиной смешок.

Риан догнал меня через несколько шагов, и в актовый зал мы зашли вместе, опоздав к началу церемонии буквально на пару минут. Наше совместное появление вызвало необычайный интерес. Недовольно прищурила глаза девушка Риана, сидящая у самого выхода, и я поняла: с ней лучше в ближайшие дни не пересекаться.

Несколько старшекурсников кинули на меня заинтересованные взгляды, видимо, гадая, что могло связывать новенькую и Риана, который тут был, несомненно, популярен. Мои девчонки радостно замахали с пятого ряда, жестами показывая на занятое для меня место. На губах Данарины играла хитрая усмешка, а Сильва (кто бы сомневался) просто неодобрительно хмурила брови.

Пробиралась на свое место я с четким ощущением, что мне предстоит допрос с пристрастием, к счастью, чуть позже. Сейчас же нас ожидало торжественное собрание. Судя по количеству людей на сцене, быстро оно не закончится.

– Уважаемые старшекурсники и вновь прибывшие! – хорошо поставленным голосом приветствовала нас высокая, статная женщина лет тридцати пяти – сорока. В ее ушах сверкали бриллианты, а длинное, в пол, платье с корсетом подчеркивало нереально тонкую талию. – Я рада приветствовать вас в Академии Стихийной Магии – лучшем учебном заведении нашей империи. Я – лери Ария аш Никс, ректор этого уважаемого заведения. И, как ректор, спешу представить вам нашего попечителя. Человека, благодаря которому мы имеем такую серьезную материально-магическую базу. Человека, который никогда не бросает нас в беде и помогает как финансово, так и морально. Его святейшество, кузен императора Танарин аш Ройт!

– А это папочка того типа, который проводил тебя до актового зала, – припечатала Сильва.

В ее голосе звучала неприкрытая злость. Соседка словно говорила мне: смотри, кто ты, а кто он! Я похолодела. Риан императорской крови? А парень в коридоре – его кузен… Кем он приходится императору? С кем я связалась? И как мне снова стать незаметной?

Попечитель не понравился мне с первого взгляда, едва он шагнул на сцену и поправил блеснувшие рубинами запонки. Было в этом сорокалетнем мужчине что-то отталкивающее. Его правильная, выверенная речь могла заворожить всякого, но холодный взгляд рыбьих глаз заставлял сомневаться в любых словах.

Лер аш Ройт рассказывал об академии, привилегиях и перспективах. О блестящем будущем, которое ждет нас по окончании сего замечательного заведения.

Полные энтузиазма слова должны были заставить нас воодушевиться и загореться. Мы обязаны выйти отсюда окрыленными, с мечтой учиться и стать лучшими, но мне почему-то стало страшно. Я поняла: желание оставаться здесь дальше стремительно падает. Надеюсь, преподаватели тут не такие? От того, чтобы выскочить из зала и связаться с мамой с криком: «Забери меня отсюда!» – удерживала одна мысль: вряд ли придется видеть попечителя так уж часто. Раз-два в год на мероприятиях, и все. Риану повезло меньше. Не хотела бы я иметь такого папочку.

– А сейчас вас ждет самое серьезное! – Слово снова взяла ректор, которая светилась слишком уж благожелательной улыбкой. – Выбор стихии! Это ответственное и важное мероприятие для любого новичка! День, когда во многом определится ваша дальнейшая судьба.

– Старшие курсы могут быть свободны. Расписание висит на обычном месте. А вот будущие первокурсники вместе с профессором аш Пантосом спустятся в тренировочный павильон номер один. Именно там вам предстоит пройти испытание стихией. Желаю всем удачи!

– Нам тут дадут стихию! – восхитилась Данарина. – Я думала, это происходит позже. Ну, к концу первого курса! Так волнительно!

– Не дадут, – снисходительно ответила Сильва. – Она сама тебя выберет. Или… – девушка сделала театральную паузу. – Не выберет.

– А что, и такое может быть? – удивилась я, чувствуя подступающее волнение.

– Редко, но случается, – пояснила соседка.

– И как тогда учиться без стихии?

– Никак. – Сильва пожала плечами. – Студента, не прошедшего аттестацию, отправят домой или на материк. Значит, его сила так мала, что ею не заинтересовалась ни одна стихия. Такие тут не нужны.

Сильва холодно улыбнулась и поднялась, чтобы вместе с остальными старшекурсниками уйти. Мы с Данариной остались наблюдать за тем, как стремительно пустеет зал. Я растерялась и даже не спросила, как проходит выбор стихии! Впрочем, спрашивать что-то у Сильвы не очень приятно. Дружелюбной нашу соседку назвать сложно. Но вопрос выбора стихии волновал сильно.

Стало страшно, и руки увлажнились. Я и в академию попала не с первого раза, а теперь еще это испытание! А что, если меня не выберет ни одна стихия? Не перенесу, если придется отправиться домой ни с чем.

Зато Данарина, казалось, не переживала.

– Неужели ты не волнуешься? – спросила я.

Она удивительно легкомысленно от меня отмахнулась.

– Нет.

– А вдруг тебя не выберет стихия?

– Это вряд ли, – отозвалась она. – У меня тут учился брат. Он был водным. Очень удивлюсь, если меня выберет огонь или не выберет ни одна.

– Брат?.. – уточнила я, хотя, по идее, надо бы спросить о ритуале и том, какая именно водная стихия была у брата Данарины.

– Он погиб…

– Тут? – дрогнувшим голосом спросила я.

– Не совсем, – уклончиво отозвалась моя новая подруга.

Я поняла, что разговор ей неприятен, поэтому не стала настаивать.

В зале осталось человек тридцать – наш набор. Негусто, но одним из принципов работы академии был индивидуальный подход к каждому ученику.

Профессор, тот самый неразговорчивый надменный мужчина, который провожал нас в комнаты, ожидал студентов у выхода. Мы подтянулись к нему и образовали переговаривающуюся и пихающуюся толпу.

– Рекомендую не толпиться и построиться нормально, – сказал преподаватель очень тихо, но его услышали.

Гул голосов прекратился, и студенты начали суетливо перестраиваться, пытаясь образовать подобие колонны. Чтобы нас не разбросало в разные стороны, мы с Данариной взялись за руки и оказались примерно в центре нестройной очереди. Перед нами стояли три одинаковые светловолосые девушки. Я даже не думала, что так бывает. Знала, на свете существуют тройняшки, но не ожидала встретить их на потоке.

Симпатичные девчонки, конечно же, привлекли внимание. Впереди них стояли два парня и постоянно оглядывались, а сзади напирали еще двое. Так и пришлось пропустить их, чтобы не пыхтели в уши и не пытались затоптать.

– Рад, что вы наконец привели хаос к какому-то порядку, – отозвался профессор, окинув нас усталым презрительным взглядом. – Следуйте за мной.

Мы гуськом посеменили за преподавателем. Со всех сторон раздавались перешептывания. Радовало, что не одна я не знала, как происходит выбор стихий. Странно, ведь у многих здесь учились родители. Неужели никто не рассказал? Возникает вопрос, почему?

Шли мы долго, все теми же подземными переходами, больше напоминающими лабиринт. В какой-то момент даже показалось, что нас собираются завести и бросить на произвол судьбы. Одна я точно отсюда не выберусь. Но наш провожатый шел уверенно, и, преодолев несколько поворотов, спусков и подъемов по узким лестницам, мы оказались в просторном, похожем на убежище зале без окон, с высокими потолками и полом, на котором было странное покрытие. Не мягкое, но немного пружинящее. На такое, наверное, не больно падать.

– Именно с этого момента начинается ваше обучение, – начал профессор, убедившись, что мы все встали, образовав круг в центре полутемного зала. – Академия Стихийной Магии – удивительное место. У нас особая система обучения, свои законы и правила. Поступив сюда, вы автоматически согласились не только следовать им, но и держать в секрете многое из происходящего здесь. Прежде чем мы приступим к церемонии, потребуется магическая клятва. Все произошедшее в этом зале навсегда останется в вашей памяти и никогда не выйдет за ее пределы.

Глава 3

В центре нашего круга вспыхнуло пламя. Один из помощников в наброшенной на плечи мантии с капюшоном поднес профессору нечто, напоминающее рапиру. Только заканчивалась она не острием, а чем-то напоминающим печать.

Я похолодела, поняв, что нас ждет.

Хотелось заорать «нет!» и убежать. Кажется, это желание возникло не только у меня. Многие взволнованно переглядывались.

– Это ваш последний шанс, – с кровожадной улыбкой сказал профессор аш Пантос и опустил рапиру в огонь. Металл нагрелся докрасна, а сама печать размером с разменную монетку в пять тьенов начала светиться изумрудным цветом.

Как ни странно, не ушел никто. Мы с Данариной стояли недалеко от преподавателя, и начал он именно с нашей стороны.

– Вы должны подставить руку.

Аш Пантос вытянул свободную руку, раскрыв ладонь. Он ждал, что мы поступим так же.

«То есть ожог будет на самом видном месте!» – пронеслось в голове. Но ведь ни у кого из адептов я не видела отметин.

Сбоку кто-то неприлично выругался. Видимо, ставить клеймо начали с парней. Потом тонко вскрикнула девушка, зарыдала следующая, и пришел мой черед протягивать ладонь. Я зажмурилась и сжалась, ожидая адской боли, но в целом все оказалось терпимым. Миг, словно прислонила руку к горячей сковородке, а потом никаких ощущений. Я открыла глаза и увидела, как на моей коже бледнеет магический, светящийся зеленым герб академии. Боль прошла, а вместе с ней исчезли и видимые результаты ритуала. Ни ожога, ни магических знаков – обычная кожа.

– Это все? – удивился кто-то из парней, разглядывая свою ладонь.

– А вы хотите еще? – На губах профессора даже мелькнула улыбка, и по кругу пролетело нестройное: «Нет уж!»

– Я тоже думаю, что с вас достаточно. На первый день… – загадочно добавил он, и мне стало немного не по себе. – А теперь приступим к самому главному. К тому, ради чего вы пошли в это высшее учебное заведение. Именно здесь мы попробуем пробудить вашу стихию. Вы знаете, что в мире существуют две глобальные стихии – огонь и вода. Но вода, как переменчивая стихия, делится на две подстихии. Одна статическая – сила льда, а другая подвижная – сила волны. Ледяные маги владеют магией льда и холода, а вот маги волны повелевают морскими течениями, ветром и погодой. Магия огня более предсказуема. Пламя либо принимает тебя, либо нет. Огонь честнее, чем переменчивая вода и следующий за ней ветер.

– Но почему стихия не определяется с рождения? – спросил кто-то.

Я думала, профессор отчитает наглеца, но нет, аш Пантос ответил. Причем мне даже показалось – с удовольствием.

– Мы не зря носим гордое название академии стихий. Пойди вы в любое другое учебное заведение, вы бы так и не узнали, являетесь ли частью какой-нибудь стихии. Там это неважно. Там используют внутренний магический потенциал. Ну и потом… Мы не зря считаемся сильнейшей магической академией в империи. Стихии не выбирают слабых. Слабых телом, духом, потенциалом. Тут собрались лучшие. Те, в ком есть стихия.

– А в других академиях, получается, худшие? – саркастически спросил кто-то из толпы.

– Видимо, так, – усмехнулся в ответ преподаватель.

– Но есть же те, у кого сильный потенциал, но кто выбирает заведение попроще? – тихо произнесла одна из близняшек. – Они могли бы стать магами стихий, но просто не захотели. Они тоже хуже?

– Безусловно, есть и такие, – не стал спорить преподаватель. – Но вы забываете про две составляющие, необходимые магу-стихийнику: силу тела и духа. Сильные телом и духом склонны выбирать для себя лучший, пусть и более сложный путь. И этот путь приводит их именно сюда.

– То есть в Академию Стихийной Магии.

– Да. Все вы оказались здесь не просто так. Все вы достаточно сильны и амбициозны, чтобы находиться в гармонии со стихией. Те, кто выбрал другие специальности, другие академии или вообще забыл о своем магическом потенциале, просто недостойны стихии, даже если и могли бы ее получить. Но и из присутствующих здесь, увы, дальнейший путь продолжат не все.

– И что будет, если нас не выберет стихия? Нас отправят домой?

– Академия имеет теоретический факультет на материке. Также вы сможете выбрать магическое образовательное учреждение рангом ниже. Мы учим раскрывать свой потенциал и договариваться со стихией. Заметьте, это очень важное уточнение. Договариваться со стихией, а не повелевать ею. Стихия либо есть внутри вас, и тогда вы сможете использовать силу огня или воды, либо вашей магии недостаточно для того, чтобы она служила проводником для такой мощной энергии. Раз у нас зашел столь интересный разговор, пожалуй, не помешает немного практики. Смотрите.

Маг сделал пасс, и перед ним появилось облако из сверкающих частиц, которые начали сливаться в иллюзорное изображение графина с водой и маленькой стопки.

– Если мы попробуем перелить воду из графина в стопку, не получится ничего, вода просто не поместится в емкость, – начал рассказывать профессор, демонстрируя свои слова и показывая, как ничтожно мало воды вмещает стопка. – Даже если мы возьмем стопочку побольше или стакан, все равно вода в графине останется. Это схема взаимоотношений обычного мага со стихией. Он может прибегнуть к силе огня или воды, взяв немного, словно взаймы, но никогда не станет частью магии. Маг-стихийник выглядит иначе.

Очередной взмах рукой, и картинка поменялась. Теперь перед нами возникли две чаши, соединенные друг с другом трубками. В чашу побольше постоянно текла жидкость, плавно переливаясь в меньшую, а оттуда по сообщающейся трубке снова попадала в первый сосуд. Картина завораживала, так как жидкость, символизирующая магическую энергию стихии, постоянно циркулировала между чашами.

– А теперь представьте, что маленьких чаш больше.

Щелчок – и появились еще сосуды, сообщающиеся с основным. А потом еще и еще.

– Вот это магия стихии, – сказал преподаватель. – Именно поэтому не все из вас смогут получить отклик сейчас. Когда мы принимаем вас в академию, мы отсекаем все «стопки», но мы неспособны определить, что у вас внутри: сообщающийся сосуд или стакан. Это и станет известно сейчас.

– То есть человек с большим потенциалом может не стать магом стихии, а человек с меньшим – запросто? – с любопытством спросила Данарина.

– Да. Если потенциал очень маленький, маг не станет стихийником, все же потенциал – одно из основных условий. Но даже потенциал выше среднего не всегда гарантирует стихийность. Тут больше влияет наследственный фактор. Если ваши родители стихийные маги, с большей долей вероятности вы сможете последовать по их стопам. Если ваши родители не пробовали открыть стихию, тут пятьдесят на пятьдесят. А вот если ваши родители уже были здесь и ушли ни с чем, шансы невелики. Именно поэтому мы спрашиваем о наследственности. Многие оскорбляются, получив отказ лишь из-за того, что обладают печальным анамнезом (когда оба родителя не прошли испытание), но, по сути, все делается для вашего же блага. Иногда проще вообще не получить шанс, чем не суметь использовать предоставленный.

Мне стало страшно. Я не слышала, чтобы кто-то из моих родителей пытался поступить в Академию Стихийной Магии. Всегда считала, это потому, что их потенциал слишком низкий. Но вдруг попытки были, и они закончились неудачей? Может, есть причина, по которой мама была категорически против? Хотя… если она была против, то почему не сказала, что она или папа провалили испытание? Тогда бы меня просто не взяли. С моим уровнем силы и таким родительским анамнезом.

Эти мысли заставили нервничать. Я почувствовала, как вспотели ладони. Поскорей бы все закончилось. Могла ли я подумать, что поступление в академию не гарантировало обучения? Вылететь, не успев посетить ни одну лекцию, очень обидно.

– Думаю, теоретических знаний на сегодня достаточно, – произнес профессор. – Стоит перейти к практике.

Аш Пантос шагнул в центр образованного абитуриентами круга и взмахнул руками. Вокруг него вспыхнули три вихря – алый, снежно-белый и синий. Когда энергия стабилизировалась, они превратились в три пульсирующих шарообразных сгустка: красный, синий и белый.

Понимая, что решается наша судьба, мы затаили дыхание. Разрезая ряды студентов, словно горячий нож масло, к символам стихий двинулись три фигуры в балахонах. Я едва сдержала вскрик, когда справа от меня прошел человек, закутанный в белый плащ. Под капюшоном виднелся ледяной череп. Я повернула голову в сторону синего. Там вместо лица плескалась вода, под которой угадывались пустые глазницы. Огненный помощник стоял возле пульсирующего символа энергии, под капюшоном скалился огненный череп.

По спине пробежал неприятный озноб.

– А теперь закройте глаза, – велел профессор, и магические светильники в зале погасли.

– Не жульничайте. Если хотите, чтобы выбор стихии прошел правильно, четко выполняйте мои команды. Малейшая неточность, и вы можете лишиться того, что способно навсегда изменить вашу жизнь.

В кромешной темноте виднелись только сгустки энергии и черепа на месте лиц помощников. Выглядело это жутко. Я с изрядной долей облегчения закрыла глаза и погрузилась в полнейшую темноту и тишину. Не слышно было даже дыхания стоящих рядом со мной студентов. Я будто оказалась одна, отрезанная от внешнего мира.

– Освободите мысли, – голос профессора звучал тихо и размеренно, убаюкивающе. – Вдохните полной грудью и выдохните, выпуская свою энергию через темечко. Откройте канал, который связывает вас со стихиями.

«Это как?» – пронеслось у меня в голове. Я не очень понимала, как можно выдохнуть темечком, но очень хотела получить свою стихию, поэтому старательно пыталась открыть все возможные каналы. Я готова была дышать хоть темечком, хоть ушами, да даже попой, лишь бы получить эту треклятую магию стихии.

– Представьте свою магию. Какая она? На что похожа? – вкрадчиво вопрошал голос извне. Я перестала ассоциировать голос, отдающий команды, с аш Пантосом. Казалось, слова звучат прямо в голове.

А действительно, какова моя сила? Никогда не размышляла над этим. Мне было все равно, какая стихия меня выберет. Я вообще не задумывалась над тем, какая стихия была во мне изначально. Что течет в моих венах вместе с кровью – вода или огненная лава? И если вода, то какая? Почему-то я твердо была уверена: не ледяная. Я слишком живая для колючего льда внутри. А вот огонь или вода? Тут я не могла понять и решить. «А может быть, ничего?» – испуганной птицей забилась в голове предательская мысль.

Я постаралась взять себя в руки. Нет. У меня есть стихия. Горячая, обжигающая! Я даже почувствовала жжение в кончиках пальцев, в сердце, в венах. Это огонь! Точно огонь! Как я могла сомневаться и не понимать!

– Если определились, какая у вас стихия, открывайте глаза. Сейчас начнется последний, самый сложный этап.

Я открыла глаза и удивленно ахнула. Людей вокруг меня не было, зато пространство заполнилось огненными искрами. Они летали повсюду, переливались и манили. Я завороженно протянула руку к ближайшей, но едва коснулась ее пальцами, она с тихим хлопком исчезла.

– Вам предстоит найти свою энергию. Если получится, вы останетесь в академии. Если нет… значит, стихия не приняла вас.

Снова стало страшно. Значит, неважно, что я почувствовала пламя? Оно может меня и не выбрать?

– Прошу вас, дальше только удача… – тихо закончил профессор, и я осталась один на один с сотнями сгустков энергии огня. Я была уверена: среди них непременно есть тот, что принадлежит мне.

Сначала просто ловила ближайшие искорки, но они исчезали, словно лопнувшие мыльные пузыри. Стало страшно, что я уничтожу их все, поэтому замерла и просто вытянула ладони, рассчитывая, что какая-нибудь искорка прилетит ко мне сама.

Это тоже не сработало.

Я смотрела на крупицы энергии вокруг меня и пыталась понять, как найти свою собственную. Ведь она должна отличаться от остальных. Чем дольше я смотрела на кружащиеся искорки силы, тем больше понимала: они – пустышки. Все. Может, иллюзия, может, плод моей больной фантазии, но точно не моя сила.

Понуро опустила руки, повернулась и зацепилась взглядом за крошечную, едва заметную и похожую скорее на пылинку частичку. Не знаю, чем она так сильно меня привлекла, но я протянула руку, и она упала на мою ладонь. Правда, едва коснувшись кожи, погасла, а меня выкинуло в реальный мир.

Рядом разглядывала капельку воды в руке Данарина. Эта капелька не думала пропадать. Наоборот, она с каждой секундой становилась все больше. У парня, стоящего через несколько человек от меня, в руках застыл настоящий огненный грифон размером с кошку. У кого-то в руках были шары, недалеко от меня рыдала рыжеволосая девушка, бормоча: «У меня же была снежинка! Была! Она растаяла! Как?»

– Значит, вы не смогли поддержать свою силу, напитать ее энергией. Вашей магии не хватило на это… увы.

– У меня тоже тает! – крикнул кто-то. – Это все? Что делать?

– Пытайтесь вдохнуть силу, весь свой резерв! – посоветовал профессор. – Еще не все потеряно.

Я уцепилась за эти слова, сосредоточилась, боясь даже разжать кулак, в котором была зажата потухшая частичка силы. Данарина смотрела на меня со смесью сочувствия и любопытства, а я не отвлекалась по сторонам, стараясь не слушать всхлипы – кто-то, видимо, остался совсем ни с чем. Я понимала, что нахожусь на грани и должна во что бы то ни стало собрать свой резерв и заставить его подчиниться. И у меня получилось. Скоро руке стало тепло, и я осторожно раскрыла кулак.

На ладони переливался маленький огненный шар. Капля воды Данарины была намного больше моего символа. Но самое главное, у меня была сила! Она потихоньку росла. Сначала она стала с голубиное яйцо, потом с куриное, а потом по огненной скорлупе пошли трещинки, и на моей руке примостилась маленькая огненная птичка с красивым хвостиком – мой тотем. Стихия не просто признала меня, но и обрела форму. Насколько я знала, это очень хорошо.

Капля воды Данарины так и осталась каплей воды, хоть и была размером с хорошую дыню. Парень рядом со мной с интересом разглядывал на своей руке снежинку. Его символ тоже не спешил менять форму.

Сами сгустки энергий в центре зала сейчас выглядели иначе. Почти не изменился только огонь – он так и остался искрящимся горящим шаром. На месте голубой водной стихии была капля, а магию льда олицетворяла снежинка.

Я заозиралась по сторонам и заметила, как магистр подошел к девушке, на руке которой растаяла снежинка, а потом и к двум парням. Он молча указал на выход и направился в нашу сторону. Прикинув траекторию его движения, я повернулась и увидела, что одна из симпатичных светловолосых близняшек держит в руках снежинку, другая – каплю воды, а вот у испуганной третьей руки оказались пусты. Сестры смотрели на нее с ужасом и недоверием.

– Лесси… – прошептала сестричка со снежинкой.

– Лесси, – обратился к ней преподаватель, рядом с которым застыли еще двое понурых неудачников – парень и девушка. – Ты осталась последней и должна уйти.

Девушка стояла с бледными и дрожащими губами и, кажется, не могла пошевелиться.

– Нет! – пробормотала та, что держала капельку воды. – Вы не можете ее выгнать! Мы никогда не расставались! Ни на миг. Мы поделимся с ней силой! Правда.

– Увы, силой поделиться нельзя.

Профессор был удивительно терпелив, он не кричал и смотрел на сестер с некой долей сожаления. Да и у меня все внутри сжалось. Я лишь ближе прижала к себе теплую огненную птичку, которая смирно сидела на руках. С одной стороны, мне было жалко девчонок, как и остальных пятерых, кому не повезло, но с другой, в голове билась недостойная мысль: «Как хорошо, что на месте проигравших не я».

Близняшка понуро опустила голову и побрела к выходу.

– Нет! – Ее сестра кинулась за ней, разжав руки и отпустив свою каплю воды. – Я не могу! Я пойду с Лесси. Есть куча других академий! Пойдем учиться туда, где нас возьмут втроем! Мира, ты с нами? – Она бросила уверенный взгляд в сторону третьей сестры, словно не сомневалась, что та отправится следом, но Мира замерла.

Из ее глаз текли слезы, а снежинка в руках трансформировалась, принимая вид чего-то маленького и пушистого.

– Ты нас предашь? – шепнула водная, а Мира только опустила глаза.

Замерев, студенты наблюдали за этой сценой.

– Предательница! – тихо пробормотала близняшка и увлекла за собой не обретшую силу сестру.

Третья стояла, трепетно прижимая к себе тотем. Я даже думать не хотела о том, как ей тяжело. Да и тем двоим, что ушли. Нас осталось всего двадцать три человека из тридцати.

Когда ушли оставшиеся без стихии, воцарилась гнетущая тишина. Студенты переглядывались, но молчали. Я старательно выискивала огненных. Парень с шикарным грифоном на руках, девушка с белочкой, которая прыгала с ладоней, сложенных лодочкой, на плечо и обратно, двое парней с обычными потрескивающими фаерболами. Еще одна девушка, у которой пламя в руках менялось, но пока еще не приняло форму – это стоящие недалеко от меня. Создавалось впечатление, будто огненных меньше, чем ледяных и водных. По идее, должна быть половина от всех стихийников и по четверти тех, кому подвластны вода и лед. Но, видимо, мои умозаключения были ошибочными.

– Поздравляю с успешно пройденными испытаниями, – похвалил нас профессор. – Как вы можете заметить, у кого-то энергия осталась в первозданном виде, а у кого-то превратилась в тотем.

– Это хорошо или плохо? – спросила хрупкая черноволосая девчушка, которая держала на ладошке маленькую снежинку.

– Просто по-разному, – отозвался преподаватель. – Разные принципы взаимодействия со стихией. Если у вас есть тотем, то к общему перечню предметов добавится еще один. Советую отнестись к нему внимательно, на первом этапе он один из самых важных, так как учит находить контакт с вашей стихией. А сейчас можете быть свободны. До ужина осталось немного времени, не советую пропускать. Во-первых, у нас неплохо кормят, а во‐вторых, следующий прием пищи только утром.

«Ужина?» – пронеслось в голове. Неудивительно, что так хочется есть. Ведь я еще не обедала. Впрочем, ничего странного. Завтракала я еще дома, потом добиралась до порта, потом до академии. Обустраивалась, слушала речи на общем собрании, прошла выбор стихии, поэтому и день пролетел так быстро. Я даже не заметила. И, что поразило, не успела соскучиться по Ниссу. А ведь считала, что не смогу думать ни о чем и ни о ком, кроме него! Но новая жизнь началась очень бурно.

– Какая-то твоя птичка слишком маленькая, – с усмешкой сказал высокий рослый блондин с грифоном.

Я растерялась. Ну да, моя птичка совсем небольшая на фоне его монстра, но до этого момента я даже не думала, что это так важно. Только радовалась, что стихия откликнулась. Ведь кто-то не получил и этого.

– Не успел начать учиться, а уже пытаешься с кем-то чем-то мериться? – фыркнула Данарина. Из ее руки на гордо вздернутый грифоний хвост вылилась струйка воды. Символ стихии обиженно взвился с рук парня и растворился в воздухе.

– Упс, – сказала подруга. – У тебя, конечно, большой. Но, похоже, бестолковый.

– Ты вообще обнаглела? – ощерился он. – Да ты!..

– Ну что я? – отозвалась Данарина, а парень так и не смог ничего сказать.

На нас уже косились с интересом. Девушка фыркнула и гордо ушла. Я направилась за ней.

Руки слегка дрожали, но было приятно, что новая подруга за меня заступилась.

– Сначала зайдем в комнату? – спросила я.

– Да, может быть, там Сильва. Тогда она покажет, где столовая.

Данарина, казалось, уже забыла об инциденте, и я не стала акцентировать на нем внимание. Похоже, пора отращивать зубки. Я не была тихоней и на прямые оскорбления обычно отвечала бодро, но здесь растерялась. Наверное, потому, что вообще не поняла до конца сути претензии. Я гордилась своей силой. Тем, что она есть, тем, что это огонь, и тем, что моя сила обрела форму. И совсем не думала о том, что размер имеет значение.

Капля из рук Данарины исчезла, а вот мой тотем, нахохлившись, все еще сидел у меня на плече. Птичка вела себя тихо, только изредка чистила перышки. Стало интересно, умеет ли она летать.

К счастью, Данарина довольно быстро сориентировалась в пространстве. Может, моя соседка просто уверенно двигалась за толпой, но до комнаты мы дошли быстро и без приключений. Правда, я все же опасалась, что в одиночку вряд ли сумею повторить этот путь.

Глава 4

– Неприлично везде таскать с собой тотем, – поджав губы, заметила Сильва, обнаружив на моем плече птичку. Мне вообще показалось, что Сильва желала нам провала. Ну, мне – так точно. Взгляд у нее был неодобрительный и немного завистливый.

– А у тебя тотем или чистая энергия? – спросила Данарина, плавно переводя разговор в другое русло.

– У меня – чистая энергия. И, чтобы вы знали, это не хуже!

Сильва вся подобралась и приготовилась защищаться, хотя на нее никто и не думал нападать.

– Ну, и у меня чистая энергия, – пожала плечами Данарина. – Я не считаю, что это хуже, а Тея вообще молчит. Поэтому успокойся.

– Просто эти …! – Сильва передернула плечами, непонятно кого имея в виду. – Всегда относятся ко мне, как ко второму сорту. Хотя не у всех из них есть тотемы. У Риана точно нет!

– А Риан тут при чем? – удивилась я, но Сильва только нахмурилась.

Напряжение в комнате достигло предела. Признаться, Сильва меня утомляла. Она умудрялась вывести на скандал любой, самый безобидный разговор. Искала подвох там, где его не было, и обижалась на собственные домыслы. А мы ведь и дня вместе не прожили! Что будет дальше, сложно представить.

К счастью, продолжать разговор не пришлось, так как из пространства в центре комнаты возник мой Кош. Муркнул и увидел у меня на плече добычу. Остановить наглое создание я просто не успела. Мне и в голову не пришло, что проклятый кот вздумает поймать и сожрать огненную силу. Но при всем разуме, при всем умении тонко чувствовать наличие магии Кошик все же оставался обычным котом. И если на первый план выходили инстинкты, мозг у него отключался.

Кош припал на задние лапы, смешно повилял задом и, издав утробный то ли мяв, то ли рык, прыгнул прямо на меня. Целился, конечно, он не в меня, а в мой тотем.

Я отскочила в сторону, не понимая, как спасти от демонического создания мою стихию.

– Кошик, не надо! – завопила я, но остановить впавшего в азарт охоты кота не под силу никому.

Тотем метнулся с плеча и взмыл под потолок, устроившись на люстре. Кош кинулся за ним. Сначала сиганул на стол и разбросал конспекты Сильвы, потом на шкаф, а уже оттуда на люстру, с которой птичка успела упорхнуть. Кош обиженно повис на когтях, уцепившись за плафоны, обиженно мякнул и неуклюже полетел вниз. У самого пола умудрился перевернуться и приземлился на четыре когтистые лапы, которые оставили глубокие царапины на крашеном полу. Упс.

– Остановите вы уже это отродье! – завопила Сильва. – Кинь в него тапком, что ли!

– Это мой Кошик! – рявкнула я. – Нельзя его обижать.

Кошик с азартом носился по комнате, хвост задорно торчал вверх, а глаза полыхали ярче, чем моя несчастная птичка.

– Сожрет твой тотем! Интересно, как тогда взвоешь? – парировала Сильва злобно.

Похоже, животных наша соседка тоже недолюбливала. Интересно, она хоть к кому-то относится с симпатией?

– Сомневаюсь, что подобное возможно, – пробормотала я, но внутренне напряглась. И снова позвала: – Ну, Кошенька!

Кошенька не слушал, Кошенька изволил охотиться за птичкой, которая сначала металась по комнате, потом билась в окно, а затем метнулась ко мне и растаяла. Я даже не испугалась, потому что теплая огненная энергия прошлась по ладоням и растворилась в венах. Я знала: птичка не исчезла, она спряталась во мне и, когда будет нужно, обязательно выйдет, чтобы одарить силой. Главное, чтобы в это время снова не надумал заглянуть Кош.

Кош обиженно мяукнул, обошел меня кругом, похлестал хвостом по жилистым лысым бокам и исчез. Даже погладить себя не дал, поганец! Рассердился.

– И часто это будет к нам наведываться? – поджав губы, спросила Сильва, чем до глубины души оскорбила меня.

– Вообще-то, Кош хороший.

– Он агрессивный и страшный, как моя смерть, – уперлась соседка.

– А еще он совершенно равнодушен к чужим, – с нажимом добавила я. – Если он и будет к кому-то приходить, то ко мне, а не к тебе.

– Но появляться он будет и в моей комнате.

– Сильва, ты же знаешь, что демонические коты гуляют сами по себе, сами выбирают хозяина и приходят тогда, когда хотят, и к тем, к кому хотят. Смысл беситься? – включилась в наш разговор Данарина. Пока в комнате творился бедлам, она флегматично рассматривала вещи в шкафу, перекладывая что-то с полки на полку. – Настроишь его против себя, будешь находить кучки в тапках. Как и любые коты, демонические – злопамятные. Но, в отличие от обычного, демонического нельзя запереть в кладовке или выгнать на улицу. Этот все равно найдет дорогу.

– И поэтому я должна его терпеть?

– Нет. – Я пожала плечами, окончательно закипая. – Можешь просто игнорировать его присутствие. Так будет проще для всех.

Сильва надулась. Поняв, что это ее обычное состояние, я решила не обращать внимания. В конце концов, нам жить в одной комнате, а значит, нужно как можно больше абстрагироваться от ее дурного настроения.

– Ну что? Может, поесть сходим? – предложила Данарина. – Сильва, покажешь, куда идти? Не хотелось бы пропустить ужин, не найдя дорогу до столовой.

Видимо, Сильва поняла, что продолжать скандал не имеет смысла. Более того, это чревато взаимными обидами, а жить нам вместе как минимум этот год. Поэтому без вопросов согласилась нас проводить.

Я тоже не стала ругаться, и до столовой мы дошли вполне мирно. Я даже дорогу успела запомнить. Заодно смотрела по сторонам и не смогла понять, как по дороге на торжественное мероприятие умудрилась заблудиться в прямом, как стрела, коридоре? Не иначе, действовала какая-то магия. Вопрос, почему?

Сама столовая была обычной, разве что располагалась в огромном просторном зале с колоннами. «Наверное, тут зимой холодно», – мелькнула в голове мысль, но сейчас здесь было нормально. Правда, немного темновато из-за узких стрельчатых окон и людно. Казалось, здесь собралась вся академия.

Мы взяли подносы и подошли к раздаточным столам, чтобы сделать заказ. Я вдохнула запах еды. Желудок тут же протестующе заурчал: не ела я давным-давно. Сейчас предстояло самое важное: не нахватать с голоду все, на что упадет взгляд. Кормили в академии бесплатно и, судя по тому, что я видела, очень неплохо. Профессор не обманул.

Мы выбрали столик и уселись, уставив его подносами. Организм ликовал и готовился к прекрасному – еде, а Сильва все бубнила и бубнила, явно пытаясь испортить мне аппетит.

– Вы только приехали, поэтому вам все видится в розовом свете, но Академия Стихийной Магии не такая. Здесь каждый день – это борьба за выживание. Соперничество с такими! – Она раздраженно кивнула в сторону направляющейся к раздаточной линии веселой компании. Риан с девушкой, Элай и еще двое. Их я еще не видела.

– А кто они вообще?

– Ну, я же говорила, – поджала губы Сильва.

– Ты говорила, что Риан – сын нашего попечителя. Элай – его кузен. А про остальных – ничего.

– Они – та самая элита, о которой я рассказывала. Магические короли. Ну, и принцесски с ними за компанию. Черноволосая – подружка Риана, Янина, вообще стерва. Таких еще поискать, – перечисляла Сильва с такой злобой в голосе, что мне стало не по себе. Лучше бы не спрашивала. – Учится со мной на одном курсе. Впрочем, не столько учится, сколько делает вид. Парень рядом с ними – Виан. Не знаю, как он прибился к их компании. Он самый обычный, но, видимо, хорошо умеет подмазаться. Ну и Лорел – подружка Янины, дочь мэра города.

– Значит, Риан и Элай второкурсники… – задумчиво протянула я, против воли разглядывая красивую сильную спину блондина. Ни на Риане, ни на других парнях и девчонках из компании не было формы. Они и правда находились тут на привилегированном положении.

– Нет, Риан и Элай старше. Риан учится на третьем курсе, а Элай в этом году заканчивает. И если ты запала на Риана, – со злой усмешкой бросила Сильва, – брось эту глупую затею. Он не смотрит ни на кого, кроме Янины. Она его прочно захомутала! Говорят, их свадьба – решенный вопрос. Девушку выбрал ему отец. А с отцом Риан не спорит. Никогда.

– С чего ты взяла, что он мне нужен?! – возмутилась я, делая вид, будто занята размешиванием сахара в чашке с кофе. Тем не менее щеки вспыхнули. Я чувствовала, как к ним прилила кровь. – Больно надо, у меня есть парень. Просто интересуюсь. Должна же я знать сильных мира сего в лицо.

– И как ты встречаться будешь с этим своим парнем? – хмыкнула Сильва. – Раз в полгода? А все остальное время будешь слать воздушные поцелуйчики в связной?

Мне стало неприятно. За презрительным тоном пряталась зависть. Все же соседка нам с Данариной досталась на редкость неприятная и унылая.

– Расстояние настоящей любви – не помеха, – отрезала я, ловя себя на том, что продолжаю исподтишка разглядывать Риана. Я даже перестала обращать внимание на трескотню девчонок.

На мой вкус, он был самым симпатичным в их компании. С прямой мускулистой спиной под тонкой черной шелковой рубашкой. Со своего места я могла видеть лишь его плечи, наслаждаться отличной осанкой и иногда – профилем. Прямой нос с небольшой, едва заметной горбинкой, упрямый подбородок и губы, созданные соблазнять первокурсниц. Боги, о чем я думаю!

Парень чувствовал себя здесь хозяином. Он сидел, привалившись к спинке стула и небрежно приобняв за плечи Янину, которая льнула к нему, словно кошка. Еда на подносе ее, казалось, совершенно не интересовала. Девушка подалась ближе и прикусила мочку уха Риана. Он притянул подругу ближе к себе, смещая руку с плеч ниже по ее спине. Кажется, то, что в столовой они не одни, влюбленных не смущало.

«Вот же адское пламя! – мысленно выругалась я и поспешила уткнуться в чашку с кофе. – Совсем же не знаю его! К тому же мне нравятся парни иного типа. Не развязные мажоры, а такие, как Нисс – свои в любой компании, веселые и добрые».

Скоро Риан с друзьями поднялись из-за столика и направились к выходу. Не удержавшись, я бросила еще один взгляд в его сторону. Я не понимала, что со мной творится и почему не получается выкинуть его из головы. Но этот взгляд поймал не парень, а Янина, которая тут же нехорошо прищурилась.

Я поспешила отвернуться, но все равно чувствовала, что девушка пристально за мной наблюдает.

– Зря ты это затеяла, – дрогнувшим голосом сказала Сильва, которая старалась даже не поднимать взгляд от тарелки.

– Зря что? – уточнила я, изогнув бровь.

– Тебя заметила Янина, – ответила она, словно это что-то объясняло.

– И? Это должно меня как-то озаботить?

– Магические короли! Помни, что я о них говорила. А она встречается с одним из них. Ее влияние велико, и за своего парня она держится крепко. Могу сказать точно – жди неприятностей.

– Из-за одного взгляда? – фыркнула я. – Перестань, Сильва, ты боишься даже своей тени.

– Просто я в академии немного дольше, чем один день. Янина никогда не упустит своего. И никогда не оставит интерес к своему парню без внимания. Она отомстит.

– Но сейчас она ушла. – Я пожала плечами. Компания действительно убралась из столовой, и сразу стало намного тише. – А мне совсем не нужен Риан, так что повода для скандала нет.

Сильва поджала губы, но продолжать тему не стала. А я задумчиво уставилась в чашку с кофе. Кроме Риана, мне не давал покоя Элай. Что он делал в тоннелях? К счастью, он, похоже, меня не запомнил. По крайней мере, сегодня за ужином он болтал с Вианом и даже не смотрел в мою сторону. Наверное, это хорошо. Впрочем, Риан тоже на меня не смотрел.

Мы допили кофе, сложили грязную посуду на подносы, убрали со стола и отправились к себе в комнату. День был таким насыщенным, что после еды неумолимо тянуло в сон, и я решила, что, пожалуй, не буду отказывать себе в удовольствии. Даже связной включать не стану. Маме и Ниссу я уже писала. Пожалуй, они смогут дожить до завтра и без вестей от меня.

К тому времени, когда я забралась под одеяло, стало совсем нехорошо. Голова кружилась, подташнивало. Словно я перекаталась на веселых горках.

– Ты что-то бледная, – заметила Данарина.

Она сидела на диванчике с книгой. Сильва что-то учила, хотя занятия даже не начались. Свет мы пока не выключили. Я лишь приглушила ночник над своей кроватью.

– Да, не очень хорошо, – отозвалась я. – Сильно устала за день. Причем навалилось как-то неожиданно.

– А я говорила, не стоит злить Янину! – отозвалась со своего места Сильва.

– Да она-то тут при чем? – Даже Данарина выглядела раздраженной. – Тея просто устала. Меня саму пошатывает. День был слишком насыщенный и длинный.

– Насыщенные дни будут позже, а сейчас вы просто приехали. И если это для вас непосильный труд, может, лучше сразу отправиться домой?

– В кого же ты такая злая! – выдохнула Данарина. – Мы вроде ничего плохого тебе не сделали.

– Хорошего тоже, – парировала Сильва и снова уткнулась в свои конспекты.

А я только вздохнула и отвернулась. Даже свет не мешал, я готова была отрубиться в тот же миг.

Прибой шумел и лизал носки грубых, больше похожих на мужские ботинок. Я стояла на кромке прибоя и смотрела на бушующую водную гладь, с ужасом понимая, что хочу шагнуть в холодную беснующуюся воду. Шторм – редкость в начале осени. Я удивилась, что обладаю этой информацией, а также четко осознаю, где именно нахожусь. У северной башни академии, между корпусом для тренировок и самой башней есть проход к морю. Про него знают лишь те, кто тут довольно давно. А я приехала только утром и еще не успела все изучить.

Пока размышляла, заметила, что пальцы ног сводит от холода. Оказывается, я зашла уже почти по колено и двигалась дальше и дальше, коченея, испытывая ужас, но не имея возможности повернуть обратно. Будто меня заперли в чьем-то теле, которое не слушается моих приказов. Я являлась сторонним наблюдателем. Однако страх, боль и холод были моими собственными. Волны били неумолимо, меня шатало, а течение норовило утащить вглубь, опрокинуть и поглотить. Но я упорно держала равновесие и не падала.

Я медленно шла, зубы отбивали дробь, из-за холода почти не чувствовались пальцы ног. Слышала, что из-за сильного течения воды Ривана невероятно холодные, особенно здесь, где Риван соединяется с Неживым океаном, но никогда не думала, что настолько.

Вода достигла груди, и волна уже несколько раз захлестывала меня с головой, заставляя задыхаться, отплевываться и инстинктивно пытаться выбраться на берег. Но было поздно. Стихия почувствовала свою добычу и не собиралась отпускать. Очередной волной меня потащило в глубину. Я забарахталась, пытаясь вынырнуть, но это было не так-то просто. Кто-то словно вцепился в мои ноги и тянул ко дну. Жгло легкие, перед глазами темнело. Воздуха не хватало.

Хлесткий удар и обжигающая боль в руке. Я ойкнула, дернулась и открыла глаза, чувствуя, что зубы клацают от холода. Было темно. Только Кош замер у меня на руках и смотрел горящими умными глазами. Сейчас они были похожи на два светящихся в темноте фонарика, но я чувствовала исходящее от тела кота тепло, хоть и не видела очертаний. Царапину на руке пощипывало.

Я оказалась на улице. Справа – высокая ограда академии и узкий проход на территорию, слева – пологий берег. Вдалеке маяк и черная кромка воды. Тыльную сторону ладони рассекала глубокая царапина, больше похожая на порез острым ножом. Крови почти не было, но, все равно, ощущения не из приятных. Кош никогда не позволял себе такого.

– Спасибо… – хрипло пробормотала я.

Адский кот замурчал, прищурился и исчез. Он выполнил свою миссию. Защитил меня. Знать бы еще, от чего.

Вокруг завывал ветер, бросал в лицо дождевые капли. Бушевал ураган, вдалеке волны с шумом обрушивались на берег, а холод пробирал до костей. В легкой пижамке было холодно, и я развернулась в сторону академии. Надеюсь, получится войти в жилой корпус и не привлечь лишнего внимания. Не понимаю, как я очутилась на берегу. Какого демона происходит? И почему я чуть не задохнулась во сне, думая, что тону? Неужели Сильва права, и Янина не оставила без внимания мой случайный, в общем-то, взгляд?

Мысль казалась бредовой. Это какой же силой надо обладать, чтобы навести подобный морок? Я вообще не знала, какая у нее стихия. Да и какая стихия способна на подобное?!

Я торопливо нырнула в узкий проход и отправилась в сторону академии, когда услышала тихие раздраженные голоса. Один казался смутно знакомым.

– Его нигде нет, – шептал один. – Еще с утра мотался тут. Я его видел.

– А потому что некоторые не следят за разными любопытными! – Другой, более взрослый, звучал раздраженно. – Вот как можно было упустить?

– Я не твоя прислуга, как ты мог заметить. – От недобрых, угрожающих интонаций по спине пробежал холодок.

– А ты слишком много на себя берешь. Ситуация не годится для того, чтобы показывать непослушание! Вам всем надо быть осторожнее.

– Я достаточно осторожен, – отрезал парень, и я услышала удаляющиеся шаги.

Сожалея, что стала невольной свидетельницей разборок, хотела остаться незамеченной и молилась, чтобы второй тоже ушел. И желательно в другую сторону. Но мечтам было не суждено сбыться. Я нырнула в кусты, но поздно. Меня настиг раздраженный голос:

– А ты какого … здесь забыла! Не слышала, что после отбоя нужно сидеть в своей комнате и не высовываться даже в коридор! Не говоря уже об улице!

– Элай… – От неожиданности из горла вырвался лишь невнятный писк. Из всех, кого я бы хотела видеть, он был последним. – Я оказалась здесь случайно…

Парень резко поймал меня за локоть и дернул на себя, приказав:

– Стой!

Зашипев от боли, я вырвала руку и воскликнула:

– Ай! Больно! С ума сошел?!

Подозреваю, завтра будут синяки.

– Знаешь, чутье мне подсказывает, – начал Элай, окинув меня презрительным взглядом, – что ты меня преследуешь. И имя мое тебе откуда-то известно, хотя не помню, чтобы я представлялся.

– Случайно услышала! – огрызнулась я. – А по поводу преследования… то же самое могу сказать и о тебе! Я натыкаюсь на тебя в самых неожиданных местах! – отрезала я, машинально потирая ноющее запястье.

– А нечего ходить по разным неожиданным местам, – усмехнулся он. – И для сведения… Чтобы заинтересовать парня, нужно нацепить одежку поинтереснее.

Элай поддел пальцем тонкую шнуровку у меня на груди. Я возмущенно фыркнула и отшатнулась, чувствуя предательски ускоряющийся ритм сердца. Прикосновение обожгло. Его рука едва скользнула по коже, но этого оказалось достаточно. А ведь Элай меня просто бесил. И еще немного пугал. Если в Риане было очарование, то в этом… его даже красивым назвать сложно. Ну, разве только кто-то любит такую хищную красоту – с тонкой линией губ, длинноватым носом и холодными ультрамариновыми глазами.

– Не смотри на меня так. – Грубый голос вернул к действительности. – И не попадайся на глаза так часто, иначе я решу, что ты за мной бегаешь. Надеюсь, я выражаюсь ясно? Ты мне не интересна! Или у тебя есть разумное объяснение тому, что ты оказалась на улице ночью в таком виде? Зачем?

– Уж точно не ради тебя! – оскорбленно выдохнула я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Зачем он вообще мне тут попался!

– Если не ради меня, откуда тогда слезы? – жестко бросил он.

Развернувшись, я кинулась по тропинке, проклиная все на свете.

– Иди через левую боковую дверь! – донеслось вслед. – Она единственная сейчас открыта.

Наверное, стоило поблагодарить, но я не стала. Была слишком зла. К счастью, Элай не обманул. Дверь была открыта, и за ней меня никто не ждал. Я сумела без приключений добраться до своего этажа.

Забежав в комнату, я с рыданиями кинулась на кровать. Плакала, старательно уткнувшись в подушку, пытаясь не разбудить соседок. Не хватало еще на ночь глядя отвечать на дурацкие вопросы или терпеть издевки Сильвы. Мне было неприятно и больно, причем я не могла объяснить себе, почему.

Вытерев слезы углом пододеяльника, я всхлипнула еще раз и, скрестив по-турецки ноги, села на кровати. Взяла с полки магический портрет Нисса, вспомнила, где он был сделан. Это был мой самый радостный день за все лето. Мы ушли гулять на рассвете, любовались восходящим солнцем, бродили по еще не проснувшимся улицам города, а потом ели мороженое на набережной.

Вспомнив беззаботную и счастливую себя в тот день, я совсем успокоилась и решила, что мне нет никакого дела до самовлюбленных лицейских нахалов, ведь у меня есть Нисс. «Люблю тебя», – написала я на темном зеркале связного, пририсовала три розовых сердечка и, окончательно успокоившись, отправилась спать.

На сей раз без кошмарных сновидений.

Глава 5

– Вставай, соня! – жизнерадостно завопила на всю комнату Данарина, заставив меня подскочить на кровати, испуганно хлопая глазами. Соображала я плохо, зевала и, подозреваю, выглядела, как огородное пугало. А Данарина уже причесалась. Ее волосы рассыпались по плечам и были еще влажными после душа. А вот Сильва словно и не ложилась. Если бы я ночью не видела, что мои соседки спят, так бы и подумала, что она бодрствовала.

Девушка выглядела бледной, с синяками под глазами и полностью собралась, кажется, уже давно. Темно-синяя блузка с воротником-стоечкой, юбка в пол и забранные в куцую косичку волосы. Как можно довести себя до такого состояния? Наверное, если учеба будет выпивать из меня все соки, я отсюда сбегу. Но… я же видела старшекурсников. Так отвратительно и болезненно выглядела только Сильва.

– Что, уже пора? – сонно пробормотала я, не желая выбираться из-под одеяла.

– Уже не просто пора, уже надо выдвигаться в сторону столовой, – поджав губы, ответила наша зубрилка.

– Я проспала?

Накатила паника, и я забарахталась в одеяле, пытаясь встать как можно быстрее. При этом лихорадочно соображала, сколько времени потребуется, чтобы причесаться, почистить зубы и влететь в первое попавшееся платье.

– Не дергайся, Тея! – отмахнулась Данарина. – Это Сильва подорвалась ни свет ни заря. До занятий еще полтора часа. Успеешь и собраться, и поесть.

– Уф! – выдохнула я и откинулась обратно на подушки. Все не так критично, как я подумала.

– Это только кажется, что времени много, – уперлась Сильва.

– Я вчера читала на дверях столовой. Занятия начинаются в девять тридцать, столовая открывается без пятнадцати. Сейчас восемь утра. Ты хочешь идти? Пожалуйста, но я не представляю, зачем выходить за сорок пять минут до завтрака? Чтобы постоять перед закрытыми дверями?

– Я не собираюсь выходить сейчас. Сегодня начинаются пары, я планировала повторить введение в стихийную магию.

– Так оно было на первом курсе?

– Сказала же, повторить. – Сильва надменно посмотрела на нас.

Данарина промолчала, но взгляд у нее был такой красноречивый, что я с трудом спрятала улыбку. Лежать, конечно, хорошо, но пора уже собираться.

Я выползла из-под теплого одеяла и отметила, что в комнате прохладно. Толстые каменные стены и плохая погода за окном делали свое дело. В помещении было промозгло, а топить явно начнут позже. В углу виднелся очаг, топку которого прикрывал магический защитный экран. Жерло было черным и пустым. Разжечь огонь самостоятельно невозможно, нужно ждать, когда это сделают централизованно во всей академии. Не самое приятное открытие. Будем надеяться, что руководство, которое выдало шикарную форму и отменно кормит студентов, делает это не за счет экономии на отоплении.

С этими примитивными бытовыми мыслями я уползла в душ, откуда выпорхнула посвежевшая, с чистыми волосами и готовая радовать мир. Даже про неприятные ночные события и странные сны старалась не думать.

Сегодня остановилась на светло-голубом длинном платье с летящей юбкой и небольшим овальным вырезом. Оно смотрелось одновременно строго и романтично. Основной цвет формы был синим, а вот оттенок не имел значения. У меня в шкафу имелись и темно-синие строгие костюмы, и вот такие небесно-голубые, которые идеально подходили к моим светлым волосам и глазам.

– Ты очень долго собираешься, – поджав губы, собралась испортить мне настроение Сильва.

Я благоразумно промолчала, решив лишний раз не злиться на убогую, и мы выдвинулись в столовую.

Только очутившись в коридоре, я поняла, насколько много народа учится в Академии Стихийной Магии. По коридорам сновали толпы. Мы весьма удачно вписались в поток, который вылился в просторный холл главного здания. А там было целое столпотворение. Я не сразу поняла, на что все завороженно глазеют, а поняв, тоже затормозила. В центре холла, на постаменте из цельного куска льда стояла ледяная же статуя Риана в полный рост.

– Что с ним произошло? – разносился со всех сторон взбудораженный шепот.

– Наверное, нужно кому-то сказать…

– Кто-нибудь, позовите его отца!

– Да ладно вам гнать! Это же просто статуя!

– А если нет?

Под разномастные голоса я пробиралась ближе, пытаясь понять, что это вообще такое.

Отлично сделанная фигура повторяла мельчайшие черты одного из Магических королей академии и была выполнена в лучших традициях раннего даниизма. Если кто-то заморозил Риана, то почему в таком странном виде? На голове – венок из незабудок. В вытянутой руке старинные статуи, как правило, сжимали дары богам, а вот у статуи Риана был зажат конспект, на котором красными чернилами красовалась надпись – Техмагмех.

Я сглотнула, понимая, что не могу перестать пялиться. Обнаженная ледяная грудь с идеальным рельефом, плоский живот с кубиками и неприлично низко сидящее на бедрах одеяние. Я бы сказала – обычная простыня, но замотанная красивыми складками. Один ее край был перекинут через плечо. Этот наряд делал сходство с древними статуями богов невероятным.

Я не удержалась и, подойдя почти вплотную, дотронулась до ледяного подола одеяния. В этот момент статуя сделала невероятное. Она нагнулась ко мне и сказала:

– Бу!

Как я визжала! А как ржал народ и довольный своей идиотской шуткой Риан! Он соскочил с постамента и устроил задорный танец, потрясая своими телесами. Захотелось кинуть в него чем-то тяжелым, но вместо этого я, как завороженная, смотрела на его горячее выступление. Впрочем, по-моему, не я одна.

Но вот Риан почему-то зацепился взглядом за мое лицо. И лукаво подмигнул, а потом остановился совсем рядом.

– Любуешься?! – обвиняюще заявил парень, склонившись прямо к моему уху. Я почувствовала запах его шампуня. – А может, я стесняюсь, когда пылкие первокурсницы раздевают меня взглядом? – отступая, сказал он громче.

– Тогда зачем же ты явился сюда в таком виде? – Я не выдержала и демонстративно окинула его оценивающим взглядом. Выбора не оставалось: или подыгрывать, или краснеть. Я выбрала первое.

– Риан! – рыкнули от двери. Я подпрыгнула и поспешила ретироваться. На представление пожаловал попечитель, и, похоже, ледяному королю обеспечена выволочка. Может, даже публичная.

– Представление окончено! – как-то излишне радостно, на мой вкус, заявил парень, раскланялся и позволил отцу утащить себя из коридора.

А я задумчиво смотрела ему вслед, не замечая никого вокруг. Не заметила и того, как подошла Янина. Просто спиной почувствовала злой взгляд и обернулась только тогда, когда она уже была совсем рядом. Стояла за спиной, склонив голову набок и презрительно сощурив тщательно подведенные зеленые глаза. Похоже, за нашей перепалкой она наблюдала уже давно, и наше взаимодействие ей не понравилось.

В ее образе безупречно было все – от идеального макияжа, тонкого аромата ненавязчивых цветочных духов до изящных туфель на шпильке.

– Мне кажется, новенькая, ты не поняла, куда попала и какие здесь правила, – вкрадчиво начала она с едва заметной улыбкой на полных соблазнительных губах.

Вокруг нас сразу стало пусто. Все разбежались, словно мыши. Никто не остался поглазеть, кроме подружки Янины – Леоны, которая вообще стояла в стороне, не проявляя интереса к происходящему. Она просто ждала, старательно выводя что-то пальцем на экране связного.

– Я в курсе, куда попала, а вот какие у тебя могут быть претензии, не очень понимаю… – отозвалась я, стараясь не показать волнения. Я не любила ссоры и вообще редко попадала в конфликтные ситуации. – Мы даже не знакомы.

– И в этом твоя беда. Отсутствие сообразительности и неумение устанавливать причинно-следственные связи не доводят до добра. Не самые полезные качества для обучения в Академии Стихийной Магии.

Янина шагнула ко мне. Я увидела, как зелень в ее глазах растворяется, и в них появляется пламя. Моя стихия тут же откликнулась, согрела изнутри, и мир поплыл перед глазами.

– Зря ты положила глаз на моего парня… – сказала она, а я с трудом уловила слова, так как накатил приступ тошноты.

– Мне не нужен твой парень, у меня свой есть.

– Видимо, он недостаточно хорош. К тому же, как я понимаю, учится не в академии. Иначе с чего тебе раздевать Риана глазами?

– Его и раздевать было не нужно! – парировала я из последних сил. Да что же это со мной такое творится?

– Ты что делаешь?

Голос Элая я уже узнавала моментально. Я дернулась, отскакивая в сторону, уверенная, что орут на меня, но ошиблась. Он ухватил за плечо Янину.

– Не мешай! – огрызнулась она, но парень хорошенько ее встряхнул, приводя в чувство. Как ни странно, подруга Риана послушно замолчала.

– С ума сошла? – спросил он, и его глаза снова стали похожими на бушующие морские волны. В Элае буквально бурлила сила.

– Я просто разговаривала с наглой новенькой. Защищала свою территорию, – надулась Янина, явно не чувствуя за собой никакой вины.

– Ты творила глупости. Пошли, – отреагировал парень и, не обращая внимания на меня, поволок ее за собой. А я не понимала, что вообще происходит. И почему мне вдруг стало плохо? Какое-то колдовство или просто пора позавтракать? А еще не знала, почему Элай вступился? Это удивляло сильнее всего.

– Мы с тобой не закончили, новенькая! – бросила Янина, но покорно позволила себя увести.

– А ты что ее не остановила? – на ходу зло бросил Элай, обращаясь к стоящей в стороне Леоне.

– А зачем? – та пожала плечами. – Пусть развлекается.

– Ваши развлечения могут всем выйти боком!

– Ты стал скучным, Элай, – проворковала девушка, привстав на носочки, и лизнула парня в щеку. Мне показалось, его от этого жеста перекосило.

– Пойдемте уже! – бросил он и подтолкнул Янину между лопаток. По мне грубовато, но, как ни странно, королева смолчала. Она вообще выглядела пристыженно. Вопрос – с чего бы это?

После случившегося на душе остался неприятный осадок. Поругаться с местной королевой в первый же день пребывания – весьма печально. В дальнейшем проблем не избежать. Я не привыкла конфликтовать. В пансионе, да и в Академии Магических Ремесел мне удавалось стоять в стороне от конфликтов. Я не задевала аутсайдеров и старалась не пересекаться с местной элитой. Всегда держалась середнячком, сохраняя приятельские отношения почти со всеми. Поэтому здешний конфликт на пустом месте меня изрядно расстроил, хотя я постаралась не подать виду.

Настроение, вполне ровное с утра, сейчас испортилось. Раздражение и подавленность усилились. Ну за какие прегрешения мне все это? У меня есть парень! Зачем же на мою голову свалился Риан со своей стервозной подружкой! Ситуация была бы просто феерически смешной, если бы не оказалась такой грустной.

Я любила своего Нисса, считала дни до встречи с ним и не искала новых увлечений. Но на горизонте возник Риан, который не нужен мне, которому не нужна я, и на пустом месте начались проблемы.

Мы столкнулись несколько раз в течение одного дня; я не могу оторвать от него взгляд, хотя и пытаюсь не смотреть; он странно ведет себя по отношению ко мне; его подружка злится, а у меня голова кругом и сплошные проблемы!

А сейчас я, кажется, вдобавок ко всему опаздываю на завтрак. Точнее, уже опоздала и, если не потороплюсь, поесть до начала пары не успею.

Я бегом кинулась в столовую, схватила кофе, омлет и небольшую булочку с корицей и плюхнулась за первый попавшийся свободный столик. Своих девчонок искать не стала. Только время тратить. Да и пары у нас разные. У Сильвы свое расписание, а с Данариной как раз первая пара не совпадает. Сейчас у меня стояло «Введение во взаимодействие с тотемом». Далее в расписании этот предмет значился как ВВТ, а у соседки по комнате был свободный час.

Я допивала на ходу. Сделала последний глоток из чашки перед столом, на который нужно было ставить грязную посуду, и помчалась искать аудиторию, указанную в расписании. До начала занятий еще оставалось время. Но это если знать, куда идти, а в длинных коридорах академии легко заблудиться. К счастью, двести пятая аудитория располагалась прямо у выхода на второй этаж. Лестница упиралась практически в ее двери.

Мне несказанно повезло. По крайней мере, я так думала, пока выбирала место за партой. Несмотря на то что аудитория была небольшой, оставалось предостаточно свободных мест. Одна парта в середине второго ряда осталась совсем пустой. Там я и устроилась.

Здесь собрались все, кто проходил со мной церемонию получения силы и вместе с силой обзавелся тотемом.

– Можно? – тихо спросила хрупкая блондинка, одна из трех близняшек. В руках она сжимала маленькое пушистое нечто, а глаза девушки были красными от слез. Мне ее было искренне жаль. Похоже, проплакала всю ночь. Решение остаться в академии, видимо, далось ей с трудом.

– Конечно, садись, – кивнула я, показывая на стул рядом с собой. – Меня зовут Тея.

– Мира, – представилась она, а я не стала говорить, что уже знаю ее имя.

У многих на партах уже сидели их тотемы, а я даже примерно не знала, как призвать обратно свой собственный. Ну не «цып-цып» же мысленно бормотать? Я очень надеялась, что нам расскажут, как это сделать. Интересно, кто будет вести предмет?

До начала занятия оставалось не больше пары минут, и мы все ждали. Кто-то сидел в связных, кто-то переговаривался, а кто-то развлекался с помощью тотемов. Было жалко грифона, которого его хозяин дергал за хвост. Мне казалось, сила – это самое дорогое, что у нас есть. С ней нужно обращаться осторожно и бережно, а не так садистски.

Дверь в аудиторию открылась, и я тихо застонала, когда в кабинет вошел Элай. Я готовилась увидеть кого угодно, но только не его. «Дорогое мироздание, что же плохого я успела тебе сделать? Почему ты поступаешь со мной так жестоко?» – взмолилась я и с тоской посмотрела на находящегося в центре внимания молодого человека.

– Добрый день! – знакомо ухмыльнулся Элай. – Всегда мечтал это сделать. Вы ведь знаете, я перешел на пятый курс, а значит, мне положена практика. И практиковаться я буду на вас. Правда ведь, здорово? – спросил он у всех, только смотрел почему-то мне в глаза.

В классе послышались облегченные смешки, но что-то подсказывало: студенты рано радуются. Было во взгляде Элая нечто, ясно показывающее: он не даст спуска. Мне – так точно.

– Рад, что вы довольны даже больше, чем я. Думаю, мы найдем общий язык. Я знаю о тотемах если не все, то очень многое.

– А у тебя есть тотем? – после переклички спросила брюнетка с первой парты. У нее на плече сидел ледяной колючий ежик.

– А вот и первое правило. Даже… – Элай смешно наморщил нос. – Три правила. Первое. Я не помню, чтобы мы с вами были близко знакомы. – Он проникновенно взглянул на девицу. – А значит, «вы», и никак иначе. Тем более сейчас я нахожусь за преподавательской кафедрой.

– И даже вне стен аудитории? – не растерялась она.

– А вне стен аудитории я, честно сказать, не могу придумать причину, которая заставит меня с вами общаться, – парировал Элай и отвернулся от девушки, обратив взор на студентов. – Второе правило: перебивать преподавателя – невежливо. Ну и третье, оно уже имеет отношение к предмету… Ваш тотем – это интимное. Не стоит светить им везде и при всех. На вас могут быть надеты самые дорогие трусы от известного дома моды, но это не повод не надевать брюки или юбку. Вот и с тотемом то же самое.

– Но выбор стихии…

– Это ритуал, ему подвергаются все. Там вариантов нет. Энергия только принимает форму. То, что вы получили сейчас, и то, с чем вы отсюда выйдете – это очень и очень разные существа. И не только внешне.

– То есть на занятиях мы будем изучать тотемы без самих тотемов? – скептически поинтересовался кто-то.

– Первое время, безусловно, придется общаться со своими тотемами прилюдно. Но чем дальше, тем меньше в этом будет необходимости. Вы научитесь взаимодействовать со своей силой, даже не видя ее, а просто ощущая присутствие. Пока у вас не тотемы, а, – Элай замешкался, – скорее, личинки тотемов. Но если вы будете хорошо себя вести, они станут мощным подспорьем в работе с вашей стихийной магией.

– А как хорошо себя вести?

– Ну… – Элай усмехнулся и прислонился к высокому преподавательскому столу пятой точкой. – Тотемы – почти живые существа, связанные с вами. Если вы хорошо кушаете, спите, ведете здоровый образ жизни, вашему тотему тоже хорошо. Он выглядит здоровым и растет, а вместе с ним растут ваша сила и ваши возможности. А теперь закройте глаза, выставьте перед собой руку и почувствуйте свою силу. Позовите свой тотем.

– А если мой тотем уже вот он? – Парень с заднего ряда показал на своего недовольного грифона.

– Сначала убери его, а потом позови осознанно. Ваш тотем не должен появляться случайно, тогда, когда ему этого захотелось. Это говорит о вашей несобранности и о том, что вы не можете контролировать не только свою силу, но и свои эмоции и желания. Неужели вы хотите, чтобы все знали о ваших слабостях?

Дальше я уже не вникала в разговор. Закрыла глаза, выставила руку и потянулась к своей силе. Ничего не обнаружив, испугалась. Внутри были холод и пустота. Как я не ощутила этого раньше? Я испуганно погрузилась глубже и наконец отыскала едва тлеющую искру. По венам снова потекло тепло, и я выдохнула.

– Если вашему тотему хорошо, он никогда не будет выглядеть так…

Я открыла глаза, пытаясь понять, про кого говорит Элай. Не сразу дошло, что про меня. Птичка, появившаяся на ладони, действительно выглядела едва живой. Потухшие, словно общипанные перья, поникший хвостик.

«Боги, что с тобой произошло!» – с ужасом подумала я. На меня заинтересованно смотрели со всех сторон.

– Впрочем… – Элай подошел ко мне и с интересом уставился на мою ладонь. На саму меня парень даже не взглянул, словно я была пустым местом. – Даже хорошо, что у кого-то из вас возникла такая проблема. Мы непосредственно сейчас разберем этот случай.

Я сжалась. Взгляды были устремлены на меня, стало неуютно. Не люблю быть в центре внимания. Не так. Да и становиться подопытной не хотелось. А еще я боялась за свою силу и свой тотем. Птичка появилась не сразу, мне пришлось заново разжигать потухшую искру. Казалось, еще чуть-чуть, и я останусь совсем без дара. Я думала, основное волнение закончилось после выбора стихии! Но сейчас снова испытывала его.

– Закрой глаза, – скомандовал Элай, – и попытайся найти свою силу так, как делала на выборе стихии.

Я повиновалась и поняла: внутри меня пустота. Не осталось ничего, к чему можно было потянуться. Вся моя сила лежала на ладошке. Вот эта потрепанная, чуть живая птичка – все, что у меня было.

– Найди внутренний резерв силы и попытайся взять оттуда.

– А если его нет? – тихо спросила я.

– Если его нет, тебе не повезло, – безучастно отозвался парень. – Во всех вас есть сила. Даже если тотем материализовался, где-то глубоко внутри она имеется. А значит, есть возможность взять хоть чуть-чуть, хоть крупицу. Иногда и ее бывает достаточно. Ищи, Тея, от этого зависит твоя судьба. Ты же не хочешь отсюда вылететь так позорно и быстро, не успев даже начать постигать магию? Это лишь первая сложность, с которой ты столкнулась при обучении.

Я честно пыталась, и… чувствовала только пустоту. Перед глазами была тьма. Только спустя несколько минут я начала замечать на периферии сознания искорки, сродни тем, из которых я выбирала свою силу. Среди них были совсем крошечные и побольше. Огненные, снежно-белые, голубые. Одна рядом со мной была достаточно крупной, почти с яблоко, и ухватить луч оказалось несложно. Но едва я дотронулась до него, меня пронзила сильнейшая боль, и я вскрикнула, схватившись руками за виски.

– А ты думала, будет просто? – шепнул на ухо Элай. – Продолжай, если хочешь учиться тут дальше.

Я почувствовала, как на глазах выступили слезы, но начала снова. Светящийся шар не трогала, но смогла ухватить чуть-чуть силы от нескольких маленьких искорок. Она приятным теплом потекла по венам.

– Успех так себе, – резюмировал Элай. – Но общий смысл понятен.

Я открыла глаза, чувствуя, что меня тошнит от усталости, но увидела, что перышки моей птички стали чуть ярче.

– Тренируйся, Тея.

Я послушно закрыла глаза, однако парень вернул меня с небес на землю.

– Не сейчас. Это индивидуальное домашнее задание. На следующее занятие предоставишь тотем, а не эту ощипанную перепелку.

Я послушно кивнула, чувствуя, что начинаю ненавидеть и Элая, и учебу здесь. Не прошла даже половина первой пары, а у меня уже отвратительное настроение и больная голова.

Дальнейшее занятие пролетело мимо меня. Голова разболелась сильнее, и как я ни пыталась, не могла сфокусироваться на том, о чем вещал Элай. Тотемы мы убрали почти сразу, и я не могла проверить, как чувствует себя моя птичка. Кстати… Наверное, стоит придумать ей имя. Но не сейчас.

До конца занятия оставалось еще минут пятнадцать, когда дверь в аудиторию с грохотом распахнулась и на пороге появился взъерошенный запыхавшийся старшекурсник.

– Там… – начал он, пытаясь отдышаться и поправляя торчащие в разные стороны рыжие волосы. – Там… – Парень тыкал пальцем куда-то в стену и точнее сформулировать свою мысль не мог.

– Что там? – нахмурился Элай.

– На старом пирсе. Посмотри в окно!

Элай послушно шагнул в сторону окна. За ним тут же рванула добрая половина студентов. Меня тоже подмывало поддаться общему порыву, но я сидела слишком далеко.

– Быстро по местам! – рыкнул Элай, осаживая самых наглых. Первокурсники обиженно плюхнулись на стулья, но шеи все равно вытягивали в надежде высмотреть что-нибудь интересное.

– Народ толпится, – заявил парень с грифоном. – А больше ничего не видно.

– Алан… – снова попытался рассказать нарушивший спокойствие парень.

– Что Алан? – Элай, кажется, начал выходить из себя. – Тим, ты можешь внятно объяснить, что случилось?

– Там… – Тим, который сейчас уже дышал ровно, снова кивнул в сторону окна. – На старом пирсе нашли Алана…

– И?

– Он утопился…

– Вот темные боги! – ругнулся Элай и вылетел из аудитории.

Следом за ним кинулась вся наша группа. Даже я поддалась стадному инстинкту, хотя представления не имела, кто такой Алан и зачем ему понадобилось топиться у старого пирса.

Глава 6

Когда мы всей толпой высыпали на улицу и следом за Элаем помчались за пределы академии, сердце кольнуло нехорошее подозрение. Я узнавала эти места. Узнавание было смутным, словно я находилась тут в прошлой жизни, или, если сказать точнее, во сне. Тогда вокруг сгущалась темнота, был шторм, но, оказавшись на берегу, я могла сказать точно: именно в этом месте я стояла у кромки воды. И хотела зайти глубже.

Тело парня лежало тут же, на размытом волной песчаном берегу. На лицо Алана наспех накинули куртку, которую снесло первым же порывом ветра, и мои самые страшные догадки подтвердились. На берегу, обезображенный, мертвый, но все же узнаваемый лежал парень из подземного перехода.

Именно он просил его не сдавать. Именно его, похоже, искали Риан и Элай, когда я подслушала ночью их разговор. И, возможно, нашли? Самое страшное, что я, похоже, была рядом с ним в момент гибели. Именно от этой участи спас меня Кош. А если бы не спас… это я лежала бы тут? Или я задохнулась бы в своей кровати? Что нас вообще связывает? Как объяснить произошедшее?

Вокруг слышались разговоры. Кто-то из девчонок рыдал, преподаватели пытались оттеснить студентов в сторону, а Элай упорно пробирался к мрачному Риану, который стоял рядом со своим отцом и ректором. Лери Ария была бледна, ее губы сжались в тонкую полоску. Она не выглядела сильно расстроенной. Скорее, озабоченной.

Подозреваю, в академии из-за этой смерти будет много проблем. Я с ужасом посмотрела на лежащее на берегу тело. Лицо парня снова закрыли курткой. На сей раз рукава придавили камнями, чтобы она опять не улетела. А я почувствовала, как меня трясет. Нужно выяснить, какого демона тут творится и почему я оказалась в это втянута. И я знала, кто мне в этом поможет.

Элай был мрачен и сосредоточен. Он держался рядом с преподавателями даже тогда, когда Риан отошел к своим друзьям. Нас разогнали, оттеснив от тела.

– Вам что, заняться нечем?! – рыкнул седовласый грузный профессор. Я его видела в коридорах, но он еще ничего у нас не вел. Большинство студентов сбежали сразу же. Остальная часть – после второго грозного рыка. Остался только Элай.

Я тоже пошла, но очень быстро отстала от толпы и присела на лавочку недалеко от ограды академии. Мимо нее вела к калитке узкая тропинка. Другим путем на территорию академии не попасть. Я решила во что бы то ни стало дождаться Элая и вытрясти из него всю душу. Была уверена: он знает, что произошло. А может, и сам в этом участвовал.

Стало немного страшно выдвигать такие обвинения, но я не собиралась сдаваться. Нужно поговорить с ним.

На руках материализовался Кош и заглянул мне в глаза своими умными янтарными, словно спрашивая, уверена ли я? Я ответила таким же прямым взглядом, и зверь устроился на моих коленях. Решил поддержать.

Ждала я долго и почти отчаялась. Успела замерзнуть в легком платье на осеннем ветру, но понимала: если уйду, потом не решусь подойти и спросить. Когда несли тело на носилках, я отступила к ограде. Не то чтобы меня не было видно, но значения не придал никто. Не все из студентов разошлись, многие просто гуляли в отдалении от места трагедии и не спешили возвращаться в корпуса. Следом за носилками прошли попечитель и ректор, а за ними – Элай с Рианом.

– Элай… – сказала я и сделала уверенный шаг вперед, хотя внутренне сжалась от страха.

– Что тебе? – холодно произнес он. – Я же сказал, не попадайся мне на глаза излишне часто. Подумаю, будто бегаешь за мной.

– Повторяю, – я попыталась скопировать его тон, но получилось плохо, – что не бегаю. Мне надо поговорить.

Риан наблюдал за нами с отстраненным интересом, но в его шоколадных глазах мелькнуло раздражение. Только я не поняла, в чей адрес: в мой или его кузена.

– Подожду тебя внутри, – бросил он Элаю, а я поудобнее перехватила Коша и посмотрела в лицо своего собеседника.

– Это ведь сделал ты?

– О чем ты говоришь? – прищурился Элай.

– Я слышала, как ты с кем-то разговаривал. Речь ведь шла о нем! Об этом утонувшем парне!

– А тебе какое дело, о ком мы говорили? – прищурившись, спросил Элай. – Ты Алана и не знала даже. Не видела ни разу.

– А вот в этом ты ошибаешься! – зашипела я. – Я видела его. Тогда, в коридоре, когда наткнулась на тебя. Он был напуган, умолял никому о нем не рассказывать!

– И ты, как послушная девочка, не сказала. Так ведь? – язвительно уточнил Элай.

– Да, но…

– А никаких «но», Тея. Ты промолчала, и теперь он мертв. А виноват я?

Признаться, я растерялась от прилетевших ответных обвинений. Такой наглости я не ожидала.

– Ты ничего не знаешь об этом месте, а пытаешься лезть! Помогать тому, кому не нужно, совать нос туда, куда не просят.

– А может, я хочу узнать? Например, что с ним случилось!

– Зачем тебе это? – спросил Элай раздраженно. – Он что, твой парень? Друг? Брат?

– Нет. – Я закусила губу. – Просто я была с ним, когда он умирал! – внезапно выпалила я, прижимая к себе Коша, который начал дрожать от холода. Адские коты были созданиями теплолюбивыми.

– В смысле? – Парень, кажется, растерялся. Он не ждал от меня такого ответа.

– В прямом! – Сама не понимая, зачем это делаю, я пересказала Элаю свой сон. – Если бы не Кош, не знаю, что было бы со мной. А потом я встретила тут тебя. Понятно теперь, почему я хочу разобраться в этой ситуации? Понятно, почему считаю, что ты замешан?

– Включи голову, Тея, – жестко сказал Элай. – Ты чувствовала момент, когда тонул Алан. Ты проснулась на берегу, а потом встретила меня. Я находился возле академии, разговаривал и только затем направился в сторону моря. Алан уже был мертв. Как его мог убить я, если в это время был в академии? Прежде чем кидаться обвинениями, хотя бы подумай. А впрочем, думать тебе противопоказано. Просто не лезь! Это место не любит тех, кто сует нос не в свое дело.

Сказав это, он обогнул меня и устремился в сторону главного корпуса, а я осталась, чувствуя себя идиоткой. Кош, видимо, был согласен, потому что взглянул на меня укоризненно, всем своим видом показывая, как скорбит из-за того, что его хозяйка – дура. И исчез, растворившись в промозглом осеннем воздухе. А я побрела в сторону академии, понимая, что, похоже, прогуляла занятия в первый же учебный день. Сильва умрет на месте, если узнает.

Одну пару я все-таки пропустила, но успела на следующую, Данарина встретила меня с круглыми глазами.

– Ты где была? – спросила она. – Я думала, что-то случилось!

– Случилось, но не у меня. – Пришлось пересказывать соседке произошедшее у моря. Без подробностей, конечно. Я не стала сообщать о своем разговоре с Элаем и о том, что мне снился момент смерти Алана, а самого погибшего я видела чуть раньше в коридоре.

Данарина поохала, но закидать меня кучей вопросов не успела – началось занятие по истории магических учений.

Остаток учебного дня прошел за конспектами и тетрадями с торопливым перерывом на обед. Мы встретили бледную Сильву, которая не переставала читать, даже пока ела суп. Посмотрев на нее издалека, мы решили не отвлекать. Хочет человек учиться двадцать четыре часа в сутки без перерыва – кто мы такие, чтобы мешать ему это делать?

В комнату я приползла только после ужина, уставшая и вымотанная. Был соблазн моментально завалиться спать. Сильва учила, Данарина сидела, скрестив ноги на кровати, и общалась с кем-то по связному. Девушка заразительно улыбалась и вообще производила удивительно свежее впечатление. Даже завидно стало.

Я достала свой связной артефакт, залезла под уютный плед и написала Ниссу. Пока слала ему сердечки и получала ответную порцию, настроение улучшилось, даже силы появились.

А ночью, когда уснула даже Сильва, я вспомнила про задание Элая.

Следующая пара стояла послезавтра, но я подозревала, что мне не хватит одного дня, чтобы привести в порядок птичку. Поэтому решила потренироваться сейчас.

Убедившись, что мои соседки ничего не видят, я раскрыла ладонь и потянулась к своей силе, призывая тотем. Птичка, которую я решила назвать Айя, созвучно своему имени, появилась сразу. Сейчас она хоть и была маленькой и тускленькой, но все же выглядела значительно приличнее, чем с утра.

– Сейчас мы постараемся тебя подлечить, – шепнула я и закрыла глаза, медленно погружаясь в транс и попадая в черную невесомость с летающими крупицами силы. Меня словно окружало звездное небо. Звездочки были расположены хаотично, они различались по цвету и величине, и скоро я поняла, что лучше не соваться к тем, которые побольше – они больно жглись, а от соприкосновения с ними начинала болеть голова.

А вот маленькие, почти незаметные частички делились силой охотно. Одну такую крупинку я отыскала совсем рядом и, не стесняясь, потянула из нее нужное количество силы. Несколько раз открывала глаза, любовалась своей Айей и остановилась только тогда, когда моя птичка засияла, ее хвостик распушился и стал буквально гореть от огненной энергии.

– Вот так-то лучше, – удовлетворенно заметила я и счастливо уснула, даже не заметив, как под боком появился мурлыкающий Кош. Он тоже не любил осень и предпочитал греться под теплым одеялом, используя меня, как батарею.

С утра едва не проспала даже Сильва. Она проснулась от грохота, который издавали мы с Данариной, пытаясь собраться на пары за пятнадцать минут. Наша соседка выглядела бледнее, чем обычно, и долго глотала какие-то таблетки.

– Что ты пьешь? – с подозрением спросила Данарина.

– Средство для концентрации внимания, – отмахнулась Сильва.

– Оно же вредное! – Я вспомнила, как папа рассказывал о том, сколько у этого чудодейственного лекарства побочных эффектов.

– Ну и что? – огрызнулась Сильва. – А засыпать на ходу не вредно?

– Тебе надо что-то делать с нагрузкой, – сказала Данарина. Она сейчас была удивительно серьезна, серьезнее, чем обычно.

– Мне надо закончить эту демонову академию и устроиться на хорошую работу!

– Не хочу тебя огорчать, – заметила Данарина, – но ты только начала учиться. А такими темпами, прости меня, сдохнешь раньше, чем получишь диплом.

– Следи за собой, а не за мной, – огрызнулась Сильва и, хлопнув дверью, ушла.

– Не пытайся делать добро, – задумчиво проговорила моя соседка и обратилась ко мне. – Согласись, она выглядит отвратительно. И если с ней это делает учеба, стоит подумать о другом жизненном призвании.

– Полностью согласна, – кивнула я, и мы отправились сначала в столовую, а потом на занятия.

О вчерашнем происшествии все молчали. Создавалось впечатление, что все стараются сделать вид, будто ровным счетом ничего не произошло. Я тщетно ловила сплетни в столовой, но о том, что в академии случилась трагедия, можно было понять только по стражам порядка, которые появились ближе к обеду.

Их встретила сама ректор и лично увела куда-то наверх. Стражей тоже никто больше не видел. В остальном день протекал штатно. Мы грызли гранит науки, изучали разные введения во введение, самописные ручки мелькали над тетрадями, голова пухла от новых знаний, и хотелось гулять, есть и спать. Именно сегодня я в полной мере ощутила себя студенткой.

А когда мы со стаканчиками кофе в руках лениво брели с Данариной к себе, то обнаружили под дверью листовку с приглашением на первую в этом году вечеринку на крыше.

– Не уверена, что хочу, – заметила я, когда мы зашли в комнату. – Там обязательно будет Янина и иже с ними. По сути, я никого тут не знаю, кроме тебя. Есть ли вообще смысл идти?

– Отличный повод познакомиться, – заметила Данарина. – Ты что, нельзя пропускать подобное знаковое событие только из-за того, что, кроме тебя и сотни интересных людей, на вечеринке будет пара придурков!

– Придурков будет больше, – не удержалась Сильва, на минуту оторвавшись от учебников, но ее никто не слушал. Про вечеринку она, похоже, знала и без нас.

– Может быть, ты и права, – пожала я плечами. – Отказываться совершенно неправильно. Я с тобой.

– Вот и замечательно! – Данарина бросила сумку на кровать и кинулась к шкафу, застыв перед раскрытыми дверками. – Только вот идти особо не в чем, – печально резюмировала она, и я была вынуждена согласиться. Форма, безусловно, красивая, но однообразная, а из своих вещей у меня только брюки. Правда, весьма симпатичные. И если к ним добавить синюю блузку…

Охваченная азартом, я кинулась к шкафу и начала прикидывать варианты. Данарине, похоже, тоже пришла в голову какая-то идея, потому что она закопалась в шкаф почти полностью. Одна Сильва осталась безучастной.

– Ты не будешь переодеваться? – уточнила у нее Данарина.

– У меня хорошее платье, чем оно вас не устраивает?

– Оно же скучное!

– А зачем мне веселое платье? – Сильва словно не понимала, о чем идет речь.

– Ты же идешь веселиться, поэтому и платье должно быть веселое, – не унималась Данарина.

– Я иду участвовать в студенческой жизни. Это полезно. На таких мероприятиях заводятся новые знакомства, которые в дальнейшем могут помочь в жизни.

Человек, думающий перед вечеринкой о знакомствах, которые могут пригодиться лет через пять, вызывал у меня только недоумение. Чем дальше, тем более странной мне казалась наша соседка. Я не понимала, как вести себя с такими людьми, но начала привыкать. Сильва либо чем-то недовольна, либо озабочена учебой. Поэтому я просто перестала обращать на нее внимание и увлеклась созданием красивого образа посредством весьма ограниченного ресурса. Было интересно, что получится. Причем не только у меня, но и у Данарины.

Результат превзошел наши ожидания. Данарина не изменила собственному стилю. Она надела блузку и длинную темно-синюю летящую юбку, которую дополнила массивным поясом из серебряных пластин. К созданию образа подружка подошла тщательно. На руках позвякивали серебряные браслеты, а в уши она вдела массивные серьги. Я смотрела и замирала от восхищения. Данарина была похожа на необузданную древнюю богиню.

– Супер! – восхищенно отозвалась я, демонстрируя собственный наряд.

Я решила быть дерзкой и позволила себе вместо юбки узкие штанишки из плотной замши, короткие сапоги на удобном каблуке и свободную блузку с провокационным вырезом. Блузка была от формы, но я распустила шнуровку на горловине и закатала рукава, так она стала выглядеть совсем иначе.

Сегодня я забрала волосы наверх, выпустив несколько слегка вьющихся прядей у лица. Темно-серая подводка в честь праздника, средство «длинные ресницы» и светло-розовый блеск для губ – мне самой понравилось отражение в зеркале. Узкий аккуратный подбородок, чуть вздернутый нос и зелено-голубые глаза, которые казались еще больше благодаря тщательно растушеванной дымчатой подводке. «А я ведь ничуть не хуже Янины», – закралась в голову предательская мысль, но я попыталась ее отогнать. Мне совсем не хотелось сравнивать себя с подружкой Риана.

Только Сильва не изменилась. Она не стала подбирать более праздничный вариант школьной формы, а русые волосы по-прежнему были заплетены в куцую косичку. Создавалось впечатление, что она и на вечеринку идет через силу, безо всякого желания. Я не понимала, зачем в этом случае превозмогать себя? Сидела бы в комнате, корпела над конспектами дальше. Если я могла понять учебу через силу, то зачем через силу отдыхать, я уяснить не могла.

В том, что Сильва отправилась с нами, имелся один огромный плюс. Она знала, куда идти, а мы – нет. Академия была огромной, как и ее крыша, поэтому чтобы понять, как туда попасть, нужен знающий провожатый. Мы по боковой лестнице поднялись на четвертый этаж и свернули в длинный коридор. По нему шли, пока не уперлись в обычную дверь. Такая стояла в кабинете директора и в ряде аудиторий.

– А здесь что? – спросила Данарина. Вместе с нами к двери подошли еще несколько человек. Черноволосый парень уверенно постучал, а девушка, которая висела у него на руке, охотно пояснила:

– Тут живет Элай. Вечеринки устраивает он. Именно из его покоев есть выход на крышу. Не знаю, как мы будем развлекаться, когда он закончит учиться. Говорят, прошлый хозяин этих покоев был не таким гостеприимным. На крышу пускали только избранных и за деньги. А Элай – душка, каждую пятницу тут веселье.

– А руководство академии? – удивилась я. – Неужели ничего не знает?

– Конечно, знает. Но не препятствует. Должны же мы как-то развлекаться? – хмыкнула девушка. – Ректор это понимает.

– А с виду и не скажешь, что она мировая, – отозвалась Данарина.

– А она и не мировая. – Разговорчивая девушка пожала плечами и зашла в темноту за приоткрывшейся дверью. Мы шагнули следом.

Тут действительно было темно. Адски темно. Настолько, что оказалось страшно сделать шаг. Узкую тропинку перед нами обозначали яркие огоньки. Они совсем не давали света, не разгоняли темноту, просто указывали, куда идти.

– А мы точно по адресу? – спросила Данарина с опаской, и я почувствовала, как она вцепилась в мою руку.

– Точно, – отозвалась Сильва. – Просто некоторые живут совсем не так, как мы, и по ясным причинам не хотят, чтобы их апартаменты разглядывал кто ни попадя. Поэтому тут так темно.

– А как живут некоторые? – осторожно спросила я.

– Так, как привыкли жить у себя дома. С размахом. Или ты считаешь, что у Магических королей, как и у нас, одна маленькая комнатушка на несколько человек?

Вообще, до этого момента я не думала о том, как и где живут Риан с Элаем. Сейчас же стало интересно. Понятно, что я не рискнула свернуть с тропинки, просто двигалась вперед, надеясь, что в конце пути нас не подстерегает неприятный сюрприз.

Впереди нас ждало очередное испытание. Такая же лишь обозначенная подсветкой лестница, ведущая наверх. Я порядком утомилась, прежде чем вынырнула в грохот музыки и на свежий воздух. Тут не было специального освещения, только лунный свет и несколько установленных прожекторов. После ослепляющей темноты мне все казалось слишком ярким. А еще тут было удивительно тепло, хотя ночи в последнее время отличались ветреной и холодной погодой.

На крыше уже собралось много народа. Сильва как-то очень быстро от нас отделилась и растворилась в толпе. Возможно, она все же общалась с кем-то со своего курса. Мы с Данариной пока никого не знали, поэтому старались держаться вместе. Первокурсников вообще было не так уж и много. Не все пошли? Или не все дошли? Кто знает. А еще я не видела тут ни Риана, ни Элая. Неужели они не почтят присутствием вечеринку? Странно… Если по поводу Элая я еще сомневалась, то вот Риан походил на заядлого тусовщика.

Ответ на этот вопрос прозвучал очень скоро. Я подошла к столу, где старшекурсница совершенно бесплатно смешивала для всех коктейли. Сначала я не рискнула, но потом заметила Сильву с таким коктейлем и подумала, что наша зубрилка после таблеток для концентрации вряд ли стала бы употреблять что-то запрещенное или сильно алкогольное.

– Угощайся, – подмигнула мне девушка за стойкой. – Вообще, мы договорились с администрацией. Нам дают соки, воду из минеральных источников, сиропы… Ну а мы туда добавляем тайный ингредиент. – Она потрясла бутылкой рома. – Начало года – Элай щедрый. Потом придется скидываться самим, но это где-то после зимнего праздника слияния стихий. Пока можно расслабиться. Будешь?

Я неопределенно пожала плечами, но потом согласно кивнула. И тут услышала разговор девушек, стоящих в очереди за мной.

– Жаль, сегодня не будет Риана.

– Что так?

– За вчерашнюю выходку отец посадил его под домашний арест. Поэтому Янина сегодня одна. Только вот грустной ее определенно назвать нельзя.

– Риан, да не появится? – хмыкнули у меня за спиной. – Поверь, он найдет, как сбежать от родительского гнева, поэтому и Янина не расстраивается. Не первый раз его наказывают домашним арестом.

– Но это ладно. С Рианом все понятно, – вмешался в разговор третий голос. – А Элай где? Его я тоже тут не видела. От Риана толку никакого, они с Яниной неразлучны, а вот Элай… – в голосе девицы появились мечтательные нотки.

– Губу закатай, – посоветовали ей снисходительно. – Все знают, что они с Леоной мутили. А она, как и Янина, никогда своего не отдает.

– Они уже сто лет не вместе. Даже если Леона и хочет вернуть все назад, Элай вряд ли…

Дальше мне стало неинтересно. Уж до того, с кем, когда и как мутил Элай, мне точно нет никакого дела. А стоять и дальше преграждать дорогу желающим получить коктейль было совсем неправильно.

Данарина упорхнула к нашим девчонкам, а я неторопливо прогуливалась. Изучала парней, девушек, а также – окружающую обстановку. Вплотную подошла к доходящему до пояса ограждению крыши и воткнулась лбом во что-то упругое, когда перегнулась, чтобы лучше рассмотреть пейзаж внизу. Похоже, кто-то поставил защиту. Старался явно маг текущей воды. Именно они работали не только с водной стихией, но и с воздухом. Им покорялся ветер. А защитный купол создавался из уплотненного воздуха. Возможно, эта защита стационарная и идет по всему периметру академии, чтобы никто из нерадивых впечатлительных студентов не сиганул вниз после несданной сессии.

Двор отсюда был как на ладони, освещенный старинными фонарями на кованых столбах. Вдалеке, уже за территорией академии, виднелся маяк. Им не пользовались уже давно, но магический огонь продолжал гореть. Он являлся символом этого острова и сейчас освещал береговую линию и неспокойные воды Ривана.

Видимо, магический купол не только защищал, но и поддерживал комфортную температуру на крыше. В лицо дул приятный ветерок, и я наслаждалась моментом. За спиной смеялись люди, грохотала музыка, а я просто смотрела на отражающуюся в свете маяка воду на горизонте и звездное небо.

Я не сразу заметила, что в стороне от меня, ближе к угловой колонне, устроились Леона и Янина. Девушки хихикали, перешептывались и вели себя, на мой взгляд, странно, скоро стало понятно, почему.

С воплями и улюлюканьем с нижнего этажа на улицу вылетели два парня, которые оседлали самые обычные подушки с логотипами академии на наволочках. Правда, в отличие от наших, эти наволочки оказались шелковыми. Первую подушку оседлал закутанный в покрывало Риан, а следом за ним несся Элай. На крышу, пробив защитный контур, парни вывалились кубарем.

Сразу же начал гулять холодный ветер. Едва поднявшись, Элай пинком отправил подушку в угол и, повернувшись к пробоине в защитном контуре, устранил ее буквально парой пассов. Значит, купол установил он. Какая же в этом парне сосредоточена силища? Мне страшно было это предположить.

Народ радостно улюлюкал, а Риан вовсю целовался с Яниной, которая прилипла к нему, словно дикий плющ. Я отвернулась. Смотреть противно.

Парень откинул в сторону плед, и стало понятно, почему он в него прятался.

– Ну да! – как ни в чем не бывало заявил Риан, повернувшись кругом и демонстрируя желающим великолепный торс и плоский живот. – Папочка знает, что я не люблю сидеть взаперти, поэтому забрал всю одежду! Лицезрите мою любимую пижамку! Точнее, низ от нее! Это единственное, что я смог отвоевать!

– Эй, Риан, я бы одолжил тебе свои штаны! – крикнул какой-то парень, отсалютовав Магическому королю бокалом, на что Риан полушутя-полусерьезно ответил:

– А может, я брезгую надевать чужие вещи? Пусть пижамка, но своя.

После этого он обхватил Янину за талию, и они удалились в самую гущу танцующих. А я осталась стоять у бортика и смотреть на чужое веселье. Почему-то видеть этих двоих вместе было неприятно.

Я медленно пошла вдоль парапета, наблюдая за танцующими парнями и девушками. В центре внимания, конечно же, оказались Янина и мигом влившийся в общее веселье Риан – Магические короли, самая популярная пара в академии.

Им не уступали Элай и Леона, которые вместе смотрелись удивительно гармонично. У обоих черные длинные волосы, блестящие, словно шелк, смуглая кожа и сильные поджарые тела. Леона походила на хрупкий диковинный цветок. Элай был проще, он не выделялся среди других парней, но зато как двигался! В танце он не уступал Леоне. На них хотелось смотреть бесконечно. Движения выверенные, слаженные и красивые.

Я вообще не думала, что кто-то из людей может так двигаться. Полагала, подобное умение доступно только потомкам фейри. Может, и в крови этих двоих намешана кровь фейри? На их фоне меркли все остальные, даже грациозная Янина. А Риан вообще терялся, хотя Леона упорно пыталась вытащить в центр круга и его.

Скоро компании стало тесно – к ним примкнули студенты, желающие ненадолго в пылу угара и танца почувствовать себя элитой. Риан, подхватив Янину, втащил ее на импровизированную, сделанную из старых столов сцену. За ними последовали Леона с Вианом и, к моему удивлению, Элай с Данариной. Моя соседка тоже оказалась хорошей танцовщицей. Она помахала мне с помоста и приглашающе кивнула, но я отрицательно мотнула головой, хотя тоже хотела танцевать. Меня затягивало общее веселье, но я не могла заставить себя идти туда, где буквально в метре от меня будут находиться Риан со своей скандальной пассией.

Танцы самой популярной компании становились все откровеннее и развязнее. Щеки Янины раскраснелись, а Риан окончательно отбросил плед, который до этого использовал, как плащ. Это действие вызвало шквал аплодисментов. Я ощутила небывалый прилив сил и скоро вовсю танцевала, втянутая в круг девчонками из своей группы. Мы сегодня почти не общались, но здесь быстро нашли общий язык.

А вот Сильва явно скучала. Она не принимала участия в общем веселье, не танцевала, и скоро я потеряла ее из виду. Вообще, на крыше творилось что-то очень, на мой взгляд, непонятное. Вроде не было откровенно пьяных, но даже самые отъявленные скромники вели себя очень раскованно. Да и я чувствовала необыкновенный прилив адреналина. Точно не от одного слабоалкогольного коктейля. Танец захватывал полностью.

Ко мне подскочила Данарина. Взяв за руку, утащила на сцену, где, обнявшись, танцевали Риан и Янина. Я пошла, не раздумывая, хотя всего пару часов назад хотела остаться в комнате, лишь бы не встречаться с ними. Впрочем, на сцене скопилось достаточно народа. В такой толпе, грохоте музыки и вспышках света никому не было дела до танцующих рядом.

– Мне почему-то совсем нехорошо, – устало сказала незнакомая девушка рядом со мной. Я мельком увидела ее побледневшее лицо. – Пожалуй, пойду к себе, – шепнула она и неуклюже слезла со сцены.

Я окинула взглядом зал и с удивлением заметила – людей стало намного меньше. Создавалось впечатление, что пока одни ощущали небывалый прилив сил и адреналина, другие становились все слабее и подавленнее.

Янина спрыгнула со сцены и, обнявшись с Леоной, нырнула в темный проем, ведущий в покои Элая. Я на короткое время оказалась лицом к лицу с Рианом. Сначала хотелось ретироваться и бежать, куда глаза глядят, но потом я поняла: мне все равно. Решила просто не смотреть на него и танцевать дальше, полностью растворяясь в музыке. Давно не чувствовала себя так раскованно. Казалось, дай мне волю, буду танцевать до утра.

Я не сразу обратила внимание на то, как на меня глядит парень – внимательно и жадно. Изучает каждую черточку лица, каждый изгиб тела. Поймав его взгляд, я смутилась, не зная, как вести себя дальше, и сбилась с ритма. Но тут вернулась Янина, и Риан переключился на нее. Никогда не думала, что однажды обрадуюсь ее появлению.

Через полчаса зажигательных танцев одна часть меня вопила: «Танцуй! Тут так здорово! Еще больше музыки, адреналина и красивых парней рядом!» – а вторая тихо шептала на ухо: «Тея, ноги завтра отвалятся. Пойдем спать!» Спать не хотелось категорически, поэтому я просто решила немного передохнуть. Спрыгнула со сцены. Пройдя в дальний конец крыши, спряталась за какой-то декоративный элемент и уселась на широкий парапет.

Страшно не было. Это место оказалось очень удачным. Оно было закрыто защитным куполом, но находилось в стороне от прожекторов и музыки. Можно перевести дух. Даже странно, что его не оккупировали влюбленные парочки. Тут было значительно прохладнее и тише. Разгоряченные щеки приятно холодил ветерок. Ноги гудели, быстро стало скучно и захотелось вернуться обратно к музыке и веселью. Хотелось если не танцевать, то петь и общаться хоть с кем-нибудь.

Перед тем как уйти сюда, я поискала взглядом Данарину, но нигде не заметила. То ли она ушла спать, то ли просто затерялась в разгоряченной, заведенной музыкой толпе. А может быть, исчезла вместе с Элаем. Последнее, что я видела – это то, как они вместе танцуют. Моя новая соседка оказалась не промах, отхватила себе одного из самых симпатичных парней на второй день пребывания в академии. О том, что Элай еще и знатный засранец, я старалась не думать.

– Неужели самая красивая девочка вечеринки устала? – раздался тихий хриплый голос, от которого по позвоночнику пробежали мурашки.

Я не заметила, когда ко мне подошел Риан. Сейчас в этом темном уголке, куда едва доносились звуки музыки, все чувствовалось острее, в том числе и его присутствие. Сильное разгоряченное тело, слегка сбивающееся после танца дыхание и непонятный мне магнетизм.

Я замерла, не зная, что ответить, а он взял мою руку и прежде, чем я успела ее отдернуть, нежно провел большим пальцем по запястью, шепнув:

– Такая нежная кожа…

Голос был бархатный и ласкающий.

– Не понимаю тебя и, признаться честно, не хочу, – отрезала я, начиная злиться. – Ты пять минут назад целовался со своей девушкой. А сейчас… – Я невесело хмыкнула. – Она тебя заждалась, а я, пожалуй, пойду спать.

– Я сам себя не понимаю. – Он пожал плечами и растерянно улыбнулся. – Может быть, дело в том, что ты очень красивая. Красивее, чем мне хотелось бы.

– И поэтому ты ведешь себя так по-идиотски? – быть вежливой я не собиралась.

– Может быть. – Парень смущенно засунул руки в карманы совершенно неуместных тут шелковых пижамных штанов.

Разозлившись окончательно, я спрыгнула с парапета, но не учла одного: Риан стоял очень близко, и я оказалась зажатой между ним и каменной кладкой. Молодой человек был высоким, гораздо выше меня. Его подбородок уткнулся в мою макушку, а сердце билось где-то очень близко. Глухие удары скорее ощущались кожей, чем слышались.

– Дай пройти!

Из-за накатившего смущения просьба превратилась в грубый приказ. Риан притягивал меня очень сильно, сильнее, чем позволяла совесть. Я ужаснулась своим предательским желаниям. Запах его свежей туалетной воды сводил с ума, заставлял терять голову и думать о том, что стоит захотеть, и можно почувствовать, какова на ощупь его кожа. Нужно лишь поднять руку и провести от шеи вниз, к тому месту, где бьется сердце.

– А ты точно хочешь уйти? – хитро шепнул он и осторожно скользнул ладонью по моей щеке. Его пальцы замерли на подбородке. Риан слегка потянул вверх, заставляя меня поднять голову и посмотреть ему в глаза. Он был невероятно красив. До дрожи в коленках и сбивающегося дыхания. Никогда не думала, что лицо парня может быть столь совершенным. Или его таким видела я? Шоколадные глаза завораживали. Казалось, в них разгорается огонь, и мне это безумно нравилось. Нижняя губа была чуть полнее верхней, и ее хотелось поцеловать в первую очередь.

– Тебя там ждет Янина. – Я стряхнула наваждение. Сдаваться не хотелось. Я не понимала, что происходит, но не собиралась потакать желаниям. Лучше держаться от Риана как можно дальше.

– Она слишком увлечена танцем и не вспомнит обо мне, – шепнул он и наклонился.

Позволить себя поцеловать я не могла. Риан был привлекательным. Он сводил с ума, но я слишком хорошо помнила Янину и Нисса. И не могла допустить, чтобы мимолетная глупость разрушила прочные, устоявшиеся отношения. Не только мои, но и его.

– И все же мне стоит уйти. – Я увернулась от его губ и беспрепятственно проскользнула мимо парня.

Хотя идти в комнату совсем не хотелось, я не рискнула возвращаться на вечеринку. Мне разонравились сумасшедшие танцы. Не было и желания дальше пересекаться с Рианом. На сегодня с меня достаточно и парня и плясок.

Пока я пробиралась по темноте покоев Элая, руки дрожали, а ноги подкашивались. Стало страшно: вдруг Риан последует за мной? Я не знала, что сделаю, если он проявит настойчивость. Запах его туалетной воды пьянил, а красиво очерченные губы заставляли мечтать о поцелуях.

Но Риан совсем не тот, кто мне нужен. Мне нужен Нисс! Я попыталась отрешиться от сегодняшнего дня и вспомнить мягкую улыбку, пронзительные голубые глаза и вечно взъерошенную челку. Нисс был очень привлекательным – открытое лицо, упрямый подбородок, широкие скулы, чуть вздернутый нос и едва заметные летом веснушки. Он нравился многим девчонкам, а выбрал меня. Все мои подружки завидовали и говорили, что мы отлично смотримся вместе. А еще Нисс вежливый и нежный. Разве этого мало?

Тут оказалось совсем темно, и пробираться пришлось почти на ощупь. Спать не хотелось, но и возвращаться назад было неправильно, поэтому я замерла, раздумывая.

– Прости, но отпустить тебя так сложно…

Риан неожиданно возник из темноты и подошел вплотную, прижимая меня к стене. В темноте можно было разглядеть лишь его лицо, оно казалось неестественно бледным. Я попыталась ускользнуть, но он не позволил, прижавшись всем телом. За спиной – шероховатая стена, а впереди – он, и непонятно, что пугает больше.

Я с силой оттолкнула парня, упершись ладонями ему в грудь. Риан перехватил мои запястья и поднял руки над головой, прижав их к жесткой стене. Можно было закричать, но крик застрял в горле. Как завороженная, я смотрела в темные глаза стоящего передо мной мужчины и понимала: он ничего плохого не сделает.

– Просто шла к себе в комнату, – пискнула я, справившись с волнением.

– Ты ведь не хотела уходить? Правда? – прошептал он, склонившись к моему уху. Его голос завораживал и усыплял. – Ты ведь не против? – поинтересовался Риан настойчивее. Заметив мой нерешительный кивок, наклонился ближе и осторожно поцеловал. – Ты же сама хотела этого. Правда? Один поцелуй, который завтра покажется сном. А может быть, это и есть сон?

Он провел языком по моим губам, отпустил руки и, притянув, обнял за талию. Мне было так хорошо и спокойно! Его губы сводили с ума и заставляли забыть обо всем на свете. Я с радостью поверила в то, что все это сон.

Ведь во сне нет места угрызениям совести.

Глава 7

Голова была чугунная, и просыпалась я с великим трудом, словно вчера пила всю ночь. Но ведь я не пила, а просто танцевала? Мысли спросонья путались. Стало не по себе. Весь прошлый вечер был словно во сне. Я не могла его вспомнить и не знала, где заканчивается явь и начинается сон. Открыв глаза, я сначала безучастно смотрела в потолок, пытаясь осознать, сколько сейчас времени и что произошло вчера ночью.

Припомнила, как Риан целовал меня в коридоре, но это случилось, казалось, минуту назад, во сне. Когда вернулась в комнату и легла в постель, вспомнить не удалось. Я никогда не чувствовала себя так глупо и растерянно. Оказывается, не помнить минувший вечер – страшно.

Поднявшись, я проскользнула в ванную. Мои соседки еще спали. И если в случае с Данариной все было ясно, то Сильву я ожидала увидеть бодрствующей. Она всегда вставала первой, да и ушла вчера рано. Точно раньше меня. Еще бы знать, во сколько вернулась я сама.

Даже контрастный душ не помог убрать пробелы в памяти. Я машинально смыла перед зеркалом остатки вчерашней косметики, смазала лицо кремом и расчесала волосы, одновременно пытаясь понять, что же все-таки произошло ночью после того, как я оставила Риана в коридоре. И уходила ли я. Был поцелуй или он все же мне приснился? О поцелуе думать не хотелось. Он хоть и произошел во сне, все равно заставлял краснеть и чувствовать себя виноватой перед Ниссом.

Решив, что бесполезно мучиться, я завернулась в полотенце и вышла в комнату.

– Что-то ты невеселая? – зевнула Данарина, потягиваясь на кровати.

– Да все нормально, – отмахнулась я, на автомате перебирая учебные принадлежности. – Не выспалась просто.

– Нет, ты расстроена! Я же вижу, – не отставала упорная и проницательная Данарина. – Давай рассказывай! Вместе проблемы решаются проще.

Я не очень понимала, зачем делиться своими переживаниями с Данариной. Мы не успели подружиться и жили, скорее, как обычные знакомые, поэтому я сомневалась. Да и не знала, что сказать. Поэтому сменила тему.

– А почему Сильва все еще спит?

– Представления не имею, – пожала плечами Данарина. – Она уже спала, когда я пришла. И ты тоже.

– Да, я не помню ее на вечеринке. Скорее всего, она ушла еще до меня. Я вообще не очень хорошо помню вечеринку, если честно. – Признание далось с трудом.

– Лишку коктейлей? – понимающе усмехнулась Данарина.

– Один, – покачала головой я. – В академии творится что-то странное.

– Ты преувеличиваешь! Вечеринка была улетная! Я сто лет так не отрывалась.

– Конечно, ты ведь вовсю зажигала с Элаем!

– Он просто танцует классно! – немного смутилась она. – А я тоже танцевать люблю. Так что у нас исключительно общие интересы.

– Ну-ну, – хмыкнула я и позвала: – Сильва, вставай! Скоро на пары! Ты же параноик и не любишь опаздывать!

Девушка с трудом разлепила глаза и пробормотала:

– Что-то мне плохо.

– Позвать медика? – обеспокоенно поинтересовалась я. Наша подруга была противной, но сейчас выглядела настолько неважно, что я начала всерьез волноваться.

– Нет, наверное, не нужно, – прошептала она и прикрыла глаза. – Я немного полежу и встану.

– Может, ты заболела? – с беспокойством уточнила Данарина. – Когда ты себя почувствовала нехорошо?

– Вчера на вечеринке. Закружилась голова, появилась слабость…

– Может, коктейль был из некачественного алкоголя? – предположила я.

– Мне, кстати, тоже вчера стало не очень хорошо, – задумчиво отозвалась Данарина, – но Элай предложил прогуляться. Мы спустились к нему, попили кофе, и меня очень быстро отпустило. Правда, навалилась усталость, и я поняла: пора спать! В итоге мы протрепались почти до утра. Тея, а ты себя нормально чувствовала? Когда мы с Элаем уходили, ты еще отплясывала вовсю!

– Нормально, у меня ничего не болело. Я вообще танцевала бы всю ночь. Но, во‐первых, вы обе ушли, и я осталась одна, а во‐вторых, побоялась, что у меня сегодня отвалятся ноги.

Переговариваясь, мы с Данариной отправились на пары, а Сильва перевернулась на другой бок и снова задремала.

– Мне кажется, лучше все же вызвать лекаря, – пробормотала Данарина, оборачиваясь в дверях.

– Может, просто нехорошо себя чувствует… Сильва, давай вызовем лекаря?

– Нет. Все хорошо. Правда. Нужно просто поспать. У меня такое уже было. Я не очень хорошо себя чувствую после того, как побываю тут в скоплении людей. Я и в комнате поэтому жила одна. В прошлом году постоянно просыпалась обессиленной.

– А в этом году? – спросила я.

– Только сегодня. – Она слабо улыбнулась. – Ну и еще пару раз.

Мы задержались на пороге, но потом решили, что Сильва достаточно взрослая, чтобы понять, нужен ей врач или нет. Если у нее такое бывает, то пусть поспит.

Сегодня до обеда у нас в расписании стояла лекция по мироустройству, которая занимала аж две пары. А вот после обеда у Данарины был факультатив, а у меня – ненавистные тотемы.

До начала занятий мы успели, не торопясь, позавтракать, еще раз обсудить вечеринку, от которой подруга была в восторге. А я сидела и думала, что все равно здесь происходит нечто странное. Кто-то из студентов, как и мы, был воодушевлен – смех слышался отовсюду, – а кто-то выглядел подавленным. Впрочем, может быть, я придираюсь? И ищу подвох там, где его нет?

Кто-то ушел спать пораньше, кто-то любит веселиться, кто-то перебрал халявных коктейлей. От этих мыслей стало проще. Ни Элая, ни Риана, ни девушек из их компании видно не было, и это радовало. Мне нужно было разобраться в себе.

Лекция оказалась до такой степени нудной, что времени поразмыслить было предостаточно. Я иногда выныривала в реальность и даже успевала что-то записать, а потом снова впадала в глубокую задумчивость, которая, как и прежде, ничего не дала. В душе было смятение. После обеда мы планировали немного отдохнуть в комнате, но, выходя из столовой, столкнулись с Элаем. Поэтому я сразу сбежала, а Данарина, наоборот, расцвела в улыбке и задержалась возле парня, заведя какой-то незначащий разговор. Я решила, что она вряд ли обидится, если я ее не дождусь.

Когда вернулась в нашу комнату, Сильва еще спала. Выглядела соседка довольно умиротворенно, поэтому хоть и был соблазн ее растолкать, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, я не стала ее тревожить. Вместо этого пообщалась с Ниссом, пытаясь унять угрызения совести, а потом вызвала маму. Пересказала последние события, естественно, умолчав о смерти и странностях, которые творятся в академии. Выслушала порцию домашних новостей и с чистой совестью отключилась.

До начала занятий оставалось время, и я позвала свою силу. Айя появилась на руке моментально и расправила крылышки. Сейчас она выглядела почти здоровой, но я вспомнила насмешливый взгляд Элая и решила, что ей не помешает еще немного магии. Прежде, чем закрыла глаза, на кровати материализовался Кош. Я автоматически придвинула к себе руку с птичкой, но сегодня кошак был в благодушном настроении, поэтому только щурился, смотрел, но не пытался напасть.

Понаблюдав за ним и убедившись, что он точно не кинется, я прикрыла глаза. Сила потекла сама. Тонкой струйкой. Я все еще с трудом ее добывала, но уже хотя бы понимала, что надо делать. Птичка скоро засияла, а я обессиленно упала на подушки и вырубилась. Не проспала пару только потому, что мне в руку осторожно потыкали когтистой лапой.

– Вот же! – подорвалась я, наспех пригладила волосы и выскочила из комнаты, отмечая, что Сильва так и не проснулась. Чтобы зайти в кабинет до преподавателя, мне пришлось едва ли не сбить его с ног.

Элай отскочил, я влетела в аудиторию и плюхнулась на стул рядом с Мирой.

– Тея Шейн, – строго начал Элай, буравя меня взглядом, – чтобы попасть в аудиторию раньше преподавателя, нужно раньше выходить из своей комнаты, а не пытаться сбить его с ног.

– Простите. – Я покорно опустила глаза, не имея желания спорить. К тому же понимала, что была не совсем права. – Я учту ваши пожелания.

– Непременно. И раз ты привлекла мое внимание, покажи, как справилась с домашним заданием.

Я раскрыла ладони, и огненная Айя засияла передо мной. Да, птичка была небольшой, со среднестатистического голубя, только с роскошным огненным хвостом. Сейчас она полыхала, словно пламя в камине, и выглядела красивой и здоровой.

– Не ожидал, – сказал Элай и задумчиво посмотрел на меня.

Закусил губу, словно собираясь что-то спросить, но потом передумал и перешел к теме сегодняшнего занятия. Прошлая лекция закончилась неожиданно, а до того, как мы все убежали, Элай успел только коротко обрисовать, чем мы будем заниматься. Сегодня он рассказывал об истории появления тотемов.

Вот тут я поняла, что совсем иначе представляла себе Элая. В жизни он не производил впечатления человека, который настолько хорошо знает материал и умеет его преподносить. Даже те, кто изначально зевал на задних партах, через полчаса слушали с открытыми ртами. Казалось, Элай вообще может нести что угодно, неважно, о чем он говорит. Главное как.

Девчонки на передних партах смотрели на него влюбленными взглядами, а сам парень, казалось, этого просто не замечал. А может быть, специально игнорировал. Ведь, насколько я понимала, у него были планы на Данарину.

Занятие пролетело быстро и интересно. Мы выходили окрыленные и воодушевленные. Я узнала, что со своим тотемом нужно общаться. Хоть раз в день вызывать, смотреть, как выглядит, а если нужно, то подпитывать. Желательно своей силой, а не взятой извне. Впрочем, почему не рекомендуется пользоваться внешними источниками, Элай не сказал.

Это была последняя на сегодняшний день пара. До ужина еще оставалось время, и поэтому я решила пойти и разбудить наконец Сильву. Захватить Данарину, переодеться и уже потом отправляться в столовую.

Я не сразу заметила, что на расстоянии за мной идет Элай. Он не подходил ближе, но и не отставал. Стало не по себе. Нет, я не исключала того, что он просто идет по своим делам. Но жил парень совсем в другом месте, и это заставляло нервничать.

У своей комнаты я заметила столпотворение – студенты, несколько преподавателей – и кинулась туда. Элай сзади ускорился, и к двери мы подбежали вместе.

Успели вовремя. Двое старшекурсников на носилках выносили Сильву, которая выглядела бледной и неживой. Рядом стояли попечитель и Риан с мрачным лицом.

Данарина с рыданиями вышла следом.

– Что произошло? – кинулась я к ней. – Ты в порядке?

Обратив внимание на Данарину, я едва не упустила Элая. Им с Рианом что-то известно! Не зря же оба оказались здесь? Элай шагнул к своему другу и уже шел рядом с носилками.

– Стой! – Я задержала его за рукав.

Элай возмущенно обернулся и опалил меня гневным взглядом.

– Зачем ты за мной шел? – спросила я. – Знал, что тут что-то произойдет?

– Ты сумасшедшая! – Он сбросил мою руку. – Может, я просто шел к твоей подружке? Ты об этом не думала?

Признаться, нет. Хотя, в целом, слова парня были логичными, как и мотив.

Элай развернулся, показывая, что закончил разговор со мной, и догнал носилки. А я осталась растерянно стоять в коридоре рядом с Данариной. На нее парень даже не взглянул, и это заставляло сомневаться в правдивости его слов. Наверное, стоило кинуться за процессией и узнать, что случилось, ведь я даже не знала, жива ли моя соседка, но напал какой-то ступор. Я не могла пошевелиться и с трудом понимала, что происходит.

– Мне страшно, – выдохнула Данарина и поежилась. – Интересно, куда понесли Сильву?

– Что вообще случилось? – спросила я, увлекая подругу обратно в комнату. Надо бы напоить ее успокоительным настоем. По-моему, у меня где-то есть.

– Представления не имею. – Данарина смахнула слезы, поставила чайник на согревающую плиту и среди пакетиков с чаем и коробочек кофе сама нашла успокаивающий отвар. – Думала, может быть, ты скажешь?

Я покачала головой, наблюдая за тем, как Данарина заваривает ароматный чай из трав, помогающих вернуть спокойствие.

– Я пришла, а она все еще спит, – продолжила рассказ подруга, сжав в руках чашку. – Подошла ближе и даже дыхания не почувствовала. Начала будить, толкать… а она… Потом позвала на помощь. А дальше ты все видела.

– То есть она мертва? – чувствуя, как холодеет в груди, спросила я.

– Не думаю. Вроде сказали, обморок или что-то такое. Но я ничего не знаю! Даже не смогла понять, жива она или нет. И это убивает! Когда ты приходила, как она себя чувствовала?

– Честно, даже не обратила внимания, – покаялась я. – Мне показалось, она просто спала, сопела себе тихонечко. Ну, я и не стала ее будить. Торопилась на пары, побоялась, что разбужу, и Сильва будет недовольна. Теперь жалею.

– Ты не виновата. – Данарина приобняла меня за плечи. – Точнее, виноваты мы обе. Пошли с утра у нее на поводу и не вызвали медиков.

– А теперь даже не знаем, что с ней и где она…

– Все так быстро случилось, что нам теперь делать? – вздохнула Данарина. – Просто сидеть и ждать?

– Нет. Такой вариант меня не устраивает. Пойдем спросим! – решительно заявила я, не желая поддаваться панике, и направилась к выходу. Руки тряслись, губы тоже. Я чувствовала: если ничего не предприму – разревусь. – Кто-то же должен знать, куда ее понесли?

– Риан упоминал лечебный корпус, – не очень решительно отозвалась Данарина, но я ухватилась и за эту скудную информацию. – Только знать бы, где он находится!

– Не переживай, узнаем.

Мы вышли в коридор и следующие полчаса потратили на выяснение того, где сейчас наша подруга. Девчонки со второго курса сказали, что ее понесли по подземному проходу в сторону главного корпуса.

– Наверное, увезли в город! – покачала головой одна.

– Или в морозильник для трупов в подземелье… – добавила другая, заставив мое сердце сжаться. – Она выглядела ну очень плохо! Наши хотели узнать подробности, но Танарин накричал и велел не соваться. Думаю, вас тоже пошлют. Подождите, пока все прояснится. Или она в лечебнице, или скоро приедут родители забирать тело, если случилось непоправимое.

Они говорили об этом так просто, что у меня внутри все сжалось. Неужели такие вещи тут норма? Вон и морозильник для трупов есть.

Свои мысли я озвучила Данарине.

– Не знаю, – нахмурилась она. – Академия обособлена от города, одно время даже выполняла функции военного укрепления. Логично, что тут есть холодильник и своя лечебница. Нам она просто досталась в наследство от военных. Но и со смертями… Насколько я знаю, – она понизила голос, – они тут случаются. И чаще, чем пристало в учебном заведении. Только их почему-то не афишируют и покрывают. Подобные инциденты стараются замять.

– Не говори так, будто она мертва! – шикнула я на подругу.

– А ты думаешь, нет? – спросила она мрачно.

– Не знаю, но не успокоюсь, пока не выясню. И до того момента не хочу думать о ней, как о покойнике. Неправильно это.

После долгой паузы добавила:

– Я знаю, кто может рассказать больше.

– Кто? – оживилась Данарина.

– Риан и Элай. Эти двое явно знают больше, чем говорят.

– Риан появился одним из первых, – согласно кивнула подруга. – Это действительно странно. Сильву все едва замечали, а тут явились сразу же.

– И Элай словно подозревал что-то. Он шел за мной после пары. Сказал, что к тебе, но я не особенно ему верю.

– Ко мне он даже не подошел, – хмыкнула подруга.

Мы все же решили попытаться вытянуть либо у Элая, либо у Риана какую-нибудь информацию. От одной мысли об этом меня накрыла паника. Руки дрожали, а сердце колотилось не только в положенном месте, но и в животе. Жуткое состояние нервного возбуждения, во время которого начинает болеть голова, тошнит и не получается взять себя в руки.

Хоть предложение и исходило от меня, искать Риана или Элая не хотелось. Я боялась и не была уверена, что мы сумеем выловить их в столовой. А еще… Скорее всего, с Рианом будет и Янина.

– Только с Элаем будешь говорить сама, – сказала я. – Меня от него потряхивает.

– Да нет! – Данарина отмахнулась. – Он хороший. Не переживай. Я даже знаю, где его можно найти.

– Он преподает у меня тотемы, и воспринимаю я его, как наглого злого препода. У Риана, правда, девушка – истеричка, поэтому оба варианта так себе. Но вешать на тебя обоих парней нечеловечно с моей стороны.

– Да уж, – согласилась Данарина. – Мне хватит одного. Тогда я пошла?

– Иди, – вздохнула я. – А я попытаю счастья после ужина. Или позже. Не знаю, как выловлю его без этой истерички.

Мне повезло. Я успела к ужину вовремя, поела и проследила за Рианом. Янина не отпускала его от себя. Сначала они болтали в коридоре со своими друзьями, среди которых не было Элая. А значит, Данарине повезло больше, чем мне. Потом Риан отправился к себе, а Янина – о счастье! – только поцеловала его в щеку. Так я узнала, где живет парень, и получила возможность с ним поговорить.

– Риан, можно тебя на пару слов? – нерешительно произнесла я, когда дверь открылась перед моим носом. Парень, видимо, планировал идти в душ, но, к моему счастью, еще не успел раздеться. Только расстегнул рубашку.

Он посмотрел на меня с недоумением.

– Прости, что врываюсь… – смутилась я, понимая, что вторглась в чужое личное пространство.

– О чем ты хотела поговорить? – поинтересовался он и посторонился, приглашая меня зайти.

– Не сказать. Спросить, – уточнила я, не решаясь сдвинуться с места. – Давай прогуляемся?

– Это приглашение на свидание? – усмехнулся он.

– Не-ет. – Я покачала головой. – Просто неловко сидеть у тебя в комнате.

– А так не согласен я. Или ты заходишь ко мне, – он указал кивком куда-то в темный коридор у себя за спиной, – или мы идем гулять в парк. Ну а все вопросы после…

Подумав, я кивнула.

– Хорошо. Идем гулять.

– Значит, встретимся через полчаса в парке у беседки, рядом с которой растет старая липа.

– Через полчаса? – удивилась я.

– Вообще, я в душ собирался, а тебе не помешает взять куртку. Так ты быстро замерзнешь.

– А как же Янина?

– А что Янина? – удивился он. – Это ведь ты пригласила меня гулять.

– Я просто хотела поговорить.

– Просто ничего не бывает, Тея, – сказал он и захлопнул дверь у меня перед носом, а я осталась растерянно стоять в коридоре.

Делать нечего. Я не могла проигнорировать приглашение Риана. Правда, запуталась и перестала понимать, кто кого пригласил. Молясь, чтобы Данарины еще не было в комнате, я заскочила за курткой. Облегченно выдохнула, увидев, что подруга не вернулась, и ушла на улицу. По коридорам кралась, словно опасалась, что меня кто-то увидит. Вопрос, кого я боялась и зачем? Я же не делала ничего противоправного.

Выйдя на улицу, нарочно замедлила шаг. Как бы Риан не подумал, будто бегу на встречу так, что даже запыхалась. Вообще… я предпочла бы поговорить в коридоре. Я очень странно относилась к парню. С одной стороны, он мне нравился, а с другой… я не любила пользоваться чужими вещами. И чужими парнями. Как бы мне ни была неприятна Янина, я понимала, что в этой ситуации веду себя еще хуже. И по отношению к Ниссу, и по отношению к стерве Янине, и по отношению к Риану, да и, что скрывать, по отношению к себе. Это надо было прекращать, но я все равно шла на треклятую встречу.

Риан уже ждал меня в обозначенном месте. Едва я оказалась рядом, как голова затуманилась, и я превратилась в дурочку, готовую капать слюнями на предмет вожделения. Это состояние никак не вязалось с вполне трезвыми мыслями до этого момента.

Приобняв за талию, так, словно у нас и правда было свидание, Риан увлек меня в глубь сада со словами:

– Я слушаю. О чем ты хотела поговорить?

– О ком, – уточнила я, стараясь не сильно смущаться от ощущения его руки на моей талии. Впрочем, отстраняться тоже не спешила. – Ты ведь знаешь, что на самом деле произошло с Сильвой?

– С чего ты это взяла? – Риан отозвался не сразу, в его голосе мне почудилась обида. Видимо, парень ожидал другого вопроса и настроился на иной разговор.

– Ты одним из первых примчался в нашу комнату. Так сказала Данарина. Ты видел, куда ее понесли? Ты сам сопровождал носилки. Как и Элай. Вы оба что-то знаете.

– Поэтому Элай даже на ужин не явился, сославшись на неотложные дела с первокурсницей, – невесело хмыкнул парень. – Твоя подружка обрабатывает его?

– Я не слежу за Данариной. И за Элаем тоже. Мне интересно, что скажешь ты, – попыталась уйти от ответа я. – Нам упорно говорят, что с ней все хорошо. Просто обморок.

– Значит, так и есть. – Риан явно не хотел говорить на эту тему. Я видела, что он с трудом сдерживает злость. – У тебя есть основания сомневаться?

– Да, есть. Я видела ее состояние с утра. Она уже плохо себя чувствовала.

– Если вы так заботитесь о подруге, вызвали бы лекарей. В академии с этим нет никаких проблем. Зачем оставили ее одну, когда ей было откровенно нехорошо? А теперь пытаетесь найти виноватых?

Слова резанули по больному. Я сама об этом думала с обеда.

– Она не захотела. – Разговор раздражал. Риан не собирался отвечать, и получалось, что я просто глупо оправдываюсь. – Если с ней все хорошо, почему никто не говорит, где она, как себя чувствует? Почему нас не пускают ее навестить? В лекарском крыле даже не ответили на простой вопрос, там она или нет. Почему?

– Ну откуда же я знаю? – отозвался Риан. – Может, она не хочет вас видеть. Тебе не приходило это в голову? Сильву сложно назвать компанейской и общительной. И я совершенно не понимаю, почему с вашими странными проблемами ты пошла ко мне? Или это был повод?

Его ухмылка стала гадкой, захотелось пощечиной стереть ее с лица. Но я сдержалась.

То, что Сильва может просто не хотеть нас видеть, мне действительно не пришло в голову. А вот последняя фраза Риана меня задела.

– Я пришла к тебе, потому что уверена: ты лучше других знаешь, что здесь происходит.

– Ты думаешь неправильно. Я представления не имею, почему тебя не пустили в лекарский блок. Вашу соседку увезли туда. Если сказали, что ничего страшного, так оно и есть. Сильва не очень приятная девица. Не понимаю, почему вы возомнили себя ее подругами. Она не презирает только одного человека. Себя. Учиться ей тут сложно, не удивлюсь, если после случившегося ее убедят забрать документы и уехать домой.

Я сжала зубы. Хотелось ответить резко, но я понимала: Риан, вероятнее всего, прав. Сильва заносчива и общалась с нами от безвыходности. Возможно, она просила, чтобы ее никто не беспокоил. Вот и все.

– Больше ничего не хотела узнать? – усмехнулся Риан и как-то странно посмотрел на меня. Я почувствовала его насмешливый, обжигающий взгляд на своих губах и против воли их облизнула, с удовольствием заметив, как в шоколадных глазах парня мелькнули янтарные искорки желания.

– Да, все, – хрипло отозвалась я, отмечая, что Риан начал злиться. В его теплых от природы глазах появился лед, но тут же растаял. Парень умел держать себя в руках.

– Раз больше нет вопросов, я провожу тебя в комнату.

– Не думаю, что заблужусь в двух тропках, которые в итоге обе ведут к главному входу в академию.

– Ну уж нет, – на губах молодого человека заиграла хитрая улыбка. – Я не позволю тебе в одиночестве шататься по темным и мрачным коридорам. Тем более сейчас больше десяти часов вечера, отбой уже был. Если ты попадешься на глаза кому-то из проверяющих…

– Можно подумать, с тобой я им на глаза не попадусь, – холодея, огрызнулась я. Как можно так сильно промахнуться со временем?

– Со мной если и попадешься, последствий не будет, поверь, – самодовольно заметил парень, и я поняла: он не врет.

– Хорошо. – Желание спорить пропало. – Но не понимаю, зачем тебе это надо? Если Янина узнает, она будет в бешенстве! А она узнает. Мне кажется, она вообще на тебя заклинание-следилку повесила! Не удивлюсь.

– Может быть, меня заводит ее дурное настроение? – ухмыльнулся Риан, а я передернулась от отвращения и брезгливо увернулась от предложенной руки.

– Ты противен, – констатировала я.

– Вовсе нет. – Он подался ближе. – Хочешь, докажу?

Его глаза поблескивали в темноте, а губы были так близко, что я растерялась и отступила. Этот парень сводил с ума и заставлял краснеть. Мне хотелось его убить и поцеловать одновременно. Бороться с желаниями становилось все сложнее, поэтому я грубовато огрызнулась:

– Не стоит. Вдруг не получится? Хочешь, чтобы меня вырвало прямо на твои ботинки?

– Умеешь ты аргументировать свою позицию, – хохотнул он, совершенно не обидевшись, и все же взял меня за руку. – Пошли, я просто провожу тебя до комнаты. Думаю, от тебя не убудет. А Янина в последнее время ведет себя слишком навязчиво. Это напрягает.

– С каких пор я стала твоим консультантом по душевным проблемам? – Было неловко слышать про его отношения с другой девушкой. Точнее, с девушкой, которая не беспричинно считала его своим.

– Так как должность свободна, можешь ее занять.

– Спасибо, не хочу. Не та квалификация. Да и своих тараканов в голове хватает. Не желаю разбираться еще и с чужими.

– Жаль, я бы с удовольствием сделал тебя консультантом по душевным проблемам. Рассказал о страхах и желаниях… А ты помогла бы мне справиться и с тем, и с другим.

– А ты мечтатель! – Смешок вышел нервным. – Вот скажи лучше, что тебе от меня надо? А?

– Если бы я знал…

Риан остановился посередине тропки и, взяв меня за плечи, повернул к себе. Провел ладонями по распущенным, падающим на лицо волосам от макушки вниз, вдоль щек к шее, и замер, скользнув большими пальцами по подбородку и горлу. Жест получился очень интимным, и у меня перехватило дыхание. Чувствуя сильные руки на своей шее, я понимала, насколько сейчас беззащитна. Наверное, стоит Риану сжать их посильнее, и я не смогу дышать. Впрочем, я и сейчас дышала с трудом. Стояла, боясь пошевелиться и произнести хоть слово, не понимая, что он со мной делает и, самое главное – зачем.

– Спокойной ночи, Тея, – шепнул он, наклонившись к моим губам, и быстро отступил. – Наверное, и правда лучше тебе преодолеть эти несколько метров одной. А то я, боюсь, не смогу себя контролировать.

– Спокойной… – хрипло отозвалась я, изучая удаляющуюся темную фигуру.

Постояла несколько минут, приводя в порядок мысли, и пошла в комнату. Как же тяжело вдали от родных и близких! Если бы я общалась с Ниссом не короткими сообщениями в связном, а вживую, Риан не волновал бы меня так сильно. Я бы даже не смотрела в его сторону. Вот за что мне все это?

Я прошла по темному коридору, толкнула дверь в комнату и, сбросив верхнюю одежду, забралась на свою кровать с ногами. Закуталась в одеяло до самого носа и невероятно обрадовалась, когда на коленях тут же материализовался урчащий Кош.

В сторону кровати Сильвы я старалась даже не смотреть. Чесала за теплым ухом и постепенно успокаивалась. Иногда мне казалось, что демонические коты питаются негативной энергией, потому что, едва я успокоилась, как Кош мурлыкнул и исчез.

Я сходила в душ и отправилась спать. Данарину сегодня я так и не дождалась.

Глава 8

Он был там. Обнимал эту светловолосую дрянь и почти целовал! И поцеловал бы, если бы она позволила! Как такое произошло? Как она могла подобное допустить! Ведь все же шло хорошо, лучше, чем можно мечтать!

Янина была дико зла. От того, чтобы не сотворить какую-нибудь глупость с этой малолетней тварью, удерживало очень мало. Пожалуй, только Элай. Он слишком много на себя брал и слишком часто оказывался на пути. И, в отличие от тупой наглой первокурсницы, не считаться с ищейкой императорского дома не получалось. По крайней мере, пока Янина не заручилась поддержкой кого-то серьезного. Того, кто при случае сможет ее защитить.

Элая Янина недолюбливала, и причин тому имелось великое множество. Недолюбливала, но улыбалась и почти дружила. И он с ней. Высшее общество, чтоб его! Нужно сжать зубы и сделать вид, будто окружение тебе приятно!

Янина надеялась, что скоро все изменится и что это Элай в скором времени будет сжимать зубы, терпеть общение с ней и делать вид, будто счастлив. Девушка ждала этого момента. Ей обещали, что он обязательно наступит.

Несколько минут она постояла, никем не замеченная, наблюдая из окна коридора, как сначала скрылся в дверях общежития Риан, а следом за ним и Тея. Отступила и, решительно развернувшись на каблуках, направилась в преподавательское крыло. Отбой ее не волновал.

Девушка шла, не заботясь о том, видит ее кто-то или нет. Протопала по кафелю на лестничной клетке и ступила на мягкий, покрывающий пол ковер. Прошла несколько метров и решительно постучала в единственную в этом крыле дверь.

– Что тебе нужно в такое время? – лери Ария недовольно уставилась на посетительницу, но все же отступила, позволяя ей пройти в апартаменты. – Мне кажется, ты окончательно обнаглела. Наверное, стоит нажаловаться твоему отцу. Впрочем, вряд ли от этого будет толк.

В этот поздний час ректор была облачена в длинный шелковый халат, а роскошные светлые волосы, которые она обычно убирала в строгую прическу, сейчас рассыпались по плечам. В руках она сжимала бокал с красным вином.

– Вообще-то, я отдыхаю. Твои проблемы не могли подождать до утра?

– Я знаю, тетя! Вы все отдыхаете! А Риан!

– Что сделал мой сын?

Танарин аш Ройт появился в дверях комнаты и недовольно уставился на наглую студентку. Он чувствовал себя здесь, как дома. Ослабленный галстук, расстегнутая верхняя пуговица на рубашке. Янина явно помешала, но ее сейчас это мало волновало.

– Я видела, как он целовал эту дрянь! – выкрикнула девушка раздраженно.

– Какую дрянь?

– Эту тупую первокурсницу!

Про поцелуй Янина, не смущаясь, врала, но ей нужны были аргументы и поддержка. И маленькая ложь – не единственное, на что девушка готова была пойти, лишь бы добиться своего. Слишком многое было поставлено на кон.

– Сиюминутное желание, – отмахнулась Ария. – Бывает. Знаешь же, ему нужна только ты. И ваши разборки – это не повод врываться ко мне ночью и устраивать скандал. Не кажется, что тебе пора вырасти?

– А если нет? Если не сиюминутное? Я-то закрою глаза, но вдруг, – она запнулась, – он меня разлюбит и решит, что эта безродная и бездарная дрянь ему нужна сильнее?

– Глупости, – начала лери Ария, но Танарин ее перебил:

– Я сам слишком часто стал замечать Тею около Риана. Если не вместе, то где-то рядом, – задумчиво произнес мужчина, нахмурившись. – Мой сын осторожен и не выставляет чувства напоказ, но нельзя, чтобы они поменяли его вектор.

– Что мне делать?

– Предлагаю исполнить свое предназначение как можно раньше, – пожал плечами Танарин.

– Но вы говорили, что мы сначала закончим учиться? – растерянно произнесла Янина. Вообще-то, она ожидала иных выводов. Но всерьез спорить не решалась.

– Говорил, но тогда не было проблем в виде хорошеньких первокурсниц.

– Так, может быть, сначала попробовать решить проблему? – Янина воинственно выставила вперед подбородок.

– И как ты собираешься это делать?

– Радикально! – фыркнула девушка и, развернувшись на каблуках, выскочила в коридор.

– Не будешь останавливать? – спросила Ария, обратившись к Танарину.

– Зачем?

– Мы еще с прошлыми неприятностями не разобрались. Сначала этот парень, потом Сильва, чтоб ей неладно было! А теперь еще одна? Не многовато ли неприятностей для начала учебного года? У нас будут проблемы. Мне кажется, стоит быть осторожнее. И так Элай…

– А что Элай?

– Зная, кто его отец, ты веришь, что он просто учится тут? Танарин, он следит за тобой! Ждет, когда ты сделаешь шаг и оступишься.

– Только ты же знаешь: я очень осторожен и не оступаюсь. Никогда. Элай ничего не сможет предпринять. И его отец тоже. Я тщательно готовился и не делаю ничего противозаконного.

– Вся эта школа противозаконна.

– Да. Но это не мой эксперимент, а то, что я использую его в своих целях… Когда это докажут, станет поздно. А потом, зачем ты дергаешься раньше времени? – Танарин забрал из рук Арии бокал и сделал большой глоток, не обратив внимания на то, что женщина раздраженно поморщилась. – Может быть, Янина решит все мягче? Она сильная девочка, но не настолько, чтобы сделать то, о чем ты думаешь.

– Она умная. И не оставит соперницу в живых. Я бы не оставила! – фыркнула Ария и отобрала свой полупустой бокал. – Но как ректор этой академии должна пресекать подобное поведение студентов.

– Ты и пресекаешь. Но не в этом случае. И так все очень сложно. Они оба должны гореть. Их сила должна находиться в высшей пиковой точке и страсть тоже. Тогда у нас получится задуманное. Пока же это два неуравновешенных влюбленных подростка. Но тянуть дальше я все же не хочу. Ты права, слишком близко ставленники императорского дома. Слишком неуравновешен и влюбчив Риан. Если он захочет сотворить глупость, мы можем его не удержать. Пусть выполнит свое предназначение, ну а дальше творит, что хочет.

– А что будет с Яниной? – взволнованно уточнила Ария.

– Она тоже выполнит свое предназначение. А также получит Риана и титул. Я не нарушаю свои обещания.

– Как бы не посмертно, – пробормотала себе под нос Ария.

– А это – как лягут карты. Иногда великие цели требуют жертв.

– Ее отец будет недоволен.

– Мы найдем, как его утешить. Опять же, Янина сильная. Вполне возможно, она выживет.

– Но останется без дара.

– Величайший дар – это жизнь, – нехорошо усмехнулся Танарин и притянул Арию к себе, властно целуя в губы.

– Подготовить для них зелье? – немного отстранившись, поинтересовалась она.

– Думаю, это хорошая идея. Оно должно быть под рукой.

* * *

Данарина не стала меня будить, когда вернулась. В результате нам удалось поговорить только за завтраком. Я не стала расспрашивать подругу, что она так долго делала с Элаем. По ее краснеющим щекам и загадочной улыбке и так все было понятно.

– Узнала что-нибудь? – поинтересовалась я.

– Нет. – Данарина помрачнела. – Молчит, как партизан. А Риан?

– И Риан так же. – Я помешала ложечкой в чашке с кофе. – Говорит, если нам сказали, будто с Сильвой все нормально, так оно и есть. Просто она не хочет нас видеть. Согласись, и такое вполне может быть? Сильва весьма противная соседка, да и не дружили мы особо. Она явно нас презирала.

– Наверное, – нахмурилась Данарина. – Но мне все это очень не нравится. Внутреннее чутье, если хочешь.

– Так и мне не нравится. Но что еще мы можем сделать? – вздохнула я.

– Сходить к ректору?

– Думаешь, она нам ответит?

– Нет, конечно, но мы все равно сходим. Только давай после пар. Может быть, какая-то информация появится до этого?

Мы допили кофе. Я не спеша доела творожную запеканку и снова отправилась на тотемы, а Данарина – на какой-то спортивный факультатив, который добавила себе в расписание. Я на ее месте лучше бы поспала. То ли нагрузки и правда были интенсивнее тех, к которым я привыкла, то ли последние события изрядно выбили из колеи, но я чувствовала себя разбитой и изрядно уставшей.

Очень хотелось просто сесть и разобраться в себе, а на это не было времени. Я почти не вспоминала друзей, оставшихся на материке, и Нисса. Писала ему не потому, что хочется, а потому, что надо. Ведь он мой парень. Я даже об Элае думала чаще, чем о своем парне. Это пугало. Нужно понять, что со мной происходит.

Я шла в сторону аудитории, размышляла и совсем не ожидала, что кто-то налетит на меня со спины и со всего размаха толкнет.

– Что… – начала я, развернулась, с трудом удержав равновесие, и увидела за спиной разъяренную Янину.

Народ зашептался и бросился по углам. Было видно: никто мне не поможет. Но сегодня противница явилась одна, так что силы равны. Практически.

Наглая девица, едва я повернулась к ней лицом, швырнула меня к стене. Но я не осталась в долгу и попыталась ее оттолкнуть, вцепившись руками в плечи.

– Что ты творишь? – зашипела я.

– Кажется, кто-то не понимает простых слов, – тихо и угрожающе сказала она. В ее глазах разгорелось пламя, и я почувствовала внутри себя нарастающую пустоту. Ощущение было неприятным, но я попыталась выровнять дыхание. Стало чуточку лучше. Чего бы эта дрянь ни хотела со мной сделать, я, пусть и тяжело, но могла ей противостоять. Это открытие придало сил.

– Отстань от моего парня, иначе тебе будет хуже. Поняла меня?

– Никто ни к кому не пристает. Ты сумасшедшая, ревнивая идиотка!

Сдерживать Янину, которая всерьез вознамерилась махать кулаками, было все сложнее. И я почти ждала, чтобы мимо прошел кто-то кроме преподавателей. Но, как назло, никого не было. Приходилось рассчитывать только на себя и надеяться, что получится обойтись без синяков.

– Думаешь, я не знаю, что он был вчера с тобой?! Или станешь отрицать?

Магия ушла из глаз девушки, и я выдохнула. Она даже хватку на моих руках ослабила.

– Не буду отрицать. – Янина снова усилила натиск и теперь пыталась вцепиться мне в волосы. Пришлось уточнять: – Я хотела с ним поговорить! Всего лишь!

– И о чем же? Если не секрет.

– Не секрет. – Я не видела смысла скрывать очевидное. – Хотела узнать о Сильве.

– Об этой неудачнице? Зачем? – Янина так удивилась, что даже отступила от меня. – Что Риан может знать о ней?

– Он был недалеко, когда ее унесли, и шел за носилками. Я предположила, что он может знать, куда именно.

– Значит, беспокоишься о своей подружке? – хмыкнула черноволосая. – Хорошо. Я тебе помогу.

– И чем же?

– Я знаю, где она и что с ней случилось.

– Неужели? – Такого ответа я не ожидала. Янина была последним человеком, у которого я бы додумалась спросить.

– Правда. Сегодня вечером, внизу, у подземного перехода, ведущего в главный корпус.

– Зачем? – прищурилась я.

– Учеба в академии сложная. Многие не выдерживают, и тех, кто сорвался, помещают… – Она задумалась. – В своего рода лечебницу.

На последней фразе ее голос дрогнул, а на лице появилось странное выражение.

– Сильва там?

Я сглотнула. Почему-то от всего происходящего по спине пробежал холодок.

– Думаю, да. Больше негде. Если хочешь, приходи, покажу.

– А взамен? – уточнила я.

– А взамен я больше не увижу тебя с моим парнем. Все честно. Ты согласна? Только приходи одна.

– Ты что-то задумала. Почему одна?

– Потому что, идиотка, если нас засекут, влетит обеим. Если меня просто отчитают, денег лишат карманных, ну, может, отец еще что-то придумает… то ты не обладаешь силой, за тобой не стоит семья. Ты никому тут не нужна. Выгонят тебя, и на твое место прибежит еще десяток таких же одинаково безродных и бездарных, вроде твоей бесполезной подружки Сильвы. Собственно, это будет не самый отстойный вариант, у меня под ногами ты мешаться перестанешь. Но понравится ли он тебе?

Слова Янины были неприятны, но, как ни странно, именно они меня и убедили.

– Я приду.

– Замечательно. Но смотри, если попытаешься меня обмануть, твоя жизнь здесь превратится в ад. И следом за Сильвой на носилках унесут тебя.

Янина резко развернулась, мазнула по моему лицу длинными черными волосами и скрылась в коридоре. А я отлепила себя от стены и потащилась на пару к Элаю, понимая, что безбожно опаздываю.

Как ни странно, после встречи с Яниной я не чувствовала слабости, скорее, наоборот, подъем. Хотелось танцевать и творить безумства. Поэтому, когда уже на подлете к кабинету Элая меня поймал Риан и утащил в ближайшую нишу, я даже не стала сопротивляться. Только зашипела:

– Что ты творишь?

Я уперлась руками в его грудь, чувствуя под тонким шелком рубашки горячую кожу и лихорадочно стучащее сердце.

– Может, я скучал? – прошептал он мне в губы. – Ты – наваждение. Вчера сбежала от меня так быстро.

Я все же вывернулась.

– Ты болен?

– Пойдем после пар гулять? – предложил он.

– Риан, ты сошел с ума, – фыркнула я. – У тебя есть девушка. У меня есть парень. Это бред. Я не понимаю, чего ты добиваешься?

– Как давно ты писала своему парню? – спросил он. – Как давно закрывала глаза и представляла его?

– Не знаю… – Я смутилась. – Вчера. Или позавчера. Ну, тут как-то… Это неважно!

– Вот и я перестал думать о своей девушке. Мои мысли занимаешь только ты. Мне нужна только ты…

– Это бред! – я отскочила и устремилась в сторону кабинета, понимая, что сейчас получу взбучку. Может быть, это несколько странно, но возможный нагоняй от Элая в данный момент меня волновал сильнее, чем неожиданные признания Риана. Я вообще не знала, что меня связывает с этим парнем.

– О, Тея! Как раз думал, не почтишь ли нас своим присутствием, – язвительно заметил Элай, уставившись на меня так, что мне стало неуютно под его пронизывающим взглядом.

– Простите, задержалась.

– Мы это заметили. Видимо, у тебя есть дела важнее, чем пара по тотемам? Так, может быть, сначала решишь их, а потом придешь ко мне? Скажем, сегодня вечером. Часиков в шесть.

– Это свидание? – вырвалось у меня.

– Это отработка, – в том же тоне отозвался он, а я так и застыла в дверях.

Это меня сейчас выгнали с пары, что ли? Просто прекрасно!

Просить разрешения войти было выше моих сил. Решив не унижаться, я развернулась и вышла в коридор. Отработка так отработка! В конце концов, не только я потеряю свое время, но и он свое.

Я была невероятно зла, поэтому до следующей пары просто прогуляла, а потом мне некогда было даже присесть. С Данариной мы встретились только на обеде. Чем дольше мы учились, тем меньше у нас было общих предметов. Каждый студент академии набирал предметы сам. Данарина любила спорт, я же предпочитала не сильно себя утруждать физически. У меня был тотем, у нее не было. У меня – огненная стихия, а у Данарины – водная.

Так и получалось, что формально мы учились вместе, а технически пересекались лишь на обеде. И то, я только вошла в столовую, потому что меня задержали на введении в огненную стихию, а она уже на ходу допила кофе и помчалась дальше. Поэтому я не успела с ней поговорить и обсудить ситуацию. Так и не решила, сказать или нет про встречу и разговор с Яниной. Сейчас и мне, и ей было некогда.

А после пар, вместо того чтобы идти отдыхать в комнату, я потащилась на отработку к Элаю, заранее предвкушая презрительные взгляды и тяжелое задание. Что он заставит меня делать? Мыть полы? Переписывать конспекты? Делать работу, которую разбирали на паре? Я не представляла, но точно знала: ничего приятного. Он меня явно недолюбливал. Хотя, казалось бы, какие у него могут быть для этого причины?

* * *

Она без стука открыла дверь в комнату и влетела, принеся с собой шлейф дорогих духов.

– Привет!

Янина была такой радостной, светлой. Она кинулась на шею и запечатлела на губах жаркий поцелуй, который на сей раз оставил равнодушным. Девушка была изысканно красивой, утонченной. Риан понимал – лучшей в академии. И он должен быть счастлив. Более того, до недавнего времени он искренне верил: это так и есть.

– Я скучала, думала, вчера ко мне придешь! К тебе заходила, но не застала! Ты где был?

Она обхватила прохладными ладонями лицо Риана и пытливо заглянула ему в глаза.

– Прости, – он попытался мягко увернуться. – Мне нужно было побыть одному…

– У тебя что-то произошло? – На лице девушки не дрогнул ни один мускул, но в глазах застыли любопытство и тревога. Янина ни за что не показала бы, что знает больше, чем готова рассказать Риану.

– И да… – Он сглотнул. – И нет.

– Выражайся точнее. Я, знаешь ли, волнуюсь. Что между нами сейчас происходит?

– Я не знаю.

Риан окончательно смутился, отступил и взъерошил волосы. Сейчас на нем были домашние штаны, а на шее – накинутое полотенце. На мощной груди блестели капельки пота. Янина знала: в растерянных чувствах Риан любит поколотить грушу. Об этом свидетельствовали и сбитые костяшки пальцев.

– Ты меня избегаешь?

– Нет, конечно, нет!

Риан мягко улыбнулся и нежно погладил Янину по щеке.

– Просто очень устал в последнее время. Надо отдохнуть, прости…

– Ты извиняешься уже, наверное, третий раз за время нашего разговора. Может быть, скажешь, за что конкретно?

– За то, что устал, уделяю мало времени и вообще… Мне правда нужно немного свободного пространства.

– То есть… – Она замолчала и посмотрела на парня, все еще не веря. – Ты сейчас меня так тактично спроваживаешь? Что происходит, Риан?

– Все сложно, – сдался он, закусив губу. – Ты невероятная, мне с тобой хорошо. Но в последнее время что-то изменилось. Я начал думать… Может быть, мы слишком торопим события?

– Это она, да? – Янина взъярилась. – Эта новенькая светловолосая дрянь? Из-за нее ты начал сомневаться и думать, будто мы спешим? Весь прошлый год не спешили, а сейчас вдруг начали торопиться?

– Прекрати, ты говоришь глупости! Тея совершенно ни при чем. Просто… – Риан врал себе и Янине. Аргументов не было. Остались только усталость и ощущение загнанности в угол. Янина не была дурой и видела его состояние.

– Зачем ты меня обманываешь?

– Я не обманываю. – Риан шагнул к ней и заключил в объятия, прижимая и нежно целуя в висок. – Просто дай мне немного времени… пожалуйста?

– Чтобы ты мог проверить, кто лучше? – невесело хмыкнула Янина. – Нет уж, не дам.

Она привстала на цыпочки и обвила руками шею парня, целуя жадно, лаская губами и прижимаясь всем телом так, как ему это нравилось.

– Я не дам тебе время и не позволю сравнивать, потому что ты только мой. И ничей больше.

Поцелуи сводили с ума. Янина знала, что делает, когда прикусывала губы, когда запустила тонкие пальцы под рубашку и прошлась по кубикам пресса, лаская, спустилась ниже и медленно расстегнула пряжку ремня. Тело парня отозвалось сразу же.

Только Риан ничего не мог с собой поделать. Теряя голову от ласк Янины, он все равно представлял на ее месте Тею.

Глава 9

«Жду у себя» – это короткое сообщение от Элая пришло мне на связной, когда я уже подходила к аудитории, где, думала, будет проходить отработка. Оно заставило меня замереть посреди коридора и, не веря, уставиться на экран. Он надо мной издевается?

Больше всего я хотела написать в ответ: «Ты совсем обнаглел?», но так и не решилась. Все же Элай звал меня на отработку как преподаватель. И, несмотря на то что явно превышал свои должностные полномочия, не стоило откровенно хамить. Неизвестно, как это хамство обернется. Явно не сыграет мне на пользу, а Элай меня недолюбливает. Это не есть хорошо. Зачет-то мне у него сдавать в любом случае придется. Лучше просто сделать вид, будто сообщение не пришло, и я не дождалась этого «недопрепода» возле аудитории.

«Не смей игнорировать. Не явишься – будет хуже», – прилетело следующее, словно в ответ на мои мысли, и я почувствовала, что просто закипаю от злости. Нет, я не собиралась игнорировать Элая. Я планировала лично высказать ему все, что о нем думаю. И наплевать на то, что мне за это будет!

Хотя, нет, не наплевать. Но я сомневалась, что меня отчислят из академии за пару ласковых в адрес одного недопрепода.

– Ты! – возмущенно начала я, когда Элай едва открыл дверь, но он даже разговаривать не стал, просто дернул за руку, втягивая внутрь комнаты.

Риан хоть спрашивал, хочу ли я войти. У меня была возможность отказаться. И я ею с удовольствием воспользовалась. А тут я только стояла в коридоре и вскипала от злости, и вот уже нахожусь в комнате богатенького придурка, который словно специально меня ждал в таком непотребном виде: вполне приличные штаны, в которых, если я не ошибаюсь, он был на занятиях, но без рубашки. Вот зачем, скажите, боги, мне знать, что Элай вовсе не тощий дрищ, каким я себе его представляла, а жилистый, без грамма жира, с плавно перекатывающимися под смуглой кожей мышцами? Безусловно, ниже Риана и какой-то более… хрупкий, что ли? Но я была готова поспорить: не слабее. Он напомнил моего Коша – такой же поджарый и опасный. Хищный.

– Ты обнаглел совсем? – Я наконец обрела дар речи. – Отработка – это отработка, но тащить меня к себе? Не мог, как все нормальные преподы, дать мне задание? Доклад там написать или реферат? Или чем там принято мучить неугодных!

– Где мне удобнее, там и занимаюсь с нерадивыми студентками, – лениво отозвался Элай, разглядывая меня с отстраненным любопытством.

– Так ты бы еще штаны снял тогда, – раздраженно буркнула я. – Так, для полноты впечатлений!

– А что? Есть такое желание? – очень тихо и вкрадчиво спросил он, сделав кошачий, осторожный шаг навстречу.

А мне стало неловко и еще – жарко. Пылали щеки, и горячая волна прокатилась по телу. Заметив мое смущение, Элай самодовольно улыбнулся. Он понимал, что я чувствую, и его это забавляло. Мерзавец!

– У меня вообще нет желания тебя видеть, если честно. А уж в неофициальной обстановке – тем более.

– Тея, скажи, ты со всеми своими преподавателями общаешься в таком тоне? – как ни в чем не бывало поинтересовался наглец и подошел к огромному гардеробному шкафу, скрывающемуся за раздвижными дверцами в стене комнаты. А я получила возможность рассмотреть, как живет элита в академии. Должна была признать, получше нашего. Огромная комната с несколькими дверями, которые явно намекали на то, что она не одна. Старинное зеркало на противоположной стене. В нем сейчас отражалась накачанная рельефная спина Элая и испуганное, но решительное мое лицо. Светлые волосы растрепались, я причесывалась в последний раз в обед (и сейчас видела: зря пренебрегла этим простым занятием, благо расческа лежала в сумке), мои голубые глаза в отражении горели воинственно. Губы сжаты. Ей-богу, боевой воробей!

Сравнение не понравилось. Но уж что есть, то есть.

– Ни один преподаватель не приглашал меня на отработку в свои покои и не расхаживал передо мной с голым торсом, – справедливо возразила я, решив не уточнять, что это вообще первая отработка в моей жизни.

Элая мое заявление не проняло. Как ни в чем не бывало, он выбрал рубашку. Наверное, одну из двух дюжин, висящих на плечиках. И сейчас неторопливо ее застегивал, а я не могла оторвать взгляд от этих проклятых мелких пуговичек.

Если Риан меня буквально завораживал, то на Элая я смотрела иначе. Не могла понять как. Может быть, у меня просто возраст такой? Гормоны и прочее? Я не могу пройти мимо любого мало-мальски симпатичного парня и не захлебнуться слюной. Интересно, что случится, если Нисс окажется тут? Меня бы разорвало на сотню кусочков? Страшнее всего было признать, что, возможно, я бы не почувствовала ровным счетом ничего. Чем дальше, тем больше я понимала: наверное, мои чувства к нему не так глубоки, как я думала. Иначе почему я теряю голову рядом с одним парнем и жадно наблюдаю за тем, как другой застегивает рубашку?

– И все же, зачем я тут? – Разговор помогал отвлечься. – Не надо рассказывать, что я опоздала, и ты на меня из-за этого рассердился. Бред! Я опоздала на три минуты и не по своей вине.

– Мы тут о твоей успеваемости говорим или о моих мотивах? – Парень приподнял смоляную бровь и с присущей лишь одному ему наглостью проигнорировал мой вопрос. – Пошли.

Слава богам, заниматься мы все же будем не тут. Но то, куда предложил отправиться Элай, мне тоже не понравилось. На крышу.

– Зачем мы сюда идем? – спросила я, замерев перед лестницей. Я не доверяла нахальному черноволосому магу и не верила ни единому его слову. Он вел какую-то свою игру. Я не могла понять, в чем она заключается и какое место в ней отведено мне.

– Ты слишком нудная, – заявил Элай. – У тебя отработка. Из-за прогула.

– Сначала меня остановила Янина, а потом Риан! Я спешила, как могла. Опоздала на три минуты, ты вряд ли даже поздороваться успел! И уж точно, я не пропустила ничего важного.

Знала, что оправдываться не стоит, но и промолчать не могла. Достали уже несправедливые обвинения. Будто я постоянно опаздываю на пары!

– А вот между этими двумя ты встала зря. – Мне показалось, в голосе Элая промелькнуло сочувствие или злость. Или все вместе.

– Я не вставала между ними! – фыркнула я. – Почему слышу постоянно эту претензию!

– Потому что ты встала между ними. Это очевидно всем. И эта очевидность сулит тебе большие проблемы.

– Я не хотела.

– А это неважно. И, вообще, скажу больше. Лично на мой взгляд, ты в качестве девушки Риана гораздо более предпочтительна, нежели Янина. Но только вот, поверь, ни она сама, ни отец Риана так не считают! И именно эти двое непременно усложнят твою жизнь. А тебе оно надо?

– Это общага! Парни встречаются с одними, потом с другими! Всегда так. Но это я не к тому, что хочу встречаться с Рианом. Все запутано. У меня, вообще, парень есть.

– Именно поэтому ты вскружила голову Риану и довела до белой горячки Янину? – Элай смеялся надо мной, и это бесило.

– Не понимаю, почему это волнует тебя настолько, что ты позвал меня на отработку.

– Кто тебе сказал, что меня это волнует? Мои пары. Где хочу проводить отработки, там и провожу. Никто не запрещает делать это на крыше. А касаемо Риана и Янины… В целях твоей безопасности – не лезь. В целях, скажем так, общего блага ты и Риан – неплохая идея.

– Да о чем ты говоришь?

– Какая разница? – отмахнулся он. – Я просто высказал свое мнение. Давай лучше показывай свою птичку.

Элай сменил тему так резко, словно узнал все, что хотел, и разговор перестал его интересовать. Моего преподавателя не остановило даже то, что мы так и не вышли из его покоев.

– А ты покажешь мне… – осмелела я.

– Что? – Элай скабрезно усмехнулся, и я снова вспыхнула. Вот как он может одним взглядом опошлить самый безобидный вопрос?

– Тотем, конечно, что же еще?!

– Нет.

Стало обидно.

– Но почему?

– Потому что здесь не место, – отрезал он.

– А где место…

– Если будешь хорошей девочкой, может быть, покажу. Но не сегодня. Так чего от тебя хотела Янина, когда остановила перед моей парой? Ты же из-за нее опоздала. Сильно сомневаюсь, что ее коварный план заключался в том, чтобы обеспечить тебя отработками на вечер. Она угрожала?

– Нет. – Я пожала плечами, и на руке показалась Айя. Сегодня она была хорошенькая, распушившаяся – настоящая огненная птица из сказок.

– Скажи, а после встречи с Яниной тебе было плохо? – задал Элай очередной вопрос, который вверг меня в ступор. При этом парень, не отрываясь, смотрел на мой сияющий тотем.

– Откуда ты…

– Ну, она дрянная девочка и может доставить неприятности.

– В первый раз, когда Риан изволил заледенеть, да, было, – призналась я. – И еще раньше. Она просто посмотрела на меня в столовой. Что это значит?

Но Элай не стремился давать ответы. Только спрашивал.

– А сегодня?

– Сегодня – нет. Все хорошо.

– Это хорошо, что хорошо, – задумчиво произнес он. – А ты не такая простая, Тея, какой можешь показаться.

Он протянул руку к Айе, но мой тотем был не в духе и попытался клюнуть парня за палец. Элай не остался в долгу и окатил Айю водой. Брызги долетели до меня.

– Эй, что ты творишь! – возмутилась я, а птичка обиженно взмыла в воздух и растаяла, прокатившись теплом по венам.

– Не-е, так дело не пойдет! – парень покачал головой. – Вместо того, чтобы защищать тебя от чужой стихии, твоя сила трусливо сбегает. Это неправильно.

– Так ты ее водой облил! Ей же неприятно!

– А ты думаешь, другие станут щадить? – жестко спросил он. – Если ты так наивна, то выбрала не ту академию, не то место. Пошли, тут заниматься и правда неудобно.

И мы вышли на крышу. По той же узкой лестнице, по которой поднимались в темноте на вечеринку.

– Прошу. – Элай распахнул дверь и помог мне выбраться, хотя в этом не было никакой необходимости. Ночью это было гораздо сложнее сделать, но я все равно справилась с задачей. И сегодня справилась бы сама, но пришлось принять прохладную мужскую руку.

Днем крыша оказалась совсем другой, не такой, какой я запомнила ее ночью. Меньше, что ли? И ее продували ветра. Защитный контур исчез. Я поежилась, жалея, что не догадалась прихватить кофту. Хотя какая кофта? Я же не планировала гулять. Тем более по крышам. И тем более с Элаем.

– Невероятно, – прошептала я и подошла к каменному парапету, который шел на уровне моих бедер. Резные балясины местами выкрошились и потемнели от времени. Некогда молочно-белый мрамор покрылся трещинами и порос зеленовато-серым мхом. Лишь местами старинные перила сохранили первозданную красоту. На вечеринке я даже не заметила этого. Может быть, потому, что не смотрела. Меня занимало другое.

Впереди, там, где заканчивались территория академии и пирс, насколько хватало взгляда, простиралось бушующее море. Отсюда оно казалось серо-сизым. Я знала, что там, вдалеке, материк, дом и привычная атмосфера, но отсюда разглядеть это было нереально. Море скрывало то, что оно не безгранично, и сегодня волновалось. Волны набегали на берег пенящимися валами, и их шум был хорошо отсюда слышен.

– Не предполагала, что с крыши открывается такой вид, – пробормотала я скорее для себя. Даже не рассчитывала, что Элай ответит, но он отозвался:

– Теперь ты понимаешь, почему я выбрал именно эти апартаменты?

– Я, вообще, не знала, что апартаменты выбирал ты сам. Думала, какие дали, в тех и живешь.

– Знаешь, Тея… – Элай подошел близко и встал у меня за спиной. Было невероятно сложно не дрогнуть и не показать, что его присутствие раздражает. – Иногда мне кажется, ты правда такая наивная, какой хочешь казаться. Этакий беззащитный трепетный цветочек.

– Хочешь казаться? – удивилась я и резко развернулась. Но не рассчитала, что парень окажется так близко. Его глаза напротив моих, губы совсем рядом…

Я отпрянула от неожиданности, но парапет оказался прямо за спиной. Наверное, я бы не удержалась и упала, но Элай дернул меня на себя со словами:

– Ты что творишь? – В его глазах бушевало море и совсем немного – страх. Неужели за меня?

Сама обомлела от испуга. Я чуть не сорвалась с крыши лишь потому, что парень стоял слишком близко. Потряхивало, и зуб не попадал на зуб. Меня напугала собственная слишком уж нервная реакция. Хотелось сбежать как можно дальше. Стоит немного успокоиться и прийти в себя, ведь вечером мне предстоит непростая встреча с Яниной.

Я не надеялась, что наше общение пройдет гладко. Девица явно приготовит мне неприятный сюрприз, но и проигнорировать я ее не могла. Вдруг она и правда даст мне информацию о Сильве? Как противостоять ее магическому воздействию, я поняла. А так… Ну что она может мне сделать?

– Знаешь, можешь поставить мне двойку или что там обычно ставят за то, что студент сбежал с отработки, но с меня хватит. Я пошла.

Я попыталась вырваться из хватки Элая, но вместо этого оказалась прижатой к его груди. Сильно и гулко билось сердце рядом с моим. Я перевела взгляд и столкнулась с прозрачным ультрамарином его глаз, затопленных магией. В радужке все еще бушевало море.

Где-то в душе поселился холод. Страх ледяным комком свернулся в животе, и стало тяжело дышать. Такой Элай пугал сильнее обычного.

Я не знала, чего он от меня хочет, и совсем не предполагала такого развития событий. Поцелуй оказался пронзительным, словно глоток свежего воздуха, с соленым привкусом моря и чуждой покалывающей магией, которая пробежала по венам непривычной волной.

Никогда не думала, что вода и огонь смогут смешаться внутри одного мага. Но при поцелуе с Элаем я прочувствовала это в полной мере. Кончики пальцев словно пронзило током, дыхание перехватило, а голова закружилась. Я не ожидала от себя подобной реакции. Мне совсем не нравился Элай, сейчас я его просто ненавидела, но поцелуй заставил забыть о реальности. Ноги подкашивались, по телу пробегали колючие искры. Магии было так много, что казалось, будто я могу взлететь, если захочу. Она, а не эмоции, вскружила мне голову. Так, по крайней мере, я объяснила себе происходящее.

Тяжело дыша, парень отстранился, а я так и осталась стоять с приоткрытым ртом, пытаясь выровнять дыхание, чувствуя себя бесконечно глупой и униженной. Для чего все это? Хотелось отвесить ему звонкую пощечину, но я не могла собраться с мыслями и была слишком потрясена случившимся.

– Ну, теперь все. Занятие окончено, – улыбнулся он так, что у меня заныло под ложечкой. Его лицо приобрело привычное надменно-отстраненное выражение. – Не принимай близко к сердцу. Просто посчитал, что тебе пригодятся силы.

– С чего бы это…

Меня все еще трясло после поцелуя, и я понимала, что вряд ли смогу когда-нибудь простить Элаю эту выходку. Даже сейчас тело еще пронизывали искорки силы. Они ощущались, словно слабые удары тока. Казалось, я могу свернуть горы. А лучше – шею черноволосого мерзавца, который посмел меня целовать!

– Ты перешла дорогу тем, кто не оставит это так…

– Зачем ты это сделал? – не смогла я удержаться от вопроса. Это единственное, что сейчас волновало. Я чувствовала себя последней дрянью, которая не может разобраться в себе и окружающих ее парнях.

– Сказал же, считаю, что лишняя сила тебе не повредит. А у меня ее много. Не злись, а пользуйся даром. Не каждый день я так щедр. И голубя своего общипанного заодно напитаешь!

– Айя – не голубь!

– Как прекрасно, – фыркнул Элай, – ты дала тотему имя. Скажи… – его голос снизился до шепота, – а что еще ты называешь…

Намек был грязным и противным, поэтому я, закипая от злости, устремилась прочь с крыши. Пока мчалась, ругала Элая на чем свет стоит. Как можно быть таким засранцем и еще делать вид, будто он препод? Да таких нельзя к студентам подпускать и на пушечный выстрел.

Меня до сих пор трясло от злости. Ярость клокотала в груди, и, хотя до встречи с Яниной оставалось еще время, я не пошла в комнату. Мне было стыдно перед целой кучей людей из-за одного черноволосого придурка, который непонятно что творит. А главное, зачем?!

Во-первых, я поняла, что совершенно несправедливо держать Нисса, я должна его отпустить, и сделать это следует как можно быстрее. Не может любовь быть такой! Как можно, встречаясь с одним, целоваться с другими? Это неправильно. Я все реже вспоминала своих друзей с материка. Остров отравил меня и захватил в плен. Здесь все чувствовалось острее: страсть, влечение, ярость. То ли давала о себе знать пробудившаяся стихийная магия, то ли просто люди здесь собрались совершенно иного склада, но Нисс блек на фоне моей жизни в этом месте. От этого было горько, но, увы. Я не смогла сохранить чувства на расстоянии. А может, их и не было? Была только иллюзия любви?

Во-вторых, мне было стыдно перед Данариной. Я же видела, как горели ее глаза, когда она говорила об Элае. Да и парень, мне казалось, к ней небезразличен! Да что же я за подруга такая! Вообще, что я за человек! Риан, у которого есть девушка. Элай, которому симпатизирует моя подруга. Нет. С этим пора завязывать. Скажу Янине еще раз, что мне не нужен Риан, и буду держаться от него подальше. А Элай… Элай – вообще случайность. Он преследует свои цели, совсем непонятные для меня. Его поцелуй ведь и правда особенный. У меня еще никогда не было так много силы. Он действительно не доверял Янине и заботился обо мне? Но за какие такие заслуги мне все это? Я не верила в бескорыстие черноволосого.

Я немного погуляла, завернула в столовую и выпила кофе. Съела булку, чтобы перестать думать о поцелуе, точнее, заесть вкус губ Элая – свежий, с мятными нотками. И пошла на встречу с Яниной. Слегка переживала, думая, что, может, стоило все же сказать Данарине или Риану. Да хотя бы просто оставить записку в комнате. С другой стороны… ну что она со мной сделает? Побьет? Это бред. К тому же я сказала, что не претендую на ее парня.

До отбоя и, соответственно, до нашей встречи с Яниной оставалось около десяти минут, и именно в это время мне попалась проверяющая с нашего этажа. Мне кажется, мы вообще встретились с ней впервые. И почему эта встреча должна была произойти именно тогда, когда я спешу!

– И куда же вы, юная лери? – недовольно нахмурилась она, преграждая мне путь.

– К себе в комнату, – ни секунды не сомневаясь, соврала я и свернула в коридор. Немолодая дама проводила меня недоверчивым взглядом и отправилась дальше. А я убедилась, что она ушла, и, озираясь по сторонам, нырнула в темный проход подземного перехода между корпусами. Кастелянши уже не было, и я прошла никем не замеченная. Интересно, Янина меня ждет или обманула?

Она не обманула. Стояла у стены, прислонившись к ней спиной. Место было до боли знакомо. Именно тут я случайно попала в тайный коридор.

– Думала, не придешь, – сказала она с вызовом и взглянула так, что я реально пожалела, что явилась. Захотелось сбежать, но было поздно.

– Ты обещала рассказать про Сильву.

– Я не нарушаю обещаний. Более того, не только расскажу, но и покажу.

Она повернулась к стене, достала из кармана кристалл и сжала его в ладонях, напитывая огненной магией. Потом подошла ближе и приложила его к камню. А дальше произошло невероятное. Часть каменной кладки просто растаяла, обнажая длинный темный коридор.

– Рискнешь посмотреть на тех, кому не улыбнулась удача? В конечном счете это и твоя судьба, если не отрастишь зубки и не научишься защищаться.

– Что там? – Я посмотрела с недоверием, все сильнее испытывая желание уйти. Но вместе с этим желанием возрастал интерес.

– Я же сказала, там своего рода лечебница или темница для тех, кто не смог удержать свою силу.

– Сильва там? – Я сглотнула, чувствуя, как ладони становятся холодными и влажными. Было не по себе, хотелось отказаться от задуманного.

– Там, – не задумываясь, ответила Янина. – Идешь или трусливо сбежишь?

– Иду, – сказала я. Если Янина постарается, меня просто никогда не найдут. – И должна сказать… Я была не права. Не хотела внимания Риана. И сделаю все, чтобы держаться от него на расстоянии. Неправильно лезть в чужую пару. Прости меня.

– Конечно, не будешь, – легкомысленно отмахнулась Янина. – Мы ведь договорились. Я тебе показываю Сильву, ты отстаешь от Риана. Я помню.

Она говорила это легко и беззаботно, с усмешкой, словно мои слова не имели никакого значения. А мне от этого становилось не по себе.

Янина все дальше углублялась в каменный подземный лабиринт, а я осторожно двигалась следом. Тут было так же, как в прошлый раз. Темнота, затхлый воздух и ни единой живой души. Где-то вдалеке мерно капала вода. Да и сам камень стен местами был влажным. По нему расползлась плесень, а в углах свернулась похожая на вату паутина. Это место не содержали в порядке, оно выглядело заброшенным.

Я почти уверилась, что ничего в коридорах нет, Янина меня просто обманула, но тут издалека раздался протяжный мерзкий вой, заставивший вздрогнуть. По спине пробежали мурашки страха, и я чуть не рванула назад. Но мы ушли слишком далеко, и я не могла сказать точно, получится ли найти дорогу назад.

– Что это?

– А это голос из другого мира, – хмыкнула она. – Точнее, вопит кто-то из тех несчастных, которые заперты здесь. Пошли. Быстрее дойдем, быстрее все закончится. Не люблю здесь бывать.

– А ты откуда знаешь про это место? – Я сглотнула, чувствуя, что чем дальше, тем больше мне не нравится происходящее.

– Ну-у, скажем так, добрые люди показали, – протянула она. – Хотя зачем я вру? Мне показал Риан.

– Он знает?

– Конечно. И он, и Элай. И ректор, и, естественно, отец Риана. Не зря же он вкладывает сюда такие деньги! Мы – подопытные зверушки. Ты не знала? Такая смешная. Экспериментальная академия, призванная вырастить сверхмагов, обладающих невероятной силой. А какой эксперимент без жертв? Жертвы прячут тут. Уж не знаю, что сообщают родителям, но лери Ария – известный дипломат, она умеет улаживать конфликты.

– И никто ничего не знает? – потрясенно пробормотала я.

– Летальных случаев не так много, чтобы забили тревогу на высшем уровне. Выпускников, увеличивших потенциал, тех, кто активно работает на благо империи, на порядок больше, чем погибших неудачников. В масштабе государства умирает допустимый процент.

– Умирает… – прошептала я.

– Ну, то, что ты увидишь, сложно назвать живым человеком. – Янина безразлично пожала плечами. Ее, видимо, не сильно волновало то, что происходит в академии. А еще она слишком уж откровенно делилась своими знаниями со мной. Мне это не нравилось.

– То есть Сильва мертва?

– А это уже как тебе удобнее считать, – уклончиво отозвалась Янина. – И с какой стороны посмотреть.

– Ты так спокойно мне это рассказываешь? А если я сбегу из академии и расскажу об этом кому-то за ее пределами?

– Я тебя умоляю, – отмахнулась Янина. – Это место очень хорошо хранит свои секреты. Поверь.

Глава 10

– И много здесь таких, как Сильва? – спросила я, продвигаясь все дальше за своей провожатой. Тут было совсем темно и жутковато. Перед нами вспыхивали светильники, но едва мы проходили мимо них, за спинами снова смыкалась тревожащая темнота. Шаги раздавались гулким эхом.

– Нет, сейчас трое, считая ее. Амаги долго не живут. Без подпитки спустя несколько месяцев они растворяются и становятся неопасны. Был человек, и не стало. Он просто исчез, превратившись в магическую энергию. Незавидная участь для тех, кто попытался взять непосильную ношу.

К горлу подступила обида.

– Ты намекаешь на меня?

– Я просто размышляю вслух, – отозвалась Янина и обернулась с милой улыбочкой. – В академию идут за знаниями и путевкой в жизнь, в том числе и те, кому тут не место по уровню силы. А потом через год-полтора бродят по подземельям кровожадные, лишенные разума твари вместо милых и местами симпатичных мальчиков и девочек. К Сильве это, конечно, не относится. Она была отвратительной до того, как с ней приключилась эта неприятность. И что ты о ней так печешься? Не будь она дурой, ушла бы еще в прошлом году, когда поняла, что учеба ее попросту убивает.

– То есть сейчас обитатели туннелей опасны? – уточнила я, понимая, что чем дальше, тем больше мне не нравится происходящее.

– Ты задаешь слишком много вопросов. Пошли уже!

Наверное, если бы я послушала свой внутренний голос и наплевала на любопытство и нежелание показаться трусихой перед Яниной, трагедии могло не произойти. А может, все было предрешено раньше, когда я согласилась на эту роковую встречу. Или, вообще, приехала в академию.

Мы пришли. Длинный коридор закончился круглым залом с серыми стенами и низкими потолками. Зал был обнесен защитным контуром, внутри которого, словно дикие звери, метались белесые фигуры. Издалека они напоминали людей, но чем ближе мы подходили, тем яснее я видела, как мало осталось в них жизни. Бледная кожа, выкаченные глаза, заострившиеся черты и нервные дерганые движения.

Заметив нас, две фигуры сразу же рванули к защитному контуру. Я с ужасом шарахнулась, увидев оскаленные клыки и капающую слюну. А третья фигура еще металась вдалеке и бестолково, словно муха о стекло, билась в защитный контур.

– Сильва в своем репертуаре, даже сейчас тупая и жалкая, – презрительно хмыкнула Янина и развернулась ко мне. – Ну что, готова познакомиться со своей подружкой поближе? – спросила она, и в ее руке вспыхнул артефакт. Тот, с помощью которого девушка открыла проход в подземелья.

Янина направила его в сторону защитного поля, и оно начало таять.

– Ты что творишь?!

Я кинулась бежать, но Янина поймала меня за руку и толкнула в сторону защитного поля. Спиной я ударилась о магическую решетку, которая вспыхнула и затрещала. По всему телу прошли болезненные импульсы, заставив мышцы сократиться, и меня откинуло вперед. Я рухнула на колени, понимая, что не хватает сил встать. Создавалось впечатление, будто я до сих пор искрю, а магия, подпитывающая защитный контур, сковывает мои движения.

– Прости, Тея, но ты не выйдешь отсюда. Сегодня тут останется четыре амага! Эти милые создания не смогли удержать свою силу. Они – пустышки. Магическая сила покинула их тела вместе с человеческой составляющей – духом, а телесная оболочка начала медленно разрушаться и преобразовываться. Вечно голодные несчастные создания, которые способны поглощать магию, но не могут удержать ее. Чем больше они поглотили, тем сильнее похожи на людей и тем дольше проживут! Смотри на Сильву. Она тут новенькая!

Янина дернула меня за волосы, заставляя поднять голову и найти взглядом бывшую соседку. Вид у той был совершенно безумным. С клыков капала слюна, но я еще могла различить знакомые черты. А вот остальные… они и на людей походили не особенно.

– Скоро ты станешь такой же. Твоя магия такая вкусная! Но я не буду ее забирать… это слишком очевидно. Боюсь, Риан подобного не простит. Хотя очевидно, что ты нам мешаешь. А так… маленькая глупая первокурсница забрела туда, куда не следует, и погибла. Печально ведь, правда?

Твари собрались возле истончившегося защитного контура и смиренно ждали, когда он истает. Я поняла, что потихоньку могу подняться. От магического воздействия я почти оправилась, но ноги держали слабо.

– Зачем тебе это? – всхлипнула я. – Остановись! Если ты их выпустишь, сама тоже погибнешь.

– О, нет! – усмехнулась Янина. – Не волнуйся за меня. Пока со мной амулет, мне ровным счетом ничего не грозит. – Она помахала камнем, которым открывала двери. – А зачем? Разве это не очевидно? Я не терплю рядом с собой соперниц.

– Но я же сказала, что не претендую на Риана и не хочу его уводить!

– Какая разница, чего хочешь ты? – грустно улыбнулась Янина. – Или я? Главное, что в голове у него. Риан умеет покорять и добиваться своего. А я не могу допустить, чтобы он разлюбил меня. И это не простой эгоизм.

– Не эгоизм? – Я горько усмехнулась. – А что же тогда?

– Нечто большее. Поверь, я не вру.

Защитное полотно с треском разорвалось. Твари вырвались из своей клетки, но тут в темноте коридора между мной и Яниной материализовался Кош. И он был зол.

Янина заметила его слишком поздно, шарахнулась, но демонический кот уже кинулся на нее. А на меня бросилась первая тварь.

* * *

Стук раздался требовательный. Такой, который нельзя проигнорировать, даже если закрыть голову подушкой. И через подушку прозвучало на редкость отвратительно.

– Элай! – К стуку добавился громкий раздражающий голос, заставивший парня все же сползти с кровати и, проклиная ночных визитеров, отправиться открывать.

– Что нужно? – сонно отозвался он, приоткрыв дверь.

В коридоре стоял встревоженный Риан. Значит, про сон, скорее всего, придется забыть. Друг не так часто врывался после отбоя. Точнее, часто, но обычно не с таким встревоженным лицом.

– Она стащила у меня амулет, который открывает вход в подземелья.

– Кто? – Элай сонно поморщился, пытаясь врубиться в то, что происходит.

– Янина, – раздраженно отозвался Риан. – Мне это очень не нравится. Больше чем очень.

– Что ей может быть там нужно?

– Не знаю. Но она в курсе, что мне нравится Тея. Сегодня сказал Янине, что мне нужно больше времени и личного пространства. Правда, она была против. И в общем… – Риан запнулся. – В общем, потом все было очень горячо, ну а после я обнаружил, что нет кристалла. И Янины тоже нет. А Теи нет в ее комнате.

– Риан, ты просто идиот или невоздержанность у тебя в крови? Зачем тебе вторая девушка? Ты с одной разобраться не можешь.

– Прости, но не все добродетельны до тошноты, как ты, – обиженно огрызнулся Риан.

– Пошли.

Элай не отреагировал на оскорбление. Накинул рубашку, торопливо заправил ее в брюки, которые так и не удосужился снять, когда ложился спать, и вышел в коридор.

– Куда?

– Вытаскивать твоих подружек.

– Ты думаешь, внизу Янина вместе с Теей?

– А зачем ей еще ключи? Тея сказала, что из-за Янины опоздала на мою пару. К сожалению, я не расспросил подробнее, о чем они говорили.

– Тея не пойдет с ней… – не очень уверенно отозвался Риан.

– Неужели ты не знаешь? Янина может быть хитрой и убедительной! Отработка закончилась давно, к себе Тея не вернулась, Янины тоже нет, нет и кристалла. Не можешь сложить два и два? Поверь, если твоей девушке надо, она найдет способ заманить Тею. Так что шевели ногами, герой-любовник. Знаешь же, какие опасности таит подземелье.

– Думаешь, там все так серьезно?

– Я знаю тебя и твоего отца. И иногда искренне не понимаю: ты правда такой наивный или талантливо водишь меня за нос?

– О чем ты?

– С Яниной вас познакомили родители. Она красива, умна, и у нее бешеный потенциал для тех, в ком не так много божественной крови. Идеальная пара для тебя. Идеальная пара для задумок твоего отца.

– Он под присягой сказал, что бросил все мысли о запрещенных экспериментах.

– Он хочет получить сверхмага. Вы с Яниной идеальные кандидаты. У обоих почти максимум, разные стихии. Действительно веришь, что все случайно?

– Думаешь, Янина в курсе?

– Она умная.

– Поэтому просто так, без дополнительных бонусов меня не выбрала бы? – невесело усмехнулся Риан. – Ты это хотел сказать?

– Она умная. Поэтому не позволила бы играть собой втемную. Янина знает не меньше, чем ты. А может, и больше.

– Значит, нужно спешить. Она не оставит соперницу в живых. На кону больше, чем просто отношения.

– До тебя долго доходит, но я рад, что ты осознал сложность ситуации.

* * *

Я с визгом кинулась к стене, когда мне в плечи вцепились когтистые лапы, раздирая рукава кофты и царапая кожу. В районе солнечного сплетения сжался тугой холодный комок. Я чувствовала, как моя энергия потекла прочь, словно ее тянули пылесосом. А потом… толчком срикошетила обратно, будто на мне стояла печать.

Тварь неверяще уставилась на меня и повторила попытку. Было неприятно и больно, голова кружилась, внутри словно кружился магический вихрь. Я дернулась, стараясь вырваться из крепкой хватки. Где-то внутри забилась, пытаясь удержаться, Айя. Огненную птицу холодными волнами обнимала магия Элая.

Мне показалось, именно она послужила щитом. А еще эта магия очень не понравилась тварям. Они кружили вокруг, хватали длинными когтистыми пальцами, тянули клыки к горлу и тут же с рычанием отступали, чтобы спустя миг накинуться и замереть снова. Казалось, они не могли понять, что не так с близкой и на первый взгляд доступной добычей.

Я тоже не очень понимала, что со мной не так.

Сбоку заорала Янина. Повернув голову, я заметила, что Кош кинулся на нее. Вцепившись всеми четырьмя лапами в руку, кот вонзил зубы в запястье, заставляя разжать пальцы и выпустить кристалл, который создавал вокруг девушки мерцающий алыми искрами магический полог.

Меня снова прижали к полу сильные лапы. Я рвалась из них, но пока безуспешно. Твари чуяли магию и явно собирались добраться до нее любой ценой. Я чувствовала, что моя защита скоро лопнет. Когти рвали тело, я задыхалась от боли и, наверное, не выдержала бы, если бы амаги не наметили новую жертву. Едва кристалл отлетел в сторону, прогремев по каменному полу, вся троица бросилась на Янину.

Девушка закричала, тщетно пытаясь прикрыться руками, а я увидела, как ближайшая тварь смыкает клыки на ее горле и жадно начинает глотать. Именно это ждало меня, если бы не подарок Элая. Именно такой судьбы Янина желала мне. А может, просто не совсем понимала, что творит?

Я рыбкой нырнула вперед, схватила кристалл и ощутила, как меня надежно закрывает защитное поле артефакта. У ног терся Кош, настойчиво звал меня за собой, но я не могла бросить Янину. Да, она желала мне смерти. Но я – не она.

Я кинулась на тварей. Надеюсь, артефакт сможет защитить меня.

Поняв, что я не отступлюсь, Кош зашипел и начал расти. Я и не представляла, что он так может. Удлинились клыки, налились кровью янтарные глаза, а за спиной выросли кожистые крылья. Да и сам он из милого карманного котейки вырос до размера солидного волкодава.

Зверь взревел и кинулся на амагов, отталкивая их от окровавленной девушки на полу.

Я подбежала к Янине и упала рядом на колени, позволяя защитному полю закрыть нас обеих. Следом нырнул Кош, вновь обретя обычный размер. Амаги остались снаружи. Я не знала, на сколько рассчитан артефакт и сможем ли мы выжить.

– Тебе надо было бежать… – хрипло выдохнула соперница. Она выглядела ужасно: рваные раны на шее, залитая кровью блузка и стекленеющий взгляд. – Почему они не убили тебя? Должны были. Но я не думала… – Она тяжело сглотнула. – Не думала, что будет так грязно и страшно. Думала, просто оставлю тебя с ними, и они выпьют твою магию. Так просто…

– Ты хотела убить меня, скормив амагам? – всхлипнула я. Себя я не жалела. Лежащая передо мной девушка находилась на пороге смерти, а я осталась жива. И даже почти не пострадала.

– Хотела… – не стала отрицать Янина. Она цепко ухватила меня за руку. – Но видишь, как вышло… иногда судьба вносит коррективы в наши планы. Где-то там, наверху, решают, как лучше. И делают выбор за нас в тот момент, когда мы чувствуем себя всемогущими. Равными богам. Никогда не приравнивай себя к богам. Они мстительны и не прощают этого. Как не простили меня за то, что я вмешалась в их божественную игру.

Рука Янины была огненно-горячей. А там, где она касалась меня, жалило пламя чужой магии.

– Что делаешь? – испуганно спросила я, но почему-то не стала вырываться, хотя могла. Хватка соперницы слабла с каждым мигом.

– Прошу прощения, – прошептала она. – И все же, почему они не смогли тебя сожрать? – словно в бреду спросила девушка. – А мной не подавились. Хотя абсолютно все мне говорили, что у меня огромный потенциал и повышенная сопротивляемость. Из меня почти невозможно тянуть магию. Конечно, не так, как из Элая и Риана… Этими двумя вообще можно отравиться.

– Не знаю почему… – Я покачала головой, хотя некоторые догадки появились.

– Жаль, – хмыкнула Янина и сильнее вцепилась в мою руку. Было жарко. Казалось, я сейчас захлебнусь бурлящей силой.

– Ты отдаешь мне силу? – поняла я. – Как?

– Ну, техническим подробностям тебя научат, – усмехнулась она, но из глаз текли слезы. Янина хотела жить, очень хотела, но понимала, что это конец. – С моей силой из рядовой ученицы ты превратишься в ценного члена магического сообщества. Если, конечно, сумеешь ее удержать и не вернешься к тем крупицам, с которыми ты сюда пришла. Ты даже не понимаешь, какой джекпот сорвала. Будет обидно, если ты все это не сохранишь. А зачем я это делаю… Ответ очевиден. Мне она больше не нужна.

– А зачем нужна мне?

– Как зачем? Чтобы выполнить предназначение. Мое предназначение.

– О чем ты?

Но Янина не собиралась отвечать на мои вопросы. Даже находясь на грани между жизнью и смертью, она делала и говорила только то, что считала правильным.

– Думаешь, это ты выбрала Риана? – Янина засмеялась и тут же закашлялась. По уголку ее губы потекла струйка крови. – Он – наркотик. В его крови течет наркотик.

– Ты о чем?

– Он умеет очаровывать. Противостоять его обаянию очень сложно. Он целует тебя, и ты теряешь голову. Не уверена, что он в полной мере осознает собственную силу. Ему нереально отказать. Это его отец. Мне кажется, он сделал Риана таким.

– Зачем? – удивилась я.

– Затем, чтобы выбрать ему нужную девушку, и эта девушка не смогла ему отказать.

– Как не смогла отказать ты?

– И как не сможешь отказать ты.

Она слабо улыбнулась и прикрыла глаза, а горячая ниточка силы окончательно иссякла.

– Янина… – прошептала я. – Янина…

Зашипел Кош, почуяв смерть, и растворился в воздухе. А я осталась в подземелье под сомнительной защитой миниатюрного купола, чувствуя, что сейчас просто взорвусь от переполняющей меня силы. Рядом лежала мертвая девушка Риана, и я не понимала: что мне делать? Понести ее я не смогу, а оставить тело тут казалось неправильным.

Было горько и жутко. Могла ли я предположить, что сегодняшний вечер закончится таким образом?

* * *

– Куда ты? – окликнул Элай, когда Риан со скоростью спринтера рванул в сторону преподавательского крыла, вместо того чтобы направиться к подземельям.

– К отцу.

– С ума сошел? Зачем тебе это? Времени в обрез!

– А что нужно?

Парень выглядел потерянным.

– Пойдем найдем девушек. Если твоя подружка задумала какую-то гадость, лучше не медлить. Пока достучишься, пока разбудишь отца, пока объяснишь ситуацию… Перед этим придется решить, что ему сказать. Давай быстрее!

Взгляд Риана стал жестким. Парень сомневался, однако спустя несколько секунд медленно кивнул, признавая правоту друга, и быстрым шагом двинулся по пустому темному коридору в сторону подземелья.

Как всегда, внизу было влажно и гнетуще. Будто попал в темницу. Живых людей тут давно не было, если не считать свихнувшихся амагов, но атмосфера хранила память о тех временах, когда в катакомбах держали и пытали заключенных. Не всегда преступников, иногда просто неугодных власти людей.

Шаги раздавались гулким эхом, и хотелось не бежать, а красться, чтобы звуков не слышала вся академия.

– Молодые люди, и куда это вы намылились ночью? – чопорно спросила проверяющая, которая, казалось, только их и ждала за поворотом. – Не спится?

– Гулять пошли при луне, – огрызнулся Элай и обогнул ее, даже не подумав притормозить. Сейчас раздражали все, кто пытался встать на пути.

– Лер Элай, это выходит за рамки! Я пожалуюсь вашему отцу. Вернитесь в свои покои!

– Я на вас тоже пожалуюсь, – отрезал парень, думая о том, как люди, призванные оберегать студентов, умудряются пропустить истинную трагедию. Как, например, с Аланом. Но обязательно возникают на пути, когда они совершенно не нужны.

– А на меня-то за что? – обиженно отозвалась за спиной женщина, но Элай даже не обернулся в ее сторону.

В душе зародилось нехорошее предчувствие. Липкое и противное ощущение надвигающейся или уже случившейся беды. Оно раздражало и заставляло спешить.

Это чувство никогда не подводило. Ни тогда, когда погиб Алан, ни тогда, когда Тея выпустила на паре подлеченный, напитанный силой тотем. Появилось оно и сейчас. Уже забежав в темный коридор, Элай знал: кто-то погиб. Только вот кто?

Риан был более спокоен и, кажется, пока не воспринимал происходящее всерьез. Да, он волновался, иначе не пришел бы, но глубоко в его подсознании жила мысль, что студентам тут ничего не угрожает. Он все еще воспринимал академию, как дом, где уютно и безопасно.

Только для всех остальных подземелья представляли реальную угрозу. Не зря вход был запечатан, не зря ночью всегда дежурили проверяющие. Но сегодня все дало сбой, а значит, защита не так хороша, как о ней говорят.

– Амаги на свободе, – с уверенностью сказал Элай, прикрыв глаза и вслушиваясь в движение потоков силы. – Злы, голодны. Их растравили, как растравил в прошлый раз Алан.

– То есть, как и Алан, девушки сбежали? – с надеждой уточнил Риан.

– Этого я не говорил, – отрывисто бросил Элай и устремился туда, откуда тянуло магией и смертью.

Первый амаг подкарауливал за поворотом. Оскалив клыки, он кинулся на Элая и тут же заскулил. Притих, падая на четвереньки и начиная пятиться. Это была Сильва. С каждым днем от ее человеческого облика оставалось все меньше. Почти скелет, обтянутый кожей. В девушке изначально было слишком мало собственной магии. Ее высосали до конца, но не убили. Несчастная жертва обстоятельств.

Другие были сильнее, агрессивнее и старше. Они совсем не походили на людей, но в них все еще оставалось больше силы, чем в Сильве. Элай готов поспорить, проживут эти двое дольше. Шимун был сильным магом, и только собственная глупость привела его сюда. Нарвался на кого-то из взрослых и опытных и не смог удержать магию. Его выжрали насухо, оставив сильную, злобную и пустую оболочку. Второй, Верт, не дотянул пары дней до каникул. Элаю не нравились оба. Морды амагов были в крови, как и когтистые руки. А еще от них разило чужой силой.

Сзади сглотнул Риан.

– Кто? – тихо спросил он сиплым голосом, но Элай не стал отвечать. Он мог ошибиться, поэтому только коротко бросил:

– Пошли!

Обращался он к другу, но амаги скользнули следом как послушные голодные собачки. Они тащились за сияющими источниками такой вкусной, но недоступной силы в надежде получить подачку. Конечно, никто не собирался им ничего давать, но твари надеялись и поэтому были покорны. А еще они не могли взять сами. Эта магия жалила и не давалась. Она отличалась от той, которой твари обладали, когда были людьми.

Сначала Элай увидел мерцающую защитную сферу, а уже потом – девушек, которые лежали, обнявшись, на полу и словно спали. Издалека мало что можно было разобрать, и парень замер, собираясь с мыслями.

– Ян… – воскликнул Риан, кидаясь вперед. А потом менее эмоционально, слегка вопросительно добавил: – Тея?..

Элаю тоже хотелось кинуться к ним и посмотреть, что случилось. Он чувствовал смерть, магию и совсем крохи жизненной силы. Может быть, остаточный след, а может, кому-то все же повезло. Не зря ведь тела укрывал защитный купол? Кто-то его установил.

Силы девушек перемешались, и сложно было сказать, жива ли хоть одна. Но Элай не мог позволить себе слабость. Сначала нужно собрать под защитный купол амагов, чтобы не разбежались по всему подземелью. Иначе появятся новые жертвы. И не одна-две. Наверху толпа беззащитных почти детей, которые не смогут удержать крупицы своей силы, если ее попытаются отобрать.

Сзади тихо захрипел Риан, но Элай не повернулся, чувствуя, как у самого леденеет сердце, а в желудке тугим комком свивается страх. Защитный контур важнее. По крайней мере, сейчас.

Только когда амаги снова оказались в магической клетке, парень позволил себе развернуться и подойти к другу и девушкам, над которыми уже погасла защита.

Бледный Риан сидел на полу и прижимал к себе окровавленное тело Янины. Его губы побелели, а в глазах застыло затравленное выражение яростного горя. Он слегка покачивался, словно баюкая похожую на сломанную куклу подругу.

Не нужно было даже тянуться к оборванным потокам силы, чтобы понять: девушка мертва. Остекленевшие глаза смотрели в потолок, а не на обнимающего ее Риана, горло было разодрано, блузка в крови.

– Этого ведь не может быть? Да? – шептал Риан, ни к кому конкретно не обращаясь. – Ее не могли убить! Она сильная и знала, на что шла. Почему она мертва?

– Она привела Тею к амагам. Как думаешь, зачем? – жестко заметил Элай, чувствуя, как к горлу подкатывает комок недостойных слез. Янина была стервой, но привычной, знакомой и местами милой стервой, которая попалась в ею же расставленную ловушку.

Риан сжал зубы, так что на скулах заходили желваки, но нашел в себе силы промолчать и не бросаться бессмысленными обвинениями. В отличие от Теи, Янина пришла сюда осознанно. А что произошло потом, еще предстояло выяснить.

Тея все еще лежала на полу и не подавала признаков жизни. Впрочем, и серьезных ран на девушке не было. Разодраны руки, порвана местами кофта, но это так, царапины.

Элай наклонился к ней. Прижал пальцы к вене на шее и вдохнул запах магии. От бурлящего потока его едва не откинуло в сторону. В Тее сейчас бушевал пожар. Ее собственная, весьма посредственная магия, остатки энергии уже умирающей Сильвы, прохладное дуновение океанического ветра, подаренное самим Элаем, и полыхающая пожаром сила Янины, которая непонятно как оказалась в девушке.

Демоны, да что тут произошло? Даже с его магией Тея не смогла бы забрать магическую энергию Янины. Просто не знала, как это делать, и действовала интуитивно, тычась, словно слепой котенок. В то время как Янина умела защищаться, была сильна и подкована в магии. Даже истекая кровью, она могла поставить блок, который не сумел бы пробить и Элай. Или она сознательно не ставила блоки, понимая, что умирает?

Слишком великодушно для той, кто при жизни была знатной стервой.

Риан не был так чувствителен. Сейчас он не понимал, что случилось. Просто горевал по потерянной девушке, которую недостаточно ценил при жизни. А Элай захлебывался магией, с трудом сдерживаясь, чтобы не забрать такой притягательный излишек.

Тее явно было многовато, но теперь девушка не так беззащитна, как раньше. Нет, Элай еще может поживиться и подпитаться за ее счет, но вот остальные? Он очень сомневался.

Сейчас на холодных камнях лежал самый сильный маг из смертных, которого Элай когда-либо видел. Лакомый кусок для многих. Когда она придет в себя, ее жизнь изменится. Если магия, которой поделился Элай, рано или поздно растворится и переработается на нужды организма, то потенциал Янины, вероятно, останется с Теей навсегда. Конечно, если девушка научится обращаться с такой силой.

– Нам нужно уходить, – тихо сказал Элай, пытаясь вывести из ступора замершего на полу Риана.

– И что делать со всем этим? – тихо произнес парень. – Янина…

– Янина мертва. И у нее нет силы. Силу высосали амаги. Понятно?

– Но они…

Риан вскинул на Элая глаза, и в них мелькнуло понимание. Он перевел взгляд на Тею, но ничего не сказал, а Элай жестко продолжил:

– Мы не знаем, что произошло. Тея сейчас – магическая сверхновая. Амаги пусты, но сейчас никто не кинется это проверять, все будут озабочены другим. А когда решат наведаться в подземелья, уже ничего не смогут понять.

– Что будем делать? – голос Риана звучал хрипло, в глазах плескалась боль, но было видно: парень все же взял себя в руки.

– Ты сейчас идешь к отцу и рассказываешь, что произошло. Умалчиваешь про Тею и про меня. Вы поругались с Яниной, она психанула и стащила кристалл. Ты пошел за ней. Нашел ее тело и обожравшихся амагов. Вынес ее отсюда. Все.

– В ней нет силы… – сглотнув, произнес Риан.

– Ни капли.

– Теперь она станет такой же? – Парень с ненавистью посмотрел на клетку с амагами.

Элай покачал головой.

– Нет.

– Но почему?

– Потому что она умерла. А эти, – Элай кивнул в сторону амагов, – были живы физически. Из Янины сила ушла вместе с жизнью. Увы, это конец…

После этих слов Риан сглотнул и уронил голову, прижавшись ко лбу Янины. Элай не торопил его. Несколько мгновений для осознания собственного горя – это то, что он мог дать другу, которого ждал очень непростой разговор с отцом. Жаль, Элай не мог взять на себя это бремя.

– Это сделала Тея, да? – очнувшись, спросил Риан. Он был бледен, в глазах застыла пустота.

– Ты сам знаешь ответ. Но постарайся, чтобы это знание осталось при тебе. Мы не в курсе, что произошло. У прежней Теи не хватило бы для этого ни умений, ни потенциала. Слишком неравные силы. На стороне Янины был огромный перевес.

Элай подхватил на руки Тею, которая весила, словно оголодавший котенок, и направился к выходу. Риан бережно нес тело Янины.

– Ты ведь понимаешь, отец очень быстро узнает, что у Теи теперь много силы. И сложит два и два.

– Да, но у нас будет время разобраться в случившемся. Нельзя сейчас выдавать девушку аш Ройту.

– А потом?

– А потом я скажу, что пришел раньше тебя.

– И бросил Янину? Думаешь, он в это поверит?

– Я не мог донести до выхода двух девушек, поэтому забрал живую. Вот и все. Главное, обезопась себя, – с неожиданной заботой отозвался Элай. – Твой отец будет в ярости. Что касается меня… Он может только беситься. Тронуть не посмеет.

– Ты прав. Он очень хотел, чтобы мы с Ян были вместе. Мечтал о внуках… Хотя какие внуки? Мы об этом не думали. Он говорил, что в наших детях будет невероятная сила.

– Вот и ответ. Твой отец – ученый, он не оставил идею о создании сверхмага.

– Ты, как всегда, прав, – окончательно сник Риан. – Как думаешь, у нас есть шанс закончить академию и обрести свободу?

– Закончить академию – да. Обрести свободу… У меня точно нет, а у тебя… Пока жив твой отец, тоже вряд ли. Но видишь, в чем дело… Моя клетка все же более свободная и комфортная, чем твоя. Но она пожизненная.

Парни двигались по знакомым коридорам и не замечали, что за ними по пятам крадется крайне обеспокоенный случившимся, скрывающийся в тени демонический кот.

Глава 11

Я не хотела просыпаться. В мире снов было хорошо и спокойно, можно отрешиться от реальности и на короткое время представить, будто ничего не произошло. Меня не целовал Элай, и я потом не отправилась на роковую встречу с Яниной.

Но реальность тянула. Мысли становились все осознаннее. Жалили, словно осы. И я открыла глаза, смирившись с тем, что скрываться в мире грез и дальше невозможно. Вокруг было темно, но воздух не спертый, не чувствуется сырости и нет запаха крови. Под спиной что-то мягкое, а рядом раздается привычное мурчание.

Я притянула к себе Коша, которого сегодня любила особенно сильно. Именно он спас мне жизнь. Потом, усадив кота на руки, осторожно приподнялась на локтях и попыталась подняться. Тут же вспыхнул огонек и рассеял темноту просторной спальни.

– Пришла в себя, – отозвался из кресла Элай. Парень сидел неподвижно и смотрел на меня. Кош весь подобрался, зашипел, вздыбившись, и принципиально исчез, оставив меня без своего успокаивающего тепла.

– Ты его напугал, – обвинила я парня.

– Просто он у тебя злой и вредный. Я же не пугал его, пока ты спала? Он не отходил от тебя ни на шаг и на меня не обращал внимания. Так что скотина у тебя не пугливая, просто с гонором.

– Как и все кошки.

– Особенно демонические.

Отвечать на это не имело смысла. Кош не любил чужих. Элаю повезло, что кот не кинулся на него и не разодрал физиономию. Такое вполне могло случиться. А уж обшипеть чужака – вообще святое дело.

После исчезновения Коша стало неуютно и страшно. Незнакомая комната, Элай. Я не помнила, что произошло после того, как упала Янина.

– Как я тут оказалась? – Комок застыл в горле, я с трудом могла говорить. Руки мелко дрожали, накатывала запоздалая паника, а перед глазами всплывали страшные картины. Одна отвратительнее другой.

– Я тебя принес, – отозвался он. – Как же еще?

– Что со мной будет? Меня накажут?

– А есть за что наказывать? – спросил он, внимательно вглядываясь в мое лицо. – Расскажешь, что произошло?

Я не знала, с чего начать. Подтянула под пледом колени и поморщилась от боли. Не удержалась и заглянула под одеяло. На мне была мужская белая рубашка, а под ней пропитанные зельем бинты и, слава богам, трусики.

– Кто переодевал меня?

– Это так важно? – Элай приподнял бровь и иронично усмехнулся. Так иронично, что стало понятно: меня переодевал он.

Я не знала, как на это реагировать. Наверное, самое правильное – не думать. Особенно в создавшейся ситуации. Но получалось плохо. Парень видел меня обнаженной! И… я не знала, как к этому отношусь. Или знала? Мне не нравилось. Однозначно. Я стеснялась и своего тела, и того факта, что теперь Элай знает обо мне больше, чем мне хотелось. Наверное, он в своей жизни видел столько девушек, что вряд ли я его чем-то поразила. Только вот я себя не показывала никому. Даже Ниссу.

Наверное, я начала рассказывать, чтобы избавиться от этих мыслей. А еще для того, чтобы прожить минувший день еще раз и понять, в какой момент я ошиблась так сильно, что произошла трагедия. Под конец рассказа я рыдала.

– Янина… она ведь не выжила?

– Нет. – Элай помрачнел.

По плотно сжатым губам, по мрачному взгляду я поняла: ему не плевать на девушку Риана. Они ведь все из одной тусовки. Хорошо знали друг друга. Дружили.

Слезы снова потекли по щекам. Было сложно сдерживаться и делать вид, будто со мной все нормально.

– Ты ни в чем не виновата, – сказал Элай со своего места. – Ни в чем. Янина заманила тебя и погибла. Это трагедия, но твоей вины в этом нет. Ты не желала ей смерти.

– Ее силы я тоже не желала. Как и твоей.

– Мы отдали ее добровольно. Ты же сама сказала, Янина хотела передать тебе силу. На самом деле, зная ее характер… Поступок странный. Но, может быть, она действительно раскаялась перед смертью и испытала вину. Всякое бывает. Главное, передача силы была ее решением. Не кори себя за это. Сложись ситуация иначе, мертва была бы ты. И поверь, Янина ходила бы и улыбалась. А как только Риан снова стал бы только ее, вина улетучилась бы.

– Он и так был только ее, – мрачно сказала я, не понимая, как можно решиться на подобное из-за парня. Это же глупо.

– Ну, она так не думала. Я тоже не считаю ее одержимость правильной.

– А по поводу отобранной силы… – Я закусила губу, не зная, как задать следующий вопрос. – Были те, кто не хотел этого? Например, Сильва. Это ведь я уничтожила ее. Я повинна еще в одной смерти?

Сердце пропустило удар. Потом еще один. В груди стало больно, и только потом Элай заговорил.

– И да, и нет, – без желания отозвался он, и на моих глазах снова выступили слезы. Парень этого словно не заметил и продолжил: – Сильва была обречена еще в прошлом году. Об этом знали все, и… ей тоже говорили. Она была самонадеянна, глупа и упряма. Увы.

– Неужели вы говорили ей, что более сильные студенты ее убьют, даже не ведая этого? – всхлипнула я. Как же хотелось сейчас уснуть и проснуться совсем в другом мире и другом месте! В том, где я не поступила в эту проклятую академию!

– Не прямо, – нехотя согласился Элай. – Но проучившись тут больше года, она уже о чем-то догадывалась. Да и подобное с ней уже случалось. Просто в прошлый раз она была на виду, и ее удалось спасти. После того инцидента Сильву чуть не отчислили. Пойми, у руководства нет цели убивать слабо одаренных студентов. Когда становится понятно, что работать с ними не имеет смысла, их стараются отчислить.

– Есть просто задача сделать их почти пустышками. Очень благородно!

– Никто не говорит о благородстве. Учеба здесь – лотерея. Да, кто-то вытягивает счастливый билет, как ты, а кто-то нет…

– Ты правда считаешь мой билет счастливым? – поразилась я, не понимая, как вообще могу сидеть, говорить и даже казаться почти спокойной, когда душа разрывается на части и хочется кричать от отчаяния, боли и несправедливости.

– Нет. – Элай нахмурился. – Прости, нет. Но сейчас речь о Сильве. Она и ее семья сделали все, чтобы остаться тут. А силы у нее почти не было. Если бы она в этом году попыталась поступить с теми крохами, которыми еще обладала, стихия ее просто не признала бы. Но девушка была излишне честолюбива, не хотела проигрывать, поэтому осталась. Ее даже поселили с первокурсниками. Во избежание, так сказать.

– А мы ее убили. Точнее, я. Я виновата. Но это место… тебе не кажется, что о таких вещах нужно предупреждать? Если бы я знала, как здесь все работает, я бы не стала рисковать своей и чужой жизнью. И многие поступили бы так же.

– А вас и предупреждают. В договоре есть пункт об экспериментальных методах обучения и повышения силы. Это эксперимент. Секретный, правительственный. Просто никто не хочет думать, что все серьезно. И Сильву убила вечеринка. А ты… Ты просто подобрала уже бесхозные остатки. Возможно, если бы лекарей вызвали с утра, ее успели бы спасти. Опять. Но вы не понимали, что с ней, а она отказывалась от помощи, зная, что на этот раз ее окончательно отправят домой. Поэтому даже если бы она выкарабкалась и ей разрешили остаться, превращение Сильвы в амага было всего лишь вопросом времени. Не вини себя.

– Я не могу не винить себя, что бы ты сейчас ни говорил. Прости, я хочу уйти. Нужно привести мысли в порядок и понять, как поступать дальше. Мне страшно. Не покидает ощущение, будто моя жизнь перевернулась и уже не станет прежней.

– Твоя жизнь действительно не станет прежней. В этом ты права. Но нет, – Элай покачал головой, – до утра я тебя не отпущу. Извини. Не уверен, что ты эмоционально стабильна и не натворишь глупостей. К тому же еще не до конца затянулись раны. Зелье закончит работу к утру, и лучше тебе оставаться под присмотром. Буду благодарен, если ты не устроишь скандал. Не хочется успокаивать тебя силой. Или так торопишься объясниться со своей подружкой? Рассказать, где была, что видела? Ты ведь понимаешь, что этого никто не должен знать?

– Считаешь, через несколько часов после рассвета мне не придется с ней объясняться? И что сказать, когда мы встретимся?

– Ну, придумаешь что-нибудь. Скажешь, ночевала у парня.

– У какого парня, Элай?! Мой парень на материке.

– Да у любого. Вон у того же Риана. Она видела, что вас тянет друг к другу. Точнее, все видели. Ночевка у него – закономерный итог.

– Ага, я спала с Рианом, пока его девушку убивали амаги. Просто прекрасно.

– Ну, про амагов никто не узнает.

– Ты правда считаешь, это что-то меняет? Или вы и смерть Янины утаите?

– Да, так и так выходит гадко, – признался Элай, проигнорировав вопрос о смерти Янины, но тут же добавил: – Но эта академия и не такое видала. Так что сойдет.

– Я хочу уйти отсюда. Пожалуйста.

– Я же сказал – утром. – Элай нахмурился.

– Ты не понял. – Я вздохнула. – Из академии.

– Не хочу тебя расстраивать, Тея. Но вряд ли у тебя получится.

– Тут происходят гадкие вещи, – всхлипнула я, впадая в отчаяние. Было в лице Элая что-то такое, от чего становилось понятно: он не врет. Меня точно не отпустят. Все изменилось, моя сила слишком велика, чтобы я и дальше оставалась незаметной и никому не интересной.

– Да, происходят. Ты слишком наивна, чтобы понимать, что гадкие вещи происходят везде. Они – часть нашей жизни.

– Вы все им потакаете.

– Не все, поверь. Многие просто понимают, что от нас мало зависит. Не всегда получается сразу изменить устоявшийся ход вещей. На это требуется время.

– А ты? Что делаешь ты?

– А я… – Элай задумался. – Я слежу и делаю выводы.

– И каковы они? Эти выводы?

– Эксперимент надо прекращать. Скоро. Он зашел слишком далеко и… чем дальше, тем более неприятными мне видятся его последствия.

– Почему скоро, а не сейчас?

– Потому что сейчас у меня мало аргументов. Таких, которые корона сочтет весомыми. Но я работаю над их сбором четыре года. Скоро соберу достаточно. По крайней мере, надеюсь на это.

– А мы с Яниной не аргумент?

– Аргумент. И весомый. Но я не уверен, на какую чашу весов он упадет. Поэтому пока просто продолжай учиться и попытайся все забыть. Это самое лучшее решение.

– Я не смогу.

Слезы снова хлынули из глаз, меня начало трясти. Как бы я хотела сейчас оказаться дома, в своей комнате! Там, где тепло, уютно и спокойно. Прижать к себе Коша, обнять маму. В привычной обстановке, наверное, мне стало бы лучше. Одна я просто не могла справиться с собой. Элай не в счет, он не успокаивал. Был слишком чужим, чтобы помочь преодолеть то, что творилось у меня в душе.

– Ты справишься, – ровно отозвался парень. Казалось, он тоже смутно представлял, как помочь мне успокоиться. – Но осторожней. А сейчас спи.

– Не уверена, что сумею.

– Хочешь, помогу? – спросил он с неожиданным участием и переместился ко мне на кровать.

– А ты умеешь? – с надеждой спросила я, всхлипывая и вытирая слезы.

– Ну… – Элай посмотрел на меня задумчиво. – Есть три способа.

– Каких?

– Секс, алкоголь и магия.

– Ты, и правда, вот так просто предлагаешь мне переспать? – хмыкнула я, чувствуя, как в душе зашевелилось кое-что кроме отчаяния. Раздражение.

Парень не смутился, только пожал плечами.

– Этот способ самый эффективный, поверь. Но остальные два тоже пойдут.

– Разумнее всего выбрать магию, – протянула я.

– Но ты выберешь секс? – Он надо мной смеялся, и это почему-то придало сил.

– И не мечтай, – отозвалась я. – Мне нужно напиться, чтобы все забыть.

– Как скажешь. Мой совет: молчи до последнего и скрывай силу. Это заметят, ты станешь невероятна ценна, но… пусть это произойдет как можно позже.

– Меня попытаются убить?

– Вероятно, кто-нибудь в определенный момент сочтет это неплохой идеей. Дай себе привыкнуть к новому потенциалу и подожди, пока утихнут страсти.

– Но ведь все равно станет ясно, что во мне сила Янины. И ее смерть повесят на меня.

– Риан разберется. Смерть Янины – случайность. Ты ни при чем. О том, что случилось, узнает его отец. Но будем верить, что это случится не сегодня. Потом станет известно Арии. А вот для студентов все останется тайной. Ты можешь встать? – сменил он тему.

– Почему нет?

Я откинула одеяло и осторожно поднялась, понимая, что сейчас все иначе. Во мне было столько силы, что казалось, я могу вызвать пожар лишь силой мысли. Кончики пальцев щипала магия. Я чувствовала, как внутри искрится пламя.

– Непривычно. И немного страшно. А вдруг я не смогу удержать стихию?

– Ты научишься с этим жить, – сказал Элай, мигом поняв, о чем я. – Но учиться придется долго и под присмотром.

– Под твоим?

– Ну, или свои услуги тебе предложит Ария. Как только узнает, так и предложит.

– Я откажусь.

– Зря, – отозвался парень. – Говорят, ее сила приобретенная. Только… я сомневаюсь, что ею пожертвовали добровольно. Она как никто знает, что с тобой делать и как помочь. Я советую не упускать этот шанс, но и не пренебрегать моей помощью. Пренебрегать хоть чьей-то помощью в твоем положении вообще не стоит.

Меня качнуло, но Элай успел подхватить и проводил меня в комнату, поддерживая под локоть. Его рука жгла через тонкий материал рубашки.

Я забралась с ногами в кресло, а парень снова удивил меня, кинув плед, в который я с удовольствием завернулась. Было холодно, тело била дрожь, и я испытывала физическую потребность унять это чувство, отключить эмоции и голову.

Элай подошел к бару, а я посмотрела на его спину. Прямую, сильную и, как это ни противно отмечать, красивую.

Он плеснул в бокалы коньяк и один передал мне.

– Ты, конечно, меня не послушаешь, скажешь, что я эгоист, но постарайся держаться подальше от Риана.

– Ты же сам сказал, что мы с ним не худший вариант? Что заставило изменить мнение? – отозвалась я и поднесла бокал к носу, вдыхая древесный аромат с нотками меда, шоколада и дорогого винограда.

– Да, говорил, потому что еще вчера ваш союз был невыгоден. Никому. Сейчас ты сильна. Держись от него подальше.

– Но почему? Хотя… – Я сделала глоток и сморщилась от терпкого, обжигающего напитка. Какая же гадость! Просто невероятная. Пах коньяк однозначно лучше, чем был на вкус. Или просто я ничего не понимала в дорогом алкоголе. – Поверь, он сам не посмотрит в мою сторону после того, что произошло.

– Риан посмотрит в сторону любой, на кого ему укажет отец, – жестко ответил Элай. – А в случае с тобой его желание и желания отца совпадут. И это опасно. Даже союз Риана и Янины был опасен, а ты сейчас на порядок сильнее.

– Что здесь происходит? – Я сделала еще один глоток, и он оказался уже не таким противным. – Янина сказала, что я должна выполнить ее миссию. Она имела в виду – быть с Рианом?

– По всей видимости. В академии творится много разного дерьма, – признался Элай и уселся на ручку моего кресла. – И концентрация этого дерьма растет с каждым годом.

– А студенты – заложники всего этого?

– Да.

– Что случилось с Аланом? – С каждым глотком я становилась смелее. Отступали и страх, и отчаяние.

– Ты правда хочешь устроить вечер откровений? – поинтересовался Элай.

– Не вечер, уже почти утро. Да, хочу. Хочу все выяснить и больше не возвращаться к этому.

– Алан узнал слишком много, я не успел предотвратить убийство. Он хотел сбежать на материк и продать газетчикам тайны академии. Глупо и неосмотрительно. Если бы ты сказала, что видела его, он отделался бы меткой, заставляющей молчать. Но… аш Ройт предпочитает решать проблемы более радикально.

– Кто ты?

– Ищейка императорского дома.

– И учишься в академии.

– Меня давно готовили к этому. У отц… императора, – поправился Элай, но я заметила оговорку и похолодела: неужели передо мной принц? – давно зреют подозрения касаемо аш Ройта.

– И Риана.

– Риан – лишь пешка. Пока он просто пешка. Что будет позже и на какую сторону он встанет, неизвестно. А вот его отец… про него говорят многое, но он осторожен и очень опасен. Поэтому я тут. Слежу и по мере сил пытаюсь предотвратить. Но и он, и Ария прекрасно знают, кто я и зачем тут. Поэтому действуют очень осторожно. Пока не удалось узнать, что они замыслили. То, что аш Ройт пытается создать ребенка с неограниченным магическим потенциалом, не новость и не запрещено. Более того – поощряется короной. Но мне кажется, тут все глубже и серьезнее.

– А почему я видела смерть Алана, прочувствовала ее?

– Он был талантливым парнем. Полагаю, тогда, в подземельях он как-то сумел зацепиться за твою силу и утащил за собой. Это был своеобразный крик о помощи. А может быть, он хотел поменяться с тобой местами. Такое я тоже не исключаю. Но точного ответа мы не узнаем.

– Так все сложно! Неужели ты не можешь доказать, что здесь играют с силой студентов? Это ведь очевидно.

– А вот это придумал не аш Ройт. Подобные академии существовали еще во времена богов. Иначе откуда во все века брались маги невиданной силы? Выпускники таких учебных заведений никогда, никому и нигде не рассказывали о том, как на самом деле проходит обучение. Каждому ставили печати молчания. Первую вы получаете во время посвящения. Последнюю – при выпуске. Или если случилось что-то из ряда вон выходящее.

– Как со мной?

– Как с тобой. Алан узнал очень много. И хотел поделиться. Но не успел.

– Его убил отец Риана?

– Говорю, он очень осторожен и не оставляет следов. Как только я получу доказательства, думаю, мои карты будут полными. С этим я смогу обратиться к императору.

– И прикрыть академию?

– Это вряд ли. Но, скажем так, отстранить аш Ройта и перевести то, что здесь происходит, в цивилизованное русло. А это уже немало.

– Пугает, что ты мне это рассказываешь, – призналась я, заглянув в бокал и с удивлением обнаружив, что он пуст.

– Почему?

– Тех, кто знает так много, не оставляют в живых. Янина тоже была откровенна.

– Ты меня боишься? – удивился он.

Я кивнула:

– Да. Боюсь.

– Ты никому не расскажешь, Тея, – с легкой грустью сказал он.

– Метка?

– В ней нет необходимости. Этого тебе не позволит моя магия. Она надежно защищает секретные сведения от посторонних. Ты сможешь обсудить то, что знаешь, со мной и Рианом. Возможно, с его отцом. Но, думаю, у тебя хватит ума не делать подобного. Что-то, если захочешь, скажешь Арии. Но тоже, если не дружишь со здравым смыслом. А вот своей подруге или родителям – увы. В них нет силы богов, которая сосредоточена в тех, кто состоит в родстве с императорским домом.

– Ваша магия особенная? Ее не жрут амаги?

– Да. Ее много. Мы можем делиться силой без ущерба для своего потенциала, но ее никто не может забрать.

– А вы можете забирать чужую силу?

– А как ты думаешь, зачем боги в свое время спустились с небес и стали жить среди людей?

– Они питались нами?

– Именно. Сейчас древних богов давно нет. Кто-то говорит, что они уснули, кто-то – что умерли, кто-то – что ушли в другой мир. Остались лишь их потомки, наделенные божественной магией. Чем ближе ветвь к императору, тем сильнее ее магия.

* * *

Она была тяжелой. Такой хрупкой и тяжелой. А еще удивительно беззащитной. И Риан не знал, куда ее нести. В покои отца? Положить на ковер и сказать: «Смотри, к чему приводят твои эксперименты», – или сразу в погреб, где испокон веков хранят мертвецов? К Алану, которого так и не отдали родным? И не отдадут. А Янину? Ее отдадут?

От боли сжималось сердце и щипало глаза. Но разве он, аш Ройт, мог позволить себе слезы? А еще Риан не знал, кого выбрать: Элая или отца. Рассказать правду и подставить Тею, зато угодить отцу? Поступить правильно, как учили с детства. Или дать девушке немного времени и подыграть Элаю? Но тогда… тогда отец разозлится, а Риан не любил, когда он злился. И, как ни стыдно было признавать, боялся.

Подземные ходы испещрили скалу под зданием академии, Риан знал их наизусть, поэтому без труда вышел на нужном этаже всего в нескольких метрах от двери в кабинет отца. Выводить открывающую руну было очень неудобно, на руках лежало уже холодное тело Янины, но парень исхитрился, вывернулся и толкнул ногой дубовую дверь. Свет вспыхнул сразу же, и магический импульс ушел старшему аш Ройту. Информация о том, что в кабинет проникли злоумышленники, уже долетела до отца. Значит, он будет тут с минуты на минуту.

Риан смахнул со стола все документы, положил тело Янины на черную лакированную столешницу и уселся в отцовское кресло. Ждать. Он знал, разговор будет непростым. Уже предчувствовал боль и, пожалуй, впервые даже хотел ее. Ведь физическая боль не такая страшная, как душевная. Когда болят ребра, так просто не думать о разрывающемся сердце.

Отец не заставил себя ждать. Открыл дверь волной магии. Воздух и вода, не многим эти стихии доступны в том объеме, в котором ими обладали Элай и Танарин аш Ройт.

– Ты?..

Риан поднялся и сглотнул. Без слов понятно, что разговор не закончится ничем хорошим. Первый удар пришелся на самое начало рассказа, на тот момент, когда Янина выкрала кристалл. Аш Ройт пока не целился в лицо. Ударил коротко и мощно в солнечное сплетение, заставив Риана согнуться. Пока тот пытался откашляться и прийти в себя, зло бросил:

– Как ты посмел допустить подобное! Как, я спрашиваю?

Дальше последовал еще один удар. Риан даже не пытался закрываться. Если драться будут оба, кто-то умрет. А Риан не знал, чья смерь его устроит больше: отца или собственная. Он предпочел бы, чтобы жили оба, а значит, нужно сжать зубы, терпеть и помнить: чем сильнее болит тело, тем проще душе.

Сейчас Риану было нужно, чтобы тело болело очень сильно.

Глава 12

Я уснула прямо в гостиной, завернувшись в плед. Второй бокал коньяка все же заставил меня согреться и расслабиться. После этого накрыла усталость и пришел сон. Если бы не неудобная поза, чувствую, я бы еще долго не вставала. А так проснулась, охнула, потому что спину свело болью, и с кряхтением, словно старая бабушка, разогнулась.

Выползла из-под пледа, потянулась и обнаружила, что в гостиной я одна.

– Элай! – позвала я и, шлепая босыми ногами по полу, направилась в холл. Уже на подходе поняла: похоже, парень не один.

– Кто там? – донесся из коридора очень знакомый голос.

Я отпрянула, намереваясь скрыться в спальне, но было поздно. В гостиную из прихожей ворвалась Данарина. Элай стоял у нее за спиной и явно не раскаивался. По-моему, еще и дверь моей подруге придержал, чтобы ей было лучше видно. Скотина!

– Тея? – прищурилась Данарина, и я увидела, как краска сходит с ее лица. – Я волнуюсь за тебя, а вот, значит, все как…

В глазах Данарины мелькнули слезы, когда она рванула к выходу. Посмотрела на Элая, словно в поисках поддержки, но парень не отреагировал. Мне самой хотелось кинуться на него и расцарапать лицо! За что он так с нами?

– Подожди! Я объясню! – крикнула я и бросилась следом, но Элай настойчиво поймал меня в объятия. От Данарины не укрылся этот нарочитый жест. Она всхлипнула и умчалась.

– Почему ты не дал мне все объяснить? – возмутилась я, пытаясь вырваться из сильных рук. – Разве так можно? Она же теперь невесть что подумает!

– И что бы ты ей сказала? – Он приподнял бровь. – А?

– Не знаю… Но то, что она подумала, неправильно. Ты же ей нравишься.

– Ну, и? – Элай отпустил меня и отступил на шаг. – Я многим нравлюсь.

– Я думала, и она тебе.

– Не настолько, чтобы переживать из-за этого инцидента. И тебе не советую.

– Это моя единственная подруга в академии!

– Увы, была. – Парень был непреклонен и совсем не испытывал угрызений совести.

– Вот именно. Была.

– Тея, не хочу показаться мерзавцем, но у тебя сейчас есть проблемы поважнее. Ты хотела, чтобы соседка по комнате ничего не заподозрила. Мы говорили о том, что лучшее оправдание – это ночь, проведенная у парня. Чем ты недовольна?

– Это ты так хотел. Не я. Ты специально нас столкнул?

– Она пришла сама, и ты проснулась сама. Это просто судьба. Я не властелин нелепых случайностей. Появилась возможность. Я счел, что неплохо ею воспользоваться. Так будет лучше для всех.

– Ну все! – прошипела я. – С меня хватит! Я пошла к себе. Видеть тебя не хочу!

– Ну, во‐первых, в таком виде и пойдешь? – Элай кинул на меня обжигающий взгляд, от которого вспыхнули щеки. – Признаю, смотрится весьма эротично. К тому же на полах рубашки у меня именные вензеля. Видишь? Буква «Э». Иди, реакция будет интересной.

– Мерзавец! Причем мелочный и самодовольный! Зачем тебе вензеля на рубашке? Боишься, что в прачечной сопрут?

– Не надо меня оскорблять, иначе кто принесет тебе запасную одежду? – усмехнулся он.

– Где ты ее возьмешь?

– У тебя в комнате, где же еще? – Парень пожал плечами. Вот как можно быть таким мерзким?!

– Там Данарина.

– Заодно с ней поговорю. Объясню, что между мной и ею ничего нет и не было. А вот тебе нужна новая одежда. Старая не пережила эту ночь.

– Данарина считала иначе. – Я покачала головой. – И этот пассаж про одежду просто жесток!

– Тея, я не несу ответственность за то, что кто-то себе навоображал. И не думай, что твоя подруга такая белая и пушистая. Она такая же, как Янина. Идет напролом и добивается своего. А нужен ей был я. Точнее, мое имя и статус. Только… Она пока не тянет на хитрую охотницу. Наивная первокурсница, которая считает себя неотразимой. А по факту, одна из многих. Развлечение на вечер, не более.

– Так вот как ты к нам относишься.

– При чем тут «к нам», Тея? Я так отношусь к девушкам, подобным Данарине. Расчетливым охотницам за богатыми парнями. Ты же не ищешь себе покровителя на время обучения?

– Нет, это мерзко! И Данарина не такая. Ты ей просто нравился. Уж не знаю, чем.

– Вот видишь? Ты не понимаешь, чем я могу понравиться, – сказал он, шагнув навстречу и заставив меня попятиться. – А я, может, стараюсь произвести хорошее впечатление? А с Данариной я даже не прикладывал усилий. Ей неважно, какой я. Важно, кто.

Слова Элая были неприятными. К тому же в них имелась определенная доля правды. Многие девочки на переменах мечтали о красивом и богатом парне, который будет выполнять любые их капризы. И это не казалось неправильным. Все мы хотим любви и заботы. Я просто никогда не задумывалась, как такие открыто высказанные желания выглядят со стороны.

– Мне кажется, ты ошибаешься, – постаралась как можно спокойнее заметить я.

– Я слишком много видел таких «Данарин», поверь. У любого рано или поздно вырабатывается иммунитет. Хотя… многие все же попадаются на удочку такой вот хитрой охотницы за хорошей жизнью. Хочется верить, что я умнее.

– Ты же знаешь, что ты…

– Мерзавец? – Он усмехнулся. – Да, знаю. Ты мне об этом говорила. Жди меня здесь. Я скоро вернусь.

Элай ушел, а я рухнула на диванчик в гостиной. Ссора с Данариной совершенно не входила в мои планы. Я не могла отделаться от мысли, что Элай специально ее подстроил, чтобы создать мне алиби и одновременно избавиться от моей подруги.

Это бесило. Не люблю, когда меня используют вслепую.

Скоро он вернулся, неся одежду и мою сумку с учебными принадлежностями. Я переоделась и сбежала, ничего не сказав. Не знала, что говорить. «Спасибо»? Так вроде и благодарить не за что.

Не знаю, что я ожидала увидеть в академии. Опущенные шторы, прикрытые зеркала или портрет улыбающейся Янины в центре холла, заваленного цветами? Но встретил меня обычный учебный процесс. Студенты скучали на парах и бесились в столовой. Преподаватели читали лекции. Не было только Янины и Риана. Я даже в очереди в столовой услышала шуточное мнение, что эти двое сегодня просто не сумели вылезти из постели. Знали бы говорившие, как сильно ошибаются!

Я с трудом сдержалась, чтобы не разрыдаться.

Сейчас я чувствовала себя почти обычной. Магия внутри успокоилась и не давала о себе знать. Только на практике у профессора Флинта я быстрее и ярче остальных зажгла фитиль свечки, чем заработала скупую похвалу. Почти не выдохлась на управлении стихиями, но сделала вид бледный и немощный, чтобы никто не догадался. Благо выглядела после кошмарной ночи не очень. Даже притворяться почти не пришлось.

Данарину я увидела только в столовой и даже пошла ей навстречу, но соседка очень быстро испарилась, и я смирилась с неизбежным. Со мной не хотят общаться, и это вполне объяснимо. И я даже не могу убедить ее в том, что между мной и Элаем ничего нет. У меня просто нет достоверного и логичного объяснения тому, почему с утра я торчала в его комнате без собственной одежды.

Когда после пар возвращалась в комнату, застала подругу в дверях. Данарина тащила две большие коробки с вещами.

– Ты куда? – удивилась я.

– Неужели ты думала, что я стану жить с предательницей, которая увела у меня парня? – фыркнула она. – Мало тебе Риана, понадобился и Элай! Или испугалась Янину и поэтому перекинулась на свободного члена императорской фамилии?

– Но я не…

Знала бы Данарина про Янину, наверное, не была бы так категорична. Но в ее глазах я была эгоистичной предательницей, а рассказать правду я не могла. К тому же ощущала вину. Да, я у Элая просто спала, восстанавливаясь после кошмара, но накануне он меня целовал. И это тоже было предательством, пусть и меньшим.

– Конечно, он сам, а ты тут ни при чем! А я тебя считала подругой! Таких парней, как Элай, очень немного, и он почти был моим! Настоящая подруга отступит в сторону! К тому же у тебя под носом вариант не хуже.

Данарина ушла. А я осталась в комнате, которая сейчас казалась очень большой и очень пустой. От этого на душе стало совсем тоскливо. Эмоции, которые немного отпустили, пока я спала, и не возвращались в течение дня, нахлынули с новой силой. Полвечера я провалялась на кровати, просто таращась в потолок. Стук в дверь заставил вздрогнуть, и я не сразу решилась открыть. Не знаю, удивилась или нет, увидев на пороге Риана.

– Пустишь?

Вопрос повис в воздухе. Я не стала бы этого делать, но не смогла выставить парня, потому что выглядел он чудовищно. Разбитые губы, свезенная скула, заплывший глаз.

– Кто тебя так? – с ужасом спросила я, пропуская его в комнату.

– Ты поверишь, если я скажу, что победил? – невесело усмехнулся он. – Впрочем, о чем это я? Я никогда не стану победителем в этой битве. Видишь ли, не могу бить своего отца. Не имею морального права. А вот он вполне может…

– Это он тебя так?

У меня даже в желудке похолодело. В голове не укладывалось, как можно так поступать с собственным сыном. Ведь на Риане не было живого места. Он еле на ногах стоял.

– Он был очень расстроен смертью Янины. Можно подумать, я – нет, – невесело хмыкнул парень, тяжело подпирая плечом стену.

– Сядь, я принесу полотенце и воду, – скомандовала я. – Но лучше к лекарям.

– Серьезно? – Он хмыкнул. – Это я уже от них. Так что не надо тащить свои полотенца и прочее. Я просто не хочу оставаться один.

– А Элай?

– С Элаем тоже не хочу. Он меня злит.

Я помогла парню зайти в комнату и уложила на пустующую кровать Данарины.

– А где твоя подружка? – спросил он. – У Элая?

– Она считает, что я с ним спала. Поэтому сменила комнату.

Я старалась отвечать спокойно, но, кажется, голос все же дрогнул. Мне до сих пор было обидно, а внутри все сжималось от чувства несправедливости.

– Даже так? – нахмурился Риан и поморщился от боли. – И что натолкнуло ее на эту светлую мысль?

– Я в рубашке Элая. Утром. В покоях Элая.

– Да… не поспоришь. Аргументы железные. – Парень попытался улыбнуться, но получилось только поморщиться.

– Ты как? – участливо спросила я и присела на край кровати.

– Смотря в каком смысле… – начал он, но потом, хмыкнув, добавил: – Впрочем, отвратительно. Во всех смыслах отвратительно. И физически, и морально. Я не лучшим образом вел себя с Яниной в последнее время. Я… – Он сглотнул и поднял на меня полные боли глаза. – Я ведь действительно разлюбил ее. И бросил бы. Уже почти бросил, но… – Он откинулся на подушки и зажмурился. – Но это не значит, что мне не было больно ее потерять. Мне жаль, что вышло так, безумно жаль, что ее постигла подобная участь. Она должна была жить. Но, с другой стороны… Я понимаю, Янина сама виновата. Если бы все пошло иначе, погибла бы ты. И это совсем неправильно.

– Почему моя смерть более неправильная, чем ее?

– Правильной была бы моя смерть, – внезапно признался он. – Это мои слова подтолкнули Янину к мысли о том, что ты встала между нами. Она чувствовала, как наши отношения трещат по швам. Из-за любви ко мне она хотела избавиться от тебя. И из-за любви ко мне она погибла.

– Что теперь будет?

– Ничего. Родители Янины одни из немногих, кто знает о том, что творится в академии. Ария с ними договорится. А остальным скажут, что Янина уехала домой, потому что я ее бросил. Она расстроилась, родители отправили ее в путешествие, а там… алкоголь, скользкая палуба прогулочной яхты и быстрая нелепая смерть.

Риан говорил короткими, рублеными, явно не своими фразами, и я видела, как мрачнеет его лицо. Он делал так, как нужно, и меня это пугало. Неужели он всегда и во всем поступает так, как удобно его отцу? Несмотря на избиения и то, что сам Риан считает иначе?

– И ты не хочешь предать огласке то, что случилось? – осторожно спросила я. – Почтить ее память тут?

– Нет. – Он покачал головой. – Версия о том, что она спустилась в подземелье и ее случайно загрызли амаги, будет такой же ложью, только более вредной и опасной. А правда… Правда еще более неприглядна, чем самая отвратительная ложь.

С Рианом сложно было не согласиться. Я смотрела на него, и хотелось плакать. Ему сейчас намного сложнее, чем мне. И больнее. И в прямом, и в переносном смысле.

Я заварила чай и передала парню кружку, устроившись рядом с ним на кровати. Даже не заметила, в какой момент он поменял позу и притянул меня свободной рукой. От него пахло кровью и цитрусом. Я помнила и слова Элая о том, что от Риана следует держаться подальше, и слова Янины о магической природе обаяния, но сейчас все это стало совершенно неважным. Мне просто было хорошо рядом с ним, хотелось хоть немного облегчить его боль. Поэтому когда он нежно посмотрел мне в глаза и подался вперед, не отвернулась и замерла в предвкушении поцелуя.

Но тут хлопнула дверь.

– А ты что тут делаешь? – недовольно спросил Элай, которого, видимо, не научили стучаться. Он вошел, как к себе домой, и замер перед кроватью, на которой устроились мы.

«Не стоит пренебрегать засовом», – подумала я и осторожно отстранилась. Почему-то под холодным взглядом Элая почувствовала себя крайне неуютно.

– То же самое могу спросить у тебя.

Риан нехотя выпустил меня из объятий.

– Хорош, – покачал головой Элай, разглядывая друга. – Может, стоит уже начать давать сдачи? Все же большой мальчик.

– А ты бы смог ударить отца, Элай? – холодно спросил Риан.

– Во-первых, в моем случае за такое могут повесить. Во-вторых, он ни разу не поднимал на меня руку.

– Это потому, что ты рос отдельно.

– Моего сводного брата тоже, насколько мне известно, никто не бил. То, что происходит с тобой – ненормально.

– Можно, я сам разберусь с проблемами в своей семье? – нахмурился Риан, я физически ощутила идущую от него волну злости.

– Можно, – согласился Элай. – Только ты не разбираешься. А девушку я у тебя сейчас заберу.

– Уверен, что получится? – хмыкнул Риан.

Почему-то мне показалось, он говорит не о данном моменте.

– Мне нужно посмотреть, что у нее с потенциалом. Никто ничего не заподозрил?

– А как ты думаешь? – с вызовом спросил Риан.

– Думаю, сила Теи недолго останется тайной.

– Да. До первой ее встречи с отцом или Арией.

Я сглотнула.

– И что со мной тогда произойдет?

– О, тебя будут очень сильно опекать и любить, – сказал Риан, а я опять поежилась, взглянув на его синяки. Очень не хочется такой любви.

Слова Элая подтвердили опасения.

– Будут, если станешь делать то, что им нужно.

– А что им нужно?

– А это тебе лучше узнать у Риана, – многозначительно хмыкнул Элай.

– Ты же в курсе, передо мной никто не отчитывается.

– Конечно, ты же как послушная собачка. Тебе не нужно ничего объяснять, нужно просто дать команду.

Как ни странно, Риан в ответ на это обвинение промолчал. Только махнул рукой.

– Идите, куда хотели. Если не возражаете, я посплю.

Видимо, он просто предпочитал игнорировать все неприятные темы. Надо признаться, весьма полезное умение.

– Тут? – удивилась я.

– А ты хочешь заставить чуть живого меня куда-то идти? – поинтересовался Риан обиженно, и мне сразу стало стыдно.

Вот как он все же умудряется так влиять на людей? Интересно, только на девушек или вообще? Вон, Элай, похоже, не ведется.

– Нет, конечно, спи, – ответила я. – Меня все равно не будет. Да и кровать в любом случае свободна.

– А где Данарина? – встрепенулся Элай.

– Надо было раньше о ней думать, когда говорил про нас гадости, – нахмурилась я. – Она съехала от меня сегодня днем.

– Интересно куда… – протянул Элай и, бросив на меня мимолетный взгляд, добавил: – Я не сказал про тебя ни единой гадости. Это твои домыслы.

– Только одна комната свободна, – пожал плечами Риан и помрачнел. Не нужно даже гадать какая.

Мне стало совсем не по себе. Янины нет, но есть ее подруга. Интересно, как много знает она? Что-то объединение двух вздыхающих по Элаю девиц мне совсем не понравилось. И, похоже, не мне одной.

– Не очень хорошо, – вздохнул виновник этой ситуации.

– Я бы сказал, очень нехорошо, – подтвердил Риан. – Тея, не ходи одна. По возможности.

– А ходи с кем? – разозлилась я. – По вашей милости у меня подруг не осталось!

– Ходи с нами.

– Ага, думаете, после этого меня начнут тут больше любить?

– Ладно, пойдем, а то уже стемнело, – сменил тему Элай. – Не хочется испытывать твой потенциал в помещении.

– Снова на крышу? – вздохнула я.

– Имеешь что-то против? – спросил Элай.

– Да нет. Просто подожди, куртку накину. Там прохладно.

Я взяла из шкафа курточку, махнула на прощание Риану и следом за Элаем выскочила в коридор. Пока мы шли к его покоям, казалось, вся академия отправилась на вечерний променад.

– На нас косятся, – возмутилась я, чувствуя любопытные взгляды.

– Ну, мы примечательная пара, – пожав плечами, заметил Элай.

– Я не хочу быть примечательной парой с тобой. Мне вообще не нравится, когда нас воспринимают как пару.

Парень остановился резко, так, что я едва не влетела в его спину. Потом развернулся ко мне и уставился своими нереальными прозрачными глазами цвета моря. Они на самом деле меняли цвет. Как море. Иногда были прозрачно-серыми, иногда ультрамариновыми, а иногда почти зелеными. И так же, как море, гипнотизировали.

– А почему тебя так волнует, Тея, считают нас парой или нет?

– Ну, у меня…

– Ага, я слышал, есть парень. Но, прости, ты не похожа на влюбленную, Тея.

Я прикрыла глаза и вздохнула. Действительно, не похожа. Я ведь хотела написать Ниссу и сказать, что между нами все кончено. Но даже это сделать забыла. Совсем не влюбленная.

– Так в чем причина? В Риане?

– Не знаю, в чем причина, – наконец отозвалась я. – Возможно, в том, что это ты. Не хочу, чтобы считали, будто у меня с тобой отношения, я с тобой сплю или еще что-то. Это очень далеко от правды.

– Так ли это? – Он приподнял бровь, развернулся и устремился дальше по коридору. А я отправилась следом, вообще не понимая, что происходит. Элай решил сделать вид, что мы вместе, чтобы я не досталась Риану? Так Риан в курсе, что это игра. Тогда зачем оно Элаю? Снова вопросы, и снова нет ответов.

Видимо, мои слова все же обидели парня, хотя я в упор не могла понять, чем именно. Он молчал и просто уверенно двигался туда, куда считал нужным. Я тащилась следом. Мы вышли на крышу. На этот раз мне даже руку не подали. Ну и наплевать, сделаю вид, что не заметила этого демонстративного поведения.

Тут было промозгло и ветрено. А еще – темно. Звезды норовили упасть на голову, когда вспыхивали в редких просветах между низкими облаками. Даже дождик начал накрапывать. Погода портилась, все меньше напоминая закончившееся лето.

– В тебе сейчас заключена нереальная сила, – сказал Элай, повернувшись ко мне. – Это больше, чем ты можешь себе представить. Поэтому будь предельно осторожна. Ресурс Янины был близок к ресурсу Риана. А это даже не в десять раз больше, чем было у тебя. Поэтому не зови свой тотем.

– А как же? – удивилась я.

– Просто приоткрой канал, позволь силе словно сочиться сквозь небольшое отверстие. Вот так.

Элай выставил руку, и на ладони начала скапливаться вода. Она не была спокойной, бурлила и стремилась принять какую-то форму. А потом, когда на ладони стало тесно, начала струйкой стекать на крышу, образуя живую, меняющую форму лужицу.

– Это должно выглядеть примерно так, но с огнем, – сказал парень и одним движением убрал воду. Даже мокрого следа не осталось. – Ты поняла?

Я кивнула и постаралась повторить, но это оказалось непросто. Если подбирать сравнения, то раньше у меня было силы, словно на донышке бутылки. Приходилось не только ее переворачивать, но еще и трясти, чтобы собрать все капельки со стенок. Сейчас же я напоминала себе бутылку игристого вина, которую хорошенько взболтали. И не знала, как откупорить пробку, чтобы не залить все вокруг.

Я беспомощно покосилась на Элая, который смотрел на меня с мрачным ожиданием, и поняла: нужно начинать самой, если не хочу нарваться на грубость.

Выставив руку, как это делал Элай, я осторожно позволила своей силе выйти наружу. Айя билась в венах и грозила вырваться на свободу. Меня распирала сила, доставляя почти физическую боль. Я едва могла с ней справиться, даже на ногах держалась с трудом.

Чем дальше, тем сложнее было удерживать огненную магию. Пламя полыхало на руке, не причиняя вреда, но я чувствовала, что скоро плотину прорвет. И представления не имела, как это закончить.

– Больше не могу, – всхлипнула я и упала на колени.

– Прекращай! – крикнул Элай, но я поняла, что уже не в состоянии сопротивляться. Могла только поднять руки и выпустить Айю в воздух, надеясь, что она не навредит Элаю.

Огненная птица была сияющей, словно салют на празднике зимы. Она взмыла в воздух, расправив крылья, и закрыла полнеба. Величественная, красивая, она была огромной и совсем не походила на ту маленькую беззащитную птичку, которую я привыкла видеть.

Рядом выругался Элай, и меня сбил с ног поток воды, хлынувший сверху. Несмотря на размер, Айя все так же не любила воду и мгновенно исчезла, прокатившись по венам приятным теплом. Я снова чувствовала себя обычно, только очень мокро. Будто на меня вылили ведро воды.

– Все еще масштабнее, чем я представлял, – торопливо сказал Элай, подхватил меня под руки, заставляя подняться, и потащил ко входу в свои покои.

– Ты так беспокоишься, что я простыну?

– Нет, я беспокоюсь, что наше представление не осталось незамеченным, и к нам скоро пожалуют гости. До этого момента тебя нужно спрятать. Так что торопись.

Стук раздался, как только мы вошли в комнату. Элай распахнул створки шкафа, стащил с себя куртку, следом за ней – рубашку, взял меня за локоть и, вручив свои шмотки, затолкал в шкаф. Я даже возмутиться не успела. Его одежда, в отличие от моей, была сухой. Зачем он ее снял?

Размышляла я, пока парень шел открывать дверь. Я осталась в темноте и тишине. Благо места тут было предостаточно.

Глава 13

Сердце стучало, дышалось с трудом. Я нервничала. Сложно сказать, чего именно я боялась. Того, что меня найдут? Так я ничего плохого не делала. Сидеть в шкафу в комнате парня не запрещено уставом академии, хоть и странно.

– Чему обязан визитом? – услышала я голос Элая и с трудом удержалась, чтобы не приоткрыть дверцу шкафа. Щелочка была, но пока в нее ничего не получалось разглядеть. Интересно, кто там?

По полу процокали тонкие каблучки. Их звук не перепутаешь ни с чем. Потом раздались тяжелые шаги Элая.

– Не подскажешь, что несколько минут назад творилось у тебя на крыше?

Голос женский и очень знакомый.

Я приникла к двери и уставилась в маленькую щелочку. Элай вальяжно-расслабленно прислонился к стене. Большие пальцы он засунул в карманы брюк. А напротив него замерла лери Ария. В строгом деловом костюме, с безупречной укладкой и на высоченных шпильках.

– Представления не имею, – ровно отозвался парень. – Я вообще был в душе. Поэтому помочь тебе ничем не смогу. Хочешь, сходи и посмотри.

По волосам парня действительно стекала вода. Когда он успел их намочить? Впрочем, с его силой это совсем несложно. Тонкие струйки бежали по груди, и смотрела на них не одна я.

– Не ври мне, Элай. Несколько минут назад на твоей крыше полыхало магическое пламя. Кому оно принадлежало?

– Где пламя, а где я? Говорю же, пойди и проверь.

– Нет никакого смысла. Естественно, сейчас я не обнаружу никого и ничего. Ты кого-то тут прячешь?

Женщина уверенным шагом вошла в комнату, заглянула в спальню, толкнула дверь ванной. Элай наблюдал за ней с вежливым интересом и следовал по пятам, но не пытался мешать.

– Я же все равно найду! – усмехнулась она. Потом оглянулась и направилась к шкафу.

Но следующие слова Элая заставили ее сбиться с маршрута.

– Ты знаешь, что ведешь себя как ревнивая старшекурсница? – со смешком спросил он, и я вздрогнула. Было в голосе парня что-то незнакомое, такое, от чего по телу пробежала теплая волна.

Ария резко остановилась и развернулась к Элаю.

– Мне кажется, ты забываешь, с кем разговариваешь! – прошипела она. – Я пока еще ректор.

– Ну, во‐первых, «пока еще». Это ключевая фраза, – как ни в чем не бывало ответил парень. – А во‐вторых, я говорю правду.

– Ты слишком высокого о себе мнения. То, что… – Она вздохнула и, не закончив фразу, раздраженно добавила: – Короче, ничто не дает тебе права общаться со мной подобным тоном.

– А тебе – врываться в мои покои, словно в свои собственные. Я могу быть не один, и вовсе не с тем, кто интересен тебе с профессиональной точки зрения. Я могу быть в душе, как, например, сейчас. В конце концов, я могу быть голым!

– Не паясничай, Элай! Я узнаю, кого ты покрываешь! – сказала она и, приблизившись к парню вплотную, хлопнула ладонью по его обнаженной груди.

– И что тогда? – Он даже не дернулся.

– А тогда мы и посмотрим.

– Я был один. Все остальное – домыслы твоей больной фантазии. И вообще, – он прищурился, – с чего тебе наблюдать за моей крышей?

– Может, я соскучилась? – спросила она низким голосом и прильнула к Элаю.

– Тогда сочувствую.

– Нам же было хорошо вместе, – мурлыкнула она, а я от удивления открыла рот.

Элай и Ария? Такое вообще возможно?

– Тебе было хорошо, – поправил он. – Потому что ты питаешь порочную страсть к юным неиспорченным мальчикам. Не лучшее качество для педагога.

– Не прибедняйся, Элай. Даже два года назад тебя было сложно назвать неиспорченным.

– Иди к себе, Ария, а то Танарин начнет волноваться.

– Ты тоже ревнуешь?

– Нет. И ты это прекрасно знаешь. Я был молод, амбициозен, а спать с ректором было, пожалуй, забавно. Это тешило мое эго. Какое-то время. Но потом… потом все прошло.

– Мерзавец ты, Элай, как и все ваше семейство.

– Гены, что поделать! – даже не стал спорить парень.

Ария фыркнула и ушла, а я с круглыми глазами буквально вывалилась из шкафа.

– И что это было? – спросила я. Даже удивилась, с каким наездом прозвучал вопрос. Вообще-то, это не мое дело.

– А подслушивать нехорошо, – отозвался парень.

– Просто вы говорили очень громко! И на такие темы! Проигнорировать было сложно.

– Тебя волнуют мои любовные похождения? – фыркнул он, приподняв смоляную бровь. Его взгляд обжег. Сейчас я особенно остро почувствовала плотно прилегающую к телу мокрую одежду. Куртку я сняла еще в шкафу и сейчас держала в руках, испытывая непреодолимое желание прикрыть грудь в тонкой блузке.

– Нет, меня волнует, что ректор академии спит с первокурсниками, – ответила я, старательно делая вид, будто меня не смущают откровенные взгляды.

– Я тогда был на втором, – усмехнулся парень, а я почувствовала, что хочу постучаться головой о стену.

Нет, лери Ария была красивой и выглядела молодо. Но она и Элай? Это же противоестественно!

Видимо, эти мысли отразились у меня на лице.

– Вижу, я окончательно пал в твоих глазах. Я не горжусь своими поступками. Но секс с Арией – не самое худшее в моем послужном списке. И можешь утешиться, Риан с ней не спал. По крайней мере, я об этом не слышал.

– Твои слова вселяют надежду в этот мир, – согласилась я, чувствуя, что могу улыбаться. Хотя до сих пор пребываю в шоке.

– Но эту ночь тебе придется провести снова не с ним, – тут же припечатал Элай.

– Это еще почему? Точнее… – Я сбилась. – Я вовсе не собиралась ночевать с ним! Просто… ты намекаешь на то, что обратно в комнату меня не отпустишь?

– Не отпущу, – согласился он. – Ария явно за мной следит.

– А к утру ситуация изменится?

– С утра мы что-нибудь придумаем. Сомневаюсь, что у нее хватит терпения проторчать тут всю ночь.

– Я вообще не понимаю… Если о моей силе все равно станет известно, то зачем все это? Скрываться, оттягивать неизбежное. Не проще ли все рассказать?

– Не проще, – отрезал Элай. – Тебе нужно время. Первые несколько дней ты очень уязвима. Силу еще просто отобрать, ты еще не умеешь с ней обращаться. Чем дольше они не в курсе, тем шире простор для маневра. Скоро у них останется один выход – принять тебя и научить контролю. Сразу после случившегося или даже сейчас проще убить.

– И сколько еще ждать? – холодея, спросила я.

– Не знаю. – Элай пожал плечами и открыл бар, спрятанный за одной из картин. – День-два, думаю, не больше. Тотем уже впитал силу. Это хорошо. Если бы твоя птица была по-прежнему маленькой, а роза Янины никуда не исчезла, я бы заволновался. А сейчас могу сказать, что процесс почти завершен.

– Может, проще сбежать на материк и забыть эту академию, словно кошмарный сон? Пока меня никто не станет удерживать. Сейчас я им неинтересна.

– Только в этом месте ты сможешь научиться управлять своими силами. В любой другой академии тебя, скорее всего, убьют. Или спалят изнутри. Прости, Тея, но я не позволю тебе сбежать. Это несправедливо по отношению к любому другому месту в мире.

Я помрачнела, а Элай миролюбиво добавил:

– Коньяк или чай?

– Напиваться в твоей компании уже входит у меня в привычку. Пожалуй, все же чай.

– Как скажешь. А я, если позволишь, все же остановлюсь на коньяке. Приход Арии меня изрядно взбодрил.

Парень открыл бар и достал бутылку со спиртным. Плеснул себе в бокал на два пальца и убрал обратно, прежде чем сделать глоток.

– Так лучше, – произнес он. – Точно не будешь?

Я отрицательно помотала головой. Предложение Элая о ночевке в его покоях мне совершенно не понравилось, но я понимала, что не буду пререкаться. В словах парня имелся определенный смысл.

– Показывай, где я буду ночевать. И заодно дай еще одну рубашку, я вся мокрая. Конечно, я люблю спать в своей кровати, но и там в последнее время стало на редкость неуютно. Сильва погибла, мне еще долго будут сниться безумные глаза той твари, в которую она превратилась, а Данарина ушла.

– Зато у тебя, похоже, поселился Риан, – хмыкнул Элай и с интересом уставился на меня.

Ждал реакции? В его взгляде мелькнуло нечто похожее то ли на злость, то ли на раздражение.

– Тоже сомнительное удовольствие, – отозвалась я и поймала удивленный и недоверчивый взгляд.

Впрочем, я не врала. Риан был классным, но не могу сказать, что его наличие на соседней кровати меня радовало.

– Могу великодушно предложить тебе свою спальню, – сменил тему Элай. – Рубашку и полотенце возьми в шкафу. Думаю, пока ты там сидела, успела все изучить.

Я недовольно посмотрела на Элая, но выпендриваться не стала. Достала чистую рубашку с плечиков, полотенце и отправилась в душ. А когда вышла с мокрыми распущенными волосами и в светлой рубашке с закатанными рукавами, обнаружила, что Элай не один.

– Мне было скучно страдать в одиночестве, – сообщил развалившийся на диване Риан.

Парень не стал выглядеть лучше, но заметно повеселел. Я с неудовольствием отметила, что он привык. Кто бы мог подумать, самого завидного жениха школы, одного из Магических королей избивает собственный отец? А парень просто терпит и не пытается изменить положение вещей. Или пытается, но не может?

Нет уж! На сегодня хватит мыслей, проблем и прочего. Я решительно не могу больше думать о том, что происходит в этом месте. Есть предел, после которого становится невозможно эмоционально реагировать на что-либо. Вот у меня он сейчас наступил.

– Надеюсь, Элай тебя развлечет, – сказала я. – Так как я иду спать.

– И даже не составишь нам компанию? – спросил Риан. – Мне нужно, чтобы меня утешили. А у Элая всегда хорошее спиртное.

– Вот пусть Элай тебя и утешает! – отозвалась я и захлопнула дверь в спальню.

Все же интуиция меня не подвела, и смоталась я очень вовремя. Похоже, у Элая сегодня была ночь гостей.

Стук в дверь прозвучал настойчиво, но исключительно как предупреждение.

– Элай! Что вообще творится? – Снова женский голос, пронзительный, с визгливыми нотками. – А, и ты здесь!

Видимо, говорившая заметила Риана.

– Просто шикарно, вы тут оба! Объясните, что происходит в этой проклятой академии? С утра мне говорят, Янина, психанув, уехала и даже со мной не попрощалась! Как такое может быть? Я бы подумала, что с ней произошла та дрянь, которая может приключиться только в этом месте, но, во‐первых, знаю, какой потенциал у Янины, а во‐вторых, историю подтвердила ее мать. Уж она не стала бы врать о судьбе дочери, если бы с Яниной случилось нечто непоправимое!

– Ты же знаешь Ян. – Было так странно слышать, но голос Риана даже не дрогнул, когда он это говорил. – Побесится пару дней, потом сама выйдет на связь и все расскажет.

– А до этого расскажешь ты. Правду говорят, что она сбежала из-за твоего романа со слабенькой новенькой?

Я сидела под дверью, и не нужно было подглядывать в замочную скважину, чтобы мысленным взором увидеть, как пожимает плечами Риан, не говоря ни «да», ни «нет», позволяя собеседнику самому додумать, что кроется за этим неопределенным жестом.

– Значит, правда… – потрясенно пробормотала девушка. – Неудивительно, что у тебя физиономия, словно ты пересчитал ею все ступеньки на главной лестнице. Тогда у меня вопрос к тебе, Элай. Ко мне в комнату с утра переехала соседка якобы новой пассии Риана. И решилась она на этот весьма смелый шаг, потому что не могла жить в одной комнате с предательницей, которая спит с тобой. А Данарина положила на тебя глаз, и Тея об этом знала.

– Данарина чрезмерно самоуверенна, – отрезал Элай. – Тебе ли не знать, что со мной не проходят такие фокусы. Еще пару лет назад я бы, возможно, и повелся. Так, ради развлечения. Но сейчас – нет. Романы с амбициозными первокурсницами требуют слишком много душевных сил. Ты имеешь ее, она имеет твой мозг, твои деньги и потом остается недовольна, что ваша любовь не вечна.

– Она маленькая и глупая, такая, какой несколько лет назад была я. Ей кажется, что она может приручить ветер. Не пришло еще понимание, что стихию приручить нельзя. Но сейчас вопрос в другом. Так кто из вас спит с новенькой? Простите, я не верю в счастливый тройничок. Вы оба слишком собственники для этого. Если бы между вами встала девушка, то вы или поубивали бы друг друга, или один благородно уступил бы. Сдается мне, этим человеком оказался бы ты, Элай. Но довольствоваться лишь частью внимания не стал бы ни один из вас.

– У тебя шикарно получается делать выводы, – лениво отозвался Риан. – Вот и предположи.

– А я и предположила. С ней не спит никто. Только напрашивается вопрос, какую игру вы ведете и почему вдруг пропала Янина?

После того, как Леона ушла, я еще долго ворочалась с боку на бок и не могла уснуть. Первым порывом было выйти к Риану и Элаю, чтобы обсудить произошедшее, но я заставила себя преодолеть это желание и поспать. В итоге проснулась последней. В апартаментах уже никого не было, и я смогла спокойно привести себя в порядок и уйти на пары. На завтрак уже не успевала.

До обеда бегала из кабинета в кабинет. Не хватало времени не только поесть, даже элементарно подумать. На общих парах я видела Данарину, но она бросила на меня такой убийственный взгляд, что подойти к ней я снова не решилась, хотя и понимала: надо. Мое поведение выглядело виноватым. Она меня обвинила, я признала вину. Но ведь на самом деле это не так! Я не уводила у нее Элая, он мне просто помогал справиться с неприятностями. Тогда почему же так гадко на душе, словно я, и правда, предательница? Может, потому, что я еще помнила вкус его губ после того поцелуя, который не значил ровным счетом ничего, но от которого почему-то до сих пор кружится голова?

Самого виновника нашей размолвки я встретила только на парах. И Элай, слава всем богам, вел себя как ни в чем не бывало, словно я не спала у него две ночи подряд. Но самое сложное испытание ждало меня после обеда. Я наконец-то добралась до своей комнаты и уселась на кровать со связным артефактом в руках.

В переписку с Ниссом я не заглядывала уже пару дней. Там меня ждали вопросы, признания в любви и сердечки. Я должна была написать, как сильно меня изменила здешняя жизнь, рассказать о том, что уже не испытываю прежних чувств, но вместо этого вывела на экране «Все в порядке. Сильно устаю» и завершила сообщение розовым сердцем. Отложила в сторону связной и почувствовала себя дрянью. Я не могу бросить Нисса так. Нужно найти способ смотаться на материк и поговорить с ним лично.

После обеда занятий не было, а сидеть одной в комнате оказалось крайне тоскливо. Поэтому я решила немного прогуляться. Оделась потеплее и отправилась слушать шум волн. Возможно, они смогут рассказать мне чуть больше о том, что здесь творится.

На берегу хорошо думалось. Еще на материке в минуты задумчивости и грусти я бегала к воде. Сегодня воды Ривана были неспокойны. Они набегали на берег пенными валами и лизали прибрежные камни, иногда докатываясь почти до тропинки и носков моих сапог. Над водой плыл туман, надежно скрывающий все, что находилось за пределами островка. Мы были изолированы от привычного мира, проблем и забот. Жизнь в этом месте была иной. Она волей-неволей выталкивала всех, кто к ней не принадлежал. Я почти не общалась с родными и друзьями, а не отучилась еще и полугода. Тайны разделяли, и мне это не нравилось.

– Скучаешь? – раздался сзади знакомый голос. Я вздрогнула от неожиданности, но попыталась сохранить хладнокровие. Ответила, даже не повернувшись:

– А ты за мной следишь?

– Может быть, самую малость.

Удивленная такой откровенностью, я развернулась. Элай стоял совсем близко и усмехался, уставившись на меня внимательным взглядом ультрамариновых глаз. Парень был красив. Не так, как Риан, но определенное очарование в нем имелось. Черты более резкие, насмешливое выражение лица и кривоватая улыбка. С ним хотелось спорить, доказывать, что я чего-то стою. Хотя он от меня этого не требовал. Только на парах.

– Думаешь, попытаюсь сбежать?

– Ну… если только вплавь. Корабль лишь в пятницу. И первокурсников на него пускают исключительно с письменного разрешения ректора. Получить которое тебе будет довольно проблематично.

– А жаль… – вздохнула я.

– А ты еще не поняла, что бежать бессмысленно? От себя и своей силы не убежишь.

– Я не собираюсь убегать от своей силы или от себя. Просто… там Нисс.

– Твой парень, – понимающе хмыкнул Элай. – Скучаешь, думаешь, встреча возродит отношения?

– Нет. – Я покачала головой. – Просто не могу и не хочу бросать его по связному. Мне это кажется неправильным.

– Если хочешь, я могу помочь.

– Напишешь сообщение от меня? – невесело хмыкнула я.

– Ну почему же? Помогу тебе добраться до города.

– У тебя есть свой левиатор? – восхитилась я.

– Лучше. – Парень уже улыбался открыто. – Помнишь, я обещал тебе показать свой тотем? Ты готова?

Я не понимала, как связаны тотем Элая и путешествие на материк, но нерешительно кивнула.

Вода потемнела у берега. Всколыхнулись и поднялись волны. Мне пришлось отскочить, чтобы ноги не захлестнуло по колено. А вот Элая волна огибала, оставляя возле его ботинок размытый белый песочек, дорожка из которого все дальше уходила в водную толщу. Парень сделал шаг в глубь расступившихся волн и поманил меня за собой.

Я осторожно шагнула за ним, предполагая, что Элай поведет меня к материку по образовавшейся песчаной дороге на глубине, но впереди меня ждало нечто более интересное, от чего перехватило дух. Прямо из воды высунул усатую морду огромный водяной дракон. Умные глаза смотрели с интересом, а ноздри раздувались.

– Привет, – с какой-то необычайной и непривычной нежностью сказал ему Элай, и дракон фыркнул в ответ, разворачиваясь в воде громадным змееподобным телом.

Волны поднялись выше человеческого роста и накрыли нас с головой. Я взвизгнула и прижалась к Элаю всем телом. А парень от неожиданности притянул меня свободной рукой и удивленно взглянул.

– Прости, – смутилась я, отстраняясь от теплого сильного тела. – Думала, вся эта вода обрушится на нас.

– Не со мной, – улыбнулся Элай и позвал: – Пойдем прокатимся!

Осторожно цепляясь за руку Элая, я ступила на спину дракона, и в следующий миг мы вынырнули через толщу воды на поверхность. На поверхности воды остался лишь крохотный пятачок драконьей спины, на котором стояли мы с Элаем. А вокруг наших ног плескалось море. Тотем Элая не просто поражал воображение, он был нереальным. Если моя Айя казалась внушительной после того, как во мне появилась сила Янины, то водный дракон даже не поддавался описанию. Чистая мощь, воплощение стихии. Понятно, почему Элай не демонстрировал его на парах.

– Спасибо, – прошептала я, подставляя лицо ветру, который сейчас не казался холодным. Движение на спине дракона почти не чувствовалось. Просто другой берег с каждой минутой становился все ближе.

– Не за что. На данный момент это самый быстрый и удобный способ добраться от академии до материка.

– Не за это. – Я покачала головой. – Хотя и за это тоже, но во вторую очередь.

– А в первую?

– За знакомство с ним! – указала я на дракона. – Он невероятный! Он всегда живет в воде?

– Да. Он часть вод Ривана, – признался Элай.

– И как?

– Могу ли я жить вдали от моря? – понял мой вопрос парень. – Могу. Теоретически. Практически это сложно. Я даже свой путь должен продумывать так, чтобы Лай мог следовать за мной. Иначе где-то в водах начинает метаться огромная неприкаянная сила, а я становлюсь, конечно, не беспомощным, но обычным.

– Лай, значит? – Я лукаво улыбнулась. – А ты издевался надо мной из-за того, что я назвала свой тотем!

Парень лишь хмыкнул и уставился на уже весьма четкие очертания города вдалеке.

– Мы сойдем на берег прямо на пристани? – удивилась я. – Не перепугаем горожан?

– Люди редко видят то, что не хотят. Лай высадит нас аккуратно. Пока никто не заметил, что я передвигаюсь не на левиаторе.

– Интересно, а я когда-нибудь смогу летать на Айе?

– Вряд ли. Она все же огненная.

– За сколько Лай вырос таким? – спросила я, сознательно не озвучив вопрос, идущий в тандеме. Сколько жизней и искр энергии для этого понадобилось.

– Ты не поверишь, – тихо сказал парень, – но он был таким изначально. Мне не нужна чужая энергия для поддержания магического потенциала на должном уровне. Именно поэтому мне не нравится то, что происходит в академии.

– А Риану? Риану и его отцу сила нужна?

– Пойдем, вон уже пристань!

Уму непостижимо, но мой вопрос Элай проигнорировал напрочь. Хотя… его молчание – это тоже четкий ответ. Иногда слова не нужны.

Мы сошли на берег, так же спрыгнув со спины Лая, как еще несколько человек – с маленьких и легких левиаторов. Плоские круглые платформы с невидимым защитным полем прочно вошли в моду пару сезонов назад. Старшее поколение считало левиаторы ужасно неудобными и опасными штуками, а молодежь их любила и использовала повсеместно. И для передвижения по городу, и для прогулок, и для пересечения Ривана.

Элай оказался прав. Никто не обратил внимания на то, что мы добрались немного иначе. Едва Лай окончательно скрылся под водой, Элай достал из кармана плоский, не более пяти сантиметров в диаметре кругляш, похожий на монетку, и кинул его на мостовую. Сверкнула магия, такая же синяя, бушующая, как воды Ривана, и маленькая круглая пластинка выросла, превратившись в удобный двухместный левиатор. Правда, стоять на нем нам с Элаем предстояло, тесно прижавшись друг к другу.

– Прошу!

Элай быстро запрыгнул на левиатор, покачивающийся сантиметрах в десяти над землей, и подал мне руку.

– Показывай дорогу, – скомандовал парень.

– А ты со мной поедешь парня бросать? – удивилась я.

– Предлагаешь сидеть на пирсе и смиренно тебя ждать? Нет. Это утомительно. К тому же, я так понимаю, левиатора у тебя нет?

– Нет.

– Значит, еще и долго ждать. На такие подвиги я неспособен, поэтому поедем на моем. Не переживай, не буду топтаться у тебя за спиной, пока ты подыскиваешь слова, чтобы послать своего бывшего. Хотя, возможно, если мы появимся вместе, и слова не потребуются. Достаточно будет поцелуя.

– Я не буду с тобой целоваться, чтобы бросить Нисса! Это подло! И он не бывший, – надулась я, но все же добавила: – Пока.

– Он не знает, что уже давно бывший, – поправил меня Элай.

Сразу захотелось его треснуть, но я понимала: мне еще добираться обратно в академию. И желательно на спине Лая, а не в пятницу на корабле. Поэтому запрыгнула на левиатор и позволила обнять себя за талию. А потом мир перед глазами смазался.

Элай словно читал мои мысли. Мы неслись по знакомым улочкам, будто бы взятым у меня из головы. Передвигались по знакомым маршрутам и наконец остановились перед двухэтажным домом, принадлежащим родителям Нисса.

– Тут? – спросил Элай, и я кивнула, чувствуя, как дрожат руки. Парень специально остановился не перед главным входом, а немного в стороне. Сегодня выходной, и Нисс должен быть дома.

– Удачи! – бросил Элай. – Я жду тебя тут. Постарайся не задерживаться надолго.

– Поверь, это не тот разговор, который мне хочется затягивать.

Взлетев по знакомой лестнице, я замерла перед дверью. Я не готова сделать следующий шаг и постучать! Но потом подумала о том, что скажет Элай, когда я вернусь спустя минуту и признаюсь в своей нерешительности. С него станется – он сообщит Ниссу о нашем расставании сам. Я даже думать не хотела, как это будет выглядеть со стороны.

К счастью, дверь открыл сам Нисс. Признаться, мне хотелось решить этот вопрос с ним, не привлекая родителей. Маме и папе я потом сообщу по связному, а со своими родными пусть он разбирается сам. Отца Нисса я вообще побаивалась. Он производил на редкость неприятное впечатление.

– Привет? – удивленно произнес Нисс, и в его светлых глазах вспыхнула радость. – Тея? Ты все же сбежала из своей тюрьмы? Я знал, что так и будет. Тебе там не место.

– О чем ты? – удивилась я. – Просто приехала поговорить.

– То есть ты не передумала учиться вдали от меня? – очень искренне удивился Нисс.

– Нет. Меня выбрала стихия, я же рассказывала. Нужно учиться ее контролировать. Просто отношения на расстоянии…

– … Они невозможны, – закончил парень и сделал шаг мне навстречу, пытаясь заключить в объятия. – Поэтому бросай свою учебу и выходи за меня сейчас. Зачем тебе все это?

Он прижал меня к себе и попытался поцеловать, а мне стало страшно. Ведь я пришла сюда совсем не за этим.

– Я так скучал!

– Стой, Нисс! – Я уперлась руками ему в грудь, пытаясь освободиться от удушающих объятий. – Я пришла сказать, что вдали от тебя поняла одну вещь. Что не люблю тебя и не хочу за тебя замуж. Прости…

Он прищурился.

Я ожидала чего угодно. Боли, недоверия, тоски… Но чего я не ждала, так это откровенной агрессии. Никогда не думала, что Нисс может быть таким.

– А кто сказал, что тебе позволят? – Он дернул меня на себя, ухватил рукой за волосы и заставил запрокинуть голову.

– Ай! Ты что творишь? – в ужасе спросила я.

Никогда не видела его таким. Он был милым и предупредительным! В какой глубине пряталось это чудовище?

– Делаю то, что должен был сделать давно! – Губы накрыл грубый поцелуй. – Ты будешь моей. Через час приедут мои родители, вызовут твоих и, поверь, мы обвенчаемся уже к вечеру. А там я как муж решу, где ты будешь учиться!

– Мои родители не пойдут против моей воли! Да и я никогда не скажу тебе «да»! Не знаю, что ты о себе возомнил и из какой глухой дыры вылез, но никто не может заставить выйти замуж насильно и удержать потом! Кто ты и куда дел моего адекватного парня?

– Ты была милой. Ты – выгодная партия. Я вел себя так, как мне говорили. Но вы, девчонки, почему-то не цените хорошего отношения.

Я рванулась из его хватки, рассчитывая убежать, но Нисс не собирался со мной церемониться, и это выбило из колеи. Ухватил за руку и грубо дернул меня на себя. Показалось, плечо выскочит из сустава. Никогда еще мне не было так больно. И почему я не замечала, каков парень на самом деле? Он всегда был вежливым и милым. Видимо, очень хорошо притворялся.

Сейчас мне было страшно и больно. Я снова рванулась, игнорируя неприятные ощущения в руке. Попыталась наступить каблуком ему на ногу, но силы были неравны. Нисс размахнулся и наотмашь ударил меня по губам. Я успела отвернуться, и удар прошел вскользь. Не знаю, что во мне перевернулось в тот момент. Боль, обида и злость смешались. Понимая, что нельзя выпускать Айю, я сдерживалась изо всех сил, и в итоге сама полыхнула, как свечка. А рядом возник демонический кот, который угрожающе шипел и стремительно увеличивался в размерах. Он все же пришел мне на помощь!

Нисс с ужасом в глазах отшатнулся, я взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, и пламя с ладоней попало на шторы, которые в тот же миг вспыхнули.

– Ты что творишь, сумасшедшая? – взвыл Нисс, растерянно оглядываясь по сторонам.

Я продолжала гореть и не знала, как заставить пламя потухнуть. Кош припал на задние лапы и завилял задом, намереваясь прыгнуть. Нисс заорал громче, понимая, что зверь не менее опасен, чем я.

Дверь с грохотом слетела с петель, а меня, шторы, пол гостиной и Нисса окатило водой. В дверях замер Элай с глазами, в которых снова бушевало море. И выглядел парень пугающе. Но только в нем я видела сейчас не опасность, а спасение.

– Спасибо!

Я кинулась в его объятия и прижалась так сильно, как могла. Меня до сих пор потряхивало от отвращения и страха. Кош недовольно рыкнул, уважительно покосился на Элая и величественно исчез, поняв, что тут не нужен.

– Что у вас происходит? – спросил Элай, прижимая меня к себе.

Сразу же подул теплый ветер, нежный, ласкающий, одежда и волосы стали сухими. Правда, это не касалось Нисса. Мокрый и бледный, он смотрел на Элая с ненавистью.

– Так ты бросила меня из-за этого мажора?

– Не хочу об этом говорить! – покачала я головой и бросилась к выходу.

– Вы чуть не сожгли мой дом, а потом затопили. Я выставлю счет! – крикнул он вслед, желая уязвить и заставить нервничать.

– Прислать адрес, по которому направлять претензии? – презрительно приподнял бровь Элай. – Только учти, я направлю ответную. За нападение на мага стихии.

– Я просто разговаривал со своей невестой.

– Я не твоя невеста! – всхлипнула я.

– Это мы еще посмотрим.

– Она самый сильный маг огня за последние… – Элай прищурился. – Лет десять точно. Поверь, если она сказала «нет», давить бессмысленно. И не только потому, что она спалит к демонам вашу спальню в первую брачную ночь, но и потому, что сама корона вступится за нее в этом вопросе. Абсолютно всем, кроме, естественно, тебя, нужно, чтобы она нашла более выгодную партию. Сильного мага, который сможет передать магию детям.

– Это тебя, что ли? – уже не очень уверенно огрызнулся Нисс.

– Я очень выгодная партия, – уклончиво ответил Элай. – И сильный маг.

Я выскочила из дома Нисса, даже не посмотрев, следует ли Элай за мной. Меня до сих пор трясло. Было страшно. Вдруг бывший исполнит угрозу и доложит о том, что произошло? Вдруг у меня или у Элая будут проблемы?

Я этого не хотела. Меня тошнило от случившегося и от понимания, что родители тоже не обрадуются нашему расставанию с Ниссом. Я вообще не думала об их реакции, когда принимала решение расстаться с женихом. А еще мне было нереально стыдно. Меня терзал самый неприятный вид стыда – стыд за поведение другого человека.

Я не останавливалась, пока не повернула за угол, оказавшись там, где остался наш с Элаем левиатор.

– Ты как?

Парень догнал меня и остановился рядом. Вся его поза говорила о том, что он хочет меня обнять, но не решается. Поэтому я сама сделала шаг ему навстречу и уткнулась носом в шею, вдыхая запах ненавязчивого геля для душа, который за последние несколько дней стал родным.

– Плохо. Я не думала, что все будет так! Что он будет таким! – Я всхлипнула, понимая, что не в состоянии сдерживаться, и почувствовала на плечах теплые сильные руки.

– Пойдем. Думай о том, что все закончилось. Хорошо, что ты сейчас выяснила, какой он на самом деле. А не тогда, когда изменить все было бы значительно сложнее.

– Но таким может оказаться любой другой.

– Может. Но ты сама уже будешь видеть звоночки. Ты же видела их?

Элай отстранился и внимательно посмотрел мне в глаза, а я задумалась. Пожалуй, да. Видела. Только принимала властность за мужественность, ревность за любовь, а попытку тотального контроля – за заботу. Как же легко растеряться и понять неверно!

– Вот видишь. А сейчас давай уйдем отсюда. Не самое хорошее место.

– Обратно в академию? – с тоской спросила я.

– Пока рано, – покачал головой Элай. – Думаю, тебе стоит проветриться.

– Никуда не хочу, – призналась я, чувствуя опустошение. В животе сжался тугой комок разочарования. Хотелось закрыть глаза и проснуться где-нибудь в другом мире. Там, где моя жизнь сложилась бы иначе. Но это было невозможно. К тому же теперь я не знала, как это – по-другому. Не попади я в академию, меня ждала бы свадьба с Ниссом. Тоже, как выяснилось, не самый радужный вариант.

– Верю, – кивнул парень. – Могу отвезти тебя в академию. Там ты прорыдаешь в подушку до вечера. Ну и, может, часть ночи. Уверена, что так будет лучше и это именно то, что тебе сейчас нужно?

– Я не уверена ни в чем. Поэтому делай, как считаешь нужным. Я согласна.

– Знал, что ты умная девочка, – довольно улыбнулся Элай. – Потому что даже подружке ты рассказать не сможешь, по моей вине ее у тебя нет. Так что попробую взять часть функций на себя.

Парень вскочил на левиатор и подал мне руку, помогая забраться следом. На этот раз я стояла за спиной Элая, и чтобы не свалиться с быстрой маневренной штуки, приходилось крепко держаться за талию моего спутника, прижиматься щекой к его спине. Точнее, к мягкой, качественно выделанной коже укороченной куртки.

Не знаю, сколько мы носились по городу, практически незаметные для обычных горожан. Левиатор развивал сумасшедшую скорость, а защитный полог обладал маскировочным эффектом. Увидеть нас можно было, только если приглядеться. Люди вздрагивали, когда рядом с ними проносился поток воздуха. Обычные левиаторы были медленнее. Их без проблем можно заметить на дороге. Но этот то ли сам по себе был другим, то ли таким его делала магия Элая.

Остановились мы в совсем незнакомой части города. Я тут раньше не бывала. Респектабельный район. Дорогие торговые центры, элитные апартаменты, устроившиеся в узких старинных улочках. Неспешная жизнь, где на площадях выстроены огромные деловые центры, а строения стилизованы под старину, потому что к новым зданиям вплотную жмутся дворцы, стоящие в этом месте не одно столетие. Исторический центр города, место для экскурсий, куда водят приезжих. А сами рядовые жители здесь, как правило, не бывают.

Мы остановились на узкой тенистой улице. Элай спрыгнул с левиатора и пояснил:

– Дальше лучше пешком.

– А куда мы идем? – спросила я, с трудом успевая за парнем, который передвигался размашистым шагом.

– В одно очень уютное и тайное место. О нем знают немногие, поэтому там всегда тихо и особенно хорошо.

Уже на подходе к очередному трехэтажному светлому зданию с массивной дубовой дверью и колоннами я внезапно осознала, что одета совсем не для пафосных прогулок по элитной части города.

– И все же, куда мы идем? – смущаясь, повторила я. – Не хочется попасть в нелепую ситуацию из-за того, что выгляжу не лучшим образом.

– Вот что это сейчас было, Тея? – спросил Элай, резко остановившись. – Чисто женское кокетство?

– При чем здесь кокетство? – искренне удивилась я. – Я в форме академии, волосы не уложены, без макияжа. Не самый лучший вид для выхода в свет.

– Во-первых, наша прогулка не тянет на светское мероприятие даже с натяжкой, – отозвался парень. – А во‐вторых, ты прекрасно выглядишь. Правда.

В его словах мелькнуло что-то очень незнакомое, совершенно не свойственное Элаю, и я смутилась.

– Спасибо за комплимент, но все равно я чувствую себя не очень уютно. Это не мой мир.

– Ты слишком много думаешь, – отозвался парень, бесцеремонно ухватил меня за руку и потянул к двери.

Мы оказались в царстве запахов шоколада и корицы. В мире приглушенного света, тихой музыки и кофе.

Тут было волшебно. Очень маленькая, всего на пять столиков, уютная и почему-то совершенно пустая кофейня. Элай проводил меня в уголок у окна. Усевшись, я обнаружила, что окна выходят не на тихую улочку старого города, а на водопад. Самый настоящий, сбегающий по отвесной каменной скале. Прямо перед окном свисали лианы, а пенящиеся струи воды били в небольшой бассейн. Тоже каменный, неправильной формы и явно природного происхождения.

– Не понимаю… – прошептала я, не в силах оторваться от пейзажа за окном. – Что это?

– Увы, всего лишь искусная иллюзия. Но, согласись, завораживающе красивая.

– А это место…

Договаривать не пришлось. Элай и так понял, что я имею в виду.

– Да, это место вполне реально. Оно находится относительно недалеко. Водопады Кашерра. Советую посетить.

Ответить я не успела, так как у нашего столика появилась прекрасная женщина. Она действительно не подошла, а появилась, словно сотканная из потока воздуха. Улыбнулась и, поцеловав Элая в щеку, присела за наш столик.

Я не знала, что сказать. Длинные светлые волосы, которые развевались за плечами, словно от дуновения ветра, стройная фигура, которую подчеркивало облегающее, как вторая кожа, серебристое платье. И идеальное лицо. Ей могло быть как восемнадцать, так и тридцать. Возраст не выдавало ничего. Разве что подобная манера держаться не присуща восемнадцатилетней девчонке.

Это пассия Элая? После известия о его романе с нашим ректором меня, пожалуй, не могло удивить ничего. От таких мыслей женщина мне мгновенно разонравилась. Впрочем, ее слова несколько прояснили ситуацию.

– Рада приветствовать вас в моей кофейне. Элай, ты ведь представишь свою очаровательную спутницу? Она просто полыхающий факел. Я уже почти знаю, что ей подать.

– Это Тея, она студентка. Учится со мной. Точнее, на первом курсе академии. А это Валентина – воздушный элементаль, хозяйка этого места.

– Вот уже более сотни лет, – улыбнулась женщина, а точнее, человеческое воплощение воздушной стихии. Поговаривали, что такие существа – легенда, как и древние боги, которые их породили. Не думала, что однажды увижу вживую.

– Вы прекрасны, – наконец произнесла я, не в силах молчать или отрицать очевидное.

– Спасибо, – женщина улыбнулась. – Это место особенное, тут хочется сказать больше, чем обычно. Я приготовлю вам напитки.

Сказав это, она растворилась в воздухе, а я осталась потрясенно сидеть с открытым ртом. Поездка определенно выходила намного интереснее, чем я думала. Даже неприятный инцидент с Ниссом почти стерся из памяти. Мне по-прежнему было неприятно, но я смогла абстрагироваться от ситуации. И правда почувствовала себя немного лучше.

– Тут не спрашивают, что мы хотим заказать? – удивилась я, когда хозяйка-элементаль исчезла.

– Нет. – Элай улыбнулся и расслабленно откинулся на спинку кресла. – Она принесет то, что нужно именно тебе. И поверь, не стоит отказываться, даже если выбор покажется неудачным.

– А тебе? Тебе Валентина что-нибудь принесет? Или только мне придется пробовать нечто странное, что может не понравиться?

– Возможно, и принесет. – Элай закусил губу. – Если посчитает нужным. Сегодня поддержка нужна тебе.

– А почему тут так пусто? Меня это несколько напрягает.

– Причин несколько. Во-первых, еще не вечер. Во-вторых, тут баснословные цены. В-третьих, Валентина рада далеко не всем посетителям. Основная масса людей просто неспособна найти это место.

– А почему ты решил, что Валентина будет рада видеть меня и у меня достаточно денег, чтобы воспользоваться услугами ее заведения?

– Потому что ты со мной, – просто сказал Элай.

– Это не ответ. Может быть, частично, на первую часть вопроса.

– Нет, Тея. Это ответ. Полный и исчерпывающий, – усмехнулся парень и наотрез отказался развивать эту тему дальше.

Какое-то время мы молчали. Признаться, я наслаждалась тишиной и уютной обстановкой. Даже днем освещение тут было приглушенным. Мягкие тени падали на стены. Кофейные скатерти, молочно-белые салфетки, кремовые стены – все это создавало ощущение умиротворения. Тут было просто хорошо.

Валентина с подносом появилась так же неожиданно, как и исчезла. Просто возникла из воздуха прямо перед нашим столиком.

– Держи! – Она поставила передо мной высокий бокал с золотисто-коричневой, искрящейся жидкостью. Сверху были взбитые сливки, вишенка, а на посыпанном сахаром бортике бокала висел кусочек экзотического фрукта.

Перед Элаем женщина поставила небольшую чашку с ароматным напитком, с виду похожим на самый настоящий черный кофе. Смоляной, терпкий. Но дымок от чашки поднимался такой же, как и магические всполохи в моем бокале. Моего спутника Валентина тоже угощала чем-то непростым.

– Что это? – указала я на свой бокал. Немного опасалась показаться невежливой, но любопытство взяло верх.

– Ничего запрещенного и совсем немного магии. Пей и не бойся, – усмехнулась она, а мне не осталось ничего, кроме как подчиниться.

Я нерешительно сделала первый глоток. Напиток оказался пряным, ароматным и теплым. В нем ощущался аромат корицы, печеных яблок и ванили.

– О! Очень вкусно! – восхитилась я.

Хозяйка-элементаль ободряюще улыбнулась, а у ее ног материализовался Кош. Я впервые видела, чтобы он вел себя так. Урчал, ластился к подолу юбки.

Женщина засмеялась и поманила кошака за собой.

– Пойдем, мой красивый, – пропела она. – Я и тебя угощу.

И лысый предатель растворился в воздухе, даже не взглянув в мою сторону.

– Вот поганец! – с чувством выдала я.

– Не суди его строго. Перед элементалями не в силах устоять даже демонический кот.

– Она действительно завораживает, – согласилась я.

– Ты ей понравилась, – ответил парень и отпил из своей чашки. Совсем безучастным ему остаться не удалось. Уголок губы дрогнул. – А вот у меня воспитательный кофе. Горечь чужих воспоминаний, кислинка, видимо, олицетворяющая мой не ангельский характер, и все это щедро сдобрено коньяком. Я ожидал чего-то подобного, но на этот раз Валентина превзошла саму себя.

– Но магия… – Я указала подбородком на золотистый дымок над чашкой. – Она у нас одинаковая.

– Да, видимо, какой-то особый ингредиент. Но вкус определяет не он.

Элай вздохнул и мужественно сделал еще один глоток.

– Если тебе невкусно, зачем пьешь? – удивилась я, с наслаждением потягивая свой напиток.

– А кто сказал, что лекарство должно быть вкусным? – спросил он с усмешкой. – Приятный вкус – это лишь бонус. И достается он тем, кому Валентина благоволит в данный момент.

– Но что она лечит?

– А ты не догадалась? – усмехнулся он. – Души, конечно же.

Напиток умиротворял. Я не сразу поняла, насколько сильным магическим и целебным эффектом он обладает. Мне стало намного лучше. Ушла внутренняя дрожь, не оставлявшая меня с того момента, когда я вслед за Яниной спустилась в подземелье. Стерлась боль от предательства Нисса, растворилась вина за гибель Сильвы и Янины. Я действительно не хотела причинять им зло. И сделаю все возможное для того, чтобы подобное не повторилось. Теперь я знаю: нельзя забирать магию у других. И раньше знала об этом. И не стала бы этого делать, если бы понимала, что именно творю.

Мы молчали. Элай давился своим кофе. Я пила коктейль, наслаждаясь насыщенным вкусом. Тревоги отступили, и, признаться, мне совсем не хотелось возвращаться в академию. Хотелось еще немного почувствовать себя живой.

– Тебе стало лучше? – спросил Элай. Я кивнула и отметила, что сам парень расслабленным совсем не выглядит. Наоборот, на его лице появилось задумчивое выражение.

– Да. Спасибо, что привел меня сюда.

Мы еще немного посидели, я полюбовалась видом из окна и окончательно успокоилась.

Элай справился со своим кофе. Провожать нас вышла Валентина. Она внимательно посмотрела на меня и удовлетворенно произнесла (точнее, задала вопрос, но прозвучал он, как утверждение):

– Тебе ведь стало лучше?

– А почему не спросишь, стало ли лучше мне? – довольно холодно поинтересовался Элай.

– А кто сказал, что тебе должно было стать лучше? – Валентина удивленно приподняла светлые брови. – Сегодня за поддержкой ты привел ее. Ну а сам… сам ты получил то, что заслуживаешь. Как всегда в моей кофейне.

– Ну спасибо! – прошипел Элай сквозь зубы и так сверкнул глазами, что мне стало неловко.

А Валентина не смутилась.

– Не стоит благодарности. Скажешь спасибо тогда, когда будешь готов.

Элай отвернулся и решительно вышел, мазнув по хозяйке кофейни злым взглядом. Я задержалась, чтобы поблагодарить Валентину. За Элая было неловко. Я вообще не понимала, что на него нашло. Хотела извиниться, но Валентина остановила меня легким взмахом изящной руки.

– Не нужно, – сказала она, словно прочитав мои мысли. – У него есть повод на меня злиться. Лекарство не всегда приятно. Иногда, прежде чем лечить рану, нужно очистить ее от гноя. А это неприятно и больно.

– Все равно спасибо вам, – улыбнулась я. – Мне у вас очень понравилось.

– Мне приятно. Заходи в гости. Твой огонь горит очень ярко. Рядом с ним отогреется любое сердце.

– Это не мой огонь. Увы.

– Я не знаю твою историю, но сейчас это твоя стихия, и ничья больше. Она не ощущается, как нечто чужеродное. И я буду ждать тебя снова. Даже если придешь одна. Хотя и Элая приводи. Ему полезно бывать здесь, а он отлынивает. Предпочитает справляться со всеми проблемами сам и не понимает, что не удается. В итоге получается то, что получается.

– Гноящаяся рана?

– Ты быстро улавливаешь суть, – сказала Валентина и растворилась в воздухе.

А я вышла на улицу, где меня ждал Элай. Он стоял, засунув руки в карманы. Мне стало неуютно под тяжелым взглядом, но, как ни странно, ко мне парень обратился вполне миролюбиво.

– Ну что, пошли?

Я не хотела уходить с уютных улочек, я бы с удовольствием погуляла еще, но начало темнеть и холодать. К тому же Элай и так потратил на меня весь день. Пора возвращаться в академию. Поэтому я опечаленно кивнула.

Обратный путь, по моим ощущениям, занял гораздо меньше времени. Я привычно обнимала Элая и наслаждалась со спины дракона видом заката над Риваном. В душе было светлое умиротворение. Никогда не подумала бы, что после такого дня мысли и эмоции могут удивительным образом встать на свои места.

Элай помог мне спуститься на землю и замер рядом.

– Спасибо тебе, – сказала я, посмотрев в ультрамариновые глаза.

– Не за что. – Элай пожал плечами и отвернулся, словно смутившись от моего взгляда. Это было так на него не похоже… – Мой транспорт всегда в твоем распоряжении.

– Не только за транспорт. Но и за то, что помог мне с Ниссом.

– Ты сама с ним прекрасно справилась бы, – усмехнулся парень. – Сейчас тебе защитники не нужны. Скорее, надо защищать других людей от тебя.

Я улыбнулась. Странно даже, слова Элая не обижали. Я чувствовала, что это просто шутка, и воспринимала их именно так.

– А еще спасибо за знакомство с Валентиной. Не знаю, что это за место, но… благодарна за то, что привел меня туда.

– Ты ей понравилась. Такое случается нечасто.

– Она мне тоже. Именно благодаря ей я чувствую себя сейчас… – Я ненадолго задумалась. – Спокойной, наверное. Но все равно не хочу возвращаться туда, – кивнула в сторону академии. – Боюсь, что встречу Данарину, и она будет злиться, что в коридоре попадется Ария. Я пока не готова разрушить ощущение покоя, которое обрела благодаря Валентине. Пока не готова.

– Предлагаешь прогуляться? – поинтересовался Элай.

– А можно?

– Почему нет? Смотри, какой закат. Ты не замерзнешь?

– Нет. – Я покачала головой и счастливо улыбнулась. – Куда пойдем гулять?

– В одно интересное место.

– Еще в одно? – усмехнулась я. – Ты полон сюрпризов.

– Не я. Этот мир полон сюрпризов. Пошли, здесь сильно ветрено.

Мы медленно двинулись вдоль берега по кромке прибоя, в противоположную от академии сторону. Холодало, поднимался ветер. Тут вообще было изрядно холоднее, чем на материке.

Элай привел меня туда, где воды Ривана почти вплотную подходили к возвышающемуся маяку, а волны лизали корни растущих на берегу деревьев. Место действительно оказалось завораживающим – темные силуэты сосен, мелкий песочек и шишки, валяющиеся у самой воды. Жаль только, ветер пронизывал до костей. Я начала дрожать.

– Как красиво, – сказала я и поежилась. – Плохо, что не получится погулять. Ветер ужасный.

– Он стихнет, – пообещал Элай, и я поверила. Кто, как не он, мог успокоить стихию?

Мы неторопливо подошли к воде. Тучи скрылись за горизонтом, и на небо вылезла полная, бледно-желтая луна, похожая на начищенную монету. Меня всегда удивляло то, что сама луна желтая, а ее свет – холодный, мертвенный. Из-за этого песок напоминал рассыпанную серебряную пыль, которая с берега ложится на воду и превращается в широкую лунную дорожку, ведущую к горизонту. Туда, где волны соприкасаются с ночным небом. Яркие, словно жемчужные бусины, звезды висят неподвижно, и лишь изредка некоторые из них срываются с небосвода и тонут в черных, непрозрачных водах Ривана.

– Удивительное место, – прошептала я и подошла вплотную к волнам, которые слизывали с берега песок, камушки и небольшие шишки, оставляя взамен осколки раковин и мелкие, опутанные водорослями щепки. Лунный свет, отражающийся в темной, спокойной воде казался материальным. Хотелось осторожно шагнуть на чуть колышущуюся водную гладь и проверить, выдержит лунный мостик мой вес или нет, но это было глупо. Поэтому я просто смотрела на воду и молчала. «Красиво и спокойно. И не скажешь, что в трех шагах академия. Тут словно другой мир, тот, в котором нет проблем».

Элай неслышно подошел сзади и остановился. Я чувствовала спиной его горячее тело и не могла решить что делать. Шагнуть вперед и отстраниться? Но там вода, а ноги мочить не хочется. Да и странно это. Элай ведь даже не прикасается ко мне. Стоять неподвижно? Но эта нечаянная близость слишком волнует и вызывает желание отклониться назад и прильнуть к сильному торсу, позволить обнять себя…

Собственные мысли смутили. Растерявшись, я скользнула в сторону, пытаясь избавиться от слишком тесного соседства, но Элай не позволил. Он шагнул следом и легко развернул меня к себе.

– На берегу сегодня особенно прохладно. Ты, наверное, замерзла.

Парень провел руками по моим плечам, растирая, согревая. Потом привлек к себе, нежно, но настойчиво. Его взгляд ласкал, и я закусила губу, чувствуя, что Элай собирается сделать дальше. Лицо было очень близко, в глазах серебрились звезды, а тени от ресниц лежали на смуглых щеках. То, что творилось между нами сейчас, было мучительно неправильно. Ведь он мне даже не нравится! Или я так думала? Старательно не замечала очевидного.

– Мне кажется, это неправильно. – Я снова отстранилась, стряхнув наваждение.

– Может, именно поэтому и кажется настолько притягательным?

– Не уверена. – Я покачала головой, не понимая, что происходит в моей жизни.

– Ах, да… – Взгляд Элая стал жестким. – Есть же Риан.

– При чем тут он?

– Если он на кого-то положил глаз, другим можно даже не пытаться.

– И ты так просто сдашься?

Боги, зачем я это спросила? К чему этот вызов?

Но мелькнувшая в глазах парня темная страсть действовала на меня, словно наркотик. Хотелось видеть ее еще и еще.

– Ты любишь играть с парнями, так ведь, Тея?

– Я не играю. Просто запуталась. И боюсь.

– Запуталась? Это удар по самолюбию, – невесело отозвался он и наклонился к моим губам. – Ты ведь понимаешь это?

– Я ни разу не вспоминала о Риане, пока гуляла с тобой. Я вообще о нем не вспоминаю. Это способно утешить твое самолюбие?

– Немного. А обо мне ты часто вспоминаешь?

– А о тебе я бы предпочла не вспоминать. Но не выходит.

– Так в чем же проблема?

– Мне страшно. Вдруг завтра ты скажешь, что не несешь ответственности за чужие чувства и за то, что навоображала себе очередная глупая первокурсница, – призналась я с болью в голосе.

– Я никогда не хотел поцеловать Данарину, если ты об этом, – шепнул он мне в губы, приблизившись почти вплотную, поддразнивая и заставляя чаще дышать. – И не пытался вызвать у нее симпатию.

– А у меня, стало быть, пытаешься?

– Неужели не видно?

На его губах мелькнула самодовольная улыбка. Горячие руки обняли лицо. Его губы пахли корицей и еще хранили горечь кофе. Элай целовал меня нежно, едва касаясь. Этот поцелуй был похож на первый несмелый глоток коктейля, который сделала для меня Валентина. Осторожный – вдруг не понравится или обожжешься?

Сначала я боролась с собой, но потом обхватила парня за шею, провела руками по сильным плечам, скользнула ладонями по спине, ощущая подушечками пальцев рельефные мышцы. Тянуло прижаться ближе, и я выгнулась, чувствуя его руки у себя на пояснице. Горячие ладони обжигали кожу под поясом куртки. Нестерпимо хотелось, чтобы Элай провел ими вверх по позвоночнику, задирая тонкую, но такую мешающую ткань блузки под кожей курточки. Крепче сжал меня в объятиях и целовал сильнее, до боли прикусывая губы. Но он вел себя на удивление сдержанно, словно дразнил, обещая большее. Всего лишь поцелуй. Медленный, тягучий, словно карамель. Поцелуй-обещание. Такой нельзя забыть. Он, словно нерассказанная до конца история.

Элай медленно отстранился, и я увидела в его глазах холодный отблеск луны. Снова тянуться к его губам в надежде получить больше было неправильно, и я отступила, пытаясь выровнять дыхание.

Элай поправил мои волосы и тихо сказал:

– Демонова Валентина…

– Это из-за ее напитка ты поцеловал меня? – с горечью спросила я. – Она подлила тебе что-то типа афродизиака?

– Глупая, – шепнул парень. – Ты мой афродизиак. А Валентина… она лишь заставила сбросить оковы. Я не поцеловал бы тебя без ее напитка. Но это не значит, что не хотел.

– Но…

– Хочешь спросить почему? – поинтересовался он, и я кивнула. – Понимаешь, Тея, ты предназначена другому. В тебе магия Янины. Риан не может спокойно на тебя смотреть. Его влечешь ты и твоя магия. Он хочет угодить отцу. Они все: Риан, Танарин, Ария – будут сводить вас с Рианом вместе. И… – Элай замолчал. – Они умеют добиваться своего.

Примерно то же самое говорила Янина перед смертью. Словно мой союз с Рианом предопределен. Но я не чувствовала ничего подобного. Мне нравился Риан. Сильно – с самого начала. И совсем немного – сейчас, когда я поняла, что к Элаю меня тянет в разы сильнее. И это чувство более… настоящее, что ли?

– Неужели неважно, чего хочу я? – спросила, пытаясь отыскать ответ в глазах парня.

– Они сделают свои желания твоими. Но я буду бороться и не позволю им отобрать тебя у меня. Слышишь?

Я слышала, но не понимала.

– Я не знаю, что со мной происходит.

– И я не знаю, – признался он. – Мне сложно сказать, насколько сильно подействовало колдовство Валентины.

– То есть мы можем проснуться завтра и понять, что не испытываем друг к другу ничего?

– Наверное. Точнее, ты можешь проснуться и понять, что тебя тянет к Риану, а не ко мне.

– А ты?

– А мне нравишься ты, Тея. И я злюсь на Валентину за то, что она позволила мне осознать это. Потому что терять больно. Потому что отдавать тебя другому – больно. И потому… – Он помолчал. – Я должен узнать, что задумал Танарин. И остановить его. Я пока очень смутно понимаю, зачем ему Риан и девушка, наделенная огромной силой. Точнее, понимаю зачем, но не понимаю, как он собирается действовать дальше.

– И зачем же?

– Аш Ройт задумал это очень давно. Он вознамерился создать сверхребенка, универсального стихийника. Этим ребенком должен был стать Риан, но что-то пошло не так. Риан – сильный стихийник, его резерв близок к абсолюту, но все же недостаточен, по мнению его отца. Например, мой все же чуть больше. Танарин работал над схемой многие годы и сейчас вычислил составляющие. Сильное чувство, особенно со стороны парня, страсть и пик силы. Ну и тайные магические ингредиенты. Кандидаты должны быть молоды, сильны и влюблены. Риан влюблен в тебя, и тебя надо лишь немного подтолкнуть.

– Сейчас не немного, – призналась я, чувствуя, как вспыхивают щеки. Но Элай не стал останавливаться на этом вопросе, а продолжил:

– Нет ничего запретного в том, чтобы гарантировать собственному внуку магический потенциал невероятной силы. Но методы, которыми действует Танарин, то, что он сделал с Рианом… за гранью добра и зла. Ведь не просто так он обладает неким флером, заставляющим девушек влюбляться в него без памяти. Мне все это не нравится, и я не уверен, что мать ребенка, который так нужен Танарину, останется жива.

– Какой ребенок? Элай, это бред. Я сама еще ребенок.

– Поверь, тебя никто не спросит. Просто будь осторожна и старайся держаться от Риана подальше. И не только потому, что мне нравится тебя целовать.

– Риан знает о том, что планирует Танарин?

– Вероятнее всего, нет. Он неплохой парень и шарахался бы от замысла своего отца и девушек, наделенных силой. А вот Янина знала. Именно поэтому отдала тебе весь свой, поверь, немалый потенциал. Его искусственно наращивали больше года. Твоя сила тоже огненная, и ты объединила в себе две магии. Посредственную свою и огромную, принадлежащую Янине. Риан просто пытается быть хорошим. Он знает, что в жены надо брать сильную магичку. И не видит в этом никакой беды. В конце концов, многие родители ставят такие условия своим детям. Аристократия трясется над силой, и это понятно. Танарин выдвинул еще одно условие: брак по любви. Согласись, это не так уж плохо. Поэтому Риан слушается отца. И поверь, как только о твоей силе станет известно, Риан с подачи своего отца начнет на тебя охоту.

– Не хочу становиться объектом охоты, – призналась я. – Хочу свободы…

– Прости, что испортил вечер. Не нужно было заводить этот разговор.

– Я бы все равно об этом думала. Что мы с тобой будем делать?

– Жить, – ответил он и улыбнулся.

– Расскажешь, кто ты такой? Почему задача остановить Танарина лежит на твоих плечах?

– Ты слишком высокого обо мне мнения, – хмыкнул Элай. – Одному мне вряд ли под силу его остановить. Я слежу и делаю выводы. И пока… – Он помрачнел. – Все, что происходит тут, не выходит за пределы нормы.

– А смерть Сильвы и Янины?

– Сильву убила случайность, а Янину – глупость и ты. Танарина к этим двум смертям не приплетешь.

– А к смерти Алана?

– Пока нет никаких улик, кроме гипотетической возможности.

– Он избивает Риана.

– А Риан ведет себя, будто ничего не происходит. Он совершеннолетний. И тут либо сам отвечает, либо подает жалобу, либо все делают вид, что это семейное дело, которое происходит к общему удовольствию.

Мы молча брели в сторону академии, думая каждый о своем. Разговор был тяжелым, но спокойное умиротворение, оставшееся после визита к Валентине, пока никуда не исчезло, поэтому я все равно улыбалась.

– Спокойной ночи? – спросил Элай, остановившись возле входа в жилое крыло.

– И тебе.

На лицо парня падал свет фонаря, и тени от ресниц образовывали длинные темные полоски на щеках. Волосы трепал ветер. Я не смогла спрятать улыбку, заметив, как раздраженно Элай раз за разом откидывает их с лица.

– Ты такой забавный, – хмыкнула я, никак не ожидая, что глаза Элая в ответ на это заявление потемнеют.

– Ты ведь так не думаешь? – отозвался он.

И от бархатного голоса по спине пробежали мурашки.

Его движение оказалось незаметным и резким. Он подался вперед и, дернув меня за руку, притянул к себе, сжимая в объятиях. Я и охнуть не успела, лишь приоткрыла от изумления рот. Этот поцелуй был другим. Жарким, жадным. Именно таким, о котором я мечтала на берегу.

Элай впивался мне в губы до боли, его руки сжимали плечи, ласкали спину, путались в волосах. Я провела по его сильным предплечьям в тонкой рубашке. Жар кожи чувствовался даже через ткань. Казалось, Элай совсем не мерз, несмотря на то что изрядно похолодало, а ветер усилился.

Голова кружилась, ноги подкашивались. Кровь прилила к щекам и стучала в висках в такт ускоряющемуся ритму сердца. Я чувствовала, что схожу с ума от Элая и его поцелуев. Как он мог предположить, что я смогу забыть об этом или думать о ком-то другом? У меня просто сорвало крышу от нового, свежего, как глоток морского воздуха, чувства к парню, который совсем недавно меня немного пугал и сильно бесил.

Не сговариваясь, в академию мы вошли по отдельности. То, что происходило между нами, было таким хрупким, очень личным, и пока ни он, ни я не хотели открыто демонстрировать зарождающиеся чувства. Что будет завтра – неизвестно, и поэтому стоило избежать взглядов и вопросов.

Я отдавала себе отчет в том, что вряд ли наш поцелуй остался в тайне. Кто-нибудь, да видел. Но одно дело, когда за тобой подглядели случайно, а совсем другое – идти по коридорам академии и открыто показывать, что мы вместе. К тому же… а вместе ли мы? Этого я не знала. Кто знает, как к поцелуям относится Элай? Может, совершенно несерьезно.

Я миновала холл и повернула в свое крыло. Настроение было отличным, и неприятностей я просто не ждала. Видимо, зря.

Данарина в сопровождении Леоны стояла возле двери нашей комнаты. Я издалека почувствовала исходящую от бывшей подруги агрессию.

– И где же ты была, Тея? – прищурившись, спросила Данарина. Ее голос был злым, и мне стало не по себе. Я не привыкла видеть ее такой.

– В городе.

Врать смысла не было. Я просто не понимала, зачем.

– И давно первокурсников отпускают в город? – поддержала ее Леона, окончательно выведя меня из себя.

– А вам какое дело?

– Мне – никакого, – пожала плечами Леона. – Обычное праздное любопытство.

– А я считаю, что на одну тебя слишком много парней! – вступила Данарина. – Кто тебя возил в город? Сама ты добраться не могла. Риан был тут, а вот Элая я не видела.

– Меня возил в город Элай, – разозлилась я. – И что дальше? Мне пойти и посыпать голову пеплом? Я просто не понимаю, какой смысл в этих скандалах? Да, ты на меня обиделась, так как Элай перестал обращать на тебя внимание, но ведь вы даже вместе не были! Да, я чувствую себя виноватой! Но я не уводила его у тебя. Он же живой, как можно удержать того, кто этого не хочет?

– Ну ты и дрянь, Тея! – Данарина шагнула мне навстречу. Я думала, она меня ударит, таким злым был взгляд. Но то, что попыталась сделать Данарина, оказалось в разы хуже и выбило меня из колеи. Она потянула из меня магию. Нагло и открыто. Тоненькой слабой струйкой. Я бы и не почувствовала, если бы не знала, что это такое. Но от подобной бессовестности у меня даже дыхание перехватило.

– Ты в своем уме? – очень тихо и угрожающе спросила я. – Ты хоть понимаешь, что творишь? А если я сделаю то же самое в ответ?

– А ты не сможешь, – парировала подруга. – Кишка тонка и мал резерв. Каждый раз, как ты будешь проходить мимо, я буду делать это, пока ты не потеряешь силу!

– Данарина, я думаю, не стоит, – осторожно заметила Леона, которая смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

Кажется, она начала понимать. Я не давала Данарине тянуть свою силу и невольно показывала, что сама могу это сделать без проблем.

– Ты же меня и научила, – отозвалась Данарина. – И это действительно прикольно.

– Прикольно, если немного и человек не замечает! А ты не видишь, что она в курсе? Не чувствуешь, что стоит ей чуть дернуть за ту ниточку силы, которая идет от нее к тебе, и ты вообще перестанешь существовать?

Но Данарина не понимала очевидного, усиливая натиск, а я все сильнее защищалась, чувствуя, как в венах бурлит плохо контролируемая огненная энергия.

– Прекрати, – попросила я.

– Что, не нравятся ощущения? А мне, думаешь, понравилось видеть тебя в рубашке Элая?

– Мне не нравится то, что еще немного – и неприятно будет тебе! – тихо призналась я. – Прости за Элая, так вышло! Но прекрати! Никакой парень не стоит этого. Тем более тот, который не относился к тебе так же, как ты к нему.

– Так вышло? – Данарина не сдержалась и сильнее начала выкачивать из меня силу.

И тут я полыхнула. Резко, мощно. Так, что от меня отскочили обе девушки.

– Что ты такое? – сглотнула Данарина, когда пламя исчезло.

– Уйди, пожалуйста, – попросила я, и девушки сбежали. А я вошла к себе и обессиленно рухнула на кровать.

Буквально через десять минут ко мне пожаловала Ария в сопровождении отца Риана. Я так и не поняла: это девчонки меня сдали или начальство бдело и ждало новой вспышки огненной силы.

Лери Ария была на редкость учтива и благожелательна. Попечитель лишь посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом и ушел, а Ария забрала меня с собой для «долгого и очень интересного», с ее слов, разговора.

Я брела по коридору, и от страха у меня подгибались колени. Я нервничала из-за того, что ничего не могу сообщить Элаю. Несмотря на тихий голос и улыбки, я почему-то точно знала: меня не ждет ничего хорошего. И это напрягало. В душе поселилось предчувствие беды, но я шла за Арией, оглядывалась по сторонам и мечтала встретить кого-то знакомого. Точнее, надеялась увидеть конкретное знакомое лицо, но, как назло, перед отбоем коридор был практически пуст. Удача мне не улыбнулась. Элай был не в курсе, что мои силы перестали быть тайной.

– Присаживайся, Тея. – Ария кивнула на кожаный диван для посетителей. – Расскажи, как получилось, что твоя огромная сила не обнаружила себя во время выбора стихий? Тогда ты была обычной девочкой с едва тлеющей искрой. Как правило, такие даже до диплома доучиться не в состоянии. Или погибают, как Сильва, или сходят с дистанции, если оказываются чуть умнее твоей соседки и не идут на поводу у слепых амбиций.

– Не знаю.

Я вздохнула, понимая, что правду говорить нельзя. Естественно, такой ответ не удовлетворил Арию.

– Зачем врать? Ты же понимаешь, что силу, которая досталась тебе не совсем честным и во многом непонятным для меня путем, нужно научиться контролировать. Это не твоя магия, Тея, но она мне знакома. Я могу предположить, кому она принадлежала раньше.

Ария склонилась ко мне и шепнула:

– Ведь ты знаешь, что случилось с Яниной? Я же права?

– Не понимаю, о чем вы говорите.

Руки стали липкими, меня била дрожь.

– Как ты думаешь, что случится с тобой, если я намекну родителям Янины, по чьей вине она погибла?

– Она погибла не по моей вине! – сорвалась я и пристыженно замолчала, осознав, что по-глупому проговорилась.

– Так, это уже интересно.

Ария уселась на подлокотник дивана. Это позволяло ей по-прежнему смотреть на меня сверху вниз. А я чувствовала себя маленькой и жалкой.

– А почему она погибла, и почему ее сила оказалась у тебя? – продолжила допрос ректор, а я упрямо сжала зубы. – Ну же, Тея, поговори со мной. Янина погибла не из-за тебя, но кто будет разбираться, если в тебе ее сила? Неужели ты считаешь, что безутешные родители станут вникать в тонкости случившегося? Тебя просто уничтожат. И неважно, законным путем или своими силами.

– Если вы уже все решили, какой смысл в этом разговоре? – огрызнулась я, понимая, насколько сильно попала. Ни Риан, ни Элай о таком исходе даже не обмолвились. Не подумали, как и я, или просто не хотели пугать?

– А смысл в том, что я еще ничего не решила. Расправа над тобой Янину не вернет, а ты можешь быть полезной. Лично мне все равно, одна девочка с огромной силой или другая. Вы обе подходите для миссии.

– Какой миссии?

– Несложной и, поверь, приятной. Но мне нужно разобраться в ситуации и поверить, что ты хочешь со мной сотрудничать.

– Я не уверена, что хочу сотрудничать.

– Понимаешь, у тебя не слишком богатый выбор. Мне бы не хотелось на тебя давить, но сидеть с тобой всю ночь у меня нет ни желания, ни времени.

– Она ревновала меня к Риану, – призналась я неохотно.

– Янина?

Я кивнула, а Ария уточнила:

– А был повод?

Я не знала, что ответить. Тогда Риан меня действительно зацепил.

«Тогда…» – Я усмехнулась своим мыслям. Будто это было вечность назад. Всего каких-то несколько дней, а столько всего произошло, и так все изменилось! И я его зацепила. Только сейчас пришло понимание, что, возможно, сильнее, чем он меня. Да, вероятно, повод был. Но не такой, чтобы убивать. Поэтому на вопрос Арии я отвечать не стала. Только пожала плечами.

Она не стала настаивать.

– Хорошо. Продолжай.

– Я ничего не знала. Не понимала ни про силы, ни про то, что можно отобрать чужую энергию. Янина обещала привести меня к Сильве, и я поверила. Да и не врала она, не поспоришь, – усмехнулась я, а в уголках глаз появились слезы.

– Незнание не помешало тебе действовать интуитивно правильно. Молодец. Талантливая девочка с маленьким потенциалом. Ты обошла многих в этой академии. Пожалуй, я даже восхищаюсь. Что случилось дальше?

– Она хотела скормить меня амагам. Но… все пошло не так, и они убили ее. Перед смертью Янина отдала мне свою силу. Это все. Я не хотела ее забирать и до сих пор считаю, что от нее больше вреда, чем пользы. Я не стремилась к этому, не хотела чужого.

– И Риана не хотела? – усмехнулась Ария.

– Я не планировала его отбить специально, если вы об этом. Мы случайно столкнулись, случайно общались. Ничего больше. Просто… – Я немного смутилась. – Он классный.

– Безусловно, он классный. И хотел общаться с тобой?

– Да. Если бы он раз за разом не оказывался рядом, я не стала бы сама искать общения. Именно из-за Янины.

– И она добровольно отдала тебе силу?

Ария приподняла бровь, явно не желая верить в это объяснение. Я ее понимала. Поведение, которое совсем не похоже на Янину.

– Она сказала, это для того, чтобы я могла выполнить ее миссию. Она не хотела умирать, не хотела сдаваться, но… понимала всю иронию ситуации. И, может быть, чувствовала себя немного виноватой и глупой. По сути, Янина сама попалась в ловушку, которую приготовила для меня.

– Да, это отчасти объясняет ее решение. И ты по-прежнему не знаешь, чего хотела от тебя Янина? Ведь понимаешь же, что не просто так жить с ее магией и радоваться.

– Нет. – На сей раз ложь далась легко и не вызвала у Арии подозрений.

– Чем закончилось?

– Пришел Риан. Он обнаружил, что Янина украла ключ от подземелий, и подозревал, что может случиться беда. Он забрал ее, а я вернулась к себе.

– Почему вы не сказали о том, что у тебя сила Янины?

– Почему не сказал Риан, не знаю. Думаю, горевал, и ему было не до этого. А я боялась.

– Нет, поверь, Риан не горевал, – заметила Ария. – Янина была умной, и она не зря передала тебе силу. Прости, но я тебя запру. Ненадолго. Не думай, ты не пленница, но расстроена и растеряна. Не хочу, чтобы ты наделала глупостей. В баре шоколад и чай. Еще там виски, но я надеюсь, ты достаточно разумна, чтобы его не трогать. Диван удобный, можешь подремать.

– Что со мной будет?

– Не переживай, ничего страшного. Просто сейчас ты получила совсем иной статус. Стала ценной и опасной, даже для себя. Придется заниматься дополнительно. А теперь мне нужно отлучиться, – сказала Ария.

Я даже не сомневалась в том, куда она ушла. К Танарину. Ария сказала, что я не пленница, но чувствовала я себя иначе. Знала, они хотят, чтобы мы с Рианом были вместе. Но я теперь этого не хочу. По многим причинам. И то, что мои чувства к нему не были настоящими – всего лишь одна из них. Меня ведь не смогут заставить? Или все же…

О втором варианте я старалась не думать.

Сначала я просто сидела, словно выпускница из пансиона благородных девиц, где преподавала мама. Коленочки сведены, ручки сложены на них. Потом все затекло, и ко мне вернулась способность соображать. А еще я почувствовала слабость и вспомнила про чай и шоколад. Мозг требовал глюкозы, поэтому я решила не стесняться. В конце концов, сейчас я ничего не могла изменить в своем положении.

Кош появился у меня на коленях, как в старые добрые времена. И я была рада его видеть сильнее, чем кого бы то ни было. Прижала к себе теплое мурчащее тело и уткнулась носом в бархатный бок.

Глава 14

– Ты звал?

Риан появился на пороге кабинета отца и лениво оперся плечом о косяк. В помещении с массивным столом из темного дуба Танарин аш Ройт был не один. На кресле гордо восседала Ария с тщательно уложенными волосами и холодной надменной улыбкой. Сейчас было так легко поверить в то, что она настоящий ректор академии, а не любовница его отца, призванная служить лишь красивой декорацией.

– Скажи, как ты относишься к этой новенькой блондинке, Тее? – без предисловий начал отец, чем, признаться, несколько вывел Риана из равновесия, заставив сбросить маску холодной невозмутимости.

– У меня только что умерла девушка. Та, с которой я планировал связать свою дальнейшую жизнь. Я никак ни к кому не отношусь. Я, знаешь ли, скорблю. Мне, в отличие от некоторых, знакомо это чувство. – Риан бросил выразительный взгляд на Арию, всем видом намекая на то, как быстро Танарин нашел замену матери. Но попечителя было сложно чем-либо пронять.

– Придется засунуть свою скорбь поглубже, – заметил он. – К тому же в твоем случае она не более чем дань традициям. Ты охладел к Янине, и я это видел. И охладел не просто так. Тебя зацепила Тея. Так почему же сейчас ты сбавил обороты?

– Может быть, я осознал, что был не прав?

– Ты был прав, – с напором заметил Танарин.

– Ты сейчас указываешь мне, с какой девушкой встречаться? – удивленно приподнял брови Риан.

– Именно.

– И почему же она? Безродная девочка с крупицей силы.

– А это ты скажи мне, Риан. – Аш Ройт холодно прищурился. – Скажи то, что должен был сообщить еще несколько дней назад, но по какой-то одному тебе известной причине промолчал.

Риан нахмурился. Тайна выплыла наружу, увы. Теперь уже ничего не сделать.

– Так с чем связано твое молчание?

– Может быть, с тем, что я защищал ее?

– От кого же? – холодно спросила Ария, не понимая, что не стоит влезать в семейные разговоры, даже если тебе кажется, что ты почти стала частью семьи.

– Не от тебя точно. Ты не представляешь угрозы.

– Я желаю тебе только добра, – отозвался Танарин.

– Ты желаешь добра исключительно себе! – парировал Риан, а Танарин нахмурился и сжал кулаки, угрожающе подавшись вперед.

– Что, снова будешь бить? Это твой единственный аргумент. Только вот незадача: воспитательные меры приелись и больше не действуют.

– Я не буду тебя бить, – выдохнув, сказал попечитель. – Ты прав. Меры приелись, и я даже прощу эту маленькую ложь. Но игры и шутки закончились. Дальше ты будешь делать то, чего я захочу. К тому же я не прошу ничего сложного, серьезного или противного для тебя. Ты хотел эту девчонку? Вот и возьми. Все предельно просто.

– Зачем?

– В ней столько силы, что вряд ли мы когда-нибудь найдем кого-то более одаренного. Она как нельзя лучше подходит на роль твоей жены и матери моих внуков.

– Я не готов стать отцом и связать свою жизнь с кем-то. Об этом ты не думал?

– Мне все равно. Ты не думал об этом? Сейчас мне нужно, чтобы девчонка стала твоей и родила наследника. Никто не знает, как поведет себя ее сила через год или два. Вдруг опустится до природного потенциала? Никто не знает, как поведет себя она сама. Когда выполнишь миссию, можешь идти на все четыре стороны.

– Ты так помешан на внуках? Это бред. Зачем?

– Может, потому, что свой ребенок вышел бракованный и один. Я воспитаю внука так, как нужно мне. И он будет обладать нужной мне силой.

– А если нет?

– Это не твое дело, я все рассчитал. На, выпей! – Танарин протянул янтарную жидкость в бокале, но Риан не спешил взять напиток.

– Что это?

– То, что усилит твои чувства и поможет не сбиться с пути.

– А ты уверен, что это хорошая идея?

– Риан, пей. Не выводи меня из себя. Или тебе совсем не нравится девчонка?

– А если я скажу «нет», ты от меня отстанешь?

– Только сильнее уверюсь в своей правоте.

– За ней следит Элай. Он подобного не допустит, – привел последний аргумент Риан.

– Я умоляю тебя. Думаешь, его удивит то, что вы с Теей вместе?

– Возможно… – Риан промолчал. – Возможно, он сам положил на нее глаз.

– Риан, – протянула Ария. – Элай знает: если тебе понравилась девчонка, ты без труда и магии уведешь ее у него. Или они вместе?

– Нет. – Риан покачал головой. – Думаю, что нет… По крайней мере, я не знаю об этом.

– Тогда… никаких проблем.

Риан отпил из бокала, надеясь, что отец все же сохранил остатки разума и не даст ему чего-то совсем уж отвратительного по своей природе.

* * *

Никогда бы не подумала, что могу в такой ситуации уснуть. Да не где-то, а на диване в приемной ректора. Но все вышло именно так. Кош умел убаюкивать, поэтому когда над ухом раздался голос лери Арии, я подскочила, как сумасшедшая.

– Не дергайся. Лучше на, выпей.

– Что это? – подозрительно поинтересовалась я, уставившись на чашку в руках женщины.

– Зелье. Тонизирует, помогает сконцентрироваться.

– Зачем?

– Тея, с мизерного потенциала, который едва проявился на ритуале выбора стихий, твой резерв в одночасье раздуло до размеров… – Она задумалась. – До невероятных размеров. Ты пережила стресс из-за того, что рядом с тобой убили человека. Сейчас ты ежеминутно сдерживаешь магию, которой в тебе слишком много. Даже если ты этого не чувствуешь, организм работает на износ. Это очень плохо и для обычного человека, и тем более для мага-стихийника.

Все еще сомневаясь, я взяла из рук Арии чашку. В ней был чай с ароматом трав, самый обычный. Магия в нем чувствовалась, но так, слегка. Только была она какая-то неправильная. Если от коктейля Валентины в голове все прояснилось и встало на свои места, то сейчас в ней, наоборот, поселился раздражающий туман.

Я мотнула головой, пытаясь от него избавиться, но не смогла. Он заволакивал все сильнее. Начало клонить в сон. Я не могла противиться и закрыла глаза. Последнее, что я видела, это удовлетворенную улыбку на губах Арии.

– Умница, моя девочка. Спи сладко.

Проснулась я с головной болью и не смогла толком вспомнить, как оказалась в своей кровати и что вчера произошло. Я помнила смерть Янины, ночевку у Элая и Риана, который остался ночевать в моей комнате.

– Привет, солнышко, – шепнул он и поцеловал меня в щеку. В груди сладко заныло при воспоминании о сносящих голову поцелуях. С ним?

«С кем же еще?» – пронеслась мысль.

– Пойдем на завтрак? – спросил Риан как ни в чем не бывало. – Или пропустим?

Он уже поднялся и расхаживал по моей комнате в одних штанах. Рубашка висела на стуле, куртка была накинута на раскрытую дверцу шкафа, в котором виднелись шмотки парня. Он что, тут живет? Почему я этого не помню? Мы вместе?

– Я что-то…

– Плохо себя чувствуешь? – тут же подскочил он и помог мне сесть. – Голова кружится? Темно перед глазами?

Я растерянно кивнула, не понимая, откуда он знает.

– Ария предупреждала, что могут быть побочные эффекты.

– От чего?

– От зелья. Ты помнишь, что получила силу Янины?

– Да, – кивнула я.

– Ария дала тебе напиток.

Это я тоже помнила.

– Он поможет восстановить силы и ужиться с энергией, но… – Парень поморщился. – У него есть побочные эффекты. Слишком сильная нагрузка на организм. Возможны кратковременные провалы в памяти.

– Кажется, они у меня есть.

Я плавно выскользнула из объятий Риана и чуть ли не с визгом нырнула обратно под одеяло, потому что на мне была черная полупрозрачная ночная сорочка. Да что же происходит? И почему все происходящее видится мне до ужаса неправильным?

Честно сказать, я сбежала в ванную и долго стояла, прислонившись спиной к стене. В душе шумела вода, а я думала о том, что именно забыла. Провал в памяти пугал до состояния паники. И непонятно почему. Будто я забыла что-то до ужаса важное. То, от чего сжимается сердце.

Я безуспешно копалась в воспоминаниях и не могла понять. Вот я рыдаю в подземельях, и меня оттуда выводит Элай. Вот на крыше вырывается огромная сияющая Айя. Вот неприятный разговор с Ниссом. Вот Ария протягивает зелье, кажется, это было вчера. Потом я уснула и проснулась уже у себя в комнате. Риан лежал на соседней кровати и смотрел на меня влюбленным взглядом. Но я не помнила, когда мы с ним решили быть вместе. Помнила бабочек в животе и щемящее чувство влюбленности, но когда и при каких условиях он меня целовал? А еще… Когда я смотрела на него, дыхание не перехватывало. И это казалось мне странным.

– Что за дрянь творится? – пробормотала я и решительно отклеилась от стены. Нужно принять душ и собираться на занятия. А подумать можно по дороге.

Когда я вылезла из душа с мокрыми волосами, завернутая в махровое полотенце, то с неудовольствием обнаружила, что халат не висит на своем привычном месте. Наверное, я, как всегда, кинула его где-то в комнате. Ничего удивительного. Только теперь придется идти в таком виде пред светлые очи Риана. Так-то ничего страшного, полотенце скрывает на порядок больше, чем откровенная сорочка, но все равно сейчас я чувствовала себя удивительно беззащитной и обнаженной. Интересно, как далеко мы зашли с Рианом? Надеюсь, свою первую ночь с парнем я все же запомнила бы.

– Ты такая красивая, – сказал он и шагнул мне навстречу. Я прижалась спиной к стене, разглядывая длинные ресницы, чуть полноватые губы и понимая, что хочет сделать Риан. Когда его губы почти коснулись моих, появился неожиданный гость. Кош, которого я не видела уже достаточно давно, в лучшем стиле поведения кошачьих возник из воздуха и приземлился на обнаженные плечи Риана. Потом оттолкнулся задними лапами, заставив парня смачно выругаться, и мягко прыгнул мне на руки.

– Вот же тварь! – снова выругался Риан, проведя рукой по кровоточащим царапинам на спине.

– Не тварь, а кисонька! – улыбнулась я, боясь себе признаться, что испытываю облегчение из-за того, что поцелуй сорвался. – Наверное, пора собираться. Есть что-то хочется, да и пары скоро.

Риан послушно кивнул и направился к шкафу. Светлую рубашку тут же отмел, царапины на плечах немного кровили. И обрабатывать нет смысла, и белый шелк испачкаешь.

– Ты же знаешь, что поступил некрасиво? – спросила я Коша.

Понятное дело, зверь не ответил, только посмотрел задумчиво, всем своим видом намекая, что ничего-то я в этой жизни не понимаю. Кош словно появился исключительно для того, чтобы отпугнуть от меня Риана. Едва парень переключил свое внимание, зверь мурлыкнул и исчез, растворившись в воздухе.

Когда мы шли по коридору, Риан небрежно обнимал меня за талию, а я постоянно дергалась. На подходе к столовой мы встретили Данарину. Она изумленно уставилась на нашу пару и выдохнула:

– Ну ты и наглая тварь, Тея…

Я растерянно заморгала, не зная, что ответить на прямое оскорбление. Смутно помнила, что мы разругались, так как она видела меня в покоях Элая, но чем все завершилось… тут тоже провал.

– Следи за языком, – угрожающе прошептал Риан, обращаясь к ней. Данарина заметно побледнела и попятилась.

– Не смей, – двинула я локтем ему под ребра.

Парень закашлялся от неожиданности, но послушно утянул меня за собой.

– Не нужно так делать, – еще раз сказала я. – Не хочу повторения истории Сильвы.

– Ничего с твоей бывшей соседкой не случится. Только голова покружится. Это не опасно для тех, у кого хотя бы средний потенциал. Просто неприятно.

– Все равно не нужно, – с нажимом сказала я, и Риан кивнул, принимая условия.

– Как скажешь.

Он обнял меня за плечи, притянул к себе и чмокнул в макушку. Это было очень непривычно, но я не сопротивлялась. В столовой все глазели на нас, но лишь один взгляд не давал мне покоя. Он жалил спину через блузку. И я повернулась.

От входа в столовую на нас мрачно взирал Элай. Стало не по себе, щеки обдало жаром. И когда парень решительно направился в нашу сторону, захотелось спрятаться за Риана. Элай злился, и его злость я могла почувствовать даже отсюда.

– Что он… – начала я, но тут Риан совершил совершенно неожиданное. Он нагнулся и с наслаждением поцеловал меня в губы долгим, глубоким поцелуем. Не скажу, что мне не понравилось. Я скорее растерялась, так как это было внезапно, у всех на виду.

– Что… – выдохнула я. – Зачем?

– Просто захотелось, – нежно улыбнулся мне Риан, а я растерянно оглянулась, но Элая в столовой уже не было. Интересно, почему это заставило меня так сильно нервничать?

Весь завтрак я молчала, а потом позволила поцеловать себя в щеку и, испытывая облегчение, сбежала от Риана на пары. Нужно было разобраться в мыслях и как следует подумать. Не хватало времени сложить два и два и понять, что такое неправильное тут происходит.

К сожалению, за весь день я так и не поняла, что именно меня тревожит. В памяти вспыхивали отдельные обрывочные воспоминания. Вот удивительно красивая женщина протягивает мне янтарный коктейль. Почему это так важно? Вот вокруг бушует море, а я к кому-то прижимаюсь щекой, и у меня захватывает дух от прилива нежности.

Отрезвление наступило тогда, когда я поняла: этот кто-то – не Риан. Воспоминания, которые исчезли, пропали не просто так. Мне стерли нечто важное. Вопрос – что и зачем.

Я хотела сбежать сразу после пар, чтобы, не дай боги, не попасться на глаза ни Арии, ни Риана, но ректор оказалась хитрее.

– Тея, пойдем со мной. У тебя сейчас дополнительные занятия, – сообщила она, поймав меня на перемене перед началом последней пары.

– Но тотемы…

– Тотемы подождут. Я скажу Элаю, что тебя не будет.

Элай… При одном звуке этого имени все внутри сжалось. Не просто так он сегодня ушел, едва увидел меня целующейся с Рианом. Я должна в этом разобраться и больше ничего не брать из рук Арии – ни еду, ни питье. Но так ли просто это сделать?

* * *

Тея не придет на пару. К тому же Элаю совсем не понравилась трогательная забота Арии, которая сообщила ему эту новость. Можно было не сомневаться: о том, что Тея обладает силой, стало известно.

Злость и обида отступили, и парень начал подозревать что-то неладное. Такое поведение не было похоже на Тею. Она не могла в трезвом уме сначала целоваться с ним на берегу, а потом как ни в чем не бывало – с Рианом в столовой. И именно в тот момент, когда новые способности перестали быть секретом! Слишком много совпадений.

Стоило сходить к другу и, наверное, по-дружески дать ему в морду, но сначала Элай решил проверить кое-какие догадки.

Он почти закончил здесь, в академии. Несколько вылазок в кабинет попечителя, несколько заклинаний-ловушек – и почти все нужные доказательства были на руках. В последние дни Элай много работал и собирал сведения. В голове сложилась почти полная картина событий, а сегодняшнее поведение Теи только укрепило его в осознании собственной правоты. Час «икс» настал, и осиное гнездо уже вовсю жужжало.

Элай едва удержался от того, чтобы не отправиться вытаскивать девушку из рук Арии. Для осуществления задуманного Танарину нужна не только Тея, но и Риан. И пока парень болтается на виду, с Теей ничего непоправимого не произойдет.

О том, что могло случиться непоправимое и Тея окончательно растворилась в чувствах к Риану, Элай старался не думать.

Друга он увидел очень удачно, на пути в комнату. Риан застыл у двери. Коридор был пуст, и парень не ожидал подвоха. Поэтому Элай приблизился, резко развернул его за плечо и со всего размаха ударил по физиономии.

– Эй, эй! Поосторожнее, друг! – поднял руки Риан, даже не пытаясь смахнуть кровь с разбитых губ. – Если хочешь что-то сказать, говори. Ты же знаешь, мои болевые рецепторы атрофировались давно. Если мне бьют морду, я просто отключаюсь и перестаю воспринимать реальность. Так проще.

– Что. Ты. Творишь. С Теей? – отделяя каждое слово паузой, спросил Элай.

– Ничего… пока.

Элай сжал кулаки, стиснул зубы, и Риан уставился на него недоуменно.

– Что с тобой? Ну вместе мы, и что дальше? В ней сила Янины, она мне нравится… Какие проблемы?

– Как вы начали встречаться с Теей? – сжав зубы, спросил Элай, пытаясь не позволить ярости овладеть им окончательно.

– Ну вот…

– Она не понимает, что делает? Да? Ты спишь с ней, а она даже не осознает, что это не по ее воле!

Сильный и мощный удар откинул Риана к стене. Парень хрипло выдохнул.

– Ты с ума сошел? – только и смог выдавить он. – Почему тебя так заботит мой моральный облик?

– Меня не твой моральный облик заботит, придурок! Просто ты ей даже не нравился. Еще пару дней назад.

– Ей нравился ты… – внезапно понял Риан и попятился. – Демоны, я не знал. Прости. Я правда не знал. Она милая, а отец…

– Ты у меня просишь прощения? А у нее не хочешь? Ты хоть знаешь, что они задумали?

– Кто – они?

– Твой свернутый на внуках отец и его верная помощница Ария! Ты в курсе, что случится с ней, когда она родит этого идеального, мать его, ребенка?

– Она будет свободна. Так сказал отец.

– Да, – выплюнул Элай. – От жизни.

– Что?

– Этот ребенок убьет ее, лишит сил. Всех. Именно это задумал Танарин. Он начал эксперимент еще с тебя. Ты привлекаешь всех особей женского пола, чтобы выбрать ту, которую нужно твоему отцу. Идеальную самку. А если девчонка окажется слишком сильной или, не дай боги, симпатизирует другому, то всегда есть безотказные средства. Ты, как и твой папаша, не брезгуешь ничем!

– Элай… я не знал.

– Немного нужных зелий тебе, ей – и процесс запущен. Какая разница, знал или нет? Ты позволил сделать это с девушкой, которая тебе вроде как небезразлична.

В голосе Элая слышалась боль.

– Я не спал с ней, Элай. Даже под зельем. – Риан сглотнул. – Она… она словно подозревала что-то и не верила. Отец рассчитывал, что Тея потеряет голову, кинется в мои объятия, но, знаешь, этого не произошло. Я теперь понимаю почему. У нас ничего не было. Вчера она просто спала, а сегодня я поцеловал ее. Поцеловал, чтобы ты ушел. Думаю, тебе нужно найти ее как можно скорее, иначе будет поздно.

– В смысле?

– Ария забрала Тею на занятия, а меня вызвал отец. Думаю, нам дадут что-то такое, после чего мы не сможем остановиться.

– Не ходи к нему.

– Ты же знаешь, я не могу. И потом, если я не пойду, он что-то заподозрит. Забери Тею и увези отсюда.

– Я заберу ее, а потом вернусь. Риан, у меня есть доказательства его вины. Я вернусь за ним. Твой выбор – предупредить его или нет.

– Я… – Голос Риана сорвался. – Я на твоей стороне. Но бегите быстро, не исключена возможность, что под действием зелья я буду искать ее.

– А она тебя, – выдохнул Элай.

– Нет такого зелья. Неужели ты не понял? Любое зелье может только разжечь и усилить имеющееся чувство. Не будет под рукой тебя, сойду и я. Потому что ты прав, я не могу оставить равнодушным противоположный пол. Не будет меня, она и не вспомнит.

– Спасибо.

– За что? Я отобрал у тебя девушку, которая тебе нравится, а ты меня благодаришь?

– Благодарю за то, что отпустил.

– Не уверен, что все будет просто. Ты же знаешь, я не решаю ничего.

Глава 15

Меня колотило. Я по-прежнему не помнила вчерашний день и, возможно, что-то еще. Меня пугала Ария, и я не представляла, что творится вокруг. Чувствовала, что меня используют, но не понимала, как это предотвратить. Упорно старалась воскресить в памяти хоть что-то, но не могла. А ректор болтала со мной, словно с подружкой – непринужденно и по-свойски. Такой общительной и милой я никогда ее не видела, и от этого, опять же, чувствовала себя обескураженной.

– Когда на тебя сваливается столько энергии, что ты в ней буквально захлебываешься, самое главное – научиться контролю. Этим мы с тобой и займемся, – сообщила Ария, двигаясь рядом со мной по коридору.

– Куда мы идем? – хрипло поинтересовалась я. – Это совсем в другую сторону от аудитории. От всех аудиторий.

– Мы направляемся в комнату для медитаций, – охотно пояснила женщина. – Там проходят занятия старших курсов. Преподавательский состав ею тоже пользуется. Там тихо, уютно. То, что нужно для индивидуальных занятий. Плюс стоит хорошая защита.

Мне это не нравилось. Очень-очень не нравилось. Но, как ни странно, Ария меня действительно привела туда, куда обещала. Небольшая комната без окон со светлыми стенами и мягким покрытием на полу. В углах – курильницы. По полу разбросаны подушки. Уютно и спокойно.

– Располагайся, – велела Ария и, скинув туфли, прошла в помещение. Я последовала ее примеру.

Она не предлагала мне ничего выпить. Не заводила опасных разговоров и будто бы действительно планировала провести индивидуальное занятие. Рассказывала о том, как происходит установление контроля над силой. Каковы особенности управления присвоенной магической энергии.

Рассказывая, она шла по периметру зала и зажигала курительные свечи. Сладковато-приторный запах сандала поплыл по воздуху. Я недовольно поморщилась, предвкушая скорую головную боль, но не решилась возмутиться вслух. Ария опустилась на колени передо мной и жестом показала, что я должна устроиться так же.

– Теперь закрой глаза и почувствуй свою силу, – сказала она.

– Но если сила вырвется, то я тут все спалю! – обеспокоенно отозвалась я. Еще свежи были воспоминания о том, что случилось на крыше над апартаментами Элая.

– Не дергайся, Тея. Ты не первая студентка с таким потенциалом. Эта комната рассчитана на мощные всплески силы. Просто делай, как я говорю, и не нервничай. Давай же, сосредоточься и не думай о том, что что-то может пойти не так.

«Не так» пошло все. Слишком приторный запах, уплывающее сознание и навязчивая музыка где-то на периферии.

– Что происходит… – Я сглотнула, чувствуя, как мир плывет перед глазами.

– Все хорошо! – улыбнулась Ария. – Все просто отлично. Ты даже не представляешь, насколько.

Ария встала и направилась к двери. Я попыталась подняться следом, но почему-то не смогла. Чувствовала себя подслеповатым котенком. Перед глазами был то ли туман, то ли дым от курительных свечей, плывущий по помещению.

– Где отец? – раздалось раздраженное от входа.

Риан. Я узнала его голос, и сердце забилось сильнее.

– Там… – пропела Ария.

Это не было правдой, и я хотела сказать Риану об этом. Тут ловушка. Только зачем и на кого?

Пока я соображала, Риан уже зашел в затянутое клубами дыма помещение.

– Вот демон! – выругался он, заметив на полу меня.

Метнулся обратно, но было поздно: на месте двери образовалось светящееся, подрагивающее бледно-голубое марево. Риан попытался прорваться сквозь него, но зашипел от боли и отпрыгнул в сторону, когда искорки сорвались с облака и впились ему в руку и плечо. Ловушка захлопнулась.

Я испуганно отползла в сторону и виновато посмотрела на мрачного парня.

– Ария! – заорал Риан, оглядываясь по сторонам, словно рассчитывая обнаружить ректора за углом. – Чтоб тебя! Более идиотской идеи вам с отцом в голову прийти не могло?

Музыка, сначала едва слышная, становилась громче, а дым, наоборот, развеивался.

«Там-м-м», – рокотали барабаны, и приглушенный свет магических светильников подрагивал им в такт. «Там-м-м-м». Тлели ароматические свечи в каждом углу, плыл дурманящий аромат иланг-иланга и еще чего-то пряного. Сладковатый дымок полз по воздуху, скользил по рукам, ласкал лицо и оседал в волосах непривычным, но будоражащим кровь запахом. Уже не было клубов дыма. Или это у меня прояснилось в голове?

Музыка ускорялась. Барабанам вторили флейты, и их мелодия вместе с ароматическим дымом сводила с ума. Ритм заставлял медленно покачиваться в такт, погружаясь в транс. Сейчас я чувствовала себя змеей, танцующей под завораживающие звуки дудочки.

Я закрыла глаза и, повинуясь желанию, сделала плавное движение головой. Потом качнула плечами. Волна прошла по всему телу, внезапно ставшему удивительно гибким. Барабаны стучали в висках, сознание путалось, а стоящий напротив Риан казался притягательно прекрасным. Как я могла сомневаться в наших чувствах еще с утра?

Он сделал первый шаг. Надвинулся резко, словно вышедший на охоту хищник, сжал в объятиях и подарил обжигающий поцелуй-укус. Я ответила, не задумываясь, захлебнувшись в нахлынувших ощущениях. Не осталось ни одной связной мысли, только музыка, вкус его губ и желание.

Я дернула за полы рубашки, помогая парню от нее освободиться. Положила руки ему на плечи, изучая подушечками пальцев горячую бархатную кожу. Дыхание смешалось с дыханием, его сильные ладони ласкали мою спину. Я закрыла глаза и прижалась сильнее, цепляясь ослабевшими руками за его шею, целуя притягательные губы и чувствуя, как подгибаются колени.

А ритм барабанов все так же стучал вместе с сердцем, сливаясь воедино. Ускорялся ритм музыки, и мое сердце билось все сильнее и сильнее, заставляя задыхаться от страсти. Я стащила через голову блузку и прижалась к Риану всем телом, мечтая стать с ним одним целым.

Дверь и защитная магия на ней разлетелась вдребезги от мощного удара ветра. Мы отпрыгнули в стороны. И если я не могла понять, что происходит, то Риан тряхнул головой и поспешно отступил от меня, пробормотав: «Нет».

В дверях замер взбешенный Элай. Признаться, я думала, он убьет Риана, таким ненавидящим был его взгляд.

– Забери ее отсюда. Быстро, я едва сдерживаюсь, – попросил Риан, отступая дальше к стене.

На смену ярости в глазах мелькнуло понимание.

– Уходи, – бросил Элай парню. – Быстрее!

– Я буду в подземельях. Поставь защиту. Если повезет, они не сразу заметят, что мы вырвались из ловушки, – выдохнул Риан, мазнул по мне обжигающим, полным страсти взглядом и выскочил в коридор.

А мы остались вдвоем с Элаем, и я не могла понять, что происходит. Почему ушел Риан, почему Элай смотрит на меня с такой болью? Что вообще творится? Тело все еще ныло от желания, и первым порывом было кинуться за Рианом, но потом я посмотрела на Элая, и на меня словно вылили ушат воды. В его глазах была боль. Почему она так сильно на меня действует, почему стало мучительно стыдно?

– Нам нужно уходить. Скорее, – скомандовал он.

Поднял с пола блузку и кинул ее мне, чтобы я дрожащими пальцами натянула ее на себя. Щеки горели, а дыхание все еще сбивалось.

– Зачем уходить?

– Если вернутся Ария и Танарин, будут проблемы. У меня, у тебя, у Риана. Давай быстрее, я все тебе объясню. Еще раз, – раздраженно отозвался он. – Когда мы выберемся отсюда.

– Еще раз… – пробормотала я. – Ты мне уже объяснял?

– Да, Тея, но сейчас некогда. Пойдем быстрее. Пожалуйста.

Мы выскочили в коридор и кинулись бежать. Только почему-то не в сторону холла, а в противоположную. Туда, где, по моим ощущениям, был тупик.

– Куда мы? – поинтересовалась я, сильнее вцепляясь в руку Элая и позволяя парню тащить меня за собой.

– Уйдем через подземный ход.

– А он тут есть?

– И не один, – усмехнулся парень. – Подземелья академии похожи на лабиринт, вырытый гигантскими червями.

Я не запоминала дорогу, просто позволяла Элаю тащить меня за собой. Даже не поняла, как именно мы выбрались на поверхность далеко за академией, где-то возле маяка. На улице сгущались тучи, начинался ураган. Вроде бы день, а так же мрачно, как в надвигающихся сумерках.

– В академии объявили тревогу. Всем запретили выходить, – сообщил Элай.

– Почему?

– Потому что скоро будет буря. Видимо, Танарин понимал, что все может пойти не так, и подготовился.

– Буря – его рук дело?

– Да. Он выпустил весь свой резерв и усилил магией. Боюсь представить, чем это все может закончиться.

– Куда мы дальше идем? На море такие волны… Мы не сможем вызвать Лая.

– Сможем, но даже вместе с ним мы не справимся с бурей, слишком высок риск, – напряженно отозвался Элай, не переставая тащить меня за собой. – Мы отправляемся на маяк. Это мое тайное убежище. Там безопасно. Он защищен очень древней магией. Даже если смоет весь остров, маяк не дрогнет.

Я согласно кивнула и кинулась за парнем. Начался дождь, а ветер усиливался.

Высокая фигура возникла из плотно сгустившегося тумана в нескольких метрах от нас. Сзади нее медленно сгущались еще несколько теней. Смутные очертания, словно сотканные из обрывков тумана. Я заметила сначала три, потом еще три… больше, больше и больше. Казалось, они заполонили весь берег. Отдаленно походили на людей с мечами в руках, только очертания постоянно плыли и менялись, словно тени колыхал ветер.

– Это кто? – просипела я, прячась за Элая.

– Игры закончились. Танарин узнал, что ты сбежала, и объявил охоту. Это твари, которых он отправил по твоим следам. Элименты – стихийные демоны. Их держат только кровь и годы жизни. Танарин не поскупился. Он пойдет на все, чтобы… – Элай помолчал. – Не знаю. Убить тебя или схватить.

– Но он все еще хочет внука, – прошептала я. – Наверное, все же схватить.

– Ты уже готова? – невесело хмыкнул Элай, а я поразилась, как он может шутить в такой ситуации. – Только вот Танарин понял, что вы с Рианом устояли, а значит, чувствует, его план провалился. И он зол. Очень зол.

Я не знала, на что готова. На внуков, умереть или еще что. Меня бил озноб, и я до сих пор была во власти страсти. Иначе откуда такое желание поцеловать Элая прямо сейчас, наплевав на опасность?

Элай, приказав мне отступить дальше за спину, медленно развел руки в стороны и сделал два неуловимо плавных движения, словно манил к себе кого-то. Земля дрогнула, вздыбились валуны на берегу, с хрустом треснула брусчатка на дорожке, выпуская из-под земли нечто неестественное и страшное. Я завизжала, отшатнувшись назад, когда заметила костлявую тварь, похожую на скелет, собранный из костей разных животных. На подмогу первой твари вылезла еще одна. И еще.

– У тебя не хватит сил! – прошелестел ветер, в котором угадывались знакомые нотки, принадлежащие Танарину. – Твоя магия тут бесполезна, а то, что ты пытаешься сделать, слишком быстро истощит твой резерв.

Элай не стал отвечать. Элименты кинулись вперед, потоки воздуха в подобиях рук походили на мечи. Они рассекали тонкие деревца, словно те были сделаны из масла.

Сразу несколько костлявых тварей Элая, ловко ускользнув от смертоносных клинков, кинулись на элиментов, но клыки лишь беспомощно хватали воздух. Твари сменили тактику: теперь их окутывал черный дым. Попавшие в него элименты визжали и таяли. Но на их месте появлялись новые.

Я отшатнулась за ближайший валун, не в силах даже кричать от ужаса. Просто не могла поверить, что все это происходит наяву. Приторный запах крови и гниющей плоти, пронзающий душу предсмертный вопль растерзанных элиментов… Все это слишком мало походило на правду.

За спиной раздалось шипение. Я обернулась и увидела стремительно растущего Коша.

– Кошенька, уйди отсюда! – взвыла я, заметив, как элименты растерзали одну из костяных тварей Элая. – Не нужно! Ты ничем не поможешь! Уйди, пожалуйста!

Но Кош никогда не слушался. Он только издал утробный то ли мяв, то ли рык, и за его спиной начала выстраиваться целая армия демонических котов, за мгновения вырастающих из милых домашних кисок в огромных монстров.

Взвыв от злости, элименты кинулись вперед, стремясь задавить массой и уничтожить Элая, чтобы подобраться ко мне. Но он ускользнул, превратившись в едва заметную полоску сизого дыма. Парень не дрался, он танцевал, умудряясь находиться сразу в нескольких местах. В руках Элая появился такой же меч, сотканный из ветра, каким орудовали элименты. От его уверенных и точных ударов воздушные создания разлетались в стороны и попадали в когти демонических котов, которые полосовали противников на рваные куски тумана.

Пока могли передвигаться вызванные Элаем твари, получалось держать элиментов на расстоянии, но скоро остались лишь груды изломанных костей и стремительно редеющие ряды демонических котов. Я не могла понять, куда они пропадают. Очень надеялась, что, получив ранения, свободолюбивые создания уходят обратно в свой мир, а не погибают.

Кош пока держался. Я следила за ним со все нарастающим беспокойством, понимая, что не смогу себе простить, если он погибнет из-за меня.

Моя магия крутилась на кончиках пальцев, но я не знала, поможет ли она против туманных созданий и не заденет ли Элая и демонических котов. Поэтому я просто пряталась.

За спиной шумели волны. Я повернула голову и обнаружила Лая совсем у берега. Он злился, баламутил воду, но ничем не мог помочь своему хозяину, пока бой разворачивался на суше.

Элименты нападали агрессивнее, стремились прорваться сквозь защиту Элая и котов и добраться до меня. Их было слишком много. Белесый туман стелился над землей, из него выступали все новые фигуры. Всхлипывая от ужаса, я пряталась за камнем, пытаясь сохранить остатки самообладания. Губы мелко дрожали, но слезы на глазах почти высохли. Их просто не осталось. Внутри меня словно что-то сломалось.

Элай не справлялся. Похожий на серое смазанное пятно парень неуловимо перемещался от одной тени к другой, но они все сжимали и сжимали круг, тесня моего защитника своей массой.

Между белесых кусков тумана мелькнуло серебристое лезвие. Элай отпрянул, уворачиваясь от стальной молнии, и припал на одно колено. Он замешкался всего на несколько секунд, но на него тут же кинулись элименты, напоминающие сейчас гигантских хищных птиц. Я застонала. Пламя, которое я с трудом сдерживала, рвалось наружу.

– Прочь! – закричала я, обращаясь к Кошу и, по возможности, к Элаю. И полыхнула. Демонические коты исчезли в один момент. Взмыв над волнами, Лай обрушился на Элая каскадом воды, а мое пламя прошло огненной волной по берегу, сметая на своем пути все, выжигая до пепла землю, пожирая орущих элиментов.

Дальнейшие события я почти не запомнила. Окружающий мир смешался в размазанном серо-алом вихре. Я сидела, намертво вцепившись в камень, и не верила, что все это творит моя магия.

Элименты пропали вместе с потухшим пламенем, оставившим выжженный берег и запах гари. Лай, превратившись в одну из волн, пробежался по пепелищу и скрылся в бушующих водах Ривана, а я, размазывая по лицу слезы, кинулась к Элаю. Раскинув руки, он лежал на единственном не обгоревшем клочке травы. Под его телом медленно расползалась лужа крови, которая, в отличие от элиментов, не исчезала.

– Элай! – Я упала рядом на колени.

– Поможешь мне дойти до маяка? – чуть повернув голову, слабо прошептал он. Лицо было неестественно бледным, глаза потускнели, а лоб покрылся испариной.

– Конечно! – выдохнула я, понимая, что тут не помогать, тут тащить придется. – Ты весь в крови, – всхлипнула я, с ужасом разглядывая кровоподтек у виска, темные дорожки, идущие от носа к нижней губе и вниз по подбородку. Но всю серьезность ситуации я осознала, коснувшись черной изодранной рубашки – она оказалась липкой и мокрой от крови. – Ты с ума сошел! – заорала я, разглядывая окровавленные ладони. – Какой маяк, Элай! Тебе срочно нужно в лечебное крыло! И наплевать на всех!

– Не нужно, – упрямо замотал головой парень и, больно вцепившись мне в руку, попытался сесть.

Я удивилась тому, что спустя несколько минут у него это все-таки получилось. Элай упирался дрожащей рукой о землю и старался не завалиться на бок.

– Понимаешь ведь, что нам не позволят получить помощь? Просто доведи меня до маяка. Ну же, Тея. Ты же не хочешь, чтобы я истек кровью, пока ты думаешь?

Я не хотела, поэтому, сжав зубы, помогла парню подняться. Там, где мы с Элаем шли, на земле оставалась дорожка из кровавых капель. Элай едва переставлял ноги, одной рукой повиснув у меня на плечах, а другой зажимая рану на животе. Сквозь его пальцы густой липкой струей сочилась кровь.

– Ты погибнешь! – всхлипывая, шептала я, стараясь не смотреть на израненного парня.

Но он лишь хрипло смеялся, заходился кашлем и на секунду убирал руку от живота, чтобы тыльной стороной ладони размазать по лицу кровь, стекающую из уголка губы. Если бы кто-то сказал мне, что я воочию увижу такое количество крови и при этом не грохнусь в обморок, я бы ни за что не поверила.

Элай был тяжелым. Я тащила его из последних сил, сжимая зубы и понимая, что ни за что не отступлю. Несмотря на усиливающуюся боль в позвоночнике и пояснице. Несмотря на то что каждый шаг давался труднее и труднее. Не только мне, но и Элаю.

– Потерпи еще чуть чуть-чуть, – уговаривала я. – Осталось всего несколько шагов.

Прямо возле ступеней маяка рука Элая соскользнула с моего плеча, и парень рухнул на песок.

– Демоны! – выругалась я и опустилась на колени.

Элай потерял сознание. Глаза были закрыты, тени от длинных ресниц ложились на посеревшие щеки, губы превратились в бледную голубоватую полоску. Мне стало очень страшно. Я понимала, что вряд ли сумею затащить его внутрь. Весил парень немало, а как тащить безжизненное тело, я не представляла.

– Эй! – Я похлопала его по щекам, пытаясь привести в сознание. – Эй! Очнись же, пожалуйста! Элай! Сейчас не время отключаться!

Он медленно открыл глаза и посмотрел сквозь меня мутным, ничего не выражающим взглядом, от которого по спине побежали мурашки.

– Элай, соберись, пожалуйста! Нам нужно попасть внутрь, а я не смогу сделать это без твоей помощи! Давай же! – тормошила я его, с ужасом вглядываясь в закрывающиеся глаза и чувствуя, как замедляется прерывистое дыхание. – Элай! – в отчаянии вскрикнула я и потрясла его за плечи. – Не смей отключаться! Слышишь меня, не смей!

Теряя самообладание, тряхнула его сильнее и с радостью заметила во вновь открывшихся глазах осмысленное выражение.

– Нам нужно попасть внутрь. Ты должен хотя бы немного мне помочь. Я не сумею затащить тебя, – повторила я, и Элай кивнул, показывая, что понял.

Вокруг завывала буря. Деревца гнулись к земле, а волны, которые становились все выше, уже лизали ступени маяка. Мне было страшно. Оставаться снаружи и дальше – опасно. Хотелось верить, что Элай знал, о чем говорит, и маяк действительно является самым безопасным местом на острове.

Элай с невероятным усилием повернулся на бок и оперся на локоть, пытаясь подняться. Я тут же подставила плечо, чтобы парень смог на него облокотиться, и волоком дотащила до двери.

Элай ухватился за ручку. Прислонившись лбом к дереву, перевел дыхание, видимо, собираясь с силами. Отстранился и встал, пошатываясь от слабости. Я думала, он снова упадет, но Элай быстро и уверенно сделал несколько замысловатых жестов, нарисовав в воздухе рядом с дверью вспыхнувшую голубоватым светом руну. Когда дверь открылась, он едва не свалился лицом на каменную, скрывающуюся в темноте лестницу.

Я успела поймать его, подскочив сзади и ухватившись обеими руками за талию.

– Стой! – просипела я, невероятным усилием удержав равновесие.

Сложнее всего было подняться по скользким ступеням. Элай истратил остатки сил и сейчас мог лишь висеть, приобняв меня за плечи, приходя в себя лишь время от времени и делая слабые попытки переставлять ноги.

Подъем был мучительно долгим. Мы падали на каждой площадке. Маяк был высоким, идти предстояло далеко, а я совсем выбилась из сил, не говоря уже про Элая.

– Это имеет смысл? – спросила я, пока Элай приходил в себя, привалившись к стене.

– Да, – кивнул он. – Там, наверху, комната. Надо дойти. Не хочу лежать на каменном полу. Тут холодно. Почему так зверски холодно?

Мне холодно не было. Наоборот, я вся взмокла. Щеки пылали, по венам будто разлился жидкий огонь, но обсуждать это сейчас я не хотела.

– Как скажешь, – кивнула я и снова позволила опереться на себя всем телом.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мы все же дотащились до небольшой, явно обжитой комнатки. Там был камин, небольшой кухонный гарнитур, чайник, стол и кровать в углу, застеленная клетчатым пледом. Туда я и сгрузила Элая, рухнув за ним следом.

Несколько минут мы так и лежали. Элай – безвольно раскинув руки, и я, навалившись сверху и вцепившись в закостеневшую от крови рубашку. Сил шевелиться не осталось, места на кровати тоже, и откатиться в сторону, чтобы перевести дух, было некуда. Я бы так и не встала, если бы не боялась за его состояние. Рухнув на Элая всем весом, я могла сделать ему еще хуже.

Стараясь не задеть Элая, я поднялась и подошла к камину. Руки дрожали, а зубы противно стучали. Сложно понять от чего. От холода или пережитого стресса. Я не хотела даже вспоминать случившееся. Более того, я не была уверена, что это конец. Элай истекал кровью на диване, а я не понимала, как ему помочь. Танарин вышел на охоту, и что-то мне подсказывало: просто так он не отступит. Риан, скорее всего, не посмеет ослушаться отца. Хотя я искренне верила, что Танарин не окончательно рехнулся и не станет убивать. По крайней мере, своего сына.

Около камина кто-то сложил небольшую поленницу. Закинуть несколько поленьев в камин было несложно. Сложнее оказалось зажечь. Никакого подобия спичек я не нашла, а своими силами просто боялась спалить камин, маяк и нас с Элаем в придачу. Очень осторожно попробовала, выдавливая силу по крупицам, потея и дрожа от усердия. Но мои усилия все же увенчались успехом: скоро в камине затрещал огонь. А я снова вернулась к кровати, проверить, как себя чувствует Элай.

Я не знала, что с ним делать. Я вообще не знала, что дальше делать, и это пугало.

– Эй! – присев на краешек кровати, я легонько потрясла парня за плечи, но он не подавал признаков жизни. Я пощупала пульс, но от страха даже не смогла найти на безвольной руке нужное место. Или пульса просто не было?

– Элай! – К горлу снова подкатил комок слез, и я принялась сильнее трясти парня. Несколько раз хлопнула по щекам, но он не отзывался. – Ты же ведь не можешь умереть? – в отчаянии прошептала я, трогая холодные, испачканные кровью руки. – Не можешь? Ты сильный, ты самый сильный из всех, кого я знаю.

Я всхлипывала в голос, но все равно не могла привести Элая в чувство. И обратиться за помощью было не к кому. Элай – мой шанс на спасение. Я ни за что не доберусь без него до города, даже если стихнет буря. А искать помощь в академии бессмысленно. Элаю если и помогут, то только побыстрее отправиться на тот свет. Нет, нужно справляться своими силами.

Парень, раскинувший руки на диване, выглядел удивительно трогательно и беззащитно. Сейчас он смотрелся моложе. Исчезли горькие складки у рта, стерлась с губ презрительная ухмылка, а глаза, в которых плескалось море, сейчас были закрыты. Черные волосы растрепались, некоторые пряди слиплись от крови. Я беспомощно смотрела на него и не понимала, как ему помочь. Решение пришло неожиданно и казалось удивительно глупым, но других идей на данный момент у меня не возникло.

Я понимала, что это идиотская затея, но однажды Элай мне так помог. И если можно отобрать силу, может, есть способ ею поделиться? Если я отдам ему часть своей силы, поможет ли это ему восстановиться или хотя бы прийти в себя? Дело в ранах или в растраченном магическом потенциале?

Я обратилась к своей силе, закрыла глаза и отыскала слабо пульсирующую искру Элая. Сейчас я могла ее поглотить, настолько парень был слаб, но мне требовалось совсем другое. Я хотела поделиться своей магией и достаточно быстро освоила процесс. Правда, передавать силу оказалось сложнее, чем забирать. Казалось, я пипеткой пытаюсь наполнить бездонный колодец.

Капли моей силы попадали в Элая и просто терялись. Я сидела возле него на кровати и думала, что, если не смогу увеличить поток, никогда не дам ему необходимого количества энергии.

Когда Элай делился со мной энергией, он использовал физический контакт. Мне было неловко обнимать парня, но я убедила себя в том, что иначе нельзя. Стараясь игнорировать удушливый запах крови, прижалась к груди Элая и закрыла глаза. Сила, которая до этого сочилась редкими каплями, устремилась к молодому человеку тонкой, словно ниточка, но устойчивой струйкой.

Закусив губу, я открыла глаза и посмотрела на бледное, безмятежное лицо Элая, не в силах решиться и сделать еще один необходимый шаг. Наконец я выдохнула и поцеловала холодные безжизненные губы, хранящие металлический привкус крови. Сначала ничего не происходило. Я собиралась отстраниться, но тут почувствовала нарастающую слабость. Внутри меня словно прорвало плотину, которая удерживала силу, и теперь вся накопленная энергия хлынула в Элая.

Если раньше я вливала энергию насильно, то сейчас ощутила, как парень буквально высасывает ее из меня. Поцелуй перестал быть лишь моей инициативой, губы Элая согрелись и с жадностью впились в мои. Я почувствовала несколько несильных, сводящих с ума укусов. Тело пронзила острая игла желания.

Отпрыгнув в сторону, я испуганно уставилась на Элая. Он смотрел на меня совершенно безумными глазами и хищно улыбался. Дыхание перехватило. Я приготовилась бежать, если возникнет такая необходимость, но глаза Элая потухли, а он откинулся на подушки и, потерев виски, прошептал:

– Спасибо.

– Я…

Подобрать слова было сложно. А сказать, что я ничего такого не планировала и поцелуй применялся исключительно в лечебных целях, было нужно. Но тут на меня нахлынули воспоминания. Это оказалось так неожиданно, что я замерла с открытым ртом. Как я могла забыть вкус этих поцелуев? Как я вообще могла забыть, что тепло, поселившееся в моей душе – это не Риан, а Элай?

– Ты меня спасла, – слабо улыбнулся парень и притянул меня к себе.

Я опустилась на его плечо и закрыла глаза. В голове вихрем проносились забытые события. Нет, я не могла перепутать поцелуи Элая ни с какими другими. Именно поэтому шарахалась от Риана. Потому что он – не Элай.

– Прости… – прошептала я, понимая, что чувствовал Элай, когда увидел меня в объятиях другого. – Прости, я жила, как в тумане. Это так странно и страшно! А еще я чувствую себя ужасно виноватой.

– Я в курсе, что ты не знала, что творишь, – отозвался парень с едва заметной улыбкой. – К тебе вернулись воспоминания?

– Да.

– Это хорошо. Думал, придется снова завоевывать твое сердце. – Он снова прикрыл глаза и попросил: – Помоги мне. Нужно снять рубашку. Я чувствую себя неплохо, но одна рана слишком глубокая. Ее надо обработать. Сможешь?

Я не была уверена, но все равно кивнула. Снять рубашку оказалось непросто, она присохла к ране. Я не могла заставить себя дернуть сильнее, чтобы отодрать ткань от раны, боялась, что снова хлынет кровь. В конце концов, нам удалось избавить Элая от одежды. Посмотрев на его окровавленный торс, я сначала испугалась, но потом поняла: несмотря на кровь, рана не такая уж и большая. Резаная, видимо, от узкого лезвия одного из клинков элиментов.

– На стене есть аптечка, – сказал Элай. – Там бинты и обеззараживающее заживляющее зелье. Не лучшее, что можно придумать. Но другого мы здесь не найдем.

– Кровь бы смыть… – заметила я.

На душе было муторно. Мандраж, вызванный событиями текущего дня, не проходил, и бороться с ним получалось, лишь выполняя какие-то механические действия. Стоило хоть на секунду замереть, одолевали неприятные, пугающие мысли. Усиливался жар в груди, который я упорно старалась игнорировать, и у меня это почти получалось. В любом случае Элаю сейчас намного хуже, чем мне, поэтому я заставила себя сосредоточиться на нем.

– Тут может быть вода?

– Должна. Посмотри вон в том углу. – Элай вяло махнул рукой в сторону камина. – Вряд ли она пригодна для питья, я тут недели две не появлялся, но кровь смыть можно.

– А что это за место? – спросила я. Говорить хотелось о нас, о том, что и правда чувствую себя виноватой, но сейчас не время и не место. – Точнее, не так. Я понимаю, что это маяк. Просто думала, что он заброшен. И смотрителя нет.

– Как такового – нет. Но я тут появляюсь. Это место официально принадлежит короне, поэтому пользоваться им может только представитель короны в академии. На данное время это я. Было решено, что удобнее всего следить за порядком и Танарином, будучи студентом. Его не воспринимают всерьез, и у него больше свободы. Расчет оказался верным. Сейчас у меня есть все необходимые сведения, которые помогут навсегда избавиться от Танарина.

– Но мы заперты здесь.

– Силы Танарина не безграничны. Здесь мы в безопасности. Маяк очень хорошо защищен. Кроме меня, сюда никто не зайдет, стихия ему не грозит. Мне нужно прийти в себя, немного поспать, и я отправлю Лая с весточкой. Как только королевское управление получит ее, за Танарином приедут, и все закончится. Нам нужно просто продержаться до этого момента.

– А Риан? – с болью спросила я.

– Хочется верить, что Танарин не причинит вреда своему сыну. И если Риан не идиот, а он не идиот, найдет, что соврать отцу, чтобы остаться в живых.

– Он ведь никогда не сможет бросить ему вызов? Да?

– Надеюсь, когда Танарина упекут в темницу на долгие годы, Риан научится жить самостоятельно. А так… Его с рождения заставляли повиноваться. Очень сложно сбить эти настройки.

– Я все равно волнуюсь, – призналась я и, поймав взгляд Элая, в котором плескалась боль, пояснила: – Волнуюсь не потому, что испытываю к Риану какие-то чувства. А потому, что он хороший парень, в отличие от отца. Не хочется, чтобы с ним что-то случилось, ему и так жилось несладко. И стало только хуже, когда в академии появилась я.

Это объяснение удовлетворило Элая. Мы замолчали: следовало все же заняться ранами. У камина я обнаружила большую флягу с водой. Когда я осторожно промокала влажным полотенцем кровь вокруг раны, которая мне казалась просто ужасной, руки дрожали. Элай лежал, не шелохнувшись, плотно сжав зубы.

– Ее нужно зашить, – сказала я, чувствуя, что скоро просто потеряю сознание. Рана была глубокой, из нее все еще сочилась кровь. – Но я не смогу. У меня дрожат руки. Боюсь, станет только хуже. Я вообще никогда ничего подобного не делала. Да и нечем.

Элай приподнялся на локтях и внимательно посмотрел на свой распоротый живот. От этого движения рана снова раскрылась и закровоточила.

– Мы поступим проще, – мрачно отозвался он. – Возьми слева от камина кочергу и сунь ее в огонь. Когда она раскалится докрасна, передай мне.

– Что ты собрался делать? – с подозрением поинтересовалась я, надеясь, что мои догадки неверны.

– Рана глубокая, но разрез не длинный. Я просто прижгу края, чтобы остановить кровотечение. А потом ты наложишь повязку. Зашивать не нужно.

– Но это же зверски больно! – вздрогнула я, не в силах представить, что Элай способен на такое.

– Неужели ты думаешь, что мне сейчас приятно? – невесело хмыкнул он. И прижал к ране полотенце, уже полностью пропитанное кровью. – Тея, не время пререкаться. Сделай, пожалуйста, то, о чем я тебя прошу. Поверь, эта боль не смертельна.

Я не хотела этого делать. Нагреть кочергу и смотреть, как Элай, морщась и шипя от боли, прикладывает ее к ране, видеть, как бледнеет его лицо, а лоб покрывается бисеринками пота, оказалось самым страшным испытанием на сегодняшний день. От запаха поджаренного на углях мяса замутило. От того, что он был таким знакомым и совсем не противным. Я подумала, что после сегодняшнего дня вряд ли когда-нибудь смогу есть шашлыки. Выронив металлический прут, Элай откинулся обратно на диван и закрыл глаза. Я подбежала, опасаясь, что он снова потерял сознание, но парень слабо отозвался.

– Самое неприятное позади. Теперь ты можешь перевязать меня?

– Постараюсь, – с сомнением отозвалась я.

Меня до сих пор тошнило, и я не была уверена, что справлюсь. Но, по крайней мере, стоило попытаться. Перевязку я делала, стараясь не смотреть на обугленные края раны. И даже не могла представить боль, которую испытывал Элай.

Руки дрожали, пока я неумело заматывала торс Элая найденным в аптечке бинтом. Парень морщился и шипел от боли. Пару раз даже срывался на слабый стон, а потом обессиленно откинулся на подушки. Я взяла плед, валяющийся в ногах на кровати, и закутала им Элая, думая, что он спит. Но, оказывается, он внимательно наблюдал за мной из-под опущенных ресниц.

– Иди сюда, – тихо позвал Элай, и я послушно села на край кровати.

Его это не устроило. Он дернул меня за локоть и с силой прижал, положив голову к себе на плечо, заставив прилечь рядом с ним.

Мне было бы хорошо, если бы не было так плохо. Когда страх за жизнь Элая отступил, я поняла, насколько паршиво себя чувствую. Я будто полыхала изнутри и, проваливаясь в сон, ощущала, что со мной происходит что-то не то. Страх позволял игнорировать желание, но сейчас, оказавшись на одном диване с Элаем, я начала медленно сходить с ума. И чем дольше я лежала без сна, тем сильнее полыхал огонь внутри. Стало жарко, в груди бушевало пламя, а в голове появился туман. Меня словно что-то звало. К Риану… или все же к Элаю?

В любом случае к тому, кто может избавить меня от полыхающего жара страсти.

* * *

– Раз, два, три, четыре, пять… я иду тебя искать.

Насмешливый голос звенел по подземельям. Риан прижался спиной к стене и старался ничем себя не выдать. Нет. Он не боялся. Вряд ли отец его убьет. А к боли он привык. Подумаешь, еще несколько сломанных ребер, синяки… Ничего нового. А если и убьет… так ли много потеряет мир? Риан просто не хотел встречаться с отцом и разговаривать.

Его мир рухнул в одночасье. Он привык считать: что бы ни делал отец, он делает это во благо семьи. А значит, и его, Риана. Но, похоже, сильно ошибался. Все это отец делал ради власти, и внук со сверхспособностями ему требовался не просто так. Попытка вырастить совершенного мага и с его помощью подобраться к трону как к высшему воплощению власти. Именно для этого был рожден сам Риан.

Он не хотел такой участи для своих детей.

Риан всегда был послушным. И стал бы слушаться дальше, но в этом помогать не хотел. Он не желал такой судьбы для Теи и впервые подумал, что смерть Янины была необходима. Именно после нее начали открываться глаза. Сейчас, замерев у одной из стен подземелья, Риан осознал, что не понимает, куда двигаться дальше. Чего потребует отец, когда в очередной раз изобьет его до полусмерти? Самое главное, впервые за двадцать лет жизни закралась мысль: а стоит ли терпеть? Ради чего? Ради иллюзии семьи, которой давно уже нет? Есть только Танарин, двинутый на своих идеях, и он, Риан, мнение которого никогда не брали в расчет.

Риан знал Элая. Если тот сказал, что у него есть доказательства вины Танарина, значит, очень скоро остров заполонят королевские гончие. Обидно умереть в двух шагах от свободы. Или не обидно? Риан не был уверен, что сумеет жить самостоятельно.

– Я знал, что найду тебя тут, – удовлетворенно произнес Танарин.

Не говоря больше ни слова, размахнулся и ударил. А Риан впервые уклонился. Плавно, как учил Элай. Ничего сложного. Нужно просто перетечь из одного места пространства в другое.

– Даже так? – с усмешкой бросил Танарин. – Что ж, давай поговорим. Какого демона тут происходит, Риан? Ты что, маленький, – прятаться от меня по подворотням? Должен уже привыкнуть. Когда я зол, то нахожу тебя всегда.

– Я не стану в этом участвовать. Больше не стану.

– Зачем ты отпустил девчонку с Элаем? Мне пришлось натравить на них элиментов! Это был лучший шанс! Твой лучший шанс! Но даже тут ты не смог ничего сделать! Она должна была сходить с ума от тебя, а не сбегать с другим! Вместо этого ты потратил всю мощь зелья на Леону.

– А надо было терпеть? – огрызнулся Риан. – О чем вы думали, когда применяли на нас такой мощный афродизиак? Ты прекрасно знаешь, каким способом можно нейтрализовать его действие.

– Надо было делать то, что говорят. Тогда бы и девчонка, и твой дружок были бы живы. Элай, конечно, недолго. Но это другой разговор.

– Элай уйдет от твоих демонов.

– Возможно. И уведет наш шанс на успех – Тею! И все по твоей вине! Как ты мог это допустить?

– Твой шанс на успех, – поправил Риан.

– Мой, твой! Что за детский сад? Так нужно для семьи.

– Так нужно для тебя. Ты заигрался в бога, отец!

– А ты забылся, сын!

Следующий удар был жестче, стремительнее, от него уйти оказалось сложнее. Но Риану надоело терпеть боль.

– Тебе лучше успокоиться и сдаться, – сказал он. – Ты болен.

– С чего бы это? С того, что твой дружок вынюхивал тут весь год? Это глупости. Он ничего не докажет!

– Видимо, ты плохо знаешь Элая. Поэтому недооцениваешь.

– А ты, видимо, плохо знаешь меня, раз делаешь ставку на кого-то другого. Пошли!

– Нет, спасибо, – отозвался Риан.

– Хочешь сдохнуть? – удивленно приподнял бровь Танарин. – Я всегда подозревал в тебе некоторые мазохистские наклонности. Ты даже драться как мужик не можешь. Не сын, а недоразумение. Пошли. Другого мне природа не дала, и будет жалко, если ты утонешь в подземельях.

– Утону? Что ты задумал?!

– Ты сидишь здесь и не знаешь, что на улице ураган? Остров скоро затопит. Такая трагедия… Легендарная академия перестанет существовать.

– Но почему нет эвакуации? Как же люди? Студенты, преподаватели?

– Потому что об этом никто не знает, – пожал плечами Танарин. – Всем приказано сидеть в своих комнатах. За Элаем и девчонкой гонятся элименты, они их растерзают. А если нет… Все доказательства, которые так тщательно собирал твой дружок, сгинут вместе с академией. И помощь не успеет прийти.

– Я не пойду с тобой, нужно предупредить… – начал Риан, дернувшись назад, и потерял бдительность.

Следующий удар был сильным, жестким и неожиданным. Танарин не стал рисковать и ударил не кулаком, а мощным потоком воды в спину. А потом добил заклинанием.

Пол туннеля покрыла вода, в которую вниз лицом рухнул Риан. Танарин подхватил его под руки и потащил по полу, ругая на чем свет стоит.

* * *

Когда я открыла глаза, в комнате было сумрачно. Огонь в камине почти догорел, поэтому я поежилась от холода. Мне было плохо, словно я простыла. В груди горел огонь, а по плечам бежал мороз. Элая рядом не оказалось, и я испуганно подскочила.

Кутаясь в плед, направилась к лестнице и наткнулась на него. Парень выглядел крайне озабоченным, но вполне здоровым. О произошедшем напоминали только потемневшие местами бинты. В сумерках проступающая кровь казалась просто грязным пятном.

– Ты куда ходил? – спросила я и кинулась ему на шею. По телу разлилось приятное тепло. Начала кружиться голова, а дыхание участилось.

Присутствие Элая заставляло меня сходить с ума и терять самообладание. Очень непривычное, сильное чувство.

Парень нежно освободился от моих рук и сказал:

– Мне не нравится то, что происходит на острове. Ураган не стихает, он явно не природного происхождения. Это магия Танарина, а я потерял слишком много силы в битве с элиментами и не могу остановить то, что здесь творится. Пока не могу. Резерв еще не восстановился полностью, со мной никогда такого не случалось. Да и Лая пришлось отослать. Но он нужнее в другом месте.

– Хочешь, я еще…

– Нет. Это уже будет опасно для тебя.

– Но если там…

– Я именно за этим вызвал Лая. На это моих сил хватило. Скоро он приведет помощь, осталось продержаться совсем недолго. И не только нам, – мрачно добавил он, бросив взгляд за окно, на возвышающуюся в стороне академию.

За стенами маяка завывал ветер, но тут было тепло и сухо. Нам стихия не угрожала. По крайней мере, пока.

– Не понимаю, почему не начинают эвакуацию, – покачал головой Элай и с раздражением выглянул в окно. – Я даже не могу отправиться в академию и всех предупредить. Просто не дойду. Впервые моя собственная стихия – против меня.

– А у Танарина такая же?

– Да. Именно он убил Алана на берегу.

– Мне так страшно, – призналась я, прижимаясь к Элаю.

В этот раз он не стал меня отстранять.

– Не переживай, маяк хорошо защищен. Нам тут ничего не угрожает. Танарин сюда не прорвется, ураган не коснется этого места.

– Мне страшно за других. За тех, кто остался там, в академии. Вода уже очень высоко. Если ветер усилится еще, здание просто смоет.

– Академия строилась очень давно и пережила не одно наводнение. Я верю, она продержится до прибытия помощи. А там прибудут такие маги, которые укротят стихию в два счета. Не волнуйся.

Парень прижал меня крепче и поцеловал в лоб.

– Ты такая горячая, – удивленно произнес он. – Что с тобой, Тея?

– Не знаю. – Я всхлипнула. – Это последствия магии Арии. Я вся горю. У меня сносит крышу от твоего присутствия рядом и… – Я закусила губу. – От желания, которое сложно сдерживать.

– Это дурацкая магия, – раздраженно отозвался Элай.

Но я чувствовала, что раздражение направлено не на меня, а на Арию, которая пошла на такие подлые меры. Я считала так же, но все равно не могла не потянуться к его губам.

– Тебе нужно немного остыть и переключиться. Действие зелья не может длиться вечно.

– Издеваешься? – хмыкнула я. – Я не могу не думать о тебе…

Холод сменился обжигающим жаром. Я чувствовала, как горят щеки и шумит в ушах кровь.

– Мне действительно плохо, Элай. – Я сглотнула. – Не знаю, что сотворила Ария, но мне действительно плохо.

– Какой-то сильный афродизиак дает такой эффект, – нехотя пояснил парень.

– Это опасно? – уточнила я, понимая, что жар не пройдет бесследно.

Напряженный взгляд Элая подтвердил мои опасения.

– Как все прекратить?

– Я не буду это делать.

– Почему?

– Потому что не хочу жалеть. И не хочу, чтобы ты жалела, – с болью в голосе отозвался он.

– Элай, пожалуйста, помоги. Я схожу с ума, мне с каждым часом становится хуже, а мы заперты в маяке и не сможем отсюда выбраться еще демоны знают сколько.

– Тея, ты не знаешь, о чем просишь, – нахмурился Элай и прислонился спиной к косяку. – Это неправильно по отношению к тебе. Это вообще неправильно. Ты слишком для меня много значишь. – Он закусил губу. – Я не хочу все портить.

– Ага, пусть лучше я умру. А ведь все идет именно к этому, так ведь? – Элай молча отвернулся. – Но зато ты останешься героем!

– Не все так однозначно. – Элай поднял на меня глаза, и я снова заметила там бушующее море, такое, какое сейчас было за окном. Темное, беспокойное и все равно невероятно притягательное.

– Все просто, – шепнула я и протянула руки.

Элай оказался у дивана в одну секунду. Наклонился и, схватив за плечи, поцеловал.

Я никогда в жизни не испытывала ничего подобного. Перед глазами потемнело. К наслаждению, которое дарили его губы, присоединился пьянящий вихрь наших объединенных энергий. Элай заполнял собой все пространство, его искрящаяся всепоглощающая сила проникала в каждую клеточку моего тела, пронизывая его похожими на молнии разрядами. Я захлебывалась в потоках магии и жалела, что не могу дать ему так же много. И это называется – не до конца восстановившийся резерв?

Его сильные нежные руки скользили по спине, задирая блузку, потом оторвали пуговицу на брюках. Я с глухим стоном вцеплялась зубами ему в шею, вонзала ногти в спину и, закрывая глаза, видела, как бледнеет алая пелена. Толстая, спутывающая по рукам и ногам нить заклинания лопается и разлетается в клочья под напором его искрящейся энергии. С каждым его поцелуем, с каждой лаской сильных опытных рук и с каждым моим стоном дикий, сводящий с ума голод отступал. Элай словно забирал всю мою болезненную страсть.

Я не могла думать ни о чем, кроме его сводящего с ума тела, кроме ласк, заставляющих забывать о том, что нужно дышать. Не понимала, что мной двигает настоящая, живая страсть, а не магия, когда Элай, нежно поцеловав меня в висок, отстранился. Даже не сразу осознала, что произошло, все еще ощущая кокон его теплой, живой энергии. Я недовольно открыла глаза и недоуменно уставилась на пытающегося восстановить дыхание парня.

– Ты куда? – хрипло шепнула, пытаясь поймать за руку.

На шее Элая, у самой ключицы, наливался синяк – проступающий отпечаток моих зубов. В глазах бушевало море. На красивом лице застыло пугающее, нечеловеческое выражение.

– Магии больше нет, а мне нужно немного прийти в себя. Прости.

– Нет.

Я приподнялась на кровати и притянула Элая за шею.

– Ты говоришь глупости. Как это – нет магии? Она только началась.

После этого сама поцеловала его, обвивая руками, прижимаясь к сильному телу. Он судорожно вздохнул, обнимая меня за талию, позволяя почувствовать свое желание, и произнес:

– Это не совсем правильно.

– И почему же?

– Ты еще не оправилась от заклинания, за окном – конец света… Вряд ли то, что мы делаем, можно назвать взвешенным решением.

– И о взвешенных решениях говорит мне парень, который спал с нашим ректором? – Я не удержалась от смешка.

Элай невесело улыбнулся мне в ответ.

– Она ничего для меня не значила. А ты значишь слишком много. Хочу, чтобы решение было взвешенным с твоей стороны. И я не желаю, чтобы ты об этом пожалела.

– Перестань! – улыбнулась я. – Я не уверена даже в том, что выживу.

Элай улыбнулся и опрокинул меня на кровать, закрыв губы поцелуем. За окном бушевал ветер, мир рушился к демонам, мы не знали, успеет ли прийти помощь, но в данный момент это не имело никакого значения. Важна была только наша любовь, которая вспыхивала в сердце и придавала сил. Огненная энергия сейчас совсем не соперничала с ветром и водой, они дополняли друг друга, пока я полыхала в объятиях Элая, забывая, кто я и зачем живу на этом свете.

* * *

Ветер хлестал по лицу и трепал волосы. Именно он заставил открыть глаза. Риан лежал на бетоне, над головой было сизое, затянутое тучами небо. Парень осторожно повернул голову и понял, что находится на одной из крыш академии. Отец стоял на самом ее краю, спиной к Риану, раскинув в стороны руки. Ветер, закручивающийся в смерч, был его силой.

Риан осторожно поднялся. Почувствовал на губах соленый привкус крови и вытер ее тыльной стороной ладони. Видимо, все же ударился, когда падал.

Так просто было сделать решительный бросок, сбить Танарина с крыши… Но Риан понимал, что тоже полетит вниз. Не то чтобы он сильно дорожил своей никчемной жизнью, скорее, просто не смог сразу решиться. Как всегда. А потом стало поздно, Танарин обернулся.

– Пришел в себя? – спросил отец. – Быстро. Полежал бы еще в отключке, и скоро все бы закончилось. А так опять ведь начнешь стонать и пытаться рассказать мне, как я не прав.

– Что ты творишь?

Пошатываясь, Риан подошел к краю крыши. Они находились на самой высокой башне академии, на узком бортике возле шпиля. Риан даже не знал, что сюда можно забраться. А внизу творился кошмар. Ветер сгибал деревья, Риван вышел из берегов, его воды обладали невероятным потенциалом и с восторгом отзывались на манипуляции Танарина. Сизое небо разрывали яркие молнии, из-за которых было светло, как днем, волны бились в стену академии. Пристань уже затопило. Постепенно вода накрывала и внутренний двор.

Отсюда не было слышно криков, не было видно людей. Только на крыше, на которую можно было выйти из апартаментов Элая, сгрудились в кучку студенты. Далеко не все. Лишь те, кто знал, как туда можно попасть, и отважился взломать дверь. Отсюда Риан разобрал мечущуюся от студента к студенту Арию. Похоже, она была не в курсе того, что задумал Танарин. Или и для него решение было спонтанным. Наверное, стоило признать: у отца просто поехала крыша.

Уровень воды поднимался с каждым мигом!

– Останови это… – тихо сказал Риан, наблюдая за тем, как после очередного пасса отца взметнулась волна и обрушилась, затапливая первые этажи, смыла ограду академии и ударилась в двери, заставив здание вздрогнуть. – Ты угробишь всех!

– Не переживай. Ни меня, ни тебя стихия не тронет. Точнее, тебя не тронет, только если я помогу. Но я всегда помогаю тебе, Риан, а ты не можешь проявить элементарную благодарность и только отвлекаешь.

Очередная волна взметнулась, но тут же рассыпалась брызгами возле развалин ограды.

Танарин задергался, закрутил головой и с ненавистью уставился на маяк, виднеющийся вдалеке. Похоже, этот мерзавец Элай жив! Но ничего, он не сможет ничего доказать. Главное – убрать за собой.

Риан тоже уставился на маяк. Может быть, там не только Элай, но и Тея. Там им ничего не грозит, в отличие от тех, кто сейчас заперт стихией в академии. Каждая секунда промедления стоила кому-то жизни. Риан понял это, когда опустил взгляд и обнаружил бушующие потоки на уровне второго этажа. Элай пытался это прекратить, даже находясь на маяке, а Риан, как всегда, не мог ничего сделать. Даже решиться не мог.

Эта башня выходила на самый берег, почти к пристани, и под ней уже вовсю бушевали волны. Они вплотную подступили к маяку. А если повернуть голову, можно было рассмотреть затопленный двор академии. Еще чуть-чуть – и спасать будет некого.

И Риан решился. Он не стал драться, просто создал ледяное копье и ударил, намереваясь проткнуть отца. Танарин развернулся и наотмашь хлестнул водяным смерчем.

– Ты это серьезно? – спросил он, но Риан лишь зло усмехнулся и кинулся на отца.

Пока Танарин занят им, стихия отступает. Это даст Элаю немного времени. Танарин всегда был опытным воином, он умудрялся уходить от ударов, не терять связь с магией, но и Риан учился управлять ледяной стихией. В целом оказалось несложно. Отец не удержался на скате крыши, который внезапно покрылся тонкой кромкой льда. Танарин споткнулся и, раскинув руки, начал заваливаться назад.

Не сомневаясь ни секунды, Риан зажал в руках ледяное копье и кинулся на отца. Острое ледяное оружие вошло в тело, как в масло. Танарин тяжело перевалился через перила и полетел вниз, успев в последний момент увлечь за собой сына. Риан сжал зубы и в последний раз кинул взгляд на маяк, туда, где был Элай. И, может быть, Тея.

«Я сделал все, что мог, друг. Прости».

* * *

Я стояла у окна и смотрела вдаль. Сжав зубы и обняв меня, Элай стоял рядом. Он несколько раз пытался выбраться из маяка, чтобы помочь тем, кто оказался заперт в академии, но не смог. Вода была на уровне второго этажа, плескалась у стен маяка. Древняя магия не пускала стихию внутрь, а нас – наружу. Все двери были закрыты магией. Сейчас он, казалось, просто смотрел вдаль, но я знала: Элай пытается укротить стихию.

Его силы почти восстановились. Мне хотелось думать, что в этом ему помогла моя любовь. Но бороться с разрушительной силой воды все равно было невероятно сложно. Волны лишь изредка отступали. И только для того, чтобы опять набежать с новой силой.

– Это Танарин… – прошептал Элай, и на мое обнаженное плечо капнуло что-то теплое.

Я повернула голову и обнаружила на светлой коже каплю крови. Из носа по подбородку у Элая текла кровь.

– Ты сумеешь с ним справиться? – с болью в голосе спросила я. Смотреть без слез на то, что творилось на улице, было невозможно.

Элай покачал головой и вздохнул.

– Не знаю.

– Он же всех убьет.

– Вероятно. Он уничтожает улики. Но вот это… Неужели Танарин надеется выдать это за несчастный случай?

– Мне кажется, он сошел с ума. Посмотри! – крикнула я и указала на один из шпилей. На площадке рядом с ним сражались двое мужчин. – Это ведь…

– Это Риан и Танарин… – прошептал Элай и сильнее сжал мои плечи. Мы видели, как Риан столкнул отца с крыши и сам полетел за ним. В полете фигуры распались. Танарин упал на соседнюю крышу, перевернулся, налетел спиной на парапет и рухнул ниже. Его полет завершился раньше, чем полет Риана, на козырьке над главным холлом. Отсюда было плохо видно, но, похоже, в груди мужчины торчал клинок. Танарин лежал, словно маленькая, похожая на букашку, изломанная кукла.

Риан же рухнул в воду. Риван поглотил жертву и тут же начал отступать. Между туч мелькнула луна, а где-то на горизонте вырисовались корабли королевской гвардии.

Слезы текли по щекам. Я не могла поверить, что Риана больше нет.

– Не плачь. Он – герой.

– Герой, которого больше нет, – всхлипнула я, уткнувшись носом в плечо Элая.

– Это был страшный день, – подтвердил он, покачиваясь от усталости. – Вряд ли Риан – единственная жертва, но именно он остановил этот кошмар.

– И немного ты, – всхлипнула я, пряча лицо на его груди.

– Да, солнышко, и немного я. Совсем чуть-чуть.

Маяк выпустил нас почти через час, когда остров уже заполонили королевские маги. Жалкая горстка оставшихся в живых студентов жалась к испуганной, растрепанной Арии, которая сама едва держалась на ногах. Какой бы стервой она ни была, но защищала своих детей до последнего. В толпе выживших я отыскала взглядом Данарину. Увидев меня, она разрыдалась и кинулась мне на шею.

– Слава всем богам, ты жива!

Глупые обиды отступили, и я с благодарностью обняла ее в ответ.

Погибли многие, и далеко не все тела нашли. Кого-то, как Риана, забрало море.

Эпилог

Такого шторма не было давно! Восторг дикий, непередаваемый! Люди прятались по домам и молились своим богам, а я пошла купаться! Что мне стихия?! Ведь я – часть ее, дочь водного элиментала и колдуна. Существо странное, зато почти бессмертное. Я отдавалась стихии, с наслаждением плавая в водах неспокойного Ривана, поймала чьего-то водного дракона, прокатилась на его спине, но поганец сбросил меня на самой глубине. Волны накатывали, накрывали с головой, а я притворялась пеной и была безмерно счастлива, пока не почувствовала, что накупалась на три года вперед, и не устремилась к берегу. Тогда-то и увидела тело.

– Демоны!

Я кинулась к мужчине. Подхватив его под мышки, начала буксировать к берегу, понимая, что вытаскиваю, скорее всего, труп. Как долго он тут плавал? Откуда сюда попал? Ураганом накрыло Академию Стихийной Магии, но до нее было довольно далеко. Если он оттуда, то точно не жилец.

Я выволокла тело на берег, перевернула на спину и постаралась выкачать из легких воду. Сначала ничего не получалось, но потом светлые ресницы дрогнули, и на меня уставились золотисто-шоколадные глаза. Когда парень перестал походить на труп, он оказался нереально красивым, и я против воли улыбнулась. Все же сегодня отличный день! И замечательный улов.

– Ну и кто просил меня спасать? – недовольно огрызнулся он и закрыл глаза, словно снова собирался умереть. Только мощная грудная клетка вздымалась мерно и ровно. Мерзавец просто не собирался на меня смотреть!