Нелли Видина

Академия чёрной магии

1

До недавнего времени мне эгоистично казалось, что моя жизнь пошла прахом, когда мама привела в дом широкоплечего, похожего на шкаф мужчину и заявила, что совсем скоро мне предстоит звать его папой.

До того знаменательного вечера мы жили вдвоём, поскольку, как мама рассказывала, мой настоящий отец, услышав про беременность, испарился. Мне та жизнь нравилась, и я не испытывала ни малейшего желания впускать в наш маленький тесный мирок чужого и весьма габаритного мужчину.

Загвоздка состояла в том, что я видела: этот огромный мужчина относился к моей миниатюрной маме с искренним трепетом и обожанием. Что это, если не любовь? В его присутствии мама расцветала. И я научилась вопреки всему вешать на лицо улыбку, сверкающую, как неоновая реклама и такую же бессмысленную.

Отчим меня недолюбливал, но мы оба держались нейтрально-доброжелательно ради мамы. Куда хуже ко мне относилась сухопарая дама лет шестидесяти, его мать и единоличная, согласно документам, владелица загородного коттеджа, куда мы все и переехали. Для меня навсегда останется загадкой, зачем и, главное, как моя мама продала однушку, где мы обитали до её свадьбы.

Прахом моя жизнь пошла через четыре дня после счастливого школьного выпускного.

В конце мая я отпраздновала совершеннолетии, летом получила аттестат о среднем образовании. Я собиралась поступать в институт.

Отчим вёз маму в кино или театр, не знаю. Грузовик протаранил их, вылетев из-за угла. Мама погибла мгновенно. Отчим за жизнь боролся три дня. Я просидела в больничном коридоре вместо вступительного творческого конкурса на специальность журналист. Да, я его всё же полюбила. Он умер, ни разу не приходя в сознание.

Дни до похорон слились для меня в серый смазанный кисель. Не могу их вспомнить. А похороны были больше похожи на праздник, чем на последнее прощание. Море ярких и приторных цветов, парадно-траурные пустые речи и чёрные костюмы.

Жирная точка в моей жизни была поставлена аккурат тогда, когда люди потянулись прочь с кладбища. Ко мне подошла мать отчима и осторожно отвела в сторону.

– Вика, ты уже девочка взрослая, поэтому и говорить буду как со взрослой.

– И? – мне было невдомёк, чего хочет эта щепка, как я про себя её звала.

– То, что мой сын был женат на твоей матери, не делает нас родственниками.

Я кивнула. Хоть в чём-то мы согласны.

– Больше в коттедж ты не приедешь.

– Что?!

– Ты услышала. И да, избавь меня от рассуждений о том, где тебе сиротинушке жить. Не мои трудности.

– Но в доме как минимум вещи моей мамы.

– Все драгоценности и одежду ей покупал мой сын. Они не её. Если ты претендуешь на что-то, обратись в соответствующие инстанции. Суд, например. Прощай, Вика. Прощай навсегда.

Она развернулась и пошла прочь, а я так и осталась стоять с открытым ртом. Сказанное я понимала, а осознать не могла. Я так и осталась стоять одна на обезлюдевшим кладбище.

Очнувшись, медленно вернулась к могилам родителей и зарыдала как никогда. Словно лопнули разом все нити, что привязывали меня к этому миру, к жизни. А когда слёзы кончились, внутри поселилась удивительная пустота. Больше мне не было ни грустно, ни больно. Мне стало безразлично. Я коснулась рукой каждой могилы в знак прощания и побрела прочь. Мне казалась, что им хорошо вдвоём. Я со своим горем нарушала их покой.

Я вышла с кладбища и отстранёно отметила, что денег у меня при себе нет, есть только паспорт, который утром попросила взять мать отчима. Десятка, обнаруженная в кармане не в счёт.

Увидев сквер, я свернула в него и села на одну из лавочек, обняв себя руками и опустив голову к коленям. Наверное, погибать, едва окончив школу, должно быть обидно. Но я по-прежнему ничего не чувствовала. Нет, суицидальных мыслей у меня не было. Я не планировала кидаться с моста или ринуться под колёса в знак протеста. Просто объективная оценка перспектив: смерть от голода. Опускаться до побирушки или того ниже я не собиралась.

У меня не осталось ничего кроме гордости. Её не отдам.

Я так и сидела в оцепенении, краем сознания отметила, что где-то кто-то удивлённо воскликнул, словно увидел чудо из чудес. Потом были шаги. Неизвестный остановился рядом со мной и заговорил с лёгким акцентом:

– Леди, простите, но я вынужден вас потревожить.

Я не отреагировала.

– Леди, – тон стал более требовательным. И моей руки осторожно коснулись. Я резко подняла голову и дёрнула рукой так, что стоявший передо мной мужчина лет тридцати отступил. Я смотрела на него с ненавистью. Несправедливо, наверное, срываться на прохожем, проявившим участие, но он разрушил такое сладкое ничто, в которое я погрузилась, сев на лавочку.

– Леди, простите, – вновь заговорил он, ни сколько не смущаясь моей реакцией.

– Скажите уже чего вам надо и проваливайте, – знаю, грубо, но сейчас мне всё равно. А этот нахал расцвёл улыбкой, словно я призналась в большой и чистой любви к нему до гроба.

– Леди, вы в магию верите?

– Чего? – я опешила.

– В магию верите? – повторил он. Больной? Сектант?

И тут я его рассмотрела. Пепельный кучерявый блондин с водянистыми глазами. Одет в серую обтягивающую водолазку и чёрные брюки со стрелкой. На мизинце левой руки крупный квадратный перстень. А на правое плечо за одну лямку накинуто нечто среднее между портфелем и мешком. Он улыбнулся ещё слаще и продемонстрировал ровные белые зубы.

– Удовлетворены осмотром?

– Валите, а?

Он сел на мою лавку, но надо отдать должное, оставил между нами хорошую дистанцию и руку на спинку скамейки закидывать не стал.

– Леди, лично я убеждён, что проблема существования магии решается также как проблема существования зелёных человечков на Луне.

Моей реакции он не дождался, поэтому продолжил рассуждать:

– Можно с пеной у рта доказывать, что жизни на Луне не существует, но достаточно, чтобы какой-нибудь луноход изловил всего одного зелёного человечка, и проблема решена ровно до тех пор, пока какой-нибудь особо мудрый муж не докажет, что это вовсе и не человечек, а жаба пупырчатая не вовремя на космодром заскочила.

Я против воли улыбнулась. Эмоций в этой улыбки не было ни капли. В душе по-прежнему царила пустота. Но рассуждения меня позабавили.

– Леди, вы согласны, что с магией всё обстоит также? Она либо есть, либо нет. И достаточно одного её проявления, чтобы признать существование волшебства.

– Допустим.

– О, леди! Ваш голос пленяет сильнее, чем пение Сирен.

Я вновь стала замыкаться в себе, и блондин поспешил исправиться.

– Вы согласны получить доказательства?

– А вам что за печаль?

– Я маг, в Академии писал магистерскую по перемещениям между мирами, точнее между нашей Нозаной и вашей Землёй. Работу я защитил, и остался экзамен: доставить в Академию добровольца с Земли.

– И в качестве доказательства вы предлагаете перемещение.

– Да.

– Почему вдруг из семи миллиардов обитателей планеты вы предлагаете это мне?

– Мимо проходил, – усмехнулся блондин. – Правда. Я собственно ради Исторического музея в городе появился. А вы – у вас дар. Вы не просто заглянете на Нозану, а сможете выучиться магии сами. Освоите перемещения – будете гулять между мирами.

– Заманчиво, – я действительно так подумала, ведь лучше в академию пойти, чем пополнить ряды людей без определённого места жительства. – Только кто меня примет?

– А мы заключим договор. Вы даёте согласие на перемещение и встречу с моей комиссией, а я беру на себя заботы о вас до вашего зачисления. Если зачисление не состоится, я выплачиваю вам компенсацию, скажем десять тысяч долларов, и обеспечиваю возврат сюда. В случае поступлениями я выдаю вам эту сумму в эквиваленте Нозаны.

Думать мне было лениво, жить хотелось, и я медленно кивнула. Блондин расцвёл и тут же полез в рюкзак. Наверное, боялся, что передумаю. Оттуда он извлёк плотную чуть желтоватую бумагу, перо и принялся строчить.

– Ваше имя? Не беспокойтесь, знание имени не даст мне ничего в плане магического воздействия. А то слышал я ваши сказки.

– Виктория.

Он продолжил писать, а потом протянул мне договор:

– Ознакомьтесь.

Читала я внимательно. Всё то, о чём говорили. Подвоха я не нашла. Только мельком отметила, что зовут блондина Оран и что он упорно обходится формулировкой «академия, где я состою», избегая писать её название.

– Всё верно.

Он тут же достал второй пергамент и переписал текст на него.

– Сравните, леди. После подписания исправить будет нельзя.

– Всё верно, – повторила я.

Оран уколол пером палец и поставил кровавый оттиск в нижней части каждого листа, после чего протянул перо мне. Я повторила за ним.

– А где чернильница? – спросила я недоумённо. Блондин весело фыркнул.

– Это не ваш древний способ писать. Перо зачаровано и считай что оно вечная авторучка. Итак, договор подписан. Экземпляр мне, экземпляр тебе. Заметила, что бумага из желтоватой стала розовой?

– Да.

– Больше она никаких записей не примет. Договор изменить нельзя. Нарушение его, кстати, ведёт к очень тяжёлым последствиям, он же на крови. Так что в перспективе думай очень внимательно.

– Я во что-то вляпалась, да? – устало уточнила я.

– Да нет, – Оран рассмеялся. – Думаю, мы выполним договор до вечера. Тогда бумага станет серой – тоже неизменяемый текст, но кровь из контракта уйдёт. Я просто объясняю. Сейчас отправимся. Осталась одна формальность.

– Да?

Оран достал ещё один лист и протянул перо.

– Пиши. Справка. Я, Виктория, даю Орану согласие на разовое перемещение меня с Земли на Нозану число по земному летоисчислению, подпись кровью.

– А договора не достаточно?

– Достаточно. Но договор, он, между нами. А справка в архив Академии, чтоб меня в похищении не обвинили.

Подумав пару секунд, я написала требуемую бумажку. На моих глазах жёлтая бумага налилась розовым цветом и вмиг посерела.

– Никаких по ней обязательств, – прокомментировал Оран, резво соскочил с лавки, извлёк из кармана мелок и принялся чертить какие-то закорючки прямо на асфальте. Я наблюдала за сомнительными художествами с умеренным любопытством.

– Любой случайно может нарисовать такие закорючки.

– Ага, – ухмыльнулся Оран. – только они ничего не дадут. Это ещё не магия, а костыль.

– Костыль?

– Да. Если не можешь создать требуемое плетение сам, то сначала его рисуешь, а потом привязываешь свою силу к изображённым линиям, и она принимает нужную форму.

– Ух ты!

– Но я, конечно, пририсую элемент одноразовости, и после нашего перехода картинка исчезнет, а следы магии развеются. Всё, я закончил. Виктория, вставайте рядом.

И я встала. Мы оба шагнули внутрь небольшого круга. Оран победно улыбнулся. Мир дрогнул. Я чуть пошатнулась и мотнула головой. Мы стояли одни в огромном зале. Я посмотрела под ноги. Пол из камня, похожего на мрамор, чёрный с золотистыми прожилками. Я подняла голову. Стрельчатые своды терялись в вышине. Справа и слева были высокие узкие окна-витражи. Сначала я оглянулась за спину и обнаружила массивные двустворчатые двери под стать помещению. Впереди же была широкая лестница с тёмно-бордовой ковровой дорожкой.

– Добро пожаловать в Академию чёрной магии, – сказал Оран и ухмыльнулся.

– Куда? – тупо спросила я.

– В Академию чёрной магии.

Оран схватил меня за руку и потянул за собой, под лестницу. Я настолько ошалела, что даже не сопротивлялась. Под лестницей оказалась дверь, а за ней помещение, на полу которого были круги с закорючками, подобные тому, что Оран рисовал в сквере.

– Там для торжеств всяких и гостей, – ткнул он пальцем в наклонный потолок. А мы коротким путём. Сначала отчитаемся перед комиссией по-быстрому. Потом к ректору тебя устраивать.

Оран втянул меня в один из кругов, и мы снова переместились. Оказались в обычной, богато обставленной приёмной. Оран усадил меня на диван и быстро подошёл к секретарю – молодому человеку в строгом чёрном костюме. Оран щёлкнул пальцами прямо перед носом секретаря, что-то увлечённо строчившего и нас не замечавшего.

– Вызывай комиссию. Нехорошо заставлять гостью с Земли ждать.

– Да-да.

Я с лёгким удивлением наблюдала, как спешно секретарь откладывает перо и достаёт нечто прямоугольное, что, вероятно, служит местным аналогом телефона. Не прошло и пяти минут, как он сообщил:

– Вас ожидают в зале.

Оран сделал приглашающий жест, и мы вошли в помещение. Комиссия из пяти мужчин в строгих черных одеждах расположилась за длинным столом. Почему-то смотрели на меня маги как на белую ворону. Даже хуже.

– Способность к магии? – голос был тихий и неестественно высокий.

– Магистры, – заговорил Оран, – явно наслаждаясь ситуацией. – ваше задание выполнено: коренная жительница Земли добровольно прибыла со мной в Академию. Оран протянул написанную мной справку мужчине, сидящему с краю.

Тот внимательно прочитал написанный мною текст, передал справку соседу, а сам с легко угадываемой злостью кивнул:

– Задание признано выполненным.

Оран поклонился, мне он не дал и слова сказать: подхватил под руку и уволок за собой.

– Эти индюки очень не хотели давать мне степень магистра и решили задать невыполнимое, по их мнению, задание. А я справился, – он счастливо рассмеялся.

– Так они теперь меня…

– Очень и очень не любят, – подтвердил Оран, – а ректор ещё больше невзлюбит. До сих пор ни одна женщина не обучалась в стенах Академии.

– Что?!

Оран только руками развёл и улыбнулся. Он втащил меня в очередную приёмную.

– Ректор в курсе? – с ходу спросил он у секретаря, двойника предыдущего. Разве что лицо круглее и волосы темнее.

– Ага.

– Доложи.

Секретарь посмотрел на нас с сомнением, но требуемое выполнил. И сразу же получил согласие.

Дверь ректорского кабинета распахнулась, и мы с Ораном вошли в кабинет.

Ректор оказался смуглым мужчиной лет сорока, с короткими очень тёмными волосами, слегка горбатым носом и маленькими пронзительными глазками. Он смотрел на нас, на ухмылку блондина, которая становилась всё шире, и хмурился.

– Поздравляю с магистерской степенью. Диплом вручит та же комиссия в течение получаса. Зачем ты привёл землянку ко мне в кабинет, Оран?

– Благодарю. Землянку зовут Виктория.

– И?

– Вы же видите, что у девушки очень сильный дар. Согласно Уставу Академии, любой обладатель дара, выразивший желание учиться в Академии, подлежит зачислению. Вот Виктория и выразила.

Я хотела замотать головой, мол, верните меня обратно, и не смогла: руку кольнуло, а Оран кинул на меня весёлый взгляд и одними губами обозначил слово договор. И я поняла, что влипла. Потому что у ректора было такое лицо, словно ему предлагают сесть на диету с главным блюдом – салат из живых червей в очень остром соусе.

– Уставу?

– Да, – безмятежно откликнулся Оран.

– Виктория, вы хотите у нас учиться?

Весь вид ректора говорил, что лучше мне отказаться. Да я и без его угрожающего вида не хотела в чёрные маги. Но от уколотого пальца вверх по руке разливался неприятный жар, и я сказала:

– Хочу.

Ректор откровенно скривился, но, удивительно, возражать и переубеждать даже не попытался.

– Виктория, вы приняты. Ваш куратор скоро подойдёт и вам поможет. На этом всё.

Мы вышли из кабинета, и Оран вновь усадил меня на диван. Ни слова не говоря, он сел рядом, достал очередной лист бумаги и принялся строчить, после чего поставил кровавый отпечаток на бумагу и протянул её мне.

– Что это?

– Финансовые обязательства. Обналичить можно в любом банке. Посмотри на свой экземпляр договора.

– Серый.

– Договор исполнен.

– Ясно, – и я решила спросить. – Оран, а почему я понимаю язык и письменность. Сама пишу.

– Составная часть перехода. Условно говоря, знание языка – это некая константа и каркас. А какую оболочку натянуть не имеет значения. На Земле был русский, здесь наш язык. Если бы ты знала два языка, то и в нашем мире тебе было бы доступно знание двух.

– О как.

Говорить, что я училась в гимназии и сносно болтаю на английском и испанском, то есть, включая родной, у меня в активе три языка, я не стала.

– Вас ожидает приёмная комиссия, – подал голос секретарь.

Оран поднялся.

– Виктория, прощай. Вряд ли мы увидимся. Сразу после получения диплома я отбываю изучать запрещённые миры. Они не хотели меня туда допустить, подумать только, – он хихикнул.

– Эй, а я?

– Обязательства сторонами исполнены. А вообще, да, тяжело тебе, единственной девушке среди парней будет. У нас женщины магией не владеют и потому на вторых ролях в обществе. Рожают, обед готовят. Образование, и то ограниченное, только самые знатные получают. Прощай!

Он снова хихикнул, помахал мне и вышел за дверь. Секретарь склонился над бумагами настолько, что демонстрировал затылок. Для меня старается, поняла я. Да, я снова осталась одна. В чужом враждебном мире, сам факт существования которого мне только предстоит осмыслить, как и существование магии. Наверное, я не реагировала так спокойно, если бы не безразличие, не отпускавшее меня после ухода с кладбища.

Плюс был только один. Мне перепали десять тысяч долларов в местном эквиваленте.

2

Вошёл очередной мужчина. Стремительный. Суровый. С хищными чертами лица. Он широким шагом подошёл к секретарю и навис над его столом, опираясь о крышку обеими руками.

– И чьим куратором меня назначили?

– Госпожи Виктории, – проблеял секретарь, отгораживаясь папкой.

Мой куратор резко развернулся и посмотрел на меня. В его глазах сменились недоверие, понимание, удивление и брезгливость. Последняя эмоция осталась.

– Как? Она же она.

Сам-то понял, что сказал?

– Согласно Уставу любой обладатель дара, желающий обучаться у нас, зачисляется. Внести уточнение, что это касается только представителей мужского пола, задним числом не получится. Так что неделю придётся адептку терпеть, – пришёл на помощь секретарю ректор.

Мой куратор прошипел нечто неразборчивое. Думаю, ругательства, не предназначенные для ушей леди. Наверное, это было унизительно и оскорбительно, но у меня была моя пустота. Я нахально улыбнулась. Замечание про неделю я отметила мимоходом. Оно что-то означает? Какую-нибудь гадость, да?

– Она иномирянка, – добавил ректор и скрылся в кабинете.

– Убил бы Орана, если б он ещё не отбыл! Приказ? – уточнил куратор у секретаря.

– Готов.

– Адептка Виктория, следуйте за мной.

Куратор вышел из приёмной, и мне пришлось чуть ли не бегом его догонять. Думаю, потеряйся я, он бы и не заметил. Мы завернули в соседний коридор и вошли в очередную комнату.

– Итак. Ко мне следует обращаться Магистр Верис. Я ваш куратор, а не нянька. Запомните.

Перспективно. Внушает… оптимизм.

– Первое. Получите браслет и его краткое описание. Он информационный. Видите шкалу? Показывает местное время. Нажимаете пальцем на камушек. Нажмите, адептка.

Я нажала, и передо мной возникло расписание работы столовой. Как голограмма, прямо в воздухе.

– Именно. Управляете картинкой касанием. Отключаете, нажав на камень повторно.

Я ткнула в иллюзию пальцем, она повернулась, и возникло объявление, что через неделю состоится Охота. Я только хотела задать вопрос, как куратор продолжил.

– Этот камень отвечает за неучебную информацию.

– Следующий – библиотечный каталог. Она у нас круглосуточная. Камни можно брать на вынос.

– Камни? – я не удержалась.

– Именно. На Земле принят всё ещё книжный формат? Он слишком отсталый.

Я отвечать не стала.

– С камнями из библиотеки обращаться также, как с теми, что в браслете. Третий камень – ваше личное расписание и расписание преподавателей. Последний, продолговатый камень, отличается. Касаетесь его, называете, куда хотите попасть. Вспыхнет огонёк и полетит к указанному месту. Отстали, потеряли огонёк – повторите призыв. Вся ясно?

– Пока да, – осторожно ответила я, благодарная за подробности об огоньке. Ведь мог и не сказать. Или это положено?

– Второе. Учёба. Получите бумагу. Ставьте подпись, что это ваша ведомость.

Я взяла перо как ручку.

– Адептка! Кровью.

Я покосилась на слишком нервного куратора и третий раз за день порезала палец. Если так дальше пойдёт, то мне грозит обескровливание.

– Начиная с завтрашнего дня у вас неделя, чтобы прослушать шестьдесят пять часов не менее чем у четырёх преподавателей. Лучше – больше. Вы должны ознакомиться с магией сами. В расписании это называется занятия свободного посещения. На них может приходить любой адепт по своему усмотрению.

– Что-то вроде факультативов? – влезла я и получила раздражённое:

– Да, и не перебивайте, адептка. Вы не дома среди дикарей. Через неделю соберётся комиссия, посмотрит, чего вы достигли, и определит ваше расписание.

Я кивнула.

– Не сможете ничего продемонстрировать, будете отчислены.

У меня приоткрылся рот.

– Да, адептка. А Оран уже отбыл, вернуть на Землю вас будет некому.

Я ойкнула, а он улыбнулся с предвкушением:

– Не пугайтесь. У вас дар, а для зачёта достаточно сделать хоть что-нибудь, пусть слабенькое, корявенькое, но хоть что-то.

Я нервно мотнула головой. Кажется, я попала по полной программе.

– Третье. Заселение. Сейчас я найду вам помещение. Все адепты проживают в Академии. Но вы девушка, со всеми жить не можете.

Я согласно закивала.

– Уборка магическая. Форма и канцелярские принадлежности будут доставлены. Если бы у вас были наши деньги, вы смогли бы как остальные заказывать по каталогу, который вам также будет доставлен.

После этого магистр Верис приподнял рукав и коснулся одного из камней на своём браслете. Возникла иллюзия. Трёхмерный план Академии, поняла я. Уследить за куратором я не сумела. Он повертел изображение. Хмыкну, тронул браслет, и оно исчезло.

– За мной, адептка.

Мы вошли в просторную комнату со знакомыми закорючками на полу. Куратор выбрал один из кругов, встал. Я пристроилась рядом. И мы попали в небольшой холл. Куратор уверенно двинулся вперёд, вышел на лестницу и спустился на два пролёта вниз. По ощущениям, сильно вниз.

– Мы в жилом блоке. Крыша отведена под зону отдыха для всех адептов, далее этажи, где располагаются комнаты. Но вам туда нельзя.

– Это подвал? – спросила я пустым голосом. Куратор не стал одёргивать за то, что перебиваю.

– Нет, адептка. Это нижний уровень. Здесь слишком маленькие верховые окна, поэтому адепты и не селятся. Но три дальние комнаты в годном состоянии. Остальные чистые, но без мебели. И во избежание лишнего и неуместного интереса адептов, я закрепляю за вами весь уровень. Распишитесь, – ткнул он пальцем в плашку у двери.

Я опять раскровила палец.

– Вам не понадобится, но я должен сказать. Пускать сюда даже ректора следует с формулировкой «единоразовый допуск». Вопросы?

– Мы никого не встретили, – сказала я первое пришедшее в голову, чтобы хоть с мыслями собраться.

– Так все на занятиях, адептка. Ужин через три часа.

При напоминании о еде, живот свело. Сегодня я только позавтракала. А куратор развернулся и вышел. Пока я пыталась хоть что-нибудь промемекать, он обернулся, улыбнулся и сообщил:

– До встречи через неделю, адептка.

Дверь захлопнулась.

Как через неделю? А что же мне делать? Он полагает, его куцых объяснений достаточно? Урод, гад, женоненавистник. Я прислонилась к двери и сползла по ней на пол. Как же мне плохо. Но слёзы не пришли. Их я выплакала на могиле родителей.

Кое-как встала и поплелась в комнаты, не обделённые мебелью. Я должна разобраться с местом обитания на ближайшее время. С браслетом, будем считать, разобралась. Составить себе расписание свободных занятий. Если за семь дней надо набрать шестьдесят пять часов, то выходит порядка десяти часов занятий ежедневно. А ещё сходить на ужин. Чую, то ещё развлечение.

На меня накатил запоздалый страх. Безразличие лопнуло и пропало, и мне за себя стало очень боязно. Сердце билось в районе горла. Стало физически дурно. Я шлёпнулась на пол и хватала воздух, как вырванная из воды рыба. Магия есть. Другие миры есть. Я сошла с ума? Я закрыла глаза с глухим стоном.

Посмотрев на шкалу браслета, обнаружила, что до ужина полтора часа. Это сколько я просидела? Зато стало легче. Я поняла одну истину. На Земле у меня нет ничего, в Академии – один шанс. И я его зубами вырву. У меня есть, где жить, что есть, заначка в местном банке и, главное, желание. А чего нет, так права на ошибку и провал. Потому что меня выставят за порог, в чужой стране с неизвестными порядками, где все представительницы слабого пола – второсортные существа, судя по реакции на меня магов.

Я встала и увидела, что на полу стоит сумка с одеждой, а рядом стопка тетрадей и несколько перьев. Довольно хмыкнув, я пошла выбирать комнату. Больше всего мне понравилась правая дальняя: там стояла настоящая огромная кровать с балдахином. Всегда мечтала о такой. И даже предположить не могла, что мне достанется отдельный уровень. К кровати-переростку полагался бесконечно-длинный стол с множеством ящиков. Я подумала, что он рассчитан на нескольких человек. Хотя кровать…

Первым пунктом программы значился ужин. И я начала с положенной мне одежды. В комплект входили чёрные брюки со стрелкой, какие я видела на мужчинах и несколько чёрных же кофт. Обязательным дополнением считался пиджак или жилет. Я выбрала жилет. Переоделась, посмотрела в зеркало и пришла к выводу, что очень даже ничего. Конечно, сидело не идеально, но у меня были заботы важнее.

Ужин пугал до судорог. Я буду единственной девочкой. И на меня будут смотреть все. И ещё. До сих пор по Академии я перемещалась с помощью закорючек на полу. Я так не умею. Значит, придётся топать ножками. И кто знает, сколько времени поход займёт.

И тут меня озарило. Я коснулась камня путеводителя и сказала:

– Столовая. Рассчитать пешее время пути.

Передо мной возникла трёхмерная карта, на которой была обозначена я в виде красной точки, рядом с точкой возникла стрелка и бодро поплыла сначала по лестницам, по этажу, снова по лестницам. Я оценила масштаб и горько пожалела, что не занималась спортом. Да я же по дороге ноги косичкой заплету и рухну где-нибудь в закуточке.

Карта исчезла. Возникла цифра – 20 минут. Тут меня пробило на истеричный смех. Попыталась вообразить длину ног местных магов и скорость, с которой они ими перебирают. Выйду минут за сорок. У меня оставалось ещё немного времени разобраться с расписанием. Точнее, списком предметов.

Я тронула соответствующий камешек браслета и, немного потыкав, настроила показ списком. Куда я попала? Отсортировано было по фамилиям преподавателей, и на выбор мне предлагались: «Практика и теория применения клыков вампиров в различных зельях», «Чёрная ботаника», «История и современность пыточного ремесла», «Отработка простейших приёмов поднятия зомби». На этом мои глаза съехались в кучу и возвращаться на место отказались.

Пора выдвигаться на ужин. К тому же, мой подход к выбору курсов оказался в корне неверным. Следовало начать с библиотеки, куда я и пойду после еды, благо она круглосуточная. Я должна понять, какие дисциплины базовые и искать курсы по ним. «Высшие приёмы проклятийников» мне вряд ли помогут поразить комиссию. Более того, мне нужно нечто практической направленности, мне же демонстрации устраивать. Адептка-клоун, ёлки-моталки.

Я коснулась браслета и произнесла:

– Столовая.

Из браслета выскользнул небольшой огонёк и поплыл вперёд. Мысленно окрестив его путеводной звездой, я поторопилась следом. Поднялась за ним на жилой этаж, где тотчас столкнулась с адептом мужского пола. Парень с вьющимися рыжеватыми волосами чуть не сшиб меня с ног и замер в последний момент, совсем некультурно вытаращившись.

– Девка, – первое, что он сказал.

– Адептка, – поправила я и улыбнулась.

– Быть не может. Бабы даром не обладают.

На это мне сказать нечего. Сам пусть смотрит. Оран и компания же способности разглядели.

– Допустим. Но с какого тебя сюда взяли?!

– Академия принимает любого, у кого есть дар и желание учиться, – пожала я плечами.

– Ты?! И учиться? – парень захохотал. – Я бы размазал тебя тонким слоем по полу прямо сейчас. Увы, запрещено правилами. Я это сделаю чуть позже, в ходе общих занятий. Учиться она будет!

Вокруг нас собралась толпа. Парни скалили зубы, громко рассказывали, что со мной сделают, кто-то надо мной хохотал. Первый момент у меня душа ушла в пятки, а потом я поняла, что они не нападают. Не знаю, почему. Что там про правила Академии говорили? Для себя я поняла главное – пока всё безопасно.

– Ближайшую неделю я адептка, как и вы, господа. А теперь расступились, проход не загораживаем.

Наверное, местное женское население настолько забитое, что мои слова произвели эффект взорвавшегося снаряда. На лицах был написан глубочайший культурный шок. Эк, я их приложила. А вот нечего обижать милую маленькую меня. Я озарилась миллионом улыбок и шагнула прямо на стоящих в проходе парней. Удивительно, но они шарахнулись от меня, как от чумной.

Я пошла прочь по коридору. Теперь только заметила, что мой светлячок улетел в неизвестность. Поэтому пришлось второй раз касаться браслета. Пока топала, поняла две вещи: во-первых, молодец я, что вышла заранее, поскольку в обещанные браслетом двадцать минут блуждания по лестницам и проходам никак не уложить, а во-вторых, у местных адептов есть между собой связь аналогичная нашим телекоммуникационным технологиям. Чем иначе объяснить тот факт, что встречные не удивлялись, а брезгливо морщились и освобождали дорогу.

Не слишком приятно, но лучше чем пинки и щипки. Так что не жалуюсь. Столовая была устроена по типу шведского стола. Забыв о неприятностях, начавшихся с вывески парадного холла, гласившей: «Добро пожаловать», я с упоением набирала еду.

Сесть мне довелось, кстати, за отдельный стол. И опять благодаря мальчикам, неизменно соблюдавшим дистанцию в несколько метров. Вокруг меня образовалась пустота. Я снова улыбнулась. Не так радостно, но еда была вкусной, а косые взгляды, которыми меня буравили буквально все, придавали злости.

Наконец, я отвалилась от стола, как перепившая крови пиявка, которая вот-вот лопнет. Некоторое время я медленно пила компот и приходила в себя. Краем глаза отметила, куда адепты относят подносы. Я встала и последовала их примеру. Пока шла, все парни с моей дороги убрались и демонстративно скривились.

То ли ещё будет. Словом, веселье мне гарантированно. Я развернула плечи, вспомнила про гордый постав головы и удалилась. Только в холле, где народу почти не было, ткнула в камушек из браслета и заказала себе путеводный огонёк до библиотеки.

Идея дурная, но что делать? Само по себе прыгать по ступенькам после обильной и вкусной пищи проблемно. Ещё и в библиотеку. Мне хотелось спать, но я не лягу, пока не составлю расписание. А его я не составлю, пока не разберусь хоть чуть-чуть, что есть что.

С библиотекой я угадала. В ней мне действительно повезло. Я вошла в зал овальной формы и направилась к стойкам регистрации. В библиотеку, покрутив головой, поняла я, из адептов пришла одна. Навстречу мне из-за стойки шагнул паренёк с оливковой кожей, яркими зелёными глазами и чёрными волосами. Он был бы красавцем, если бы не был перекошенным на одну сторону горбуном. Я мимоходом отметила серую застиранную одежду и массивную серебряную цепочку на шее.

До паренька новость, похоже, не долетела. Когда он осознал, что я девочка, его глаза расширились. Но больше не дрогнула на лице ни одна складочка. Он поклонился.

– Здравствуйте, – начала я. – Я только сегодня поступила в Академию, и совершенное не представляю что здесь и как. Буду очень признательна, если вы поможете мне сориентироваться.

Под конец тирады я улыбнулась, а у паренька вытянулось лицо. Странно. Вроде правильно всё говорю. Что его так удивило? Самое шокирующее, что я девушка и при этом адептка, он воспринял почти спокойно. А больше ничего такого. Может, я обратилась недостаточно вежливо по местным меркам? Но злости и обиды нет. Только безграничное изумление.

– Простите, если я что-то не так сказала, – на всякий случай извинилась я.

– Ко мне обращаются на «ты», и только отдают приказы, леди, – объяснил горбун, а я чуть сама не вытаращилась. Куда я попала? Пусть он здесь и обслуживающий персонал, но элементарные правила вежливости… На Земле даже в прошлые столетия в некоторых странах аристократы со слугами были исключительно на «вы». Нашла о чём говорить.

– Мне не знакомы местные порядки. Так вы могли бы мне помочь?

– Да, леди. И всё же вы можете говорить мне «ты».

– Если вы настаиваете.

Он кивнул резко, нервно.

– Чем могу быть полезен, леди?

Я на секунду задумалась, сколько ему рассказать, и решила, что всё.

– Я родом из другого мира, – начала я, – встретила мага, с которым по глупости заключила договор: он привёл меня в качестве добровольца по заданию комиссии, присваивающей степень магистра. И устроил в Академию адепткой.

Горбун вновь кивнул, но теперь плавно и как-то приветливо.

– Теперь мне нужно за неделю прослушать шестьдесят пять часов свободных курсов не менее чем у четырёх преподавателей. А в конце – продемонстрировать результат моей комиссии. А у меня о магии нет даже минимальных представлений. И поэтому я не знаю, какие курсы имеет смысл выбирать.

Я замолчала на секунду и закончила:

– Вероятно, мне нужно пособие для начинающих, чтобы я хоть приблизительно разобралась.

– Ясно, леди, – он чуть нахмурился, закусил губу, а потом посмотрел на меня. – Вы можете потребовать работы в индивидуальном кабинете при моём постоянном присутствии. Хотите?

– Давай. И ко мне тогда уж тоже на «ты».

Паренёк снова удивился, но быстро взял себя в руки и покачал головой.

– Не положено. Прошу сюда.

Он прошёл ко второй с конца двери, всего их было около десяти, распахнул. Я послушно прошла вперёд и попала, наверное, в студенческий рай. На потолке мягким, но достаточно ярким светом горел спиральный светильник.

Был большой деревянный стол, за ним стул с высокой спинкой и подлокотниками. Мне он показался скромным троном. А в углу стоял диванчик, журнальный столик, на котором располагались блюдо с фруктами, блюдо с пирожными, чайник, чашка, графин, вероятно с соком, стеклянный стакан и вазочка с орехами.

– Располагайтесь, леди.

3

Я прошла к дивану и села на дальний подлокотник. Так мой помощник, называть его в мыслях горбуном мне не хотелось, сможет тоже сесть.

– Леди, я могу принести пособие, как вы и сказали. Но могу сразу помочь с выбором базовых курсов.

Я искренне и счастливо улыбнулась и закивала, как ненормальная. Горбун смотрел на меня с недоумением, но мне показалось, что в глазах у него загорелись искорки. Я тронула браслет, и в воздухе возник список курсов и время их проведения.

– Вы могли бы пролистать их все от начала до конца?

Я кивнула. Послушно стала листать.

– Можно быстрее.

Он способен прочитать на такой скорости и запомнить? Так, с помощником мне однозначно повезло, и, когда он закончил чтение, я спросила:

– Послушай, но я же должна к тебе как-то обращаться. Не могу же я говорить «эй, ты».

– Почему? Все так говорят.

– Ты шутишь?! Ты серьёзно.

Я потрясла головой.

– Это не правильно. И я так не могу.

Он молчал, потом ответил очень тихо:

– Можете звать меня Дем.

– Спасибо.

– Итак, леди. Во-первых, вам нужны курсы «Заключение магических контрактов» и «Клятвы мага». Это не относится к магии напрямую, но даст вам знания, чтобы избежать ошибок.

Я кивнула.

– В браслете есть функция создания расписания. Рекомендую воспользоваться, чтобы видеть, что получается.

– А я и не подозревала. Что бы я без тебя делала! Дем, а чего ты стоишь? Садись!

Я сдвинулась ещё больше к краю.

– Не положено, леди, – он тряхнул головой и резко замотал. – Нет, нельзя.

– Ты извини, если что не так, – я на всякий случай повторила извинения. Не хочу ненароком обидеть единственное существо, которое мне помогает. Он словно не услышал, продолжил, как ни в чём не бывало:

– Следующий курс «Неотвратимое проклятие на основе самоубийства».

– Ээээ…

– Вы за долгое время станете единственной слушательницей. А ведёт его магистр Дайнич, весьма своеобразный педагог. Он будет тронут вашим интересом и с удовольствием поможет в других областях.

– Ух, ты! Спасибо, – я однозначно повторяюсь.

– Теперь. «Базовые техники защитной магии». Предъявить комиссии будет нечего, но вам курс по жизни пригодится.

Я послушно вносила изменения в своё расписание. Дем посмотрел на результат и задумался, даже переносицу потёр.

– Леди, вы из другого мира? – спросил он.

– Да.

– Тогда очень рекомендую ещё одни курс не по теме. «Всезнание». Он не по магии, а о нашем мире, начиная с современной географии и заканчивая укладом жизни вымершей цивилизации агатов.

Я включила и этот курс.

– Теперь, леди, собственно магия. Вам нужно показать комиссии владение чёрной магией. Зелья, артефакты, наложение на предмет защиты и тому подобное вам не засчитают. Это не зрелищно. Проклятия, порча тоже отпадают. Вам не на ком будет показать. У магистров хорошая защита.

– И что делать?

– Записаться на консультацию к магистру Харпу. Правда… Поход к нему вам за курс не засчитают. Но. Он ничего не рассказывает сверх, только отвечает на заданный вопрос. И чем сложнее вопрос, тем полнее на него отвечает. Попросите обучить вас «Ночной вьюге». Это одно из сложнейших заклинаний чёрной магии. Сказать, что его недостаточно, комиссия не посмеет. Прелесть заклинания в том, что от него не спасает защита, поскольку оно действует на окружающую среду.

– А если я не справлюсь?

– Справьтесь, леди, – и голос был настороженный. Я лишь тяжко вздохнула и кивнула:

– Справлюсь. Куда я денусь?

Я свернула голограмму таблички с недоделанным расписанием и подала заявку на консультацию у магистра Харпа. Подтверждение пришло моментально.

– Дем, а дальше? Мне ещё почти двадцать часов нужно.

– Ещё один курс не по теме. «Верховая езда». Во-первых, в этом мире он пригодится. Во-вторых, перед началом тренировок обязательно есть разминочная часть. Вам желательно вести не только сидячий образ жизни.

– Внесла, Дем. Слушай, а комиссия мне голову не открутит за то, что я магией фактически не занимаюсь?

Дем внимательно на меня посмотрел и ответил:

– Леди, полагаю, ни один возможный выбор не удовлетворит комиссию полностью.

– Поняла, кажется.

Он пожал плечами. При наличии горба жест вышел неуклюжим, но я смотрела в его поразительные ярко-зелёные глаза и понимала, что ему тоже должно быть здесь не сладко. Товарищ по несчастью, в некотором роде.

– Но вы правы. Оставшиеся курсы должны быть по магии. «Простейшие наичернейшие заклинания». Если что-то освоите из этого курса, тоже пойдёт для демонстрации, но только после «Ночной вьюги». «Знакомство с даром». Курс ведёт весьма ленивый магистр. И взял он его ради ничегонеделанья. Многого не ждите, но что-то полезное будет. Это курс на неделю, может меньше.

– И мне остаётся ещё один.

– Да, леди. Выберете один. А через два-три дня скорректируете расписание ещё раз, чтобы выходили нужные вам шестьдесят пять.

– Что скажешь про «Отработку простейших приёмов поднятия зомби»?

– Весьма противный, но полезный курс. Сам бы я леди предлагать такое не стал, но это хороший выбор. Расписание готово.

– Дем, ты меня просто-таки спас. Как мне тебя отблагодарить? Я от души.

– Леди, мне действительно ничего не нужно. Вы, разумеется, обратили внимание, что первое ваше занятие утром?

– Не-а.

– Чтобы успеть, вам придётся либо отказаться от завтрака, либо идти очень рано.

– Чтобы рано встать, нужно раньше лечь. Намёк поняла, выметаюсь, – я улыбнулась.

– Леди, что вы! Я и не думал, – Дем откровенно испугался, даже оливковая кожа приобрела сероватый оттенок.

– Дем, – замахала я. – Я понимаю, знаю. Я шутя.

Он смотрел настороженно и недоверчиво.

– Извини, – в третий раз за сегодня сказала я. Он качнул головой и произнёс:

– Леди.

Встала с дивана, прошла к услужливо открытым для меня дверям и вышла в по-прежнему пустой овальный зал библиотеки.

– Леди, – заговорил Дем, – прикажете приготовить вам пособия к завтрашнему дню?

Что-то в этой формулировке мне не понравилось. И я не про слово «прикажете», которое мне не нравилось априори. Меня смутила формулировка «до завтра». Если я отвечу да, то, полагаю, мой помощник будет возиться ночью. Не порядок.

– Приготовь, пожалуйста, к завтрашнему вечеру. Я приду после занятий. И, вероятно я захочу позаниматься в кабинете с твоей помощью. Как сегодня.

– Да, леди.

Дем поклонился мне довольно низко. Горб явно ему мешал. А я чувствовала себя глупо и жутко неудобно. Кивнув на прощание и пожелав спокойной ночи, я вышла из библиотеки и вызвала огонёк, который должен был отвести меня ко мне в комнату.

Дем прав. По возможности я должна выспаться. Интересно, а мой браслет имеет функцию будильника? Надеюсь, да. Очередной поход по многочисленным лестницам и коридорам уже не казался таким утомительным. Адепты попадались редко, и все они отодвигались с моего пути. До своего обиталища я дошла без приключений, открыла дверь, приложив к пластинке руку, и заперлась изнутри.

Быстрый горячий душ, и я забралась в кровать, где и забылась тяжёлым сном. Засыпая, я невнятно молилась, чтобы весь сегодняшний день обернулся ночным кошмаром, и утром меня разбудила мама со словами, что я опаздываю на вступительный экзамен в институт.

Но меня разбудило негромкое попискивание браслета. Сработал будильник. Нужно быстро вставать, приводить себя в порядок и бежать в столовую, после которой меня ждал замечательный курс под позитивным названием «Неотвратимое проклятие на основе самоубийства». Только с такого и надо день начинать.

Я натянула на лицо улыбку из серии, что вопреки всему. Бодро вскочила с кровати и вяло поплелась в ванную. Одна досада: расчичверивать времени нет. Я подхватила сумку с тетрадями и поспешила в столовую вслед за огоньком. Я честно старалась запоминать дорогу, но пока выходило не очень.

Ранний завтрак обилием блюд не щеголял. Я ограничилась оладьями, яйцом всмятку, парой тостов и чашкой чая. Наверное, мне стоило поесть плотнее, но взглянув на шкалу браслета, я поняла, что рискую опоздать. Я торопливо отнесла поднос с грязной посуды в соответствующее окошко и нажала на камушек-путеводитель со словами «в аудиторию по расписанию». Передо мной тут же возник огонёк, согласно мигнул и поплыл вперёд.

До места занятий я добралась с пятиминутным запасом и застопорилась. Я не знала: следует войти сейчас, дождаться точного времени или ждать преподавательского приглашения. Вопрос решился сам собой. Дверь открылась, и на пороге появился седой старичок в синем свитере, брюках болотного цвета и с изящной резной тростью.

– Это вы самоубиться желаете? – спросил он, весело щуря на меня глаза.

– Да.

– Заходи, красавица.

Я споткнулась. Второй, кто обращается со мной по-человечески. На первый взгляд.

– Садись, и скажи-ка мне, адептка, откуда у тебя дар.

– Не знаю, – честно ответила я. Я с ним родилась, наверное. Самой бы узнать.

– Так ты не наша. Не нозанская.

– Нет. Я с Земли.

Он кивнул своим мыслям и повернулся ко мне.

– Звать меня магистр Дайнич. И самоубиваться тебе, пожалуй, рановато. Я вот тоже планирую, планирую, а всё без толку. Каждый раз думаю: «Дай ещё чуток поживу». И откладываю. Вот и ты так делай.

– Ага.

– Женщины Нозаны магических способностей лишены. А Нозана – это магия. Вот они и оказались на последних ролях: рожают, стряпают. Знатные – вышивают. А маги нос задирают. Ты уже поняла.

– Да, магистр Дайнич.

– Лично я к женщинам отношусь с искренней симпатией. А нос…. Я бы задрал, да шея болит. Уж не обессудь, буду по-свойски. И скажи мне, Виктория, как тебя угораздило в самоубийцы записаться.

– Вы знаете моё имя? – я удивилась, а магистр засмеялся кашляющим смехом:

– Да ты знаменитость, деточка. Новость века: в Академии женский пол. Тебя знают все адепты и магистры.

Я отметила, что обслуживающий персонал он не упомянул.

– Расскажи старику, как на визит решилась?

Сколько можно говорить, чтобы не подставить Дема за излишнюю инициативность я не знала. Постаралась отвечать, огибая острый угол.

– Узнала, что адептов с суицидальными наклонностями не так много. А мне за неделю нужен результат. Вот и подумала… Чем меньше учеников, тем больше внимания каждому достаётся, тем выше шансы.

– Темнишь, детка, но не важно. Посоветовали тебе верно. Не хочешь говорить, кто? Не надо. Я не настолько любопытен. А теперь серьёзно. «Неотвратимые проклятия на основе самоубийства» выучить тебе придётся. Это моя любимейшая тема.

Я кивнула. Согласна.

– А я обещаю только ею не ограничиваться. Но начнём мы с суицида.

И мы начали. Начали с определения проклятия и классификации, прошлись по подходящим видам самоубийства. Например, спрыгивание с высокой башни совершенно не годилось. Зато хорошо шёл местный аналог харакири.

– Для начала с тебя хватит, – кивнул Дайнич. Я оторвала ошалевший взгляд от тетради и обнаружила, что исписала семнадцать листов. А почерк у меня мелкий, даже бисерный. Я вздрогнула.

– Могу отпустить пораньше, – улыбнулся магистр.

Я покачала головой.

– Магистр Дайнич, а можно вопрос не по теме?

– Давай, заслужила.

– У меня следующий предмет. «Простейшие наичернейшие заклинания». Если там будет практика, мне бы самые-самые азы использования магии.

– И задачку, Виктория, ты мне подобрала. Если совсем просто… То заклинания – это выделенная во внешний мир магическая сила, наделённая определённой формой и целью. Цель важнее. Это то, что твоя магия должна сделать. Например, новичок, желая защититься от магического удара, может просто выбросить в мир свою силу, желая защиты. И его магия сработает подобно щиту. Форма повышает эффективность. Условно говоря, чтобы защититься, новичок использует все силы махом, а если бы он воспользовался готовой формой, то расход был бы минимальным.

– То есть для начала я должна научиться программировать свою магию?

– Это второй шаг, детка. Первый – выпускать её из себя. Для начала без всякой цели.

– Ох.

– Не охай, не поможет. У нас ещё двадцать минут. Расслабься и слушай меня. Глаза закрой. Часто советуют ни о чём не думать. Глупость это. Думай об изнанке своих век.

Переспрашивать я не рискнула, хоть и хотелось. Послушно сосредоточилась на глазах.

– Зажмурься. До искорок зажмурься.

Искорки появились.

– Прикажи им уйти. Покинуть твоё сознание.

Надо ли говорить, что у меня не вышло? Старичок понимающе фыркнул.

– Открой глаза.

Открыла.

– Поморгай, успокойся и повтори. Этот метод не преподают. Но он самый действенный.

– А почему? – спросила я на всякий случай.

Магистр Дайнич рассмеялся.

– Не веришь мне, детка.

А должна? Но этого я не сказала, а пока придумывала ответ, он заговорил сам.

– Хочу за твой счёт повеселиться. Всем интересен твой потенциал, Виктория. До первого применения магии можно определить только наличие дара. А вот после ты становишься открытой книгой. Ровно до «прорыва».

– «Прорыва»?

– Обретения способности видеть магию. Если первый раз совпадёт с «прорывом», твой потенциал не узнает никто, даже я. Правда, были единичные случаи, когда «прорыв» случался до первого выброса магии. Но это только у магов с огромным потенциалом. Великанов. Последний такой умер полторы тысячи лет назад.

Идея не стать открытой книгой мне понравилась, поэтому я вновь зажмурилась. Но ни вторая, ни четырнадцатая попытка результата не принесли. Магистр Дайнич поджал губы и покачал головой, после чего нерадостно вздохнул и напомнил, что мне стоит поторопиться на следующее занятие. И подмигнул.

– Спасибо, магистр.

– Да чего там, детка.

Он вышел первым, а я ещё полминуты постояла просто с закрытыми глазами. Коснулась браслета и пошла за путеводным огоньком. Мысли мои в этот момент не были веселыми поскольку впереди меня ждали не только заклинания, но и сокурсники. И я не думаю, что следующий педагог будет столь же лоялен к девушке, как магистр Дайнич.

У двери аудитории «Простейших наичернейших заклинаний» толпился народ. При моём появлении адепты дружно замолчали, скривились и отошли, образуя своеобразную «зону отчуждения». Не страшно. К этому я привыкну. А друзья у мне будут. Пусть не совсем друзья, но Дем и магистр Дайнич мне помогают. И разговаривают со мной на равных. Даже хуже: Дем почему-то кланяется и не как не хочет обращаться ко мне на «ты». Но это потом.

Дверь распахнулась. Адепты, покосившись на меня, зашли первыми. Понятно теперь: в класс приглашает педагог. Я вошла последней и была остановлена изумлённым:

– И вы здесь?!

Единственный не адепт был молодым человеком с симпатичным лицом, наверное, кто-то вроде земных аспирантов.

– Да, – спокойно ответила я.

– Да, магистр Ансей, – поправили меня. – Вы даже не потрудились поинтересоваться именем того, кто ведёт курс? Мда. Удручающе.

На это мне ответить было нечего. Я действительно не поинтересовалась. Впредь буду умнее.

– Садитесь, адептка, не задерживайте тех, кто пришёл учиться.

А я зачем, по его мнению, пришла? Но я вновь промолчала и заняла оставленный мне парнями центральный стол. И хорошо. Лучше буду видеть-слышать преподавателя, пусть это и сомнительное удовольствие. Покосившись на парней, последовала их примеру и достала тетрадь и перо. Хорошо, что пока шла, сделала гимнастику для рук, здравствуй первый класс начальной школы.

– Сегодня мы поговорим о вызове смерча, – начал магистр Ансей. – Подняли руки, кто его знает. Всего четверо? Кто из вас четверых знает «Узор инея»? Ни один. Отлично. Изучите узор самостоятельно. Я проверю его с вами в конце занятия. А остальные, внимание. Вас, адептка, тоже касается.

Вообще-то, я слушала очень даже внимательно, но и ладно. Пусть его.

– Что есть смерч в природе, я объяснять не намерен. В нашем случае завихрение создаётся не воздухом, а вашей силой, адепты. Со «Смерча» можно начинать учиться придавать магии форму, поскольку он в основном состоит из чистой силы, но при этом минимальная структура в наличии имеется. Она, заметьте, нестабильна и задавать её на порядок легче.

Я записывала почти слово в слово. Краем глаза заметила, как магистр заглянул в мою тетрадь, но придраться ни к чему не смог. Парни тоже писали, но не столь усердно.

– Размер «Смерча» колеблется от крошечного до огромного. Зависит напрямую от количества вложенной силы. Вам ясно, адептка?

– Да, магистр Ансей.

Он вновь скривился.

– Форма очень простая. Спираль, вытянутая вверх.

В воздухе появилось трёхмерное изображение. Я тотчас зарисовала.

– Желающие прочитать подробности могут этим заняться прямо сейчас. Ваша задача продемонстрировать мне «Смерч» любого размера до конца занятия. Работаем.

Я увидела, как один из адептов коснулся камушка, вделанного в правый дальний угол столешницы, и последовала его примеру. Для начала прочитаю про «Смерч», потом продолжу потуги с зажмуриванием. Даже думать не хочу, что на это скажет магистр Ансей.

4

Чтение ничего интересного не принесло. Правда, чтение не совсем верное слово. Учебник был больше всего похож на высококачественное мультимедийное пособие, поскольку кроме текста была масса иллюзий, начиная от «смерча» и его плетения и заканчивая роликами, в которых маги его применяли.

Магистр Ансей занялся четвёркой, которой он поручил самостоятельный разбор заклинания «иней». Как только он ушёл к ним, я продолжила попытки зажмуриться и выгнать точки. У меня не выходило ничего.

– Внимание, адепты. Закончившие со «смерчем» могут приступать к изучению любого заклинания перечня. Я оглядела класс. Над несколькими парнями зажглись зелёные огоньки.

– Подойду, как только закончу с «инием».

Интересная система. Но я не отвлекаюсь. Я перечитала ещё раз инструкции по созданию смерча и попробовала их повторить. Плохо, конечно, что все увидят мой потенциал, но лучше я хоть что-нибудь сделаю.

Занятие продолжалось. Я попеременно жмурилась и пыталась вызвать смерч, но не получалось ровным счётом ничего. Отчаявшись, я на секунду приложила ладони к глазам. Именно в этот момент над ухом раздался вкрадчивый голос магистра Ансея:

– Адептка, почему вы не потрудились обозначить свою готовность отчитаться по заклинанию «Смерч»?

– Я не готова, магистр Ансей.

Он спрашивал достаточно громко, чтобы слышал класс. Я ответила не тише. Нельзя показать, как меня задевает неудача.

– Тогда зачем вы пришли, если не учиться?

– Учиться, магистр Ансей. Но у меня не получилось заклинание.

– Покажите, что вы делаете.

Я снова попыталась выполнить инструкцию, продиктованную магистром.

– Адептка! – прервал он меня, – Вы даже неспособны вывести свою силу в окружающее пространство?!

Сокурсники разразились хохотом, и Ансей к ним присоединился. А мне хотелось зарыдать. Но я держалась из последних сил, нацепив на лицо маску полного спокойствия и безразличия. Я поплачу, обещала я себе, но только тогда, когда останусь одна. Отсутствие реакции Ансею не понравилось, он нахмурился и отвернулся. Смех в классе постепенно стал стихать.

– Плохо, адептка. Даже отвратительно. Если не возьмётесь за ум, то вылетите в конце недели. Остальные молодцы. Занятие окончено.

Из аудитории я вышла на негнущихся ногах. Как будто моя вина, что я не умею, что я иномирянка. Хотя, для них я виновата в том, что я девушка и посмела захотеть обучаться в их Академии, да и ещё добилась поступления. Но я держалась. По расписанию сейчас был обед, после него «Клятвы магов», которые прошли на удивление спокойно. Магистр только раз взглянул на меня и велел разобрать первые три главы учебника самостоятельно. При возникновении вопросов следовало зажечь красный огонёк, ткнув в камень на парте.

На «Клятвах» все учились самостоятельно. И, похоже, на свободных курсах у всех адептов разный уровень, вот преподаватели и приспосабливаются. Мне пояснений не потребовалось, поэтому мужчина выдал мне тестовые задания по теме и предложил прорешать. Сверяться с учебником было можно. А вот следующее занятие, он сказал, меня ждёт проверочная работа без подсказок.

Я кивнула и сосредоточилась на листке. Курс был скучным и занудным, сродни юриспруденции. Но Дем прав, он убережёт меня от множества ошибок в будущем. К тому же мне было относительно понятно, и магических способностей обучение не требовало.

Только в конце педагог подошёл посмотреть, как я справилась, и изумлению его не было предела, когда он обнаружил, что в тесте нет ни единой ошибки.

– Так я же с учебником решала, – мне было непонятно, чему он так удивляется.

– Но вы же девочка.

Шовинизм. Вопросов не имею. Зато боюсь с новой силой, потому что впереди «Верховая езда». День оказался тяжелее, чем я предполагала. А вечер ой как не скоро. Я поглядела на шкалу браслета и прибавила шагу. Не хочу опоздать на «верховую».

В этот раз кроме брезгливости на лицах сокурсников появилось и недоверие. Кое-кто кивнул на меня соседу и тронул висок пальцем. Думаю, нозанский вариант универсального жеста. И надо признать, в чём-то я с парнем была согласна. Куда мне на лошадь?

Дверь раскрылась. По привычке я вошла последней. Адепты уже выстраивались в линию, и я пристроилась с краю. Соседа перекосило, но он не отступил.

– Адептка?!

Надоел этот возглас.

– Адептка, вы осознаёте, что снисхождения не будет?

– Осознаю.

– Надеюсь. Лойд!

К нам приблизился очередной мужчина. Плечи широкие, коротконог и стригся он под ноль.

– Адептка поступает в твоё распоряжение.

– Понял, идёмте, адептка.

И я пошла. Десяток шагов, и мы попали в небольшой физкультурный зал, где были и маты, и тренажёры, и мечи. Лойд резко остановился, круто развернулся и навис надо мной. Молча. Он разглядывал меня тем взглядом, каким люди должны смотреть на покупаемую ими просроченную курицу.

– Простите, мне следует обращаться к вам магистр Лойд?

– Просто Лойд, – рыкнул мужчина. – А лучше вовсе не обращаться.

Он отошёл на несколько шагов и повернулся ко мне.

– Так. Начнём с разминки. Повторяй за мной.

Как ни странно, к концу разминки Лойд не рычал, оценил, как я пыхтела и старалась. Пот с меня лил ручьями, про необходимость держать лицо я забыла напрочь, и только дышала со свистом.

– Шагом три круга по залу, – скомандовал, наконец, Лойд, и я еле-еле поплелась. Некоторое время он молча наблюдал, а потом задал вопрос, который интересовал и меня тоже:

– А как ты собралась верхом ехать?

Я не остановилась, пожала плечами. Самой бы знать. Лойд махнул рукой, давая понять, что мне нужно идти следом и привёл меня в конюшню. То есть я, увидев проход и денники по бокам, решила, что в конюшню. Во-первых, я услышала попискивание, совершенно не свойственное лошадям. Во-вторых, я заглянула в ближайший денник.

Там ворочалось нечто живое, покрытое бородавками и редкой, но длинной щетиной. Существо повернулось ко мне головой и уставилось сотней маленьких глаз, хаотично расположенных по всей голове. Я икнула.

– Это зинчик, – сказал Лойд.

– Простите, Лойд, – пискнула я. – Зинчк кличка или что?

– Название животного. Кто же ему станет кличку давать?

Лойд взял сбрую и вошёл к зверю, а через минуту вывел его в проход. Больше всего по комплекции зверь напоминал кабана.

– Иномирянка?

– Да.

– У нас женщины ездят только в повозках. Да и часть мужчин тоже. А верхом – это больше по части магов и лордов. Зинчик самый простой зверь.

Он действительно считает лязгнувшего зубастой пастью многоглазого монстра простым? Похоже. Лойд вооружился сбруей и зашёл в загон. Обратно он вышел через минуту, а на конце повода рычал и одновременно издавал пищащий противный звук зинчик.

– Начнём с азов.

Лойд вывел кабана, как я мысленно обозвала монстрика, в вольер, который напоминал беговую дорожку вокруг футбольного поля, с той разницей, что диаметр поля был в разы меньше, а, главное, дорожка была обведена с обеих сторон невысокими, но толстыми стенами. Лойд завёл кабана в этот загон и легко удерживал рвущееся животное на поводе.

– Зинчик сможет только двигаться вперёд по кругу. Твоя задача научиться на нём сидеть. Залезай.

– Как?

– Верхом.

– А седло? – пискнула я не хуже зинчика.

– Залезай, – повторил Лойд.

Кабанчик был приземистым, так что проблем с закидыванием ноги не возникло. Щетина кололась, а бородавки просто вызывали тошноту, но я села, с нехорошим предчувствием отмечая, как активнее стали попытки зинчика вырваться вперёд.

– Перехватывай повод. Будем вместе держать.

Пришлось верить на слово, и Лойд не обманул.

– Ногами крепче сожми его бока. Да, так. Наклонись чуть вперёд. Расслабься и тяни повод. Я отпускаю на счёт три. Раз, два, три.

Я не успела даже пискнуть. Кабан рванул с места будто отфутболенный мяч. Само собой я не удержала повод и ткнулась носом кабану в шею. Зато смогла вцепиться в зверя не только ногами, но и руками. Я орала, громко, с чувством и на одной ноте. А прямо перед моими глазами моргали шесть затылочных глазиков зинчика.

Секунд через десять я сорвалась. Мне повезло свалиться со спины в бок от кабана и избежать участи коврика, только стукнулась слегка плечом. Лойд помочь не торопился, и мне пришлось заткнуться, самой встать и поковылять к учителю-мучителю. А ещё я опасалась, что кабан пройдётся по мне всеми четырьмя, когда зайдёт на второй круг. Но нет, Лойд его держал.

– Залезай, – сказал он. – Теперь постарайся удержать повод, или хотя бы не орать.

Мне стало страшно и слегка стыдно, поэтому кое-как я влезла на зверюгу и вцепилась в повод дрожащей рукой. Я заранее прикусила губу. На следующий урок принесу себе кляп.

– Расслабься, наклонись. Раз, два, три.

Губу я прокусила до крови, повод намотала на руку, и это стало ошибкой. Я не просто свалилась кулём, как в первый раз. На пузе полетела следом за зинчиком. Я опять орала. Кажется, Лойд мне вторил. Каким-то чудом он остановил кабана, схватил меня за шкирку, вздёрнул, убедился, что критических повреждений нет, и разразился ругательствами. Я покаянно слушала и украдкой смотрела на ободранные руки, пришедшую в негодность одежду. Кажется, живот и ноги в крови.

– Залезла! – закончил свою феерическую речь Лойд. – Раз, два, три.

Повод я даже не попыталась удержать, сразу распласталась на кабане, цепляясь руками за его шею. Кажется, зубами я тоже себе помогла, так как потом пришлось отплёвываться от длинного жёсткого волоса. И в этот раз я соблюдала тишину.

Вцепилась я мёртво, и кабан бежал со мной по кругу. А я на нём. Лойд не вмешивался. Я подумала, а не ушёл ли он, бросив меня тут одну, но поднять голову не решилась. От страха я зажмурилась и сильнее вжалась в кабана. Видимо я попала носом ему в один из тех шести глаз, что на затылке, потому что он дурным голосом завизжал, просел на задние ноги и попытался начать кататься. Бортики помешали. Я распахнула глаза и выдала своё любимое «Ааааа!». Бортики вдруг преобразились и почему-то оказались оплетёнными чёрным не то кружевом, не то орнаментом. В следующий миг я отключилась.

Первое, что ощутила, приходя в себя, была ровная поверхность пола. Второе – меня окатили холодной водой. Я охнула и открыла глаза. Надо мной стоял Лойд с выражением крайнего недовольства на лице.

– Жива.

– Ага.

– Жалобы?

– Никаких.

Он приподнял бровь.

– Думаю, хватит с тебя. Занятие окончено.

Я с трудом села и посмотрела на шкалу браслета. Согласно расписанию, мне предстояло мучиться с кабаном ещё не меньше получаса.

– Точно всё?

– Идите, адептка. И следующий раз думайте, выбирая курс.

– Спасибо, Лойд. До завтра.

– Завтра?!

– По расписанию, завтра, как и сегодня во второй половине дня.

– Ты придёшь?!

– Сама не в восторге, – улыбнулась я, встала, тронула браслет, буркнув «комната».

– До свидания, Лойд.

Я повернулась и захромала прочь. Лойд мне не ответил. Кажется, он таращился вслед. Чёрт, больно-то как.

К себе на этаж я доковыляла минут за двадцать. Встречные адепты освобождали дорогу и тихонько фыркали, а около этажа меня даже небольшая группка парней поджидала. Они не стеснялись рассматривать и даже тыкнуть пальцем, но дистанцию соблюдали. Отметила мимоходом, что смотрят так, будто у меня две головы выросло вместо одной. Если бы не физическая боль после скачек на зинчике, мне, наверное, было бы обидно до слёз. А так… Я вползла к себе, заперлась изнутри, убедилась, что время перед консультацией позволяет, достала сменную одежду и поплелась в душ.

Из зеркала на меня смотрела красота неземная. Я разделась и любовалась ссадинами и кровоподтёками. Хорошо хоть бока и спина не так сильно пострадали. По идее, я должна была себе что-нибудь сломать и ободраться на порядок больше. Кажется, бортики оплетены магией. Не пригрезилось же мне чёрное кружево.

Я умылась и влезла под горячий душ. Раны щипало, про себя я вспоминала подходящие ругательства и пыталась сообразить, есть ли у меня обезболивающее. Впрочем, обойдусь. Не настолько всё плохо. Интересно, Дем знал, что будет, когда советовал «Верховую езду»?

Я вылезла из-под душа. Оделась в свежее, и заковыляла к дверям в бодром темпе. Не хватало ещё из-за какого-то зинчика опоздать на консультацию. К дверям аудитории я успела приползти ровно за минуту. Выдохнула с облегчением, и дверь распахнулась.

– Проходите, адептка Виктория, – произнёс ровный голос, – мне ваш пол глубоко безразличен. Так что я отвечу на ваш вопрос в полном объёме. Если он не глупый. Что вы хотите знать?

– Научите меня заклинанию «Ночная вьюга».

Взгляд магистра Харпа прошёлся по мне как тёрка.

– Запросы у вас, леди, однако.

Он сделал несколько пассов руками.

– Что видите, адептка?

– Чёрные кривые линии появились.

– Когда успели научиться магию видеть?

Да не умею я. Или? Ой, я ведь зажмурилась на зинчике, а потом чёрное плетение и увидела.

– Не больше пары часов назад.

– Молодец. Интересно, какой у тебя потенциал. Жаль, сам не увижу, но ничего, потом у магистров узнаю. Итак, покажи свою магию.

Последнюю фразу я не поняла, поэтому переспросила.

– Магистр Харп, что сделать?

– Выведи свою магическую силу в окружающее пространство.

Я кивнула, вспомнила объяснение магистра Дайнича и попыталась. И опять ничего не вышло. Я попыталась снова.

– Подожди, – резко оборвал меня Харп и быстро подошёл.

– Ты ведь ещё ни разу этого не делала?

– Нет, магистр Харп.

– А зрение уже открылось.

– Ой ёёёёё…, – выдала я.

– Именно, – подтвердил магистр.

– Садитесь, – Харп снова вернулся к вежливому общению. Выбрала ближайшую к учительскому столу парту, но магистр взял стул и пристроился напротив.

– За одну консультацию не успеем. Запишитесь на завтра. А сейчас я буду учить вас первому шагу любого заклинания.

Морочился он со мной час, ни разу не упрекнул, повторял и пояснял, пока у меня не начало получаться. Да-да. Я смогла выбросить свою магию в мир. Когда я повторила упражнение в десятый раз, магистр откинулся на спинку стула, потёр подбородок и указал мне на дверь.

– До завтра, Виктория, отдохните.

Кажется, у меня будет «Ночная вьюга». И я удержусь в Академии, не окажусь чёрти где на улице. Я расплылась в улыбке. И пусть день был тяжёлым. И пусть впереди не менее тяжкие будни. Я справлюсь. А сейчас по расписанию «Базовые техники защитной магии».

При моём появлении магистр скривился и распорядился освободить для меня дальнюю парту.

– Потом будете сидеть, где хотите. После того, как сдадите мне теорию. А пока вперёд, к учебнику.

И всё занятие я тихо сидела, читала, конспектировала, иногда поглядывала на адептов, отрабатывавших приёмы защиты на практике. Мне было хорошо за последней партой. Никто не мешал, не смотрел, не воротил нос. Когда в конце занятия педагог ко мне подошёл, то удивления, сколько я разобрала, он скрыть не смог и пообещал на следующем же занятии устроить мне контрольную работу по классификации базовых щитов. В ответ я его поблагодарила за заботу и потопала на последний на сегодня курс «Знакомство с даром».

Последний урок преподнёс сюрприз. Магистр начал с того, что взял у меня ведомость и, не говоря ни слова, что-то в ней чиркнул, вернул бумагу и посмотрел на меня недовольным взглядом.

– Проблема вы, а не адептка, – и ткнул пальцем в парту.

Я послушно уселась. Дем говорил, что магистр ленив и преподавать не любит. Ох.

– За сегодня и за завтра я отметил. Придёте через день. Можете быть свободны.

– А учиться?! – воскликнула я.

Педагог посмотрел на меня недоумённо, потом закатил глаза и ткнул пальцем в камушек на парте. Передо мной развернулось очередное красочное трёхмерное пособие.

– Учитесь. Как надоест – свободны.

На этом он класс покинул. Помню, Дем сказал, что трудолюбием не страдает. Но не настолько же! Я мысленно плюнула и занялась конспектированием. Пособие неплохое, понятное. Просидела я долго, дольше, чем оговаривалось в расписании, и чуть не опоздала на ужин. Как и в прошлый раз мне достался личный столик и волна отчуждения. Я не обращала внимание. Не до них. Мне ещё в библиотеку идти. Дему обещала.

5

В библиотеку я вошла в приподнятом настроении.

– Леди, – Дем меня ждал, настроение поднялось ещё на пару делений.

Я радостно улыбнулась горбуну и по его приглашению прошла в кабинет для индивидуальной работы. Сумку с плеча я тут же поставила на пол, а сама уселась на подлокотник диванчика.

– Леди, как прошёл день?

– Привет, Дем, рада тебя видеть. Твоими стараниями день прошёл очень даже.

Хотелось мне сказать, что ужасно. Но Дема расстраивать я не собиралась, не его вина. Он же оглядывал меня с лёгким скепсисом. Да, я хромала, ладони в ссадинах, лицо не лучше.

– Это я на «Верховой езде» с зинчика свалилась.

Дем весь подобрался.

– Вы очень сердитесь, леди?

– Сержусь?! На что?

– На меня.

– Дем! Нет, вообще нет. С чего бы? Я, кстати, и завтра «Верховую» продолжу. Знаешь, под конец у меня стало что-то получаться.

Он кивнул.

– Мне твои советы очень помогли.

Дем опять кивнул. Какой-то у него ограниченный набор реакций. И почему же он думал, что я рассержусь?

– Особенно спасибо, что к Харпу отправил. Завтра я к нему на второй раунд.

– Рад помочь, – Дем чуть оттаял. – Я приготовил для вас книги по всем курсам, на которые вы записались.

И протянул длинный узкий футляр. Я неуверенно откинула крышку: сверху лежал перечень пособий с номерами, а в футляре обнаружились пронумерованные ячейки с камнями. Я кивнула, и спрятала приобретение в сумку.

– А разве никаких заявлений и карточек подписывать не нужно?

– Нет, леди. Это не настоящие пособия, копии. Их хватает на несколько месяцев, а потом нужно перезаписать.

– Понятно. Там только по курсам?

– Да. Для начала. Ваша задача, леди, не учиться магии сейчас, а освоить «Ночную вьюгу». И набрать нужное количество часов.

– Да, Дем. А как быть с заданиями на дом?

– По свободным курсам их не бывает.

– По защитной у меня будет контрольная, и по клятвам тоже. Надо же выучить.

– По клятвам пособие очень хорошее. Его должно хватить, леди.

– Пожалуй. А вот с защитной… Меня будут спрашивать по базовым щитам.

Дем потёр кончик носа и уточнил:

– Ещё что-то?

– Насколько хорошее пособие по «Знакомству с даром»?

– Паршивое, но лучше него ничего нет. Но я вам принесу к нему задачник, он толковый.

– Дем, ты чудо.

– Сейчас принесу, – с небольшим поклоном он покинул кабинет, а когда вернулся, то принёс два камушка. Дем попросил мой футляр. Сначала он вложил камни в пустовавшие ячейки, затем развернул список и аккуратно его дополнил. Всё вернул мне.

– Спасибо, Дем. Слушай, мне лучше пойти, или ты не против, если я немного посижу тут?

– Леди, вам не нужно спрашивать.

– А как иначе я узнаю твоё мнение?

Дем озадачился, и смотрел он на меня невесело. Чем, спрашивается, недоволен? Наверное, есть причины. Я пожала плечами и, улыбнувшись, пошла к дверям.

– Спокойной ночи, Дем.

– Всего хорошего, леди, – отозвался он.

Посещение библиотеки оставило тягостное впечатление. Дем по-прежнему помогал и объяснял, давал советы, но я почувствовала, что он определил дистанцию и в друзья ко мне не пойдёт. Что же, его полное право. Обидно, конечно. Чем я ему не угодила? Но ответа у меня нет, поэтому я вернулась на свой этаж, переоделась в пижаму, найденную в постели, установила будильник и решила почитать перед сном.

Курсы по клятвам и защите шли через день, то есть к контрольным я буду готовиться завтра. Для начала я перепроверила расписание, у меня к концу недели получались шестьдесят девять часов, на четыре больше, чем нужно. Это хорошо.

Я забралась в постель и извлекла из футляра задачник. Чтобы удержаться в Академии, мне нужно показать комиссии «Ночную вьюгу», для этого её надо выучить, а, значит, мне следует практиковаться.

Несколько раз повторила выброс силы, показанный магистром Харпом. Задачник предлагал следующим этапом научиться вкладывать намерение. И только третий шаг – придание заклинанию формы. Я рискнула совместить и попыталась воспроизвести «Смерч». Получилось. Лучше бы не получалось. Маленький вихрь возник на ладони и неконтролируемо понёсся в комнату. К счастью, на пути смерчу попался стул. Предмет мебели превратился в кучу щепы, вихрь самоликвидировался, а я почувствовала, как тяжелеют веки. Что-то в пособии говорилось о перенапряжении. Наверное, оно и есть.

Будильник, как мне казалось, запищал через пару секунд после того, как я закрыла глаза. На самом же деле наступило утро. Я поднялась с тяжёлой головой и больным телом. Болели мышцы. Все. Даже те, о существовании которых я и не догадывалась. Я позволила себе застонать в голос и поползла в ванну ценой героических усилий.

Кое-как прополоскала водой рот, и стало легче. Я задумалась над дилеммой: идти или не идти на завтрак. Голодать не вариант. Лучше пропущу ужин. Схожу вместо него в библиотеку. Там дают орешки и чай. Заодно подготовлюсь к контрольным. Дошла до столовой, на автомате переставляя ноги. Мысли о лестницах, подъёмах и спусках были мучительны. Я с трудом заставляла себя проглотить каждый следующий кусочек. Окружающих я не замечала.

Первым номером меня ждал специалист по суициду.

– Деточка, да на тебе лица нет, – сказал старичок, – А как ты мне пройденный вчера материал в таком состоянии пересказывать будешь?

– А я буду?

– Конечно, детка.

И я начала пересказ заплетающимся языком. Кстати, рассказала вполне сносно. Магистр Дайнич покачал головой и немного пожурил, после чего удивился, чего это я до сих пор тетрадь не достала. В этот раз я настрочила ещё пятнадцать листов. За полчаса до конца занятия магистр спросил:

– А теперь будем жмуриться?

– А это надо делать даже после открытия зрения? – уточнила я.

– Нет. До «прорыва». А ты?

– Вчера. Я теперь вижу магию.

– Давай-ка, продемонстрируй свою силу.

Продемонстрировала. И потеряла сознание.

– Деточка, – услышала я встревоженные интонации, словно сквозь вату, – ты об истощении не слышала, да? Эх, ты.

– Нет, не слышала, – прошептала я, – Читала.

– Только объяснение там дурацкое. Слушай, детка. Обретение магии похоже на обретение младенцем зубов. Они ведь есть у него изначально, но спрятаны внутри десны и прорезаются с болью и кровью.

– А магия?

– Тоже, детка. Твоя сила прорывает себе выход, как зуб десну. Тебе не от потери сил плохо, а от травм, которые её применение наносит. Но это нужно только пережить. Просто тихо посиди. Полегчает.

– Ага.

– Какой у тебя следующий курс?

– «Всезнание», потом «Простейшие наичернейшие заклинания».

– Бедная. На втором советую прикинуться, что магия у тебя ещё не прорезалась.

– Поняла, магистр.

– Ты помолчи и расслабься, дыши медленней. Вот-вот. Восстановись.

Помогло. На «Всезнание» я пошла вполне быстро, и на уроке смогла сосредоточиться на конспекте. Педагог, которого я осчастливила своим прибытием, скривился, как и прочие, буркнул, что девчачьего мозга для освоения его предмета недостаточно, ткнул мне в пособие и указал, какие темы мне следует разобрать. После чего я свободна.

На урок к магистру Ансею я шла как на казнь. Он снова будет издеваться, а я не смогу ответить, хотя и освоила смерч. Я готовилась сидеть мышкой и получать порции словесного яда, но мои планы полетели к чертям.

Магистр попросил меня выйти вперёд и встать перед классом.

– Итак, адептка. На прошлом уроке вы так и не смогли создать «Смерч».

Ансей сделал эффектную паузу, давая возможность желающим посмеяться.

– Я надеюсь, вы потрудились и выучили урок. Или суток для простенького заклинания вам было недостаточно?

Вновь смех. А меня взяло зло. Кажется, мне плевать на истощение. Последняя попытка следовать совету Дайнича:

– Магистр, Ансей. Я старалась, но не получилось.

– Да? Тогда покажите, что вы там настарались.

Вот зря он. От злости у меня словно сил прибавилось. И пусть будет больно потом. Я выплеснула свою силу и свою злость вместе с ней. И скрутила в несколько завихрений, с ладонь каждый.

Пара смерчей рванула к Ансею, остальные – на сокурсников.

– Вот, магистр. Но у меня совершенно не получается контролировать заклинание. Большинство парней молчали. Слышны были те, на кого налетели мои смерчи. Они как раз ругались в голос. И наравне с ними последними словами исходил магистр Ансей, поскольку среагировать он не успел, и смерчи его изрядно потрепали.

А на меня вновь накатила усталость. Только отчаянное упрямство помогало держать веки открытыми.

– Ты! Какого! – начал кричать Ансей мне в лицо.

– Контролировать не получается, я же объяснила сразу, – произнесла я как можно спокойнее.

– Сядьте. Адептка! И потрудитесь освоить контроль к следующему занятию. А до этого никакой практики на моём курсе. Пишите конспект, адептка, заклинание на ваш выбор.

Вот это меня устраивает. Я потёрла глаза, усилием воли отгоняя желание зевнуть во все тридцать два зуба. Достала тетрадку, перо и углубилась в учебное пособие. И что меня порадовало, оно имело вводную теоретическую часть. А вот практическая состояла из перечня заклинаний и пояснений к ним. И даны они были в алфавитном порядке. Потом нужно спросить у кого-нибудь, с каких из них следует начать.

На «Верховую езду» я пришла и мрачно порадовалась, наблюдая, как у Лойда вытягивается лицо. А потом всё повторилось. Разминка до изнеможения, поход к загонам. Лойд привёл вчерашнего зинчика на дорожку с ботиками и скомандовал:

– Залезай. Перехвати повод. Да, так. Раз, два, три.

В этот заход я продержалась полкруга после чего шмякнулась со спины кабана на дорожку. Мне хотелось полежать хоть минутку, но я перевернулась на живот и поднялась сначала на четвереньки, потом, хватаясь за бортик, встала на ноги. Лойд ждал, держа пойманного кабана на поводе.

– Залезай.

Ненавижу это слово.

Я послушно оседлала зверюгу.

– Повод. Неправильно. Ты тянешь его слишком вверх, а нужно держать руки ближе к спине зинчика. Да, так. И сама наклонись вперёд. Когда он побежит, просто натягивай повод за счёт своего веса, а не силы рук.

– Постараюсь.

– Да, так. Глаза открой и не закрывай. Раз, два. Три.

Кабаняка рванула, а я сидела на нём. Я выдала своё коронное «Ааааа», но глаз не закрыла, и позу сохранила. В итоге я продержалась три круга, и под конец даже перестала вопить. На четвёртом круге вмешался Лойд. Он от бортика перехватил повод и резко дёрнул. Кабан присел, я по инерции свалилась через голову бородавчатого транспорта, и когда отлипла от пола, оказалась лицом к сотне маленьких глаз.

– Вставай и залезай. Надо закрепить и потренировать остановку.

Я чуть не взвыла. Подбодряла меня одна мысль – кое-как, но я смогла, – выучусь. Справлюсь.

– Адептка, – вдруг спросил Лойд. – Вы объявление про намечающуюся Охоту читали?

– Да. Когда только браслет осваивала.

– Сроки изменены. Охота через два дня.

Я посмотрела на Лойда с искренним непониманием. Он оценил мою мину и пояснил с ехидцей, которой я от него не ожидала:

– Участие добровольное для всех, кроме слушателей курса «Верховая езда». Для вас, адептка, посещение данного мероприятия обязательно.

Вот теперь я взвыла в голос.

– Залезай. Повод. Наклонись. Раз, два, три.

Сегодняшнее занятие прошло не в пример продуктивней, правда, я как маленькая разбила обе коленки. Раньше меня отпускать не стали, зато научили садиться и слезать без травм. А на завтра мне обещали эксперсс-программу: те же действия, но без помощи инструктора в манеже без страховочных бортиков и азы управления траекторией забега. Выслушав, я посмотрела Лойду в глаза и повторно взвыла. Он ухмыльнулся, а потом посерьёзнел:

– Никогда бы не подумал, что женщина способна освоить езду. У тебя действительно получается. Большинство моих учеников тренируют неделю то, что ты освоила за два занятия.

В ответ я расплылась в улыбке. Первая настоящая и заслуженная похвала. А ещё надежда, что мне найдётся место в Академии, только работать надо и прыгнуть выше головы. Лойд улыбнулся и указал на душевую, расположенную прямо в спортивном комплексе. Благодарно кивнув, поплелась туда.

Я решила, что после ужина в библиотеку не пойду, а буду заниматься у себя на этаже. Выучу всё к завтрашним контрольным работам. Сегодня же мне оставалось отмучиться на «Отработке простейших приёмов поднятия зомби» и поужинать. Надеюсь, моих нервов хватит сходить в столовую после мертвецкой.

Последний на сегодня урок вёл сорокалетний на вид мужчина с голубыми глазами и по-женски изящными длинными пальцами. На меня он едва взглянул, на лице появилась гримаса снисходительной брезгливости.

– Адептка, – протянул он, – вам не совестно отнимать у мужчин время? Наличие крохотного дара не означает, что вы способны учиться.

Очередной шовинист.

– Впрочем, о чём я? Вам даже этого не понять. Идите сюда, адептка.

Магистр приоткрыл довольно крупный ящик.

– Берите. И идите к тому столу. Тратить на вас время я не намерен, чтобы вы себе ни навоображали.

Поскольку щель педагог открыл небольшую, увидеть содержимое я не могла. Просунула руку и попала, судя по ощущениям, в мех. Целый ящик шерстистых комков и перепутанных кожистых шнурков. Я выхватила один и обнаружила у себя в руках мёртвую крысу.

Нет, я не завизжала. Очень хотела, но подавила писк. Не доставлю им такого удовольствия. Кажется, сильный пол разочарован. Магистр нахмурился, а я продолжала стоять, сжимая в руке трупик.

– Что непонятного, адептка? Заставьте это двигаться.

Кивнула, пошла за стол. Учебное пособие было скупо на объяснение теории. Оказалось, что поднятие лишь крохотный раздел из некромантии и объяснения нужно брать именно в учебнике по основному курсу. А доставшееся мне пособие больше походило на брошюру и предлагало порядка десятка приёмов. Чтобы прочитать всё от начала до конца мне хватило пятнадцати минут.

Переходить к практике было откровенно страшно: и пугало меня собственное состояние. Я сосредоточилась на себе. Устала, истерзана, но сейчас причиной была удавшаяся езда, а не утренний выверт с несколькими смерчами. Кажется, для колдовства я пришла в себя достаточно. А первый приём до безобразия прост: накачать труп своей магической силой и вложить в неё желание движение.

Что велели, то я и сделала. Я сосредоточенно по капле вливала свою силу в крысу, думая, как они все меня бесят. Я даже не предполагала, что так получится. Внезапно крыса прыгнула. Я вскрикнула, а меховой комок полетел по классу, кусая адептов за ноги. Моя крыса шарахалась из стороны в сторону и норовила тяпнуть побольнее. Троим она умудрилась не просто расцарапать кожу, а выгрызть по кусочку. Я смотрела на происходящее с глупо-нейтральным выражением на лице, а в глубине души злорадствовала.

Преподу, жаль, не досталось. Когда крыса понеслась на него, он её чем-то приложил – я видела, как срывается с его пальцев чёрное плетение. Мёртвая тушка замерла и обмякла. Магистр же был в бешенстве. Он подхватил крысу за хвост и сунул дохлое тельце мне в нос.

– Это что, адептка?

– Выполненное задание, – отозвалась я.

– Выполненное? – и столько изумления в голосе, странно, она же бегала, как он и сказал. – Вы должны были заставить крысу двигаться. А вы натравили её на других адептов и сорвали занятие. На сегодня я вас отстраняю. А после урока я буду говорить с ректором о вашем наказании. Идите, адептка.

Весело. Подхватив сумку, я удалилась. Возражать бессмысленно. Зато можно перед ужином поспать полчаса. Еле стою ведь. Перед глазами звёзды пляшут, и тошнит. А наказание… Справедливого мне в Академии до сих пор ничего толком и не попадалось. Переживу как-нибудь.

Поспать мне удалось, а вот с ужином я обломилась. На подходе к столовой меня ждал куратор. Он же магистр Верис.

– Крайне разочарован, адептка. Идёмте за мной. Вы ещё не прошли комиссию, но уже нарушили Устав, на который так ссылались. Отвратительно.

Ректор, к которому меня в итоге доставили, также не скупился на выражения. Песочили меня около часа.

– Ваше поведение недостойно Академии, вместо благодарности и трепета, что вас, девушку, приняли, вы ведёте себя так, словно равны остальным адептам. Они, девушка, обладают знаниями, умениями, способностями и умом, которые вам и не снились. Что вы себе позволяете?

Я же размышляла о том, что Ансей, оказывается, вполне вменяемый. Он за мои смерчи к ректору меня не поволок. Признал очевидное, что не моя вина. А эти? Они же не могут всерьёз считать, что я натравила крысу.

– Сейчас вас оправдывает отсутствие контроля.

Вот тут я навострила уши.

– Но отрицать, что вы желали вреда сокурсникам бессмысленно. Если бы это было не так, крыса просто бы бегала, не царапалась, не кусала. Вы слышите, адептка?

– Да.

– Осознаёте?

Я кивнула.

– Поскольку нарушение первое, я буду мягок в наказании.

У меня глаза на лоб полезли.

– Во-первых, комиссии вы продемонстрируете не только свои достижения, но и знание Устава Академии. Во-вторых, в случае, – тут ректор противно и совсем не по-взрослому хихикнул, – вашего зачисления я ограничиваю вас официальными поздравлениями, а личную вечеринку запрещаю.

На этом меня милостиво отпустили. Вышла, вздохнула и, посмотрев на браслет, поняла, что на ужин безнадёжно опоздала. Тогда я потыкала камешки своего браслета в поисках текста Устава Академии. Такового не обнаружилось, зато он значился в каталоге библиотечных книг. Ничего не оставалось, как плестись к Дему, хоть я и не собиралась.

6

Пока шла за путеводным огоньком заметила, что дорога кажется знакомой. Я начинаю осваиваться. Неплохо. Толкнула двери и вошла в овальный зал. Дем тотчас появился из-за стойки:

– Леди.

– Здравствуй, Дем. Мне нужен Устав Академии. Меня, представляешь, наказали, и я должна буду показать знание Устава комиссии.

– Тогда вам одного Устава мало, – спокойно заметил горбун и, оценив выражение на моём лице, пояснил, – Ещё нужно знать историю Устава, реальные примеры его применения.

Был бы Дем Лойдом, я бы взвыла. А так горбун ненадолго исчез и принёс мне маленькую коробочку с двумя подписанными ячейками.

– Вас могут попросить цитировать Устав, леди. Эк, вы попали. И как смогли только.

Это не было вопросом, но я ответила:

– На уроке по зомби подняла крысу, а она, как угорелая, шарахалась по аудитории, царапалась, троих погрызла основательно.

Дем едва заметно улыбнулся. Уголки губ дрогнули, на миг приподнялись и тут же опустились.

– Вы на них очень злитесь, да?

– Дем, я лично ничем не заслужила подобного отношения. Я не мужчина, и что?

Дем нахмурился и пожал плечами.

– Леди, у вас признаки магического перенапряжения, рекомендую отоспаться.

И тут-то меня озарило, что вчера готовиться к контрольным я собиралась здесь, в библиотеке, тут же есть орешки, фрукты и чай. Живём! Тем более, что футляр с учебниками у меня в сумке.

– Дем, мне к контрольным надо подготовиться. Я бы в кабинете позанималась. А потом спать, ты прав.

– Разумеется, леди.

И я прошла в кабинет, водрузила на стол камни-пособия, чашку чая, блюдо с пирожными. Увидев, как я хозяйничаю, Дем шагнул ко мне:

– Леди, зачем вы? Это входит в мои обязанности.

– Дем, мне не сложно, тем более, что ты делаешь для меня куда больше, чем должен. Лучше вон, иди на диване отдохни, а всем скажем, что ты мне помогал.

Дем смотрел на меня круглыми глазами.

– Леди, позовите, если понадоблюсь, – и он пошёл к выходу, я впервые заметила, насколько неуверенная у него походка. Наверное, из-за горба. Но это не моё дело, и я не буду спрашивать. А вот отблагодарить… Надо придумать что-нибудь для Дема приятное, от чего он не откажется. Я уставилась в голограмму над столом. Начну с клятв, а вот со щитами придётся повозиться. Устав и его история на ближайшую неделю станут моим чтением на ночь.

Так и прошли два дня. Я привыкла к молчаливому и облечённому в слова неодобрению и отчуждению, перестала замечать кривящиеся при моём появлении лица сокурсников и магистров. А пространство, возникающее вокруг меня, стало только радовать. Меньше народу – больше кислороду. Да и с магией стало легче. Простенькие заклинания меня не утомляли, но магистр Харп сказал, что нужно дать свободу своей силе, иными словами доводить себя до состояния «звёздочки в глазах скачут». Без подобной перегрузки «Ночную вьюгу» я просто не успею выучить.

А сейчас я стояла перед зеркалом и собиралась для принятия участия в Охоте. Мероприятие из серии не хочу, но надо. Хорошо, хоть азы управления зинчиком я освоила, то есть наворачивалась через раз. А моё величайшее достижение – я научилась падать с него правильно.

Я выбрала чёрные брюки из физкультурного комплекта, водолазку, не стеснявшую движений и лёгкую пелеринку-довесок. Волосы я носила до плеч, поэтому собрала их в косу и улиткой заколола на голове, чтобы не мешали. Будем считать, что я готова. Знать бы, что охота под собой подразумевает. Дем смог сказать только в общих чертах, поскольку проводилась она за пределами Академии, а он редко выходил из библиотеки.

К толпе адептов я присоединилась одной из последних. Честно говоря, удивление с последующим фырканьем мне надоело. Могли бы уже смириться с тем, что я учусь среди них. Вечно это потрясение на лицах. Но сегодня я заметила парня, сидевшего недалеко от меня на «Заклинаниях». Он был скорее любопытен, чем враждебен. Уже лучше.

К нам вышел поджарый мужчина, не удостоил адептов и взгляда, буркнул:

– Кто всё знает, проходит. Новички ко мне.

Новичков оказалось всего двое: я и парнишка лет шестнадцати-семнадцати.

– Адептка, а вы что здесь делаете? – мужчина спрашивал не столько зло, сколько озадаченно. Или мне так показалось, потому что я была с ним согласна: на охоте мне не место.

– Для тех, кто ходит на курс «Верховая езда», Охота обязательна, – отчиталась я.

– Тогда держись рядом, вас, адепт, это тоже касается. Следуйте за мной.

Я отставала от мужчины ровно на шаг и довольствовалась разглядыванием его затылка, бычьей шеи и массивной спины. Комплекцией он напоминал отчима. Лучше бы не вспоминала. В душе что-то болезненно дёрнулось, а раскисать при свидетелях нельзя, ибо загрызут. К тому же мой отчим в плечах шире физкультурника раза в полтора. Или этот хмурый здоровенный маг не физкультурник? А мне есть до этого дело?

– Седлать сами будете?

Я отрицательно помотала головой, а второй новичок фыркнул и сказал, что это легче лёгкого. Шпилька в мой адрес?

– Кого вам, адептка, заседлать?

Чуть не сказала кабана.

– Зинчика, пожалуйста.

Зинчика мне и выдали. Зверь к моему ужасу оказался крупнее кабана, на котором я тренировалась. Сидеть, по логике, должно быть удобней, но, боги, чтобы им управлять нужна же не сила, а силища! И здесь охота, а не индивидуальный зал, где я выводила своё коронное «Аааа».

– Адептка, вы побледнели, – заметил педагог.

Ага, выцвела до белизны простыней и наволочек.

– Всё хорошо.

– Адептка, вы боитесь. И зинчик это чувствует. Мне без разницы, поскольку если вы убьётесь, переживать не будет никто, мне же ещё и спасибо скажут. Советую успокоиться.

Кивнула, так как голосу своему не доверяла. Физкультурник действительно полагает, что после таких откровений я могу успокоиться? Видимо, да. Я сделала несколько глубоких вдохов и протянула руку за поводом, чувствуя, как кровь отливает и пальцы леденеют.

Зинчик поморгал на меня сотней глаз и замер рядом. Только я учёная, мой тренировочный кабан тоже смирный, пока на хребет не сядешь. А как сядешь – с места в карьер. И счастье, если, как любому нормальному кабану, ему не приспичит поваляться. Успокаиваю себя тем, что зинчик не свин, а нормальное для Нозаны ездовое животное.

К физкультурнику я просто прилипла в надежде, что если что-то пойдёт не так, он успеет подстраховать. Мужчина мой манёвр просёк и скривился. Понимаю, на его месте я бы тоже не радовалась необходимости нянькаться с потенциальным мокрым местом. Помню, как кабан меня чуть по бортику не размазал, когда я на пузе за ним волочилась. Счастье, что магия бортиков не позволяет получить по-настоящему серьёзную травму. Как объяснил Лойд, тренировки тяжелы, но абсолютно безопасны.

Мы вошли в большой зал, по которому рассредоточились адепты, каждый из которых удерживал по зверю. И ни одной тварюшки я опознать не смогла. Вот зачем такое разводят? Ближайший ко мне парень удерживал существо на голенастых длинных ногах. Головка была непропорционально маленькая и заканчивалась провалом, обрамлённым густыми щупальцами. Я отвернулась и уставилась в пол.

– Адепты Академии чёрной магии! – раздался голос, и я посмотрела вперёд. На возвышении появился ректор. – Я рад нашей встрече на Традиционной большой охоте. И как у нас заведено, специально для новичков: из зала мы переносимся в Чаганский лес, и звук рога начнёт Охоту. Вы вольны ехать в любом направлении. Но вы возвращаетесь на нашу поляну на закате. Со вторым призывом рога перенос сюда. Всё, что вы добудете, станет вашим трофеем. Опоздавшим предстоит добираться до Академии самостоятельно. Использовать магию для перемещения запрещено. Только свои и чужие конечности.

Блеск. А можно я на полянке посижу, подожду? Зинчик рядом попасётся. Идея гоняться за трофеем меня совершенно не прельстила. А уж если вспомнить, что девочка я городская, в лесу в жизни не была, только в парке с рукотворными тропинками… К тому же у меня нет ни малейшего представления о том, что считать трофеем.

Я запоздало дёрнулась: мир мигнул и изменился. Вместо зала была идеально круглая поляна. А вокруг деревья-великаны с чёрной гладкой корой. Чем-то они напоминали сосны, в том плане, что ветки были только на самой макушке деревьев, а внизу тёмно-серый ствол. Другой растительности в Чаганском лесу не наблюдалось.

Покосилась на физкультурника, пытаясь решить дилемму: лезть с глупым вопросом или не лезть. Он заметил мои метания, чуть фыркнул и шагнул ко мне:

– Спрашивай, адептка.

– А что подразумевается под трофеями?

– Думаешь добыть? – он хохотнул.

– Добыть вряд ли, но знать хочется.

– Да кто что сможет. Традиционно пытаются проникнуть в ближайшие поместья за деньгами. Пару лет назад один адепт раздобыл у незадачливого путешественника Чагского перегона весьма любопытный амулет. А бывало, что и живых на опыты отлавливали.

Мой интерес резко угас, а за красивым названием обнаружилась ежегодная вылазка с целью мародерства. Физкультурник обернулся на второго новичка, убедился, что тот чувствует себя очень даже замечательно, и пошёл от нас восвояси.

Прозвучал резкий трубный звук. Хотела зажать уши, но вовремя спохватилась, что нельзя выпускать повод зинчика из рук. Кабанчик, кстати, резкого звука словно не заметил. Глухой от природы или от жизни в Академии?

Парни как с цепи сорвались: запрыгивали на своих монстриков и пришпоривали, так что клёкот, писк и рык превзошли звука рога. В течении минуты с небольшим поляна опустела, осталась я с кабаном, физкультурник, двое незнакомых мне магистров и ректор. Он-то посмотрел на меня долго и внимательно, после чего решительно направился в мою сторону.

– Адептка, почему время впустую тратите?

– Впустую?

– Чем позже вы выезжаете, тем меньше шансов добыть качественный трофей. Потрудитесь не позорить Академию. Я лично прослежу, что вы привезёте.

Он отвернулся и пошёл обратно к магистрам, но потом обернулся с ухмылкой:

– Адептка, вас, новеньких всего двое. Перед отбытием я вас приглашу на трибуну, расскажем всем о ваших успехах и провалах.

Вот после этого он окончательно ушёл, а я сдержала мысленную ругань. Речь о том, чтобы просидеть на поляне больше не шла. Но как мне добыть трофей? Ответ – никак. Значит, меня ждёт публичный ушат помоев. За провал на Охоте же не отчисляют. Вот и ладно.

Я подобрала повод, отработанным движением перекинула через зинчика ногу, сжала бока кабана и наклонилась вперёд, натягивая повод за счёт своего веса. Кабан рванул. Я сумела удержаться. Орать благим матом я тоже успела отучиться. Мы неслись через лес в неопределённом направлении, и я с запоздалым ужасом поняла, что не знаю, как буду возвращаться на поляну ко времени.

Зинчик со мной на спине мчался почти по прямой, а я сжимала повод, сосредоточившись только на одном: не навернуться. Ведь костей не соберёшь. Здесь нет страховки. Руки разом заледенели. А ведь нельзя. Почует зинчик мой страх – и мне конец. Мы летели вперёд между серых стволов деревьев по почти идеально-ровной земле.

Я чуть успокоилась, и, признаться, ощущение скорости, почти полёта над землёй, мне нравилось вопреки всем страхам. Здраво рассудив, что в лесу ловить нечего, позволила зинчику вынести себя на открытое пространство. Лес кончился разом. То расплывающиеся перед глазами серые полосы стволов, то степь, где сухая земля очень быстро сменилась зелёной травой. А впереди засверкала лента реки, текшей вдоль границ леса, поперёк нашей дороги.

Пока я судорожно размышляла, что делать, понимая, что затормозить не успею, зинчик влетел в воду. Хорошо, что я успела вздохнуть. И хорошо, что река неширокая. Он не поплыл, помчался по дну, врезавшись в воду, показавшуюся ледяной. Я стискивала бока зинчика со всей силы. Мне даже жаль его стало. Вода резко кончилась, и мы мчались вперёд.

Я переводила дыхание, скачка уже перестала казаться такой страшной. Бежит себе, не скидывает, кататься со мной на спине не пытается. Только вот холод теперь до костей пробирает, и мокро. А на ветру в десяток раз холоднее. Остановить зинчика? Повернуть назад? Искать поляну прибытия или искать способ высушиться? На трофей я плюнула. Опозорюсь – не беда. Не впервой эти маги надо мной смеяться всей толпой будут.

Впереди показался дом. Идея родилась быстро – попрошу помощи. Если что, то надеюсь, у обитателей есть чудо-бумага, расплачусь из денег, оставленных Ораном. Хоть бы в доме кто был. Мы стремительно приближались. Хотела начать тормозить, но отвлеклась: из окна выпрыгнула девушка, прижимая к груди свёрток, и побежала прочь. Почти сразу из окна выпрыгнул парень в чёрной одежде, похожей на ту, в какой ходили адепты Академии.

Зинчик самостоятельно чуть изменил траекторию, чтобы не врезаться в строение. Иные помехи его не волновали.

– Ах, ты тварь! – рявкнул маг. – Убью!

Картинка сложилась моментально: наш охотничек нашёл трофей и ради него не гнушается убийством. Я видела, как он заносит кинжал.

Я подалась к шее зинчика, желая спасти девчонку, успеть. Кабан, больше не сдерживаемый поводом, рванул ещё быстрее. Одновременно я завопила:

– Эй!

Парень обернулся. Он оказался прямо у зинчика на пути. Открыл рот.

– Убирайся, – завопила я. – натягивая повод.

Ни он не сдвинулся, ни я зверя не удержала. Зинчик, видела я, на полном ходу врезался в парня, пробежал ещё вперёд и встал, повинуясь моему приказу. Обернуться я боялась. Сидела, судорожно сжимая поводья, и слушала, как тихо хнычет девица. Собравшись с силами, слезла с зинчика. Кабан пока слушался. Выдохнув, обернулась.

Я его не убила. С перепугу решила, что парню конец. Он, видно, успел в последний момент отпрыгнуть, поскольку сейчас он полулежал у стены дома, дышал с лёгким присвистом. Глаза прикрыты, по рукаву рубашки медленно расплывалось кровавое пятно. Я перевела взгляд на девицу – сидит, голову в коленях спрятала и хнычет.

Шагнула к ней.

– Эй, – говорю. – На меня посмотри.

Жертва ощутимо вздрогнула и подняла глаза.

– Ой, – тихо шепнула она, провела рукой по лицу, – Девушка-маг?

– Да.

– Убьёшь меня ты, да?

Меня от предположения передёрнуло.

– Нет.

Она широко распахнула глаза и не поверила. А я обернулась на раненого. Парень, адепт, отключился. Глаза закрылись окончательно, а при дыхании вырывался едва различимый стон. Я растерялась. Нет, убивца сильно жаль мне не было. Но он же живой и бросать подыхать не хочется.

– Тогда он убьёт.

– Нет, – ответила и склонилась над парнем. Открытый перелом. Я не врач, но слышала, что от такого может быть болевой шок. Как же быть? Хотя… Я увидела, как над раной стала скручиваться магия. Похоже, моя помощь и не нужна. Тогда повторюсь: что делать? Ответ подсказал подувший ветерок – меня затрясло от холода. Так ведь и до воспаления лёгких недалеко.

– Эй, – я обернулась к девушке. – я помогу тебе, а ты мне. Идёт?

Она как-то заторможено кивнула.

– Мне нужно полотенце и одежда.

– Ага. Вы такая мокрая, – проговорила она, растягивая гласные.

Я подала ей руку, помогая встать. В дом мы забирались через окно. Она сначала предложила, что пойдёт и откроет мне дверь, но я хотела в тепло, поэтому без раздумий привязала зинчика к дереву. Надеюсь, не сбежит.

Девушка оказалась расторопной, я быстро скинула одежду Академии и взамен получила шёлковую нижнюю сорочку и шерстяное платье. Пока я переодевалась и растиралась, девушка появилась вновь с подносом, на котором обнаружился чайник, две чашечки и пирожные. Она робко улыбнулась, но ничего не сказала. Поэтому говорить пришлось мне:

– Ты как?

– Ты действительно обладаешь даром?

– Да.

– А я думала, женщины не могут, – она качнула головой.

– Я исключение.

– Понимаю, природное отклонение. Бывает же, что рождаются с шестью пальцами или заячьей губой.

Я подавилась чаем. Девушка, похоже, не заметила, поскольку продолжила:

– Ты собираешься мне помочь?

Вот после заячьей губы совершенно не хочется.

– Да. Я, кстати, Вика.

– Ой, я забыла назваться. Прости. Я Элия. Дочь барона Олского.

У меня брови поползли наверх. Это баронесса? А где слуги, защитники, старшие, наконец?

– А почему…, – начала я, но она перебила, нервно передёрнув плечом.

– Отец в опалу попал, Его Величество распорядился, чтобы я отбыла в дальнее поместье и не смела взять больше двух слуг. Его Величество, вероятно, знал, когда состоится Охота.

– Но ведь этому, – я кивнула в сторону стены, – нужен свёрток.

– Дар Его Величества перед моим отъездом. С ним ещё письмо передали. Ожерелье должно хранить меня в пути, и его следует надеть на бал через неделю.

Я тяжело вздохнула. Вот так монархические порядочки.

– Ты ведь тоже на Охоте? – неожиданно спрашивает.

– Да. Но ожерелье мне не нужно.

Я согрелась, пришла в себя и вернулась к насущному. Охота. Трофей. Возвращение на поляну до заката. Воровать я не стану. Пусть я и недоделанный чёрный маг, считать, что мне всё позволено, я не стану. Посмотрела на шкалу браслета.

– Угостишь чем-нибудь? – хоть Охота и началась во второй половине дня после обеда, перекусить уже захотелось.

– Конечно, – Элия кивает и выходит из комнаты, а я подхожу к окну. Зинчик, мой хороший, смирно лежит у дерева. Маг шевелится у стены. Я выпрыгнула наружу, благо окно низко над землёй. Надо разобраться с убивцем. Только сейчас до меня дошло, что нож я не отобрала. Лезвие лежит почти что у него под рукой.

7

Я остановилась от парня в двух шагах. Смотрю. Он пришёл в сознание, на раненое плечо положил какую-то фигульку, и рана выглядит лучше. Да и сам он больше не бледный, хотя вижу, что по-прежнему слаб. А взгляд настороженный и злой.

– Поговорим или добить? – интересуюсь. Убить я не смогу, но, надеюсь, он этого не знает.

– О чём с тобой говорить? Девка. Молчать-то вы не способны. А в Академии с тобой никто…

– Например, о том, что убивать нехорошо. Воровать нехорошо, – перебила я.

Он хрипло хохотнул и тут же сморщился. Похоже, больно ему смеяться.

– Ты же с чёрным даром, хоть и девочка, – говорит, – мораль – это по части белых.

– Всегда считала, что совесть есть элемент сознания.

Он снова хохотнул.

– У тебя, парень, проблема. И я имею в виду не пропоротую руку.

– Какая?

– Обижать Элию я тебе не позволю.

– Думаешь, ей поможет? Ты не понимаешь, её папенька Его Величеству не угодил.

Я покачала головой. Пусть думает, что хочет. Не могу позволить девочку убить. Парень упёрся руками в землю и сел ровнее.

– А ты упрямая? – не то спрашивает, не то утверждает. Помолчал немного. – Я понял, что Элию ты не отдашь. Убить ты меня не сможешь. Девочки не убивают по определению.

Спорно. В данной ситуации он прав, но я не знаю, что буду делать для защиты своей жизни. Может быть то, от чего потом по ночам буду просыпаться в холодном поту. Наверное, что-то мелькнуло у меня в глазах. Парень чуть напрягся:

– Клянусь звездой Севера, что я не собирался Элию убивать. У меня на ноже сильнодействующий дурман. Царапнул бы, и она заснула.

Я понимала, что курс «Клятвы мага» полезный, но не думала, что он пригодится мне прямо сейчас. Парень произнёс одну из простейших клятв ровно в той формулировке, как она давалась в учебнике. Он не лгал. Уже хорошо. Я очень обрадовалась, что в убивцы его записала напрасно.

– Теперь поклянись, что сегодня и завтра не причинишь ни Элии, ни её имуществу вреда.

– Почему не навсегда? – удивился он.

– Ты не согласишься.

Он удивился:

– А у тебя кроме дара ещё и мозги есть.

– Шибко умной себя не считаю, но и не курица безголовая.

Он чуть улыбнулся:

– Клянусь дыханьем ветра не причинять вреда, в какой бы то ни было форме, Элии и её имуществу двое суток с этого мига.

Тоже формулировка из учебника. Принимается. Я ещё раз оглядела парня. Сделала оставшийся шаг и быстро ногой откинула ножик. Он поглядел на меня с любопытством.

– Теперь что?

– Могу помочь подняться, отвести в дом. Элия распорядилась накрыть на стол.

Парень едва заметно улыбнулся и кивнул. Я протянула ему руку, и в этот момент из окна послышался голос Элии:

– Вика, где же ты?

– На улице, Элия. Будь добра, дверь входную открой.

– Конечно.

Мне пришлось тащить на себе основной вес парня. Он пытался идти сам, но травма была достаточно серьёзной. Непередаваемое выражение на лице открывшей нам дверь Элии.

– Посторонись.

Я отконвоировала парня на диван.

– Помочь чем?

– Пить и поспать.

Пришлось поухаживать за болезным. Как ни крути, травму нанесла я. Другое дело, что ситуация та ещё. Выпив половину стакана, парень прикрыл глаза. С минуту я смотрела, как над плечом скручивается новое плетение магии. Тоже хочу исцеляющий артефакт, или как там правильно назвать эту лечебную фигульку. Парень заснул, а я вернулась к столу. Элия пристроилась напротив и с опаской посматривала на раненого.

– Он тебя не тронет сегодня, – сказала я. Она кивнула, но по лицу было видно – не слишком мне верит. А что я могу? Появилась служанка и тихо сообщила, что мои вещи высушены. Я удивилась. Вода ведь с них текла ручьём.

– Разве к ним нельзя применять магическую сушку? – спросила девочка, теребя передник.

– Можно, – кивнула я, подхватила академический комплект и ушла в соседнюю комнату переодеваться.

Вернулась в комнату. Элия куда-то исчезла. Служанки тоже не было. Адепт тихонько сопел. Я приблизилась. Рана затягивалась на глазах. Цвет лица выровнялся. Теперь парень выглядел слегка уставшим, а не балансирующим на грани. Надо бы узнать, что у него за чудесная лекарская финтифлюшка. Если такая продаётся – куплю. Зря что ли Оран денег оставил… Подошла к окну. Зинчик, он же кабанчик, продолжал отдыхать в тени дерева.

Я уселась в кресло, подумав, разулась и забралась с ногами, поправила подушку под спиной и свернулась калачиком. Спать не получилось, просто погрузилась в приятную полудрёму. Встрепенулась, услышав шаги. Рядом с моим креслом стоял адепт и рассматривал меня с интересом. Попыталась не показать, как он меня напугал.

Глаза невероятно чёрные, сам тоже брюнет. Кожа фарфоровая, на щеке родинка. Фигура спортивная. Я прошлась по нему откровенно изучающим взглядом. Он отступил. Наверное, не привык, что его как зверушку любопытную разглядывают.

– Ты этот взгляд для других прибереги, – буркнул он.

Я подняла одну бровь, не жажду продолжения нравоучений. Он скривился. Ненавижу уже это выражение на их лицах.

– Тебя как звать? Или «эй ты» достаточно?

– Эрик. Но не вздумай ко мне на людях обращаться, – тут же вскинулся. Нервный какой.

– Где твой транспорт? – спрашиваю.

– Там, – махнул рукой. Не очень понятный ответ. Да не важно, потому как служанка несёт огромный поднос, и пахнет от него вкусно. Следом в дверях появляется Элия.

– За стол, прошу, – улыбается она не очень искренне. Толи мы оба ей не угодили, толи убивца несостоявшегося кормить не хочет. Но еда вкусная… Я с удовольствием тянулась за третьей булочкой с повидлом, когда поймала на себе очередной внимательный взгляд.

– Я сейчас, – произносит Эрик и быстро выходит. Элия пожимает плечами, а я чую подвох. Почему он на меня косился? Я вскочила к окну. Вижу: парень подбирает нож и прячет за пояс брюк, после чего направляется к моему зинчику. Дошло до меня быстро – его транспорт убёг, вот на мой и зарится.

– Эй ты! – кричу я.

– Опоздала, дурочка.

Он оборачивается к кабану, протягивает руку к поводу, а я понимаю, что если останусь пешеходной, то до Академии не доберусь. Я почувствовала, что жутко зла. Кажется, что-то случилось, потому что вокруг парня всколыхнулось защитное поле, но его всё равно отбросило в сторону.

– Извини, Элия. Я откланиваюсь.

Я выпрыгнула из окна и бросилась к зинчику. Эрик уже поднялся на ноги и отряхивался. Я думала недолго. Схватила повод, села зинчику на спину и пустила в бег, в ту сторону, откуда приехала. Это я подсознательно боялась опоздать и забыла про реку, про трофеи. Опомнилась вовремя, чтобы затормозить зинчика перед самой водой.

Куда ехать, я совершенно не представляла. Вот ведь вляпалась. Как я в этом лесу поляну буду искать? Да и время поджимать начинает. На всякий случай ткнула пальцем в браслет.

– Поляна отбытия в Академию с нынешней Охоты.

Я не ждала, но огонёк появился и поплыл вдоль реки. Эх, он же на человека рассчитан, не на зинчика. Я позволила отплыть путеводной звёздочке максимально далеко, после чего пустила зинчика вслед за огоньком. Сейчас я чувствовала себя верхом на нем почти нормально, то есть могла думать, а не только судорожно держаться.

Солнце уже начало клониться к западу. Надо поинтересоваться, почему на Нозане вполне земное дневное светило. И вообще знание мироустройства для меня имеет весьма практический смысл. Потому как в перспективе я должна освоить переход между мирами. Как ни крути – мой дом Земля.

Впереди я увидела мост. Повторный подводный забег отменяется. Какое счастье. Благополучно преодолев мост, повторно вызвала путеводный огонёк и направила кабана прямиком в лес на поляну. Мысль была одна – не опоздать. И мы влетели в царство серых столбов, расходящихся ветками у самых небес. Я тихо радовалась возвращению и спокойному забегу, пока впереди не мелькнул просвет. Мы приближались к назначенному месту.

Осторожно, чтобы не пошевелить повод чуть повернула руку и посмотрела на шкалу. До заката оставалось с полчаса. Проводить это время в компании магистров и вернувшихся с трофеями адептов мне не хотелось. Я остановила зинчика и сползла с его спины. Хоть лес рассмотрю внимательно. Тут-то я и осознала, что вернулась с пустыми руками. А ведь могла… Нет, я подумала не об ожерелье, подаренном Элии королём. Но ведь могла же попросить то же шерстяное платье или какую-нибудь сувенирную мелочь. Да хоть кинжал Эрика забрать!

Села на землю по-турецки и осторожно почесала зинчика за ушами. Он всхрапнул, мотнул башкой и привалился к ближайшему дереву. Я чуть улыбнулась, сижу, повод держу, а рядом он, таращится на меня сотней маленьких глаз. Я тяжело вздохнула.

И тут я услышала тихий сосущий звук. Я насторожилась, но больше звук не повторился. Зато что-то показалось из-за ствола соседнего дерева. Недолго думая, я осторожно и медленно обошла дерево по кругу. Оставляя влажный след, по нему медленно ползла улитка размером с пол моей ладони.

Подумав, я коснулась браслета с просьбой опознать улитку. Сработало. Честно, я очень удивилась. Подумать не могла, что мне досталась такая полезная побрякушка. Надо почаще её тыкать. В воздухе возникло трёхмерное изображение моей находки. Я перешла к описанию. Звали улитку шойрой. Слизь её была ценным ингредиентом… Дальнейший текст я пропустила, поскольку загорелась идеей предъявить находку в качестве трофея.

Живое существо вырывать из привычной среды обитания мне было жалко, поэтому я искала раздел, где говорилось бы о разведении моллюска. Сведения оказались скупыми, но они, к моей радости были. В неволе жить может благополучно. Всеядна. Более подробную информацию предлагалось смотреть в исследовании магистра Совиллия. Полезла в библиотечный каталог – исследование оказалось в наличии.

Больше я не раздумывала ни секунды, сцапала шойру за раковину двумя руками и осторожно отняла от дерева. Почти сразу улитка спряталась в домик. А я широко улыбнулась, поглядела на часы и решила через пять минут возвращаться на поляну. Как же я была рада, что иду не с пустыми руками!

Оседлала зинчика, жестом, ставшим привычным, натянула повод. Кабан рванул. Скачка, так что стволы в серые полосы сливаются. И мы вылетели на поляну. Большинство адептов уже собрались и, увидев меня, поспешили посторониться. Мне не жалко.

Ректор с возвышения бросил на меня хмурый взгляд, но ничего не сказал. На поляне вообще стояла тишина, только кто-то с кем-то тихо переговаривался в разных уголках. Подтягивались остальные участники Охоты.

Солнце нижней кромкой коснулось горизонта. Раздался бьющий по ушам звук рога. Мир мигнул, и мы снова были в зале Академии. Голоса тут же стихли, к тому же ректор поднял руку, привлекая внимание.

– Адепты, я поздравляю с завершением Традиционной охоты. Надеюсь, трофеи добыл каждый из вас. В этот раз вы молодцы. Вернуться успели все, кроме адепта Эрика. Почему-то его транспорт прибыл без наездника. Куратор внесёт «Верховую езду» в расписание адепта Эрика.

По залу прокатились сдержанные смешки. А я восхитилась преподавательской методикой. Похоже по носу стучат без всякого основания не только мне. Это ещё и стиль такой местный, фирменный. Я едва слышно вздохнула, подозревая, что ректор скажет дальше.

– В Охоте принимали участие двое новичков. Поднимитесь ко мне.

Парень к возвышению подошёл первым. Кто-то из преподавателей перехватил повод его зверя, похожего на увенчанную маленькой головкой табуретку на длинных сильных ногах. Кто бы это был? Решила, что по возможности ознакомлюсь с флорой и фауной Нозаны.

Адепт не без гордости демонстрировал мешочек, из которого он извлёк нечто мелкое и светлое. Рассмотреть толком я не могла, зато по залу прокатился вздох. Педагоги и некоторые адепты, стоявшие близко к помосту, опознали в добыче клыки вампира.

– Купец на продажу вёз, – похвастался парень.

Ректор похвалил и отпустил парня под шквал аплодисментов. Настала моя очередь. Что же, иду позориться. Я отдала кому-то из мужчин повод зинчика, напоследок потрепала его за ухом, чем вызвала очередную порцию удивления и брезгливого фырканья, и поднялась на возвышение.

– А у вас какой трофей, адептка? У вас есть хоть какой-нибудь трофей?

В зале подхихикивали. А я тихонько закипала.

– Вот, – ответила я и ткнула шойру практически ректору в нос. Улитка как раз начала выползать из раковины.

Ректор шарахнулся прочь, не удержал равновесия и с размаху сел. Смотрел он на меня при этом круглыми глазами. В зале тоже стало подозрительно тихо.

– Адептка, а вы знаете, что это?

– Шойра, – ответила я звонко.

Зал вздохнул в унисон. Да что это с ними?

– Ох, – выдал ректор. Попыток встать он до сих пор не предпринял.

– Откуда знаете? – подал голос незнакомый мне магистр. Говорил он тихо и нарочито по-доброму. Наверное, именно таким тоном в клиниках санитары Наполеонов уговаривают сделать укольчик и передохнуть перед походом за мировое господство.

– С помощью браслета опознала.

– И вы в курсе, что встроенный справочник определяет только смертельно опасных тварей?

– Нет, – честно ответила я.

– Адептка, поздравляю с трофеем, – подал голос ректор и рявкнул. – Спускайтесь отсюда!

Пришлось убраться восвояси. Улитка, кстати, вновь спряталась. А парни отошли от меня ещё дальше. Но теперь они рож не корчили, а неотрывно следили за раковиной в моих руках. Неужто настолько опасно? Согласно Уставу, который я активно изучала, трофей с Охоты изъятию не подлежал. Более того, адепт обязан сохранять трофей как можно дольше. Мда.

Ректор поднялся, одарил меня взглядом полным ненависти и заговорил, обращаясь к залу:

– Традиционная охота завершена. Поздравляю, адепты!

Ему ответили разноголосым и нестройным «ура», после чего адепты потянулись к выходу, тщательно следя за дистанцией между нами. Внезапно рядом со мной оказался магистр:

– Адептка, рекомендую заглянуть в библиотеку и узнать, что делать с вашим, – он запнулся, – трофеем. Но сначала идите в комнату. Я уже распорядился, и подходящий аквариум вам доставлен.

– Спасибо, – хотела ответить я, но магистр уже отстранился.

Вздохнула, признала разумность совета и пошла исполнять. В общем коридоре моего личного уровня действительно обнаружился стеклянный куб с основанием метр на метр. Я аж присвистнула. На дне куба лежала знакомая серая кора. Оперативно. Решив, что вреда не будет, положила улитку в стеклянный куб на кору. Разберусь чуть позже, а сейчас библиотека. То-то Дем удивится моему интересу к местным моллюскам.

В овальный зал я вошла бодрым шагом. Удивительно, как ни приду, адептов нет. Об этом я и спросила Дема.

– Большинство умеют самостоятельно копировать камни из библиотеки. И приходить сюда для этого не нужно. Достаточно браслета.

Я кивнула.

– Хотите освоить копирование? Тогда и вам не придётся приходить, – кажется, или голос грустный?

– Если я мешаю, то научи, а так я с удовольствием прихожу.

Дем улыбнулся. Мне показалось, что искренне.

– Леди, как прошла Охота?

– Не так страшно, как я боялась. Даже трофеем обзавелась.

– Поздравляю, леди, – улыбка у Дема стала чуть шире.

– Только я не знаю, что с ним делать, Дем.

– Почему, леди? Поставьте на полку на видном месте.

– Уползёт. Я раздобыла шойру.

Лицо у Дема вытянулось.

– Она же ядовитая, – сказал он.

– Теперь догадываюсь.

– И вы её руками, леди?

– Руками за раковину.

– Ох, леди. Не догадываетесь. Вы ведь самого моллюска не касались, правда?

– Да в чём дело?

Дем слегка помрачнел:

– В особенностях её размножения.

– И?

– Личинки очень маленькие, проникают в человеческий организм и… У нас хоть и магический мир, но спасти заражённого способа не придумали. В общем, такого человека изолируют, и ждут, когда личинки вырастут во взрослых особей.

– Зачем?!

– Иначе они впадут в спячку и заразят других.

– То есть человека съедают изнутри, и никто ничего…

– Довольно мучительная смерть, леди. Одно время существовала даже такая разновидность казни. Отменили после двух случаев, когда смертникам удалось заразить палачей.

– Ох.

– Ни в коем разе не притрагивайтесь к брюшной стороне шойры.

Дем потёр переносицу.

– Потерпите, сейчас принесу что-нибудь подходящее. Возьмёте простенькую брошюру по содержанию шойер в неволе или полное исследование магистра Совиллия?

– Если не трудно, и то, и то.

– Легко, леди.

Так в моём футляре добавилась ещё пара камней. Я поблагодарила Дема от всей души и поспешила обратно к себе. Раздобыла на свою голову…

Путь от комнаты до библиотеки я, оказывается, выучила. Путеводный светлячок мне не понадобился ни разу. Пришла к себе, убедилась, что в столовую я опоздала. Тогда принялась штудировать выданные Демом пособия.

Шойра не виновата, что мне попалась. Вот и буду создавать ей комфортный дом. Какой-никакой, а питомец. И проку от него больше, чем от аквариумной рыбки. Будет со мной делиться слизью и ядом для зелий. Словом, приобретение полезное и самоубийственное. Даже не смеялся надо мной никто. Я хихикнула, вспомнив, как сел ректор. Надо будет Дему в подробностях рассказать. Я невольно улыбнулась.

8

После Охоты продолжились обычные учебные будни. У меня остались два дня до комиссии, которая решит мою судьбу. Утром, спустив ноги с кровати и растирая слипающиеся глаза, я мысленно подводила итоги. Я упахалась, но набирала шестьдесят девять часов, на четыре больше, чем требовали. Устав Академии и её историю я зазубрила намертво. Я понимала – пригодится. Устав – то немногое, что меня защищает. Ведь именно Устав не позволяет им вредить мне физически.

В изучении «Ночной вьюги» я не продвинулась ни на шаг. А без неё мне показывать нечего. «Смерч»? Магистр Ансей сказал, что пока его не освою, другие не начинать. И Дайнич подтвердил, что это разумно, велел тренировать выброс силы в пространство и вложение в сырую силу цели.

Вчера спросила магистра Дайнича:

– Деточка, – сказал он, – Тебе откровенно или сказочкой потешить, А?

– Говорите как есть, магистр.

– Ты первая, кто поступил с нераскрытым даром и отсутствующим магическим зрением. Азы осваивают дома и приходят подготовленными. То, что ты пытаешься сделать за неделю, отрабатывают месяц-полтора.

Понуро кивнула:

– Отчислят ведь?

– Хотят отчислить, детка. Без права восстановления. И далеко ты не уйдёшь. Они не допустят, чтобы поползли слухи, будто женщина может учиться и быть магом.

Я спрыгнула с кровати и потащилась в душ. На глаза наворачивались непрошеные слёзы. Хотелось свернуться калачиком у мамы под боком. Постаралась перестать вспоминать. Нет больше прошлого. И плакать некогда. Пока вытиралась, пискнул браслет, который я не снимала. Даже не удивилась. Ткнула в камешек. Магистры извещали, что экзамен назначен на вечер седьмого дня, то есть на завтра. Шанса позаниматься ещё и ночью мне не дают. Ладно. Завтрак и «Отработка простейших приёмов поднятия зомби».

После забега кусачей крысы, за которую меня наказали изучением Устава, я на курсе не была. Поэтому входила с некоторой опаской. Как привыкла, последней. Магистр при виде меня недоумённо поднял брови:

– Вам мало ректорского наказания, адептка?

Я неопределённо повела плечом, а по классу вновь прокатились смешки.

– Проходите, адептка. Долго стоять и остальных задерживать будете?

Мне молча указали на ящик. Ещё неделю назад скажи мне кто, что буду копаться в дохлых тушках, выбирая наименее противную, покрутила бы пальцем у виска. А сейчас ничего, роюсь. Выбрала крыску средних размеров и приступила. В этот раз повода придраться я не дала.

На меня навалилась лёгкая апатия, и последующие уроки прошли как в тумане. Я слушала, записывала, запоминала, но эмоций не было ровно до консультации у магистра Харпа. Когда я входила в аудиторию, руки у меня заметно подрагивали.

– И как это понимать? – скривился Харп, кивком указывая на дрожащие пальцы.

– До экзамена осталась эта консультация и завтрашняя, а к «Ночной вьюге» мы ещё не приступали.

– Рано тебе.

Я метнула на него изумлённый взгляд. Харп мне не поможет?!

– Выброс силы и вложение цели в магию отработала?

– Да.

– Показывай.

Показываю. Харп тяжко вздыхает:

– Плохо. Ещё давай, адептка.

На упражнения уходит минут двадцать, но магистр по-прежнему не доволен.

– Хватит, – говорит, – бессмысленно.

Руки разом превратились в ледышки. Слишком яркая перед глазами встала картина: провал, позорное изгнание и нечто страшное и невообразимое сразу следом. И итог – моя бесславная кончина. Магистр Дайнич ясно объяснил, что маги не позволят никому за пределами Академии узнать о том, что титул адепта целую неделю носила девочка.

– Работаем с тем, что есть. Займёмся формой. Вика, ты не передумала, что тебе нужна «Ночная вьюга»? Где только нашла её?

– Уверена, магистр Харп.

– Заклинание «Смерч». Показывай. Понимаешь, как придаёшь форму?

– Не очень.

Минут за пятнадцать до конца консультации магистр с раздражением остановил меня на середине упражнения.

– Времени нет. Показываю два раза, как совмещать все три шага: выброс силы, вложение цели, придание формы. Ты повторяешь, как можешь. За пять минут до конца покажу «Ночную вьюгу» три раза. И завтра будем заниматься только ею. Но предупреждаю сразу: ты зря упрямишься. Ты не справишься. Что губы кусаешь? Ещё слёзы развези. Сосредоточься или заканчиваем консультацию.

Надо отдать Харпу должное. Провозился он со мной на десять минут дольше, чем было указано в расписании и «Ночную вьюгу» показал целых семь раз. Встал. Бросил на меня хмурый взгляд, полный неодобрения и размашистым шагом вышел из аудитории.

Судорожно вздохнув, постаралась удержать слёзы. Паника делу не поможет. Только страшно до жути, до дрожи в коленях. Чёртов Оран и проклятый договор. Ведь, наверняка, понимал, чем для меня всё кончится. Оказывается, это не здесь, на Нозане, это там, на родной Земле, у меня был шанс.

Сглотнула, утёрлась рукавом и сверилась с расписанием. До ужина оставалось посетить только «Заключение магических контрактов». Пришла. Отсидела, как во сне. В конце даже тест написала. Дело ограничилось одной огрехой и двумя орфографическими ошибками.

– Как-то на порядок хуже вы сегодня работали, – сообщил мне препод недовольно. – А я уж было начал думать, что у вас есть интеллект, несмотря на то, что вы девушка.

– Исправлюсь, магистр, – пообещала я, засунула тетради в сумку и поплелась в столовую. Есть не хотелось. Даже наоборот. От запахов еды к горлу подкатывала тошнота. Попыталась было проглотить хоть кусочек – не смогла. Из столовой я почти что убегала.

Вернулась в свою комнату. Понимаю, что надо «Ночную вьюгу» отрабатывать, Устав повторить. И не могу. Развлечься напоследок? Помню, куратор говорил про каталог, до сих пор туда не заглянула, хотя деньги у меня есть. Решено – гуляю! Достала подписанные Ораном финансовые обязательства, вчиталась и отшвырнула бумагу подальше.

Оран точно знал, на что меня посылал. Документ вступал в силу по истечению десятидневного строка с момента подписания. И если со мной в течении этих десяти дней что-то происходит, то деньги возвращаются к первоначальному владельцу. Оран предусмотрел неделю «адептства» и три дня на то, чтобы маги со мной точно разобрались.

Короче, развлечься на десять тысяч долларов я не смогу. Совсем тоскливо стало. Уровень с десятком комнат полностью мой, и я тут слоняюсь в одиночестве. Чувствую себя зверем в клетке, определённым на убой. Сама не поняла как, но ноги принесли меня в библиотеку. Я раскрыла дверь, зашла и огляделась в поисках Дема.

Горбун через мгновение вышел из-за стойки, как и при первой нашей встрече. Осторожно улыбнулся и сказал:

– Леди. Что-то случилось.

– Привет, Дем. Случилось.

Ни слова не говоря, он распахнул мне двери кабинета.

– Что такое, леди?

– Дем, меня убить хотят. Если я не сдам экзамен, то далеко не отпустят. А у меня не то что «Ночная вьюга», «Смерч» толком не получается, – я всхлипнула.

– Простите, леди, – Дем не то наклонился, не то застыл в поклоне. Из-за горба не поймёшь.

– Дем, да за что?!

– Это я дал плохой совет.

– Дем, советы правильные и отличные, а то, что я оказалась бездарностью, ты точно виноватым быть не можешь.

– Леди, – что сказать и как утешить, он явно не знал.

– Не обращай внимания. Я, наверное, зря пришла. Ты извини. Ты больше всех на этой чёртовой Нозане для меня сделал, а я вместо спасибо нюни развожу.

Дем посмотрел на меня очень внимательно. Какие же у него красивые глаза. Никогда таких ярко-зелёных не видела. А в сочетании с оливковой кожей… Дем резко мотнул головой:

– Ничем не могу помочь, леди.

– Знаю. Можно мне немножко ещё тут посидеть? Точно не мешаю?

– Леди, сейчас ещё одно пособие принесу. В нём тоже про «Ночную вьюгу» рассказывается. Не так хорошо, как в том, что я уже дал… Но вдруг вам поможет?

– Спасибо, – я кивнула.

Через пару минут я забралась на диванчик с ногами, устроила рядом с собой вазочку, полную орехов, и осталась один на один с пособием. Заснуть я так и не смогла. Сначала читала про заклинание, которое никак не хочет выходить. Хотя нормально у меня ни одно ещё не вышло ни разу.

Потом повторяла Устав и историю его применения. Время приблизилось к трём ночи, и я села вновь практиковаться и пытаться повторить демонстрацию магистра Харпа. К эталону я и на пушечный выстрел не приблизилась. Под утро впала в полудрёму-полузабытьё.

Очнулась от того, что Дем аккуратно тряс меня за плечо.

– Леди. Леди, вы меня слышите? Виктория!

Разлепила глаза.

– Привет, – я искренне улыбнулась.

– Леди, вам пора на завтрак.

Пришла в себя и кивнула. Да, на завтрак, потом на «Верховую езду». Отметить «Знакомство с даром» у магистра, имя которого так и осталось невыясненным. В мыслях звала его Ленивый. Потом… Сегодня я даже пособие открывать не стану. Во-первых, прошерстила его вдоль и поперёк, во-вторых, больше незачем. Последняя консультация, обед, «Всезнание» и конец, то есть экзамен.

Нацепила на лицо фальшивую сияющую улыбку, попрощалась с Демом и ушла в столовую, кажется, он смотрел мне вслед.

Есть по-прежнему не хотелось. Выпила кофе, сжевала бутерброд и закончила куском торта, оставшимся для меня безвкусным. На «Верховой» я слегка оживилась. По крайней мере, скачка на зичике, похожая на низкий полёт над землёй, доставила мне истинное наслаждение. Лойд, глядя на меня, улыбался, и было видно, что моими успехами он гордится. Вот и хорошо.

Вместо «Дара» я снова повторяла Устав. Не то, чтобы я верила, что у меня есть шанс, скорее пыталась занять себя хоть чем-нибудь, чтобы не думать о конце после экзамена. Зато мальчики посмеются над дурой-адепткой. Уткнулась в текст Устава.

Когда я пришла на консультацию, Харп уже стоял в дверях, мрачный, как сыч.

– Ты единственная, кому моя консультация оказалась бесполезной. Такую репутацию испортила.

– Простите.

– Давай, показывай, что из «Ночной вьюги» можешь повторить.

Силу с грехом пополам я в пространство вокруг себя отправила, цель прицепила еле-еле, а на плетении запоролась окончательно. Принимать нужную мне форму магия отказывалась. И речь шла даже не о тонком завершающем кружеве, а попытке свернуть её в базовую лежащую на боку восьмёрку – обозначение бесконечности, принятое на Земле.

Харп из-за стола, где примостился, наблюдая за моими потугами, поднялся и мелом начертил на полу требуемые закорючки. Вспомнила, что так же поступал Оран.

– Пробуйте так, но комиссия пользоваться мелом не разрешит.

Киваю, пробую. Восьмёрка свернулась больше чем на половину – явный прогресс. И срывается. Снова пробую. Харп бурчит, и вижу по его глазам, что я безнадёжна. Начинаю снова и опять срываюсь.

– Магистр, я что-то делаю не так?

– Всё правильно, но вам не хватает опыта. Нельзя годовалого ребёнка, который только начинает ходить, научить танцевать. Аристократов обучают с самого нежного возраста, но длится-то учёба годами.

– Ясно, магистр.

– Ты действительно полагала, что сможешь? – спросил он, мне показалось, что немного грустно. Передёрнула плечами.

– Спасибо, что уделили мне столько времени, я попрактикуюсь сама.

– Успехов я тебе, адептка, желать не буду. Желаю удачи.

Не помогло. Дальше, чем на две трети, базовую загогулю я не сделала.

Пришло время идти на «Всезнание», а комиссии мне по-прежнему предъявить нечего. Лекцию записала почти дословно. Очень радовалась в своё время, что умею быстро писать. В школе помогало. В Академии чёрной магии – нет. Спасибо, хоть учиться люблю и умею уходить в учёбу с головой.

Вышла из аудитории одной из первых. Вслед неслись сдержанные смешки. Наверное, адепты знали, что иду сдаваться. Все с самого начала знали, что у меня ни шанса и забавлялись, наблюдая, как я бьюсь. А ещё я знала, что домой меня никто не отправит. Просто убьют, когда за порог выйду.

Браслет пискнул, сообщая, в какую аудиторию мне следует пройти. Что же… Натянула на лицо счастливую улыбку, плечи распрямила, подбородок подняла. Чего делать не буду, так прилюдно плакать и умолять. Бесполезно и противно. Хоть бы это обернулось затяжным ночным кошмаром!

Подошла к дверям аудитории, где мне вынесут приговор. Створки распахнулись.

– Входите, адептка Виктория.

Вхожу. Обстановка похожа на ту, что была при встрече Орана с его комиссией и демонстрации меня в качестве выполненного задания. Во главе стола сейчас восседал ректор. Слева мой куратор, двое незнакомых мне магистров и тот, что ведёт у меня зомби. Ни Харпа, на Дайнича нет. Улыбаюсь шире, во все тридцать два зуба.

– Адептка, – начинает ректор, – мы собрались проверить вашу пригодность к обучению в Академии чёрной магии. Для начала предъявите ведомость.

Протягиваю бумагу. Готовлюсь к придиркам и несогласию.

– Шестьдесят девять часов. Засчитано. Недурно. А почему так мало курсов по магии? Зачем вам «Всезнание»? Да и «Верховая езда» явно лишняя. Захотелось поохотиться? Впрочем, будет. Засчитано. Да, коллеги?

Магистры кивают в разнобой.

– Теперь перейдём к грустному. Вы натравили на своих сокурсников зомби, вследствие чего они понесли физические и моральные травмы. В качестве наказания вам вменялось продемонстрировать нам знание Устава.

Мало им меня просто вышвырнуть за порог. Знают же, что нечего мне из заклинаний показывать. Так хотят напоследок помотать.

– Приступайте, адептка. Устав Академии.

– Устав Академии чёрной магии является краеугольным камнем и основой основ Академии. Создан магистрами-основателями. С тех пор текст его остаётся неизменен, лишь дважды принимались акты толкования, разъясняющие, как следует текст Устава трактовать.

Бодро рассказала историю Устава, после чего сделала небольшую паузу, собираясь с мыслями. Текст я зазубрила намертво. Порадую магистров. Я рассказала наизусть Преамбулу, наслаждаясь шоком на лицах педагогов, плавно перешла к цитированию статей. Магистры внимали. Закончила я ответ десятком примеров применения Устава на протяжении истории Академии.

– Удовлетворил ли мой ответ комиссию? Или мне следует продолжить?

Продолжать, конечно, не хотелось. Во рту пересохло. Голос того и гляди сорву. Скоро язык завернётся в трубочку. Но магистры тоже не лучатся энтузиазмом. Наверное, им стало жалко уши, потому как они единодушно признали ответ в высшей степени достойным.

– Надеемся, на последней части вы порадуете нас не меньше, – оскалился ректор, а на лицах выражения такие предвкушающие, ехидные, что зло берёт. – Продемонстрируйте нам заклинание чёрной магии. Одно полноценное заклинание.

На секунду я растерялась. Показать «Смерч» не выход, поскольку полноценным контролем я так и не овладела. Ничего из курса «Простейших наичернейших заклинаний» я толком не освоила. А Дайнич и Харп учили преимущественно самым азам. Помню, что сказал магистр: даже самая талантливая балерина не сможет танцевать, будучи годовалым младенцем.

Магистр Дайнич, обожающий неотвратимые проклятие на основе самоубийства, мне помогал по-своему. Но сейчас я поймала себя на том, что он заваливал меня теорией, а на практике… На практике мне не наложить такого проклятия, потому как мне не хватает знаний. Какое-то незаметное, но важное звено магистр от меня скрыл. Я даже сдохнуть не могу с размахом?! Гады! Твари! Чёртовы маги! Ненавижу! Не знаю, что я сейчас сделаю, но магия откликнулась на мои эмоции и хлынула в окружающий мир. Я её не сдерживала, только безразлично отметила, что, наверное, потом худо будет, как в первый день. Сделала я то же, что на уроке у меня случайно получилось с крысой: давала магии не цель, а свои эмоции и желания, своё отчаяние и ненависть.

Что-то точно выходило. Понимая, что уже ничего не теряю, и хуже не будет, попробовала скрутить магию в плетение. Точнее, не так. Плетение у меня бы сорвалось. Я, наоборот, собрала силу в упругий плотный шар и ощутила его, как пластилин. Не думая долго, вытянула из шара пару десятков щупалец, каждое их которых оканчивалось челюстями, и отпустила своё творение. Поглядим, что будет. И я чуток развлекусь.

– Адептка, что же вы…О!

Я стояла и хлопала глазами, пока магистры вскакивали из-за стола и хватались за разные части тела. Щупальца метались за магами и пытались тяпнуть посильней.

– Адептка, прекратите немедленно!

– А как, магистр? Я не знаю, – во-первых, правду говорю, во-вторых, не хочу. Только странно, что у них защита не сработала.

Ректор что-то сделал и тянувшееся к нему зубастое щупальце отбил. Затем я увидела, как он ставит щит. Что-то про них мне уже было известно, но именно о базовых. Ректор ставил сложный. Для щупалец чёрный маг стал неуязвим.

Художество моё он разглядывал круглыми глазами, и косил взглядом на мечущихся по аудитории магистров, которые тоже начали кое-как ставить щиты.

– Адептка, что это?

– Заклинание.

– Это не заклинание, адептка. Это одушевлённая магия. Назвать её заклинанием то же самое, что кисель обозвать желудочным зельем.

Ректор скрутил нечто навороченное и ударил по моему шарику. Зубастик лопнул. Эх, жаль.

– Вам требовалось продемонстрировать заклинание чёрной магии. Это не заклинание, – повторил ректор. – Вы не справились и подлежите отчислению. Карлис, подготовьте приказ об отчислении немедленно.

В душе у меня всё оборвалось.

9

Не может быть. Я стояла и не могла поверить услышанному. Я знала, что будет так, когда шла на экзамен. Но знать – это одно. Теперь я столкнулась с реальностью лицом к лицу. Жить-то как хочется. Но я же умею справляться с неприятностями… Но как…? Действительно, как? Мысль как ушатом холодной воды окатила. Я стала судорожно вспоминать Устав. Всё законно: любого обладателя дара принимают в Академию по его желанию, а через неделю претендент сдаёт экзамен. Он должен продемонстрировать не менее одного чёрного заклинания.

И тут на моих губах расцвела жутковатая улыбочка.

– Устав утверждает обратное, – твёрдо сказала я.

Мужчины мигом подобрались и напряжённо уставились на меня. Не ждали? Зря вы, ребята, заставили меня выучить ваш Устав. Я продолжила уверенным голосом:

– Согласно Уставу, адепт должен продемонстрировать не менее одного чёрного заклинания. Сто двадцать шесть лет назад адепт в ходе экзамена призвал и подчинил демона. Ему засчитали с формулировкой, что призыв по принятой в Академии классификации выше заклинания. Вы признали, что я продемонстрировала одушевлённую магию. Согласно классификации, заклинания ниже. Следовательно, я по критериям прохожу.

Меньше всего я ожидала поддержки, но не известный мне магистр сказал:

– А ведь права девка.

На него посмотрели все и разом. И нельзя сказать, что взгляды были дружелюбными. Я же стояла и наслаждалась. Жаль, фотоаппарата нет. И тут ректор разразился отборной бранью. Ругался, на чём свет стоит, а успокоившись, впился в меня взглядом с неприкрытой ненавистью.

– Поздравляю с зачислением, адептка. Надеюсь, вы помните, что вы наказаны, и вечеринка в честь полноценного зачисления и окончательного присвоения вам титула адепт Академии запрещена.

– Разумеется, – и я не смогла не добавить. – Всё равно приглашать некого, – и снова расплылась в улыбке.

– О дальнейшем обустройстве вам сообщит куратор. Идите, адептка!

Снова улыбнулась, поклонилась, как это делал Оран, и вышла. Как я его понимаю: тоже бы хотела сделать этим индюкам гадость. Жаль только, что он за мой счёт развлекался. Впрочем, с Ораном я однажды побеседую, а начну с того, что прикарманю десять тысяч, что он не планировал мне отдавать по-настоящему.

В приподнятом настроении примчалась в библиотеку. Надеюсь, Дема мои успехи обрадуют. Я улыбнулась ещё шире. Ничего с собой поделать не могла. Радость от успеха, от того, что выжила, от их физиономий кипела в крови, и тянуло расхохотаться. Вот с Демом и посмеюсь. Влетела в овальный библиотечный зал. Снова одна?

– Дем!

– Леди? – горбун настороженно улыбнулся.

– Дем, я учусь дальше!

На радостях я его обняла. Дем напрягся и резко отпрянул.

– Дем? Прости, я ничего не хотело такого, просто я так рада, что остаюсь.

– Леди, это вы извините, я не привык…

Взгляд ярко-зелёных глаз был странный: настороженный, даже опасливый. Вот что я сделала не так? Настроение перестало быть столь радужным, хотелось только одного – не потерять расположение парня.

– Дем, я не подумала, что тебе будет неприятно. Прости, пожалуйста. Ты мог бы сказать, что ещё мне не следует делать или говорить?

– Леди, всё в порядке, – отозвался он уже спокойно. – Вы проходите в кабинет. Как вы сдали? Расскажите. Я знал, что «Ночная вьюга» у вас непременно получится.

Села на подлокотник диванчика.

– Честно говоря, не получилось. У меня толком ни одно заклинание не выходит.

– А как же? – Дем удивился и слегка нахмурился.

– Одушевлённая магия.

– Что?! Но это же самое сложное, выходит у единиц, а вы сами?

– Да. Случайно получается.

Дем замолчал, сколько-то он думал, потом покачал головой:

– Не знаю, леди. Ох, не знаю.

– Не хочу об этом сейчас. Я думала – всё, конец. А вон как выкрутилась.

И я принялась рассказывать. Дем слушал внимательно, улыбался и кивал. Моя история его действительно позабавила, особенно глаза его просияли при описании вытянувшихся лиц магистров, услышавших, что по Уставу я прошла. Только он старался сдержать смех и не расслаблялся.

– Ой, Дем, я же тебе мешаю, ночь же уже.

– Леди, что вы. Я рад с вами поговорить.

Я улыбнулась.

– Пойду, Дем. И тебе не мешать, и самой выспаться. Завтра вернусь. Мне же новые учебники понадобятся.

Я нехотя поднялась с подлокотника.

– Спокойной ночи.

– Спокойных снов, леди.

Улыбнувшись Дему напоследок, пошла к себе. Какая-то у него непонятная реакция на объятие. Чего он шарахнулся? И почему горб на ощупь показался мягким? Показался или действительно мягкий? Странно. В раздумьях я добралась до комнаты, наскоро приняла душ и рухнула в постель. Жизнь продолжается.

Утром меня вызвал куратор Верис.

– Присаживайтесь, адептка Виктория, – Верис побарабанил пальцами по столу. – Вы правы в одном – Устав имеет приоритетное значение. Он был создан в сложные времена и, именно благодаря принципам, заложенным в Уставе, мы достигли сегодняшних высот. Однажды маги позволили себе нарушить завет предшественников, что привело к очень нехорошим последствиям.

Читала об этом. Кивнула, давая понять, что знаю, о чём речь.

– Большинство магистров по-прежнему считают, что на девочку правило о приёме в Академию всех одарённых не распространяется, но явно в Уставе это не отражено, и никто не рискнёт идти против. Поэтому. Добро пожаловать в ряды чёрных магов.

– Спасибо, магистр Верис, – отозвалась я безразлично.

– Отныне ты полноправный адепт. Теперь об обучении. Ты останешься адепткой до тех пор, пока не получишь степень магистра. Есть ряд обязательных модулей, которые ты должна освоить, после чего можешь подавать заявление на присвоение звания магистра. Всё понятно?

– Да.

– Хорошо. Модули назначаются. Из простенького: ты обязана отчитаться по курсам «Всезнание» и «История и современность пыточного ремесла».

– Пыточного?!

– Да. Для Вас эти два курса признаны обязательными. Не беспокойтесь. Будете ходить на них столько, сколько понадобится, чтобы выучить: год, два, десять лет.

– Поняла, магистр, – откликнулась я слабым голосом. Пытки меня не вдохновляли.

– Далее. Если хотите учиться на других курсах свободного посещения – ваше полное право.

Я кивнула.

– Вам назначены ежедневные занятия с магистром Харпом, цель которых обучить вас азам и приёмам. Тому, что обычно поступающие к нам изучают ещё дома.

Снова кивнула. Это мне нравится. И магистр учит хорошо.

– И последнее. Вам назначен первый модуль, за который вы должны отчитаться.

– Да?

Появилось у меня нехорошее предчувствие…

– Демонология.

– И?

– Прямо сейчас приступать не обязательно, освойтесь, выучите базу. Но и не затягивайте сильно. Демонология хороша тем, что занятия, требующие владения магией начинаются не сразу. Много чего нужно выучить до практики, – куратор улыбнулся.

Обо мне позаботились?

Надо ли говорить, что улыбка его мне не понравилась? Что-то в ней было недоброе и предвкушающее. Но пока подвоха мне не увидеть. Знаю только, что когда столкнусь с ним, он мне очень не понравится.

– Идите, адептка Виктория.

– Благодарю, магистр Верис.

Я вернулась к себе в комнату и плюхнулась на кровать. Время позволяло посидеть и подумать. Похоже, от пыток мне никуда не деться. Но особой ценности курса я не вижу, поэтому отложу первый поход на завтрашний день.

Занятия с Харпом – очень даже хорошо. К тому же теперь можно смело вычёркивать из расписания «Знакомство с даром». Пособие я прошерстила вдоль и поперёк, а из препода мне ничего не выжать. Остальные курсы можно посещать через день, так нагрузка снизится и станет полегче.

А «Демонология» меня напрягла. Я коснулась камушка в браслете. И не зря. Оказалось, модуль тоже делится на обязательные и необязательные курсы. Начать мне предстояло с теории, а именно с того, кто такие демоны. Среди дополнительных курсов же встречались как откровенно неприятные, так и очень любопытные. Подумав, записалась на «Оказание демону первой помощи».

Посмотрела на браслет и вздохнула. Хватит рассиживаться. Учиться пора. Вышла из комнаты, поймала себя на том, что дорогу знаю, и огонёк больше не требуется, улыбнулась, пошла.

Адептов подменили? Не скривился ни один. Даже не шарахнулся. У всех лица нейтральные, кто-то даже кивнул мне при встрече. И как прикажете это понимать? Я шла и не верила. Вот теперь мне по-настоящему захотелось разобраться в том, что твориться в головах окружавших меня мужчин. Почему признания меня полноправной адепткой так повлияло? А ещё я поняла, что ничего не знаю про Устав. То есть я могу его наизусть спросонья без сучка и задоринки рассказать… Но почему какой-то древний свод правил имеет такой вес? Почему никто и в мыслях не держит нарушить его хоть в мелочи. Надо разобраться, решила я, подходя к аудитории.

На обеде чудеса продолжились. Я лишилась личного стола. Без спроса ко мне подсели двое. Разговаривать они не пожелали, просто поставили подносы, сели и уткнулись в свои тарелки. Что же это такое? Всё отчётливее понимала, что хочу послушать, что скажет Дем, но в библиотеку я доберусь только после ужина…

А пока «Отработка простейших приёмов поднятия зомби».

– Адептка, – позвал магистр минут через десять после начала занятия, – Идите-ка сюда.

Подхожу.

– Вы потрудились прочесть учебное пособие от начала до конца?

– Да, магистр.

– Сколько приёмов классифицируется как простейшие?

– Восемь.

Магистр вернулся к ящику, достал из него восемь дохлых крыс и выложил на столе в ряд.

– Верно, Виктория. Потрудитесь продемонстрировать мне все восемь.

Не проблема. Выполнила требуемое в бодром темпе. Крысы у меня послушно шевелились, но были смирными и не пытались носиться по классу, кусаться и царапаться. Даже скучно. Вспомнила забег своей первой крысы и чуть улыбнулась.

– Очень хорошо, адептка, – сказал магистр. – Зачем продолжаете приходить?

– Отработать на практике.

– Я вам полностью засчитываю курс. Приходить больше не нужно. И, Виктория, я не выгоняю вас. Вы действительно всё замечательно усвоили. Достаточно тренировки раз в месяц. Хотя я рекомендую вам продолжить изучение некромантии, более сложные методы поднятия.

Я ошарашено кивала и не верила ушам.

– Можете быть свободны.

Магистр потерял ко мне интерес, отвернулся и занялся одним из парней, который никак не мог заставить крысу подняться на задние лапы. Не слушалась его дохлая тушка.

– Спасибо, магистр.

Я подхватила сумку, тетрадь и вышла из аудитории. Ещё один курс долой. Но магистр прав, изучение нужно продолжать, благо сложного не требуют. Зато появилось время сходить в библиотеку.

– Дем, привет!

– Леди! – наконец-то Дем стал мне нормально улыбаться. Перестать выкать он отказывался, но почти не раскланивался и вёл себя смелее. И подумалось мне, что не стоит лезть сейчас к нему с вопросами.

– У меня время выдалось свободное, решила заглянуть.

– Очень рад, леди. Как ваша шойра поживает?

– В аквариуме сидит, подкидываю ей периодически кору, завтра планирую отмывать аквариум.

– Аккуратней, леди.

– Как всегда.

– Поздравляю с поступлением. Теперь вам нечего бояться. Никто больше косо не посмеет посмотреть.

Дем сам начал отвечать на вопрос, который я только хотела задать.

– Почему, Дем? Ведь могут подстроить какую-нибудь гадость, что я сама виноватой окажусь.

– Нет, леди. Вы стали адепткой, а адепту физически навредить по Уставу не положено. Ни в какой форме. Вы же знаете, что однажды маги рискнули нарушить завет основателей Академии.

– Да…

– Какой вам модуль назначили первым?

– Демонология.

Дем замер, словно новость его оглушила. Взгляд потускнел. Он опустил голову и, похоже, собирался вернуться к прежней отстранённой манере. И как это понимать? А главное, возврат к расшаркиваниям меня категорически не устраивает.

– В чём дело, Дем? В чём подвох?

Дем посмотрел мне в глаза, прикусил губу, а потом ответил слишком ровным голосом:

– Никакого подвоха, леди. Просто я удивлён. Демонология в качестве обязательного модуля очень редко назначается магистрами. Даже наоборот, магов, специализирующихся на демонологии единицы.

У меня осталось чувство, что подвох всё же есть, не смотря на заверения Дема. И он его понял. Только почему говорить не хочет? Почему так напрягся, когда я назвала модуль. И ведь не скажет мне сам, а больше спрашивать не у кого.

– Леди, вы рискуете опоздать на следующее занятие.

– Да? Точно.

Дем на секунду задумался, а потом добавил:

– Вы бы, леди, вечером пришли.

– Приду.

По расписанию у меня значилась «Верховая езда». Лойд уже ожидал меня и встретил ухмылкой. Чуть позже я поняла причину. Среди ожидающих начало занятия адептов стоял хмурый Эрик. На меня он только взглянул и отвернулся. Понятно, стал новым объектом для насмешек.

Лойд махнул мне.

– Разминку выполняйте самостоятельно, когда закончите, приходите, будем решать, какого нового зверя будете осваивать теперь. Тренировки на зинчике сохранятся.

Кивнула и пошла к тренажёрному залу.

– А вы, адепт Эрик, следуйте за мной. Необходимо выяснить, каких навыков верховой езды вам не хватило, чтобы вернуться с Охоты вовремя. А, правда, что трофей вы тоже добыть не смогли?

В остальном занятие прошло спокойно. В качестве замены зинчику мне было предложено нечто двуногое, отдалённо напоминавшее страуса, но лишённое крыльев и столь длинной шеи. На выходе меня отловил Эрик.

– Привет, Вика!

– Эрик?

– Чему удивляешься?

– Твоей жажде общения.

– Не переживай, я искренне.

– Да?

– Ты, говорят, хорошо Устав знаешь?

– Не жалуюсь.

– Помнишь, что говорится про не решённую сразу проблему?

Вот демон! Я промолчала, но Эрик по моему лицу понял, что я осознала всю глубину ямы, куда попала. Он весело улыбнулся.

– Пользуясь своим правом, вызываю тебя на дуэль.

Он шутливо отсалютовал мне и пошёл прочь. Оглянулся, отойдя шагов десять:

– Завтра ровно полночь в зале Поединка.

Мой браслет пискнул. Тронула камешек. Оперативно: дуэль появилась в моём расписании. Да что же за невезуха. Выдохнула и потопала в душ. Надо привести себя в порядок после скачек, сходить на ужин, заглянуть к шойре и подкинуть ей коры. Корм для улитки мне, как и аквариум, доставили, причём сразу два объёмных мешка, которых по моим подсчётам хватит на полгода. А затем меня пригласил Дем.

Когда я вошла в овальный зал библиотеки, Дем уже ждал около дверей. Он на удивление уверенно улыбнулся, и, как мне показалось, даже стоял ровнее.

– Леди, вы ведь скажете, что это ваш приказ?

– Разумеется.

Дем поманил меня за собой к дальней двери. Распахнул створки и торжественно произнёс:

– Добро пожаловать в музей Академии.

Признаться, музея я никак не ждала.

Дем чуть улыбнулся.

– Леди, позвольте обратить ваше внимание, что это настоящий музей, есть второй, парадный.

Я заворожено кивнула.

– Здесь можно найти очень много интересного. Ответы на вопросы, леди. Намёки, которые не разгадать.

– В смысле?

– Я давно пытаюсь разгадать тайну Академии, леди. Нахожу кусочки мозаики, но они не складываются. Идёмте.

Музей не был похож на те, в которых мне доводилось бывать в том плане, что здесь не было огромных залов, наоборот торжественность отсутствовала, комнаты были маленькими, но светлыми, коридоры узкими. И в целом, этот музей был, по-моему, похож на лабиринт. Ещё и рассмотреть толком не получалось, потому что Дем шёл довольно быстро. Я только успевала отмечать картины, черепки, книги, непонятные предметы в витринах.

– Вот, – Дем резко остановился и показал мне на портрет. Мужчина за пятьдесят смотрит прямо, руку положил на плечо кого-то молоденького. Одеты в тёмное, у старшего на руке перстень с красноватым камнем. Обернулась к Дему за пояснениями.

– Один из основателей Академии. Картина называется «Магистр Аларис и его сын-адепт».

– Какой-то он для парня слишком смазливый, – заметила я.

– Согласно архивам, леди, у магистра Алариса был единственный ребёнок – дочь. Идёмте.

Дем развернулся и повёл меня к выходу из музея. Пришлось догонять. Даже повторно рассмотреть портрет не успела. Да изображённого на портрете юнца, как парня, я воспринимала с трудом. Получается, что название врёт, и магистр с дочерью. Думаю дальше, она адептка, а, следовательно, обладает даром. Тогда почему все убеждены, что у женщин к магии способностей нет? Интересно, но сейчас не актуально.

– Дем, – позвала я, когда мы вышли из библиотеки, и он закрыл двери. – спасибо, что показал.

– Не за что, леди.

– Дем, а посоветуй мне книжку. Меня Эрик на дуэль вызвал.

– Дуэль? Леди, как же вы умудряетесь так попадать-то?

– Стараюсь.

10

В кабинет Дем принёс несколько камней.

– Кодекс чёрного дуэлянта, леди. Как вы понимаете, дуэль возможна только между чёрными магами, с остальными – просто поединок без правил.

– Очередной свод правил, – я расстроилась.

– Не совсем так, леди. Дуэль между магами Академии регулирует Устав. И главное отличие – на дуэлях Академии не допустим смертельный исход. Он заменён искуплением.

– Проигравший от недели до года, в зависимости от степени вины, обязан выполнять любую волю победителя. Единственное, чего победитель не может требовать – физического вреда.

– Помните точную формулировку? – грустно усмехнулся Дем.

– Да.

– Нельзя требовать необратимого физического вреда, то есть смерти, а так… Победитель имеет право забить побеждённого до полусмерти, после этого он должен обеспечить целителя. Иными словами, по окончании искупления проигравший должен быть не менее здоров, чем в начале.

Кивнула. Очередная крупногабаритная пакость. Ясно, что проиграть крайне нежелательно. Думать не хочу, что может затребовать Эрик за срыв Охоты.

– Книжечка «Дуэль мага с точки зрения этикета». Смотрите только приложение с примерами, остальное занудство даже пролистывать не стоит.

– Да, я помню. По Уставу, несоблюдение этикета сразу же засчитывают как поражение.

– И «Дуэль для начинающих».

Забрала очередную порцию камушков. Теперь выражение «грызть гранит науки» приобрело для меня дополнительный смысл. Решив, что на сегодня с меня хватит, вернулась на свой уровень. Столько пустующих комнат – надо подумать, что с ними делать.

Насколько я устала, я поняла только когда легла. Уплывая в сон, и балансирую на грани яви, я вспоминала про предстоящую дуэль. Ведь не умею же ничего. Надеюсь, одушевлённой магии, которая хоть как-то выходит у меня, будет достаточно. Неужели проиграю? Мне снился Чаганский лес. Я шла пешком, никого вокруг, и я искала выход. Потом появились шойры, они сползались со всех сторон, окружали меня и вдруг стали увеличиваться в размерах. Сон плавно переходил в кошмар.

Разбудил меня писк браслета. Завтрак, потом на занятие к магистру Дайничу. Признаться, своей любовью к теме суицида он меня утомил. Радует, что неотвратимых проклятий на основе самоубийства не так много, и скоро курс закончится. Возможно, сегодня, не зря же магистр обещал устроить допрос с пристрастием по всему пройденному материалу.

– Привет, деточка, – сказал магистр, потирая руки. Конечно, весело ему.

– Здравствуйте, магистр!

– Проходи, Вика, потешь старика, расскажи все известные тебе неотвратимые проклятия на основе суицида.

Рассказала, часа полтора говорила не замолкая. Вот любят эти маги голос мне сажать. Дайнич счастливо кивал. Всё-таки он псих, пусть и хороший.

– Умничка, Вика. Могу сказать, что курс ты полностью освоила, как ты и догадывалась, это последнее наше занятие.

– Нет, магистр.

– Не догадывалась?

– Не последнее занятие.

– Как так? – старичок нахмурился, но искренности в его взгляде было вполовину.

– Мы пропустили очень важный момент. Маг проклинает, а затем себя убивает. Но вы не рассказали, как сделать связку проклятие-самоубийство. Пока что эти два действия независимы друг от друга, и, более того, если всё исполнить так, как мы разбирали до сих пор, проклятие лишится всей своей силы и самоубийство потеряет всякий смысл.

Дайнич вглядывался мне в лицо.

– Деточка, я не верю, что ты на занятиях догадалась. Хотела применить, да? Когда?

– Когда не могла показать комиссии ни одного заклинания чёрной магии.

– Ох, детка.

Магистр побарабанил по столу пальцами.

– Твоя правда. Как сделать финальную связку я рассказываю только тем, кто спросит. Так что давай, записывай. Надеюсь, ты никогда не воспользуешься этим знанием.

– Магистр, ещё вопрос. Мы разбирали ведь не просто проклятия. Это были примеры схем, и аналогичным способом можно составить собственное проклятие, да?

– До тебя, Вика, этот вопрос мне адепты задавали всего дважды. Расскажу. Придётся тебе меня ещё месяц потерпеть. Я расскажу тебе всё, что по теме знаю сам, обещаю ни крошечки не утаить. Ты далеко пойдёшь. Думаю, когда-нибудь я ещё буду гордиться, что тебя учил. Если доживу. А теперь не отлынивай, пиши.

Хотела я возразить, что мне бы к дуэли подготовиться, но не рискнула. Исписала ещё шестнадцать листов. Думать не хочу, сколько бы извела бумаги, если бы у меня был не такой убористый почерк.

Зато когда я вошла на занятие к Харпу, он начал без предисловий:

– Опять адептка? Всё понимаю, но дать повод вызвать себя на дуэль – возмутительно. Давайте готовиться.

Я радостно закивала.

– Этикет выучили?

Я покачала головой.

– Плохо, адептка. Как быть вызванной – вы первая, а как победить – так на одной удаче. Да, Вика. Одушевлённая магия – это удача, вы не можете гарантировать результат.

Понуро кивнула. Понимаю. Готовиться надо тщательно. Даже не знаю, что хуже. Провались я на комиссии – убили бы, а Эрик может отыгрываться, демон знает, сколько и как. Этикет магистр разбирал со мной больше часа. Когда я робко заикнулась о том, что стоило бы перейти к существенной, то есть боевой части, он резко огрызнулся:

– До неё ещё добраться надо! Хочешь, чтобы тебе засчитали поражение за неправильное приветствие? Лучше пусть Эрику засчитают. У него, кстати, это первая дуэль.

Я обрадовалась. Тогда у меня есть шанс.

– Обычная его практика – поединки без правил с белыми магами.

– О!

Радость испарилась. Я с удвоенным усердием принялась за этикет.

– Достаточно, – наконец, Харп признал мой результат удовлетворительным, – перейдём к боёвке.

За ужином ко мне подсел парень. Светловолосый, вихрастый, с бледно-голубыми глазами и одет он был в тёмно-синюю гамму. Выглядел он эффектно. Парень улыбнулся широкой открытой улыбкой. Будь она не столь откровенно открытой, я бы, возможно, поверила, а сейчас я улыбнулась в ответ и насторожилась.

– Все только и говорят, что Эрик вызвал вас на дуэль. Хотел бы я спросить, почему вы с ним так мягко, да и повод дали, но вы сочтёте это неуместным любопытством, правда? Я, кстати, для друзей Тим.

– Для друзей я Вика.

– Очень приятно!

– Взаимно, – соврала я. Тим мне не понравился. То ли он слишком лощёный и холёный был на мой вкус, то ли интуиция моя указывала мне на очередную перспективную проблему.

– Обязательно приду посмотреть на вашу дуэль. Буду за вас болеть.

– Погоди…те, дуэль публичная?

– Разумеется, – кивнул Тим, – посмотреть на вас соберётся туча народу.

Опустила голову, чтобы скрыть всю ту бурю эмоций, что отразилась у меня на лице. Ненавижу выступать публично.

– Да…, – глубокомысленно протянул Тим.

Есть резко расхотелось. Я притянула к себе компот. Если Тим и заметил, то от комментариев воздержался. Попыталась собрать мысли в кучу. Правила я знаю, прецеденты их применения выучила, когда Устав зубрила, этикет освоила в целом, но на какой-нибудь мелочёвке могу погореть. Это из плюсов. Минус один, но существенный – боевая часть у меня провисает. Пока что я могу похвастаться смерчем и простейшим щитом. А вот мой конёк – одушевлённая магия – зависит от моих эмоций, и не факт, что получится в этот раз. А ещё миллион следящих за мной глаз…

– Слушай, Вик, – вклинился в мои подсчёты Тим, – думаю, победитель может рассчитывать не больше, чем на три дня искупления.

– Мне магистр сказал, что два.

Тим заметно опечалился.

– Два? Жаль. Ладно. Слушай, Вик!

– Да?

– Если выиграешь, прикажи Эрику хотя бы часа три выполнять все мои распоряжения, как твои, а? Я заплачу. Я бы на весь срок его купил, но ведь ты не дашь. Понимаю, что самой поиграть хочется, но хоть чуть-чуть дай, а?

Глаза у меня на лоб полезли.

– Давай не будем делить шкуру неубитого медведя, – осторожно предложила я. – Поговорим, когда дуэль закончится.

Тим согласился с очевидным сожалением. Я допила компот и встала из-за стола. Хотелось поскорее выйти из столовой. Получается, что сейчас с аналогичными предложениями Эрика осаждают желающие поразвлечься со мной. Куда я попала?

До дуэли несколько часов. Ничего нового я не выучу. А этикет повторить можно. Ноги как-то сами повернули в сторону библиотеки. Привязываюсь к Дему? Конечно, привязываюсь – единственное нормально отнёсшееся ко мне существо.

– Леди, – приветствовал меня он с мягкой улыбкой.

– Привет, Дем. Хочу здесь посидеть.

– Конечно, леди. Располагайтесь. Знаете, очень бы не хотелось, чтобы вы проиграли.

– Ага. Только… Понимаешь, я надеюсь на одушевлённую магию, а получается она только, когда я сильно злюсь. А вдруг я испугаюсь, и нужных эмоций не будет? Или разозлюсь, но недостаточно?

Дем молча смотрел на меня, и вдруг спросил:

– Леди, а сознательно ограничивать одушевлённую магию вы уже научились?

– Дем, я даже не знала, что её можно ограничить, пока ты сейчас не сказал.

– Жалко.

– А у тебя есть идея?

– Как сказать? Помните, по регламенту, применение особо опасных форм магии строго лимитировано. К ним же и одушевлённая относится. Я могу помочь вам её гарантированно вызвать, но если вы не сдержитесь достаточно, вам засчитают поражение и срок искупления продлят на полгода.

– Ох.

Стоит ли рисковать, я не знала. Не иметь уверенности в победе или удержать эмоции в узде. До сих пор Дем меня не подводил. Если бы шансы были плохие, он бы не предлагал. Я медленно кивнула:

– Расскажи.

– У меня есть эликсир, который поможет вам вызвать одушевлённую магию, проблемой станет сдержаться, как я уже сказал. Но вы, леди, себя прекрасно держите в руках.

– Согласна на эликсир, Дем.

– Хорошо, леди. Выпить его нужно заранее, сейчас принесу.

Дем поклонился и вышел. Заранее позаботился? Здорово. Только стоп. На дуэли вспомогательные зелья недопустимы по Уставу. Дем не знает, что сомнительно, или… Не хотелось бы. Не хочу, чтобы этот хороший зеленоглазый парень с горбом оказался моим недругом.

Дема не было около получаса. К его приходу успела себя накрутить.

– Леди? – встревожено уточнил он.

– Дем, ты не можешь не знать, что применение зелий нарушает регламент.

Дем неуловимо помрачнел. Если бы не присматривалась к нему так внимательно, не заметила бы. Я права? Или зря обидела?

– Разумеется, леди. Я знаю. Но запрещены именно зелья. Эликсир отличается тем, что даёт постоянный эффект, он становится такой же частью вас, как ваша рука или нога. Поэтому эликсир разрешён. Знаете, ведь он редкость.

Вот. Обидела напрасно. С другой стороны – я не знала. Но ведь можно было и иначе спросить. Интересно, откуда у Дема такой эксклюзив? И ведь не спросишь теперь – извиняться надо.

– Дем, прости, пожалуйста. Я про эликсиры сейчас от тебя впервые услышала. У меня мелькнула мысль, что ты даёшь зелье, которое не засечь, но я и подумать не могла…

– Пейте, – перебил меня Дем, улыбка снова заиграла на его лице.

Протянул мне склянку с прозрачной жидкостью. Я взяла её и осторожно принюхалась. Запаха нет.

– Пейте, не беспокойтесь, эликсир безвкусен.

Посмотрела на Дема и встретилась с ним взглядом. Смотрит с улыбкой, открыто, словно и не было недоверия с моей стороны. Выпила залпом. И правда безвкусно. По телу разлилось тепло, кончики пальцев стало покалывать, я зевнула широко и с удовольствием, даже ладонью прикрыться не успела.

– Леди, не сопротивляйтесь сну. Так надо. И не беспокойтесь. Я вас разбужу вовремя.

Хотела ответить, но меня хватило только чтобы кивнуть, глаза закрылись сами, и я уснула.

Проснулась от того, что Дем прикасался к моему плечу.

– Леди, пора. Как вы?

Я прислушалась к себе.

– Ничего особенного не ощущаю.

– Так и должно быть. Не беспокойтесь. У вас есть двадцать минут на повторение этикета, а потом пора в зал Поединков.

– Дем, а ты придёшь?

– Увы, мне не стоит покидать библиотеку, леди.

Дем коротко кивнул и вышел, а я потянулась к камушку с практическими примерами положенных приветствий и прочих словесных формул.

Лёгкий стук в дверь.

– Леди, вы увлеклись, а вам пора.

– Точно, – я спохватилась. – Спасибо, Дем. Пошла я.

– Удачи.

Коснулась камня на браслете:

– Зал Поединков.

Огонёк вспыхнул и поплыл вперёд, показывая дорогу. Удачи мне.

До зала дошла минут за пять.

– Адептка Виктория, – меня встречал не самый лояльный ко мне педагог.

– Здравствуйте, магистр Ансей.

– Проходите, ваша сторона арены правая.

Первая ассоциация – Колизей. Арена небольшая, круглая, а от неё расходятся зрительские ряды. Хотела шагнуть вперёд.

– Рано, Виктория. Сначала речь ректора. Первым выходит адепт Эрик. Вы что, не читали правил?

Читала, но очень волнуюсь. Этого я не сказала.

– Начнётся через пять минут.

Я стояла, скрытая от глаз козырьком трибун и ощущала, как по спине скатывается капля холодного пота. Посмотреть на дуэль пришли, наверное, все. По крайней мере, на взгляд свободных мест я не нашла. На удивление, было тихо. Никто не кричал, не свистел. Если и разговаривали, то шёпотом.

– Адепты Академии чёрной магии! – внезапно голос ректора разнёсся над залом, мне казалось, что прошла от силы минута, – мы собрались в зале Поединков, чтобы стать свидетелями дуэли между адептом Эриком и адепткой Викторией.

У меня колени затряслись, и руки предательски задрожали. Я отказываюсь туда идти! Зажмурилась и постаралась восстановить дыхание.

– Вызов бросил адепт Эрик. Адепт!

С противоположной стороны на арену вышел мой противник. Он словно взлетел на неё – лёгкий шаг, расслабленная поза, уверенный взгляд. Эрик оглядывал зал и улыбался. Похоже, в исходе он не сомневается. Мне стало ещё хуже.

– Я, адепт Эрик, – начал парень, – был атакован адепткой Викторией во время Традиционной охоты, вследствие чего лишился трофея и опоздал на место сбора по окончании Охоты. Адептка Виктория не взяла мой трофей себе. Всё это даёт мне право на вызов. Признаёте ли вы это право?

– Да, адепт, – ответил ректор.

– Я, адепт Эрик, бросаю вызов адептке Виктории.

Ансей подтолкнул меня в спину.

Выхожу на арену.

– Я, адептка Виктория, вызов принимаю.

– Да состоится честная дуэль! – возвестил ректор и сел в первом ряду. Минута тишины. Ректор хлопнул в ладоши, давая сигнал начать.

Эрик ухмыльнулся, его магия стала собираться в замысловатый узор. Ясно, что если я не успею что-нибудь сделать до того, как он закончит плетение, меня размажет. Я сосредоточилась и выплеснула свою магию в окружающий мир. Приказала ей разделиться. В один сгусток вложила желание защиты, а второму передала образ паука и паутины. Спеленаю Эрика – эффектно и безвредно, а значит засчитают.

Эрик почти закончил, но я была быстрей. Я сосредоточилась на схватке, и молчаливые наблюдатели перестали для меня существовать. Мир сузился до тесных границ арены. Моя магия рванула к Эрику, как атаковала экзаменовавших меня магистров. Мне откровенно везло: Эрик недооценил меня, расслабился, видимо, полагал, что я даже простенького щита не поставлю.

Всё шло неплохо. Сгусток моей магии разворачивался широкими лентами, которым защита Эрика помехой не была – от одушевлённой магии нужен специальный щит. Неужели он не узнал, как я сдавала экзамен? Скорее, магистры не стали распространяться. Моя магия оплетала Эрика по рукам и ногам, он увязал и, похоже, ничего не мог сделать.

– Да остановите вы эту идиотку! – закричал кто-то с трибуны. – Нельзя же девке отдавать адепта на искупление!

Меня им можно, а парня девочке нельзя?! Как это всё осточертело! На пару мгновения я потеряла над эмоциями контроль. Хватило, чтобы моя магия из безобидной превратилась в очень даже смертельно опасную. Ленты начали Эрика душить. В тот же миг между нами возникла непроницаемая магическая завеса. Мои ленты распались. Эрик смотрел на меня потрясённо и как-то беспомощно.

– Применение адепткой Викторией запрещённой формы воздействия. Нарушение.

Боги! Ведь нарушение равнозначно поражению, а срок искупления увеличивают на полгода! Кажется, я перестала дышать.

11

Я смотрела на ректора широко распахнутыми глазами. Не верю.

– Однако, – продолжал мужчина, – я вынужден признать, что причиной применения запретной магии послужила потеря контроля, которая, очевидно, была вызвана репликой адепта Корса. Явное вмешательство в ход поединка. В связи с этим. Адепт Корс, вы признаны виновным, информацию о вашем наказании получите завтра. Что касается дуэли, то результат признаётся недействительным.

Я вздохнула. Ректор кинул на меня мимолётный взгляд.

– Дуэль между адептом Эриком и адепткой Викторией переносится на утро и состоится на восходе солнца.

Резко развернувшись, ректор покинул арену. По залу разнёсся вздох разочарования. Эрик продолжал смотреть на меня круглыми глазами, а потом хмыкнул и улыбнулся. Эрик, обращаясь к трибунам, поднял руку в приветственном жесте и тоже покинул место действия. Я с арены уходила последней.

Корс сделал мне великую гадость. Теперь Эрик знает, чего ждать, и обязательно подготовится. Прикопала бы этого Корса! Почувствовала, как магия откликается на мои эмоции. Вот демон! Не хватало ещё оказаться наказанной за причинение физического вреда другому адепту. Я постаралась успокоиться и направилась в библиотеку. Вдруг Дем сможет мне ещё что-нибудь посоветовать…

Посоветовал:

– Ложитесь спать, леди. Здесь, в кабинете. Вам нужно выспаться, а я разбужу, не беспокойтесь.

Разумно. Только сон не идёт.

– Леди, всё-таки попробуйте заснуть. Хотите, я расскажу вам сказку?

– Как мама в детстве? – я невольно улыбнулась.

– Давным давно…

В Страну Огненных Озёр прибыл путешественник. Местные жители приняли его радушно, и легко приглашали к себе в дома, радовались его визитам и с большим удовольствием рассказывали о себе. Получил путешественник приглашение и во дворец правителя. Уж больно заинтересовали принца и его невесту, девушку неписаной красоты, рассказы о дальних краях и их обитателях.

Увидел путешественник невесту-красавицу, и глаза его загорелись нехорошим блеском. С тех пор он стал замкнутым и мрачным, но незадолго до свадьбы принца оживился. Местные думали, он со всеми радуется за счастье молодых.

В ночь перед свадьбой невеста пропала, а утром узнали, что её похитил путешественник. Принц бросился в погоню. Он преследовал путешественника день, преследовал второй, догнал на третий у самой границы Страны Огненных Озёр.

Путешественник и принц бились насмерть. И оказалось, что не так прост пришелец. Принц начал проигрывать, и, когда стало казаться, что от гибели его отделяет шаг, в схватку вмешалась девушка. Она подбежала к сражающимся и сумела поставить путешественнику самую обыкновенную подножку, он упал, а принц воспользовался моментом и поразил похитителя.

Принц с невестой вернулись во дворец, сыграли свадьбу, а жители страны Огненных Озёр узнали, что нельзя путешественникам доверять.

– Леди, просыпайтесь. Скоро восход, вам нужно вернуться в зал Поединков.

Пришлось открыть глаза.

– Держите, – на подносе Дем держал чашку чая и плитку шоколада.

– Какая роскошь! – восхитилась я и тут же взяла чашку.

Похоже, в чай Дем добавил каких-то трав, чувствовалась лёгкая кислинка и несколько необычный для чая аромат. В голове прояснилось. Я почувствовала себя если не отдохнувшей, то вполне бодрой.

– Время, леди.

– Дем, скажи, – перебила я. – Теперь Эрик знает, чего от меня ждать…

– Леди, мне жаль, но здесь я точно бессилен. Попробуйте управлять одушевлённой магией. Ведь одно дело – эмоциональный всплеск, а другое – сознательное, выверенное действие. Адепт Эрик поставит защиту, и ваша задача её обойти или проломить.

Легко сказать. Вызвала путеводный огонёк и направилась в зал Поединков. Теперь расклад совсем не в мою пользу.

На арену вышел Эрик:

– Я, адепт Эрик, вызываю адептку Викторию.

Сейчас церемониал сокращённый – достаточно полуночных расшаркиваний.

– Я, адептка Виктория, вызов принимаю.

– Да состоится честная дуэль, – ректор усаживается в первом ряду и хлопает в ладоши. Можно начинать.

Эрик улыбнулся понимающе и снисходительно. Уверен в победе. Холодок страха вновь пополз по спине. Магия отозвалась легко, как и в прошлый раз. Понимая, что к «паучьему» сценарию Эрик готов, передала своей силе образ действия венериной мухоловки – сконцентрироваться вокруг него и резко схлопнуться.

Эрик выстроил вокруг себя щит. Я чувствовала, что сейчас он для моей ловушки непроницаем. Как там Дем сказал? Выпустила ещё магии. Ловушка пусть ждёт своего часа, а мы пока пободаемся. Надо защитить себя и постараться хоть ненадолго убрать щит Эрика.

Эрик ещё раз ухмыльнулся, заканчивая сложное плетение. В меня полетело нечто. С перепугу ударила в ответ смерчем. На удивление у меня получилось. Плетение порвалось, я расслабилась, а заклинание вместо того, чтобы окончательно развеяться, трансформировалось во что-то новое. По трибунам разнёсся слаженный благоговейный вздох. Похоже, Эрик приберёг для меня что-то, что даже не все местные знатоки повторить могут.

Пока я лихорадочно желала, чтобы моя магия стала моей защитой, заклинание по мне ударило. В глазах потемнело, а когда всё прошло, на арене уже стоял ректор.

– Дуэль состоялась. Вы, адепты, свидетели, что бой был честный. Чистая победа за адептом Эриком.

Я с трудом дышала. Не знаю, причиной было ударившее заклинание или осознание, что я попала со всеми потрохами.

– Адепт Эрик, какой срок искупления вас удовлетворит?

Корс, не знаю, как, но обещаю – ты мне ответишь. Я спрошу с тебя за весь тот ад, который мне предстоит. Может, к чёрту всё? И воспользоваться знаниями, полученными у Дайнича? Нет, я ещё побрыкаюсь.

– Никакое искупление меня не удовлетворит, – ответил Эрик.

Что?! Это как?

– Адептка Виктория стала причиной того, что я лишился трофея на Традиционной охоте. Я требую, чтобы адептка Виктория отдала мне свой трофей.

Я что-то не так услышала? Он хочет смертельно опасную улиточку вместо рабства? Да я готова ему десяток шойр переловить! Пусть травится на здоровье. А я ломала голову, куда пристроить ползучее приобретение.

Изо всех сил старалась скрыть рвущуюся изнутри радость. О таком счастье я и не мечтала. Только ректор моих восторгов не разделял.

– Адепт Эрик, я признаю, что ваше требование допустимо, но никто не расстанется со своим трофеем с Охоты добровольно. Адептка Виктория откажет вам и будет в своём праве.

Откажу? Он шутит так? Ректор, не смей мне всё портить!

– Адепт Эрик, какой срок вас удовлетворит? В данном случае полагается два дня, но учитывая первое требование, я готов признать неделю.

Цензурных слов у меня не осталось.

– Я хочу услышать отказ отдать трофей от адептки.

Ректор пожал плечами и кивнул. А я поняла, он серьёзно полагает, что лучше рабство, чем расстаться с трофеем, наделённым по Уставу определённым статусом. Что у этих магов в мозгах творится? Надеюсь, это не заразно.

– Я, адептка Виктория, согласна передать в качестве удовлетворения трофей, добытый на Традиционной охоте.

В зале вздохнули синхронно. Ректор и магистры вытаращились. Только Эрик не был удивлён. Он снова усмехнулся и подмигнул мне.

– Адептка? – растерянное от ректора, – Вы осознаёте, от чего отказываетесь?

Хотела сказать, что от ядовитой ползучей тварющки, но ограничилась:

– Осознаю.

– Будь по-вашему. Магистр Ансей, проконтролируйте, пожалуйста, передачу трофея. Ансей скривился. И почему здесь скривиться такая массовая и почти универсальная реакция? Очень хорошо его понимаю.

Втроём мы проследовали на мой уровень. Я вышла вперёд и коснулась камня:

– Единоразовый доступ.

Аквариум по-прежнему стоял в коридоре. Ансей остановился за несколько шагов и кивнул. Приближаться к шойре он не собирался. Эрик, рассмотрев, споткнулся:

– Это что?

Ах, да. Он опоздал и не знает, что конкретно я приволокла в Академию.

– Шойра, трофей – обрадовала я Эрика и широко улыбнулась. Парень посмотрел на меня, на аквариум и снова на меня.

– Шойра?! – он несколько побледнел, на лбу появилась вертикальная морщинка, означавшая, наверное, усиленную работу мысли.

– Улиточка, – согласилась я. – Давай, бери эту пакость и топай. Аквариум и провиант для трофея тебе, думаю, сегодня же доставят.

Эрик отступил на шаг и помотал головой.

– Адепт, – вмешался Ансей, которого ситуация, думаю, позабавила не меньше, чем меня, – потрудитесь принять трофей.

– Как, магистр?

– Руками, разумеется. Также, как и адептка Виктория.

– За раковину, – подсказала я.

– Она же ползает!

– Адепт, довольно! Ваше требование удовлетворили. Берите.

– Кажется, я снимаю свой вызов.

– Поздно, адепт. Дуэль состоялась. И либо вы сейчас берёте эту шойру, либо идёте к ректору объясняться за саботаж передачи трофея.

Эрик бросил в мою сторону взгляд, полный немого вопроса. Наверное, в его голове не укладывалось, как можно шойру взять голыми руками. Эрик неуверенно шагнул к аквариуму, и с выражением чистого омерзения на лице подцепил улитку за раковину двумя пальцами.

– Берите! И адептка Виктория права, аквариум и корм будут доставлены немедленно. Даже раньше, чем вы дойдёте до комнаты.

Потревоженная шойра начала искать опору и извивалась во всех направлениях, пытаясь дотянуться до Эрика.

– Да чтоб тебя! – буркнул он. Руки у него заметно подрагивали.

– Официально свидетельствую, что акт передачи состоялся. Покиньте женский уровень, адепт. Немедленно!

Эрик осторожно пошёл к дверям. Взгляда он не отрывал от своего нового приобретения. Мне Ансей только кивнул, и вышел следом. Аквариум и мешок корма исчезли.

Как легко я отделалась! Я от радости даже в ладоши захлопала. Спать ложиться было уже поздно, а выходить на завтрак ещё рано, поэтому появившееся время я посвятила водным процедурам. И в столовую я вышла свежая и довольная жизнью. Адепты косились на меня с непониманием, недоумением и неодобрением, но былой враждебности и отчуждённости я не видела.

За стол ко мне опять подсел Тим.

– Эх, если бы не Корс, я бы у тебя купил Эрика хоть на пару часиков, – мечтательно протянул он.

– Да, Корс мне всю малину обломал.

– Лично я на него зол, – сказал Тим и посмотрел на меня очень выразительно. Взгляд резко стал цепким и внимательным.

Намёк? Я прислонила к губам чашку, чтобы хоть пару секунд поразмышлять. Неизвестно, чем месть может обернуться. Но пока я ничего не делаю…

– Я тоже зла.

– Корс закричал нарочно, чтобы сбить тебя и дать Эрику шанс. Они приятели.

– Его же ректор накажет.

– Скорее всего, назначит ему курс для прохождения в обязательном порядке. Ничего действительно серьёзного.

– Мда.

– Для чёрного мага месть – это святое. Предлагаю объединить усилия.

– Святое, говоришь? А чего тогда Эрик не мстил?

– Ха! Так, насколько я знаю, ты же открыто ему помешала. У вас нерешённая проблема. Была. А Корс сорвал тебе победу, но сделал это косвенно, своим выкриком. За нарушение процедуры он наказан. За оскорбление ты можешь вызвать его на дуэль. А вот за то, что не дал победить, надо мстить.

– Вызывать я не буду точно, – передёрнула я плечами.

– Правильно. За оскорбление всего полдня искупления. Мороки больше. А вот месть… Позже поговорим, мне на занятие бежать пора, – Тим отодвинул тарелку и быстро поднялся из-за стола.

Да и мне поспешить стоит. Сегодня начинаю обязательный для меня курс «История и современность пыточного ремесла». Как вспомнила, так завтракать сразу расхотелось. Поднялась, коснулась браслета, вызывая путеводный огонёк и пошла за ним следом.

Преподавателем оказался черноглазый молодой мужчина с резкими чертами лица.

– Я магистр Доган. Рекомендую первую парту, так как вам, Виктория, из-за вашего иномирного происхождения может быть сложно. Адепт Корс, тоже далеко не забирайтесь. Если я правильно понял, вам не только назначили мой курс обязательным в качестве наказания, но и поставили временные ограничения на изучение.

С трудом удержалась от того, чтобы раскрыть рот. Корс здесь? Меньше всего хочу его видеть. Прошла к первому столу, выбрала центральный. За соседний, слева, пристроился Корс. Я нахмурилась. Магистр увидел и отреагировал моментально, правда, истолковал моё выражение лица по-своему:

– Адептка, меньше эмоций. Мы историю здесь проходим. Практика – следующая ступень, и, судя по всему, вам её тоже назначат обязательной.

Вот теперь рот я открыла, и лицо у меня печальным стало. Магистр весело усмехнулся:

– Начнём, господа и дама. Поскольку у нас двое новеньких, разминка будет простенькой. Взяли чистые листы бумаги и пишем цели применения пыток. Например, получить информацию от допрашиваемого. Задание ясно? Приступили. У вас семь минут. Кто перечислит больше всех, получает приз.

Повторять за магистром мне не хотелось, но что добавить в список я толком не представляла. Вписала «добиться повиновения» и «наказание за неподчинение». На этом моя фантазия иссякла. Магистр Доган посмотрел в мой лист, нарочито тяжко вздохнул и сообщил:

– Не беспокойтесь, адептка, я за вас возьмусь, человека из вас сделаю, всё-всё про пытки будете знать.

Победивший адепт представил список из двадцати четырёх пунктов. Обещанным призом оказался камушек. Очередная книжка в трёхмерном формате? А почему просто в библиотеке не взять?

– Тоже хочется? – поинтересовался у меня Доган. Мотнула головой, на что магистр весело рассмеялся.

– Адептка, а вы знаете, что конкретно вам домашние задания я давать имею полное право?

– Да, для меня же ваш курс обязателен.

– Во-первых, потрудитесь к следующему разу подготовить пересказ вводной части учебного пособия. Это и для вас задание, адепт Корс. Во-вторых, повторно выполните задание сегодняшней разминки. В списке должно быть не менее тридцати пунктов.

Я окончательно пришла в уныние. Надо целенаправленно поискать случаи отмены обязательного курса. А пока я записала домашнее задание, и поняла, что вновь придётся идти к Дему за помощью.

– Записываем сегодняшнюю тему: «Эволюция кнута». Есть те, кто её уже знают? Один? Адепт, а тема «Способы фиксации жертвы с древности до наших дней»» знакома?

– Только недавно к ней приступил, магистр Доган.

– Тогда продолжайте. Будут вопросы – зовите, а не будет – сам в конце урока подойду.

– Да, магистр.

– Адепты и адептка, кнут можно считать одним их простейших инструментов…

Дальше мы дружно строчили под диктовку. Ближе к концу урока магистр решил устроить нам демонстрацию кнутов. Больше всего я боялась, что Доган покажет применение кнута на практике. Такого зрелища я бы точно не вынесла. Обошлось.

– Адептка, задержитесь, – сказал магистр, объявив, что занятие окончено.

Подхожу к его столу. На сей раз он смотрел на меня с лёгким сочувствием.

– Виктория, я понимаю, что вам нелегко, но вы постарайтесь. И ещё. Приз, который я даю лидеру разминки на день, возьмёте сейчас и вы. На неделю минимум. Позанимайтесь тщательно. Я проверю. Берите камень и идите.

– Да, магистр.

Спасибо, конечно. Но чую, удружил он мне гадость: рассмотрю приз во всех подробностях и приложу максимум усилий, чтобы на разминке никогда не оказаться среди победителей. Убрав камушек к остальным, отправилась на занятие к магистру Харпу. К нему у меня ещё вопрос не по учёбе.

Харп, видимо, по моему лицу догадался.

– Спрашивай, Вика.

– Месть действительно для чёрного мага святое?

Магистр усмехнулся.

– В целом, да. Если причина весомая, то чёрный маг будет мстить. Другое дело, что можно фанатично искать повод ради повода. Кого учить жизни собралась?

– Адепт Тим предложил совместно отомстить адепту Корсу за срыв победы на дуэли.

Харп откинулся на спинку стула.

– В чём-то он прав. Кстати, а этого проныру твой проигрыш каким боком задел?

– Хотел адепта Эрика на пару часиков.

Харп хохотнул:

– Теперь ясно, почему Корс вмешался. Он с Эриком дружит против Тима.

– И Тим хочет меня в соратники?

– Верно мыслишь. Отомстишь сейчас – ввяжешься в противостояние. Но учитывай, что красиво исполненная месть резко прибавит тебе очков в глазах других адептов. Подумай.

– Отомщу – все узнают, что в ответ я кусаюсь.

– И это хорошо.

– А если самой, без Тима, тогда в разборки не ввяжусь?

– Не знаю, Вика. Начнёт Корс мстить в ответ? И потом, а без Тима справишься? Думай, спешить некуда. А пока давай, работай. Покажи мне, как ты научилась выполнять упражнение с прошлого раза.

Обожаю Харпа.

Тим атаковал меня на обеде. Вновь сел за мой стол:

– Приятного аппетита. У тебя уже есть мысли, что устроить Корсу?

– Тим, сбавь обороты.

Парень ложку до рта не донёс:

– Только не говори, что спустишь ему своё поражение!

– Не говорю, но обороты сбавь. Не хочу, чтобы в ответ мне весёлый привет от Корса прилетел.

– Ты что, трусишь?

– На слабо не ведусь, – фыркнула я.

– Ладно. Сбавляю обороты. Твои предложения?

Первым пунктом выяснить, почему ты, Тим, прицепился как банный лист. Вслух, увы, этого сказать нельзя, поэтому я пожала плечами:

– Для начала мне нужно подумать. И потом, месть в твоём исполнении как выглядит, объясни?

Тим вдруг подобрался:

– Не сдавай меня, – шепнул он одними губами.

За наш стол, не потрудившись спросить разрешения, сел Эрик.

– Тим, смотрю, убеждаешь новенькую пополнить ряды неудачников? Так ей и без тебя проблем хватает.

Говорит так, словно меня здесь нет. Не беда, послушаю и поем спокойно. Но не тут-то было. Эрик резко переключился на меня.

– Виктория, не слушайте этого проходимца. Дуэль решила между нами все проблемы, и исход, полагаю, удовлетворил нас обоих. Приглашаю посетить вечеринку, которую я устраиваю завтра.

– Эрик, я не думаю, что меня интересуют чьи бы то ни было предложения.

– Приглашение я пришлю, а там выбирай, Вика, с кем ты.

– Хочешь сказать, что вариант ответа «сама по себе» не предусмотрен?

Покосилась туда, где сидел Тим. Что-то мальчик замолк надолго. Оказалось, он уже ушёл. По-тихому. И впрямь проходимец. Вновь вернула взгляд Эрику. Становится ясно, что Тим тянет меня в неприятности, разбираться с которыми предстоит в одиночку, сам же Тим в сторонке постоит, как сейчас. Вот что сказать?

– Дайте поесть спокойно! – возмутилась я и решительно отвернулась от Эрика.

12

Вечером я поторопилась в библиотеку. Готовиться к урокам я привыкла в кабинете, Дем был отличным помощником, притаскивал мне кучу дополнительных пособий и всегда подсказывал, какой именно раздел мне следует посмотреть.

– Леди, – осторожно начал он, – а вы планируете получить звание магистра насколько быстро?

– Не задумывалась ещё, а что?

– Рекомендую задуматься. Количество модулей и курсов, которые адепту можно назначить обязательными лимитировано. И как только вы пройдёте их, вам предложат писать магистерскую работу. Магистр, разумеется, не обязан прекратить учёбу, но многих привилегий по Уставу, он лишается.

– Да, помню, адепту физически вредить нельзя, магистр магистру вредить может.

– Чем больше вы успеете освоить, тем лучше.

– Я собираюсь продолжить изучение некромантии.

– Некромантию вам обязательно назначат и так, хотя вы правы, и продолжать стоит.

– Куда записаться предлагаешь?

– «Основы зельеварения».

Я как раз закончила составлять заданный магистром Доганом перечень. Отодвинула лист, сложила его пополам и убрала в сумку.

– В музей, леди? Прошлый раз вы почти ничего не рассмотрели.

Я с радостью согласилась. Вошли в первую маленькую комнату. Центральное место отводилось портрету основателей Академии, на котором мужчины стояли на фоне здания. По бокам висели их индивидуальные портреты. Выглядели они парадно и бездушно. Я обернулась к Дему.

– Будут пожелания? – спросил он.

– Не знаю. Дем, а расскажи мне про месть у чёрных магов?

– Месть? Месть для чёрного мага святое. Но причина нужна веская.

– Корс своим выкриком лишил меня победы.

– Да, веская причина.

– И?

– Мстить стоит хотя бы для того, чтобы другие не лезли. Но месть должна быть эффектной.

Дем вышел в коридорчик, где узкие полки были заставлены разноцветными флакончиками.

– Коллекция крови, собранная магистром Аларисом.

– Крови? – переспросила я.

– Да. Основатель специализировался на магии крови. Говорят его сын, превзошёл отца в этом направлении. Трудность с этой магией в том, что она ритуальная по характеру и требует крови жертвы.

– Ясно.

Дем прибавил шаг.

– Музей огромный, а я бы показа вам один зал. Или хотите просто побродить?

– Просто поброжу в следующий раз.

Зал, куда меня привёл Дем, был совсем крошечной комнатой, где расположился единственный шкаф, зато огромный, от пола до потолка. За мутными стеклянными дверцами можно было рассмотреть стопки книжек в чёрных, возможно, кожаных обложках.

– Магситр-основатель Ядон и его потомки, – начал Дем, – были поклонниками дневникового жанра и все до единого писали мемуары. Вот эта стопочка – особые записи. Содержат подробные отчёты о том, кому, как и когда отомстил один из потомков магистра. Делал он это так часто и с таким размахом, что в историю вошёл как Мститель. Его настоящее имя назовут разве что историки.

– А ты?

Дем улыбнулся:

– Я, пожалуй, тоже историк. Мстителя звали Ласар.

– Можно взглянуть?

– Конечно.

Дем открыл шкаф и протянул мне один из дневников. Я открыла. Любопытно мне было только отчасти. Хотелось позаимствовать у великого пару идей для своей мести. Всё-таки я решилась. Я должна показать, что меня следует принимать в расчёт. Слишком мне не понравилось, как Эрик сказал: «Выбирай, Вика, с кем ты». Явно же не в друзья и не в лидеры зовут, а жалуют мне место в свите. Нет, это у меня пусть свита будет. Пора репутацию зарабатывать.

Я раскрыла дневник Мстителя. И услышала тихий смешок Дема. Вместо понятных букв, складывающихся в слова, были закорючки и загогули. Я пролистнула несколько страниц. К моему великому разочарованию доступных к прочтению записей не обнаружилось.

– Дневники зашифрованы, – пояснил Дем. – Ключ был найден, так что содержание известно.

– То есть дневники в нормальном виде есть?

– Да, в библиотеке. И очень уж интересными я их назвать не могу. Мститель получил своё прозвище не за качество, а за количество.

– Стопочка внушительная.

– Кост, леди, месть заслужил. Но очень было бы хорошо, если бы месть была ваша, а не адепта Тима и его компании.

– Эрик на вечеринку зовёт.

Взгляд зелёных глаз стал внимательнее:

– Леди, его вечеринка – его территория.

– И его правила, – дополнила я. – Нет, Дем, я иллюзий не питаю. Эрик пригласил прийти на вечеринку к нему, а не пойти на неё с ним.

– Теперь, когда все увидели, что вам доступна одушевлённая магия… Готовьтесь, леди.

– К чему?

– К интересу. И не к вам лично, а к вашей силе.

– Дем, но ведь силу у мага забрать нельзя?

– Так принято считать. Лично я бы не поручился. И потом, есть куда более простой путь: взять с вас клятву верности и таким образом превратить в послушный инструмент.

Дем нахмурился, отвернулся и быстро пошёл обратно из музея.

– Дем?

Он промолчал, словно не услышал. Так и шёл пока, не мы не оказались в комнате с портретами основателей. Дем остановился, распахнул дверцу выхода:

– Прошу, леди.

Я вышла.

– Рад, что смог быть вам полезен. Буду ждать вас завтра.

Меня аккуратно выставляют? Что-то мелькало у Дема во взгляде. Я поспешила уйти:

– Спасибо большое. До завтра!

Вышла из библиотеки и вернулась к себе. На сегодня меня ждёт последнее дело: разобраться, что за камушек-приз вручил мне магистр Доган на целую неделю.

Дотрагивалась я до него не без опаски. И как выяснилось не зря. Изначально оно смахивало на игру. Предлагалось выбрать персонажа – я согласилась с первым же вариантом – белый маг. Тут же в комнате возникла голограмма светловолосого молодого мужчины, одетого только в набедренную повязку.

Передо мной возникли две надписи: «выбрать по стране и историческому периоду» и «произвольный выбор». Указала на второй вариант. Наверное, я погорячилась. Передо мной развернулся целый каталог способов фиксации жертвы, которые когда-либо практиковались. Ткнула в первую попавшуюся картинку.

Манекен оказался сидящим на стуле с довольно высокой спинкой. Металлические обручи фиксировали шею и талию, руки были пристёгнуты к подлокотникам ремнями. Аналогично рукам фиксировались ноги.

Мне сразу же захотелось выключить эту гадость. Кажется, я в полной мере поняла, что будет дальше. Но досмотреть я просто обязана. Будь проклята эта Академия! Домой хочу. Раскрылся каталог инструментов. Я смотрела и не видела. Похоже, не только я, но и мой мозг, отказывается воспринимать происходящее.

Ткнула наугад, и рядом с прикованным магом возник набор игл.

Меня хватило на пять минут реалистичной демонстрации. Уговаривала себя, что это манекен, а я смотрю фильм ужаса, но мысль, что фильм по сути документальный, прогнать не удалось. В итоге я вскочила с визгом, нажала на камень, чтобы скорее выключить. Ненавижу Нозану.

Освоение перемещения между мирами становится особенно актуальным. Жалко, что пока не по зубам. Но надо начать учить теорию. Попрошу очередное пособие. В ванной в этот раз я была непозволительно долго: всё пыталась смыть видение, как белому магу под ногти входят иглы. Надо ли говорить, что ночью мне снились только кошмары. Раз шесть просыпалась с криками, и только на рассвете провалилась в тревожное забытьё.

Утром титаническим усилием выползла из кровати. Кое-как поплескала холодной водой в лицо, и поползла на завтрак. Кажется, я придумала месть Корсу – наслать бы на него комплект ночных кошмаров. Надо попробовать это сделать с помощью одушевлённой магии. Одна беда – магистры такой шаг могут расценить, как физический вред. Значит, думаю дальше.

«Заключение магических контрактов» прошло как в тумане. Я клевала носом, боролась со сном и пыталась вникнуть в тонкости формулировок, но они от меня ускользали. Придётся перечитывать всё дома.

После первого урока, когда я шла в новую аудиторию, у меня тренькнул браслет. Коснулась камня. Эрик не солгал. Мне пришло официальное приглашение на его вечеринку. В том, что я не пойду, у меня сомнений не было. Не могу я себе позволить такой поход, да и не хочу.

А потом мои мысли перескочили на «Пытки», которые значились и в сегодняшнем моём расписании. Долго этот курс я не выдержу. Слушать магистра терпимо, но приз… Больше всего меня пугает, что пусть не завтра, но через месяц или год мне предложат попрактиковаться. И я молюсь, чтобы отработка приёмов проходила на манекене. Но что-то мне подсказывает, будет и вполне живой подопытный материал. А с ним я не справлюсь.

Одни выход я вижу сейчас – разделаться с курсом в наикратчайшие сроки. Надо бы вечером сесть и составить перечень целей и задач, определить на каждую сроки и вообще начинать жить сознательно, а не мотаться из огня в полымя, как сейчас.

В коридоре меня неожиданно остановил куратор.

– Адептка Виктория, у меня для вас две новости. Во-первых, демонологию хотят вам назначить в качестве основной специальности, а не просто модуля для изучения.

– Хорошо, – кивнула я, мысленно ругая себя, что до сих пор не разобралась, что это за наука такая. А ну как хуже пыток?

– Во-вторых, вас включили в однодневную поездку к Пустоши.

– Э-э-э-э?

– По вашей будущей специальности, – развёл руками магистр Верис и пошёл дальше по коридору.

Час от часу не легче. Домой хочу. Дошла до «Пыток» в самом мрачном настроении, но урок прошёл на удивление спокойно. В качестве разминки требовалось перечислить виды щипцов и зажимов. Разумеется, мой список был короче всех. Подбадривая себя мыслью, что краткость – сестра таланта, сосредоточилась на конспекте.

Вечер наступил незаметно. Запищал мой браслет. Оказалось, пришли два уведомления, повторявшие новости куратора, а третьим шло напоминание прибыть на вечеринку. Настырный! Не пойду я. Лучше местью займусь. Одна беда, сделать всё надо ювелирно: и результата достичь, и повода придраться по Уставу не дать. И тут-то до меня дошло: Корс и Эрик друзья, а, следовательно, удара одушевлённой магии парень ждёт, на нём уже защита, которая мне не по зубам. Придётся думать дальше и лучше.

После ужина решила пойти не в библиотеку, как делала обычно, а в лабораторию, также открытую для адептов круглые сутки. Это на случай, если Эрик, поняв, что я не явлюсь, будет меня искать. К тому же Дем советовал начать осваивать зелья. А заодно подумаю, как изящней отомстить.

Я вызвала путеводный огонёк, который и отвёл меня к дверям, очень похожим на библиотечные. И вошла я в такой же овальный зал, как в библиотеке. С той разницей, что он был значительно меньше, и Дем меня не встречал. В центре зала я увидела стол, в центр которого был вделан камушек. Подошла, коснулась.

Передо мной развернулась голограмма, предлагавшая указать требуемые для лаборатории параметры, начиная со списка ингредиентов и заканчивая желаемой температурой воздуха в комнате. Я выбрала учебную лабораторию, рассчитанную на новичков. От камня тут же отделился огонёк, который промчался по коридору, начинавшемуся за одной из дверей, и завис около комнаты, где мне предстояло позаниматься.

Вошла я и обомлела. Я попала на кухню. То есть обоев в горошек и рыжего абажура, как у меня дома, здесь, конечно не было, но я увидела нозанский аналог плиты, кухонный стол, шкаф, где лежали разделочные доски, ножи и прочие необходимые в хозяйстве предметы. Я углядела даже тёрку. Потёрла глаза, но картинка не исчезла.

Тогда я включила учебное пособие, объясняющее, что здесь к чему. Вступление оказалось ещё более многообещающим, чем интерьер: «Зелья в полной мере можно считать крайне сложной ветвью магии, так как они требуют от мага владения особыми навыками. Он должен быть в равной степени способен нарезать корень кагоры кубиками, котелочками и «соломкой» Будьте готовы, что на овладение начальными навыками уйдёт не меньше полугода».

Я искренне восхитилась пособием, раскрыла перечень навыков и поняла, что давным давно освоила премудрости предварительного этапа. Не могу сказать, что готовить я любила, но умела. Короче, поздравляю себя с досрочной сдачей основ. Я развернулась, чтобы идти обратно в зал и заказать себе, что-нибудь соответствующее моим способностям. Распахнула дверь и замерла. На пороге с нехорошей ухмылкой стоял Эрик, а за его спиной маячил Корс.

Отступила на шаг. Парни вошли и закрыли за собой дверь.

– Вика, – начал Эрик, – Я же велел прийти.

– По какому праву тебе мне велеть? Праву мной командовать ты предпочёл шойру.

Эрик поморщился, но тут же вернул на лицо прежнее насмешливо-злое выражение.

– По праву сильного. У тебя, Вика, есть потенциал. А сейчас ты ничто. Ты даже свою одушевлённую магию выпустить не можешь на нас.

– Думаешь?

– Я тоже, Вика, читал Устав. Адепт не может нанести адепту физический вред. Помнишь?

– Тогда уйди с дороги.

– Легко.

Эрик распахнул дверь и попятился, Корс вышел с ним. Что эти гады удумали? Я спешно стала ставить вокруг себя щит, который недавно освоила на «Базовых техниках защитной магии».

– Какая встреча, Вика! Мы тоже пришли здесь поработать, а совсем не вызывали огонёк с требованием отвести к адептке Виктории. А ещё совсем случайно мы рассыпали в коридоре сонный порошок. У нас-то от него платки пропитаны.

Оба демонстративно достали носовые платки, накапали на них по несколько капель из тёмно-зелёного флакона, приложили к лицу, после чего Корс достал пакетик, открыл его и тряхнул.

Кто-нибудь, дайте мне противогаз! Я завертелась, как ужаленная. И как назло – кухня вместо лаборатории, никаких защитных средств.

– Какого вам надо?! – выкрикнула я. Лицо я закрыла рукавом и старалась не дышать.

Очнулась я, как из воды вынырнула. Я лежала на какой-то подстилке носом к каменной кладке. Перевернувшись на спину, поняла, что я не то в каморке, не то в нише. Справа была решётка. Потрогала. Изнутри не открывалась. Попыталась сесть и зацепилась головой за потолок. Сходила в лабораторию, называется. Во рту сухо, хотелось пить, голова тяжёлая, в нише жёстко и прохладно. Ещё раз подёргала решётку.

Эрик, Корс, не знаю, что с вами сделаю, но вам это очень не понравится. Легки на помине.

Оба парня подошли к решётке откуда-то сбоку.

– Вика, – начал Эрик, – ты осознала ситуацию?

– Ага, ты хочешь, чтобы я за плохое поведение поставила тебя в угол.

– Что?

– Не обращай внимания.

Эрик чуть обернулся на Корса, но тут же вернул лицу выражение невозмутимости и строгости.

– Дорогая Вика, так получилось, что мы просыпали сонный порошок в коридоре, и ты надышалась. Как себя чувствуешь? Ты должна была хорошо выспаться. Так что никакого вреда, – Эрик улыбнулся, – отдыхать мы доставили тебя сюда, поскольку доступа в твою комнату у нас нет.

Я отвернулась и снова легла, только голову повернула, чтобы держать этих в поле зрения.

– Пить хочешь, и голова побаливает? – участливо вклинился Корс.

– Это побочный эффект, – пояснил Эрик, – будь ты обученным магом, выбралась бы легко и просто. Большинство адептов обучаются основам магии дома, чтобы не быть беззащитными, как слепые котята – бери за шкирку и делай, что хочешь.

– А ты именно такая.

– Поэтому ты посидишь тут, без воды, без всего, а когда я следующий раз приду, ты принесёшь мне пожизненную клятву верности. И заметь, никакого вреда.

– Я не приду на уроки, и меня станут искать.

Эрик рассмеялся, развернулся, и почти сразу пропал из моего поля зрения. Корс последовал за ним, но на секунду задержался и шепнул мне:

– Каждый адепт сам регулирует посещение курсов. Все решат, что сегодня ты устроила себе выходной. Счастливо, Вика. Знаешь, девочка, я тоже думал, что сам могу, а вот… С Эриком.

Корс быстрым шагом направился догонять Эрика. А я попыталась подумать, что сейчас было. Это Корс признался, что когда-то принёс Эрику такую клятву? Получается.

Только сейчас не это важно. Важно, как я буду выбираться. Первым делом присмотрелась к решётке – защищена магически. Попыталась пробить защиту ударом силы. Но плетение, обвивавшее решётку, только спружинило, рассеивая мою магию.

Постаралась принять позу поудобней. Если я не могу ничего сделать сама, то это не значит, что я вообще ничего не могу. Я потянулась к браслету. Так до конца и не выяснила все его функции, оказывается, очень напрасно. Если бы обнаружился способ связи с куратором, я бы смогла позвать на помощь.

Главное, не начать паниковать. Сколько человек без воды может? Вот, время ещё есть. И я принялась поочерёдно проверять все камни браслета. И даже нашла функцию вызова. Одна беда – связь не была установлена. Чувство, что у меня есть телефон, но нет номера, который нужно набрать. И в отличии от Земли, экстренного вызова браслет не предлагал. Или я не нашла. Итог один: справляться предстоит своими силами.

Пить стало хотеться совсем нестерпимо. Начала прикидывать, что делать. Ясно, что клятву я не принесу, и курс «Клятвы мага» я только начала осваивать, поэтому знаний, достаточных, чтобы обвести Эрика вокруг пальца, у меня нет.

Судя по всему, мне на практике предстоит проверить, как далеко готов зайти Эрик. Чтоб его шойра облобызала! Повернулась на бок и подтянула коленки к животу. Вот ведь! Даже сумку в лабораторию не стала брать, а теперь сижу без ничего. Даже нормально проклятие, подкреплённое самоубийством, наслать не смогу, так как развернуться в этой нише негде. Слегка успокаивает, что в случае моей смерти Эрику придётся несладко. А выберусь – оснований для наказания не будет.

Попробовала ещё раз воспользоваться одушевлённой магией. Решётка выдержала. И тогда меня осенило. Решётка защищена – стены нет. И если их чуть-чуть расковырять. Я вновь выпустила свою магию. На сей раз удар пришёлся в стену, и, к моему величайшему разочарованию, был стеной поглощён. Проверила пол и потолок – тоже безрезультатно.

Мысли вернулись к браслету. Да, связаться я не могу, но ведь могу вызывать поисковый огонёк в неограниченном количестве, и забросать ими… Остаётся решить, кого.

13

Решила начать с Харпа. Из магистров он, пожалуй, самый адекватный. Нажала на камень, вызывая огонёк. Путеводная звёздочка вспыхнула, мигнула, поплыла к решётке моей ниши, однако пройти между прутами не смогла – была погашена зашитой с лёгким пшиком. Да, Эрик основательно подготовился. Позвать на помощь я не смогу. Выкручиваюсь самостоятельно, как всегда.

Попыталась снова сделать что-нибудь с решёткой. Как говорится, вода и камень точит, однако все мои усилия пошли прахом. Я только заработала ещё более сильную головную боль, да и пить захотелось совсем нестерпимо.

Писк браслета заставил меня вздрогнуть. Пришло сообщение, что сбор группы, отъезжающей в Пустошь, назначен на сегодня в три часа дня. Прибыть следовало минимум за десять минут. А я гарантированно опоздала… Интересно, меня найдут и помогут, забудут или найдут и сделают втык за отсутствие пунктуальности?

Не знаю, сколько прошло. Послышались шаги. Эрик появился в одиночестве.

– Соскучилась?

Я лениво на него посмотрела.

– Не видишь, что я отдыхаю, а ты мешаешь? Сгинь.

– Просто я подумал, что ты хочешь пить. Бутылка воды и свобода в обмен на клятву с твоей стороны.

– Я, Виктория, клянусь дыханьем ветра, что ты, Эрик, заплатишь мне.

Эрик заметно напрягся:

– Ты не настолько дура, чтобы давать невыполнимые клятвы.

– Я выполню, вот увидишь.

– Клятву верности, Вика. Подумай хорошо.

Эрик достал откуда-то бутылку воды.

– Смотри, прохладная, живительная, – он сделал долгий глоток. – Хочешь? Только скажи.

Я молчала. Эрик фыркнул, поставил бутылку на пол, так чтобы мне было видно, но достать я не могла.

– Подумай ещё, девочка.

Эрик ушёл, насвистывая весёлый мотивчик.

Я продолжала лежать в нише и пытаться пробить защиту на решётке. Таращилась я при этом исключительно в потолок или стену: видеть воду и не иметь возможности до неё добраться было нестерпимо. Пискнул браслет, напоминая, что сбор группы в Пустошь состоится через пятнадцать минут.

Браслет пискнул, уведомляя, что мне уже следует находиться на месте сбора, потом пришло сообщение, что до отбытия пять минут, и, наконец, третий писк означал, что я опоздала, а группа отбыла без меня.

Минут двадцать стояла тишина, а потом раздался очередной писк. Меня срочно вызывали в кабинет ректора. Есть шанс, что когда я не явлюсь, магистры заинтересуются, чем я занята, что не могу уделить им ни минутки внимания. Вызов повторился спустя четверть часа. Да когда до них дойдёт?! Я пить хочу.

Наконец, послышались шаги. За решёткой появился Эрик.

– Привет. Надумала? – он подобрал оставленную бутылку с водой и демонстративно потряс.

– Изыди.

– Восхищаюсь, я, Вика, твоим упрямством. Подумай ещё, – и снова он с обаятельной улыбкой исчез. А я в очередной раз попыталась найти позу, в которой будет не так неудобно. Всё затекло, а камни жёсткие, холодные. Пожалованной мне подстилки явно мало.

Очередные шаги.

– Адептка?! – о, мой куратор появился.

– Здравствуйте, магистр Верис.

– Ты почему в таком виде?

– Некоторое недоразумение с адептом. В коридоре был просыпан сонный порошок, вот меня сюда отдыхать и доставили, а сама я выбраться не могу, – я чуть виновато пожала плечами.

– Ясно, что не можешь. Твоих куцых знаний не хватит. Пройди ты хоть какую-то домашнюю подготовку…

Куратор что-то сделал, и защита с решётки пропала, затем щёлкнул замок, и магистр без усилий решётку снял, отставил в сторону, я услышала, как она звякнула о каменный пол. Верис одарил меня скептичным взглядом, после чего к моему удивлению он протянул руку и помог выбраться из ниши, поддержал за плечи, кивнул на бутылку:

– Пить хочешь?

– Очень.

Верис подобрал бутылку, осмотрел, даже воду понюхал, потом протянул мне:

– Пей, обычная вода.

Тут же в неё вцепилась. Магистр пристроился рядом, и следил, чтобы я не упала. А я сидела на краю ниши, послужившей камерой моего заключения, и медленно с наслаждением пила. Смотрел на меня Верис с легким сочувствием.

– Чего от тебя хотели? – спросил он, когда я отлипла от бутылки.

– Клятвы верности.

– Адепт Эрик?

Я кивнула.

– Не удивлён. Парень решил повторить удачный опыт. Только сглупил. Хотя признаю, организовал всё довольно грамотно: оснований для наказания нет.

– Вы не на его стороне? – вопрос вырвался сам собой, не хотела ничего подобного вслух спрашивать. Верис посмотрел на меня внимательно:

– Вика, ты девочка, и это в восторг меня не приводит. Но. Во-первых, по Уставу ты полноправная адептка, что уже для меня много значит. А во-вторых, ты отлично справляешься. И это вызывает восхищение. И потом, ты можешь стать очень сильным магом. Ни адепту Эрику, ни адепту Корсу твоих высот не светит.

– А почему вы сказали, что Эрик сделал глупость?

– Даже если бы ты принесла ему клятву, однажды ты бы нашла способ убить его, оставаясь в рамках клятвы. Он недостаточно силён, чтобы контролировать мага с твоим потенциалом. Хватит разговоров. Как себя чувствуешь?

– Лучше, магистр.

Кто-то подменил Вериса? Или это у меня с восприятием действительности нелады?

– Я пришёл, чтобы за шкирку притащить тебя к ректору, но учитывая обстоятельства, доставлю тебя в медблок, а ректора потом вместе посетим.

С этими словами куратор поднялся, я увидела, как вокруг него магия сплетается в очень сложный узор, который я часто видела в кругах-телепортах. Магистр, оказывается, мастер – чтобы сплести магию, ему не требуется шпаргалка в виде рисунка на полу, к которому можно просто цеплять свою силу, он всё делает от начала и до конца.

Магистр протянул мне руку. Я её приняла, шагнула в круг, мир мигнул.

– Целитель! – рявкнул Верис.

В комнату, куда мы перенеслись, выскочили двое: очень похожие друг на друга женщина и мужчина, лет по тридцать каждый, одетые в светлые просторные туники без рукавов, белые бриджи, и нечто, вроде балеток. Дальше я не рассмотрела, потому что перед глазами начало всё плыть.

Почувствовала, как меня взяли на руки, отнесли на кушетку и уложили:

– Разновидность сонного порошка, у которого побочный эффект сильная жажда, обезвоживание, – услышала я голос Вериса.

– Леди бы остаться у нас до конца дня, – ответила женщина.

– Я зайду за адепткой вечером.

Звук удаляющихся шагов и хлопок двери.

– Как мы себя чувствуем? – мужской голос.

– Пить хочу.

Мне поднесли стаканчик с чем-то желтовато-мутным.

– Лекарство, – ответила женщина на невысказанный вопрос. – Поможет.

Я кивнула. Стакан приблизился к губам. Кто-то меня поддержал. Жидкость оказалась сладковатой и приятной, я выпила всё до дна. В теле тут же появилась лёгкость, мысли стали путаться, я широко зевнула и глубоко вздохнула. Так и балансировала на грани сна и яви, слышала, как переговаривались мужчина и женщина, но сути их разговора не улавливала.

Магистр Верис появился неожиданно. Мне казалось, прошло не больше часа, а получалось, наступил вечер.

– Как самочувствие, адептка?

– Спасибо, хорошо, – ответила я.

Магистр обернулся к целителям.

– Леди полностью восстановилась. Но мы рекомендуем ночь провести максимально спокойно и комфортно.

Магистр кивнул.

– Адептка, – позвал он, сплетая магию в узор.

Я сначала села на кушетке, потом аккуратно встала. Мужчина-целитель страховал, но помощь мне не потребовалась. Я шагнула к магистру, и через миг мы были около дверей на мой уровень.

Коснулась камня:

– Единоразовый доступ.

– Правильно, – одобрил куратор и проводил меня до комнаты. – Всё, иди отдыхай. Здесь ты в безопасности. Я приду утром, и вместе навестим ректора. Отдыхай, – магистр развернулся и бодрым шагом вышел в коридор. А мне в теле вновь чудилась лёгкость, я добрела до кровати, одежду побросала на пол, забралась под одеяло, и провалилась в сон.

Утром я себя уже прекрасно чувствовала. Полистала до завтрака тетрадь, сходила поесть, а не выходе из столовой меня поджидал куратор Верис.

– Адептка Виктория, идёмте. Ректор вас со вчерашнего дня ожидает.

– Да, магистр.

К ректору, так к ректору. Только магистр пошёл в противоположном от ректората направлении. Прошёл по коридору и распахнул дверь просторной комнаты, где пол был изрисован закорючками портала. Понятно, самому от и до сплетать узор не хочется. Ножками ходить тоже нет желания. А, когда есть круг, достаточно выпустить магию и привязать к готовой форме, нарисованной на полу.

Верис убедился, что я не отстаю. Встал в один из кругов, и через пару мгновений мы уже находились в знакомой мне комнате, откуда тот же Верис переправлял меня на мой уровень. Верис повёл меня по коридору, а я, честно говоря, начала трусить. Вроде бы Верис на моей стороне, но кто знает, что на уме у ректора? И как он отнесётся к инициативе Эрика?

Ректор сидел за столом, сцепив пальцы замком, и буравил меня тяжёлым взглядом. Шумно выдохнув, он кивнул на кресла, полукругом стоящие вокруг журнального столика в углу его кабинета:

– Магистр, адептка, располагайтесь.

Такого приёма я не ожидала. Зато куратор Верис был спокоен и невозмутим, он же первым сел в одно из кресел, я последовала его примеру. Кресла были мягкий, тёмно-бордовые и с узкими подлокотниками. На столике лежали круглые кружевные салфетки в тон обивке, и стояло блюдо с конфетами и печеньем.

Ректор повторно вздохнул, поднялся из-за стола, и расположился напротив меня.

– Адептка Виктория, произошедшее с вами вчера печально, но… Вы продемонстрировали блестящее знание Устава, поэтому объяснять, что оснований для наказания адептов Эрика и Корса у меня нет, не имеет смысла.

– Да, магистр, – сказала я, с ужасом осознавая, что до сих пор не выяснила, как ректора зовут.

– Ваши успехи впечатляют, поэтому подобные действия по отношению к вам неприемлемы в дальнейшем. Я желаю видеть вас магистром Академии, а не девочкой на побегушках у бездарности.

Я открыла рот и поспешила закрыть. Что-то оно всё слишком хорошо и непонятно. Не верю. А ректор, видимо, понял мой скептицизм, поэтому чуть снисходительно улыбнулся, но ничего не сказал, а продолжил, как ни в чём не бывало.

– Дабы пресечь подобные поползновения в дальнейшем, мы кое-что сделаем. Во-первых, будет публично объявлено, что я даю вам консультацию по магии. И консультацию я действительно дам. Это уже остудит горячие головы. Во-вторых, ваш куратор проследит и посодействует тому, чтобы адептам вы отомстили.

– Разумеется, – ответил Верис.

– И, в-третьих, сошлю адептов Эрика и Корса подальше под предлогом экспедиции. Все всё поймут. Адептка?

– Да, магистр, – он ждёт от меня восторгов?

– Теперь о поездке в Пустошь. Полагаю, не так плохо, что вы не попали туда с группой. Чуть позже организуем вам индивидуальную поездку, и будете смотреть не всё подряд, а только то, что связано с демонами.

Я молча кивнула.

– Свободны, адептка.

Я слегка поклонилась и быстро вышла. Скажите мне, что это было и кто подменил магистров. Ладно. Об этом я подумаю потом. Посмотрела время. На «Верховую езду» я ожидаемо опоздала. Жаль. Вернулась в комнату и, подумав, первым делом раскрыла перечень курсов свободного посещения.

Уже понятно, что заклинания мне даются тяжело. Я так и не продвинулась дальше «Смерча» по большому счёту. А вот одушевлённая магия… Сейчас она завязана на эмоции, но ведь должен быть способ управлять ею сознательно. Вот и поучусь. Задала поиск. Но чудо-браслет не предложил мне ничего, кроме возникшей надписи «искать по всем курсам». Нажала.

Ответ пришёл незамедлительно: курс «Одушевлённая магия». Нажимаю. «На данный момент не преподаётся по причине отсутствия в Академии магистра, специализирующегося на одушевлённой магии». Вздохнула и отключила картинку. Придётся довольствоваться учебником. А ещё у Харпа совет спрошу.

Вернулась мыслями к посещению медблока. Как-то я только сейчас, успокоившись, в полной мере осознала, что целителей было двое. Судя по внешности, родственники, думаю, брат с сестрой. А вот для выводов информации не хватает: не знаю, она тоже лечит или состоит на подхвате и магией не владеет? Но интересно.

Есть полчаса почитать учебник, а потом по расписанию «Всезнание». Вот и узнаю, что это за Пустошь такая, и чего мне от неё ждать. В коридоре около моего уровня меня поджидал Тим.

– Привет! – начал он.

– Привет, – Тим мне не нравился, хотелось свести общение к минимуму. Поэтому я пошла вперёд по коридору, не сбавляя шага.

– И куда ты так торопишься? – проворчал Тим, пристраиваясь сбоку от меня.

– На урок.

Тим было фыркнул, но сдержался:

– Урок так урок, – согласился он. – Говорят, ты принесла клятву верности Эрику? Что-то мне не верится.

– Врут, а не говорят. Я сама по себе.

– Хорошо. Значит, ты согласна объединить усилия и отомстить.

– Тим, я сама по себе. Успела увериться, что так лучше.

– Ты не будешь мстить? – поразился Тим, он даже обогнал меня на два шага, и встал ко мне лицом, загораживая проход.

– Буду, но сама.

Тим хлопнул глазами:

– Как сама?

Я обогнула его и продолжила путь.

– Сама, – повторила я. Тим отстал.

Я уверенно шла вперёд, обгоняя других адептов. Всё же, «Всезнание» предмет хороший и полезный. Не всегда, правда.

– Сегодняшняя тема, – начал магистр, – «Традиции, уклад и быт цивилизации агатов».

Цивилизация считается вымершей. Надо бы разобраться, зачем ей уделяют столько внимания. Приготовилась писать конспект.

В конце лекции магистр привычно сообщил:

– Теперь можете работать самостоятельно и почитать что-то, что вас интересует.

Разумеется, я захотела узнать про Пустошь. Когда передо мной возникла трёхмерная панорама, я сначала решила, что ошиблась. Вместо пустыни я увидела заброшенный город. Невысокие дома в два этажа, узкие улочки, и никакой жизни. Читаю: «Пустошь, в прошлом город Пустоль, известен как родина чёрного мага Огиана, внёсшего неоценимый вклад в развитие магического искусства. Город непригоден для жизни вследствие вышедшего из-под контроля эксперимента магистра Огиана, послужившего причиной гибели и самого мага».

Некоторое время я ещё рассматривала панораму. Особенно меня зацепило жилище мага: несколько зданий было обнесено стеной с трёх сторон, с четвёртой возвышалась отвесная скала. Начинаю думать, что не так плохо живётся чёрным магам.

– Адепты, урок окончен.

С сожалением отключила красивую картинку. Следующий урок для меня новый. Буду изучать премудрости «Оказания демону первой помощи». Учитывая склонность чёрных магов к пыткам и прочим физическим мерам воздействия, курс мне пригодится.

На «Оказание демону первой помощи» нас пришло двое. Парень был рыжеватым старшекурсником, встал он около двери в аудиторию, скрестив на груди руки.

– Адептка Виктория, – кивнул он.

– Мы не были представлены, – ответила я.

– Адепт Йор.

– Очень приятно.

Он ничего не сказал.

– Зачем вам этот курс? – вдруг спросил парень.

– Я буду изучать демонологию.

– Не самое популярное направление.

– Вы изучаете, – заметила я.

– Обстоятельства. Я бы не стал, но согласно завещанию, я могу получить наследство только после того, как освою базовую демонологию. А этот курс необходим. Надо точно знать, как не замучить демона насмерть. У них же выносливость от нашей отличается. Вот и можно не рассчитать.

– Серьёзная причина, – кивнула я. Ещё один на голову пришибленный.

– А вы?

– Мне назначили демонологию обязательным модулем.

– Сочувствую.

– Благодарю.

Дверь раскрылась, и на пороге появился педагог.

– Заходите, – буркнул он, и вернулся в классную комнату.

Йор вошёл первым и сел за стол, который был ближе всего к преподавательскому. Я выбрала соседний.

– Адепт Йор, – магистр положил на его парту камень, – постарайтесь прорешать как можно больше задач. Первые совсем простенькие: как с помощью кнута нанести максимальный ущерб демону, какой яд вызывает у него головную боль, а какой – потерю сознания.

Э-э-э-э… Я же собиралась учиться оказывать помощь…

– Адептка, а с вами начнём разбирать азы. Кто такие демоны знаете?

Я отрицательно покачала головой.

– Если коротко, то они агрессивные, крайне опасные существа, наделённые интеллектом. Потом подробности разберёте. Мы с вами будем изучать, что делать, когда регенерация демона не справляется с причинёнными повреждениями. Вопросы?

– Нет.

– Хорошо. Начнём тогда. Как вы знаете, исцелять с помощью чёрной магии невозможно. Поэтому мы используем зелья или артефакты. Последние тратить на демона никто не станет, поэтому нам остаются зелья. Готовы натирать корешки, настаивать отвары?

– Да. Я недавно была в лаборатории, и могу сказать, что начальные навыки освоила.

– Так быстро? Очень хорошо, это избавляет нас от необходимости отрабатывать их, и ограничиваться теорией. Пожалуй, адептка, мы с вами поступим так: есть перечень зелий, будете их готовить и параллельно учить, для чего они.

– Хорошо.

– Тогда приступайте. Всё необходимое в том шкафу. Сделайте мне зелье, которое стимулирует кожную регенерацию демона. Вы поняли, что зелья не столько лечат, сколько подстёгивают регенерацию?

– Не совсем, магистр.

– Потом теорию почитайте.

– Обязательно, – и я направилась к шкафу.

14

Вечером пришла к Дему.

– Леди, давно вас не было, – взгляд зелёных глаз настороженный.

– А я в неприятности попала, – улыбнулась я и в красках рассказала про свои злоключения.

Дем заметно оттаял.

– Значит, маги вас признали, – произнёс он ровно. Что-то его настораживает. Не пойму.

Кивнула. Неужели Дем решил, что я от него отвернусь?

– Только, Дем, я им не верю.

– Леди, Академии нужны сильные маги, они гарант её процветания, – Дем неуклюже пожал плечами.

– Ты мне лучше про медблок расскажи. Что там женщина делает?

– Работает, – Дем впервые за вечер улыбнулся, – она и её брат лечат. Чёрная магия исцелять не способна, поэтому в Академию приглашают белых магов.

– И они согласились?

– Чёрные умеют быть убедительны.

– Стоп, а у девушки дар?

– Официально она только помогает брату. Я не знаю, леди. Я с ними никогда не сталкивался.

– Ладно. Потом загляну, познакомлюсь.

Сколько-то мы ещё поболтали ни о чём. Похоже, я приобрела библиотечную зависимость. Распрощавшись, убедилась, что ещё не слишком поздно и отправилась в медблок. Брат с сестрой сидели в приёмной, куда меня доставил куратор, и при моём они появлении вскочили:

– Леди, что-то не так?

– Где болит?

– Нет-нет, всё в порядке, я зашла сказать спасибо.

– Спасибо? – переспросили брат с сестрой хором.

– Да, спасибо. Вы мне очень помогли.

– Не стоит благодарности, леди, – ответил мужчина.

– Вы не очень похожи на чёрного мага, – добавила сестра.

– Я недавно в Академии, и я из другого мира.

Целители кивнули. Хотела я задать вопрос девушке, но, очевидно, они не доверяют мне и правды не скажут, поэтому я смолчала, положила на стол несколько конфет, которые захватила из библиотеки и, пожелав целителям спокойной ночи, вышла из медблока.

Допоздна я разбиралась с конспектами и учебниками, стиснув зубы, поработала с камушком, который мне вручил преподаватель по истории пыток. Я убедила себя, что смотрю слишком реалистичный ужастик, и передо мной манекен, даже не актёр. Помогло.

А утром, во время завтрака, браслеты всех адептов разом пискнули. Пришло сообщение, что ректор Академии проводит конкурс. Требовалось в течение часа сдать эссе на тему «Суть и сущность чёрной магии». Победитель конкурса получает статус ученика первого мага Академии, то есть ученика ректора.

Я сидела огорошенная. Эта та самая публичность, которую ректор мне обещал? Хорош конкурс, нечего сказать. Вот мне интересно, адепты в курсе, что сначала определяют победителя, а потом придумывают конкурс с заданием?

Адепты как-то дружно отодвинули тарелки, достали листы бумаги, перья и принялись строчить. Пришлось делать также. Надеюсь, никто не станет читать мой опус, так как сказать про чёрную магию мне особого нечего. Дрянная она какая-то: пытки, кровь, смерчи.

Вымучила первый абзац. И тут над ухом раздалось:

– Адептка Виктория, изволит заниматься бумагомарательством?

Подняла глаза. С усмешкой на губах надо мной стоял Корс. Он опустился за мой же стол.

– Нет, ты правда на что-то рассчитываешь?

Кажется, это шанс.

– Я собираюсь выиграть.

Корс фыркнул.

– А давай на спор? – предложила я. – Если я стану победителем, ты, – я на секунду задумалась, толкового, как назло в голову не приходило, – отвесишь адепту Эрику три щелбана в лоб, а потом целую минуту будешь прыгать на одной ноге, размахивая руками, и кричать «кукареуку».

Вот теперь Корс расхохотался.

– Если выиграю я, то ты убьёшь Эрика.

А мальчик не мелочится. Желания явно неравноценные. Хотела об этом сказать, но Корс опередил:

– Струсила? – и презрительная кривая ухмылка.

Я не струсила, я задумалась. Вчера ректор обещал консультацию по магии, и публичное покровительство, сегодня конкурс, и конкурс, в котором я могу участвовать. Будь какое-нибудь магическое соревнование, я бы не имела шанса, а так… Как говорится, кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Сделала вид, что повелась на слабо, и мы проговорили слова клятвы, подкрепившей наш спор.

Обнаружила, что за разговорами времени на эссе осталось не так много. Решила обойтись без середины, после вводного абзаца сразу написала заключение, и сдала бумагу. Мне ещё на «Верховую езду» успеть.

Разминку я выполняла самостоятельно, Лойд заглянул в зал, когда я уже заканчивала. Постоял на пороге, посмотрел и одобрительно кивнул, после чего отправил меня к зинчику. В обязательном порядке я продолжала тренировки на нём, а потом осваивала похожую на страуса птичку.

Как ни странно, усидеть на ней было легче, чем на кабанчике. Бегала птаха правда рывками, мне казалось, что на повороте я с неё улечу, но мне везло – шмякнулась я только дважды. Лойд был явно мной доволен.

– Такими темпами ты и своего ездового зверя создашь, – сказал он.

– Это как?

– Как? Верховая езда – привилегия магов, и все ездовые звери созданы или модифицированы с помощью магии. Поэтому они так сильно от животных природных и отличаются. А ты как думала?

– Я не думала об этом.

– Ну-ну. До следующего урока, адептка.

Пока приводила себя в порядок после физкультуры, услышала писк браслета. После обеда всем адептам следовало собраться в общем зале для оглашения имени победителя. Надеюсь, со спором я не прогадала. По спине пробежал холодок.

На следующих лекциях сосредоточиться мне удалось, а вот на обеде есть не хотелось. Я ловила на себе насмешливый взгляд Корса. Кто-то из адептов наши переглядывания заметил, и стал смотреть пристальнее. Внимание раздражало. А ещё тихий шёпот: сплетничали, что я тоже подала на конкурс эссе.

Наконец, приблизился момент истины: адепты потянулись в зал. Старшие перемещались с помощью телепорта, а остальным приходилось топать ножками. Шла и с каждой секундой нервничала больше. Вот закончились переходы, лесенки и коридор. Я вошла через двери в зал. Видела я сейчас только возвышение для ректора и толпу адептов, с которой я поспешила слиться.

Минуты ожидания показались часами. Ректор возник на помосте из ниоткуда.

– Адепты Академии чёрной магии, – заговорил он, – я собрал вас, чтобы объявить имя того из вас, кто создал лучшее эссе на тему «Суть и сущность чёрной магии». В качестве награды этот адепт станет моим личным учеником.

Я прокусила губу до крови. Не хочу ошибиться.

– Итак, имя победителя.

Я задержала дыхание.

– Адептка Виктория.

Я почувствовала, как воздух выходит из лёгких. Кажется, зал выдохнул со мной в унисон. А губы сами собой растягиваются в улыбку. Да, я это сделала! Я правильно вычислила расклад, и угадала планы ректора! И пусть Корс должен мне мелочь, но должен он, а не я. Да!

– Адептка Виктория, – поднимитесь сюда.

Пошла. Второй раз поднимаюсь на помост, но теперь не позориться, а получить признание ректора.

– Поздравляю вас, адептка. Сегодня же жду вас на первый наш урок. Я заворожено кивнула.

Ректор указал рукой на спуск, и собирался закончить мероприятие, но был прерван возмущённым вскриком. Все разом посмотрели в направлении нарушителя порядка. Им оказался Эрик, двумя руками ухватившийся за лоб. И тут же внимание зала перескочило на Корса. Он со зверским выражением на лице запрыгал на одной ноге, активно помогая себе руками, и во всё горло заорал:

– Кукареку!

Магистры и адепты смотрели на него в немом недоумении, а я с трудом сдерживалась, чтобы не захохотать в голос. Корс отпрыгал положенную минуту, и попытался встать рядом с Эриком, как ни в чём не бывало.

– Что это было, адепт? – голос у ректора колючий, злой.

Парень ответа не нашёл. Молчал, опустив голову. Ректор кинул на меня мимолётный взгляд, и вновь посмотрел на Корса.

– Сейчас же вас проводят в медблок, на предмет выявления нарушений вашего душевного здоровья, адепт.

С этими словами ректор исчез в телепорте. Несколько магистров приблизились к Корсу. Он предпринял попытку объяснить, что он вполне здоров, но его просто не услышали. Двое подхватили его под руки, и тоже исчезли. Эрик продолжал потирать лоб и ошарашено смотреть на происходящее. А остальные адепты, поняв, что интересного больше не будет, вновь обратили взгляды на меня. Ох, как не люблю я быть в центре внимания… Особенно, когда взгляды дружелюбными назвать никак нельзя.

Сошла с помоста и направилась к дверям, изо всех сил стараясь держать осанку. Не удивлюсь, если превращусь в изгоя элитного. Даже Тим несколько посторонился, давая мне проход. Встретилась глазами с Эриком: на лице потрясение, которое он так и не смог скрыть. И ещё промелькнула какая-то быстрая эмоция, очень похожая на страх.

– Адептка Виктория, – окликнул меня уже на пороге молодой человек с очень светлой, почти белой кожей и блёклыми голубыми глазами.

– Да?

Он подошёл ко мне почти вплотную.

– Я сопровождаю вас в Пустошь. Точнее не совсем я, будет ещё магистр, но начнём мы вдвоём, так что будьте готовы завтра сразу после завтрака. На браслет напоминалка придёт вечером.

– Хорошо. Что-то нужно взять?

– Мозг, – фыркнул он. – Оденьтесь тепло, воду захватите обязательно. И сухой паёк в столовой. Мы на весь день.

Парень махнул рукой, и смешался с другими адептами, а у меня пискнул браслет: на первый урок ждал ректор. Вызвала путеводный огонёк, и потопала в ректорат. Что-то я там частым гостем становлюсь.

Мужчина и, правда, ждал. Когда я постучалась и открыла дверь, он сидел за столом и барабанил по столешнице пальцами.

– Впредь потрудитесь приходить быстрее, – буркнул он. – Заходите и закройте за собой дверь.

Молча выполнила.

– Теперь берите вот ту табуретку, ставьте в центре комнаты и садитесь.

Не поняла, что за радость держать меня на неудобной табуретке, учиться лучше от этого я явно не стану. Сажусь, как велено. Ректор поднялся из-за стола, обошёл его и присел на краешек, так что теперь он смотрел на меня сверху вниз.

– Все более или менее состоятельные обитатели Нозаны ставят с младенчества своим детям, даже девочкам, базовую защиту. У вас её нет, будем исправлять. Поставлю лучшее, что есть, но не переоценивайте данную защиту.

Ректор начал сплетать замысловатый узор. Судя по ощущениям, не так сложно, как портал, но тоже нечто нерядовое. Заметив мой заинтересованный взгляд, ректор уточнил:

– Слышал, у вас нелады с заклинаниями?

– Да, это так, – опять не узнала, как его зовут.

– Занимайтесь ими ежедневно, но уделяйте основное внимание тому, что получается. Как вы догадались, специализация на демонах назначена Академией, а вы можете выбрать любые другие самостоятельно.

Решив, что это отличный шанс спросить, задала припасённый для Харпа вопрос:

– Мне удаётся одушевлённая магия.

– Книжки в помощь. У нас нет педагога по вашему направлению, слишком редкая способность. Вот станете магистром, и будете вести этот курс.

Никогда не мечтала пополнить ряды учителей.

Ректор почти доплёл заклинание.

– Итак, адептка. Защита убережёт вас от мелких повреждений при падении. Спотыкаться можете смело, а падать с высоты не рекомендую – расшибётесь. Далее, основное свойство – защита от огнестрельного оружия, принятого в вашем мире, от нашего оружия, которое не зачаровали. От простого ножа.

– А разве на Нозане нет огнестрельного? – не утерпела я.

– Не выгодно оно. Почти у всех стоит защита, и чтобы её пробить, нужно зачаровывать оружие. Наёмные убийцы Нозаны используют холодное оружие.

Ректор ненадолго замолчал, потом продолжил рассказывать:

– От магии защита не действует. Точнее от самого элементарного сработает. А теперь не отвлекайте.

Магистр свёртывал чёрные линии в затейливое кружево, тройным слоем оборачивавшееся вокруг меня и впитывавшееся в кожу, становясь невидимым для глаз.

Как интересно. Ректор ходил вокруг меня где-то четверть часа, потом вернулся за свой стол и устало потёр виски:

– Идите, адептка. И не разочаруйте меня. Идите.

– Спасибо, – сказала я, и покинула кабинет.

Встреченные в коридоре адепты заинтересованно косились, но никто не стремился подойти. Только один парень улыбнулся мне, но сразу же свернул на лестницу. А я задумалась, не пора ли самой начать знакомиться и выбирать, с кем общаться.

Продолжила учиться зельеварению на «Оказании демону первой помощи».

– Понимаете, Виктория, – вещал магистр, – если вы собираетесь пытать демона, сначала определите, какое лечебное зелье у вас есть, и не наносите тех повреждений, которое оно не поможет излечить, потому как поймать демона сложно, и нужно беречь каждый экземпляр.

Вышла с урока с тяжёлой головой, и привычно направилась в библиотеку.

– Леди.

– Привет, Дем.

Мысль, что про своего главного помощника и советчика, и, по большому счёту друга, я крайне мало знаю, неожиданно кольнула. Не порядок. Дем раскрыл для меня двери кабинета. Я не пошла:

– Дем, я когда сижу, а ты стоишь, чувствую себя ужасно глупо. Есть место, где мы можем поговорить нормально, без этих дурацких правил?

Сначала он опешил, потом на лице появилось смущение:

– Леди… Только в моей комнате.

– Оу, извини, понимаю, что ты меня не захочешь звать к себе.

– Я? Леди, добро пожаловать, просто у меня только спальня. И не прибрано, – добавил он.

– Мелочи!

– Идёмте, – Дем улыбнулся, а в зелёных глазах заиграли искорки. Я настолько прикипела к нему, что даже перестала замечать уродливый горб на спине.

Дем открыл небольшую дверцу, за которой скрывалась крутая винтовая лестница вниз. Он пошёл первым, и я поспешила следом, предварительно захлопнув дверцу в овальный зал. Ход оказался узким, и я придерживалась за шершавые стены. В темноте идти было проблемно, и я налетела на Дема, который остановился, а меня не предупредил.

– Леди?

– Извини, кажется, я споткнулась.

– Простите, совсем забыл, что вы не видите в темноте.

– Ерунда.

Что-то щелкнуло, вспыхнул маленький огонёк, едва отгонявший темноту. Мы стояли на пороге каменного мешка. Прямоугольник в шаг шириной и два – длинной. Потолок настолько низкий, что мне, девочке невысокой, пришлось наклониться. Единственная мебель, которая обнаружилась в комнатушке – кушетка с давно продавленным матрасом и оборванное, латаное-перелатаное одеяло.

– Мне большего не полагается, – виновато пожал плечами Дем. – Располагайтесь, будьте как дома.

– Как ты тут можешь жить? Дем, не хочу обидеть, но у меня целый собственный уровень с кучей комнат, перебирайся.

– Спасибо, леди, не положено.

Дем сделал шаг вперёд и уселся на свою кушетку. Я пристроилась рядом.

– Знаете, я ненавижу Академию. Благодаря вам, здесь стало почти терпимо. Будет обидно, когда всё закончится.

– Дем, а почему всё должно закончиться?

Я увидела, как он сжимает пальцы, и лёгкую паузу заметила. Поняла, что правды не услышу. Как в воду глядела:

– Леди, я думал, что это на Земле популярна тема конца света.

– На Нозане нет?

– Магам проще. Они перекочуют в другой мир, и всё.

– Странно, что ректор изменил своё отношение на резко противоположное.

– Всему виной всё тот же Устав. Вы же знаете, что есть засекреченные статьи. Вот они и предписывают ректору привязать вас к Академии, пока можно. Нет, – он улыбнулся, когда я приоткрыла рот, – их текста я не знаю, но обитаю я тут подольше вас.

– Сложно возразить. Но я не пойму, зачем.

– Всё очень просто. Академии нужна сила, а силы у вас в будущем должно быть много. Академии нужны те, кто будет отстаивать её интересы в мире.

– Погоди. Меня в солдаты записали?

– Именно, леди.

Я рот открыла, да и в целом выражение лица у меня стало красноречивым.

– Это не самое плохое, – уверил Дем, – учитывая, специальность, которую вам назначили…

– А что с ней не так?

– Вы до демонологии ещё не добрались, да? До истории?

– Нет.

– Был период, когда дисциплина пользовалась сверхпопулярностью. Нашлись умельцы, которые отлавливали демонов, первично подчиняли, потом продавали. И маги осваивали демонологию, чтобы справиться с приобретением. Всех неосторожных поймали, а цены на тот момент наоборот упали. На смену старым охотникам никто не пришёл, так товар иссяк, и маги забросили демонологию.

– Ты хочешь сказать…

– Демоны, леди, магам нужны. Не удивлюсь, если вашим предмагистерским заданием будет отловить и подчинить десяток.

– Ты уверен? – спросила я на всякий случай.

– Головой, леди, не ручаюсь, но я не вижу других причин давать вам бесполезные знания. К тому же поездка на Пустошь. Чёрный маг Огиан из охотников.

Я без стеснения застонала вслух. Помню я, что сказал магистр: демоны агрессивные твари, наделённые интеллектом.

15

Следующим днём, сразу после завтрака меня встретил тот самый парень с блёклыми голубыми глазами.

– Адепт Тейн, – представился он. – Идёмте.

Три лестницы, два коридора и один пологий подъём он прошагал с такой скоростью, что я едва поспевала. Парень распахнул двери зала, где на полу были изображены круги телепотров.

– Без шпаргалки пока свернуть магию в нужное плетение не получается, – хмыкнул он и указал мне на круг, куда следовало встать. Вдруг хлопнул себя по лбу:

– Забыл, ждите, – из зала он выскочил почти бегом, и вернулся – не прошло и пяти минут. В руках он тащил тканевый свёрток.

– Натягивайте, – Тейн кинул свёртком в меня. И оказалось, что это не что иное, как комбинезон.

– Зачем? Я вполне удобно оделась в своё.

– Это защита, адептка. Туда без неё нельзя. Вы что, не понимаете, слова Пустошь и вышедший из-под контроля эксперимент, стоивший опытному магу жизни?

– Так там опасно находиться? – растерялась я. Почему-то в пособии о столь существенных мелочах упомянуть забыли. Тейн на мой вопрос только фыркнул, приподнял край своей тёмно-серой водолазки и продемонстрировал аналогичный комбинезон. Идея вылазки из Академии мне резко разонравилась, и комбинезон я натягивала уже без энтузиазма.

Тейн встал в круг перехода рядом со мной, и через пару мгновений зал изменился. Стал маленьким, круглым, с низким потолком и единственным кругом на полу.

– Добро пожаловать в Пустошь, – сообщил мой провожатый и протянул небольшой камушек. – Закрепите в браслет. Это карта местности. Путеводный огонёк сможет привести Вас только сюда, в зал перехода в Академию. Карта же поможет разобраться со всем самостоятельно.

– Самостоятельно? – уцепилась я за слово.

– Раз вы ученица самого ректора, то нянька вам не нужна. У меня тут предмагистерская работа, но с демонами она никак не связана, поэтому вы сами.

– Но…

– Вы должны добраться до дома мага Огиана, осмотреть его и обязательно посетить помещения, куда ведёт красная арка. Потом прибудет магистр, и продолжите под его руководством.

Тейн повернулся ко мне спиной, в два шага пересёк зал и вышел в коридор. Я поспешила за ним, но напрасно. Справа обнаружился тупик, на полу которого был выведен очередной круг. Тейн вошёл в него, махнул мне рукой и исчез. Я не удержалась, и с чувством выругалась.

Итак, я в зале прибытия, и чтобы куда-то попасть, нужно для начала найти его на карте. И с ней мне повезло: передо мной развернулась трёхмерная панорама, которую я уже видела в пособии. Одна беда – место, где находилась на данный момент я, никак обозначено не было. Пришлось искать зал прибытия и дом магистра Огиана.

Карта услужливо показала, что я сейчас нахожусь почти в центре заброшенного города, а дом на его окраине. А ещё сюрпризом оказались габариты дома. В таких апартаментах и королю поселиться не зазорно.

То есть, мне ещё дойти до нужного здания. Ой, чую весёлая дорога мне предстоит. Прикинула маршрут: выйти из здания, пересечь городскую площадь и дойти до окраин по центральной улице, должна выйти к владениям магистра Огиана. По логике.

Проблемы начались сразу же. Зал прибытия располагался на втором этаже, Тейн переместился телепортом, а мне предстояло идти ногами. Значит, ищу выход. Вызвала схему здания и обнаружила, что вниз ведёт одна единственная лестница, расположенная в противоположном от тупика конце коридора. Найти не сложно. Я прошла по пустому коридору до упора. Сначала я увидела дверной проём, потом провал вместо ступеней. Аккуратно взглянула вниз. На первом этаже лежали остатки полностью разрушенной лестницы.

Судя по виду, рухнула она давно. И что-то мне подсказывает, что дождаться магистра не вариант. Буду искать способ спуститься. На секунду задумалась, и вновь вернула схему. Зал без окон с одним выходом в коридор, тупик, за которым обозначена комната и коридор, оканчивающийся лестницей. И ни окон, ни щелей.

Получается, надо вернуться в тупик и посмотреть на комнату своими глазами. Но ничего не получилось: входа я не обнаружила. Что делать, мне стало совершенно непонятно. Одно знаю точно: ломать шею я не полезу, и возможность продемонстрировать чудеса акробатики предоставлю другим.

Остаётся вопрос: как спуститься. У меня даже магии толком нет. Удаётся мне одушевлённая. Но разве она поможет? Да и не рискну. Ещё раз присмотрелась к провалу. Уцепиться не за что, а те выступы, которые есть, настолько ненадёжны, что лучше я подожду магистра и буду полной бездарностью.

Вернулась в тупик. Чтобы хоть чем-то заняться, поищу вход в комнату. Я принялась медленно и тщательно ощупывать гладкую прохладную стену. В свете огонька, который я вызвала из браслета вместо фонаря, стена казалась желтовато-бледной.

Меня отвлёк возглас:

– Виктория, почему вы всё ещё здесь? – вернулся Тейн.

– Вы за мной следите? – озвучила я первую пришедшую на ум причину его появления.

– Мне-то можете не объяснять, – начал он.

– Адепт Тейн, как я, по-вашему, могу выйти из здания с разрушенной лестницей?

– Разрушенной? – переспросил он, с силой приложил ладонь ко лбу: – Точно! Забыл. А я не пойму, почему вы тут ещё.

– Вы следили?

– Нет. В смысле, приглядывал. Вы же знаете, что браслет позволяет найти другого адепта. Вот я и посылал огоньки, а они все в одно место отправлялись.

– Я их не видела.

– И не должны. Знаете, как я их маскировать научился? Так, всё. В круг, адептка.

Мы попали в очередное пустое помещение, пол которого был разрисован мелом – знакомые круги. Тейн повертел головой, выбрал один из кругов, и уверенно шагнул в него. Всё вокруг снова переменилось. Очередная комната, но с большими окнами без стёкол. К одному таком окну Тейн меня и повёл, шагнул через него и оглянулся. Понятно, вместо двери – окно. Последовала за Тейном.

– Мы на центральной улице. Зал прибытия – направо, дом мага Огиана – налево. Теперь, надеюсь, ничего не забыл, – Тейн вернулся в комнату и исчез в телепорте.

Мне ничего не оставалось, как пойти налево. Широкая пустая улица, вдоль которой на расстоянии друг от друга высились двухэтажные, а реже трёхэтажные особнячки. Мне было несколько странно начинать знакомство с архитектурой Нозаны с домов вымершего города. Здания казались лёгкими, воздушными. Стены были сплошной мозаикой, изображавшей пейзажи, на которых в обязательном порядке было много зелени, и изображалась река, один раз попалось озеро. Кое-где я замечала разрушения, и почти везде отсутствовали стёкла в окнах.

Меня поразило отсутствие жизни в городе: не было не только животных, насекомых, даже растения не росли. От мысли, что я одна в этом огромном отравленном магией пространстве стало не по себе, даже капельки пота на лбу выступили.

Так я дошла до глубокого рва, через который перекинули когда-то узкий мостик с резными перилами. Внизу неподвижно стояла тёмная вода. Что-то в ней было чуждое. Я огляделась, подобрала на дороге камушек и бросила в ров. Он ушёл под воду с глухим звуком, как в трясину ухнул. Не было ни брызг, ни кругов.

Вызвала карту. Мостик мне доверия не внушал, и мне очень захотелось убедиться, что способ пересечь ров только один. К моему сожалению, идти следовало по мостику. Осторожно наступила, сделала ещё шаг, затем ещё. На вид хлипкий, на деле оказался прочный хороший мост. Я пошла увереннее.

Я держалась обеими руками и время от времени поглядывала вниз. Тёмная, неподвижная вода завораживала. Голова начала кружиться. Я резко отпрянула, от бортика и постаралась выровнять дыхание. Падать я не хочу, и разглядывать эту странную воду было ошибкой. Попыталась смотреть вперёд. Пройти осталось немного. Вздохнула. Сделала ещё два шага, остановилась, ещё пара шагов, и я на берегу. Рубеж преодолела. Теперь я непосредственно во владениях мага, сгубившего целый город. Достаточно пройти под арку ворот в крепостной стене. Только сейчас заметила, что руки подрагивают.

Первым делом, посмотрела время. Близится к обеду. Решила, что сначала пристроюсь где-нибудь перекусить, а потом со свежими силами пойду искать красную арку, помещения под которой мне следует посетить. И пока причин, по которым мне в обязательном порядке нужно увидеть Пустоль я не понимала.

Спасибо Тейну, что не забыл сказать про сухой паёк, с его-то забывчивостью. Я устроилась прямо под стеной здания, вытянула ноги и развернула бутерброд с мясом. Если абстрагироваться от мыслей, что я в месте, где жизнь гибнет, то у меня вполне неплохой пикничок. Вернусь – устрою себе день отдыха.

Тишина начала давить. Пока я шла, так остро не ощущала, что нет даже шорохов ветерка. Мёртвый город, неприятный. Хорошо хоть скелеты по улицам не валяются. Я сложила оставшуюся еду в сумку, встала, отряхнулась, сделала два глотка воды и шагнула в ворота бывшего жилища Огиана, а ныне хорошо сохранившихся развалин.

Я прошла дом насквозь и вышла во внутренний дворик, где заканчивались личные покои, и начинались помещения, которые маг использовал для своих экспериментов. Где-то здесь и должна быть красная арка. Поднялась по широкой каменной лестнице на уровень вверх и обомлела.

Вся галерея, созданная из витых колонн и арок, находилась в тени и пылала собственным желтоватым пламенем, местами переходившим в почти нестерпимое для глаз белое сияние. За арками я увидела узкие крутые лестницы, которые вели вглубь помещения, к другим аркам. Слева оранжево-зелёным огнём горел дугообразный высокий мостик, соединявший две платформы.

Шагнула в огненное сияние и медленно пошла вперёд, оглядываясь. Мне нужна красная арка. Колонны расходились веером, и я поняла, что углубляюсь в скалу, которая служила своего рода крепостной стеной. Попала в петляющий туннель, отрезавший меня от остального пространства. Постепенной жёлтый цвет стал меняться, темнеть, за очередным поворотом стены, пол и потолок резко изменились. Теперь мне казалось, что я окружена пылающими угольками, только жара от них не было.

Туннель резко оборвался, и я вышла на террасу, увенчанную тремя высокими арками, первые две горели жёлтым, последняя пылала красноватым пламенем. Получается, мне туда. На минуту я остановилась, осматриваясь, и решительно шагнула под арку, за которой обнаружилась очередная лестница, спиралью уходившая вниз. Перил не предполагалось, я спускалась в каменный колодец, придерживаясь за стену. Красное сияние пропало, но свет продолжал идти от стен, они были словно украшены россыпью углей.

Конца ступеням не предвиделось, и мне стало нехорошо от мысли, что потом придётся подниматься обратно наверх. Лесенки Академии не шли с этой винтовой ни в какое сравнение. Оборвалась она неожиданно: очередной виток, и я ступила на пол колодца. Пусто, и никаких дверей. Совсем не понятно, зачем меня отправили сюда. Я нервно заозиралась.

Щель, точнее небольшой лаз, обнаружился под лестницей. Есть, оказывается, дорога дальше. Пришлось вставать на четвереньки и ползти. Не так уж и сложно. На первый взгляд узкий лаз по ощущениям был достаточно просторным. Я выбралась в соседнее помещение – небольшую комнату – встала сначала на колени, а потом поднялась на ноги. Пусто. В воздухе мерцает нечто вроде алмазной пыли и даёт тёплый неяркий свет.

Стены здесь были обшиты деревянными панелями, потолок рассмотреть не удалось, а вот пол был каменный, толком не отшлифованный. Впереди дверь, обитая железом. Надеюсь, моих силёнок хватит, чтобы её открыть. Потянула за ручку. Что-то скрипнуло, и дверь поддалась. Я остановилась на пороге, оглядывая небольшое пустое помещение, пересечённое высоким каменным бордюром мне по пояс. На нём сидел человек в тёмной одежде. Мужчина.

Я замерла на полушаге. Кто он, и откуда здесь? А, главное, насколько он для меня опасен?

– Явились? Долго вы, адептка Виктория.

– Простите?

– Ждать, говорю, заставляете. Впрочем, не меня одного. До ректора, говорят, сутки добирались, так что можно считать, мне повезло.

Кажется, передо мной магистр, который должен меня сопровождать.

– Лестница обрушилась, – пожала я плечами. – Пришлось ждать помощи адепта Тейна.

– Адептка, лестница не обрушилась. Её обрушили. В Пустоши из-за особого магического фона, нередко обычные материальные преграды срабатывают эффективней, чем магическая защита.

– Защита?

– Думаете, Пустошь только мы посещаем? О нет, сюда кто только не наведывается. Даже белые маги рискуют.

– Да? – глупый вопрос, знаю.

– Займитесь делом, адептка!

Магистр спрыгнул с бордюра по ту сторону от меня и выжидательно уставился. Недолго думая, села на камень, перекинула ноги и встала рядом с магом. Он оглядел меня от макушки до пят и махнул рукой, приглашая следовать за ним.

Очередной переход через короткую галерею с низким сводчатым потолком.

– Здесь.

Мы вошли в помещение, треть которого отгородила решётка. На голом полу лежало… Я не смогла определить, что это было. Тряпки, длинные кожистые лоскуты и нечто. Тёмное, почти чёрное, ссохшееся. Понять, что передо мной, у меня не получалось.

– Подойдите, посмотрите, – неожиданно спокойно и дружелюбно предложил магистр и распахнул не замеченную мною ранее дверцу. Посмотрела на мужчину внимательно. Он улыбнулся, продолжая удерживать для меня решётку открытой.

С сомнением шагнула внутрь и приблизилась. Теперь я рассмотрела когтистую руку, голову. Я резко обернулась на своего гида.

– Демон, адептка. Мёртвый демон.

Я шарахнулась от лежавшего на полу, запнулась ногой о камень и села на пятую точку. Магистр весело фыркнул, и не слишком старательно сдерживал смех, пока я отползала назад к решётке. Нащупав металлические прутья, я оперлась на них, поднялась и быстро вышла наружу.

– Нет, адептка Виктория, личная ученица самого ректора, будущий демонолог и просто талант, вы пойдёте смотреть.

Я замотала головой и сделала ещё один шаг назад.

– Адептка, не заставляйте меня быть суровым педагогом.

– Не пойду я туда!

– Девочка, не бойся, демон давно мёртв.

Я сделала ещё один шаг назад.

– Адептка, либо вы заходите сейчас и выполняете одно задание, связанное с телом, либо я помогаю вам зайти, и заданий становится больше.

– Я не полезу к трупу.

Если не считать похорон родителей, то это первое мёртвое тело, которое я видела. А родители не в счёт – словно застывшие, усыпанные цветами, такие родные и знакомые… Я понимала, что они мертвы, но трупами не воспринимала. Сейчас я видела передо мной лежащего мертвеца.

Поскольку я не сдвинулась и попыток вернуться не предприняла, магистр вплотную ко мне приблизился.

– Сами напросились, адептка, – маг сделал то, чего я никак не ждала. Он подхватил меня на руки, и пока я две-три секунды пыталась сообразить, что такое, он зашёл в отгороженную решёткой зону, и попытался меня сгрузить рядом с демоном.

Нет. Я взвизгнула, вцепилась в мага клещом, даже ногам обвиться вокруг него попробовала.

– Адептка!

Всё-таки меня стряхнули, неласково, но осторожно. Магистр тотчас вышел через дверцу, захлопнул её и закрыл на замок. Я успела только на ноги подняться, и подбежать к решётке.

– Потрудитесь получить, – маг сунул мне между прутьями тонкую папку и перо. – Задания, которые вам необходимо сделать. Как только ваш результат можно будет признать удовлетворительным, я открою дверь. Работайте, адептка, мешать не смею. Мне ещё адепту Тейну мозги вправлять за то, что про лестницу забыл, хорошо, что он хоть про защитный комбинезон вспомнил.

С этими словами магистр вышел, а я осталась с трупом один на один. Проклятье! Справилась бы со своими эмоциями – делала бы что-то одно, а теперь заданий три. Во-первых, мне предлагалось оценить, как давно демон умер. Во-вторых, я должна была установить, мог ли он при жизни летать. В-третьих, было необходимо определить его пол и примерный возраст.

Я покосилась на решётку. Ясно, что меня не выпустят, пока не сделаю. Значит, беру себя в руки и работаю. Вот спрашивается. От мёртвых крыс я не верещала. Но это крысы, а тут разумное существо. Более того, я знала только земные легенды и боялась. И в безобидность трупа не верила.

Но выбора нет. Сцепив зубы, медленно приблизилась. Одно могу сказать: умер бедолага давно. На полу лежала ссохшаяся оболочка, лишённая какого бы то ни было намёка на запах разложения.

Я задумалась. В демонах понимаю мало, но что-то я читала про магистра Огиана и его фатальный эксперимент. Зачем долго держать мёртвое тело за решёткой на полу? На первый взгляд это бессмысленно. Вариант пугать адепток не рассматриваем, так как у мага учениц не было. А живым в клетке демона держать Огиан мог.

Из курса «Оказание демону первой помощи», узнала, что они очень живучи. А вот катастрофа, устроенная магом, достаточно сокрушительна, чтобы поразить демона. Вписала в лист год, подумала и рискнула – вписала месяц.

Далее: заполнить анкету. Посложнее, но на взгляд вижу, что мужчина не молод. Останки довольно рослой фигуры, явно не мальчик. Вписала данные, благо спрашивали мало.

Последний шаг. Крылья. Я так понимаю, что крыльями являются кожистые лоскуты. И почему-то лежат они так, что похожи на две большущих тряпки. Вот не хотела, но деваться некуда – тронуть придётся. Присела на корточки и двумя пальцами подцепила крыло, сожалея, что у меня нет перчаток, хоть бы тонких медицинских.

Крыло ещё больше напомнило тряпку. Оно легко поддавалось и выворачивалось туда, куда я тянула. Я растянула крыло полностью и обнаружила, что демон умер явно нелетучим. Крылья были грубо изрезаны, словно кто-то по мере надобности произвольно вырезал себе по кусочку кожи.

На миг я задумалась. Может, я ошиблась, и демон давно мёртв, лежал тут из-за крыльев? Только, кого я хочу обмануть? Ясно, как белый день, что куски от него отрезали от живого.

Вписала ответ в последний лист, отошла к решётке и присела.

– Задание выполнено, – сказала я в пустоту.

16

– Уже? – неожиданно ответил мне голос мага. Я подпрыгнула. Магистр снова фыркнул и забрал у меня листы. Пролистал, поглядывая на меня, один раз даже кивнул, а потом повернулся ко мне:

– Сносно выполнили, придётся выпускать, – он театрально вздохнул. – Во втором задании, с заполнением карточки, я много не ждал и много не получил. Принимается. Дату смерти вы указали верно, порадовали. Продемонстрировали ум, но не знание демонологии. Адептка, вы до сих пор не прочли ничего о демонах, да?

Пришлось кивнуть. Да, я ещё не добралась. Но ведь сами же сказали, что время неограниченно, а освоить щиты, мне кажется важнее, чем узнать размах крыльев существа, которое я никогда не видела.

– А вот с последним… Накосячили.

– Про полёт? Но с такими дырами в крыле летать точно нельзя.

– Само собой. Подвох в том, адептка, что, несмотря на наличие крыльев, демоны в принципе летать не способны. Они у них для другого. Идёмте.

Магистр, наконец, отпер дверцу, развернулся и, весело насвистывая, пошёл прочь. Потопала следом. Маг уверенно шёл коридорами, а я засомневалась, что помню дорогу. Скажет сейчас «жду в зале прибытия», как выбираться буду? Вспомнила, Тейн говорил, в зал меня может отвести огонёк из браслета. Сразу легче стало.

– Чего вздыхаем, адептка? Кстати, вот цель нашего похода, – он указал на очередные массивные двери. Толкнул тяжёлые створки. Мы попали в просторный коридор, по обеим сторонам которого были установлены клетки. Опять трупы?

На полу в клетках тоже лежали. Я узнала кожистые крылья.

– Вот к ним лучше не подходить. На всякий случай. Вон к тому – да, совсем рядом с прутьями лежит. Можете даже потрогать.

Я присмотрелась. Сейчас не было ничего кроме крыльев, облеплявших фигуру с головы до ног. Собственно, тел я не видела, только плотные кожистые коконы.

– Демоны, как вы поняли. До сих пор живы.

– Они здесь с тех пор?

– Да. Крылья – их защита. В момент опасности крылья плотно закрывают тело, оно словно в чехле оказывается, и демон впадает в состояние, близкое к коме или очень глубокому сну. Эти живы.

Я осторожно протянула руку и коснулась того, до кого могла дотянуться. Ощущения те же, что и от прикосновения к крылу погибшего.

– Очнуться они могут, когда окружающее пространство перестанет нести угрозу. Или не очнутся…

– В смысле?

– Слишком долго они так лежат. Возможно, что очнутся, и тут же умрут. Мы пока не проверяли.

Я двинулась вдоль решёток и насчитала шестерых, причём два кокона были небольшими.

– Подростки, – подсказал магистр, – Предположительно, здесь одна семья. Чаще, конечно, именно подростков отлавливали, поскольку уже не дети, а поймать легче, чем состоявшихся взрослых.

Я кивнула, поскольку слов не нашла.

– Насмотрелись? Тогда закругляемся на этот раз. Продолжим, когда вы уже хоть что-то освоите, и работать будете осознанно. Как вы убедились, материала для учёбы достаточно. Будете с ним экспериментировать в своё удовольствие.

Магистр двинулся к дверям. И я последовала за ним, опустив голову, чтобы скрыть выражение лица. Когда от меня отворачивались, когда в меня не верили магистры, было неприятно, обидно. Теперь, пожалуй, я бы вернула те времена. Потому как благосклонность педагогов среди прочего обернулась приобретением подопытных, которых я пальцем не трону. Не смогу. Может, открыть «Общество защиты прав демонов»? Боюсь, что стану единственным его членом.

– Что-то вы молчаливы стали, адептка?

– Задумалась.

– Это хорошо, мыслительная деятельность – штука полезная, а то я слышал, как одна дамочка жаловалась. Говорит: «Подумать страшно!» Скажите, адептка, вам тоже думать боязно?

– Не замечала за собой.

– Хорошо, – кивнул магистр с выражением абсолютной серьёзности на лице и на некоторое время замолчал, только оглядывался убедиться, что я не отстаю. На сей раз пришли в закуток, и маг указал на очередной выведенный на полу мелом круг с закорючками.

– Вот гады! – резко выдохнул он. Я с недоумением посмотрела на мужчину, он же, не обращая на меня внимания, прошипел себе под нос ещё что-то ругательное, после чего обернулся.

– Быстрое возвращение отменяется. Рисунок испорчен, надо восстанавливать.

– Как испорчен? – не поняла я.

– Затёрты несколько линий. Найду потоптавшегося здесь умника, мозг ему вправлю.

– А как же…

– Кто-то из группы, с которой вы сюда должны были прибыть, пошутил. Других вариантов нет. Значит, точно найду. Тех, кто разбирается в плетении не так много. Ишь, куда удумал меня перенаправить!

Магистр ещё раз буркнул что-то себе под нос, извлёк из кармана тряпочку неопределённого цвета, развернул её и достал мел, после чего опустился на корточки и начал поправлять закорючки, подрисовывать новые, обновил линию круга и снова пробормотал что-то про гада, которому он устроит очень весёлую жизнь.

Поднявшись, маг осмотрел получившийся результат, наклонился, чиркнул ещё раз и, наконец, окончательно выпрямился, убрал мел и приглашающе мне махнул. Снова Академия.

– Надо было отправить мне вас зал прибытия искать, чтоб ещё по Пустолю погуляли, но ждать… Шойры, и те быстрее ползают.

Маг перешёл в другой круг и исчез.

Я взглянула на часы, убедилась, что на ужин я успеваю, а вот на занятия нет, пошла к дверям, и была остановлена:

– Адептка Виктория!

Я вздрогнула, резко развернулась. Сложив на груди руки, стоял мой куратор. Похоже, воспользовался телепортом. И напугал. Что-то нервы у меня расшатались. Сходить к целителям, что ли? Заодно про женщину попробую разузнать.

– Да, магистр Верис.

– Вы видели неадекватное поведение адепта Корса?

– Да, – неожиданный вопрос.

– Подобное поведение однозначно говорит о душевном расстройстве. Но адепт утверждает, что он здоров. Объясняет свои действия проигрышем в споре с вами.

Я открыла рот, чтобы повторить «да», но куратор не дал мне вставить слова.

– Если бы адепт говорил правду, то проблемы с головой признали бы у вас, а вы в полном порядке. Но я обязан спросить.

– Конечно, я в полном порядке, – пискнула я, чувствуя, как внутри всё холодеет. Не хватало только в нозанский дурдом переехать. А Корс? Его проблемы. Он мальчик взрослый, должен справиться. Тем более, я не солгала, сумасшедшей я не являюсь.

Магистр кивнул и исчез. А я поняла, что идти с просьбой подлечить мне нервы совсем не стоит. Дурная идея, опасная.

Проходя по галереи, я впервые остановилась и подумала, что умудрилась до сих пор ни разу не выглянуть наружу из окна. На моём уровне окошки были маленькие и располагались почти под потолком, а пока я ходила по Академии – ни разу. Я подошла к окну и ничего не увидела. По ту сторону царили сумерки, дрожало марево, напоминавшее туман. Я прижалась носом к стеклу. По бокам я увидела стены Академии, двор, я присмотрелась, вымощен громадными квадратами плит. Я зевнула, немного ещё постояла, разглядывая марево, и неспешно поплелась к себе.

Придя в комнату, я скинула порядком поднадоевший комбинезон, верхнюю одежду и улеглась на кровать поверх одеяла. Отдых. Мне он нужен. Завтра устрою себе день безделья. Первый выходной за почти что месяц. А послезавтра пойду на первый урок демонологии. Думалось мне лениво, кажется, я даже задремала, потому как, когда я глянула на браслет, шкала показывала, что до окончания ужина осталось семь минут.

Голодной я себя не чувствовала, поэтому повернулась на бок и задремала снова. Выдернул меня из сна крик и топот в моём коридоре. В коридоре, куда никто без моего приглашения попасть не мог. Я резко села, но вставать и идти выяснять, что происходит, мне уже не захотелось, наоборот, стало всё безразлично. Что-то в таких ощущениях было неправильным. Я вновь тряхнула головой. Двери с грохотом распахнулись.

– Адептка! – на пороге стоял мой куратор. – Она здесь!

Никто чужой не пришёл, получается. Я откинулась обратно на постель.

– Эй, Вика не спать, – куратор уже был рядом и тряс меня за плечо. – Вика!

С каких это пор он перестал меня звать адепткой, а перешёл на усечённый вариант? Я снова открыла глаза, и даже попыталась от него отмахнуться, поскольку куратор продолжал меня будить. Но тут мне пришла в голову мысль, что его рука на плече спать совсем не мешает, и я попыталась закрыть глаза.

Рывок, и я стою на ногах, точнее нахожусь в вертикальном положении, а магистр Верис меня удерживает.

– Как она? – чужие голоса, и посмотреть, кому они принадлежат мне лень.

– Успели.

Две секунды тишины и резкий крик:

– Целителя!

– Что с ней?

– После посещения Пустоши не сняла защитный комбинезон.

– Ох, давайте её сюда скорее!

Меня уложили, я вяло обрадовалась, что можно спокойно подремать, но тут ощутила странное тепло, волнами проходившее по всему телу. Сначала оно было равномерным, возникало в голове, усиливалось, проходя вдоль позвоночника, и исчезало в ногах. Потом оно стало другим, тепло возникло и не пропало, а перемещалось по всему телу: то в руку, то в колено, то в шею.

Спать расхотелось, зато пришла тревога, я со всей очевидностью осознала, что со мной что-то не так. Я открыла глаза, и увидела сосредоточенного, склонившегося надо мной целителя, рядом с ним растирала какую-то смесь женщина. Она-то и заметила мой взгляд:

– Адептка, рада, что вы очнулись. Пожалуйста, лежите спокойно.

Легко. Я вновь сосредоточилась на ощущениях. Блуждающее по телу тепло мне нравилось, лежать было приятно. Я вновь взглянула на женщину. Мисочка со смесью была отставлена, а она сосредоточенно смотрела на брата.

– Всё, – выдохнул он, тепло пропало, а женщина резво подхватила его под руки, помогла встать и вывела из комнаты. Но уже три минуты спустя она вернулась ко мне.

– Что с ним?

– С ним? – переспросила целительница.

– Да, с ним.

– Белому магу лечение чёрного всегда тяжело даётся из-за разницы дара. Он вас напрямую лечил, отдохнёт и будет в порядке. А сейчас поворачивайтесь, я вас разотру, – целительница взяла в руки мисочку, и у меня случился сеанс потрясающего массажа. Настолько потрясающего, что в какой-то момент мне даже подумалось, что он стоил попадания в Академию чёрной магии. А потом я уснула нормальным здоровым сном.

Разбудил меня запах свежей выпечки. Я приподнялась на локтях и обнаружила, что лежу в небольшой комнате на довольно узкой кровати, рядом стул, на спинке которого висела моя одежда, и столик. На нём и обнаружилась причина моего пробуждения – я увидела поднос с завтраком.

Пока я ела и приводила себя в порядок, в комнату заглянула целительница, удостоверилась, что я в порядке, отмахнулась от слов благодарности и сообщила, что меня желает видеть мой куратор, после чего спешно удалилась.

Как-то не так я свой выходной представляла. И точно не думала, что завтракать буду после полудня, а затем встречаться с куратором. У целительницы спросить, что со мной произошло, я не успела. Помню, говорили что-то про комбинезон. Надеюсь, Верис расскажет.

Через полчаса я была у куратора. Постучалась, открыла дверь его кабинета.

– Наконец-то, явилась, – проворчал магистр. – Заходи, садись.

Верис молча буравил меня недовольным взглядом.

– Адептка, почему вы не потрудились соблюдать элементарные правила техники безопасности? По прибытию защитный комбинезон следует снять незамедлительно.

– Я не знала, а мне никто не сказал.

– Рассказывай, – велел маг. Я кивнула. Надеюсь, я не окажусь в ситуации моё слово против слова Тейна.

– Адепт Тейн, который доставил меня в зал прибытия в Пустоле, был забывчив. Сначала он вовсе не дал мне комбинезона, вспомнил перед самым отбытием, потом забыл про разрушенную лестницу, но вернулся.

– А про комбинезон не сказал, – закончил Верис и достал штуковину, которую я видела у секретаря в день зачисления и посчитала аналогом телефона. – Адепта Тейна в медблок отправьте. Похоже, в Пустоши он провёл слишком много времени, надеюсь, излечимо ещё.

– Простите, а что случилось? – спросила я, когда куратор вновь повернулся ко мне.

– Адепт занимался исследованием и, судя по всему, также нарушил технику безопасности. Сложно сказать точно. Считается, что разные участки Пустоши оказывают разное воздействие, но всегда губительное. Но я не исключаю, что адепту Тейну навредили где-то ещё. Как только диагноз будет поставлен, начнётся расследование.

Магистр побарабанил пальцами по столу и вдруг доверительно признался:

– Сложно с вами, адептка. То, что очевидно годовалому младенцу, вам нужно долго и нудно объяснять. А главное, вы оступаетесь на ровном, с нашей точки зрения, месте. Вот что с вами делать?

– Не знаю, магистр.

Я вздохнула.

– Магистр Верис, а почему в учебном пособии по «Всезнанию» ничего сказано не было?

– Про магическое повреждение места там, думаю, было.

– Да, а про комбинезон ни слова.

– Это «Всезнание», адептка. Обо всём по паре слов. Нужно было читать специальные пособия.

– Откуда же я знала?!

– Мне вам няньку приставить?

– Не надо, – сникла я.

– Ладно. Запомните. Комбинезон – особая защита. Надевают не больше, чем за пять минут до отправления, снимают сразу, как вернулись. Пока вы в Пустоши, он защищает, а в нормальной среде сам опасен.

– Запомню.

– Пояснить? – вдруг предложил Верис и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Можно сравнить с работой антибиотика, принятого в вашей медицине. Он помогает, когда человек болен, но представьте, что будет, если начать антибиотик давать здоровому, да ещё и в больших количествах.

– Поняла. А откуда вы…

– Кое-какие достижения вашей медицины мы очень даже успешно применяем, поскольку чёрная магия исцелять не способна. Так, в тридцать три вопроса потом поиграем. У нас осталась нерешённая проблема, адептка Виктория.

Я чуть нахмурилась, не совсем понимая, о чём речь.

– Адепт Эрик. Вы мстить собираетесь?

– Ох. Собираюсь.

– Идеи?

– Нету.

– Плохо, адептка. Эрика ссылают через два дня. Из-за проблем адепта Корса через три. Поэтому отомстить вы обязаны завтра-послезавтра.

– А адепт Корс, он…

– Душевно болен. Причина не установлена, целители склоняются к мысли, что это было единоразовое явление. Адепт проведёт в изоляции под надзором около полугода. Так что с ним вы неплохо справились для первого раза, одобряю. Но не забывайте, что результат получился не без участия руководства Академии.

– Спасибо.

– Мне не благодарность нужна, а ваше осознание. Вы пока не справились от начала до конца.

– Это я сразу поняла, – кивнула я.

– Хорошо. Итак, адепт Эрик. Слушаю.

Чувствую себя нерадивой школьницей:

– Не знаю.

– Адептка, хоть что-то.

Я молчала. Я не умею быть мстительной по-настоящему. Да, на Эрика я зла, на порядок больше, чем на Корса, который просто подчинялся когда-то данной клятве. И отомстить я хотела. Но… Корсу я, если говорить правду, не отомстила. Поспорила удачно, предложила глупый фант. Полугодовым лечением от сумасшествия Корса порадовали магистры, они воспользовались случайностью и приписали мне успех. Устроили фарс. Ясно же, что знают, что Корс здоров.

– Не знаю.

Куратор передразнил:

– Низня-ю-ю-ю. Поплачь мне ещё. Иди, адептка, а утром чтобы пришла с идеями.

Кивнула и вышла.

Нашли мстителя. Я девочка земная, и для меня месть ближе к злой шутке, чем к настоящему вреду. Что-нибудь я бы придумала, но Устав никто не отменял, а значит, я должна вписать свою месть в рамки.

Я завернула за угол и врезалась в кого-то, кто очень спешил навстречу.

– Ты?!

Я налетела на Орана. Он стоял застыл и таращился на меня, словно не верил своим глазам.

– Ты? – повторил он.

– Да, я. Что-то смущает?

– Почему ты жива? – похоже, Оран настолько выбит из колеи, что говорит, что думает. – Через неделю после зачисления должна была быть комиссия. Они не могли не отчислить и не убить.

– Так ты пришёл узнать, почему не вернулись денежки?

– Да.

– Меня не могли отчислить.

– Но как?! Это невозможно! Ты девочка!

– Я прошла испытание.

Я обогнула Орана и пошла к своему уровню, а он, я не оборачивалась, кажется, остался смотреть мне вслед.

В комнате я сидела на кровати и страдала над тетрадным листом. Наверху посередине я написала «Список идей», слева поставила цифру 1 и на этом всё закончилось. Месть явно не моё. Нет, что-то мне в голову приходило, но тут же отбраковывалось по одной из трёх причин: нарушает Устав Академии, глупо или неосуществимо.

Как всё просто получалась у магистра по прозвищу Мститель: убил, на цепь посадил, на худой конец, выпорол. И вот, слава на все времена.

Я отложила лист. Может ну его, выходной. Сходить на «Верховой езде» размяться? И тут меня осенило. Эрик же обязан на курс ходить после провала с Охотой. А после занятий все адепты обычно идут в душевые, расположенные в спортивном комплексе. Ситуация подходящая, остаётся продумать детали.

К концу урока по «Верховой» я уже стояла, прислонившись к стене, и наблюдала из-за угла за душевыми. Выходящим из зала адептам меня было не видно, зато у меня обзор достаточный. Я немного нервничала, но ещё я чувствовала предвкушение. И, правда, наверное, сделал гадость – сердцу радость. Задумка у меня была отвратительно детская, но с каждой секундой нравилась мне всё больше.

Эрик вошёл в душевую. Самый ответственный момент. Я мысленно начала считать. Вот он ставит сумку, достаёт свежий комплект одежды и вешает на крючок, раздевается и складывает физкультурную форму, проходит вперёд, набирает мыла, шампуня, убеждается, что полотенца висят у самого входа в душевую. Открывает дверь, отделяющую купальню, захлопывает. Ещё полминуты жду.

Да, «душевая кабинка» совсем не отражает той роскоши, которая прячется внутри.

Мой выход. Я оглянулась – одна. Пересекла коридор и скользнула в хозяйственный отвек. Его я ещё раньше изучила, поэтому легко забралась внутрь, протиснулась к дальней стенке и по перекладинам-ступенькам подобралась к баку с водой. Лесенка, ясное дело, предназначалась для обслуживающего персонала… Я достала из кармана пузырёк, позаимствованный накануне в лаборатории, вылили его до последней капли в воду, поступавшую Эрику, быстро слезла и убралась восвояси.

17

Когда я выходила на ужин, совсем не предполагала, что у двери меня будет ждать Тим.

– Это ты? – начал он без приветствий.

– А что, есть сомнения? Мне казалось логичным, что из моей двери выхожу я.

– Ты поняла.

– Не-а, – беспечно отмахнулась я.

– Адепт Эрик.

Улыбка сама собой засияла на лице. Я постаралась сделать её невинной, но Тим не купился.

– Это всё-таки ты, – произнёс он напряжённо. – Но как?!

Я улыбнулась ещё шире.

– Тебе инструкция нужна? Извини, все экземпляры давно разобраны. Лучше расскажи, с чего такой переполох.

– А то ты не знаешь.

– Тим, будь паинькой.

– Адепт Эрик с «Верховой езды» пришёл зелёный.

– Переутомился?

– По-настоящему, кислотно-зелёный.

– Бывает, – я была слегка разочарована.

– Это ещё не всё. Он вдруг стал покрываться трещинами, словно краска облезала. И там где она лопнула, кожа оказалась розовая. Понимаешь, отвратительная, ярко-розовая!

– О да!

– Долго оно продержится? – с любопытством спросил Тим.

– Если отмываться Эрик будет усердно, и с умом то чуть больше недели.

– Знаешь, об Эрике гудит вся Академия. Это нечто.

За разговорами мы дошли до столовой, и я повернула к стопке подносов. Тим, кажется, отстал.

Внезапно раздался довольно неприятный громкий писк. Одновременно на все браслеты пришло уведомление-приглашение в общий зал. Судя по лицам адептов, сбор неожиданным оказался для большинства, если не для всех. Но что могло понадобиться ректору? Сразу после ужина толпа потянулась в общий зал.

На возвышении стоял сам первый маг Академии, несколько магистров. Я вперёд не торопилась, думая пристроиться посередине ближе к выходу, но не тут-то было. Сзади ко мне подошёл куратор и зашептал на ухо:

– Адептка, ты ученица ректора, соответствуй. Ты за ним на помосте должна быть.

– Обязательно? – опять публичность?

– Сегодня да.

Странно. Я послушно прошла вслед за куратором к помосту, вопросительно взглянула на ректора и получила подтверждающий кивок. Хотела было уйти в глубину и спрятаться за спинами магистров, но ректор помешал:

– Адептка, как ваши дела? Как идёт учёба?

Пришлось подойти и отвечать:

– Всё нормально, спасибо.

– Я в курсе инцидента с адептом Тейном, очень жаль, что вы подверглись опасности. Мы выясняем причины. Кстати, сейчас загляните ко мне. Так, можем начинать, а вы далеко не уходите.

Осталась стоять рядом, у всех на виду.

– Я приглашаю сюда адепта Эрика, – возвестил ректор.

Это то, о чём я подумала? Началось шевеление. К помосту приблизился Эрик. Я взглянула на него, и поняла, что смотреть на него и сохранять лицо не смогу – срочно опустила взгляд в пол и мысленно начала рассказывать сама себе текст Устава.

Кожа парня стала ярко-зелёного, насыщенного цвета, губы приобрели более спокойный болотный оттенок, а волосы… Чёрные до недавнего времени волосы получили неожиданный синий окрас. Краситель я выбирала двойной, так что Эрик покрылся сетью розовых трещин. А вот на волосах эффект получился неожиданный – шевелюра стала пятнистой, и появились сразу нежный салат и насыщенный пурпур.

– Адепт Эрик, – заговорил ректор, – я думал, вы хотите стать магом, а не шутом. В последнее время вы приносите много разочарований.

Ректор обернулся на меня, и повторил:

– Слишком много. Поэтому, – он снова смотрел на Эрика, – было принято решение вам помочь, и в качестве поощрения за ваши будущие заслуги, вы назначаетесь главой экспедиции в Рильские земли. Я рассчитываю, что вы покажете достойный результат. Поздравляю с назначением.

Зал наполнился вялым хлопаньем.

– Когда адепт Корс поправится, он к вам присоединится. Ещё раз поздравляю, адепт Эрик. Спасибо за внимание.

Толпа адептов шевельнулась, и потянулась на выход.

– Идём, Вика.

В кабинете мне вновь было предложено кресло, ректор разместился рядом и уставился на меня пустыми холодными глазами, улыбался он при этом как старый добрый дядюшка. Если я правильно понимаю, сейчас хотят добиться моей симпатии. Это всегда пожалуйста. Я даже готова подыграть, чтобы оттянуть тот момент, когда мне предложат подтвердить свою привязанность клятвой.

– Почему вы смотрели в пол, Вика?

– Не могла смотреть не него…, – хотела сказать, что боялась расхохотаться, но ректор прервал:

– Врага надо знать в лицо.

– Лучше по портрету на надгробии, – буркнула я.

– Глупости, портрет на надгробии может не соответствовать погребённому. Виктория, я доволен тем, как вы сработали. Месть состоялась. Жаль, конечно, что вы обошлись с ними так мягко, но теперь вы в безопасности. Учитесь, становитесь со временем магистром. За вашим развитием я буду лично следить. Обращаться не стесняйтесь. Вопросы?

– Нет, магистр.

– Тогда идите, спокойной ночи.

– Спасибо, магистр.

Я вышла.

Думаю, для меня начинается новая веха пребывания в Академии. А завтра меня ждёт первый урок по «демонологии».

Урок – сильно сказано. Я, разумеется, оказалась единственной ученицей, а в педагоги мне попал седой бородач, магистр Юфер. Он едва взглянул на меня из-под кустистых бровей, и сел за стол.

– Адептка, – протянул он, – вводный курс пояснений не требует, приступайте.

Голова его опустилась на грудь, и через пару минут раздалось ровное сопение, временами срывавшиеся на откровенный храп. Отлично просто! Магистр Ленивый, вторая версия. Но Юфера хотя бы возраст оправдывает.

Впрочем, читать про демонов я могу и без няньки. Итак, они являются человекоподобными существами, отличаются склонностью к смуглой коже, конечности их снабжены когтями, которые демон произвольно втягивает и выпускает, а за спиной у демона кожистые крылья, которые служат последней и весьма мощной защитой, а не средством перемещения. Демоны наделены интеллектом, не уступающим человеческому, они агрессивны и крайне опасны. Более того, все демоны имеют очень слабую способность к магии.

Последнее меня несколько удивило, я полагала, что демоны как раз должны быть сильными магами. Оказалось, нет. Свободно колдовать демоны не могут, а пользуются системой ритуалов. Некоторые ритуалы в переработанном, разумеется виде, применяются теперь магами.

Магистр особо заливисто всхрапнул и открыл глаза:

– Адептка, вводный курс пояснений не требует, приступайте.

Похоже, мне стоит поинтересоваться у других магистров, что за чудо в перьях мне назначили в качестве преподавателя.

Больше в тот день ничего интересного не происходило, разве что вечером, когда я сидела в комнатушке с Демом на его кушетке, он странно отреагировал на мой рассказ о первом уроке.

– Так вы, леди, теперь знаете, кто такие демоны, – взгляд зелёных глаз ищущий, напряжённый. Дем словно ожидал от меня подвоха и неприятностей.

– Я читала в учебнике, а живых видела только в Пустоли, в коконах. Судя по прочитанному, они очень опасны и стоит держаться на расстоянии.

Дем встал, слегка отвернувшись, сделал шаг от кушетки, потом обернулся, и лицо его было нейтральным, отстранённым.

– Дем?

– Я беспокоюсь, леди. С демонами вам легко не будет. Хоть вы и чёрный маг, специализирующийся на них.

На моей памяти Дем впервые назвал меня чёрным магом, и хотя голос его был спокойный, прозвучало словно обвинение и приговор за преступление, которого, я, мне кажется, не совершала. Да, я обладаю даром и учусь в Академии чёрной магии, но разве я делала что-то, за что меня можно обозвать чёрным магом? Почему Дем отстранился, замкнулся?

На первый взгляд он отреагировал на пересказ учебника, но такое объяснение показалось мне слишком поверхностным. Что написано про демонов, Дем и без меня давно знает. Ладно бы от себя о них плохо сказала, так нет, пересказала только. И потом, утверждение Дема:

– Вы знаете, кто такие демоны.

Как раз-таки не знаю. Хочу понять, что в его голове творится. Перехватила его напряжённый взгляд и увидела, как Дем мягко мне улыбнулся. Я улыбнулась в ответ, и постаралась отогнать странное ощущение, что сейчас Дем неискренен.

– Леди, а кто вам преподаёт?

– Магистр Юфер.

– Да? Опять они не успокоятся?

– В смысле?

– Магистр Юфер не единственный, кто мог бы вести вводные уроки. Он скорее на занятии присутствует, нежели ведёт. Зачем его назначили? Скорее всего, вас проверяют. Только не пойму, как. Мне показалось, что к вам, наоборот, стали благосклонны, то есть не должны больше создавать трудностей.

– Накануне мне ректор сказал, чтобы я обращалась, в случае проблем. Проверяет, обращусь ли я?

– Если вы ему не доверяете, не пойдёте. А придёте – продемонстрируете свою лояльность.

– Думаешь так?

– Вы приняли покровительство ректора? – и снова напряжение во взгляде.

– Пока оно ни к чему не обязывает, – честно отвечаю я.

– Сам факт учёбы в Академии уже обязывает, – вздохнул Дем.

Не поспоришь.

Позже, лёжа в кровати, я долго ворочалась и не могла заснуть. А потом мне снилось болото. Я пыталась его перейти, но трясина мягко засасывала, чавкала, обволакивала. Я обнаружила, что застряла уже по колено, и ногу мне не выдернуть. Я дёрнулась и проснулась.

Я впервые услышала тишину десятка своих комнат. Никого, кроме меня, на целом уровне. И сон тошнотворный. Зато помог ясно выразить мысли, которые вчера для меня оставались бесформенной кашей-размазнёй. В чёрной магии я увязаю, а Академия затягивает подобно болоту. Наверное, Дем прав, я превращаюсь в полноценного чёрного мага.

Незаметно, по крупице, меняюсь. «Пытки» больше не вызывают ночных кошмаров, начинаю мстить, становлюсь своей для ректора и магистров. Да что там! Первые шаги в магии – я натравила на окружающих крысу и атаковала «смерчами». Кто я, если не чёрная?

Время было ранее, я села на кровати. Здравствуй, депрессия. Гнать бы тебя поганой метлой. Делать ничего не хотелось, хотелось ещё полежать, этак до ужина. Но я не могу позволить себе раскисать. Поднялась и достала камушек-пособие по «Всезнанию», самый, на мой взгляд, невинный предмет. Вот и почитаю раздел про белых магов, полегчает.

Утром же я посетила ректора.

– Адептка? – никакого удивления.

– Я бы хотела поговорить о магистре Юфере, преподающим мне демонологию.

Ректор выслушал мою претензию, изображая на лице внимание. А если присмотреться – играл роль, новостью для него ничего из мною сказанного не было. Зато его порадовал мой приход.

– Да, адептка, я понимаю вашу проблему. Магистр, которого я бы хотел назначить, уезжает сегодня на несколько дней. Постарайтесь с ним встретиться, он вас в ближайшее время пригласит. И решим, как быть.

Новый педагог оказался мужчиной лет сорока с курчавыми пышными волосами.

– Адептка Виктория, сейчас у меня есть пять минут. Поступим следующим образом. Самостоятельно прочитайте введение, когда я вернусь, разберём всё тщательно по готовому. Далее. Прочтите про подчинение демонов. Это будет вторая тема, с которой мы начнём работать.

– Да, магистр.

– Вот и хорошо, до встречи.

Два дня были заполнены учёбой, Дема я навещала, мы сидели на его кушетке, разговаривали, всё было как раньше и одновременно не так, не могла я понять. Дем словно гадости ждал, и, похоже, не сомневался, что она скоро случится. Попытки его развеселить ничего не давали. Закончилось тем, что я пообещала:

– Завтра вечером обязательно загляну.

На следующий день, перед обедом, в коридоре меня поймал магистр, который заменил Юфера.

– Адептка, есть по вводной части вопросы?

– Нет.

– Хорошо. Сегодня у нас первый урок, приходите и не ждите меня, сразу заходите в аудиторию. Я покажу вам настоящего живого демона.

Надеюсь, демон будет в клетке, а то страшно без защиты встречаться с агрессивной сильной и умной тварью, которая, уверена, ничего хорошего мне не желает. В аудитории я выбрала самый дальний от входа стол первого ряда.

Занятие началось. Я всё сильнее нервничала, ежеминутно поглядывала на шкалу браслета, проверяя время, но пока никого. Зная методику магистров, не удивлюсь, если демона переправят телепортом в центр комнаты и подождут, что я буду делать и как справляться. Но нет.

Дверь открылась. На пороге был мой педагог, а за его спиной почему-то Дем. Странно. А он зачем? Магистр прошёл в класс, Дем не отставал, только приостановился закрыть дверь. Мой горбун дошёл до середины комнаты и остановился. На меня он ни разу не взглянул – глаза только в пол.

До меня медленно доходило, но произнести правду даже мысленно я не могла.

– Что сидим, адептка? Идите сюда.

Я словно в кошмарном сне поднялась из-за парты.

– Эй, ты! Раздевайся.

Я переводила взгляд с одного на другого.

– Адептка, идите сюда.

Дем взглянул на меня мельком. Я перехватила полный боли взгляд, но Дем тут же опустил голову.

– Я сказал – раздевайся.

– Простите, мой лорд, – Дем поднял руки, подхватил края линялой футболки, в которую был одет и медленно через голову её стянул.

Я не знала, что предпринять и что сказать. Первая мысль – защитить Дема, уберечь, но как возразить магистру? Будет ли толк от слов? Выдавать нашу с Демом дружбу мне было тоже страшно. Не знаю, чем обернётся, если я буду возражать. Я подошла к учителю на негнущихся ногах.

– Адептка, ну что же вы? – и уже Дему, – Руки!

Футболка упала на пол, а Дем протянул вперёд ладони. Магистр ухватил Дема за левую кисть, потянул:

– Смотри, адептка. Ладонь похожа на человеческую, но вот здесь присмотрись. Когти выходят из кончиков пальцев, под ногтями. Ты, покажи.

– Мой лорд, мне запрещено демонстрировать когти под угрозой наказания.

– Делай, иначе наказание тебе обеспечу я.

– Магистр, может, не стоит? – мой лепет был прерван насмешливым:

– Адептка, это что? Мягкость и сочувствие демону? Знаете, как это лечится?

Предложат мне самой наказать Дема? Накажут вдвойне за то, что я вступилась?

– Магистр, я просто не хочу нарушать правила, раз запрещено…

– Это он нарушит, не мы. Мне долго ждать?

Из-под ногтей у Дема выскользнули коготки, напоминавшие кошачьи. Они были совсем не похожи на те, что я видела у мёртвого демона на Пустоши.

– Не совсем удачный образец, – заговорил магистр. – Обычно когти иные, а сейчас мы видим результат нескольких попыток их удалить полностью, но регенерация, увы, восстанавливает. Сейчас добились только сильного искажения. Но нас интересует, как когти прячутся и извлекаются, так что смотрите. Показывай!

Когти втянулись и вернулись несколько раз.

– Адептка, потрогайте, что стоите?

Я оторвала взгляд от ладоней Дема и посмотрела на его лицо: голова опущена, глаза в пол. Я коснулась своими пальцами его. Дем едва заметно вздрогнул. Постаралась быть осторожной и нежной, передать прикосновением всё то потрясение и сочувствие, которое я испытывала.

– Кругом! – командует магистр и со всем другим тоном продолжает для меня. – Самое интересное. Про крылья вы уже слышали, а теперь посмотрим. Опять же, наглядный материал у нас сейчас скверный, но подпускать вас к другому пока не безопасно.

Я смотрела на спину Дема, на его странно сложенные крылья, которые я считала горбом, и пыталась понять, кто передо мной. Дем не был ни агрессивным, ни опасным. Он не был тварью, в отличии от многих магов Академии. Я решительно не понимала, как принять открывшуюся истину, и что с ней делать. И тут я ясно поняла, что ничего. Плевала я на мнение магов, на расу. Дем – мой друг. И прямо сейчас я не могу его защитить.

– Крылья полностью атрофированы и изуродованы. Сейчас данный демон не только не способен с их помощью защититься, но даже нормально распрямить. Видите, как они свернулись и слиплись?

Я кивнула, голосу я не доверяла. Только бы удержаться.

– Любая попытка ими пошевелить причинит боль. Итак, смотрим.

Магистр схватил за кожистое крыло и резко потянул. Я ахнула, одновременно Дем дёрнулся, оказался ко мне боком, но устоял. Руки его сжались в кулаки, а губы превратились в тонкую полоску.

– Стоять на месте! – рявкнул магистр. – Адептка, смотрите, что вместо нормального крыла болтается.

Внезапно магистр схватил меня за руку и довольно неласково потянул. Пока я растерялась, он положил ладонь поверх моей и заставил сжать край крыла, затем и вовсе потянул мою ладонь между сложенных крыльев «внутрь горба». Дема начала бить дрожь, но он продолжал стоять. Выдержать смог не больше минуты. Вскрикнув на высокой ноте, как подрубленный упал на пол. Я отпрянула.

– Обычно демоны повыносливей, – разочарованно сообщил мне магистр, и тут же схватил Дема за второе крыло, растянул его. Теперь Дем не мог удержаться и тихо скулил.

– Замолкни.

Последний полувсхлип-полустон, и Дем затих.

– Вот, адептка, теперь вы посмотрели на то, с чем вам придётся работать.

– Да, магистр.

Я в ужасе.

– На сегодня закончим.

Маг слегка пнул Дема мыском.

– Вставай.

Дем заворочался и кое-как поднялся. Горба больше не было – вдоль спины висели безобразные кожистые тряпки. Дем заметно дрожал, так и стоял с опущенной головой.

– А ты не обнаглел ли? – спросил магистр и медленно потянулся к крылу.

– Мой лорд, я не понимаю свою ошибку, я буду счастлив исправиться, если господин укажет мне на неё, – Дем заговорил торопливо, в голосе явно звучал страх.

Крыло магистр не тронул, зато дёрнул Дема за подбородок, заставляя посмотреть на себя:

– Ты полагаешь, что твою одежду за тобой буду таскать я, а ты расшвыривать?

Рука с подбородка убралась.

– Простите, лорд.

Дем тотчас согнулся, подбирая футболку, тихонько охнул. Как же ему должно быть больно и унизительно.

– Адептка, если понадобится ещё рассмотреть демона, найдёте его в библиотеке, он будет обязан сделать всё, что вы скажете. В противном случае, можете как сами наказать, так и привлечь магистров. Кстати, рекомендую присутствовать при наказании за то, что он выпустил когти вопреки прямому запрету.

Магистр обернулся к Дему:

– За мной.

Маг вышел из аудитории первым, Дем следовал за ним. На меня Дем не взглянул даже мельком, а я стояла и таращилась вслед.

18

Очнулась, встряхнулась. Мне плохо? Нет, плохо Дему, а я… Как же ему плохо! Мало, что магистр его унизил, как чучело какое крутил, щупал, в элементарном признании, что он тоже разумное живое существо отказал, так ещё и физически добавил. Насколько сильной стала боль, если Дем не смог молчать?

А я? Что я могла? «Ах, не надо, он хороший?» Единственное, в чём я Дему действительно могу быть полезна – это обезболивание. Из аудитории я направилась прямиком в лабораторию. К чёрту «Всезнание» и «Клятвы мага», в другой раз схожу. Какие-то знания по первой помощи у меня есть, хоть каплю, но сделаю.

В лаборатории я увлеклась. Точнее, у меня начало получаться довольно сложное зелье, которое обладало сразу двумя свойствами: требуемое обезболивание и подстёгивание регенерации крыльев. То, что доктор, прописал. Где бы найти ещё этого доктора… Провозилась дольше намеченного. Когда я выходила из дверей с заветным пузырьком в руках, время было за полночь. А ведь собиралась нормальный вечер с Демом провести… До библиотеки я добиралась почти бегом.

Ворвалась в овальный зал:

– Дем!

Мне никто не ответил. Подбежала к стойке – за ней никого. Я обошла зал, потрогала все двери, звала, но Дема не было на месте. Я испугалась. Страх расползался по телу, заставляя сердце учащённо биться.

– Дем, пожалуйста!

Он прячется, не хочет меня видеть?

– Дем!

Единственное место, где можно ещё поискать – его закуток. Я открыла дверцу и ступила на тёмную лестницу. Секунду подумав, вызвала из браслета слабенький огонёк. Я спускалась вниз, и с каждым шагом тревога возрастала. Я не хочу его потерять ни в каком смысле.

Мне оставалось пройти ещё один виток. И тут я услышала глухой стон. Ступени я преодолела бегом и замерла на пороге. Первое, что увидела – футболка. Линялая тряпка валялась на полу. Дем лежал на кушетке, животом вниз. Крылья свисали со спины уродливыми тряпками. Стон был слишком глухой. Дем вцепился зубами в край одеяла, пытаясь заглушить звук.

– Дем! – вырвалось у меня.

Он дёрнулся, словно его плетью обожгло, резко смолк и повернул на меня голову. Глаза горели неприкрытой ненавистью.

– Мало тебе? – прошипел он. – Давай, ещё поиздевайся, – и снова вгрызся в одеяло.

– Дем, – обессилено повторила я.

Я шагнула к кушетке и опустилась рядом с Демом на пол.

– Дем, – положила свою ладонь поверх его, – я лекарство от боли в крыльях принесла.

– Я вас ждал, леди, ждал. Вы сказали, что придёте вечером, а вас всё не было. Убирайтесь, леди!

– Дем, я лекарство сделала.

Я выдернула из флакончика пробку и начала наливать зелье Дему на спину.

Дем отвернулся, снова утыкаясь в одеяло, глубоко вздохнул, а потом вдруг заговорил тихим надломленным голосом:

– Леди, ещё лекарства, пожалуйста, ещё.

Я налила зелье себе на руку и начала осторожно втирать его в крылья.

– Ещё, пожалуйста.

Я потратила почти весь флакон, зато нанесла снадобье на крылья с обеих сторон. Боль у Дема отступила, он расслабился и обмяк на кушетке, только время от времени повторял:

– Пожалуйста…

Отставила пустой флакончик на пол. Что делать теперь я откровенно не понимала. Оставить Дема приходить в себя, или я могу ему понадобиться? Он решил за меня:

– Леди, посидите со мной хоть чуть-чуть.

– Конечно, Дем.

Я встала с пола и пересела на край его кушетки ближе к ногам, следя за тем, чтобы не зацепить крылья.

– Я посижу, а ты отдыхай.

Только сейчас я по-настоящему задумалась о том, что Дем является демоном. А я, пока меня носом не ткнули, и не знала. Чувствовала интуитивно, что что-то есть, но не задумывалась. Даже, наверное, наоборот, закрывала глаза, боясь разрушить складывающуюся дружбу.

Конечно, Дем мог бы мне сказать сам… С другой стороны он никогда не называл себя человеком, я не спрашивала. Мне вспомнились наши разговоры о демонах. Похоже, Дем был убеждён, что стоит мне узнать, я отвернусь от него.

Впрочем, поняла я, для меня ничего не изменилось. Какое мне дело, демон он, человек? Несущественные детали. Существенные – Дем с первого дня мне помогал. Это благодаря его подсказкам и советам я сумела остаться в Академии – выжить.

Прислонилась к стене, устраиваясь поудобней. Я даже задремала, потому что когда я открыла глаза, Дем больше не лежал на кушетке, а сидел рядом и смотрел на меня немигающим взглядом. И странно, взгляд этот не был ни дружелюбным, ни враждебным. Поняв, что я проснулась, Дем улыбнулся.

– Значит лекарство, леди? Спасибо.

– О чём речь. Как ты?

– Вашими стараниями всё хорошо.

Мы помолчали. Я чувствовала себя неуютно. И не виновата, если смотреть объективно, а всё равно погано, что я с магистром, а Дем… Словно помоями с ног до головы вымазалась.

– Леди, вы знаете, какую тему первой будете изучать?

– Магистр сказал «Вторичная привязка».

– Вот как.

– А что?

– Леди, так я для вас теперь постоянный наглядный материал, – он невесело усмехнулся.

Мы снова помолчали.

– Леди, ночь на дворе, вам бы самой отдохнуть.

Я кивнула, подобрала пустой флакон и встала:

– До завтра.

– До завтра.

Вернулась в свои пустующие комнаты. Мне не спалось. Я бесцельно бродила по своему уровню, а в голове звучал голос Дема: «Леди, так я для вас теперь постоянный наглядный материал». Материал. Даже не живое существо. Да на Земле с собаками обращаются лучше, чем с ним. И как я буду смотреть Дему в глаза, если он всего лишь материал? Итак, я была права: демонология хуже истории пыток.

На следующий день я заглянула проверить Дема перед обедом.

– Леди, не беспокойтесь. Думаете, я такой замечательный? Леди… Простите, вам лучше уйти. Сейчас здесь будет магистр, мне назначено наказание за демонстрацию когтей. И нет, помощь не нужна, потому что лечить результат наказания без разрешения запрещено.

Дем повернулся спиной и ушёл за стойку. Горба больше не было. Из-под футболки свисали крылья. Я поспешила убраться. Как оно всё развернулось. Неужели нашей дружбе конец?

Дошла до аудитории. По расписанию «Демонология». Ненавижу. Хорошо, хоть обошлось. Мы с магистром разбирали исключительно теорию.

– Адептка, что-то не так? Вы слишком задумчивы, и глаза у вас подозрительно бегают.

– Просто я под впечатлением после вчерашней демонстрации. Я себе иначе их представляла.

– Образец неудачный. Но ничего. Подучитесь, и попробуем достать вам что-то более подходящее.

– Как?

– Из Пустоля возьмём. По идее, при изменении среды крылья сами должны открыть тело, но в любом случае их всегда можно пробить ножом и отрезать. Но это увеличивает вероятность гибели тела в разы…

– Плохо.

– А что делать? Но вам полезно, чтобы хоть парочка померла от ваших непосредственных действий. А на другое они и не годны. Итак, адептка, продолжим разбирать, как вы будете к себе привязывать демона.

Я опустила голову к тетради. Вот и выдала своё отношение, пусть не к Дему лично, а к происходящему.

– Предполагается практика? Я про привязку.

– Да, как только освоите азы, попробуете. Материал есть, он уже смирный, можете не бояться оставаться один на один. Если не получится с первой попытки, сделаете со второй. В общем, не беспокойтесь.

И мы вернулись к способам привязки демона, а их оказалось ой как много. Что называется, на все случаи жизни.

Вечером пришла в библиотеку. Чувствовала себя при этом круглой дурой. Словно парню на шею вешаюсь, а ему это даром не надо.

– Дем?

– Леди, – он улыбнулся, как ни в чём не бывало.

– Как ты?

– Лучше, боялся, что накажут, но они мягко обошлись, не хотели, чтобы вам совсем бракованный демон достался. Не беспокойтесь.

– Дем…

Он поднял ладони, и я увидела, что ногти сильно воспалены, а кончики пальцев распухли. Без слов понятно – господа маги повторили процедуру удаления когтей. Уроды. Может, не так плохо, что Дема мне отдадут? Если отдадут. Надо выяснить, останется ли он в ведении Академии, или будет безоговорочно принадлежать мне. Только обсуждать это с Демом не тянет совершенно.

Следующие дни были серые и однообразные. Я училась, много училась, встряхивалась на «Верховой езде» и вечерами приходила к Дему. Отношения начали восстанавливаться, Дем меня даже ещё раз в музей отвёл. А потом меня пригласил ректор.

В кабинете меня ждали трое: сам ректор, куратор и магистр, преподававший демонологию.

– Присаживайтесь, Виктория.

Прошла и плюхнулась в кресло под тремя взглядами, сходящимися на мне. Судя по составу, речь о Деме. Разговор начал ректор:

– Магистр Гвид вас хвалит, говорит, что вы очень способны и настаивает, чтобы у вас было как можно больше практики.

– Да, адептка, я вами очень доволен, думаю, что практика – это то, на что необходимо сделать акцент.

– Тем более, – вмешался Верис, – демонология назначена основной специальностью.

– Мы посовещались и приняли решение, – вновь ректор, – передать вам демона, ныне принадлежащего Академии. Для нас он никакой больше ценности не представляет, так как слишком много у него повреждений. Использовали его в библиотеке из-за его памяти и скорости чтения, но библиотека и без него обойдётся. Что скажете, Вика?

– Пока не очень понимаю, что вы хотите.

– Всё просто, – заговорил магистр Гвид. – Демон, которого я показывал на уроке, к Академии привязан очень слабо. Эту привязку даже разрывать специально не надо. Она просто будет замещена новой. Ваша задача самостоятельно выбрать способ и реализовать его. Срок – три дня. Если не справитесь, будем вместе разбираться.

– Да, Виктория. Вы заберёте демона себе.

– Место у вас есть, – вставил Верис.

– И должны обеспечить его вам полное подчинение. Делать можете с ним абсолютно всё, что захотите, включая убийство, хотя с убийством я бы всё же не спешил.

– Поняла, магистр.

Из кабинета я вышла оглушённой. Знала, что к этому идёт, но всё же.

Вечером помчалась в библиотеку. Я просто обязана поговорить с Демом. Пусть советует, что делать. Понимаю, что меня в очередной раз проверяют: какую привязку я выберу. Но это шанс для нас с Демом. Нужно выбрать нечто внешне приличествующее чёрному магу, а по сути, дающее простор для манёвра.

– Леди, вы на себя не похожи.

– Дем, мне дали три дня, чтобы тебя к себе привязать, – выпалила я.

Дем кивнул.

– Ожидаемо, леди.

– Да, но что делать?

– Привязывайте меня. Как что?

– Но…

– Леди, вы чёрный маг. Вспомните об этом.

– Дем, я не становлюсь чёрным магом только из-за того, что меня так обозвали. Я вообще не понимаю почему у меня чёрный дар.

– Леди, давайте, это я вам потом объясню.

– Ага.

Взгляд зелёных глаз стал цепким:

– Чего вы хотите от меня услышать?

Как сказать такое, глядя прямо в глаза?

– Дем. Они хотят, чтобы я тебя к себе привязала. Либо мы вместе выбираем способ. Тот, который по возможности наименее для тебя болезненный. Либо выбор за магистром Гвидом.

– Леди, выбор и так за ним. Терпимое для меня – это слабая привязка. Её всегда можно заменить более прочной. И основную массу привязок можно разорвать специальным ритуалом. И опять же заменить. Исключение – привязка Райка, но вы на неё никогда не пойдёте.

– Почему ты думаешь, что не пойду?

– Потому что её нет в учебнике, леди. Она давно не использовалась магами. Одна из причин – особенности разрыва. Есть описание ритуала только в рукописи. И я прекрасно понимаю, что вы не доверитесь мне. Не заслужил, особенно после…

Дем оборвался и стал смотреть в бок.

– После чего?

– Какая разница?

– Мне важно.

– Важно? Хорошо, узнайте сейчас. Всё равно узнаете, так или иначе. Я, – теперь Дем смотрел мне прямо в глаза, – дважды солгал вам.

– Дем?

Он быстрым шагом направился к дверям в музей и скрылся за ними. Меня не позвал. Я стояла в овальном зале и хлопала глазами, пытаясь понять, что мне Дем сказал. Солгал. Когда и зачем? Но ведь сейчас он признается, объяснит. Я прекрасно понимаю, что он не обязан мне доверять. И вопреки всему, он мне помогал.

Дем вернулся и протянул мне пожелтевшие от времени листы бумаги.

– Здесь описан ритуал Райка. Почитайте, раз вам интересно. И выбирайте любую привязку.

Я взяла рукопись и осторожно, чтобы не повредить старые страницы, спрятала её в сумку.

– В чём ты солгал, Дем?

– Да для начала в имени. Помните, что я тогда сказал? Я сказал «зовите меня». Дем от слова демон, понимаете?

Я стояла с открытым ртом.

– Моё настоящее имя Иффин, леди.

– Дем, в смысле…. Как мне тебя звать теперь?

– Можно просто Иф.

– Это не важно, Иф. Имя, ладно. Что второе?

– А второе посерьёзней, – Дем, то есть Иф, закусил губу. И взгляд слегка затравленный.

– Не томи, а?

– Когда вы сдавали экзамен, я сказал, что не могу ничем помочь. А я мог. Вы же знаете, что был прецедент: адепту вместо заклинания засчитали призыв демона. Той же привязки Райка хватило бы, чтобы вас зачислили. Я не помог вам, леди. Вы напрасно ко мне так хорошо относитесь. Лучше вспомните, наконец, что вы чёрный маг.

Дем вздохнул и ушёл в свой закуток не прощаясь. С минуту я стояла, а потом тоже вздохнула, одёрнула себя мысленно, что нужно привыкать звать его Ифом, и пошла к себе в комнаты. Первым делом разберу рукопись.

По пути я размышляла. Иф начал опять отстраняться, он явно не ждёт, что я воспользуюсь рукописью. Он рассказал мне правду, хотя не было никаких предпосылок, чтобы я узнала сама. В конце концов, он мог меня просить, убеждать воспользоваться привязкой Райка. Он не стал. Пока не прочитаю, ничего не смогу сказать.

Я уселась за стол, достала рукопись и развернула. Первое впечатление – вырванные страницы. Лист начинался словами «достаточно надёжный способ запереть демона в клетке на длительный срок», которые были написаны довольно мелко, а уже после них, по центру, шёл заголовок «Установление партнёрской связи с демоном».

Любопытно. И Дем, тьфу ты, Иф, прав: такого в учебнике не сыщешь. Я никак не могу проверить предложенный вариант. И, чёрт, мне нестерпимо нравится слово «партнёрство». Возникает вопрос, как отреагируют магистры. Но если им связи не отменить, то поставлю их перед фактом. Отпустили девочку в самостоятельное плавание – получили. Вопрос в том, рискну ли я.

Для начала вчиталась в текст. Подвоха я не нашла, сколько ни старалась. Есть основа, совпадающая с привязками, которые я уже разбирала, есть коренное отличие, благодаря которому связь двусторонняя, а не однонаправленная.

Есть ли у меня причины не доверять Ифу? На первый взгляд – да. Он не стал мне помогать перед комиссией. Но должен ли он был? После недельного знакомства жертвовать ради меня собой? Иф никогда мне не вредил, все его советы оказались в высшей степени полезными. Более того, он дал рукопись почитать, сказал, чтобы я выбрала привязку сама. Он не пытается меня убедить. Наоборот, столько раз повторил, чтобы я вела себя, как чёрный маг. Я рискну. Дружба того стоит. Моя благодарность того стоит.

Дочитываю рукопись до конца и узнаю, почему партнёрством заинтересовался чёрный маг. Райк разработал способ повлиять на ход ритуала незаметным для демона способом. Условно говоря, маг и демон устанавливают партнёрство, по канону, они должны стать равны в паре. Но в ключевой момент, маг может «дёрнуть» власть на себя, и тогда образуется очень сильная иерархическая структура. Демон оказывается абсолютно связанным. Ни одна из привязок, которые я разбирала, даже близко такого эффекта не давала.

Дальше подробно излагалось, как именно следует власть «взять». Заканчивалась инструкция словами, что демон аналогично магу забрать место лидера не способен. Потолок его возможностей – защититься от попытки мага стать хозяином. В этом случае связь установится партнёрская, но ослабленная.

У меня осталось чувство недосказанности, но, подумав, я решила, что знаю достаточно. Тем более, что превращать Ифа в раба я не хочу, тонкости подчинения мне явно не к спеху. Я ещё раз перечитала, что необходимо иметь для ритуала, и пошла собирать ингредиенты. Свечи, курения, мел для разметки пола… Пришлось наведаться в лабораторию.

Фактически, решение я приняла, но задала Ифу последний вопрос:

– Иф, а как бы ты от магистров партнёрство вместо подчинения скрывал?

– Легче лёгкого, леди.

– Да?

– После ритуала Райка провести любую слабую привязку. Партнёрство сохранится, а выглядеть будет так, словно полноценное подчинение, только странное. Но тут пожмёте плечами, заставить вас объяснить не смогут.

– Это хорошо.

– Почему?

– Боялась, что будет много претензий. Где тут можно ритуал провести?

– Правда? Леди, вы согласны на равноправную связь?

– Да, Иф. Я согласна рискнуть.

– Леди! Идёмте, леди.

19

Круглая полутёмная комната была похожа на сказочную пещеру из-за расставленных в ней свечей. По углам курились благовония, а в центре стояла чаша с ещё не подожжённой смесью сухих трав.

– Можем начинать, – тихо сказал мне Иф, и я взяла из чаши веточку, окунула в пламя свечи, и стоило ей загореться, бросила её в чашу. Сначала появился тяжёлый терпкий аромат, а потом начала подниматься струйка дыма.

Я направила свою силу в чашу. Иф рядом делал то же самое. Дым изменился, стал более материальным, я протянула руку и смогла его коснуться. Аккуратно начала наматывать его на палец, так что в итоге получилась скрученная верёвка. Её я выложила узором на полу следуя заранее подготовленным меловым подсказкам.

– Готовы, леди?

– Да, Иф.

Мы сели на пол, и каждый двумя руками взялся за свой кончик верёвки. Свечи разом погасли. Темнота словно облепила и стала не менее материальной, чем дым. Вот он момент, когда маг может перекроить ритуал и подменить партнёрство рабством. Сейчас связь установится, и… Что-то пошло не так. Сначала стало нестерпимо душно, а потом меня оглушило.

Открыла глаза. Магия ритуала рассеялось. Свечи вновь горят. Обнаружила, что лежу на полу. Кое-как поднялась и села, огляделась в поисках Ифа. Тоже на полу, но ещё без сознания. Вот чёрт! И что это было? В рукописи о подобном ни слова.

– Иф, – позвала я. – Иф.

Он не отвечал. Надеюсь, с ним всё в порядке.

Я встала на ноги и, пошатываясь, двинулась к нему.

– Иф?

Он едва заметно шевельнулся, потом вздохнул и начал садиться.

– Иф, в чём дело?

От моего вопроса Иф дёрнулся, резко обернулся и уставился на меня с ужасом, словно это не я была, а самый страшный кошмар его жизни.

– Иф, скажи, в чём дело.

Он открыл рот, попытался закрыть, издал непонятный сдавленный звук, и заговорил:

– Связь установилась односторонняя.

– Объясни мне.

– Пожалуйста…, – и взгляд несчастный-пренесчастный.

– Объясни мне всё от и до, Иф.

– Я дал вам неполную рукопись, – говорил он словно через силу, словно не хотел, но и не мог не говорить. – Вы читали про ритуал и способ его изменить для мага. Про то, как может вмешаться в ритуал демон, вы не читали.

– Дем, – я перескочила на привычное мне обращение, – там было сказано, что демон не может подчинить мага.

– Не может подчинить тем же способом, что применяет маг.

– Есть другие, – поняла я.

Дем отвернулся.

– Говори, – рявкнула я.

– Только тот, кто собирал дым, может без последствий для себя вносить в ритуал изменения. То есть вы. Я знал, вы попытаетесь меня подчинить, а я оберну ваши действия против вас же и стану хозяином в паре. Как вы могли так со мной поступить? Почему не обманули, как другие?

– По делу, Дем, – теперь я говорила спокойно.

– Я вмешался в ритуал, который вы не меняли, поэтому мои действия по мне же и ударили. Вы читали, какая сильная односторонняя связь устанавливается, если маг переиначит ритуал. Сейчас связь ещё сильнее. Я ваш со всеми потрохами, – у Дема словно стержень вынули, он согнулся и уткнулся лицом в ладони.

Я смотрела на Дема и не находила слов. Как он мог? Я считала его другом, я пришла к нему, чтобы решить проблему вместе, я ему доверилась безоговорочно. И что я получила? Обман. И не побоюсь этого слова – предательство. Иф исказил ритуал, разрушил равенство в нашей паре. Он чуть не сделал меня своей рабой. Сделал бы, если бы мог.

Мне опять повезло – меня защищала сама магия ритуала, потому что право её менять было только у меня, не у Дема, а он, уверенный, что я его подчиню, вмешался, за что и поплатился. Перемудрил сам себя. Теперь он должен мне подчиняться. И, из того, что я увидела, он выполнит любой мой приказ. Он не хотел отвечать мне, но не смог не ответить, когда я приказала.

Я смотрела на него и понимала, что он убил у меня в душе что-то хорошее и светлое.

– Приберись здесь, – сказала я, развернулась и пошла прочь в свои комнаты. Не хочу никого видеть. Предателя особенно.

Я шла по коридору своего уровня и разглядывала двери пустующих комнат. Как ни крути, Ифа переселят ко мне. Жаль. Отдам ту, что от меня подальше. Я прошла в свою спальню и забралась с ногами на кровать. Больше в добрую девочку я не играю. Я теперь учусь с особым упорством и старанием, осваиваю, наконец, заклинания и перехожу к изучению перемещения между мирами. И готовлюсь. Маги с ректором во главе в любой момент попытаются привязать меня к Академии.

Пискнул браслет – меня срочно желал видеть магистр Гвидо. Спрыгнула с кровати, и пошла на встречу. Думаю, я знаю по какому он вопросу. Предпочла бы попозже, но меня не спрашивают. Ждал он меня в овальном зале библиотеки. Сзади стоял Иф и смотрел в пол. На сей раз не впечатляет.

– Здравствуйте, магистр.

– Здравствуй, адептка. Смотрю, ты уже справилась. Почему нам не сказала?

– Да, задание выполнено, но я не подумала, что нужно сразу отчитаться.

– Ты отлично справилась. Я, признаться, не верил, что ты установишь такую связь даже близко. А ты молодец. И у тебя явный талант. Очень рад за тебя.

– Спасибо, магистр.

– Очень тобой доволен. Но, Виктория, теперь демон твой, и в библиотеке ему не место. Забирай своё имущество.

Иф чуть вздрогнул.

– Да, магистр.

Гвидо неспешно двинулся к дверям.

– У тебя есть какие-нибудь вещи? – спросила я Ифа.

– Да, леди. Одеяло и…

– Иди и возьми.

Дем коротко кивнул и поплёлся к лестнице в свой закуток.

– Оно вам надо? – окликнул меня магистр.

– Не своё же мне ему отдавать, – пожала я плечами.

Магистр кивнул:

– До завтра, адептка. И приведите завтра демона на урок.

– Да магистр.

Гвидо вышел. С минуту я оставалась одна. Потом появился Иф со свёртком в руках.

– За мной, – сказала я и направилась обратно на свой уровень. Прощай уединение.

По коридорам и лестницам мы шли молча. На нас оглядывались любопытные. Слышались перешёптывания. Я отмечала их мимоходом, привычно не обращая внимания. А Иф всё ниже опускал голову. Готовится к разговору?

Я начала, как только мы вошли в коридор моего уровня и закрылись:

– Дем, настолько невтерпёж было, что не мог подождать, когда я начну тебя подчинять?

– В том и проблема, что во время ритуала маг и демон друг друга не чувствуют. Я не знал. Я был убеждён, что вы…

– Потрясающего ты обо мне мнения.

– Леди, я…

– Что ты? Иф. Я читала обрывок рукописи, но я его читала. И там сказано, что демон может поставить защиту от подчинения. Ты не защищал себя. Это бы я приняла без вопросов. Ты попытался подчинить меня. Лучше скажи, давно это планировал? Когда решил меня использовать? Отвечай.

Гримаса, попытка смолчать:

– В тот же миг, когда вас увидел. Я понял, что смогу втереться в доверие и воспользоваться вами. Леди! Я же нарочно рассказал вам про ложь, провоцировал вас! Чтоб наверняка, чтоб вы как чёрный маг начали менять ритуал… Я бы…

– Хватит. Я услышала и теперь знаю, что с первого дня была для тебя инструментом, который в процессе использования сломается. Иди в свою комнату, Иф. Не хочу тебя видеть и слышать. Комната эта, – я ткнула пальцем в дверь, – вот из той можешь взять себе необходимую мебель. На этом всё. Ах, да. Заходить в остальные помещения я запрещаю.

Быстрым шагом дошла до своей комнаты, вошла, хлопнув дверью, и запрыгнула на кровать. Так я до ночи и провалялась с учебником по демонологии в руках. Есть не хотелось совершенно, поэтому я сходила в душ и улеглась спать.

Утром я встала невыспавшаяся, голодная и злая. Собрала сумку с тетрадями, и в столовую. У комнаты Ифа я затормозила. Не хочу, но надо. Я распахнула дверь. Демон сидел на небольшом диванчике с подломленной ножкой, который он перетащил из другой комнаты. При моём появлении Иф встал.

– Леди…

– Нет, Иф. Леди я была, когда пыталась стать твоим другом. А сейчас я хозяйка.

– Да, хозяйка, простите.

Пусть я не права, но как же мне хочется, чтобы он тоже прочувствовал всю ту боль, что испытала я, когда узнала истинное положение вещей.

– Собственно, я не за этим. Как ты питался, когда жил в библиотеке?

– Система хозяйственных телепортов. Не как маги перемещаются, а артефакты работают. Мне дважды в день приходила еда прямо в комнату.

– И что мне сделать, чтобы она приходила теперь сюда?

– Отправить в хозяйственную часть запрос. Можно через браслет. Но сюда должны будут прийти, чтобы установить артефакт.

– Ясно. А почему маги с помощью артефактов не перемещаются?

– Слишком опасно для живых.

Я развернулась и направилась в столовую. Придётся пошевелиться, если я собираюсь принести Ифу завтрак. В столовой для меня всё было безвкусно. Собрала пяток бутербродов в салфетку, бросила в сумку, потом отправила заявку на артефакт с просьбой доставить его в обеденное время.

Итак, вернулась к себе. Дем снова сидит на диванчике. Вскочил, похоже, удивлён моим возвращением. Я молча положила рядом с ним еду и без слов ушла на «Простейшие наичернейшие заклинания» к магистру Ансею. А потом у меня Харп. Консультация, очередные попытки продвинуться в изучении заклинаний. Я снова погрузилась в учёбу, отгоняя всё лишнее.

Вспомнить об Ифе пришлось в обед. В столовой я наскоро перекусила, съела только суп, а вот мясо положила между ломтями хлеба и взяла с собой. Ещё несколько пирожков прихватила. Около двери на мой уровень меня уже ждали: нестарый мужчина с бородкой клинышком.

– Единоразовый доступ, – я указала комнату.

Минут через пятнадцать ко мне постучались.

– Да?

– Всё готово. Еда для вашего демона будет доставляться как и раньше.

– Хорошо.

Я проводила мужчину до выхода с уровня, заглянула к Ифу. Снова молча положила ему еду, потом приостановилась в дверях.

– Иф.

– Да, хозяйка?

– Я хочу знать про эликсир, который ты мне дал. Рассказывай.

– Да, хозяйка.

– Я слушаю.

– Эликсир действительно усиливает способность к одушевлённой магии. Это его побочный эффект. Основное свойство – устанавливает временный резонанс между демоном и магом. Сроком на месяц-два. Именно этот резонанс позволил мне попытаться вас подчинить. Без эликсира сделать подобное невозможно.

– Это точно всё?

– Да, хозяйка.

– Больно просто выходит.

– Это всё.

Я посмотрела время.

– Мне пора на «Демонологию». Ты идёшь со мной.

Иф следовал за мной на незначительном расстоянии, как и положено слуге. Или рабу.

– Заходи, адептка – магистр Гвидо само радушие.

Я уселась за первый стол. Дем остался стоять в проходе за моей спиной.

– Судя по тому, что я вижу, Виктория, ты его отлично контролируешь. Продемонстрируй что-нибудь.

Я пожала плечами. Честно говоря, не смотря ни на что, мне делать из Ифа снова куклу в руках дитя-садиста совсем не хочется. Но отказать я не могу. И либо сама что-то покажу, либо инициатива перейдёт к Гвидо. И вот плясать под его дудку Дему совсем не понравится.

– На колени, – первое, что пришло в голову.

Иф упал как подкошенный:

– Да, хозяйка.

– Мне казалось, он называл тебя леди?

– Я приказала звать хозяйкой.

– Хорошо. А что у него с крыльями?

– Я решила опробовать зелье. Вот, теперь лоскутами болтаются. Раздевайся.

Дем послушно стянул футболку.

– Повернись спиной к магистру, чтобы он мог увидеть.

Дем выполнил тотчас. И я наблюдала, как магистр трогает его крылья, тянет, проверяет. Чёрт! Не хочу я такого. Как только Гвидо отпустил крыло, приказала:

– Оденься.

– Да, хозяйка.

– Виктория, очень хорошо, – маг переключился на меня. – Полагаю, можно прислать вам первого демона из Пустоля. Я распоряжусь, чтобы вольер вам подготовили в ближайшее время.

– Вольер?

– Да, адептка. Если этот демон смирный, то каким окажется экземпляр из Пустоля угадать нельзя. Конечно, какую-то обработку они прошли у магистра Огиана. Да и дадим мы вам для начала подростка. Давайте-ка разберём технику безопасности.

Я достала тетрадь и приготовилась писать. Дем так весь урок и провёл на полу. Только в конце я бросила ему короткое:

– Идём!

Иф поднялся и пошёл за мной. И чувствовала я себя мерзко. Наверное, я погорячилась. Только извиняться и налаживать контакт совсем не тянет. Добрались до двери, которую я открыла, пропуская Ифа, а сама хотела идти на очередной урок, но была остановлена тихим:

– Хозяйка.

– Чего тебе?

– Пить очень хочется. Спасибо за бутерброды и мясо, но у меня воды со вчерашнего дня не было. Хоть пол стакана, хозяйка.

– Возьми графин на столе в моей комнате.

– Мне запрещено заходить в вашу комнату.

– Я снимаю вчерашний запрет.

– Спасибо, хозяйка.

Продолжает стоять на месте.

– И чего топчешься? Иди.

– Спасибо, хозяйка, – Дем быстро развернулся и пошёл за графином, а я захлопнула входную дверь. Мне на «Заключение магических контрактов» пора. На уроке помимо самих контрактов я размышляла о двух вещах. Во-первых, число моих проблем возрастёт вдвое, так как мне доставят ещё одного демона. Во-вторых, Иф сидит в моих комнатах в одиночестве. И при таких условиях содержания у него заведутся мысли. Он будет их думать. Это ни к чему хорошему не приведёт. Значит, я срочно должна его чем-то занять. И выяснить, что он без меня делал. И даже больше. Я остановилась около окна второй раз за своё пребывание в Академии.

На эмоциях я приказала ему называть меня хозяйкой. Но слышать это слово и самой противно, и неправильно. Сегодня меня оно коробит, а завтра привыкну. Так не пойдёт. Не хочу я опускаться. Да и отношения надо налаживать независимо от моих желаний, нам жить бок о бок.

Вернулась к себе. Иф снова сидел на сломанном диване. При моём появлении встал. И как нам поговорить? В ногах, как известно, правды нет. Самой сесть, а его оставить стоять не вариант, равно как и наоборот.

– Пойдём-ка.

Дем беззвучно последовал за мной. Я бегло оглядела свою комнату, выбирая место для разговора. Сама сяду в кресло, а его посажу на диван. Окажемся под углом друг к другу, а не нос к носу, как при столкновении. Села первой.

– Иф, присаживайся.

Неуверенный взгляд, но ответ стандартный:

– Да, хозяйка, – садится.

– Я хочу, чтобы ты больше так меня не называл. Приказывая, я погорячилась, была во власти эмоций. Была неправа.

Дем молча смотрел на меня. Не верит? Я бы тоже не поверила. Но тут я ничего поделать не могу.

– Здесь хуже, чем в библиотеке?

– Я не заметил разницы.

– Там у тебя были книги, музей. Здесь, наверное, скучно?

– Всё хорошо.

– Ты не хочешь рассказать, чем занимался, пока меня не было?

– Сидел у себя.

– Подробней, Иф. Я правда хочу знать.

– Зашёл в вашу комнату, взял графин с водой, выпил наполовину, унёс оставшееся к себе, сидел на диване до вашего прихода. Вас же интересует, не сделал ли я какой вам гадости ещё? Нет, не сделал. Я физически не могу вам вредить. Хотя хочется. Убить и освободиться. Но не то, ни другое не получится, тем более, что свобода для меня теперь равнозначна смерти. Разрыв связи меня почти наверняка убьёт. Кстати, ваша гибель означает этот самый разрыв связи. И не забудьте перепроверить всё, что я сказал, по учебникам.

– Иф, я запрещаю тебе вредить мне в какой бы то ни было форме, делом или бездействием, словом или молчанием. Я приказываю сказать мне, если ты уже навредил мне.

– Я не сделал ничего, что могло бы причинить вам вред.

– Вот и хорошо. Кстати, ты, помнится, обещал рассказать, почему у меня дар чёрный.

– Как вам угодно. Природа магии и у чёрных, и у белых одна. Точнее, не совсем так. Среди магов принято считать, что цвет наследуется от родителей. На самом деле у детей потенциал нейтральный. Цвет магии формируется под влиянием среды, но ключевым фактором является то, как маг магию применяет. С чем бы сравнить? Не совсем удачно, с глиной. Пока гончар только начинает с ней работать, он может слепить и кувшин, и статуэтку. Когда глина пройдёт обжиг, форму не изменить.

– То есть я могла стать белой?

– Да. Ровно до того момента, как подняли крысу. Белая магия несовместима с некромантией.

– Вот ёжкин кот. Это надо осмыслить.

Иф поднялся, поклонился и вышел.

20

Утро началось для меня с тяжёлых дум: чем занять Ифа. Ясно, что таскать его с собой я не буду, потому что маги, наверняка, устроят себе бесплатное развлечение за его счёт. Никаких по-настоящему важных дел мне не придумать, остаётся блажь в лучших традициях золушкиной мачехи: смешать чечевицу с горохом, и пусть разбирает по мешкам. И как-то такие приказы не вяжутся с попыткой нормального сосуществования.

Пискнул браслет, и на этот раз сообщение было непонятным: адептов призывали быть внимательными в связи с тем, что ожидался «ясный день». Вот не думаю, что чёрных магов погода беспокоит.

Собралась и поплелась на завтрак. Перед уходом заглянула к Ифу. Опять сидит на диване. А перед ним стул, на котором миска с чем-то на вид не съедобном. При виде меня Дем отложил ложку и встал.

– Доброе утро, Иф.

– Утро.

Ни доброе, ни леди.

– Что это? – указываю на миску.

– Доставленный артефактом завтрак.

– Хочешь сказать, что это съедобно?

Я приблизилась, взяла посудину в руки. В ней было нечто вроде серо-коричневой жижи с отвратительным запахом. Не удержалась, подняла к губам и попробовала. Мерзость, однако.

– Я принесу из столовой нормальной еды.

– Было бы замечательно.

– Иф, а что такое «ясный день»?

– Сегодня?

– Да. Просят быть внимательными.

– Плохой день.

– Эээ…. Ладно.

– Праздник белой магии, проводят один или два раза в год, дату назначают произвольно, поэтому его не всегда удаётся отследить. Главное развлечение – совместная атака на Академию чёрной магии с большого расстояния.

– Насколько серьёзно?

– В позапрошлый раз погибли четверо. Не выходите на улицу, не приближайтесь к окнам. Если чувствуете магию, не разбирайтесь что к чему – бегите.

– Ладно, пойду, а то на урок опоздаю.

Когда выходила, заметила, что больше Иф за ложку не хватался.

В столовой царило напряжение. И тема разговора была одна – ясный день. Старалась прислушиваться, но интересного не услышала: ругали белых, желали им всяческих бед и повторяли раз за разом, что магистры усовершенствовали защиту Академии.

Я сложила в сумку бутерброды, старалась брать меньше хлеба, больше мяса. Подцепила с тарелки пирожков, засыпала пригоршню конфет. Оглядела стол, но больше ничего, что легко отнести не нашла. Не йогурт же я в ладошках потащу.

В столовой резко стало тихо – в дверях стоял ректор.

– Адепты, чтобы вы поняли всю серьёзность ситуации, сообщаю лично. На сегодня все занятия отменяются. Вернитесь в комнаты. Вы можете находиться в коридорах жилых уровней. Подниматься в зону отдыха запрещено. Будьте предельно внимательны. На этажах дежурят магистры. Вопросы?

Тишина.

– Ещё раз. Будьте осторожны, – ректор вышел, и столовая буквально взорвалась гомоном, криками, разговорами. Я бросила в сумку ещё несколько бутербродов, доела омлет и поспешила вернуться к Ифу. И он ждёт, и ректор сказал, что на жилых уровнях безопасней.

– Я пришла! – возвестила я с порога. Иф появился в дверях своей комнаты. Я махнула ему, приглашая к себе. Иф следовал за мной. Как бы его расшевелить? Выложила на стол добычу из столовой.

– Приятного аппетита.

– Спасибо.

Иф пристроился за столом и набросился на еду. После тех помоев, которыми его кормили, очень его понимаю. Я продолжала поглядывать на своего демона. Что мне не нравится, так это его внешний вид, точнее одежда. А у меня есть деньги Орана и каталог, про который в мой первый день в Академии говорил куратор Верис. Дождалась, пока Иф доест.

– Хочу, чтобы ты полистал каталог, и закажем тебе нормальную одежду вместо этой.

Иф посмотрел на меня внимательно, а потом тихонько фыркнул:

– Как вы себе это представляете? Я такая вся из себя хозяйка, что бракованный материал заворачиваю в новую высококачественную обёртку? Так магистры не поймут. Или мне здесь сидеть в новом, а на выход переодеваться? Всё равно увидят, и вопросов будет ещё больше. Сейчас магистры поверили, что вы ведёте себя со мной как нормальный чёрный маг, не мешайте им в этом.

Засада. Не могу не признать правоту Ифа.

– И еду из столовой вам стоит перестать носить, потому что заметят и заинтересуются.

– И что ты в таком случае есть будешь?

Иф пожал плечами, потом посмотрел на меня и вздохнул:

– Далеко не все едят в столовой. Некоторые заказывают еду себе в комнату. Вам достаточно заявку отправить, артефакт-то уже установлен.

– Спасибо за подсказку.

Отправила заявку не сходя с места.

– Иф.

– Да?

– При магистрах и прочих тебе придётся меня хозяйкой звать.

– Как прикажете.

Он нарочно? Чувствует, мне неприятна роль рабовладелицы, и напоминает. Собирается снова у меня сочувствие вызвать? Гений манипуляций. Возможно, что идея восстановить отношения не так хороша. Дистанция быть должна. А ещё я должна включить мозг и перестать поддаваться эмоциям.

Достала футляр с камешками и уткнулась в учебное пособие. Не знаю, сколько я так просидела. От учёбы меня отвлекло самое настоящее чудо. Послышалось «оу» от Ифа. Я подняла глаза и увидела, как через верховое окно в комнату залетела самая прекрасная в мире бабочка. Она была крупной, каждое крыло размером с ладонь, и невероятно белой. Она словно изнутри светилась белизной.

– Какая красавица, – шепнула я и поднялась из-за стола.

Бабочка медленно порхала под потолком, завораживая воздушным танцем. Её бы на улицу выгнать. Зачем такой красоте пропадать? Я сделала небольшой шаг вперёд. Бабочка словно почувствовала и начала снижаться. Я протянула руку. Сядет? Ещё ни разу на меня бабочки не садились.

Что-то мелькнуло, и в бабочку попала диванная подушка, прекрасное существо исчезло, подушка упала на пол, и в центре я увидела прожженную дыру.

– Иф?

– Ясный день, – ответил он напряжённо. – Уходим отсюда, скорее.

Через верховые окна влетали ещё четыре красавицы. Я бросилась к дверям, Иф не отставал. Но на пороге мне пришлось остановиться. В коридоре бабочек было уже, наверное, с полсотни, и они прибывали то по одной, то парами вылетая из приоткрытой двери комнаты Ифа.

– Иф, что делать?

– Покинуть уровень. Срочно.

– Как?

– Я не знаю. Попробуйте «Смерч». Это крылатые твари новое изобретение белых. Быстрее!

Я оглянулась. В комнате уже порхал десяток.

Значит, «Смерч». Сосредоточилась, скрутила сразу несколько вихрей и выпустила в коридор. Бабочки, попадавшие в вихрь лопались и рассыпались миллионом маленьких искорок, которые медленно осыпались и затухали, напоминая мини-салют.

– Плохо дело, – прокомментировал Иф. Заклинанием уничтожило большую часть белокрылых. Хотела создать ещё парочку завихрений чёрной магии, но Иф скомандовал:

– Бежим!

И мы рванули по коридору. Попадавшихся бабочек он просто сбивал покрывалом, которое успел подхватить с моей кровати. Добрались до входной двери, в общем коридоре было пока тихо. Я захлопнула дверь и обернулась к Ифу:

– Теперь куда?

– Где собраны адепты?

– На жилых уровнях. Нам сказали вернуться в комнаты.

– Давайте туда.

Мы пошли вверх по лестнице, миновали первый коридор, который уводил из жилой части. Поднялись на пол пролёта. Навстречу хлынула белая лавина.

– Бабочки!

Мы выскочили в коридор и побежали.

– Библиотека, – сказал Иф на бегу. Я не возражала. Её он знает как свои пять пальцев. Мы свернули из главного коридора. Иф остановился, я тоже. Постаралась унять сердцебиение и восстановить дыхание. Да уж, я перетрусила.

– Поставьте здесь щит. Можем больше не бежать. Пока безопасно.

– Иф, у меня только самые простые получаются.

– Хоть что-то, – он безразлично пожал плечами.

Делаю простой. Иф кивнул и неспешным шагом двинулся к библиотеке.

– Иф, как они проникли?

– Я не знаю. Похоже, белые нашли слабое место в защите Академии. Бабочки проходили сквозь стекло.

– Э-э-э.

– Я только очень приблизительно об этом читал. Вы же видели, что бабочки светились?

– Да.

– Они, условно говоря, и есть свет, который прошёл через окно, а потом преобразовался в бабочек.

– Вот так…

– Они почти не опасны. По-настоящему смертоносное защита бы точно не пропустила. Даже вы с ними справились.

Мы добрались до библиотеки.

– Лучше остаться в общем зале, – сказал Иф. – Из кабинета убегать некуда.

Разумно. Я уселась на пол. Иф пристроился рядом.

– Ничего опасного, – повторил он, – Это вам с отдельным уровнем не повезло. Полетают по Академии, их всех нейтрализуют. Думаю за час управятся. Главное сейчас найти их источник за пределами Академии. А молодцы белые – такое придумать. Раньше такая «световая трансформация» была лишь теорией.

– А с тьмой так можно?

– Не знаю. Не слышал, чтобы кто-то пытался.

Послышались быстрые шаги. Я на всякий случай встала на ноги, Иф тоже поднялся. В библиотеку вошёл магистр Дайнич:

– Вот ты где, деточка. Заставила старика поволноваться.

– Магистр?

– Жива, и то хорошо. Адептов-то мы быстро от окон отвели, и щитами жилую зону закрыли. Бедняжка. У нас всё отработано, только, получилось, на девочку не рассчитано. Но ничего. К тебе спустился, столько тварей этих. Тебя нет… Я скорей огонёк вызвал, а он мне и показал, что ты, молодец, спряталась. Теперь бегают магистры по Академии, бабочек отлавливают. А мы тут пока побудем. И идём, детка, в кабинет. Со мной не пропадёшь.

– Спасибо.

Иф услужливо раскрыл для нас двери. Магистр прошёл первым и уселся на диванчик, тут же потянулся за блюдом с пирожными. Я села за рабочий стол. Иф чуть покосился на магистра и остался стоять.

– Тот самый советчик, что отправил тебя ко мне? – вдруг спросил Дайнич, указывая кивком на Ифа.

– Да, магистр.

– Иди-ка сюда, демонёнок.

Иф бросил на меня быстрый взгляд и приблизился к магистру.

– Ты полагаешь, что я должен задирать голову, чтобы тебя увидеть?

– Простите, господин, – Иф опустился на колени. От Дайнича я не ожидала. Магистр повернулся ко мне:

– Мой недогляд, детка. Я сначала решил, что у тебя советчик из преподавателей или адептов. О демоне я подзабыл.

– Всё хорошо, магистр Дайнич. Он давал хорошие советы.

– Дурочка. Давай, скажи, что ты задумал, когда стал ей помогать, – Дайнич цепко ухватился за подбородок Ифа и заставил его смотреть себе в глаза.

– Освободиться.

– А что ты с нашей Викой сделать хотел?

– Подчинить и использовать.

– Детка, для тебя это не новость?

– Уже нет.

– Значит, обошлось. Недоглядел. Вика, постарайся запомнить. Для этого демона всё кончено. Он сломан, и милой с ним быть поздно. Не подставляй ему спину.

– Он может причинить мне вред?

– Нет. Но если такого способа нет сейчас, это не значит, что он не придумает его завтра. Короче, держи его в узде.

– Да магистр.

Дайнич отпустил Ифа, и тот, поднявшись, подошёл ко мне, сел на пол:

– Хозяйка.

Дайнич потянулся за очередной вкусностью. Пискнул браслет. И не мой.

– О, угроза ликвидирована. Собираемся все в общем зале. Пошли, адептка. И этого с собой бери.

Магистр бодро шёл вперёд. Если бы не седина и морщины, дала бы ему не больше сорока.

– И чего отстаём?

Я прибавила шаг. Магистр совсем не по-взрослому хихикнул, и резко встал. Со стороны боковой лестницы к нам порхала вереница из шести бабочек. Белокрылые создания описали под потолком круг и заскользили в нашу сторону.

– Деточка, ну-ка разберись с этими тварюшками.

Я скрутила смерч и ударила. Магистр расхохотался и весело уточнил:

– Детка, а когда тебя комар в щёку кусает, ты его молотком прибиваешь, а?

Созданный мною вихрь просвистел мимо бабочек и врезался в стену, после чего был поглощён защитой Академии.

– А когда из комнаты убегала, сработало.

– Сколько их было там, сколько здесь? – деловито поинтересовался Дайнич.

Да, в коридоре промазать было сложно.

– Детка, поспеши, если хочешь с ними разобраться.

Тогда я просто выпустила магию бесформенной массой, лишённой цели. От соприкосновения с ней бабочки лопнули и взорвались сотней маленьких огоньков.

– Всё-таки комара ты бьёшь кувалдой. Надеюсь, нам ещё хоть парочка голубков попадётся.

Увы, до зала мы дошли без приключений. А пришли мы последними, потому как ректор кивнул Дайничу и заговорил:

– Адепты Академии чёрной магии, сегодня белые вновь объявили ясный день и вновь показали свою несостоятельность. Все атаки кроме одной были легко отражены защитой нашей Академии. В здание смогли проникнуть лишь бабочки, созданные белыми из света, и потому прошедшие сквозь стёкла. Ставни уже опущены, и мы по-прежнему неуязвимы. Поднимать ставни без моего особого разрешения запрещено. Покидать стены Академии запрещено.

Ректор сделал паузу, оглядывая зал и добиваясь полного внимания.

– Белые должны ответить за гибель адепта Тима.

Стало абсолютно тихо. Тима? Знакомо. Неужели погиб парень, пытавшийся «арендовать» у меня Эрика в случае удачного для меня исхода дуэли?

– Вопреки предупреждению, адепт Тим, увидев белую бабочку, попытался её поймать, а не отойти на безопасное расстояние. Из окна следом за первой бабочкой последовали другие. Останки адепта в Башне смерти. Прощание состоится в полночь.

Ректор замолк, и зал замер в тишине.

– Белые заплатят! – возвестил ректор, и зал взорвался криками, свистом, аплодисментами.

Вернулась в комнаты. Я запнулась на пороге: весь коридор был в подпалинах, формой напоминавших бабочек. Думать не хочу, насколько пострадали комнаты. Иф следовал за мной молчаливой тенью. Как же это раздражает. Он свернул к себе, но тотчас послышался его голос:

– Обед уже доставлен.

Заглянула к нему. Тоже кругом следы атаки белых. Но сильнее всего досталось дивану: ножка окончательно отвалилась. Придётся что-то думать.

– Идём обедать ко мне. Слушай, а ремонт тоже можно заказать?

– Можно. Только… очередь же.

– Хм.

У меня в комнате тоже было печально: куда ни глянь, подпалины в форме крыльев бабочки. Могу со всей уверенностью утверждать, что цвет магии с моральным обликом не связан. Мебель зато цела, пострадала обивка, подушки на диване, постельное бельё. А вот балдахин на кровати превратился в прожжённую тряпку. Оглядев всё, я содрала с подушки наволочку и непострадавшей стороной протёрла стол.

– Давай сюда.

Иф поставил поднос на стол.

– Надо же как Тим погиб.

Вместо ответа услышала лёгкое завывание, доносившееся из-за заставленных ставнями окон.

– Дем, это что?

– Буря начинается. Ясный день всегда заканчивается ливнем, штормовым ветром, грозой. Не просто так выходить из здания запретили.

– Ох ты, а это почему так?

– Особенность срабатывания защиты Академии.

Я услышала первые крупные капли, бьющие по стеклу. Всё веселее и веселее. Мы молча склонились над тарелками. После обеда я хотела отправить заявку, но обнаружила, что мне ремонт мне уже назначили: часть комнат подлежали преобразованию в клетки, вольеры и камеры. Скопом я могла переделать жилые помещения на свой вкус.

– Ты как? – спросила Ифа.

– Лучше. Знаете, благодаря нормальной еде у меня начинает восстанавливаться способность к регенерации.

– Здорово.

Без четверти полночь я вместе с другими адептами и магистрами поднималась в Башню смерти. Из уважения к покойному перемещаться в Башню телепортом запрещалось. К моему удивлению, прощаться пришло не так много народа.

Мы поднялись на самый верх. Круглый зал, в центре которого на возвышении лежали обгоревшие останки Тима. По периметру возвышения, у самого пола, горели факелы. Без пяти полночь крыша башни пришла в движение, обозначились треугольные сектора, которые сдвинулись и убрались в стену. Мы оказались на круглой площадке под самым небом. Ровно в полночь факелы вспыхнули сильнее, огонь побежал по возвышению и обхватил останки Тима. В тишине все наблюдали, как огонь съедает тело, слышался только треск самого пламени. Пепел подхватил ветер и унёс. Когда ничего не осталось, пламя потухло. По-прежнему храня молчание, адепты и магистры разошлись.

К себе я вернулась с чётким ощущением неправильности: Тим не показался мне дураком, который погонится за белой бабочкой. С другой стороны, мне ли не знать, насколько порой расходятся слова магистров с действительностью.

– Иф, я вернулась.

Он мне не ответил. Возможно, уже спал.

21

Два дня прошли тихо, а на третий произошли сразу две вещи: во-первых, на моём уровне начался полномасштабный ремонт, а во-вторых, магистры и старшие адепты отыграли первый акт мести за ясный день: совершили рейд и доставили в Академию шестнадцать белых магов, четверо из которых точно участвовали в создании бабочек.

Вечером объявили открытие сезона боёв. Все желающие из тех, кто в достаточной мере владел боевой магией, могли участвовать. Ограничение было одно: не убивать и не калечить белого, чтобы как можно большее число желающих могло попробовать себя в бою. Ранить разрешалось.

Для белых это был шанс умереть с честью на арене, а не в камере пыток. И, разумеется, несколько магистров страховали поединок, чтобы адепт получил защиту при необходимости. Кстати, и Харп, и Дайнич, посоветовали сходить в качестве зрителя. Я согласилась.

И согласилась я не ради боёв, хотя посмотреть на боевую магию в действии тоже неплохо. Это один из тех разделов, которому я уделю внимание, когда освою до конца азы магии. Я шла на поединок с мыслью, что четверо из шестнадцати знают, как сделать бабочку. И я хотела эту информацию.

Если переделать белое заклинание под себя, то можно обзавестись ещё одним козырем. Остаётся убедить ректора отдать мне белого и убедить белого научить меня бабочкам. Решаю поэтапно. И одна идея у меня есть: Дайнич сказал, что интереснее смотреть бои, а не их открытие, на котором присутствует ректор. Но вот мне нужен именно первый маг Академии.

Пользуясь своим положением личной ученицы, я подошла поприветствовать ректора. Он, как я и надеялась, предложил сесть рядом с ним.

– Решили повеселиться?

– Да, развеяться хочется, а то учёба, учёба, учёба.

– Думаю, тебе понравится.

– Уверена. Магистры рекомендовали как очень занимательное зрелище.

– Хочешь изучать боевой раздел?

– В перспективе.

На арену вывели шестнадцать человек, одетых в белое. Маги были преимущественно молодые, все как один в рубашках с воротником-стойкой, брюках со стрелками, босые. Я разглядывала их, пытаясь угадать, кто из интересующей меня четвёрки.

– Напоминает нашу форму, – осторожно протянула я.

– Так и есть, наша форма, только белая версия. Это они здесь переоделись. Поединок должен выглядеть солидно.

Кивнула и сосредоточилась на происходящем. Пятнадцать магов увели почти сразу.

– Система простая, – решил просветить меня ректор, – Каждый день бьётся новый белый, до тех пор, пока способен. За пятнадцать дней отлежится, и снова на арену. Думаю, месяца полтора бои продлятся.

– Здорово.

Ректор мне улыбнулся очень доброй улыбкой.

– Начинают младшие, чтобы белых быстро не угробить. Сегодня не очень интересно.

– Смотреть не интересно, а мне увидеть, что могут начинающие, очень даже полезно.

– Не поспоришь.

Оставшийся на сцене белый маг отошёл в один край, а с противоположной стороны появился адепт Академии. Он приветствовал зрителей рукой, затем поклонился залу как заправский актёр и перетёк в боевую стойку. Белый не раскланивался. Он уже приготовился. Прозвучал сигнал начала.

Белый молниеносно закрылся щитом. Тотчас с кончиков его пальцев сорвалось заклинание и полетело в сторону адепта. Парень едва успел поставить щит. Белый продолжал атаковать, так что адепт ушёл в глухую оборону. Но всё равно поставленные им щиты не выдержали. Заклинание белого неслось на оставшегося без защиты парня. Блокировал атаку магистр, он же объявил бой оконченным. На место первого адепта тут же вышел второй.

– Действительно, скучно.

– Самые умные начинашки стараются идти номерами 10-15, к этому времени белый вымотается, и его можно будет достать.

– Тогда старшие, получается, нормального противника никогда не получают?

– Получают. Двоих магов, здесь мы их не показывали, специально отрядили для учебных поединков.

Второй адепт выступил ещё хуже, чем первый, а вот четвёртый себя проявил. Щит он поставил почти также быстро, как и маг, затем окружил себя завесой из чистой силы, которая удар белого должна была сгладить, а затем атаковал сам.

Заклинание адепта развеялось о защиту белого. Собственно выглядел бой не слишком зрелищно: двое просто стоят и смотрят друг на друга. И только магическим зрением видно, как маги сплетают силу в конкретные формы и бросают в противника. А ещё я узнала, почему магия делится на чёрную и белую. Это буквальное название, дано по цвету. Если к чёрным плетениям я привыкла, то увидеть белый узор, посланный в адепта, для меня оказалось своего рода сюрпризом.

Впрочем, сдулся четвёртый парень быстро. Его место занял новый, потом ещё и ещё. Где-то на восьмом адепте белый запнулся, щит появился не сразу, а с секундной задержкой после сигнала.

– О, до первой крови недалеко, – прокомментировал ректор. Недалеко вылилось в четыре полноценных поединка. Только двенадцатый адепт сумел пробить защиту мага, и белоснежная рубашка окрасилась в алый. Маг ответил заклинанием, с минуту бойцы сражались, адепт не выдержал темпа, и магистру пришлось снова вмешаться.

Вышел тринадцатый, не продержался и трёх минут. А вот четырнадцатый рискнул: не стал ставить щит, а сразу атаковал чем-то простым и быстрым. Белый не успел, и был отброшен на пол. Адепту засчитали победу, и он с видом победителя принимал овации зала, пока белый с трудом вставал.

Следующий адепт оставался в рамках классики. Он поставил щит, затем ударил. Защиту белого пробил со второго захода. Маг отпрыгнул в сторону. На трибунах засвистели. Очередной магический удар, и расплывается новое пятно крови, теперь на брюках.

Адепт победил. Следующий, затем ещё один. Белый заметно сдал. Активно атаковать он больше не пытался, всё больше защищался, пытался увернуться, отпрыгнуть. И каждый раз его доставало чёрное заклинание, он падал, вставал и начинал сначала с новым адептом.

На арену вышел шестнадцатый.

– Думаю, последний, – шепнул мне ректор.

Серия из коротких чёрных заклинаний, щит белого не выдерживает, и в мага попадают сразу несколько плетений. Он завалился на бок. Рубашка стала алой почти вся. Кровь появилась на лице, думаю, что пошла носом. Маг пошевелился, но подняться больше не смог. Зрители засвистели, затопали. Я неприязненно поморщилась.

Над магом склонился магистр, осмотрел его, после чего обратился к трибунам. Бои первого дня завершены. Кто-то, не рассмотрела, подхватил мага и утащил с арены. Так, я не за этим пришла. С милой улыбкой поворачиваюсь к ректору.

– Что-то хотели, адептка?

– Да, магистр. Я хочу, чтобы мне было на ком отработать одушевлённую магию. Ведь кроме учебных пособий у меня ничего нет. Как мне быть? Я подумала, что можно отрабатывать на белом маге. У меня вчера начали ремонт и две комнаты уже полностью переоборудованы.

– Да, я слышал.

– Можно мне?

– А ты которого хочешь?

– Того, который бабочек запускал и делал. Я ведь её чуть не схватила, – и добавила тихо, словно про себя. – Может, и пытки на нём попробую.

Ректор рассмеялся, а потом серьёзно уточнил:

– Как ты его контролировать будешь?

– Существует зелье, способное заблокировать магию. Я думаю, что его осилю.

– Заранее всё продумала.

Смысла врать нет, я кивнула.

– Хорошо, даю добро. Идём.

– Сейчас?

– А зачем тянуть?

Я радостно закивала. Ректор хмыкнул и провёл меня в помещения, располагавшиеся под ареной. Коридор, по сторонам которого шли зарешёченные камеры. В части из них находились мужчины, которых выводили на сцену в самом начале.

– Бабочек создавали вот эти двое, этот и тот, – ректор указывал пальцем. Я поглядела на мужчин. Первый лет двадцати пяти, но смотрит так, что мне жутко становится. Второму к сорока. То есть не мне с ним тягаться. Смотрю на оставшихся. Парень лет двадцати, старается стоять прямо и гордо, но морщинки, собравшиеся вокруг глаз, выдают неуверенность. Другой – постарше, поспокойней, на лице снисходительная гримаса.

– Он, – показала на самого младшего.

– Отличный выбор. Мальчик, – обратился ректор к пареньку, – ты же не хочешь, чтобы я сделал тебе очень плохо и больно?

Парень едва заметно мотнул головой.

– Тогда будь паинькой.

Белый закивал.

Ректор раскрыл ладонь, и я увидела у него в руке артефакт – уменьшенную копию того, что установили в комнате Ифа. В руке возникла бутылочка с мутной беловатой жидкостью с осадком в виде хлопьев на дне. Ректор бутылочку основательно потряс, после чего протянул её парню и скомандовал:

– Пей до дна, чтобы ни одной капли не пропало.

Белый вытащил пробку, глубоко вздохнул и проглотил содержимое залпом. Он вытаращился, стал хватать воздух, схватился за горло и упал без сознания.

– Что с ним? – спросила я.

– Обычная реакция на зелье. Очнётся через полчаса. Иди давай к себе, адептка, принимай товар. Его тебе сейчас доставят.

– Спасибо.

Ректор кивнул и ушёл, а я ещё раз взглянула на магов. В дальней камере лежал тот, что сегодня был на сцене. Я поспешила убраться восвояси.

Двадцать минут спустя я стояла по центру ранее пустовавшей комнаты. Теперь она была превращена в местный тюремный отдел. В каждом углу установили по клетке, и в одной из них на тюфяке был брошен мой парень. От его щиколотки тянулась цепь, другим концом крепившаяся к полу.

Парень шевельнулся, и начал медленно садиться. Итак, устанавливаем взаимоотношения. Парень считает, что я чёрный маг, и ничего хорошего от меня ждать нельзя. Вот от этого плясать и будем. Тем более, я действительно зла за бабочек. Надо бы выяснить позже, какое он участие принимал в атаке на Академию.

Парень сел, сейчас он был ко мне спиной, покрутил головой, заметил меня и развернулся. Я шагнула к решётке вплотную, обхватила ладонями прутья, чуть улыбнулась и задала первый вопрос:

– Как зовут?

– Ян.

– Мило. Меня можешь звать Викторией. Нам предстоит, надеюсь, долгое сотрудничество.

– Сотрудничество?!

Я пожала плечами:

– Более точное слово подбирать мне лень.

Ян шевельнул пальцами. Рот его открылся, он посмотрел на свои руки, пытаясь понять, что не так.

– Убить меня хотел? – поинтересовалась я, поднимая брови.

– Что вы со мной сделали?

– Лишили магии. Использование тебя в поединках отменяется.

– Вы будете меня пытать? – сглотнул он.

– Как вариант.

Я вышла из комнаты. Пусть посидит в одиночестве, подумает.

– Иф, – позвала я.

– Да?

– Пожалуйста, в ту комнату не заходи.

– Как прикажете.

Кивнула и ушла к себе. Завтра у меня ремонт в жилой части. До прихода дядечек я должна точно представлять, что хочу получить. А хочу я… Никогда не имела собственного дома от и до: мамина однушка, комната в коттедже матери отчима… Сейчас мне отдали целый этаж в полное моё распоряжение. Отдали на неограниченный срок, пока учусь, пока защищаю магистерскую. Думаю, оставят и, когда я получу звание, раз хотят видеть меня в Академии. Может быть, только может, здесь всё не так плохо. Достала лист и принялась чертить схему расположения мебели.

Ремонтники сделали даже лучше, чем я мечтала. Полностью восстановили кровать с балдахином, всю спальную зону и зону отдыха оформили в глубоких болотно-зелёных тонах. Спальню от гостиной отгородили тонкой расписной стенкой, отдельным сделали рабочий кабинет, и его оформили в терракотовом стиле. Коридор до входной двери наоборот стал светлым, почти воздушным. Около двери организовали небольшую приёмную. Отремонтировали комнату Ифа, выдали ему простую, но удобную мебель и обещали, что завтра закончат с камерами.

Я наведалась к Яну, принесла ему воды и еды.

– Ещё не сейчас, попозже начнём, – сказала я ему и вышла. Успеваю на три урока сегодня. Как я соскучилась по «Верховой езде». Обязательно завтра пойду встряхнуться. Вечером я вновь пришла к Яну.

– Соскучился?

Он вздрогнул и не ответил.

– Расскажешь мне о себе, или перейдём к следующей части общения?

Ян мигнул:

– Расскажу. Что вы хотите знать?

– Для начала основные вехи биографии.

– С пяти лет начал обучаться магии дома, два с половиной года назад был принят в Орден.

– В Орден…, – протянула я, обнаруживая значительный пробел в образовании. Так, надо сейчас же расспросить Ифа, почитать, и рассмотреть политическую карту Нозаны.

– Как до бабочек додумался? – перебила я весёлым голосом.

– Я? Это не я.

– То есть это не ты их на Академию натравливал?

– Я участвовал.

– Как?

– Вам подробности их создания?

– Ага.

– Это не тайна, могу рассказать. Но вы не поймёте.

– Думаешь, тупая? – уточнила я и нахмурилась. Если он перестанет меня бояться, будет плохо. Причинять боль я мальчику не хочу, но я должна его контролировать.

– Ни в коем случае, Виктория. Это я не хорош в объяснениях. Мне бы по схеме объяснять…

Я вышла из комнаты ни слова не говоря, прошла в рабочий кабинет и достала перо, несколько листов бумаги. Затем вернулась к нему:

– Рисуй.

Парень закивал. Вот и славно, пусть занимается полезным делом. Если мне удастся переделать бабочек, то может получиться и другие премудрости белых «очернить».

– Иф! – позвала я, открывая дверь кабинета. Села за свой шикарный стол, рассчитанный на десятерых и попавший в моё безраздельное пользование. Демон уже топтался на пороге. Жестом предложила ему сесть. Иф опустился на стул и настороженно на меня уставился.

Я побарабанила костяшками пальцев по столу, затем оперлась о стол локтями и придвинулась к Ифу.

– Странно получается, – начала я. – Про вымерших агатов я в курсе, а о Нозане у меня нет ни малейших представлений. Белый заговорил об Ордене, а я понятия не имею, что это такое, и с чем его едят.

– Курс «Всезнание»…

– Нет, Иф. Курс хороший, но бестолковый. Мне нужна информация по политическому устройству Нозаны.

– Такого учебного пособия нет, – ровно произнёс он.

– Мне нужна информация, Иф.

– Из учебного пособия по «Всезнанию» вызовите карту.

Нозана представляла собой мир из трёх континентов. Два из них располагались приблизительно на одной широте, а третий континент был значительно севернее, и оканчивался вытянутым полуостровом. Не повезло кому-то жить на нём. Впрочем, не факт, что «край мира» обитаем.

– Где наша Академия?

Иф указал на полуостров. Кто бы сомневался. Зато море есть, пусть и холоднющее.

Левый из пары континентов принадлежал Империи Лора, правый делился между несколькими государствами, и, по словам Ифа, светлые преимущественно обитали на нём, на южном берегу.

– Орденов несколько, – пояснил Иф, – и они разные. Есть более самостоятельные. Бывает, что распространяют своё влияние на несколько стран. Есть ордена, которые полностью зависят от монархов.

– Везде, получается, королевская власть?

– Да, иных форм на Нозане не существует.

Наш материк являлся особенным. Да, он также был разделён несколькими королевствами. А вот полуостров не принадлежал ни одной стране. Академия чёрный магии никогда, по словам Ифа, не была просто учебным заведением – своего рода республика, государство, поместившееся в Цитадель.

22

Утром я заглянула к Яну, принесла ему завтрак, забрала исписанные листы.

– Посмотрим, что ты тут наваял, – протянула я, пряча их в сумку. – Если ты молодец, дам конфетку.

– Этот эффект зелья, – он кивнул на меня, – Зачем?

– Ты о чём?

– Я воспринимаю тебя как девушку.

– Э-э-э-э… Знаешь, я и есть девушка.

– Думаешь, я поверю? Женщин-магов не бывает.

– Я землянка.

Парень сначала открыл рот, вытаращился, а потом отошёл подальше. Позже с ним разберусь. Иф уже накрывал завтрак в гостиной. Ели мы в тишине. Ловила только на себе его задумчивые взгляды. Опять планирует манипуляцию? Ну-ну. Я теперь злая и недоверчивая. Мельком проглядела листы, исписанные Яном. Он серьёзно? Или издевается. Влетела к нему, потрясая бумагой.

– Это что?!

– Как вы и сказали…

– Это халтура! Переделай так, чтобы мне понравилось. К моему приходу, – добавила я. Объяснила бы ему, насколько он неправ, но от входной двери послышался сигнал – ремонтники прибыли заканчивать с превращением комнат в камеры. Пустила их, а сама ушла на уроки.

Всё шло как обычно до «Демонологии». Магистр Гвидо потирал руки, а на губах его играла предвкушающая улыбка.

– Магистр?

– Сегодня тебе должны были закончить делать ремонт.

– Так и есть.

– Отлично, идём. Надо же проверить. Слышал, ты себе белого мага попросила?

– Да, я хочу отрабатывать на нём одушевлённую магию.

– М-м-м… Здорово придумала. А почему не на демоне?

– Боюсь добить. А он мне ещё для учёбы пригодится.

Дала магистру единоразовый доступ и пропустила в коридор. Камеры мужчина осматривал со знанием дела, цокал языком, одобрительно кивал, проверял цепи, ремни – оказывается, мне установили пыточное кресло. Одной комнате Гвидо уделил очень много внимания: небольшая клетка. По центру два стола – один явно рабочий, а второй отдалённо напоминал операционный, и к нему прилагались ремни-крепления.

– Поняла, зачем эта комната?

– Сюда доставят демона из Пустоля.

– Да. Верно.

Магистр на меня прищурился:

– Ждёшь?

– Жду, – покладисто согласилась я.

– Далеко не убегай. Через час доставим.

Рот у меня открылся сам собой.

– Вижу, что рада, – улыбнулся магистр и потащил меня смотреть на Яна, который сейчас писал о бабочках. Не уверена, что магистру о моих интересах надо знать всё. Надо предпринять что-то и срочно.

– Магистр, – обратилась я. – А вы могли бы вернуться ещё раз к креслу? Я не уверена, что разобралась с ним.

– Конечно, – магистр, похоже, был в хорошем настроении. Я чуть приотстала, и, дождавшись, когда он шагнёт в мою личную пыточную, распахнула дверь комнаты Ифа, – Быстро, – зашипела я, – зайди к белому, забери листы и спрячь в ящике моего стола.

– Слушаюсь.

Я же рванула к магистру:

– Извините, проверяла демона, мне показалось, он расслабился.

– Да, это правильно. Так, с чем именно не разобралась? Смотри.

И я выслушала получасовую лекцию о крепежах, способов сдавить руки и ноги, переломать жертве кости. Магистр, по-моему, вошёл в раж. Я даже испугалась, что он затребует Ифа для демонстрации. Обошлось:

– Увлеклись мы. Идём к белому.

– Конечно, магистр Гвидо. Спасибо, вы так понятно и интересно рассказываете! – щебетала я, изображая восторг. Он в ответ довольно улыбался и кивал. Неужто понимает, что я вру? Мы вошли в комнату с четырьмя клетками, в одной из которых на цепи сидел Ян. Увидев магистра, он в двойне напрягся и нахмурился.

– Зелье? – деловито уточнил Гвидо.

– Да.

Ян нервно дёрнулся и рявкнул:

– Уроды, ненавижу! Извращенцы!

– С ненавижу понятно, а первое и третье почему?

– Почему?! Я вижу девочку!

Магистр несколько озадачился:

– Адептка Виктория девушка. Гордость Академии. Подающая надежды юная магичка.

– Девушка? То есть это не эксперимент с зельем? Я действительно вижу девушку?

– Да.

Магистр как-то интерес подрастерял и вышел в коридор:

– Заперт он надёжно, главное, не забывай заставлять его пить зелье вовремя.

– Конечно, магистр.

– До встречи через час, – Гвидо покинул мою жилплощадь.

Я почесала кончик носа. У меня есть час, то есть начинать разговор про бабочек рано. Зато можно вполне выяснить, чем Иф занят в моём кабинете.

Иф сидел за столом на стуле для посетителей и рассматривал своё крыло, край которого он перекинул вперёд. При моём появлении вскочил.

– Что с крылом?

– Не уверен, но мне показалось, начинает восстанавливаться.

– Хорошо.

– Правда? То есть вы не станете мне его отрывать, обрабатывать мазью против регенерации?

– Нет, Иф, у меня нет причин так поступать.

Демон ничего не ответил. Не верит? Возможно. Но это не мои трудности.

– Иф, – спросила я, – расскажи мне про белого мага. Как зашёл, что было.

– Ваш пленник, когда меня увидел, рассмеялся, говорил, что зелье больше не действует и упорно называл меня вашим именем. Я забрал бумаги, больше ни о чём не говорил. Разрешение зайти к нему было разовым?

– Разовым.

Иф кивнул.

– А как когти? – поинтересовалась я.

– Пока никак.

– Скоро здесь появится ещё один демон.

Иф удивлённо распахнул глаза.

– Да, мне доставляют кого-то из Пустоля. Я хочу, чтобы ты поработал сиделкой.

– Как прикажете.

– И объяснишь, какие зелья лучше всего должны помочь. Кое-что я приготовила, но моих наработок не хватит.

– Слушаюсь.

Сказал бы ещё «повинуюсь» для комплекта. Час я не находила себе места. Чувство, что демоны на меня посыпались как из рога изобилия, и все контуженные и неадекватные. Вот не верю я, что мой новый постоялец после магистра Огиана и пребывания в коконе чёрт знает сколько будет дружить с головой. А если учесть, что контролирую я только Ифа, и то поверхностно… Короче, жду проблем и неприятностей.

Чтобы успокоиться, достала художества Яна. С одной стороны, парень молодец, отлично воспроизвёл статью из учебника. Рассказал даже краткую биографию мага, придумавшего первым идею «трансформации света», но вот инструкции создания белокрылых я опять не увидела. Придётся признать, что сама виновата – должна была чётче поставить задачу. Займусь, когда разберусь с коконом, который доставят с минуты на минуту.

Ожидаемый сигнал всё равно заставил вздрогнуть. Я прошла по коридору, открыла дверь разом похолодевшими пальцами. На пороге стоял магистр Гвидо, за ним двое адептов с носилками в руках. Я пригласила проходить. На носилках лежал не очень крупный кожистый кокон.

Магистр провёл адептов в комнату с «операционным» столом.

– Перекладываем.

Носилки опустили на пол. Адепты подхватили кокон, переложили на стол, и магистр лично зафиксировал его ремнями.

– Не беспокойся, открыться крыльям это не помешает. Другое дело, если крылья открываться не будут… Тогда через два дня их отрежем.

Он махнул адептам, и я осталась один на один с коконом.

– Иф, – позвала я.

– Да?

– Демон из Пустоля. Можно помочь чем-то уже сейчас?

– Нет, только ждать, когда откроются крылья. Если вы не собираетесь их отрезать.

– Что будет, если отрезать?

– Она умрёт.

– Она?!

– Это девочка. Видите тёмно-фиолетовую сеточку прожилок на крыльях? Такие только у подростков женского пола бывают.

Я разразилась бранью.

– Иф, а когда помочь можно?

– Когда крылья приоткроются. Если приоткроются.

– Посиди с ней.

Иф кивнул, и удивительно, не стал заострять внимание на том, что это приказ. Я выгрузила на стол все заготовленные зелья, расставила их по группам, дала Ифу короткие пояснения. Видно, что он слушал, запоминал. Потом бросил на меня полный сомнения взгляд, но всё-таки спросил:

– Что вы с ней будете делать, когда очнётся?

– Лечить.

– А потом?

– Не знаю.

Иф кивнул, словно услышал на свой вопрос ответ, который и хотел получить. Подумав, я отстегнула ремни.

– Может, её в комнату?

– Нет необходимости.

Я вышла. Помочь ребёнку ничем не могу, зелья оставила, если что, Иф позовёт. Даже лучше, чтобы она очнулась, и рядом был демон, а не я. Пойду займусь-таки бабочками.

Взяла чистые листы и наведалась к Яну.

– Опять не то, – выдала я ему с улыбкой.

– Это вы так издеваетесь? Я больше ничего не знаю.

– Конечно, издеваюсь. Какие могут быть сомнения. А раз ты больше не знаешь, – сделала вид, что задумалась. – Тогда сочини мне очень подробную, пошаговую инструкцию по трансформации света. Такую, чтоб самый глупый белый маг мог воспроизвести.

Ян взял у меня листы.

– Кто не работает, тот не ест, – бросила я ему. Кажется, с домашними делами разобралась, можно приступать к домашним заданиям. Я уже ложилась спать, когда услышала крик Ифа:

– Сюда! Скорее.

Я подскочила с кровати, и рванула в комнату. Раз зовёт – дело плохо. Я застыла на пороге: девочка больше не была в коконе, крылья распустились, висели двумя кожистыми лоскутами, а она билась в конвульсиях, выгибалась и стонала, Иф её с трудом удерживал.

– Скорее, голубую склянку.

Я подскочила к нему, подхватила зелье, которое в целом помогало усилить регенерацию. Вырвала пробку, стала капать его девочке на лицо, шею, грудь, живот, параллельно втирая жидкость в кожу лёгкими массирующими движениями. Страшные судороги слегка стихли, теперь девочка просто тряслась.

– Давайте то, которое пить.

Поднесла ей к губам очередную склянку. Девочка была без сознания, и напоить оказалось проблемой. Я боялась, что она захлебнётся. Но обошлось. Девочка, почувствовав во рту жидкость, начала сглатывать. Половина, конечно, пролилось. Постепенно, малышка затихла.

– Засыпает? – уточнила я шёпотом.

– Без сознания, – мрачно произнёс Иф.

Боги, я же не медик.

Всматривалась в её лицо. Человечка, слегка прикус отличается, наверное, клыки. Черты правильные, волосы слегка вьются. Веки плотно закрыты, и отчётливо заметны длинные чуть изогнутые ресницы. Скользнула взглядом по фигуре: хрупкая, маленькая, со стола свисают два крыла. Когти втянуты, не рассмотреть.

– Красивая, – сказала я.

– Лучше сейчас изуродуйте, пока она не очнулась, – буркнул Иф. Я аж подпрыгнула. С ума сошёл? Видно, взгляд у меня был красноречивый. Иф прикусил губу и склонился над девочкой. Сам, не спрашивая, взял склянку, и принялся втирать снадобье ей за ушами.

– Как она?

– Должна была давно очнуться.

– Плохо.

– Не то слово.

Девчушка продолжала неподвижно лежать, дыхание едва угадывалось. Не похоже, что она собирается приходить в себя.

– Иф, иди отдыхай, а я посижу-покараулю. Потом подменишь.

Он кивнул и вышел. А я уселась на стул подле девочки. Надо бы привлечь белого к исцелению. Только выясню, насколько он профпригоден. Дала очередную порцию лекарства. Девочка по-прежнему едва дышала, только часа через четыре её дыхание стало чаще, она довольно отчётливо простонала и дёрнулась. Только бы не опять судороги! Но нет, она обмякла, а потом вдруг открыла глаза. Я потрясённо замерла: у девочки был чистый прямой взгляд фиалковых глаз.

– Мама? – прошептала она.

– Детка, глоточек лекарства, – приложила я склянку к её губам. Она послушно выпила, вздохнула, глаза её закрылись, и, кажется, она уснула. Бедный ребёнок. Что бы ни сказал Иф про то, что на столе ей нормально, пусть отнесёт её ко мне на кровать. Не хочу, чтобы она пришла в себя в пыточной камере. Для Ифа моя смерть ведь означает разрыв связи, влекущий за собой его гибель? Вот пусть и думает, как переубедить девочку отрывать мне голову, когда она придёт в себя в достаточной мере. А то ишь, мама.

Начала клевать носом. Осталось отсидеть полтора часа, и придёт Иф. Я не сразу даже сообразила: девчушка выгнулась дугой, глаза её широко распахнулись, из носа хлынула кровь. Я метнулась к ней с очередным снадобьем, подстёгивающим регенерацию. Девчонка глубоко, со свистом вздохнула и обмякла.

Сначала я обрадовалась: кровь больше не идёт, её не корчит. Насторожил меня взгляд, он стал словно бы стеклянным, неподвижным. Фиалковые глаза таращились в потолок без всякого смысла. Я протянула руку, пытаясь нащупать пульс. Плюнула, и приложила ухо к её груди. Стука не было. Не может быть, не верю.

Попыталась сделать непрямой массаж сердца. Показалось, что помогло. Вылила на неё очередное зелье. Пульса нет. Продолжила ритмично надавливать на грудную клетку, молясь, чтобы сердце заработало.

Не знаю, сколько я билась. Я ясно увидела в свете магического огонька, как оливковая кожа приобретает землисто-серый оттенок. Фиолетовый цвет радужки тоже поблёк. Ещё раз, не понимая зачем, коснулась шеи – становится совсем прохладной. Умерла.

Я рухнула на стул. По щекам потекли слёзы. Как?! Она не могла! Неуверенно потянулась, провела ладонью по её лицу, закрывая глаза. Не хочу запомнить их блёклыми и мёртвыми, пусть уж в памяти останется чистый фиолет.

Согнулась, утыкаясь лбом ей в руку, и тихо заревела. Чёрт, это слишком жестоко, для неё, для меня. Время утекало вместе со слезами. Моего плеча коснулась чья-то рука:

– Леди?

– Я не смогла, Дем.

Иф опустился передо мной на корточки:

– Леди, у неё не было шансов.

– Не было?! Она была жива! А я не справилась!

Я ещё раз посмотрела на девочку. Тепло и краски ушли из неё.

– Умерла, – я снова заревела.

– Леди! Не плачьте. Вот скажите, что бы её здесь ждало? Клетка, опыты, боль…

– Жизнь, – перебила я.

– Жизнь, – эхом откликнулся Иф.

Слёзы текли ручьями, но теперь я вернула способность мыслить.

– Дем, – позвала я, – Думаешь, её на ингредиенты разберут?

Отрывистый кивок.

– Как у вас принято хоронить умерших?

– Опускаем в жерло вулкана.

– Вулкана у меня нет. Надо просто сжечь.

– Как чёрные маги?!

– Предложи альтернативу.

Иф ничего не ответил, посмотрел на меня, на неё и тихо буркнул:

– Вы правы. Леди, вы смогли бы принести из лаборатории что-то, что хорошо горит?

– Да.

Пока ходила туда-обратно, сообразила, что впервые после разрыва Иф называет меня «леди». И, вероятно, искренне, под впечатлением от того, как я старалась помочь демонице. Да и я назвала его Демом вместо Ифа. Может, и удастся наладить отношения. Вредить Иф мне не сможет из-за связи, верить я ему всё равно не верю, но пусть будет видимость былого. Старалась думать о любой ерунде, только бы не о девочке, а то снова расплачусь.

Иф ждал меня в коридоре:

– Я перенёс её в другую комнату.

Недоуменно приподняла брови.

– Вы же не собирались сжечь её на столе, где ремни.

– Спасибо, что подумал.

Молча вошли в камеру. Девчушка совсем посерела, лежала на полу на одеяле в позе эмбриона. Под головой увидела подушку. Иф, похоже, пожертвовал своим, устроил по демонскому обычаю. Он забрал у меня средство для розжига и аккуратно облил девочку.

– Она хорошо сгорит, как щепка.

Кивнула. На глазах вновь закипают слёзы.

– Кто поджигает? – спросил Иф.

– Ты? – предлагаю.

Протягивает руку:

– Чем поджечь?

– Ой, а я и не взяла.

Иду второй раз.

Поджигала я. Огонь моментально вспыхнул ярко-жёлтым пламенем. Так похоже на похороны Тима. Что-то в моей жизни становится слишком много похорон. Огонь горел бурно, весело, потом пришла темнота.

– Приберёшься?

– Да, леди.

– Спасибо.

Медленно вышла, добралась до ванной, кое-как умылась и легла на кровать поверх одеяла. Смысл разбирать постель и натягивать пижаму? Через два с небольшим часа наступит утро.

Разбудил меня писк будильника. Поднялась с тяжёлой головой, в самом мрачном настроении. Сходила в душ, немного взбодрилась. Пожалела, что нет косметики, и замазать синяки под глазами нечем. Достаточно на моё лицо взглянуть, чтобы понять, что что-то случилось. Но чего не изменить, то просто принимаем как факт.

Уже традиционно позавтракала вместе с Ифом за одним столом. Потом навестила Яна, забрала очередную попытку рассказать мне про бабочек, удалилась на уроки. Всё шло как всегда до, разумеется, «Демонологии». Магистру Гвидо понадобилось узнать, как дела с доставленным телом.

– Крылья раскрылись, – отчиталась я сухо. – Но демон не выжил.

– То есть мы можем поработать с телом.

Этого я ждала, поэтому широко раскрыла глаза, изображая полное изумление, затем виновато полупилась и произнесла:

– Я его утилизировала.

– Что?

– Утилизировала. Я не подумала, что понадобится.

– Адептка! – укоризненно-разочарованное.

– Простите, магистр Гвидо. Буду впредь умнее.

– Уж надеюсь. А ведь такие возможности! Начиная вскрытием и заканчивая поднятием тела в виде зомби. Э-э-эх.

– Да, магистр. Сожалею.

– Так, открывай тетрадь. На чём мы остановились?

Урок прошёл тихо, я расслабилась. Напрасно.

– До завтра, адептка. И не переживай, что утилизировала. В Пустоле демонов ещё хватает.

23

Добралась, наконец, до записок белого мага. На сёй раз он написал всё, как я хотела, и я решила разобраться до конца, даже на занятия не пошла. Пусть думают, что у меня выходной. Я вникала в логику трансформации света в материю. Радовало меня, что трансформация в чём-то отдалённо напоминала одушевлённую магию и точно не была заклинанием.

В работу я ушла с головой и ближе к обеду я обнаружила, что начинаю понимать, как и что можно попробовать сделать. Я отказалась от обеда, погасила в комнате весь свет, ставни до сих пор открыть на разрешили, и приступила к экспериментам. Чёрных бабочек я, конечно, не создала, но суть уловила. А это главное. Значит, я добьюсь, чтобы у меня выходила «трансформация тьмы». Похоже, мне срочно нужен учебник по белой магии на переработку.

Сходила на ненавистную «Демонологию», узнала, как именно следует удалять демону когти. Тема должна была проходиться позже, но, учитывая, что у меня демон, магистр Гвидо изменил планирование.

Прошли ещё два спокойных дня. А потом меня вызвал куратор.

– Адептка, как ваши успехи?

– Стараюсь, магистр. Пока похвастать нечем. Думаю, вы слышали, что демон из Пустоля умер.

– Да, слышал.

Я молчала. Магистр некоторое время тоже.

– Я попросил вас прийти в связи с тем, что вам передан белый маг.

Неожиданно.

– Вам он сильно нужен?

Я задумалась. Уже не нужен. То есть выжать что-то полезное я ещё смогу, но задачу свою он выполнил. Не хотелось бы, чтобы он сообщил магистрам о моих интересах. Зелье забытья мне в помощь. Итак, что от него и от меня хотят?

– Его брат изъявил желание его выкупить.

– За сколько же? – фыркнула я.

– О нет, речь не о деньгах. Его брат предлагает себя на замену.

– У белых это принято?

– Скорее у любящих, – снисходительно улыбнулся куратор. – Пару лет назад случился громкий скандал, когда чёрный маг пожертвовал жизнью ради своей невесты. Цвет магии определяет лишь виды деятельности, которые удаются. Ничто иное.

– Чем лучше брат нынешнего мага?

– Он принесёт вам клятву верности и будет слугой в дополнение к демону.

Признаться, идея мне понравилась. С минуту я покрутила её так и эдак, и ответила:

– Я согласна.

– Хорошо. Очень интересно, что из всего этого получатся.

Ух ты, я подопытный кролик.

– Постарайся больше пока его не калечить.

– Да, магистр. Я ещё толком не успела за него взяться из-за демона.

– Хорошо. Это даже очень хорошо. Товар должен выглядеть. Обмен назначен на завтра, но состоится сегодня вечером.

– Как так?

– Назначили на день завтрашний, но, чтобы белый ничего не начудил сообщим ему, что ждём сейчас и на другом месте. Позволим себя убедить подождать его полчаса. Не больше. А место мы уже готовим.

– Поняла. Буду ждать.

– Адептка, я вас попрошу подобрать волосы и выглядеть похоже на мальчика, чтобы не смущать белого мага. Произведёте впечатление, когда приведёте его на свой уровень. И не беспокойтесь, я лично прослежу, какую клятву он даст.

– Спасибо, магистр Верис.

– Не расслабляйся, – хмыкнул маг. – Вот тебе варианты клятв, выбери самую выгодную. Я проверю. Всё, иди.

Вечером я стояла у зеркала, пытаясь создать иллюзию мальчишеской стрижки. Я даже не нервничала. Магистры создают мне тепличные условия, аккуратно привязывают к Академии и перекраивают под себя. Уже замечаю, как начала черстветь. У зеркала я задержалась. Могла ли я пару месяцев назад предположить, что случится такое? Нет. Но вот я стою здесь и собираюсь на встречу, чтобы вдвое увеличить количество привязанных ко мне.

Я вгляделась в свои черты. Всё те же тёмно-русые волосы до плеч, карие глаза, прямой нос и слегка пухлые щёки. А с губами мне не повезло, узкие и бледные, требуют помады. Оглядела себя в последний раз: брюки со стрелкой, туфли на низком ходу, почти мужская рубашка и расстёгнутый жилет – всё чёрное.

Будем считать, что я готова. Куратор зашёл за мной, одобрительно кивнул, и уселся на кресло в «приёмной», организованной около входной двери.

– Рассказывай, какую клятву выбрала.

– Никакую, – ухмыльнулась я и тоже села.

– Как так? – удивление фальшивое.

– Абсолютно все из предложенных клятв содержат лазейки и очень серьёзные. Первый вариант позволит ему мне соврать, а вот этот, – махнула бумагой, – оставляет право меня убить.

– Молодец, посмотри вот эти.

Получаю ещё два варианта. Хорошо они здесь экзамены устраивают, качественно. Один отмела, другой вариант рассматривала долго: читала и перечитывала текст в поисках подвоха.

Магистр хохотнул:

– С этой клятвой всё в порядке.

Не очень-то верю, но возразить мне нечего. Поднимаемся и идём за Яном. Магистр достаёт уже в коридоре верёвку, кляп, какой-то флакончик с очередным зельем. Ой, что будет… Как я могла не подумать? Товар необходимо качественно упаковать.

Магистр вошёл первым, остановился на пороге камеры, скептично осмотрел Яна и крякнул. С его рук сорвалось тёмное плетение, я видела, как оно бьёт парня, и тот падает, захлёбываясь криком.

– Сколько раз мне повторить, чтобы ты выпил вот это? – магистр показал флакончик.

– Не надо, – прохрипел Ян, – Выпью.

Магистр протянул пузырёк, и парень поспешно проглотил всё до последней капли.

– Чтоб смирным был, – шепнул мне Верис, раскрыл решётку и шагнул к Яну. Ловким движением отправил тому в рот кляп, затем развернул белого к себе спиной и вполне профессионально начал связывать руки парня за спиной. Сноровке можно только позавидовать. Чувствуется опыт. Передёрнула плечами, осознав в какой именно сфере мастерством восхищаюсь. Мда.

Белый заметно притих, стал апатичным, шёл, куда вели, как животное на поводке. Не страшно, родня его вылечит. Не думаю, что его брат настолько дурак, чтобы не выставить условий согласия на сделку, ведь он и так платит собой. Или дурак? Впрочем, мне важно то, что если он и правда жертвует собой ради семьи и идёт добровольно, ко мне он должен отнестись довольно спокойно – лично я его свободы насильно не лишаю. Хотя, кто знает, насколько я угадала в своих рассуждениях.

Прошли по коридорам к залу перемещений. Нас, оказалось, ждали ещё двое.

– Остальные уже на месте, – буркнул один. – Чего долго-то?

– Разбирал с адепткой клятвы.

– Давайте уже в круг.

Верис обратился ко мне:

– Основное мы берём на себя, вам нужно только принять клятву.

– Да, магистр.

Зуб даю, что-нибудь пойдёт не так. Свои мысли оставила при себе.

Мы переместились в помещение.

Комната, вниз ведёт пологая широкая лестница. Белого молча отвели к стене, противоположной от входа, поставили так, чтобы брат сразу увидел Яна. Кто-то принёс стул, парнишку заставили сесть и привязали. Я наблюдала за происходящим рядом с куратором.

– Его брат должен прийти один, – пояснил Верис. – наши маги проконтролируют. Он поднимается сюда, я с ним беседую. Либо белый принесёт тебе клятву, и мы отпустим того, либо берём его в плен и забираем обоих обратно в Академию.

– А почему отпускаем? – я даже удивилась.

– Не хочется, но белый внёс это условием клятвы, а клятва, как ты помнишь, магом ощущается. То есть, если мы обманем, он будет знать.

– А-а-а-а…

– Да, тут честными быть придётся. Понимаю, жалко терять этого, но лучше маг, связанный клятвой, чем цепями. Так, всё готово, время. Белый появится с минуты на минуту. Это же надо, – магистр фыркнул, – так ради брата.

Куда ему понять. Я бы ради родителей тоже на многое пошла. Вспоминать больно. Я мотнула головой. Интересно, куда мы переместились? Мы хоть на нашем материке или на том, где большая часть белых обитает? Но важнее то, что, получается, у Академии за пределами полуострова есть подконтрольные ей точки. Вопрос масштаба. Дом прикуплен или почти весь город?

Куратор качнул головой в направлении лестницы. Смотрю. На нижнюю ступеньку шагнул брат Яна. Высокий коротко стриженый блондин лицом был почти точной копией Яна. Если бы не разница в возрасте, я бы решила, что они двойняшки.

Белый маг увидел Яна, споткнулся и стал подниматься быстрее. Ян никак не реагировал, под воздействием зелья он дремал. Я добавила к списку срочных дел ещё один пункт – озаботиться противоядиями и превентивной защитой от угрозы из бутылочки. И ещё. У меня зелья получаются. Значит, я могу состряпать «боевые котельчики».

Белый достиг верхней ступени. Пару секунд он смотрел на Яна:

– Что вы сделали с моим братом? – в голосе тихая ярость.

– Временный эффект от сильнодействующего успокаивающего зелья. Отойдёт к утру. Товар в лучшем виде. Выкупать будете?

– Да.

Магистр Верис протянул магу бумагу.

– Клятва, которую вы принесёте адепту Виктории.

Маг вчитался в текст. Глаза его поползли на лоб.

– Что это?!

– Текст вашей клятвы. Вы заставляете нас ждать. Вы и так опоздали.

– Но мы договаривались…

– Клятва или разговор окончен.

Белый быстро взглянул на Яна.

– Клятва.

Он ещё раз пробежал текст глазами и начал:

– Я, Саир из рода Садоль, клянусь…

Стояла напротив, смотрела в его серые глаза:

– Я, Виктория, принимаю твою клятву Саир.

Магистры вяло зааплодировали. Один подошёл к Яну и перерезал верёвку.

– Можем возвращаться.

До сих пор толком Нозану и не видела, а опять возвращаться. Было бы здорово, если бы Саир умел перемещаться. Я посмотрела на него и столкнулась с внимательным взглядом серых глаз. Пожалуй, я им восхищаюсь. Мало кто решится на подобный шаг ради взрослого брата. И тут меня кольнула мысль: Саир поклялся служить мне, а ведь про Академию он не произнёс ни слова.

– Магистр Верис, можно вас?

– Да?

Мы отошли подальше.

– Этот маг, он же может начать вредить Академии.

– Запрети ему. Молодец, что догадалась. Я…

Магистр оборвался и напрягся. В следующий миг у входа вспыхнуло чёрное плетение, и в него ударило нечто белое. На лестнице появились белые маги. Кто-то выругался. Маги приготовились к схватке, меня оттеснили за спины.

– Запрети ему им помогать! – рявкнул Верис.

– Саир, я запрещаю в какой бы то ни было форме мешать чёрным магам в этой схватке.

Он кивнул и встал рядом с Яном, закрывая того от шального удара. Вперёд вырвался мужчина:

– Саир!

Копия Яна, только с налётом сорока или сорока пяти прожитых лет.

– Сюда, Саир!

Мой белый не шелохнулся:

– О Яниме позаботься, – спокойно сказал он.

– Ты что наделал, идиот!

И всё это перемежалось хаотично мечущимися сплетенными боевыми заклинаниями. Впрочем, пока и у белых и у чёрных щиты выдерживали атаку без проблем.

– Саир, чтоб тебя!

– Дядя. Позаботьтесь о моём брате.

В этот момент магистры сгруппировались, Верис дёрнул меня к себе, и мы вернулись в Академию. Саир был с нами, Ян – нет. И мы не услышали, что Саиру ответил дядя. Жаль, что не успел успокоить парня.

– Вот теперь там весело, – хмыкнул один из магистров.

– Активировал полностью?

– А-то.

Магистры исчезали в телепортах. Осталась я с Саиром и Верис. Магистр оглядел меня с ног до головы, подмигнул и тоже исчез. А я, вздохнув, повернулась к Саиру. Блондин стоял ровно, смотрел прямо, но без вызова.

– Идём, покажу, где ты будешь жить. Там и познакомимся.

Как же оно всё нелепо складывается…

Я шла по коридорам, погрузившись в свои мысли, и, не заметив, налетела на вывернувшего из-за угла адепта. Мы так и замерли, уставившись друг на друга. Он оказался на пол головы выше меня, тонкий, с короткой пушистой стрижкой и большими чёрными глазами.

– Адептка Виктория?

– Да, – как будто не знает.

– Извините, что помешал.

– Вы тоже извините, иду и не вижу.

– Я Таир, – представился он.

– Очень приятно.

– Вас магистр Дайнич очень хвалит. У вас правда одушевлённая магия получается?

– Время от времени.

– Как интересно! А я вам не мешаю? Вы же шли.

– Нет, ни в коем случае, – возразила я.

– Я был бы рад поговорить.

Рискнуть познакомиться с адептом? Конечно, он может затевать грандиозную гадость… Пока он эту гадость готовит, попробую мило пообщаться, через него выйти на других. Хватит сычём сидеть на своём уровне.

– Я тоже.

– Когда?

Подумав, назначила за час до ужина, и мы разошлись каждый в свою сторону. Саир спокойно шёл за мной. Кажется, косые взгляды и смешки его не смущали. Или он отлично держит лицо. Открывая входную дверь на свой уровень, я произнесла привычное:

– Единоразовый доступ.

Я прошла в свою комнату, точнее в зону отдыха:

– Меня, как ты уже понял, зовут Виктория.

Я начала вытаскивать шпильки и складывать на столик.

– Во-первых, я запрещаю тебе действием или бездействием, словом или молчанием вредить Иффину. С ним ты скоро познакомишься.

Я на секунду задумалась: поселить их в одну комнату или не пожалеть разных. Вспомнила совет властвовать, разделяя.

– Во-вторых, я запрещаю тебе действием или бездействием, словом или молчанием вредить Академии в целом, тем кто к ней относится в частности. Магистрам, адептам, остальным. Ясно?

– Да, Виктория.

– Можно просто Вика. Исключением из обоих правил является самозащита в случае угрозы жизни.

Я распустила волосы, оглядела Саира долгим взглядом.

– Идём, покажу, где ты будешь жить.

Повела его в коридор. Поселю его… Как ни крути, либо через стенку от Ифа, либо напротив.

– Иф! – позвала я.

Демон появился на пороге своей комнаты.

– Познакомься, это Саир, твой новый сосед через стенку. Саир, это Иффин, больше на этаже никто пока не живёт.

Я толкнула дверь комнаты, которую отдаю Саиру.

– Располагайся, – я уже хотела вернуться к себе. Иф скрылся за дверью. Меня остановило:

– Виктория, и давно среди чёрных магов появились девушки? Ведь считалось, что женщины к магии по природе не способны.

– Я иномирянка, – пожала я плечами.

– Ого! – глаза его чуть расширились.

– Ещё вопросы?

Он мотнул головой, и я отправилась к себе, учиться. Мне ещё на «Базовые техники защитной магии» надо успеть. На уроке наравне с остальными я пыталась создать щит, способный принять наиболее смертоносные заклинания. Проблема в том, что щит сам по себе является разновидностью заклинания, то есть для его получения магии нужно придать форму, выполнив довольно сложное для меня плетение. По меркам магии плетение, было простеньким… Но мне этот раздел не давался. Я кряхтела, со лба тёк пот, а препод вздыхал и морщился.

– Адептка, в конце концов, попросите ректора помочь. Вы же личная ученица первого мага!

Звучало как оскорбление. Я не ответила ничего. Помню, как сдавала магистру теорию. Он все жилы вымотал, но тогда я себя показала, а теперь магистр наслаждается моими неудачами.

Провела по лбу тыльной стороной ладони и снова принялась за щит. Плетение сорвалось на середине. В общем, до конца занятия, больше чем на две трети я не продвинулась. Опять пойду мучить Харпа. Сколько он со мной ни бился, результата нет. В пору наведаться к Дайничу. С курсом «Неотвратимое проклятие на основе самоубийства» я распрощалась четыре дня назад и пересекаться с Дайничем в ближайшее время не собиралась. Что же, планы придётся пересмотреть.

Мысли перескочили на предстоящую встречу с адептом. И не свидание, а волнуюсь. Та-ак… Задача первая – не вляпаться в неприятность. Вторая – разгадать, что Таиру нужно от меня. В бескорыстный интерес не верю априори. Третье – через него наладить контакты с другими адептами. Давно собиралась самостоятельно формировать свой круг общения, а теперь подвернулась отличная возможность.

Волосы я собрала и подколола. Жилет заменила лёгким пиджаком и застегнулась. Хочу выглядеть по-деловому, чтобы окружающие воспринимали меня как ещё одного адепта, а не девушку. Пока с этим проблем не возникало, но я держала значительную дистанцию: столовая, коридор, учебный класс. Сейчас, похоже, я впервые попаду в общую зону отдыха адептов, расположенную на последнем этаже жилого крыла.

Мне стало не по себе. Всё-таки, хорошо, что я назначила время перед ужином. Если что, смогу сбежать на свой этаж под предлогом еды. Даже если пойду с Таиром в столовую, ужин можно использовать как отличный предлог идти к себе.

Пора на выход. Встряхнулась и пошла к входной двери. Таир должен ждать меня на лестничной площадке. Только сейчас заметила сходство имени его и моего нового белого мага.

24

Таир стоял и ждал меня. Улыбки не было, но выглядел он приветливо.

– Рад, что ты согласилась.

– И я рада, – говорю почти искренне.

– Куда пойдём? Ты ведь ещё не была в оранжереях?

– Нет, но я и в общей гостиной на верхнем этаже ещё не была, – это означает, что ни в какие оранжереи я не пойду и один на один оставаться не собираюсь. Я ещё с головой хоть немного, но дружу.

– Как скажешь, – никакого разочарования.

Мы поднялись на верхний этаж. Я, конечно, уже привыкла к роскоши в Академии, но увиденное в зоне отдыха оказалось для меня лёгким потрясением. Всюду позолота, вдоль стен расставлены горшки с сочными, мясистыми зелёными растениями. Здесь были и диваны с креслами, и небольшой кафетерий и даже столы с неизвестными мне настольными играми.

– Да, здесь неплохо, – обратил на себя моё внимание Таир.

Ограничилась кивком.

– Присядем? – продолжил он.

– Давай.

Я выбрала диван, рядом с которым было несколько кресел. Вдруг кто присоединится? К тому же диван стоял спинкой к стене, и мне было бы видно адептов.

– Знаешь, не верится, что иномирянка-девушка обучается в Академии.

– Мне тоже.

– А, правда, что на Земле почти нет магии?

– Правда.

– Вот ужас!

Началась болтовня ни о чём. Я даже удивилась. Таир разулыбался, словесный фонтан до небес. Оказывается, парни тоже бывают страшными сороками. Я только глазами хлопала, вникая в суть словесного потока. Аж голова разболелась.

– Ой, – спохватился Таир. – мы же на ужин опоздаем!

Наверное, я поступлю неправильно, но мне нужен перерыв.

– Идём, – а когда дошли до коридора, я остановилась, – Я у себя ем, мне за демоном следить надо, сейчас ещё белый добавился. Не могу надолго отлучаться.

Таир был явно разочарован, но возражать не стал, и мы попрощались.

– До завтра, – махнул он мне.

– Да завтра.

Кажется, из всего намеченного я справилась только с пунктом не вляпаться в неприятность. Не так уж и плохо. А теперь мне надо пообщаться с Саиром. После ужина, разумеется. Иф уже накрыл на стол и меня ждал.

– Леди, сколько тарелок ставить?

– На троих, Иф.

– Минутку.

Я постучалась к магу.

– Да, Виктория?

– За стол, если намерен ужинать.

– Не откажусь.

Так мы и сели. Я во главе стола, Иф с правой стороны, а Саир – с левой.

– Приятного аппетита.

– Приятного, – откликнулся маг.

– Приятного, – повторил Иф.

Оба сидели, замерев. Ждут меня? Ладно. Взяла ложку. Много плохого могу про Академию сказать, но кормят здесь вкусно. Когда я отправила в рот первую ложку, и Иф и Саир взялись за свои. Иф умудрился не только есть наравне с нами, но и поработать официантом. Я не отвлекала парней, пока мы не дошли до десерта. Когда на столе появились белый квадратные тарелки с чем-то напоминавшим яблочный штрудель, украшенный горкой взбитых сливок, я заговорила:

– Саир.

– Да, Виктория?

– Как так получилось, что на встречу прибыл не только ты?

– Я точно не знаю. Вероятно, дядя как-то узнал, что я задумал и проследил. Я клянусь, я…

– Ясно, – примерно так я и полагала. – Как устроился? Что-то нужно?

– Спасибо, всё замечательно, – и посмотрел он на меня с недоверием.

– А ты, Иф?

– Здесь намного лучше, чем в библиотеке. А если вы разрешите, то из ткани, оставшейся после ремонта, я бы сшил себе новую одежду.

– Ты умеешь шить?

– Мне пришлось.

– Конечно, можешь шить.

– Спасибо, леди.

На столе всё было съедено и выпито, я продолжала ковырять штрудель. Подняла глаза. И Иф, и Саир сидят, не уходят. Какие воспитанные… Чуть не сказала, чтобы были проще. Нет, пока пусть традиции и этикет соблюдают. Не стоит разрушать границы, которых я толком не понимаю. Да и потом, в кого я превращусь, если перестану быть леди?

Доела, отложила прибор и поднялась. Парни также встали. Посмотрела в глаза сначала Ифу, потом Саиру, кивнула и ушла к себе. Демон, услышала, когда выходила, принялся убирать со стола.

– Помочь? – уточнил Саир и, не дожидаясь ответа, стал собирать грязные ножи и вилки. Мда, неплохо я устроилась. И могу себе позволить лечь пораньше, выспаться.

Утром я чувствовала себя на удивление бодро и хорошо. Вышла из комнаты одетая в форму Академии с сумкой на плече. Иф и Саир стояли перед моей дверью. И чего они? Полшага вперёд сделал Иф.

– Доброе утро, леди, – неглубокий поклон.

Полшага вперёд сделал Саир.

– Доброе утро, Виктория.

– Доброе, – слегка ошарашено ответила я.

– Леди, вы предпочитаете завтракать в одиночестве или пожелаете разделить трапезу с нами?

Совместное принятие пищи, я слышала, сближает или помогает подлить яд в еду. Из них двоих отравить меня ни один не может…

– Завтракаем, обедаем и ужинаем вместе. Но если кто-то хочет одиночества, я не возражаю.

Пришлось за стол идти под конвоем, точнее в сопровождении свиты. За завтраком расшаркивания продолжались. Когда Иф был один, он такого не устраивал. Вот у него и спрошу, что задумал белый.

– Иф, проводи, Саир не нужно.

– Да, леди.

– Как угодно, – фраза, произнесённая Саиром, меня покоробила. Так похоже на то, что говорил Иф.

Мы с демоном дошли почти до входной двери.

– Иф, не хочешь меня посвятить, откуда расшаркивания и раскланивания взялись?

– Саир является дворянином. Он считает, что его клятва верности предполагает соответствующее поведение в отношении вас.

– Только зубрить этикет мне не хватало!

– Почему же? – Иф сделал паузу. – Не все лорды являются магами, но все маги – лорды. И вы тоже автоматически причисляетесь к аристократии. Как ученица ректора вы можете быть взяты на любой приём.

Не было печали.

– Вы можете ему и мне запретить…

– Нет, по крайней мере, пока. Не думаю, что отказ от этикета пойдёт мне на пользу. Раз Саиру хочется, будет меня учить. Ладно, пошла я.

Иф кивнул, и закрыл за мной дверь.

А между уроками меня подловил Таир.

– Привет!

– Привет, Таир.

– А чего сумрачная?

– Мага своего строила.

– Это правильно. А знаешь, благодаря тебе, многие стали задумываться, не выбрать ли «Демонологию».

– Зачем им?

– Как это? Ты же станешь демонологом-охотником. Будешь ловить демонов, муштровать их первично, потом продавать. Знаешь, даже слегка завидую. Разбогатеешь за год – полтора, будет тебе настоящая слава на весь мир.

– Муштровать-то нелегко.

– Ой, да чего там? Пару недель нестерпимой боли, избивать каждый день до полусмерти, и будет он у тебя шёлковый.

– Что есть, то есть. Мне на «Простейшие наичернейшие заклинания» пора.

– Ага. Вот зачем тебе столько уроков ежедневно? Брала бы пять-шесть часов в день.

– Надо.

Магистр Ансей тяжко вздохнул при моём появлении. Последнее время он встречал меня именно вздохом и закатыванием глаз. Оно и понятно. Адепты, пришедшие на курс после меня, давно его закрыли, а я всё ходила, и всё никак.

– Адептка…

Я пыталась изобразить заклинание «Ледяное жало». Вместо жала получался кукиш. Неудачи начали меня выводить из себя. Если я поначалу списывала неспособность сплести заклинание на отсутствие элементарных знаний, потом на то, что они «не идут», то теперь я начинала паниковать и злиться, причём на себя. То, что остальным давалось без проблем, у меня шло со скрипом. И магистры не забывали напоминать мне о моих неудачах. Осторожно, вежливо, но обязательно тыкали носом, как нашкодившего котёнка. И это тоже раздражало.

– Адптка, хоть что-нибудь.

Я начала злиться, причём на себя. Резко откинулась на спинку стула, мотнув головой.

– Адептка! – окрик запоздал.

Вокруг меня жалящими иглами свернулась одушевлённая магия. Я успела испугаться, потому что чётко поняла – иглы направлены против меня самой. Ансей выругался, одновременно делая что-то сложное, меня в момент окружил созданный им кокон. И тотчас иглы пришли в движение, я видела, как они вонзаются в мою защиту, ломаются и рассеиваются.

– Так, Вика, – подошёл ко мне магистр. – Ты чего творишь? Нет, я и без тебя знаю, что это одушевлённая магия. Странно, что она у тебя так легко получилась, хотя я и слышал, что ты на белом маге тренировалась, но всё равно слишком. Вика, ты поняла, что ты сейчас себя чуть не убила?

– Да, магистр. Я не специально.

– Я знаю, Вика. Что мне, адептка, с тобой делать?

Ансей присел за мою парту.

– Вика, моей квалификации не хватит, чтобы тебе помочь. Одно говорю точно. Ты «перегрелась». Сделай перерыв. Никаких разновидностей заклинаний. Если хочешь, поговорю с твоим куратором, можешь сама регулировать. И обязательно проконсультируйся с кем-то компетентным.

– Да, магистр.

– Вот и хорошо. Для тебя урок закончен.

Я понуро собралась и вышла из класса. Испуг прошёл и сменился апатией. Пойти бы к себе, всё равно на обед возвращаться, но я захотела одиночества. О, знаю! Пойду в музей. Привычным маршрутом добралась до библиотеки. Впервые я здесь без Дема. Когда я уже привыкну называть его Иффином? Открыла дверь и шагнула в первый зал с портретами магистров-основателей. Не заплутать бы здесь. Впрочем, браслет на мне, и огонёк я всегда вызову. Я бесцельно побрела вперёд.

На экспонаты я толком не обращала внимания. Шла, всё больше запутываясь в переходах музея. Сейчас меня занимал хаос мелких комнат, коридоров, галерей и пологих лесенок. Не знаю, как я шла. Попала в крошечную комнату без единой витрины. С противоположной от входа стороны была узкая высокая дверь, выкрашенная в приглушённый жёлтый цвет. Я шагнула к ней, протянулась к ручке. Пискнул браслет. Нельзя туда что ли? Нет, пришло сообщение: меня перед обедом хотел видеть Верис.

Ну вот, срывается прогулка. Я вызвала путеводный огонёк и поторопилась обратно.

Магистр меня уже ждал.

– Проходи, присаживайся, – кивнул он.

Интересно, он меня вызвал из-за того, что меня с курса отстранили?

– Виктория, на ваше имя пришла посылка.

– Что?

– Посылка, – Верис водрузил на стол ларец. – И меня она настораживает. Ведь, если я правильно понимаю, прислать вам её некому.

– Некому, – подтвердила я. – Хотя…. Во время Охоты я познакомилась с дочкой барона. Это могло бы быть от неё. Или…

Хотела назвать Орана, но вовремя остановилась. Ему мне слать презенты после потери десяти тысяч долларов в нозанском эквиваленте незачем.

– Тогда берите. На первый взгляд она безопасна, магии от неё не чувствуется, но гарантии никто не даёт. Может быть мелкая гадость.

Я аккуратно взяла ларец. Не тяжёлый, но чувствуется, что внутри что-то есть. Вот теперь точно к себе. Успею перед обедом посмотреть послание. Открыла входную дверь, порадовалась, что коридор пуст и ни Саира, ни Ифа не видно, прошла в кабинет и водрузила присланный ларец на стол.

Прямоугольный, выполнен из дерева и украшен простеньким цветочным орнаментом. Я щёлкнула замком и откинула крышку. Поверх содержимого лежал белый конверт с крупной надписью «Адептке Виктории». Повертела в руках. Больше никаких пометок не обнаружила. Вскрыла. Из конверта выскользнул белый плотный лист. «Адептка Виктория, – писали мне, – позвольте просить вас о единственной услуге. Вчера мой старший брат Саир принёс вам клятву ради моего спасения. Я не заслуживаю такой жертвы, и осознавать, что из-за меня брат оказался в сложном для него положении мне бесконечно больно. Я прошу позволить передать ему последние слова прощания от всей семьи. В ларце лежит конверт для Саира с письмом и платком, вышитым нашей матерью. Уповаю на вас. Ян».

Отложила письмо и вновь посмотрела в ларец. Там лежал второй конверт с надписью «Саиру», и больше не было ничего. Какая у парня семья замечательная. Ксати, а я смогу организовать Яну ответную от Саира весточку? И можно ли будет устроить так, чтобы братья смогли переписываться регулярно.

– Саир! – позвала я.

Он появился почти сразу:

– Виктория?

– Тебе письмо.

Я протянула конверт. Саир нахмурился, но вскрыл, достал письмо, платок. На лице явное непонимание.

– Это от Яна, – сказала я.

– Нет, это не почерк брата, – Саир побледнел.

– Как не его?

Саир отшвырнул платок на пол.

– Это дядя прислал мне спасение, – кривая улыбка. – Ян же слышал слова клятвы. Дядя хотел, чтобы вы взяли дорогой для меня предмет.

Саир стал ещё бледнее.

– Дем, – закричала я, чувствуя, что толком ничего не понимаю, – Саир, что с платком? Отравлен?

– Проклят чёрным магом, дядя не гнушался…, – голос стал едва слышным, Саир шагнул вперёд и опустился на стул.

– Леди?

– Дем, Саир взял проклятый платок. Что делать?

– Вы ничего кроме неотвратимых не учили?

– Нет.

Саир покачнулся, еле успела его подхватить. Кажется, будет ещё один труп.

– Дем?

– Леди, я здесь только теоретик.

– Думаешь, кто-то кроме меня успеет ему помочь?!

– Никто. Да и не будет никто. Ваш же маг. Леди, вы же знаете, как действуют проклятья. Давайте. Указательные пальцы на его виски, большие – на скулы. Смотрите в его глаза.

Саир уже хрипел.

– Леди, давайте, у вас получится. У Саира была защита, принявшая основной удар.

Смотрю в его серые глаза не моргая, до тех пор, пока картинка не начинает плыть. Вижу ауру. Вместо лёгкого дымчатого сияния вижу возникающие то тут, то там изломы острых линий. Когда их станет слишком много, Саир умрёт.

– Вы должны восстановить его ауру.

– Как?!

– Леди, единственный доступный вам способ – одушевлённая магия.

Я сосредоточилась на своих эмоциях, вызвала свою силу, почувствовала лёгкое сопротивление, когда проходила внешнюю границу чужой ауры. Почти сразу мне удалось остановить появление новых изломов.

Теперь убрать все последствия проклятья. Я осторожно касалась чужеродных линий и превращала их в ничто. Постепенно аура вернулась к норме. Точнее, она перестала быть лёгкой и полупрозрачной, теперь дымок, обволакивающий Саира был мутным. По идее я справилась.

Я отступила на шаг. Бледность у Саира не прошла, я всматривалась в его лицо.

– Леди, – заговорил Иф.

– Да?

– Вы понимаете, что либо так, либо он погиб бы. Даже если бы вы нашли того, кто поможет. Времени бы не хватило.

– Да.

И не понравилось мне сказанное Ифом, сильно так не понравилось.

– Иф, давай, где подвох?

– Чёрная сила в и без того ослабленной ауре белого? Он молодой, сильный. Должен справиться.

Повернулась к Саиру. Он по-прежнему не мог сидеть без моей поддержки. Иф помог магу подняться и повёл в комнату. Я шла следом. Саир почти упал в свою постель, дышал он тяжело. Иф помог ему лечь.

– Леди, я позабочусь. Не волнуйтесь.

С минуту постояла на пороге и вышла. Я вернулась в кабинет. Платок валялся на полу. Исходя из того, что я знаю о проклятиях, смертоносность платок сохранил. Только вот как взять? Да щипцами. Открыла ларчик, взяла перо и, подцепив платок, перебросила его в ларец. Крышку закрыла. Тут же достала лист бумаги, написала крупными буквами «Опасно для жизни» и положила на ларчик. Пока будет так.

– Леди? – Иф на пороге, и взгляд неуверенный.

– Он что? Саир жив?

– Да, леди. Он уснул.

– Хорошо. Так, Иф. В шкатулке проклятый платок. Аккуратней.

– Да, леди. На стол прикажете накрывать?

– Знаешь, мне что-то не хочется. Поешь один. Ладно?

Аппетита и правда не было, зато было желание хорошенько подумать.

Я окончательно признала, что заклинания мне не даются. Я буду их учить, замучаю Ансея, буду сидеть на его курсе полгода, год. Что-то я освою. Но уже сейчас понятно, что высот мне не достичь. Пусть я могу найти заклинаниям заменитель – одушевлённая магия у меня выходит легко и просто. Но в одном деле она мне не поможет. Без заклинаний я не смогу перемещаться посредством телепортов. В пределах Академии я буду ходить пешком, не вопрос. Но мне придётся попрощаться с идеей перемещения по Нозане. Это бы я тоже пережила. Без телепорта мне закрыт путь на Землю. Я застряла.

– Леди, – снова появился Иф.

– Да?

– У Саира начала подниматься температура.

– Ему нужен целитель.

Иф не ответил ничего.

– Пойду в медблок.

– Бесполезно, леди.

Я отмахнулась и направилась к брату с сестрой. Попробую уговорить помочь по-тихому. Пока шла, продолжала думать о будущем. Если Земля для меня закрыта, то остаётся одно – пустить корни на Нозане и устроиться здесь как можно лучше. Как говорится, плох тот студент, который не хочет стать ректором. Вот и я теперь хочу.

25

Вхожу в медблок.

– Леди, – навстречу мне поднялась женщина.

– Здравствуйте. Вы могли бы мне помочь? Ко мне попал белый маг, он притронулся к проклятому предмету. Единственное, что получалось предпринять – остановить разрушение ауры с помощью одушевлённой магии.

– Мне неизвестен этот термин.

– В его ауру была введена чёрная магия, которая напрямую восстановила ауру.

– Это же так болезненно, – она покачала головой.

– Другого выхода не было.

– Мы с братом не можем покидать медблок без разрешения и лечить нам разрешено только чёрных магов, но… Я дам вам лекарства. Это можно, вы же чёрная. И расскажу, как использовать. Идёмте.

Женщина завела меня в узкую длинную комнату, по обеим сторонам которой тянулись стеллажи, забитые баночками, флакончиками, тюбиками. Лекарка подвела меня к одной из полок, застыла в нерешительности после чего сняла литровую бутыль с чем-то желтоватым и вручила мне.

– Пить каждые шесть часов, чередовать два глотка и один.

Ко мне в сумку перекочевала непрозрачная баночка.

– Здесь мазь. На ночь наносите её ему на губы толстым слоем. Если это не поможет, то ничего не поможет.

– Спасибо. Как мне вас отблагодарить?

– Вытащи мага.

Обратно я возвращалась почти бегом.

Я поворачивала уже в коридор, ведущий в жилое крыло, как на пути возник Таир. Как не вовремя!

– Виктория! – энтузиазм бьёт через край.

– Таир, привет! Слушай, я прямо сейчас не могу. Встретимся в общей гостиной? – я широко улыбнулась и обогнула парня по дуге.

Пока он открывал рот, чтобы ответить, я уже вступила на лестницу и через пару минут зашла в комнату Саира. Парень лежал с закрытыми глазами, по-прежнему бледный, только на щеках появились красно-малиновые пятна. У кровати сидел Иф.

– Спит? – спросила я тихо.

– Нет.

– Я лекарства принесла.

– Дали?!

– Да, Иф, дали. Можешь стакан принести?

– Конечно.

Налила на глаз. Иф без просьб с моей стороны помог Саиру приподняться, и я приложила к губам белого стакан. Он послушно выпил, поморщился, но глаз так и не открыл.

– Спасибо, – прозвучало на грани слышимости.

– Поправляйся.

Поманив Ифа за собой, вышла с ним в коридор.

– Иф, я очень тебя напрягаю, повесив заботу о белом?

– Нет, леди. Я рад, что могу быть вам полезен.

Самое удивительное, что из-за связи лгать мне Иф не может. Или лазейку нашёл? Я повторила инструкции целительницы.

– Если что, зови.

Иф согласно мотнул головой и вернулся к Саиру.

А я вновь села учиться. Прервалась ненадолго: покрутила головой, встала, потянулась, прошлась по кабинету и вновь вернулась за стол. Из запланированного на сегодня осталось только пообщаться с Таиром.

Перед ужином я поднялась на последний этаж. Специально задержалась, чтобы Таиру пришлось меня подождать. Он для меня в первую очередь мостик к другим адептам, которых в свои знакомые выберу я. Я рассчитывала на чрезмерную активность Таира и не прогадала. Когда я вошла, он стоял и разговаривал с другими адептами.

Я подошла к группе.

– Привет.

– Виктория, наконец-то!

– Извини.

– Ребята, – перебил Таир. – Виктория ещё не выходила из Академии, представляете? Покажем? Идём все!

– Таир, я…, – идея куда-то идти с незнакомыми парнями не прельщала.

– Так, это Шерис, это Давк, Фиян и Голь. Запоминай.

Я снова открыла рот.

– Не против? – это уже кто-то из только что представленных. Я начала оборачиваться, но, оказалось, мой ответ и не требовался. Парень подхватил меня под руку и потянул к лестнице.

– А куда мы идём? – вклинилась я.

– Тебе понравится.

Сильно сомневаюсь. Но пока мы вышли в коридор, свернули на лестницу и пошли вниз. Парень продолжал держать меня. Пока не запомню его имя, про себя буду звать Клещом. Спуститься было нужно всего на пролёт. Таир распахнул дверь, и мы вышли на улицу. Сначала я испугалась, потом увидела, что мы не одни. На каменной террасе с бортиком прогуливались около десятка адептов, и на нас они внимания не обратили.

Похоже с паникой я поспешила. На людях быть относительно безопасно. Сомневаюсь, что Таир ради своих не понятных мне планов, подключил пару десятков человек – не расплатится. Следовательно, пока всё хорошо. Я натянула на лицо уверенную улыбку.

Таир болтал, кто-то из парней поддакивал, я предпочитала отмалчиваться. Меня смутно беспокоило, что я устраиваю свои личные дела в то время, как Саир лежит больной, и, возможно, ему нужна помощь.

– Что это за место? – обратилась я к Клещу.

– Не всё же время в помещении сидеть, – фыркнул парень.

– Идём, – Таир потащил нашу компанию к бортику.

Открывшийся с террасы вид меня потряс. Справа высились отвесные скалы, впереди, куда хватало глаз, плескалось море, разбивавшее о прибрежные валуны пенящиеся белым волны. Картина настолько захватила меня, что я на миг потеряла связь с реальностью.

– Вот, понравилось, – удовлетворённо произнёс Таир, и я не могла не улыбнуться, а потом я начала спрашивать:

– А далеко до ближайшего города?

Парни засмеялись:

– Ты знаешь, что мы на северном полуострове?

– Да.

– Далеко. Сначала надо до перешейка добраться, пройти границу соседнего королевства, там проехать, и только тогда будет небольшой и весьма скверный городок.

– Точней большое село.

– Делать там нечего.

– На самом деле, дальше террасы идти некуда. Кто может, телепортом перемещается.

– А мы пока пешеходные.

– Здесь сидим.

Слушать объяснения перебивающих друг друга парней мне не понравилось, но заставить их говорить по очереди я не смогу. Впрочем, я предпочту слушать их нестройный хор, чем Таира одного. Вот он может заболтать до смерти.

– А ужин мы так не пропустим? – я всё больше беспокоилась за Саира. Только одно останавливает: помочь мне нечем, всё, что могла, я сделала. Или пойти к куратору?

– Да ну его, я есть не хочу, – отмахнулся Таир.

– Я тоже, – подтвердил Клещ.

– А тебе и вовсе доставляют, так что спешить тебе некуда.

– Мне ещё учить…, – возразила я, но Таира не переубедить.

– Хватит тебе. Выучишь ты курс не за десять дней, а за две недели. Какая разница?

– Большая. У меня заклинания даже простейшие не выходят, – для моих сокурсников это не секрет, поэтому говорю смело.

– Тем более, давай мы с тобой позанимаемся. Может объясним простым языком понятнее, – вклинился Клещ.

Это меня и подкупило. Таир почуял секундное колебание:

– Идём в ту сторону на лавочки и учим Вику, – распорядился он, первым же пошёл. Клещ, снова подхвативший меня под руку, тоже пошагал туда, а я следом, и чувствовала я себя и дурой и собачкой на верёвочке. Это я лидером стать собиралась? Наивная.

– Ребят, спасибо, но вы уверены…

– Так, смотри, – перебил Таир.

– Слушай, – подсказал Клещ.

– Выпустила магию, – заговорил Таир, параллельно показывая. – Почувствуй её и постарайся взять немного из общей массы, теперь свей из неё нить. Тянешь, тянешь, тянешь, и получаешь форму верёвки. Вот с ней и тренируйся, давай.

Я выпустила силу, как учили, попыталась зачерпнуть. Магия поддалась, я точно повторяла за Таиром. Я потянула нить, что-то начало получаться. Нить распалась, как у меня это всегда было.

– Ещё.

– Не, ребят, хватит для одного раза, я пойду. До завтра, – закончила я решительным тоном, обворожительно улыбнулась и рванула прочь.

– До завтра, – донеслось мне вслед.

Саира я обнаружила лежащим с открытыми газами. Я присела на его кровать.

– Ты как? Совсем плохо?

– Ничего, не волнуйтесь, – ответ я едва услышала. Положила руку ему на лоб.

– Да ты весь горишь. Так. Температуру надо срочно снимать.

– Нечем, леди, – откликнулся Иф.

– Тряпками с холодной водой.

– Тряпками? – удивился Иф.

Самого простого способа он, оказывается, не знал. Иф, как я и просила, принёс небольшую миску с водой и полоски ткани, которые, судя по виду, когда-то были простынёй. Я опустила тряпку в миску. Вода прохладная, не ледяная, молодец Иф. Отжала ткань, протёрла Саиру запястья, локтевые сгибы и положила на лоб.

– Должно полегчать, – пообещала я белому. Он даже не кивнул, мигнул.

Ночью я спала плохо, несколько раз вставала проверить Саира и обновить слой мази на его губах. Температура у парня спала. Он, напротив, стал ледяным. Я притащила ему ещё одно одеяло. Иф, кстати, перенёс в комнату Саира свою кровать, чтобы быть рядом.

Утром я снова проведала мага. Он спал. Подумала, и решила, что на уроки не пойду, только на «Демонологию» и ещё два дня назад выпрошенную консультацию у магистра Дайнича. На неё мне и следовало отправиться сразу после завтрака.

Старичок приветствовал меня традиционным:

– Проходи, деточка, потешь старика.

– Здравствуйте, магистр.

– А чего такая бледная, детка?

– Устала.

– Плохо, детка. А чего пришла? Отдыхала бы.

– У меня заклинания не выходят.

– Потом выйдут.

– На «Простейших заклинаниях» я разозлилась из-за неудач на себя. И вызвала одушевлённую магию. Магистр Ансей едва успел меня от себя же защитить.

Магистр уставился на меня немигающим взглядом. Потом нахмурился, подумал, кивнул своим мыслям и заговорил:

– Есть совсем детская методика. Она не поможет – ничто не поможет. Ты первый шаг делать умеешь. Выбрасываешь в окружающий мир свою силу. Потом, без цели, поиграй с ней, как с глиной. Попробуй вытянуть верёвку. Зачерпни немного силы и постарайся её собрать в нить. Поупражняйся.

Что-то мне это напоминает, точней кого-то. Таир говорил почти теми же словами. Любопытно.

– Детка, только не надорвись. Хочешь правду?

– Хочу, – соврала я.

– Жизнь ребёнка вне магической среды, уж не знаю почему, дурно сказывается на его способности к заклинаниям. Если вокруг него маги творят заклинания и создают из силы плетения, то малыш это освоит.

– Я жила в мире технологий. С заклинаниями впервые столкнулась здесь, в Академии.

– Возможно, твоя способность придавать силе форму атрофировалась.

– Насколько это вероятно?

– Тебе в процентах?

Киваю.

– Девяносто пять, может больше. Но не меньше.

Я запрокинула голову и уставилась в потолок.

– В этом случае, – спросила я ровно, – мне магистром не стать?

– Не стать. Магистр обязан показать ряд заклинаний, включая перемещения. Тебе грозит вечное адептство.

– Нет.

– Да, детка. Увы.

Я молча на него уставилась. Магистр развёл руками и поднялся:

– Прости, детка. Ничем не могу помочь.

– А ректор знает?

– Скоро узнает. Или уже.

– Он говорил, что хочет видеть меня преподавателем одушевлённой магии.

– Нет заклинаний – нет звания магистра. Без звания преподавать нельзя. Но ректор тебя без нагрузки не оставит, ведь тебя учат на демонолога. Будешь для Академии демонов ловить, подчинять, а напарника, чтобы перемещения организовал, тебе выделят. Эй! Ты чего так позеленела?

– Всё нормально, магистр.

– А врать нехорошо. Ладушки, детка. Бывай, – Дайнич ушёл, а я осталась сидеть и переваривать очередную новость.

Если магистр прав, а у меня нет оснований сомневаться в его компетенции, то из-за жизни на Земле, где магии толком нет, я лишилась способности к заклинаниям. Моё обучение похоже на то, как слепого бы учили рисовать: положить перед собой бумагу и карандаши он сможет, а дальше…

Я поднялась и поторопилась обратно. Потом о заклинаниях подумаю. Список проблем возглавляет состояние Саира. Но пока шла по коридорам я не могла не думать о насмешке судьбы: стоило загадать себе ректорское кресло, как я узнаю, что сесть в него не имею права, ибо у меня «магическая инвалидность».

Иф, услышав, что я пришла, появился на пороге:

– Слава богам, леди! Вы пришли.

– Что случилось?

– Саиру стало резко хуже. Ему нужен целитель.

– Целителям запрещено помогать не чёрным магам.

Иф опустил голову, и скрылся за дверью комнаты Саира. До меня долетел сдавленный стон белого.

– Я что-нибудь придумаю! – крикнула я, и вылетела с этажа. Кто приказывает целителям? – Ректор. Кто назвал меня личной ученицей и предлагал обращаться с проблемами? – Ректор. Я помчалась к нему. Нетерпеливо стучусь.

– Войдите.

– Здравствуйте, магистр.

– Адептка? В чём дело?

– Вы сказали, что можно прийти в случае проблем.

– Разумеется. Заходите и объясните толком.

– Я, как и мы говорили, применила к белому магу одушевлённую магию. Точнее, я ввела ему её в ауру. Он не справился и умирает. Очень жалко его так быстро угробить. Я прошу для него целителя.

– Адептка, сядьте.

Я села и по тону поняла, что ректор откажет.

– Адептка, я понимаю, что вам сложно. Но прощать повторение одних и тех же ошибок Академия не будет. Вы вместо использования тела утилизировали демона. Теперь вы повторяете то же самое с белым. Зачем вам понадобилось начинать с вмешательства в ауру?

Я ничего не ответила.

– Вот. Следовательно, потеря мага станет для вас уроком.

– Но…

– Вопрос закрыт. Более того, титул ученицы первого мага я с вас снимаю.

Я открыла и закрыла рот, ответила:

– Да, магистр.

– Теперь о важном. Что у тебя с заклинаниями?

– Сложности, но я работаю.

– Посети целителей, проверься. Возможно, проблема в другом. Их я проинформировал. Даю два дня. Придёшь ко мне через час после их посещения. Всё ясно?

– Да, магистр.

– Иди.

И я вышла.

Вопрос в том, куда идти. К целителям бежать и просить помочь? Что могли, они сделали. Не думаю, что он или она рискнут подставиться. Что-то мне подсказывает, что неспроста в Академии держат близких родственников. Зуб даю, шантажируют благополучием родного существа. Тогда к Саиру. Бегом вернулась на свой этаж.

– Как он? – шепчу Ифу, пытающемуся дать Саиру лекарство.

– Худо.

– Ректор отказал и лишил меня звания личной ученицы.

– Ожидаемо.

– Зато больше никого дать не должны.

Иф на меня посмотрел и покачал головой.

– Всё худо, леди.

– Вика, не волнуйтесь, – вдруг заговорил Саир, – я знал, на что шёл. А вы оказались совсем другой. Хорошей. Не волнуйтесь. Чёрная магия неспособна исцелять, – он захрипел, закашлялся и откинулся на подушку.

– Саир… Пожалуйста, поправься.

Но маг меня не слышал, провалился в забытьё.

– Дем, посоветуй, а? Хватит с меня трупов. Родителей похоронила, девочка у меня на руках умерла. Даже Тим сыграл в ящик.

– Простите, леди.

По щекам сами собой потекли слёзы. Я осторожно взяла ладонь Саира в свою руку:

– Выкарабкайся, пожалуйста.

Забытьё сменилось сном. Саир продолжал балансировать на границе жизни и смерти, Иф с ним неотлучно сидел.

На следующий день я появилась у целителей.

– Здравствуйте, мне сказали, что вы в курсе.

– Да, леди, проходите.

Мужчина уложил меня на кушетку:

– Я должен провести диагностику.

– Разумеется.

– Что с белым магом?

Я вздрогнула:

– Он на грани.

– Дайте ему выпить вот это, – целитель бросил в мою сумку маленький пузырёк.

Проклятие! Мне следовало не предполагать, а действовать, пока не исчерпаю вообще все возможные варианты. Почему я того же Дайнича не попыталась попросить?

От собственной трусости стало мерзко-мерзко.

– Спасибо, – выдохнула я.

– Вам спасибо, – отозвался целитель.

Он замолк и начал работать: долго водил надо мной руками, прислушивался к чему-то, ведомому ему одному. Не думаю, что диагностика должна длиться так долго. Лечит? Ищет то, чего нет? Я терпеливо ждала. Наконец, мужчина отошёл от меня:

– Всё, – вид у него был подавленный. Похоже, он не был уверен, что именно и как мне можно сказать. Я решила ему помочь.

– Предположения магистров оправдались?

– Худшие. Ничего не восстановить. Даже не знаю, что сказать магистрам.

– Правду. Такого не утаить. Спасибо.

– Берегите себя.

– И вы.

Я вышла из медблока. Надо срочно отдать шпульку Ифу и идти к ректору. На всё про всё у меня уже меньше часа.

– Иф!

– Да?

– Это Саиру выпить. Дал целитель. У меня обнаружена неспособность придавать магии форму, то есть неспособность плести заклинания. Ректор узнал уже и ждёт меня у себя. Я побежала.

– Леди!

Я остановилась и обернулась. Даст напоследок умный совет? Иф закусил губу и скрылся в комнате Саира.

Я дошла до ректората.

Опять стучусь.

– Заставляете себя ждать, Виктория.

– Простите.

– Я получил данные от целителей. И они весьма печальны. Вероятнее всего способность к одушевлённой магии появилась как компенсация полной атрофии нормальных магических способностей. Вы сплести заклинание, как выяснилось, физически не способны.

Я сидела и пыталась изобразить на лице то, что должен испытывать нормальный человек, который такое слышит про себя впервые, и который не обременён более серьёзными проблемами, например, борьбой за жизнь Саира. Поняв, что получается плохо, я просто разревелась, затряслась и спрятала лицо в ладонях. Ведь говорят, что слёзы – тоже оружие. Надо начинать им пользоваться.

– Адептка!

Реветь я стала громче. На всякий случай.

– Адептка! Уймитесь, адептка. Не позорьте Академию. Возьмите себя в руки. И соответствуйте званию адепта.

Я сдержала всхлип и оторвала от лица ладони.

26

Ректор смотрел на меня и не скрывал своего крайнего неудовольствия. Ошиблась. Зря я устроила театр слёз. Как бы хуже не стало. Я уставилась на него и казалась сама себе кроликом перед удавом.

– Виктория, вы меня разочаровали. Сильно разочаровали. И сейчас я не про неспособность к заклинаниям. Решение следующее. Вы продолжаете учиться. Демонологию вы в любом случае сможете освоить. Вам в помощь одушевлённая магия. Позже мы подумаем, как с вами быть. Идите.

– Да, магистр.

Я поспешила к себе.

– Иф, как он? – единственное, что меня сейчас по-настоящему волнует.

– Выпил лекарство, если и помогает, то слабо.

Я присела к кровати Саира.

– Иф, иди отдохнуть. Я побуду с ним.

– Леди, не беспокойтесь. В отличие от вас, я ночь спал нормально.

Мы помолчали.

– Леди, хотел вам сказать…

– Да?

– Я сожалею, что не поверил вам, попытался подчинить. Я и подумать не мог, что вы другая. Я пытался выбраться из рабства, за ваш счёт и сам себя наказал. Простите мне когда-нибудь.

– Иф…

– Леди, я потрясён, что даже сейчас вы относитесь ко мне как к равному.

– А как иначе?

– Можно мне не отвечать?

Я кивнула. Настроения совсем нет. Саиру дали ещё лекарства, он заснул. Я всмотрелась в его ауру. Изменилась. Если раньше от моего касания она стала просто мутной, то теперь аура была пятнистой. Почти здоровое сияние сменялось тёмными и даже чёрными участками. Выглядело так, что муть не ушла, а начала концентрироваться рваными клоками.

Я ушла к себе. Мне снова нужно хорошенько подумать. Новость о моей «магической инвалидности» не та, которую позволительно игнорировать и откладывать по причине жизненных обстоятельств.

Сидеть в вечных адептах, разумеется, можно. И это было бы не так плохо, только есть большое свинское «но». Адепт по Уставу подчиняется магистрам. То есть, прикажут мне пойти ловить демонов, и я обязана идти. Магистру приказать нельзя. Я достала «Историю Академии» и углубилась в поиск прецедента, когда звание магистра дали бы без экзамена по заклинаниям. Увы, до сих пор такого не было. Более того, магистр по Уставу рядом заклинаний владеть обязан.

Я забралась в кровать с ногами. Похоже, я встретилась с обстоятельством непреодолимой силы.

В дверь постучали.

– Да?

На пороге стоял Иф.

– Леди, я не договорил. У вас есть шанс стать магистром. Очень маленький, но есть.

– Это как?

Иф потоптался на пороге.

– Иф, ты садись.

Он послушно пристроился на пуфик у зеркала.

– Демоны обладают своеобразной магией, не чёрной, но близкой к ней. Мы слабы как маги, заклинаниями не владеем вообще. Наша магия – это магия ритуала. Существует ритуал, позволяющий установить между магом и демоном очень тесную связь, благодаря которой оба становятся сильнее. Вам это поможет вернуть способность сплетать заклинания.

– Иф, я…

Во-первых, то, что он не способен мне солгать, не значит, что я смогу задать правильный вопрос и найти подвох. Во-вторых, однажды Иф моей доверчивостью воспользовался.

– Леди, пожалуйста, дослушайте. Ритуал, о котором я говорю, почти забытый. Я о нём только слышал, а, как провести я не знаю. И я для него не подойду, потому что мы уже связаны. Вам нужен другой демон, и описание ритуала.

Обнадёжил, называется.

– И как я это осуществлю?

– Где вы возьмёте демона, я не знаю. А ритуал должен быть описан в «Архиве демона».

– Э?

– Технологию записывать книги на камень придумали демоны, хоть об этом и не принято говорить. Приписали изобретение магам. Но я о чём. Есть архив и несколько его копий в Музее Академии. В нём, и кроме ритуала, ещё много интересного. Очень советую раздобыть копию.

– Что же ты молчал раньше?

– Я не думал, что вам настолько понадобится. В то место, где архив спрятан, мне ход запрещён. Я только примерно представляю, где искать. Это может быть опасным, но я решил, что вы имеете право знать. Простите.

Иф вышел из комнаты.

Идея хорошая, но слишком призрачная. Мне бы что-то более приземлённое и реальное. Два дня прошли однообразно: я продолжала ходить на уроки, Таир и компания липли, я узнала, что Клеща зовут Фиян, Саир продолжал болеть.

На рассвете меня позвал Иф.

– Леди, проснитесь! Саир, он…

Я моментально выпрыгнула из кровати и помчалась в комнату мага. Парень метался по кровати, он был в поту, звал попеременно то Яна, то дядю, просил не давать ему платок.

– Саир!

Будто я его из кошмара выдернула. Он резко распахнул глаза и сел, со свистом втянул воздух и стал падать обратно на подушку. Его подхватил Иф.

– Леди, дайте ему лекарства.

Хватаю бутыль и отливаю в стакан.

– Выпей.

Саир с трудом проглотил снадобье, и глаза его закрылись. С минуту ничего не происходило, а потом парня затрясло. Я присмотрелась к ауре. Тёмные пятна превратились в отвратительные пузыри, которые пульсировали и медленно перемещались по ауре.

– Что за?!

Самый крупный пузырь, находившийся в районе правого плеча, лопнул. В ауре образовалась дымящаяся проплешина. То же самое стало происходить с другими пузырями.

– Иф?

– Не знаю, леди, простите.

Чернота постепенно уходила, и я увидела, как сияние, свойственное ауре белых начало появляться из-под дыма.

– Холодно, – пожаловался Саир.

Мы с Ифом его укутали. Я ещё раз взглянула на ауру.

– Тьфу-тьфу, восстанавливается.

– Аура восстанавливается?

– Да.

– Вот и славно. Отлежится денёк ещё. Больше можно не волноваться. К завтрашнему дню будет на ногах.

Камень с души. Я улыбнулась широко, счастливо, искренне. Даже засмеялась.

Я ещё раз поговорила с Ифом о ритуале. Чем больше он рассказывал, тем меньше, оказывалось, он знал. Были лишь слухи, переданные через десятые руки, сомнения и неуверенность. С другой стороны мне всё больше хотелось запустить руки в этот архив.

– Иф, как попасть к архиву?

– Не знаю, леди.

– Как это? Ты говорил, что можешь дать направление.

– Говорил. Но вы спросили про архив. Где скрыт подлинник, я не знаю. В музее хранятся копии. Находятся они в разных местах. Насколько я знаю, владелец архива, демон, специально спрятал его от магов Академии.

– И?

– Могут быть любые преграды.

– Я хочу пойти.

– Можно бумагу? Я постараюсь нарисовать план начала пути, дальше объясню.

Объяснение было путаным, сложным.

– И, леди, – закончил Иф, – в той части Музея ваш браслет работать не будет.

Я задумалась. В общем, проблемы нет – можно взять бечёвку или отмечать дорогу мелом. Для начала надо найти вход. Поход я отложила на утро следующего дня, и направилась на каменную террасу. Море и скалы меня завораживали.

– Вернусь к ужину, – отчиталась я.

Хотелось одиночества. Я опиралась на бордюр и вглядывалась в туманную даль волновавшегося моря. Волны разбивались мощными ударами, некоторые валуны не выдерживали напора стихии, и их бросало. Мне бы хотелось искупаться, но вода холодна и негостеприимна. Мне бы хотелось ощутить солёные брызги на лице, но они были далеко.

– Не помешаю? – спросил приятный мужской голос. Я оглянулась. Позади с улыбкой стоял молодой человек. Он поразил меня сходством с Саиром – почти такие же серые глаза, только интересней, с голубыми едва заметными прожилками.

– Ни в коем случае, я уже ухожу.

– Я не хотел мешать. Пожалуйста, не уходите, или я буду считать себя виноватым.

Я демонстративно сдвинулась в сторону, освобождая ему пространство. Хочу, чтоб дистанция была. Мне хватает Фияна-Клеща.

– Позвольте представиться. Артур Сольский, чёрный маг.

Первый, кто назвал и имя, и фамилию. У остальных не разберёшь. То есть догадываюсь, что Ансей фамилия, а Таир имя, но головой не поручусь. Во-вторых, обозначая свой статус, он ограничился только видом магии. Интересно, какое он имеет отношение к Академии.

– Адептка Виктория.

– Очень приятно.

– Взаимно.

– Не находите, что вид здесь потрясающий? В мою недолгую бытность адептом я часто сюда приходил.

– Недолгую? – зацепилась я за кусочек информации.

– Да. Я с детства обучался дома и весьма неплохо. Поступил сюда, когда мне исполнилось шестнадцать, то есть на год или два раньше, чем принято. Магистерскую я защитил очень быстро, и сейчас наслаждаюсь вольной жизнью, периодически возвращаюсь в Академию. У меня слабость перед здешней библиотекой и музеем.

– Мне тоже библиотека нравится.

– А музей?

Я неопределённо повела плечом, помня, что музеев два: парадный и настоящий, показанный Ифом.

– Спорим, вы были не там, где надо?

Я бы поспорила и выиграла, но, увы, придётся изображать незнайку.

– Зачем же подписываться на проигрыш?

Артур улыбнулся.

– Составите мне компанию в музей?

– Когда?

– Назначайте время.

– Виктория! – раздалось на всю террасу. Я чуть не подпрыгнула. К нам спешил Клещ. Парень быстро подошёл и попытался сцапать мою руку, но я оказалась проворней. Заправила за ухо прядь, а потом обхватила себя руками, повернулась полубоком и отставила ногу, так что не приблизиться.

Клещ нахмурился, а Артур, явно оценив манёвр, усмехнулся:

– Время к ужину, – сказал он.

– Уже? Спасибо. Мне пора. До встречи, – развернулась к выходу. Артур шагнул за мной, оттесняя Клеща.

– До встречи.

Вернулась к себе я немного расстроенной. Клещ переходит все мыслимые и немыслимые границы тактичности. Прёт как зинчик. Поучить мальчика манерам что ли?

За столом ужинали втроём. Саир, ещё бледный, сказал, что уже достаточно хорошо себя чувствует и настоял на том, что будет с нами. Я тихо радовалась. Кажется, у меня появляется семья. Наверное, я опять наступаю на знакомые грабли, но так хочется.

– Виктория, – после ужина мы с Саиром остались вдвоём, – я благодарен за то, что вы для меня сделали.

– Саир.

– Нет, послушайте. Вы поступили по чести: не тронули предназначенный мне конверт, не стали против меня использовать платок, вышитый моей мамой. Вы попытались спасти меня от проклятия. И я не забуду, как вы бились за мою жизнь эти дни. Я вам должен. И отныне клятва, которую я принёс, в моём сердце. Для меня честь служить вам.

– Спасибо, – только и могла сказать я.

Утром я бодро топала в сторону библиотеки, в надежде найти указанный переход на запретную для Ифа территорию.

– Виктория? Удивлён вас здесь встретить, – Артур посмотрел на меня с улыбкой.

– Я люблю заниматься в индивидуальном кабинете в библиотеке.

– Тогда я просто обязан показать вам музей.

– В библиотеке?

Артур улыбнулся. Он раскрыл для меня дверцу, ведущую в зал с портретами магистров-основателей. Раньше по музею я гуляла с Ифом или одна. Теперь меня ведёт Артур. Не могу сказать, что он внушал мне доверие. Я опасалась. Но встреча по всем показателям случайна… И я не думаю, что он знает про одушевлённую магию. Впрочем, знать он может.

– Здесь настоящие экспонаты, – пояснил он, – а не парадная мишура.

Оглядываюсь, пытаясь изобразить, что здесь ни разу не была. Заинтересованно оглядываюсь. Хоть бы он не понял! Артур на меня уже не смотрел, а уверенно двинулся вперёд. И к моему неудовольствию из всех возможных маршрутов, он выбрал проход через комнату с коллекцией крови. Нет бы, незнакомую комнату показал.

Мне повезло. Артур, наконец, свернул в коридор, по которому мне ходить не доводилось, и вывел в широкую галерею, где по стенам были развешаны картины. Каких только не было: и пейзажи, и натюрморты, редко попадались портреты, встречались наброски, эскизы. Я расслабилась, тем более дальше Артур меня не повёл, и весь обратный путь рассказывал байки о Нозане. Даже не заметила, как мы оказались в комнате с коллекцией.

– Нравятся флакончики? – весело спросил он.

– Нет. Кровь меня не привлекает.

– Кровь?

Я поняла, что сделала большой ляп.

– Кровь. А что это, если не коллекция крови? – я изобразила удивление, словно меня спрашивают об очевидным.

– Но…

– Просто я давно интересовалась магией крови. Занятная, есть где развернуться, но неудобная – ведь нужна кровь жертвы.

Артур мотнул головой и дальше спрашивать не стал, но я поняла, что он мне не поверил. Или не до конца поверил. А ещё он сорвал мне поход, который я планировала. Мы распрощались. Артур был безупречен, и только слишком внимательный взгляд выдавал, что у него в голове вертится не дающая покоя мысль.

Дальше всё шло неплохо, если не считать очередной попытки Клеща прицепиться. Я аккуратно спровадила парня подножкой с лестницы, выразила сочувствие и ушла к себе. Повторно сходить в музей решила после обеда, а до него оставалось время сбегать на «Демонологию».

Магистр Гвидо стал преимущественно называть темы, которые мне следовало освоить, я приходила с готовыми вопросами, мы некоторое время беседовали, потом я решала тест.

Я возвращалась с урока на обед. У двери меня поджидал Таир.

– Привет, давно не виделись!

– Привет.

– Обедом накормишь? Правда, что у тебя белый маг есть? Говорят, ты его убила?

– Он выжил.

– Покажи!

– Таир, послушай.

– Ой, брось. Что ты такая недотрога? Я же всего лишь хочу посмотреть. Даю слово – пальцем его не трону и не наврежу.

– Таир. Ты перегибаешь палку.

– Ладно, ухожу.

Я демонстративно сложила руки на груди. Таир закатил глаза, но подчинился. Я же отрыла дверь, но войти и захлопнуть не успела. Таир налетел сзади. Войти без приглашения он не мог, но и дверь закрыть не давал. На шум в коридор выскочили оба парня.

– Привет, Саир, – поздоровался Таир. – А Виктория меня пускать не хочет.

– Почему?

– Сам спроси.

– Виктория?

– Вы знакомы?!

Эти двое переглянулись и синхронно кивнули.

– Единоразовый доступ.

За столом мы сидели вчетвером. Таир пристроился со стороны Саира и разговорами донимал его. Словесный поток извергался с такой скоростью, что съесть Таир явно ничего не успевал. Его тарелка так и осталась почти не тронутой. Он говорил взахлёб, радостно. Удивительно, что Саир кивал и поддакивал. Я продержалась ровно до десерта.

– Красавцы, вы откуда друг друга знаете?

Таир хлопнул на меня глазами, набрал побольше воздуха в лёгкие и:

– Не знаю, что магистры делали, но меня взяли с собой из Академии и показывали, как ставить защиту на здание. Я был у самых ворот, когда напали белые.

– Дядя хотел схватить адепта Академии, и не знал, что в доме много взрослых магов. Думал будет легко, – встрял Саир.

– Меня схватили. Правда, магистры уже вступили в бой. Но меня вполне могли забрать. Саир меня спас.

– Да прям уж.

– Конечно! Спас! Он снял белые путы, и помог забраться под навес около дома, чтобы меня не было видно. Белые пришли за мной, а меня нет. А дядя у него ужасный.

– Ого, – изумилась я.

– Да, я как увидел, что ты Саира ведёшь, так и подошёл. Думал, смогу чем отплатить, но, вот, не нужно.

Я смотрела на них широко раскрытыми глазами. Вот так история.

– Не верите? – спросил Саир.

– Нет.

– И я не верил, что Таир придёт. А ведь… Я скажу?

– Говори.

– Таир в комнату Ифа переправлял мне записки, а я отвечал и пересылал с грязной посудой. Мы и раньше переписывались…

Они друг другу усмехнулись. Похоже, для мира парни сейчас потеряны. Я кивнула Ифу, и мы тихонько вышли из столовой. А я не верила, что бывают нормальные.

Таир просидел в комнате Саира до позднего вечера. Настолько позднего, что я боялась, Таир решил у меня заночевать. Но нет, он появился на пороге абсолютно счастливый и попросил разрешения приходить ещё.

– Пока я здесь.

Таир отчаянно закивал. Похоже, он был согласен на всё, лишь бы я разрешила. Странное поведение. Саир же выглядел смущённым. Но стоило Таиру уйти, Саир принялся меня благодарить. Я отмахнулась. Тогда он стал извиняться, что скрывал.

– Ваше общение может мне как-то навредить? – клятва солгать не даст.

– Нет, Виктория, это только личное.

– Хорошо. Давно знакомы-то?

– Около года. Дядя узнал, что в Орьске дом купил чёрный маг из Академии. Он заинтересовался, а когда увидел адепта Академии, решил поживиться.

– Зачем ему был Таир?

– Ваш Устав обязывает Академию защищать адептов. Представляете, что было бы?

– Ладно, Саир.

– Вы разрешите ему меня навещать?

– Да.

В результате сегодня я так и не нашла переход из музея в зону, где может быть скрыта копия архива. Пойду завтра. А сейчас уроки. Я обнаружила ещё одну крайне неприятную проблему. Почти всё, что положено знать рядовому демонологу я выучила. Наступал черёд специальной части: как поймать и укротить. И выяснилось, что ситуация с «одушевлённой магией» повторяется. Нет педагога, способного преподавать особенности похищения подростков-демонят. Придётся крутиться самой. Радует одно – практики будет минимум при такой системе обучения.

27

Я шла по коридору музея, на плане Ифа он оставался последним, точно известным ориентиром. Следовало свернуть после третьей фигурной арки и искать комнату с синей дверью. Учёная блужданиями по Пустолю, я была уверена, что справлюсь. Получаса хватило, чтобы отыскать небольшую комнатку, очень похожую на ту, где была жёлтая дверь. В этой, как и объяснял Иф, дверь была выкрашена в густой синий.

Решила, что первый раз далеко не пойду. Только осмотрюсь. Я приоткрыла створку. Подалась она легко. Я вынула из сумки обломок ножки стула, найденной в остатках строительного мусора, остававшегося после ремонта и сброшенного в кладовку – постарался Иф, сохранил обрывки штор, деревяшки.

Ножка стула легла поперёк дороги, не давая двери закрыться полностью. Неуверенно двинулась вперёд. Оказалось, что в помещении присутствовал свет. Синеватое сияние шло прямо от стен, избавляя от необходимости думать о фонаре. Я стояла в круглом каменном зале, из которого расходились лучами шесть коридоров. Я с ужасом поняла, что попала в огромный лабиринт, вспоминая музей, который был, по сути, лабиринтом малым.

И как тут не заплутать? Понятно, что мел я взяла. Но до сих пор про подобные походы я слышала лишь в теории. Как вариант, идти всё время направо. Я так и поступила. Поставила небольшой крестик на стене и двинулась вперёд. Почти сразу коридор раздвоился, снова крестик и сворачиваю в правый рукав. Попутно я делала пометки на бумаги и набрасывала приблизительный план местности – пригодится. Мне не повезло: коридорчик заканчивался дверцей, за которой обнаружилась комната-тупик. Пришлось возвращаться в левый рукав. Почувствовав, что забрела далеко, повернула обратно. Моя задача составить представление о месте, а не уйти подальше и поглубже. Коридоры имели ощутимый наклон вниз, а однажды мне даже лестница встретилась. Узкая и крутая, она уводила на нижний уровень через небольшой пролом.

Идея искать архив мне резко разонравилась. Я представляла себе большие помещения-хранилища, а получила катакомбы. Но это не значит, что я не осмотрюсь. Я шла и стирала нарисованные крестики.

За первый поход я осмотрела начало четырёх коридоров, и расстроилась. Так просто здесь ничего не найти. Попробую ещё раз расспросить Ифа. Я вернулась к себе, прихватив оставленную на пороге палку.

И встречал меня Саир.

– Виктория, здравствуйте.

– Привет. Как самочувствие?

– Хорошо, спасибо. Только магия ещё не восстановилась. Время нужно.

– Что-то хотел?

– Да. Разрешение написать брату. Мы с Таиром уже давно отработали передачу писем за спиной дяди. Он гарантированно не увидит. Если хотите, читайте, я не скрываю…

– Если уверен, что это мне никак не навредит, то можно.

Смысл читать? Придумали, как прятать от дяди? – Придумают, как шифроваться от меня так, что я не замечу. Выглянул Иф:

– К нам уже четыре раза ломились.

– Таир?

– Он самый. Думаю, скоро опять стучаться будет.

И, правда, от двери послышался сигнал. Открываю. На пороге с сияющей улыбкой Таир.

– Единоразовый доступ.

– Вика, ты чудо!

– Болтайте.

Сама ушла в кабинет и достала записи Яна. Я хочу разобраться с «трансформацией тьмы» до конца. Понятно, что «бабочек» мне не сделать, потому как материал не тот. Но воспользоваться принципами… Во-первых, я доработала полог невидимости. У нормальных магов для этого заклинание, а у меня аналог собственного производства. Во-вторых, я научилась работать с темнотой, но была жёстко ограничена – достаточно зажечь свет, и никакой мне «трансформации».

Снова расспросила Ифа про местонахождение архива.

– Леди, я не знаю. Где-то внизу. Ориентир – белоколонное подземное здание. К нему должна вести лестница. Я не думаю, что архив далеко, потому что сомневаюсь, что у демона было много времени на то, чтобы спрятать. Ему же нужно было успеть выбраться оттуда до того, как его нашли.

– Мне попалась лестница вниз.

– Возможно. Не думаю, что там много лестниц. Леди, я не знаю. Из того, что я слышал, очень трудно вычленить полезную информацию. Знаете, как высокопарно мне рассказывали? «Знания коронуют».

– Иф, а ты полный текст вспомнить сможешь?

– Постараюсь. У меня-то в основном зрительная память, не слуховая.

Новый день – новый спуск в катакомбы. До пролома с лестницей на нижний уровень я дошла быстро, ориентируясь по мной же нарисованной карте. Даже мел не потребовался. Уверена, что обратно легко выйду.

Шагнула на первую ступеньку. По ощущениям надёжно. Пошла вниз, цепляясь за стены. И попала в очередной коридор. Я блуждала по переходам, стараясь не уходить далеко от лестницы, как и советовал Иф. Не попадалось ничего интересного, пока я не заметила, что щель, в которой и вырублена лестница, продолжается дальше. Я полезла в пролом и оказалась в громадном зале со сводчатым потолком. По центру высилось здание, обнесённое белыми витыми колоннами.

С минуту я просто смотрела и восторгалась. Колонны создавали ощущение воздушности и лёгкости. Над ними словно парил купол, украшенный цветочным барельефом. Я хотела двинуться вперёд и призадумалась. Что-то не складывается картина.

Демон с архивом попадает в Академию, принадлежащую чёрным магам. Спрашивается, откуда он знал это место? И почему об этом месте толком не знают преподаватели? Почему преподаватели не ищут архив? Допустим, демон рассказал демону, через десятые руки дошло до Ифа. А маги?

Пока не знаю. Похоже на другую загадку Академии. Здание. Откуда оно взялось? В учебниках нет ни одного упоминания о строительстве, только парадный портрет основателей, стоящих на фоне завершённого здания.

Аккуратно пошла вперёд. Всё равно отступать некуда. Неприятных ощущений не возникало ровно до порога. Меня остановила невидимая преграда. Воздух стал невероятно плотным, я упёрлась в него рукой. Преграда медленно подалась, и я смогла пройти. Похоже, сработала связь с Ифом.

Здание оказалось пустым, лишённым перегородок. Прямоугольное пространство оканчивалось ступенчатым постаментом, на котором сидела мраморная статуя. Возможно, не мраморная, но выполнена она была из белого гладко отполированного камня. Разобрать, кто изображён я не смогла. Больше похоже на девушку.

Удивительно, что на статуи была одежда из ткани. Нечто вроде римской тоги. Голова была украшена диадемой – тонкий обруч с острыми маленькими зубчиками, и всё это в россыпи драгоценных камней.

Обежала глазами пространство ещё раз. Вылитый языческий храм. Иф, впрочем, не упоминал, чтобы здание несло сакральный смысл. Приблизилась к статуе. Симпатичная. А теперь дело. Я огляделась ещё раз. Определённо, место то, о котором говорилось в рассказе. Но становится непонятно, где искать архив. Насколько я поняла, он представляет из себя набор камней, как мои учебные пособия.

Обошла каждый закуток, постучала по колоннам. Ничего. Никаких тайников. Поискала у постамента, под ним, за ним. И тут меня озарило. Я подняла глаза на статую, вспомнила слова Ифа: «Знания коронуют». Настоящая диадема с драгоценными камнями.

Я нашла.

Подвинула оставленную у постамента сумку и полезла к статуе. Не так сложно, как я боялась. Я вскарабкалась, уцепилась за локоть статуи, потянулась и ухватилась за диадему. Украшение скользнуло мне в руку. Спрыгнула на пол. Диадема приятно холодила, я повертела её в разные стороны, но в синеватом свете подземелья её толком не рассмотреть.

Обернула находку в ткань, спрятала её в сумку, ещё раз огляделась и пошла к выходу. Начать работу с архивом мне не терпелось, поэтому, чем ближе к выходу я подходила, тем быстрее шла. Подцепила ножку стула, державшую синюю дверь, бросила в сумку, распахнула дверь максимально широко, шагнула и упёрлась носом в Артура Сольского.

– Виктория?! – первая искрения эмоция, Артур потрясён. Я тоже несколько ошарашена встречей. Но он тут просто так, а я несу диадему, следовательно, в руки себя взять обязана первой. – Что вы там делали?

– Как что? Вы показали мне музей. Мне стало интересно. А уж когда я увидела тот зал с коридорами…

Артур не сдвинулся.

– Мне стоило не торопиться и пойти с вами?

Артур кивнул.

– Дадите мне шанс исправиться?

Он снова кивнул.

– Тогда до завтра, – махнула я, – Здесь сразу после завтрака.

– До завтра, – он посторонился, и я припустила к себе.

Обошлось. Мне не сложно прогуляться с ним. Покажу составленную мной карту начала лабиринта, поведу его исследовать оставшийся туннель. Я даже готова прогуляться с Артуром пару раз, прослежу, чтобы не ходил к храму.

– Иф! Я нашла, – возвестила я с порога. Иф выглянул из комнаты и улыбнулся мне:

– Вы бы сначала пообедали.

Первый момент я озадачилась, а потом поняла, что Иф прав. Видя моё нетерпение, Иф очень быстро организовал стол. Парни, как я поняла, уже поели, поэтому без всяких церемоний передо мной были поставлены тарелки с первым и вторым. Заглатывала, даже не ощущая вкуса. Наконец, отодвинув от себя всё, встала:

– Пойдём в кабинет.

И мы пошли разбираться с находкой. Сначала я подробно расписала Ифу свои поиски. Слушал он внимательно, задавал уточняющие вопросы:

– И? – не выдержал он.

Достаю из сумки диадему, разворачиваю ткань.

– Вот.

– Ого!

Молча рассматривали украшение.

– Пробую?

– Думаю, её надевают, а управление мысленное.

– Интересно… Странно, что демон и диадема.

– Кто знает? Архив мог принадлежать и демонице.

Взяла украшение двумя руками и осторожно водрузила на голову.

– Включись, – произнесла я.

Секундное ничто.

– Ой, – сказала я.

Диадема работала не так, как привычные мне камни. Я почувствовала, как она передаёт ответ напрямую в голову. Закрыла глаза. Я попыталась понять, какого рода информация стала мне доступной, но вместо ответа получила вопрос: какого рода соединение я желаю. Если выберу ограниченное, то доступа ко всему архиву у меня не будет. Я согласилась установить полную связь.

Диадема стала сжиматься вокруг головы. Я повторила своё «ой». Иф отозвался эхом. Обруч сдавил сильно, я испугалась и попыталась диадему сбросить.

– Нет, леди!

Я послушалась, отдёрнула руку. Иф был прав. Сжимать голову диадема перестала. Я вообще её больше не ощущала.

– Мда, – вынес демон вердикт, Иф был явно озадачен.

– Что такое?

Молчит.

– Иф?

– Леди, вам бы к зеркалу.

Очередная гадость. Иду, смотрю на себя. Обруч исчез, словно его и не было, а камни… Они въелись в кожу. Трогаю. Сидят как наросты или бородавки.

– Иф?

– Леди, это, судя по легендам, пожизненное.

– Что?!

– Пожизненное, леди.

– Но! Я же только померила. Я…

– Леди, – Иф развёл руками.

Уставилась в зеркало. Основные камни – изумруды с брильянтами. Теперь кожа на лбу у меня как у пупырчатой жабы. Ифу я поверила – не снять. Не думаю, что создатели диадемы привязывали её к владельцу без причины. Впрочем, я уже заметила, что вся культура демонов строится на установлении всевозможных магических связей.

– Как её скрыть?

– Никак. Демон на вашем месте бы гордился её обладанием, и ни в коем случае не скрывал.

– Но я-то…

– Иллюзия? Невидимость?

– Платок? Чёлка?

– Чёлка.

– У нас ножницы далеко?

Следующие полчаса я выстригала себе чёлку до бровей. Стала похожа на приплюснутого бобика. Эх, а ведь чёлка мне совершенно не идёт, можно сказать уродует и уж точно значительно дурнит.

Села в кресло и начала осваивать приобретение. Думаю, возможности моего браслета диадема превосходит в сотни раз. И, разумеется, я начала поиск информации с ритуала, о котором говорил Иф. Мне оказалось достаточным чётко продумать, какой результат я жду от ритуала, чтобы перед мысленным взором возник текст.

Древний ритуал, делавший на магическом плане мага и демона кем-то вроде сиамских близнецов, настолько тесно они становились связанными, популярностью не пользовался никогда, хоть в результате демон и получал способности к человеческой магии, в первую очередь к заклинаниям, а маг становился в разы сильнее.

Я читала, и удивлялась, что так легко нашла средство избавиться от «магической инвалидности». Установить с демоном связь – и проблема исчезает. Думала я так ровно до того момента, пока не добралась до сносок и комментариев. Если у мага какая-то из магических способностей атрофировалась, например, маг не может больше видеть ауры, то ритуал ему ничем не поможет.

Стала искать, есть ли ритуал, который способен исцелить в магическом смысле. Выяснила. Не может. Магия демонов ближе к чёрной магии, а исцеление – раздел белой. В лабиринт я лазила зря. Даже с секретным архивом мне не вернуть утраченную на Земле способность придавать магии форму, и теперь окончательно можно признать, что по-нозански я инвалид.

Не могу сказать, что я почувствовала себя ущербной. Для меня норма – это жизнь без магии. Тем более, что альтернативы заклинаниям у меня есть. Переживать точно не буду, а вот думать придётся. Без заклинаний мне не стать магистром, а без звания мне не получить свободу от Академии. Отказаться похищать и пытать демонов у меня не будет права.

Эту проблему я пока откладываю. Прямо сейчас мне ничего не придумать, и время терпит. Займусь насущным. Чёлки маловато будет. Зря что ли Яна бабочками мучила, а потом сама мучилась? Сосредоточилась и осторожно набросила свою версию полога сокрытия, основанного на трансформации тьмы. Стало определённо лучше.

Вечером вновь заглянул Таир. Я специально вышла встретить и немного поболтать, чтобы проверить, сможет ли Таир увидеть камни.

– Привет! Вау! У тебя чёлка? А чего? Неужели Фиян понравился, и ты решила прихорошиться?

– Просто сменила облик.

– Так я и верю.

– Кстати, а что Фияну от меня нужно?

– Не ясно что ли?

– Поясни. Пожалуйста.

– Жениться хочет.

– Жениться?! Он же меня совсем не знает.

– Он хочет жениться. Не обязательно на тебе. Просто других кандидатур нет.

– Зачем?

– Да вся Академии знает. Главой рода Фияна является его дед. Наследовать титул может только женатый мужчина. Отец парня умер. И если Фиян не успеет обзавестись супругой до смерти деда, главой рода станет младший брат отца, титул для Фияна будет навсегда потерян. Как ты понимаешь, дядюшка специально сюда отправил племянничка, подальше от женского пола. А тут ты, такой шанс. Раньше-то Фиян безвылазно заклинания учил, чтобы перемещения освоить, а теперь решил за тобой поохотиться. Ты смотри, магический брак состряпать быстро. Заведёт куда-нибудь…, – Таир хмыкнул и переключился на Саира.

Утром пришлось выполнять обещание. Идти на встречу с Артуром. Он уже ждал, и ждал не у синей двери, не в библиотеки. Он стоял на лестничной площадке. Я чуть не споткнулась, когда его увидела. Парень чуть насмешливо щурил серые с голубыми прожилками глаза.

– А вы, оказывается, соня.

– Или у кого-то бессонница.

– Новая причёска? В честь чего?

– А обязательно нужна причина? Может быть, мне просто захотелось?

– Думаю, причина есть.

Он что-то себе напридумывал или видит диадему? Если второе, то ничего хорошего. Но Артур тему оставил и переключился на музей.

– Что вы там всё-таки делали?

– Осматривалась. И даже попыталась изобразить карту.

Я вручила ему свой набросок. Артур заинтересованно покрутил его, потом фыркнул:

– А почему не с помощью артефакта? Вы не могли не видеть карт в учебных пособиях.

– Не умею. А это для себя. Мне, правда, интересно, что там, в этом лабиринте.

– Я о нём узнал случайно. Просто набрёл, когда ходил по музею ещё в первые месяцы своего пребывания в Академии. Пытался расспрашивать демона, обитавшего при библиотеке, но тот знал очень мало. Ему было запрещено даже приближаться к синей двери. За ней много скрыто. Я лично хочу поискать в лабиринте следы цивилизации агатов.

– Зачем? Если не секрет.

– Никаких секретов. Увлекаюсь историей. Загадочная цивилизация. Высокоразвитая, с возможностями. И вдруг исчезает. По-настоящему, никто не знает, куда она делась.

За разговором мы дошли до заветной двери. Артур галантно пропустил меня вперёд.

– Дверь легко открывается изнутри, я проверял. Можно не класть палку. Когда-то мне не хватило ума воздержаться от экспериментов. Обошлось, повезло. А то ваша коллекция находок из лабиринта началась бы с моего скелета на пороге.

Находки… Намёк на диадему? Или всё же нет? Не знаю. Но надо успокоиться. Артур оглянулся на меня:

– Куда пойдём?

– Давайте в правый? Я начала его смотреть, но далеко не уходила.

Артур принял моё предложение без вопросов.

Мой выбор пал на самый правый коридор не случайно. Во-первых, в нём не было лестницы к храму. Во-вторых, именно правый коридор я изучила дальше остальных, хочу с потенциально опасным попутчиком гулять по знакомой территории. Разумеется, Артур получил усечённый вариант нарисованного мной плана местности.

И всё-таки я волновалась напрасно. Артур развлекал меня разговорами, мы побродили по лабиринту и к обеду вернулись. Диадему, судя по всему, Артур не видел, а намёки в его словах я выискивала на пустом месте. Мы разошлись, думаю, довольные друг другом.

28

Перед обедом я успела встретиться с магистром Гвидо и отчитаться по очередной теме. Поела и ушла к себе заниматься диадемой. К моему великому сожалению, инструкции по применению к ней не полагалось. И я со скрипом разбиралась. Даже не уверена, что делала правильно, потому что чем дольше я с диадемой работала, тем отчётливее мне казалось, что у меня под черепной коробкой копошатся черви.

Четыре часа я упорно работала. Это стоило мне жуткого приступа головной боли и одной любопытной находки. Наверное, я даже вскрикнула, когда меня скрутило, потому что в комнату прибежали и Иф, и Саир.

– Леди?

– Виктория?

– Голова вдруг заболела, всё хорошо.

– Это из-за диадемы? – уточнил Иф.

– Какой диадемы? – Саир.

Мне было не до ответов, я сбросила полог невидимости и подняла рукой чёлку.

– Оу, – вытаращился на мой лоб Саир.

– Ага.

– Леди, от диадемы плохо быть не должно.

– Значит, диадема неправильная. Или я.

– Вы.

– Что? – боль чуть отступила, думать стало легче.

– Вы не демон.

– Вот засада. И?

– Леди, я не знаю, чем это грозит.

До ужина я провалялась на диване с компрессом на голове. Полегчало. Я даже со всеми поела, потом отозвала Ифа в кабинет. Мне не терпелось поделиться с ним новостью. Я прочитала про связавший нас обряд и выяснила, что благодаря выпитому эликсиру, связь между мной и Ифом можно ослабить настолько, что она исчезнет.

Я давно решила, что раб мне не нужен. Кто-то скажет, что я совершаю ошибку. Пусть. Я верну Ифу полагающуюся по праву рождения свободу. Надо же иногда поступать по совести. Улыбнулась сидящему перед моим столом демону.

– Иф, из архива я узнала, что то, как мы провели ритуал, оставляет лазейку. Мы можем ослабить связь настолько, что она самоликвидируется.

– Леди?!

– Что скажешь? Я готова тебя отпустить в любой момент.

Иф вскочил на ноги, опёрся на столешницу и замер, всматриваясь в моё лицо.

– Готовы? – взгляд зелёный глаз настолько потрясённый.

– Да.

– Невероятно, леди, – он опустился обратно на стул.

– Чего тебе невероятно?

– Свобода спустя столько лет. Замаячила и упорхнула, – Иф опустил лицо в ладони.

– Упорхнула?

– Леди… Вы не понимаете, что с вами сделают, если вы меня отпустите? И что сделают со мной?

– Чёрт!

– Меня опять на цепь, а вас на допрос. И потом на цепь. Про диадему-то помните?

– Прости, я хотела…

– Леди, я очень хочу освободиться. Не от вас. С вами-то хорошо, просто…

– Просто связан.

– Да. Мне нужно куда-то отсюда выбраться. Из Академии. Только тогда можно говорить о свободе.

– Бежать?

– Куда? Бежать надо не откуда-то, а куда-то. Потому что иначе вы рискуете попасть, боги знают куда. Академия – не худшее место на Нозане.

– Я подумаю, Иф.

Отрывистый кивок. Иф поднялся и пошёл прочь. На пороге он обернулся:

– Спасибо, – и вышел, крепко захлопнув дверь.

Я вздохнула. Опять всё не так.

Проснулась я на рассвете от головной боли. Встала с тихим стоном, не хватало только парней перебудить, и доползла до ванной. Умылась, посмотрела на себя и ужаснулась. Если раньше камни диадемы были «вросшими» в кожу, то теперь лоб у меня изменился. Камни будто размножились, и теперь моей кожи не осталось. Были тесно прижатые друг к другу изумруды, несколько рубинов и сапфиров, даже бриллианты. Словом, лоб стал окончательно пупырчатым, цветным, жабьим. А я с полным правом могу называться каменной башкой. И я очень надеюсь, что лбом диадема и ограничится, не «поползёт» вниз на лицо, потому как нос чёлкой уже не закроешь.

Делать ничего не хотелось. Сходила только на «Демонологию», «Всезнание» и «Историю пыток», как я коротко про себя звала курс. Голова опять болела. Только не сильно, а ныла. Я собиралась прийти и снова лечь, но не тут то было. В коридоре у лестницы нарисовался Клещ.

– О! Виктория!

– Привет, Фиян.

– Виктория, а чего бледная?

– Устала. Знаешь же, как я учусь. Вот иду, поспать хочу днём.

Переводится: прояви тактичность, изыди.

– А-а-а, иди, конечно.

Странно, слишком легко Клещ отцепляется. Он отодвинулся в сторону, пропуская. Делаю шаг вперёд, и он тотчас подхватывает меня под руку.

– Провожу, на тебе совсем лица нет.

– Фиян, излишне, – я попыталась вырваться. – Фиян, отпусти!

– Извини, мне из дома сообщили, что дед заболел.

Он резко меня развернул к себе:

– Никакого физического вреда, Виктория.

Одной рукой он зажал мне рот, второй подхватил поперёк туловища и поволок. Я задёргалась, забрыкалась, но парень был сильнее, он только крепче меня сжал, не выпуская.

– Тихо-тихо. Вот чего ты дёргаешься? Мы только поженимся. Учёбы здесь свадьба не отменяет. Перееду к тебе на этаж, помогу с демоном и магом управляться. Будут у меня шёлковые. Не брыкайся, говорю!

Попыталась от души лягнуться. Клещ не реагировал. Конечно, что ему мои брыканья, когда впереди маячит титул главы рода. Он уверенно тащил меня вперёд, ногой распахнул дверь пустой аудитории. Приготовился, мерзавец! На полу расставлены ароматические свечи. Уже горят.

В центре стол, на нём покрывало, лежит лист бумаги. Наверное, с текстом. Клещ поставил меня на ноги, но продолжал обнимать, руку со рта не убрал, попытки лягнуться игнорировал, только уговаривал:

– Не нервничай, зачем? Всё равно поженимся. Согласия женщины же не требуется.

Я вдыхала пропитанный ароматом свечей воздух и успокаивалась. Дёргаться я перестала.

– Вот.

Что-то неправильное. Похоже, идея сонного порошка и его аналогов среди адептов популярна. Через силу дёрнулась ещё несколько раз, окончательно затихла, уснула.

Разбудила меня ругань, оборвавшаяся резким окриком в приказном тоне и тишиной. Я осторожно села. Оказывается, я лежала прямо на полу. Хорошо хоть покрывало постелили, а не кинули на каменные плиты.

– Виктория, – голос напряжённый, смутно знакомый, и не Клеща.

Передо мной присел Артур. Почти рефлекторно убедилась, что полог невидимости на месте, и челка прикрывает лоб.

– Как вы себя чувствуете?

– Голова болит.

– Что Фиян сделал? – голос Артура стал на пару градусов холоднее.

– Нет. До этого болела, – я сообразила, как оказалась на полу. – Где этот урод?

– То есть он вам не навредил?

– Артур, что случилось?

– Виктория, понимаете, я узнал о его к вам интересе и стал приглядывать. Я помню, как вы на него реагировали.

– Артур, спасибо, что вмешался и не допустил.

– Виктория, простите. Я опоздал. Обряд состоялся, и вы замужем.

– Что?!

– Вы замужем, – и взгляд грустный, подавленный.

– Нет!

– Простите.

– Ладно. Как развестись?

– Никак. Обряд магический, развода не предполагает. Самое печальное, что больше от адепта вас Устав не защищает. Семейное право выше. А проведёт второй обряд, и имущество ваше получит.

– Стоп. Какой второй?

– Сейчас был заключён только брак. Второй обряд – это обряд включения жены в род. И только после этого в ведение мужа переходят ваши деньги, демон, прочее имущество.

– Значит, я должна не допустить второй обряд.

– Думаете, на него согласие требуется?! Да теперь он свяжет вас, кляпом заткнёт и будет в своём праве. Я сейчас воспользовался своим званием магистра, приказал ему конспект мне по цивилизации агатов написать до вечера. Так что готовьтесь.

– Спасибо.

Артур помог подняться. Голова так и продолжала ныть, я слегка пошатнулась и побрела к себе. Хоть бы до комнаты дойти без приключений.

– Иф, Саир!

– Леди?

– Виктория?

– Я замуж вышла.

Глаза у обоих как блюдца.

– Меня похитили и провели обряд без моего согласия.

– Свадьба? – Саир явно не о моей проблеме подумал.

Раздался сигнал от входной двери. Открываю – на пороге стоит Таир, улыбка до ушей. Не знает о случившемся? Ну и пусть.

– Единоразовый доступ, – пока Таир у белого мага, я могу побыть одна. Плакать не хотелось, бороться настроения нет. Навалилась апатия. Почему этот мир так со мной? Вопрос риторический.

Раздался стук в мою дверь. Я вздрогнула.

– Войдите.

– Как ты умудрилась? – Таир непривычно серьёзный.

Пожимаю плечами.

Таир прошёл ко мне и сел рядом.

– Виктория, не хочу тебя расстраивать, но Фиян в качестве мужа… Я однажды был у него дома в гостях. Они там все хороши. Не удивлюсь, если папеньку его убили. Так вот, видел сестру Фияна. Девка с синяками ходит. Я же предупреждал!

– Я должна не допустить второй обряд.

– Ударит по голове, да и всё. Он муж, Устав тебя не защитит.

– Мне говорили.

И тут у меня появилась одна нехорошая мысль.

Таир же ушёл, довольно быстро, выпросив у меня разрешение заглянуть завтра, точнее, это я его спровадила, потому что мне не до бесполезного сочувствия. Мне проблему решать надо, а не сопли жевать.

Втроём поужинали: я, Иф и Саир. За столом царило напряжённое молчание. Но неужели день наконец закончился? Увы. Снова сигнал в дверь. Я нутром почувствовала, кто явился. Открыла дверь. На пороге улыбается во все тридцать два зуба Клещ.

– Жена, идём.

– Куда?

– Соберёшь мои вещи и сюда перенесёшь. Не в моей же комнате ютиться.

– Радость моя, ты не понял. Если ты провёл обряд, это не значит, что брак состоится. Титул ты теперь получаешь? Да. Вот и вали.

– Да как ты смеешь с мужем! Да я! Да ты!

Я попыталась захлопнуть дверь, но Клещ её удержал. Войти, впрочем, без моего разрешения он не мог – попытался. Мощный кулак ударил в стену.

– Ты не сможешь здесь прятаться вечно. И, уверен, мне очень быстро дадут сюда доступ.

Дверь захлопнулась с грохотом.

Я бы могла потерпеть фиктивный брак, но это… Нет, так точно не пойдёт. Правильно меня Таир предупреждал. Размышления прервал писк браслета. Смотрю уведомление – магистр Гвидо передал в ректорат, что базовый курс «Демонологии» пройден, и мне назначен экзамен, после которого я обязана приступить к изучению похищений и подчинению. Более того, мне предлагалось отчитаться по остальным обязательным курсам.

Утро началось с сигнала входной двери. На пороге Клещ и неизвестный мужчина:

– Дядя, моя жена. Владеет магией, уникальная женщина.

– Вы его жена?

– Обряд был проведён без моего согласия.

– Да какая разница! – рявкнул дядя. Посверлил меня ненавидящим взглядом, плюнул и двинулся прочь.

После завтрака пришло сообщение от куратора. Он срочно желал меня видеть.

– Виктория, смотрю, замуж вышли.

– Смотрите?

– В результате обряда появляется знак на тыльной стороне ладони. До сих пор не заметили?

– Нет.

Оказывается, на руке обозначился треугольник.

– Исчезнет со смертью супруга, – подсказал Верис. – Вы его не пустили к себе на этаж?

– Нет. Не вижу причин.

– Он ваш муж, адептка. Этого более чем достаточно. Мы сейчас пройдём с вами, и я прослежу, чтобы вы дали адепту Фияну полный доступ. Не единоразовый. В противном случае вмешается ректор и выдаст доступ своей властью. Вы не в том положении, чтобы вызывать дополнительное неудовольствие первого мага Академии.

Я кивнула. Куратор проводил меня до двери. Я достала из сумки перо, кольнула палец. Набухла капля крови. Приложила палец к камню у двери:

– Адепт Фиян, полный доступ.

– Вика, по Уставу причинять вред адепту нельзя. На отношения с мужем это не распространяется.

– Спасибо.

Куратор ушёл, а я бросилась в кабинет. Дядюшка Фияна мне ещё спасибо скажет. Я достала из ящика стола ларец, сняла с него бумажку-предупреждение. Вовремя.

– Где моя жена? – спросил ненавистный голос, дверь открылась. Фиян. Попыталась не выдать всей гаммы эмоций, которую я испытывала. Клещ приблизился, провёл пальцем по моей щеке.

– Придётся поучить тебя почтению к мужу. Жаль такую мордашку портить. Но что делать?

Я сдвинула рукой ларец подальше от Клеща.

– Что там у тебя?

– Не смей трогать мои вещи, – процедила я. – Особенно платок, который мне…

Клещ хохотнул, оттолкнул меня в сторону и схватил проклятый кусок ткани. Пошатнулся. Уставился на меня круглыми глазами, всё ещё не выпуская платка. На лице появилась бледность.

– Слышь, муж. Ты бы бяку бросил. Тебя разве не научили проклятых вещей не хватать ручонками?

Фиян перевёл взгляд с меня на платок. Глаза стали ещё шире. Он вновь уставился на меня, а потом швырнул платок в мою сторону. Я отпрыгнула. Платок, впрочем, не долетел бы в любом случае. Фияр покачнулся, схватился за стол и сел на стул. Бледности прибавилось.

– Бедная я. Дурак достался в супруги. Предупреждала же не жениться. Э-эх.

– Целителя!

– Ой, точно. Спасибо, что подсказал. А то я так переживаю, что и не сообразила. Иф!

– Да, леди?

– Последи за супругом. Кажется, он не в ладах с головой, раз хватает, что ни попадя. Пойду за целителями.

И я пошла. Медленно-медленно.

До медблока добралась, постучалась, дождалась разрешения войти.

– Здравствуйте. Что-то я частым гостем у вас стала. На сей раз помощь нужна адепту, он схватил у меня проклятый платок, я его предупреждала, а он…

– Где он? Идёмте скорей!

– Идёмте, – целители зачем-то спешили, поэтому до моего этажа добрались не в пример быстрее, я дала единоразовый доступ и указала на дверь кабинета. Брат с сестрой спешно вошли и просто-таки метнулись к Клещу.

– Адепт!

Почти сразу брат с сестрой отстранились.

– Скончался. Мы не успели.

– Бывает. Идёмте, раз уж вы здесь, к белому-то магу.

Оба обернулись на меня с некоторым изумлением. Иф же обошёл их и исчез за дверью. Я махнула им рукой.

– Но мы…

– Саир, бегом сюда!

Маг появился тут же.

– Вот, знакомься. Это целители тебя спасли, лекарство дали.

– Виктория…

Я ушла. Пусть белые поговорят хоть немного, пока есть шанс.

Меня позвали четверть часа спустя.

– Надо бы вашего куратора вызвать, тело оформлять.

– Сейчас схожу, – улыбнулась я.

В коридоре столкнулась с Артуром.

– Больно счастливая для замужней.

– Уже овдовела, – пожала я плечами и улыбнулась шире.

– Что?

– Супруг, говорю, скончался.

– Как?

– Скоропостижно.

У Артура лицо вытянулось. Я ему подмигнула и пошла дальше, к куратору.

Верис был в своём кабинете. Я постучалась, дождалась разрешения, открыла дверь:

– Магистр Верис, у меня муж умер.

– Так быстро?

– Да куда откладывать-то?

– Идём.

Саир и Иф уже сидели по комнатам, целители ждали магистра в кабинете. Чёрт! Я забыла припрятать платок. Магистр посмотрел на труп, на ларчик, на платок.

– От кого была посылка?

– От дяди белого мага. Он попытался меня убить, но…

– Ясно. Очередное покушение на адепта Академии, – тон жёсткий, деловой, слышался в нём приговор. – Я вынужден опасный предмет изъять.

Жалко, но деваться некуда. Дальше Верис занялся рутиной: вернул телепортом целителей в медблок, забрал тело, платок, ларчик оставил.

– В полночь похороны. Думаю, никому не следует знать, что вы были замужем.

– Конечно, – я посмотрела на руку, знак замужества исчез. Быстро я всё-таки отделалась. Я снова невольно улыбнулась.

И слегла с очередным приступом головной боли. Диадема стала серьёзной проблемой. И не снять «каменную кожу», и, судя по всему, у меня с диадемкой какая-то несовместимость. Боюсь, вся для меня может окончиться печально. С Саиром я поговорила, он ничем помочь не мог. Тогда я строго-настрого запретила о моём «украшении» распространяться. Иф тоже ничего не знал.

– Возможно, защита от магов, – сказал он.

Я немного отлежалась и пошла на похороны. Опять эти ступени в Башню смерти.

Меня нагнал Таир:

– Вот это да! Нет, полный восторг, – зашептал он мне. – Одобряю. Кстати, как?

– Тебе Саир про платок рассказал?

– Ага. Платком? Уважаю. Не, а идея со свадьбой была такая…

– Тише, мы уже к залу подходим.

– Да, здесь разговаривать нельзя. Э-эх.

Купол раскрылся треугольными секциями подобно бутону. Медленно треугольники ушли в стены башни, и мы, как тогда, оказались на круглой площадке у самого неба, которое чернело над нами. Звёзд в этот раз я не увидела.

Подожгли тело. Огонь кроваво-красными языками взметнулся в момент. Я обхватила себя руками. Успела за несколько часов выйти замуж, овдоветь. Я стояла, смотрела, как пеплом оборачивается тело того, кто стал мне мужем.

Огонь иссяк, ветер унёс пепел. Я поспешила обратно к себе на этаж. Голова опять начинала болеть. Я зевнула.

– Эй! – Таир вновь приготовился извергнуть поток слов. Я даже постояла, послушала, кивала. Если и делала это невпопад, то Таир не заметил.

– Завтра обязательно загляну! – крикнул он мне на прощание.

29

Таир появился с утра. Меня смутил хитрый прищур и нетерпение, угадывавшееся в каждом движении. Но голова опять болела, поэтому я махнула рукой. Пусть друзья общаются. Саир же не может причинить мне вред, он поклялся.

Я снова сидела у себя и мучила диадему. Решила поискать причину головной боли в самом архиве. И осознала свою непроходимую глупость – ответ пришёл мгновенно. Связь не выстроилась до конца. Когда я испугалась, что диадема сжала мне голову, и попыталась её сбросить, я нарушила процесс. Села, расслабилась, позволяя диадеме настроиться, как надо. Ощущение копошащихся в мозгу червей вернулось. Я терпела с полчаса, а потом вдруг стало хорошо.

Успеваю сходить на «Всезнание». Вышла в коридор и обнаружила, что дверь к Саиру приоткрыта. Мельком взглянула и остолбенела. Так и застыла с открытым ртом: Саир и Таир, стоя у двери, целовались. Страстно. Я понимаю, что люди по-разному… Но Саир и Таир! На полу были расставлены догоравшие свечи. Кажется, я застала сцену не для чужих глаз. Хотела незамеченной удалиться.

– Вика! – радостно воскликнул Таир. – Ты-то нам и нужна.

Я замотала головой и отступила.

– Виктория, простите, я знаю, что должен был просить разрешения.

– Вика, – перебил Таир. – ты как старшая для нас должна сходить к моему дедушке магистру Дайничу и сказать, что его внучка Таир вышла замуж и сочеталась магическими узами. Только не говори, что до сих пор не поняла, что я девочка!

Я открывала и закрывала рот.

– Понимаешь, нам так понравилась идея пожениться по-быстрому!

– Ты же не против?

Я начала сползать по стеночке.

– Виктория!

– Вика!

– Воды.

Пришла в себя полулежащей в кресле. Мне брызгали в лицо, похлопывали по щекам.

– Вика!

– Да?

– Ты как?

– Как? Прелестно. Извольте объясниться!

– Виктория, – заговорил Саир, – я люблю эту девушку больше жизни и готов ради неё на всё. Я прошу простить меня за то, что не попросил вашего разрешения на свадьбу.

– Вика, – перебила Таир, – ты срочно должна сходить к дедушке и всё ему рассказать.

– Почему я?

– Потому что ты старшая.

Только с Дайничем мне и объясняться. Для начала перепроверила невидимость на лбу, поправила чёлку и пошла к учителю. Я смутно представляла, что могу сказать. Отправила запрос на встречу с магистром, когда уже подходила к «нашей» аудитории. Пришлось ждать: стоять и подпирать стенку.

– Детка, что стряслось? – спросил меня старичок.

– Стряслось, – буркнула я, и мы зашли в учебную комнату.

Я начала с главного:

– Магистр, а кто-то может услышать, о чём мы говорим?

Маг посмотрел на меня очень и очень серьёзно, потом что-то сделал и сказал с лёгкой доброй улыбкой:

– Теперь нет.

Я кивнула и попыталась собраться с мыслями. Так и не знаю, что сказать.

– Детка, в чём дело?

– Таир. Ваша внучка.

Магистр подпрыгнул:

– Откуда?!

– Она сама призналась. Таир только что вышла замуж за белого мага, принёсшего мне клятву верности.

– Таир? Моя птенечка?

И лицо такое растерянное, обиженное и немного потрясённое.

– Да как же так-то! Вот дурёха. Я должен с этим белым пообщаться.

– Э-э-э-э.

– Вика, даю слово, что если он её любит, я приму брак безоговорочно. Слово мага.

– Откуда у вашей внучки дар? Женщины же магией не владеют?

Магистр Дайнич пожевал губами, нахмурился, но заговорил:

– На Нозане, независимо от конкретного места проживания, в обязательном порядке все младенцы женского пола до года проходят через один обряд… Считается, что это оберег, пожелание счастья и удачного замужества. На самом деле обряд лишает девочек магии. Способности-то заметными становятся только после трёх лет, обучение можно начинать с четырёх-пяти.

– Получается, до обряда магию у ребёнка увидеть нельзя, после невозможно?

– Да. Я узнал, детка, случайно. И не допустил, чтобы Таир через него прошла. Я её учил. И учил не только магии, но и изображать парня.

– У вас, должна сказать, получилось.

– Идём к ним.

Саир и Таир уже стояли в коридоре. Белый заметно тушевался, а Таир светилась счастьем.

– Де! – крикнула она, повисая у старика на шее.

– Птенечка, Тая. Внученька.

Я ушла, чтобы не мешать, но через некоторое время вернуться пришлось. Чувства чувствами, рутину никто не отменял.

– Как быть со вторым обрядом? – вопрос задал Саир.

– Я против, чтобы внучка входила в твой род. Ты ведь даже в очереди на место главы рода не стоишь.

– Я согласен вступить в ваш.

– А без Викиного разрешения сделать этого ты не можешь.

– Я согласна.

– Да, детка? Клятву ты как принимала? Под каким именем?

– Саир их рода Садоль.

– Вот. Смена рода – потеря власти.

– Я всё равно согласна.

Дайнич тепло улыбнулся:

– Детки, подождать в любом случае нужно. Академия затевает рейд против дяди Саира за очередную попытку навредить адепту.

– Вика, – позвала меня Таир. – А я на ночь останусь?

Я закатила глаза. Дайнич хмыкнул и поднялся. Проводила его до дверей:

– Береги себя, детка.

– Постараюсь.

Дайнич исчез в телепорте, а я вернулась к себе и завалилась спать. С завтрашнего дня начинаю активную подготовку к экзаменам.

Утром мы завтракали вчетвером. Таир в кое-то веки молчала. Она и Саир сидели в обнимку и почти касались друг друга лбами. Иф склонился над тарелкой и толком не поднимал головы. У меня появилось странное ощущение, что с появлением Таир мой мирок, который только начал выстраиваться, лопнул.

– Таир, – позвала я, когда она подняла глаза и потянулась за бутербродом.

– Да?

– А как ты собираешься объяснять адептам свое отсутствие в комнате целую ночь?

Таир рассмеялась:

– Я живу в преподавательском крыле как внук магистра. Интересоваться некому. Объявлять о браке пока не будем. Смотри!

Таир показала забинтованную кисть.

– Для начала скажу, что зельем обварилась. Это быстро не лечится.

Я кивнула.

В коридоре у меня произошла очередная встреча с Артуром. Начинаю подозревать, что он меня преследует.

– Виктория! Рад вас видеть.

– Артур, я тоже.

– Что-то не так?

Плохо я радость изображаю.

– Всё замечательно, просто задумалась.

– Виктория, я планирую сегодня-завтра выбраться на материк в город. Хотите тоже? Вы ведь толком ничего на Нозане не видели?

Заманчивой конфеткой у носа помахали. Куда меня опять тащат? Нет, я против.

– Спасибо, но не выйдет. У меня экзамены на носу. Не до прогулок.

– Ладно, – видно, что недоволен.

Очередная проблема.

Пришла на «Верховую езду». Основное время заниматься пришлось самостоятельно, Лойд только приглядывал, но в конце подошёл ко мне:

– Адептка, планируется верховая прогулка. Будете участвовать? Группу собираю небольшую. Никаких заданий, просто отдохнуть на природе.

– Хотелось бы.

– Тогда заявку через браслет подайте.

На обратной дороге меня снова поджидал Артур.

– Виктория, а вы знаете, что магистрам доступно расписание адептов?

– Да?

– В город пойти вам экзамены мешают, а на природу – не мешают.

Смотрю на него и жду. Вот чего он хочет? Не понимаю. Я в лабиринт-то с ним лезть боялась, и не пошла бы, если бы не диадема в сумке. Я ведь испугалась, что найдёт, отберёт, и потом ещё обвинят в воровстве. Как-никак, музейный экспонат прикарманила.

– Сегодня я действительно не могу.

– А когда?

– Пока не знаю. Артур, неужели не понятно? Ехать с группой, с Лойдом, с которым я уже была на Охоте, или соглашаться на перемещение в неизвестность. Мы познакомились всего ничего.

– Идти в музей со мной вам это не мешало.

– Мешало. Но я не сообразила, как отказаться.

– «Не сообразила»? Вы, похоже, что-то скрывали. Вы знали про музей. И искали вы что-то конкретное. Я всё не мог понять, почему вы на слово «находка» так странно отреагировали. И сейчас губу закусили… Что вы нашли?

Чёрт! Не скажу я ему про диадему. Не скажу. Видно, взгляд у меня стал затравленный настолько, что Артур развернулся и пошёл прочь. Разговор оставил крайне неприятный осадок.

На верховую прогулку собралось всего около десяти человек. В том числе и Голь. Таир сказала, что хлопот он доставить не должен. Для прогулки я выбрала зинчика. С «кабанчиком» я уже полностью освоилась и получала удовольствие от скачки.

Кроме Лойда, был ещё и магистр, который обеспечил перемещение.

– Мы находимся в Узкой долине. Считается место безопасным, отдыхайте. Сбор здесь.

На «Всезнании» я о долине читала. Образовалась в русле некогда широкой полноводной реки, от которой остался тоненький ручеёк. К нему я и направила зинчика. Ленту воды переступить можно. Я привязала зинчика к стволу ближайшего дерева, села к ручью и погрузила пальцы в воду. Приятная, прохладная. Легла в траву и уставилась на ярко-голубое небо с лёгкими перистыми облаками.

– Опять одна? – моё уединение нарушил Голь.

– Присоединяйся. Я пытаюсь угадать, на что похоже вон то облако.

– А зачем?

– Просто так.

– Нет, это не интересно.

Разговор не клеился.

– Давай прогуляемся вдоль ручья? – предложила я.

Мы поехали, и вскоре пересеклись с ещё одним адептом. Он помахал рукой, кажется, мы вместе ходим на «Клятвы мага», и развернул своего зверя прочь от нас. Голь крикнул ему, что предлагает наперегонки. Не в моём стиле, но почему бы нет?

Парни встали в линию.

– Вика, командуй старт и не скучай!

То есть меня не берут? Ладно.

– На старт, внимание, марш!

Я снова осталась в одиночестве. Покаталась на зинчике в своё удовольствие и вернулась к месту, где группу уже ожидал магистр. Пересчитав всех по головам, он без слов переместил нас в Академию, попрощался с Лойдом лично и исчез телепортом.

Прогулка на свежем воздухе позволила мне встряхнуться и с новыми силами сесть за учебники. Как-то не ладится у меня общение с адептами. Артур… Всё бы ничего, но его упорный интерес меня напугал. И вообще, раз я не могу стать ректором, я хочу убраться из Академии подальше, обзавестись домиком в тихом месте. А зарабатывать могу приготовлением зелий, например.

От размышлений меня, как всегда, отвлёк сигнал входной двери. Таир к супругу. В руках она держала конверт.

– Привет! – заявила девушка. – Ян прислал письмо. А у меня новость. Магистры организовали рейд, и дядюшку Саира убили.

– Точно?

– Да. И, насколько я знаю, главой рода будет его сын.

Пропустила девушку к Саиру.

– Дедуля скоро придёт! – крикнула она, скрываясь за дверью комнаты своего мужа.

Магистр Дайнич появился через полчаса.

– Мы могли бы поговорить ещё об одном деле? – спросила я, когда с приветствиями было покончено.

– Конечно, детка.

– Артур Сольский.

– Маг не столько сильный, сколько знающий. Магистром сумел стать за пару лет, и покинул Академию, но время от времени возвращается. Мутный он.

– Почему?

– Слишком много о нём слухов, и мало правды. Говорят, он что-то ищет в библиотеке. Говорят, Артур спрятал в ней труп адепта, и постоянно приезжает убедиться, что тело не нашли. Даже говорят, что он знает секрет исчезнувшей цивилизации агатов.

– Хочу понять, что ему может быть от меня надо.

– Да что угодно. Ты, пожалуй, первая, с кем он пожелал общаться.

– Спасибо.

– А я о чём? Дядюшка Саира помер.

– Убит.

– Да я и говорю, помер. Сейчас роду не до Саира. Обряд бы провести.

– Хорошо. Только как объяснять куратору и ректору изменения с белым магом?

– Легко. Магию ты одушевлённую больше на нём отрабатывать не можешь, так как он от этого умрёт. Маг стал бесполезен, и ты его мне продала.

– Продала?

– Да, детка. А что такого? Не за деньги. Это ни к чему. То есть деньги-то тебе нужны. Счёт в банке я организую. Само собой. А для публики ты обменяла мага на защитный артефакт. На самом же деле этот артефакт ещё и лечебный.

– Пойдёт.

– И, Виктория, ты можешь ко мне обращаться в любое время дня и ночи. Я очень надеюсь, что Таир станет для тебя настоящей подругой. Она девчонка хорошая, только вот избаловал я её. И болтлива сверх меры.

Я улыбнулась.

– Детка, я для обряда всё подготовлю, тебя позову.

Вышла, чтобы не мешать, а в коридоре меня остановил Иф:

– Леди?

– Да, Иф?

– Можно вас?

Кивнула и зашла в его комнату.

– Леди, вы сказали, что готовы меня отпустить в любой момент?

– Да.

– Я думал, придётся ждать годы, а тут такой случай. Слишком удобный, чтобы упускать. Поймите, я… Дайнич не откажет вам и заберёт меня отсюда к себе в поместье, позаботится о моей безопасности. Саир будет рядом, Таир.

– Да, для тебя это шанс. Понимаю. Я согласна. Иди в кабинет, я сейчас с Дайничем договорюсь.

– Леди.

– Я всё понимаю, Иф.

Поскорее вышла, чтобы скрыть лицо. Просьба Ифа меня в восторг не приводит. Нет, я не желаю быть рабовладелицей, но я вновь остаюсь совсем одна.

– Магистр?

– Да, детка.

– Розница, боюсь, не предусмотрена. Я хочу, чтобы для публики вы приобрели у меня ещё и демона.

– Детка, ты же не собралась его на волю отпускать, а?

– Собралась. Вы сказали, что я могу обратиться с любой просьбой. Вот. Я прошу клятву, что вы обеспечите Иффину свободу и нормальные условия жизни, не убьёте, не подчините, не причините вреда…

– Детка, я понял. Я дам клятву и сделаю для тебя то, о чём ты просишь. Жаль, что ты с этого ничего не получишь.

– Я не могу иначе. Демон – разумное существо, свободное по праву рождения.

– Ага. И это говорит демонолог.

– Да, заявляю, как специалист.

– Давай, глупая, приводи демона. Будет справедливо, если мы решим с ним до второго обряда.

И я пошла к Ифу, к себе в кабинет, чтобы разорвать ту магию, что нас связала.

Демон стоял и ждал меня, приготовил и мел, и шесть свечей. Приступаем. Говорить тут не о чем. Я нарисовала нужные символы, очертила овалом, расставила свечи, и мы начали. Дым поднимался, я чувствовала, как он становится волшебством, касается меня. Я ощутила нашу с Ифом связь. Жаль, что мы не стали партнёрами.

Связь, сплетённая сама из дыма, стала таять, расплетаться и становиться воздухом, ничем. Огоньки свечей чуть дрожали. Я теряла ощущение реальности. Свет резко исчез. Знакомо. Это мы уже проходили. Ощущение связи стало особенно острым, я чувствовала, как она осыпается по крупице пеплом.

Связь истоньшилась на треть, на две трети, а потом лопнула, оставляя пустоту и тишину, звенящую в ушах. Свечи вспыхнули. Иф стоял напротив. Я посмотрела в его зелёные глаза и грустно улыбнулась. Да, мне жаль с ним расставаться.

– Иф, почему ты веришь Дайничу? – спросила я.

– Вика, поверь, не просто так. Я провёл среди книг, учебников и историй очень много времени, и знаю какую именно клятву не причинения вреда просить. Я нашёл общий язык с его внучкой и помогу ей в учёбе. Да и с Саиром я сошёлся. Не переживай, со мной теперь всё будет хорошо.

Впервые Иф назвал меня по имени и на «ты».

– Идём к Дайничу?

– Идём.

Иф с Дайничем договаривался сам, я только слушала и вникала. Думаю, Иф подстелил соломку, а в рукаве припрятал туз. Пожалуй, за него точно можно не волноваться. Он дождался своего часа и обрёл свободу. Молодец.

Дайнич встал перед демоном и спокойно произнёс слова клятвы, выбранной Ифом. Таир присоединилась к деду и тоже поклялась не вредить Ифу. Затем заговорил Саир. Он дополнительно оговорил, что клятва для него вступает в силу после обряда принятия в род.

– Можно к обряду приступать, – потёр ладони магистр.

– Виктория, даёшь ли ты Саиру из рода Садоль своё высокое дозволение вступить в род Дайнич?

– Даю.

Клятву хранить тайну моей диадемы я заранее стрясла, и она к имени не привязана.

Магистр обернулся к Саиру.

– Я глава рода Дайнич принимаю тебя Саира из рода Садоль в свой род и отныне ты Саир из рода Дайнич, муж Таиры Дайнич.

Таир захлопала в ладоши, чмокнула меня в щёку и повисла у мужа на шее.

– Это всё?

– Да. А ты думала? Просто и действенно. Сродни клятве. Если быть строгим, то называть обрядом этот акт неверно. Вот брачный обряд проходит как обряд. Свечи, тоже слова… Де, давай скорее! Мы домой хотим.

– Эх, птенечка. Таир, через три дня верну в Академию. Свадьба не повод бросать учёбу.

– Конечно, дедуль.

Я ещё раз чмокнула Таир, пожала руку Саиру, обнялась с Ифом, кивнула Дайничу. Миг, и комната опустела. Мне стало отчего-то очень больно на душе. Умом, я понимала, что всё правильно, но… Я осталась одна.

30

Я слонялась по опустевшему этажу. Слишком просторно, слишком пусто, слишком много клеток и цепей. Я не выдержала ближе к вечеру и сбежала на каменную террасу. Уж лучше смотреть на недоступное море. Без Ифа плохо. Больше нет рядом друга, советчика и помощника. Хотя с другом я переборщила. Друг в беде не бросает, а Иф меня оставил. Я его понимаю, и выбор принимаю, но и запоминаю.

– Вот ты где, деточка.

– Магистр.

– Держи обещанный артефакт. Это кулон. Привязка на крови.

Я взяла цепочку с подвешенной на неё фигурной металлической пластинкой. Достала из сумки перо, уколола палец, приложила.

– Теперь надевай и не снимай. Артефакт даст защиту, похожую на ту, что даёт щит. Неплохую. Но главное, что артефакт может исцелять.

Видела подобное у Эрика. Помнится, я именно о такой штучке и мечтала.

– Для максимального эффекта прикладывай артефакт к больному месту, но даже надетый на шею, он будет исцелять. Теперь. Бери документы. Это я открыл для тебя счёт в банке, и он будет периодически пополняться, ты не думай. И последнее, ты спрашивала про Артура Сольского. Часа два назад он вновь покинул Академию.

– Спасибо.

– Тебе спасибо.

Дайнич исчез в телепорте.

Я осталась стоять у бордюра, пока не продрогла до костей. Побежала согреваться под горячим душем. Долго стояла под струями, в надежде, что вода унесёт с собой всё плохое: боль, невезение, ошибки… Ужинать я не стала, сразу забралась в кровать, закуталась в одеяла и позавидовала демонам. Жаль, что я также не могу закуклиться и переждать дурные времена.

А утром случилось то, чего я ждала меньше всего. В коридоре я увидела Эрика и Корса. Эрик мне кивнул и усмехнулся. Так… Я попала в опалу. И эту парочку выпустили? То есть скучать мне не придётся. С разочарованием отметила, что Эрик от красителя всё-таки отмылся.

Я улыбнулась ему в ответ и продолжила путь к аудитории. «Всезнание» требует моего внимания. Кстати, интерес к агатам мне от Артура передался. Я уже слышала о них, даже законспектировала лекцию об их быте и нравах, но толком не знала, кто же они.

Агаты – исчезнувшая цивилизация. Исчезла в течение года, даже меньше. Причины неизвестны. И, невероятно, при наличии сведений о традициях, укладе жизни, не было никаких упоминаний об их магии.

Уже сидя дома, у себя в кабинете, я попыталась найти более подробную информацию. Да, с некоторых пор, свой этаж я стала называть домом, пусть он и был изуродован наличием тюремного отсека. Я тронула камешек на браслете и полезла в библиотечный каталог. На запрос «агаты» мне выпал длиннющий список книг. Но ничего по их магии.

Снова пожалела, что рядом нет Ифа. При нём я не имела сложностей с подбором литературы. Я так ничего и не нашла. На всякий случай проверила диадему – вдруг демоны были более осведомлёнными ребятами. Нет, об агатах у них и вовсе нет ни слова.

Всё-таки мне любопытно, что знает о них Артур и что он ищет. Раз Дайнич назвал его знающим, значит, он действительно знает много. Но хватит лирики. Я открыла учебное пособие. Первым курсом, за который мне предстоит отчитаться, значится «Всезнание». Я вновь погрузилась в винегрет из общеобразовательных дисциплин.

Когда стало ясно, что больше выучить я физически не способна, я вернулась мыслями к Эрику. Вспоминая его ухмылку, точно могу сказать, что он не оставит меня в покое. Слишком далеко зашло наше противостояние. И я ставлю на то, что теперь не подчинение его будет интересовать. Нужно подумать о защите, и в первую очередь защите от столь любимых адептами пахучих средств.

В идеале защиту нужно организовать долгосрочную, чтобы не беспокоиться. Защитные зелья не подходят, в артефактах я не разбираюсь, заклинания мне не даются. Ни демонология, ни пытки, ни, увы, одушевлённая магия для решения задачи не подходят.

Я обратилась к диадеме. Вдруг демоны придумали что-то подходящее? Мысленно обрисовала ситуацию, от диадемы пришёл отклик – ощущение копошащихся в мозгу червей, как я его про себя звала. Я терпеливо ждала, но информации всё не приходило. И вдруг. В голове возник текст. Моим требованиям удовлетворяет защитная сеточка, в узлах которой закреплены алмазы.

Изображение сеточки оказалось знакомым. Её я видела в храме и посчитала шарфиком, украшавшим тогу статуи. Здорово. Не думала, что всё так просто. На секунду я задумалась, как шарфик будет работать. Тоже в кожу впитается? Даже если это так, мне защита нужна. И я, резво вскочив с кресла, помчалась в библиотеку.

Поход прошёл без приключений. Я пришла в храм, подошла к статуе, вгляделась в размытые черты изваяния. Так и не пойму, кто изображён. Даже на постамент лезть не пришлось. Я дотянулась до кончика шарфа, потянула, и он невесомой змейкой скользнул ко мне. Решила надеть сразу же. Отодвинула воротник, обвязала шарф вокруг шеи, и меня скрутила резкая острая боль.

Рухнула на пол, опять ощущение червяков, только ползают они по всему телу под кожей. Я максимально расслабилась, повторять ошибку и нарушать устанавливающую связь я не буду. Боль утихла, я со стоном поднялась, провела рукой по шее. Ожидаемо. На расстоянии друг от друга появились наросты. Подняла рукав, потом штанину. Шарфик расползся по всему телу. Теперь я девочка не золотая, а брильянтовая и точно драгоценная. А главное, защита скрыта под одеждой. Почти. Машинально провела рукой по лицу и обнаружила «алмазные бородавки» на щеках, на носу, на подбородке. Решаемо пологом невидимости. Лучше быть каменной жабой, чем не иметь защиты. Довольная результатом, вернулась к себе.

В остальном день прошёл спокойно, разве что я ещё раз оценила помощь Ифа. Накрывать и убирать пришлось самой. В остальном – тишина и пустота. Раздевшись, обозрела масштаб внешних изменений. Да, я теперь бородавчатая.

А вот день следующий… Эрик поджидал меня на лестнице.

– Привет, ты поумнела с нашей последней встречи?

На пол посыпался сонный порошок. Я – да, поумнела, пусть и не с первого раза, а вот он, похоже дополнительных извилин так и не нарастил.

– Сонный порошок?

– Он самый, – подтвердил Эрик, закрываясь носовым платком.

– У меня на родине говорят, что повторюшка – это хрюшка, – я независимо прошла мимо.

Эрик слегка ругнулся. Понимаю, парень проверил наиболее лёгкий путь, а сейчас что-нибудь придумает. Кстати, работу камешков я опять ощутила, как возню червя.

У аудитории меня, оказалось, ждал куратор.

– Виктория, идём.

Выглядел он мрачным. Привёл в кабинет, указал на стул, а сам остался стоять у стены, где на полке было выложено несколько камней.

– Виктория, историю Академии внимательно изучала?

– Не жалуюсь.

– Тогда ты знаешь про адепта Эрика, тёзку того самого, возвращённого.

– Всё настолько плохо?

– Идите, Виктоиря.

Тёзка моего знакомого в результате неудачного эксперимента лишился способности управлять магией. Сила была, а применить не мог. Совсем как я с заклинаниями. В качестве обязательного он получил модуль «Высшая некромантия». Всё бы ничего, учил бы до гробовой доски. Но магистры нашли к чему придраться и наказали путём выставления сроков на изучение. Сроки, в целом, достаточные. Но парень-то показать результат не мог физически. Его по причине провала отправили на повторную переэкзаменовку – доказать, что он имеет право на звание адепта. Парень не доказал и сгинул. Спасибо куратору, намекнул, что планирует ректор.

Действительно, зачем мне хоть какие-то права? Буду ловить демонов лично для ректора, а он – продавать. Озолотится. Я прикинула. По тем модулям, что мне назначены сейчас, я экзамены сдам. Но ничего не мешает магистрам добавить мне априори провальный экзамен по заклинаниям. Впрочем, пока это перспектива только. Сначала, думаю, мне дадут выучить, как похищать демонов. Или нет? Постараются лишить меня права учиться, чтобы я не успела найти альтернатив? И получается, что я должна разобраться с Эриком, чтобы доказать, что лучше ко мне не лезть. Авось, передумают.

Но первый удар я приготовлю для Корса. Я подловила его спускающимся с верхнего этажа из общей гостиной.

– Привет! Ты чего шарахаешься, Корс? Не бойся, не обижу.

– Так я и поверил, – буркнул он.

– Ты же знаешь, что я демонологию учу, да?

– И?

– Смотрю я на тебя и понимаю, что не клятва как таковая тебя с Эриком связала. Он же ритуал провёл.

– Провёл. Клятву выцарапать не смог.

Я улыбнулась:

– Мы можем заключить соглашение. Я разрываю твою связь с Эриком, а ты… будешь должен мне услугу.

– Какую? – Корс вмиг подобрался.

– Не знаю, что мне понадобится.

Корс скривился.

– Ей, парень, не всё так плохо, – откликнулась я нарочито бодро. – Давай условимся, что если услугу, которую я спрошу с тебя, ты оказать не в состоянии, ты выплачиваешь мне…, – я назвала сумму, в два раза больше той, что значилась в долговых обязательствах Орана.

– Согласен.

– И клятву о не причинении вреда.

– Без проблем, только договор подпишем.

– Идём.

Не сказала я Корсу, что разрыв его связи с Эриком, который я могу организовать, выживание ему не гарантирует.

– Единоразовый доступ, – я провела Корса к себе на этаж, в одну из пустующих клеток. А что? Пространство для работы подходящее, и антураж гостя впечатлит. Уже вижу, как он косится на висящий на крючке хлыст с металлическим наконечником.

Я слегка лукавила, говоря, что могу разорвать связь, установленную Эриком. Я нашла в архиве информацию по ликвидации любой связи. Платить за разрыв в некоторых ситуациях придётся жизнью.

– Текст соглашения я составила, читай и, если согласен, подписывай.

Взяла мелок и приступила к разукрашиванию пола символами.

– Придраться не к чему, – Корс раскровил палец и приложил по очереди к каждому экземпляру договора. Бумага тотчас впитала кровь и стала розовой. Я забрала свой экземпляр в сумку.

– Вставай на тот ромбик, начнём.

Я работала максимально аккуратно. Риск есть, но прощаться с парнем я пока не собираюсь. У меня для него грандиозные планы. Свечи вновь потухли, тьма уплотнилась и я приступила к работе. Связь Корса и Эрика я ощущала с трудом, но кое-какая вероятность справиться была. Я направляла струи дыма, которые смывали все путы и узы. Жаль, что для развода эту «чистку» не применить.

Морочилась больше часа, но результата добилась: Корс, когда свет снова вспыхнул, лежал на полу, бледный, слабый, но живой. Я улыбнулась, стараясь скрыть от парня, насколько тяжело мне дался ритуал.

– Подъём, чего лежим?

У самой при этом тряслись колени.

– Плохо же.

– А ты как хотел? Давай, вставай. Поздравляю с избавлением от Эрика.

– Благодарю.

Я проводила Корса до двери.

– Эй! – окликнула я.

– Да?

– Придумал, как объяснить Эрику выход из-под его власти?

Корс усмехнулся очень многообещающе и очень хищно. Думаю, Эрика можно списывать. И я не ошиблась. Буквально на следующий день Академия увидела адепта Эрика, находящегося в неадекватном состоянии. Информацией со мной поделилась Таир, которой по настоянию Дайнича пришлось оторваться от семейной жизни и вернуться в Академию.

– У Эрика настоящее повреждение мозга, представляешь? – щебетала она. – Точно неизвестно, но дедушка рассказал, что Эрик сам выпил настойку Карца. Сразу после разговора с Корсом.

– Карца? Что-то знакомое.

– Настойка повреждает голову или используется как противоядие от яда Карца.

– Точно.

Сложить два и два не сложно. Корс «обрадовал» Эрика разрывом и заставил думать, что подлил ему яд. Эрик бросился за антидотом. Можно считать, что я неплохо справилась.

– Тебе Иф весточку передаёт.

– Какую? – я заинтересовалась. Всё-таки помнит обо мне.

– Благодарит от всей души, – усмехнулась девушка, – у него теперь комната с видом на сад, отдельный выход. Служанка из гостевых комнат к нему приставлена. Теперь, он говорит, подумает о возвращении на родину.

– Рада за него.

– А за себя? – Таир оказалась излишне проницательной.

– Всё не так плохо.

– Но и не хорошо.

Я пожала плечами.

– Поехали к нам в гости?

– С радостью.

– Будь завтра готова, – захлопала в ладоши Таир, а потом зашептала. – Чем дольше ты у нас пробудешь, тем дольше я смогу с тобой сидеть в поместье, а не здесь. Представляешь, дедушка только на вечер меня в поместье возвращает! Вот возьму и освою телепорт.

– Тогда он не сможет не признать, что замужество пошло тебе на пользу, – улыбнулась я.

– Точно.

Мы мило распрощались.

Вечером я снова рассматривала свою преобразившуюся кожу и размышляла над тем, как мою «красоту» прятать. Лучшими средствами маскировки до сих пор выступали одежда и чёлка. На невидимость я не полагалась. Её до сих пор не раскрыли просто потому, что качественных иллюзий от меня, не способной сплести заклинание, никто не ждёт. Вот только хочется чего-то понадёжней. Но в голову ничего не шло.

Я вновь обратилась к диадеме. И её, и шарфик я нашла на статуе. Оставалась нетронутой тога. Интересно, для чего она? К моему разочарованию, информации не было. Зато диадема рассказала мне про статую. Изображался кто-то по имени Эль-Ли, чьи скульптуры всегда заворачивались в тканевые одежды. А значит, в тоге нет ничего необычного, просто кусок ткани. Меня, признаться, информация порадовала: от очередной магической полезности я бы ни за что не отказалась, а превращаться в живое хранилище драгоценных камней не слишком приятно и перспективно.

Быстро поужинала в одиночестве, всё-таки Ифа и Саира мне определённо не хватает, и легла спать. А утром рано ко мне уже рвалась Таир. Я, заспанная, в халате, наброшенном на пижаму, открыла.

– Ты ещё не готова?!

– Таир, с добрым утром.

– С добрым. Давай, позавтракаешь у нас, иди умывайся, переодевайся. Давай, давай. Там же Саир ждёт!

Прелестная, однако, у Дайнича внучка. Я подхватила вещи и спряталась в ванной. Не хватало ещё, чтобы мои камешки ей на глаза попали. Поэтому ворот под горло, рукав длинный. Ещё бы перчатки, но в помещении они будут смотреться странно.

– Ты чего копаешься? Вика, скорей!

Тьфу! Дитя малое. И как только Дайнич собирается свою птенечку избалованную и непуганую одну в мир отпускать? Не моя забота. Или моя, в том смысле, что Таир отличная актриса, и я не вижу её игры.

– Готова, – я вышла из ванной.

– Идём скорей! – девушка схватила меня за руку и потащила за собой. Хорошо, что схватила она за запястье, то есть через рукав толком не чувствуется. И то:

– Чего-то у тебя там…?

– Пуговица? – я отняла руку и ускорила шаг. Чуть не попалась. Если ей хватит ума задрать мне рукав и провести пальцами по коже, то никакая маскировка не спасёт.

– Ты куда? – окликнула Таир.

– В зал телепортов.

– К дедушке идём, – и Таир повернула к преподавательскому крылу.

Не возражаю. Мне интересно посмотреть на то, как живут магистры. Крыло располагалось недалеко от нашего, вход в него был через узкую неприметную дверь. Если бы не увидела, куда она ведёт, решила бы, что в подсобку. Мы пересекли коридор, и Таир остановилась перед дверью.

– Сама я пройти могу, а вот тебе разрешение должен выдать дедушка, так что ждём, – последнее слово она буркнула с неприкрытой обидой.

Нам открыл Дайнич.

– Пришли, красавицы.

– Доброе утро, магистр.

– Доброе, детка. Единоразовый доступ.

Мы вновь попали в коридор, по сторонам которого на большом расстоянии друг от друга располагались двери.

– Здесь мы и живём, – хмыкнул Дайнич. – Каждому педагогу положены апартаменты, а магистрам, которые учить адептов не захотели и ушли в свободный полёт просто выделяют комнаты на то время, что они появляются здесь. В другом крыле.

Коридор сворачивал, и из-за угла на нас вылетел мальчишка лет восьми, пронёсся мимо с боевым кличем. Следом выскочила босая растрёпанная женщина в богато расшитом тёмно-зелёном платье.

– Сынок, вернись! Ой!

При виде нас женщина остановилась, подобралась, глаза опустила в пол и прижалась спиной к стене.

– Доброе утро, простите за беспокойство.

– Доброе, – отозвался Дайнич, – хорошего дня.

– Благодарю, магистр.

Мы прошли дальше.

– Вот и моя норка, – хмыкнул старичок, распахивая дверь. – Единоразовый доступ.

Мы оказались в гостиной. Роскошно, но со вкусом. На полу ковёр с толстым ворсом, мягкая мебель вдоль стен, правый уголок заставлен всевозможными растениями, часть из которых в цвету.

– Уютно у вас.

– Это ещё что, детка. Вот сейчас пойдём действительно к нам.

Магистр прошёл за спинку дивана, и я увидела привычную «шпаргалку» – рисунок мелом на полу.

– Ленюсь я сам сплетать, – улыбнулся магистр. – Готовы?

Мы переместились.

31

– Добро пожаловать, Виктория, – улыбнулся Дайнич. – Будь как дома. Мне сейчас нужно вернуться в Академию, а вы, деточки, развлекайтесь.

Магистр исчез, а Таир снова попыталась схватить меня за руку. Я увернулась, делая вид, что осматриваюсь. Мы стояли в небольшой комнате. Из мебели только диван и маленький круглый столик. По стенам картины.

– Идём, скорей! – Таир рванула вперёд. – Иф!

Парень появился через пару минут.

– Иф, смотри кто пришёл! – Таир развернулась ко мне. – Если что, я у мужа, – и сбежала.

Наступила неловкая тишина. Я смотрела в зелёные глаза Ифа, он на меня, и мы оба молчали. Стойкое ощущение, что передо мной чужое в общем-то существо, которому я не нужна, являюсь лишь эхом пройденного этапа.

– Привет, Иф.

– Виктория, рад тебя видеть.

– Как дела?

– Всё хорошо, спасибо тебе. Как ты?

– Не жалуюсь. Скоро экзамены сдавать. Всё как всегда.

Иф кивнул и замолк.

– Таир сказала, что здесь неплохой сад. Покажешь?

– Конечно, Виктория.

А когда-то Иф показывал мне музей… Сад больше походил на маленький парк. Прямые линии дорожек, вымощенных плиткой. Ровный газон, подстриженные в форме кубиков кусты, правильные клумбы и деревья, высаженные на равном расстоянии друг от друга… Красиво, но ощущения, что я на природе, нет.

– Виктория, – позвал Иф. – Я никогда и предположить не мог, что верну свободу. Я мечтал, грезил, искал пути, но не верил.

– Я рада за тебя. Что будешь делать дальше?

– Пока жить здесь. Меня приняли как равного. Представляете, в комнату даже горничная приходит убираться. Я помогаю Таир. Подбираю ей пособия, читаю ей учебники, проверяю, как она решает задачи.

– А дальше?

– Моя мечта – вернуться к демонам. Однажды… Знаете, у меня ведь крылья восстанавливаются. Медленно, но они оживают. Я сначала думал, что они просто распрямятся, и будут висеть, а теперь чувствую, что нет, способность заворачиваться вернётся.

– Это очень здорово, Иф. А как когти?

– Пока рано утверждать, но сдвиги есть.

– Здорово, – а больше, говорить и не о чем.

Я вздохнула.

Дорожка вывела нас к фонтану. Колонна повыше меня, на вершине которой рыба с растопыренными плавниками выпускает струю воды.

– Иф, а расскажи мне о цивилизации агатов. Я перерыла кучу пособий, но так и не нашла ничего об их магии.

– Зачем тебе, Виктория? Это из-за Артура Сольского, да?

– Отчасти.

– Будь с ним осторожной. Когда-то он сам, без меня нашёл музей, подозреваю, что нашёл и синюю дверь.

– Так и есть.

– Он всегда интересовался агатами. Думаю, он откуда-то знает о них больше, чем другие. А про их магию мне сказать нечего. Нет сведений об их магии. Точно могу утверждать, что она у них была. Не могла не быть, если присмотреться к их быту, укладу.

– Артур знает об их магии? – уточнила я.

– Не исключено.

Мы снова помолчали. Заговаривать самой мне не хотелось, Иф поддержать разговор, очевидно, не торопился. Само собой получилось, что мы побрели к дому. Что же, незачем цепляться за этап пройденный. Пора вспомнить о насущном. Таир так спешила, что не дала мне позавтракать.

– Иф, раз уж ты сегодня мой проводник, покажи, где тут кормят? Я сегодня ещё не ела.

– Конечно, Виктория.

Иф довёл меня до столовой – комнаты с длинным прямоугольным столом. Усадив меня, он несколько замялся:

– Пойду сообщу, что вы ждёте.

– Спасибо. Ты уже завтракал, да?

Иф кивнул:

– Приятного аппетита, – и вышел за дверь.

Понимаю так, что дальше компанию он мне не составит.

Пять минут ожидания, и худенькая девочка-служанка вносит огромный поднос. Увидев меня, она слегка дёрнулась, но тут же постаралась не показать эмоций, и сноровисто расставила передо мной блюда. Забыли девочку предупредить, что гость не мальчик?

– Что-нибудь желаете ещё, леди?

– Нет-нет, всё замечательно, спасибо.

Она сделала лёгкий книксен и удалилась. Весёлый у меня поход в гости получается. Я потянулась за травяным отваром.

– Бросили тебя все? – голос вернувшегося Дайнича заставил вздрогнуть.

– У меня никого не было, чтобы меня бросали. У Таир любовь на уме. А Иф… У нас по-настоящему мало общего, свели обстоятельства, теперь мы разбежались. Он мне благодарен, уверена, что поможет по возможности, но Иф не мой друг.

– Да уж, – Дайнич сел напротив меня.

Не успел он сесть, как дверь раскрылась, и всё та же служанка принесла второй поднос. Уходила она, сделав реверанс. Я чуть хмыкнула.

– Детка, я почему пошёл на поводу у Таир с гостями… Поговорить хочется. В Академии будущего у тебя нет. Ты слишком необычная для Академии.

– Да. Я не веду себя как чёрные.

– Не в этом дело. То есть и в этом тоже. Тебе никогда не освоить заклинаний, но у тебя есть одушевлённая магия. Вик, ты находишь другие пути.

– Пути…

– Пока продолжай учиться, время ещё терпит. И думай, как ты хочешь устроиться.

– История адепта Эрика, который тёзка сегодняшнего?

– Да.

– Спасибо, магистр. Я думаю.

– Вот и хорошо, – Дайнич переключился на тарелку с кашей.

Задумалась, о чём поговорить, но магистр меня опередил.

– Детка, мне пора в Академию, и так с трудом вырвался. Совсем уж не скучай, – он встал из-за стола, а я медленно доела завтрак, вышла из столовой и побрела вперёд наугад. Дом был похож на земной, напоминал мне дворянскую усадьбу прошлых столетий. Я снова вышла в сад и вернулась к фонтану. Хочу свой дом. Не такую громаду, а маленький, чтобы была спальня, гостиная, кабинет.

– Вика! А я тебя потеряла, – из мечтаний меня выдернул звонкий голос Таир.

Я вопросительно посмотрела на девушку.

– Идём, не скучай. Давай в город? За час доберёмся.

– В город? – то что предлагал Артур, я очень хотела, но. – Таир, у меня при себе нет…

– Я плачу за всё! – перебила она, – Идём. Ты гостья.

– Убедила, – рассмеялась я.

Саир ждал нас уже у повозки, снаружи выкрашенной в тёмно-коричневый, запряжена она была самыми обыкновенными лошадьми. Саир распахнул дверцу и помог забраться внутрь, сам он сел последним против хода, к нам с Таир лицом.

– А управляет лошадьми кто? – удивилась я, когда мы тронулись.

– Кучер, – пожала плечами Таир.

– Я не видела.

– Ты уже села в повозку, когда он подошёл.

Повозка внутри оказалась отделана тканью, тоже цвета шоколад. Сиденье было на удивление жёстким, а окошко маленьким. Смотреть на улицу мешала занавеска.

– Ой! Стойте! – закричала Таир, и повозка остановилась.

– Что случилось, Тая?

– Мы забыли. Возвращаемся! – это уже кучеру, повозка пришла в движение, и я поняла, что мы разворачиваемся.

– Таир? – уточнила я.

– Мы забыли переделать тебя в мальчика. Нельзя же тебе девочкой оставаться.

– А?

– Переоденешься так, чтоб фигуру скрыть, волосы подберёшь. Короче, ты должна выглядеть, как я. И, кстати, чёлка тебе не идёт, подберём тебе в городе ободок.

С активностью Таир нужно что-то делать. Особенно её нужно держать подальше от моей чёлки. В поместье девушка привела меня в свою комнату, хотела развить бурную деятельность, но я успела её переключить:

– Таир, я справлюсь, не переживай. Лучше в гостиной подожди, а то там Саир без тебя заскучает.

Таир обрадованно кивнула и выбежала к супругу.

Для начала я позаимствовала у девушки чёрную ленту и подвернула волосы так, чтобы создать впечатление короткой стрижки. С лицом мне ничего не сделать. А вот одежда… Брюки и обувь подходят. Я сняла жилетку, и осталась в одной водолазке. Её трогать нельзя, так как она закрывает мне шею, и рукав имеет длинный, то, что надо при «алмазных бородавках».

А вот дальше я взяла у Таир нечто вроде бесформенного свитера, только не вязанное, а сшитое из плотной ткани, и довольно легкое. Посмотрела в зеркало. Если допускать, что адептом Академии может быть девушка, то очевидно, кто я. А если быть уверенным, что магией владеют исключительно мужчины, то я получаюсь слишком смазливым парнишкой. Вышла к ребятам.

– Другое дело, сносно, – вынесла вердикт Таир.

Дорога до города на деле заняла почти два часа. В повозке меня укачало, и я десять раз пожалела, что согласилась на эту поездку. Таир поглядывала на меня с лёгким сочувствием и недоумением. Саир же извинился, что его целительских способностей помочь мне не хватит, и лишь периодически спрашивал, как я, чем ещё больше раздражал.

Когда мы въехали в город, по словам Таир, я была совсем зелёной.

– Куда пойдём в первую очередь? – жизнерадостно спросила она.

Как я могу ответить?

– Я не знаю города.

– Тогда начнём с центральной площади.

На здания я смотрела без всякого удовольствия. Подумаешь, особнячки. Голова тяжёлая, настроения нет. И экскурсия в исполнении Таир оставляет желать лучшего: у девушки слова опять вылетают со скоростью пулемётной очереди. Я не могла заставить себя слушать, но Таир и не замечала. Наверное, она наслаждалась звуком собственного голоса. Я покосилась на Саира – его речь жены тоже не вдохновляла.

– А вот по той улице через два перекрёстка направо расположена потрясающая булочная, где делают невероятный заварной крем, – трещала она.

– Таи, милая, – наконец, Саир сообразил её прервать. – Ты же собиралась зайти за тканями. Давай?

– Точно, – девушка ухватила меня под локоть, и мы двинулись вдоль главной улицы.

Магазин, куда Таир, нас привела создал впечатление захламлённого склада. Тесное помещение, большую часть которого занимал грузный владелец и продавец в одном лице, было завалено всевозможными рулонами, обрезками, коробами с ворохом ленточек. Таир нырнула в этот нитяной мир с головой. Владелец, чувствуя перспективного клиента, охотно участвовал. Они принялись обсуждать фактуры и цвета, и, когда Таир в десятый раз повторила:

– Для моей сестры нужно самое хорошее, – я не выдержала и вышла проветриться. Саир вышел следом.

– Как ты её выдерживаешь?

– Я её люблю, – улыбнулся Саир. – Тая милая, непосредственная. У неё улыбка, как у моей мамы.

– Она говорит безостановочно.

– В белой магии есть одно забавное заклинание, благодаря которому я слышу не слова, а настоящую музыку. Чтобы услышать речь Таи мне приходится сосредотачиваться.

– Оу.

– Хочешь попробовать? Не знаю правда, можно ли наложить его на чёрного мага…

– Давай без экспериментов. Не хочу добавлять к списку своих проблем тотальную глухоту.

– Как скажешь, – покладисто согласился Саир.

Я окончательно пришла в себя после дорожной тряски и стала с интересом присматриваться. На улице были преимущественно мужчины в одежде, чем-то напоминавшей земную: брюки, куртки, сюртуки, реже – жилеты. Женщин же было немного, все они носили длинные закрытые платья. И почти всех их сопровождали мужчины.

Таир появилась неожиданно быстро.

– Заказ оформлен, – похвасталась она. – Куда идём? В булочную, про которую мы говорили?

Не дожидаясь ответа, Таир рванула вперёд.

– Если ты чего-то хочешь, скажи, – шепнул мне Саир, – или так и будем хвостом за ней бегать.

– Подумаю. Я против заварного крема ничего не имею.

– Это радует.

– Вы чего ползёте? – поторопила нас Таир.

Пришлось ускориться.

В булочной оказалось довольно мило. Зал делился на две зоны. Обычный магазин выдержан в тёплых тонах, визуально отличался от бело-зелёного зала, где располагались приземистые квадратные столики, укрытые не слишком чистыми скатертями. Заказы разносила миловидная пухлая дама в летах, а вот оплату принимал исключительно хозяин. Если я всё-таки надумаю бросить Академию к чёрту и переселиться в город, то надо озаботиться тем, чтобы никто не узнал, что я девушка, а то придётся мне не сладко.

– Ваш заказ, пожалуйста.

Я пожалела, что у меня нет с собой денег, я бы дала официантке на чай. Интересно, как выглядят нозанские монеты? До сих пор ни одной не видела.

– Как тебе? – спросил Саир, когда моя креманка опустела.

– Вкусно.

– А город в целом?

– Мне не понравился.

– Почему? – изумилась Таир, – это один из центральных городов, через него дорога на столицу проходит.

– В нём нет места для женщин.

– А как ты хотела? Это мы с тобой маги. Другие – нет.

– Знаешь, у меня дома всё было не так. Женщины могут владеть магазином, да хоть управлять государством.

Таир посмотрела на меня с не свойственной для неё серьёзностью:

– Вика, дом-то твой теперь здесь. На Нозане.

– Разве? А как же перемещения между мирами?

– Тебе они недоступны, как и прочие заклинания.

– Сюда меня привёл Оран. Почему твой дедушка не может меня вернуть?

Ответил Саир:

– Вика, неизвестно, есть ли сейчас ещё девушки-маги. И лучше быть вдвоём, чем одной.

– Хочешь сказать, Дайнич меня не отпустит?

– Ты бы и сама это поняла, если бы хорошо подумала.

– Вика, не переживай, в пределах Нозаны дедушка тебе мешать не будет, – улыбнулась Таир. – И зачем тебе мир, где нет магии. Это же ужас.

– Там есть технологии.

Таир отмахнулась:

– Идём дальше, сейчас я тебе покажу…

Где-то далеко затрубили.

– Нет, не покажу.

– Что это?

– Смотри в окно. Я же тебе говорила, что дорога в столицу идёт через город. Трубят, чтобы освободили проезд. Едет кто-то из высших. Не думаю, что кронпринц, а вот младший вполне может.

Трубили всё ближе. За окнами промчались несколько всадников в военной форме, за ними проследовали три или четыре кареты, замыкали процессию снова люди в форме. Я заметила, что Таир нетерпеливо постукивает указательным пальцем по краю стола.

– Повезло, это они налегке скачут. А то растянулось бы неизвестно на сколько.

– Кто это был? – процессия уже проехала, звук отдалялся.

– Видела герб? Сын герцога.

– Ясно, – мне это не говорило ни о чём.

– Ладно, можно идти.

Мы шли по главной улице прочь от центра города. Таир вновь щебетала, Саир ей улыбался. Теперь-то я знаю, почему её трёп не вызывает у него раздражения. А я чуть не потерялась: Саир вовремя заметил моё исчезновение. Я шла со всеми пока не увидела витрину крохотного магазинчика. Перед ней я замерла, хорошо хоть рот не раскрыла.

За стеклом стоял глобус, чуть потрепанный, повернут был к витрине Африкой. Я застыла на полушаге и хлопала глазами.

– Господина интересуют иные миры?

– Да.

– Вот это, например, привезено с Земли. Там очень популярно наклеивать карту на шар. Для вас я готов сделать хорошую скидку.

– Вик! Идём же! Что ты здесь смотришь?

– Земля.

– Необычно, и так не функционально. Идём, – и что-то добавилось к обычному нетерпению Таир, какая-то новая мрачная нота. Секунду, я пыталась поймать этот оттенок и сообразила: Таир тоже не допустит, чтобы я ушла с Нозаны. Предложение дружбы – очередная попытка меня привязать и взять под контроль. Я постаралась нацепить на лицо маску безразличия, чтобы не выдать своих настоящих чувств.

Настроение развлекаться пропало. Я почти перестала обращать на город внимание. Таир протаскала нас с Саиром по магазинчикам и лавкам, вручила-таки мне расшитую бисером ленту для волос, я вяло поблагодарила. Тогда Таир вспомнила свою угрозу подарить мне ободок. Пришлось срочно переключать её на заколки. Так я обзавелась тремя шпильками, которые вместо бусинок или цветочков оканчивались вполне реалистичными мохнатыми паучками. Таир перекосилась, когда я ей их показала, а мне шпильки очень даже понравились.

Обратная дорога была столь же ужасна. Повозка подпрыгивала на каждой кочке, проваливалась в выбоины, вздрагивала на колдобинах. Я обнимала пакет со своими подарками, и мечтала поскорее выбраться наружу. Хотела даже попроситься идти пешком. В итоге дотерпела до поместья.

– К обеду успели! – попыталась подбодрить меня Таир.

– Спасибо, я воздержусь. Можно мне где-нибудь прилечь?

– Да, – Таир несколько растерялась. – Идём в гостевую.

До вечера я проспала. Мне снились ромашки, у которых вместо жёлтых серединок были те самые паучки из заколок. Я убеждала Таир сплести мне из них венок, она почему-то отказывалась. Я попыталась найти новый аргумент и проснулась.

В доме было тихо. Я подошла к окну и уставилась на сад, в сумерках показавшийся особенно неприветливым. Раздался стук в дверь.

– Да?

– Виктория, – в комнату зашёл Иф.

– Да, Иф?

– Я хотел тебе оставить на память вот это, – в мою ладонь легла грубо отёсанная деревянная фигурка, изображавшая человека с крыльями.

– Демон?

– Я не знал, что ты появишься, успел сделать только так. Извини, не очень красиво…

– Что ты, здорово. Очень, – я посмотрела на деревяшку совсем другими глазами.

Иф шагнул ко мне и крепко обнял:

– Береги себя, Вика, пожалуйста.

– И ты себя береги.

Иф продолжал меня обнимать.

– Ты чего? Словно навсегда прощаешься?

– Вика, у меня теперь благодаря тебе всё хорошо будет. Дайнич, он себе на уме, но без нужды обижать не станет. А ты одна совсем осталась. Знаешь, мне, наверное, совестно, что я выбрал свободу, отказался от дружбы с тобой, но… Но я выбрал свободу. Береги себя. И постарайся не быть больше такой доброй. Не выживешь.

Иф ещё раз прижал меня к себе, а потом быстро вышел из комнаты. Я осталась в растрёпанных чувствах. Спохватившись, спрятала фигурку в сумку. Туда же бросила шпильки.

– Детка? – на пороге появился Дайнич.

– Магистр.

– Ужинать идём.

32

Только оказавшись в одиночестве на своём этаже в Академии, я вздохнула спокойно. Семейство Дайнича начало действовать мне на нервы. Вроде бы хорошо складываются отношения, дружбу предлагают, но опять с выгодой для себя, и при случае меня не пожалеют. Я откровенно устала, и выход я вижу в том, чтобы перестать искать приключения и новых «друзей», а сосредоточиться на учёбе, тем более у меня экзамены не за горами.

Я решила, что повторю все темы с самого начала, достала один из своих первых камушков, и разочарованию моему не было предела. Как Иф когда-то рассказывал, запись пособия стёрлась, и камень нужно было перезаписывать.

Сначала я честно хотела это сделать, а потом подумала, что имеет смысл попробовать скопировать пособия в свою диадему. Раз уж есть у меня «жабья кожа», пусть работает. А потом у меня появилась вторая мысль. Зачем копировать только избранные пособия? Пусть будут все. Вечер, ночь и даже часть утра я пролежала в кровати, чувствуя, как по мозгам «ползают черви». Зато не осталось ни одной книжки из общего доступа, которую я к себе бы ни скопировала. Я очень и очень обрадовалась, когда обнаружила, что диадемка может через браслет подключиться к системе Академии.

Если я научусь незаметно общаться с диадемой, то смогу ответить на экзамене любую теорию. Вот и потренируюсь пока. Вопрос в том, на ком тестировать результат тренировок. Таир простая с виду, а на деле, я уверена, та ещё проныра. Давать ей лишний раз повод подумать ни к чему. Саир отпадает. Иф далеко. Остаётся Корс или кто-нибудь из приятелей Таир. Лучше Корс, он клялся не причинять мне вреда.

Выбралась на «Верховую езду» и снова села за учёбу.

Я повторяла «Основные вехи истории Нозаны», когда случился прорыв. Голова взорвалась болью. Очнулась я на полу. Немного полежала, пытаясь понять, что произошло. Поднялась сначала на четвереньки, потом, цепляясь за мебель, на ноги. Жутко хотелось пить. Пока шла к графину, ощупала лоб. Кажется он закаменел окончательно.

Залпом выпила два стакана, стало полегче. Подошла к зеркалу. Ой, красота неземная, красота демоническая. Если раньше лоб был пупырчатым, то теперь камешки прилегали друг к другу очень плотно, образуя сплошную каменную корку. Зато драгоценную. Явно прибавилось сапфиров, рубинов, да и бриллиантов стало побольше. Камни равномерно покрывали кожу от лини волос почти до бровей. Но больше всего меня поразило то, что новые «драгоценные бородавочки» расползлись по всей голове. Слава богам, что они не видны под волосами и определяются исключительно на ощупь.

Интересно, что случилось, почему вдруг такие изменения? Ответ в сознании всплыл легко и неожиданно. Произошло полное слияние с диадемой. В связи с отличием толщины кожного покрова у меня и у демонов, полное погружение диадемы в кожу не представляется возможным. Просто блеск.

Я улыбнулась своему отражению нарочито бодро и поспешила отвернуться. Теперь на экзамен по «Всезнанию» можно идти смело. Если я скажу, что у меня зуб заболел и забинтуюсь, мне поверят? Сомневаюсь, к целителям отправят. Точно! Знаю! Зря что ли Таир мне ленту подарила?

Вечером я снова топталась перед зеркалом, и прикладывала расшитую ленту так и эдак. Я решила встретиться с Корсом и проверить, заметит ли он изменения. Лента мне не нравилась, но другой у меня нет. И вообще, о внешности мне теперь нужно думать исключительно в прагматическом ключе – спрятать диадему – потому как лягушка каменная, что по земным меркам, что по нозанским на конкурсе красоты будет первой с конца.

Я расправила чёлку. Лак для волос у Таир бы выпросить. Увы. Пригладила пряди влажными пальцами, завершила причёску пологом невидимости. Можно идти. Хотела коснуться браслета, чтобы вызвать огонёк, который отведёт меня к Корсу, но огонёк вспыхнул сам собой – сработала диадема. Более того, пришло знание, что Корс находится в общей гостиной. Какая я теперь умная, однако.

Корс сидел на диване в гордом одиночестве. На меня он кинул мимолётный взгляд, совсем не ожидал, что я сяду рядом.

– Тебе чего? – настороженно уточнил он.

– Мне обязательно должно быть что-то нужно, Корс? А вдруг я просто поболтать пришла? – я улыбнулась настолько мило, что самой приторно стало.

– Так я и поверил. О чём нам болтать?

– Например, об истории, – и я начала рассказывать текст, который мне передавала диадема.

У Корса глаза полезли на лоб.

– Ты действительно хочешь это обсуждать?!

– А в чём проблема?

Корс вскочил:

– Хочешь положенную тебе услугу – говори. А слушать лекции ещё и в твоём исполнении я не подписывался!

Корс сорвался с места и в бодром темпе покинул общую гостиную. Проверку можно считать завершившейся положительно. Корс не заметил ни диадемы, ни того, как я с ней общалась. Конечно, адепт-недоучка не показатель, но всё-таки у меня появилась надежда, что моё преображение в жабу каменную удастся пока держать в секрете.

А на лестнице я столкнулась с Таир. Девушка оглядела меня с ног до головы и заулыбалась:

– Ты надела ленту! Я же говорила, тебе пойдёт. Только почему ты так повязала? Лучше переделать её на бок и завязать «цветочком». Умеешь? Давай покажу!

– Таир, спасибо, лента понравилась, а вот «цветочком» завязывать мне неудобно. С него я и начала.

– Да…?

– Таир, рада тебя видеть, но я учиться побежала, мне экзамены скоро сдавать. Ты представляешь, мне «Всезнание» первым назначили! А там же ужас. Одна география чего стоит. На Нозане государств, конечно, меньше, чем на Земле, но всё равно… До встречи! – и я скатилась по ступенькам к своей двери.

Задумалась, что делать. Учить мне не нужно, потому как разницу между своей головой и диадемой я чувствовать перестаю. Пока ещё ответы «всплывают», но не удивлюсь, если однажды знания, записанные на диадему, я буду воспринимать как собственную память. «Не возможно, – пришёл ответ. – Увеличение степени слияния повредит сознание вплоть до полного его разрушения. Последствия необратимы».

Ладно. Села в кресло. Чем бы себя занять? Три экзамена, и все три – теория. Делать ничего не нужно. Зато я давно не пыталась сплести заклинание. Да, помню, что способность намертво атрофировалась, но вдруг что-то да получится? Ведь до какого-то момента я магию удерживаю в нужной форме, всё расплывается, когда я начинаю «закреплять» результат.

Как и рекомендовала Таир, я выпустила свою магию и потянула немного, пытаясь создать нить. Ничего не вышло, как всегда. Чуть-чуть тянется, а начну форму фиксировать – всё обращается в ничто.

Я упорно продолжала заниматься. В какой-то момент я бросила пытаться придать форму, а продолжала просто играть со свой магией. Сама не заметила, как магия, откликаясь, на мои эмоции, стала одушевлённой, поднялась вокруг меня ласковым ветерком. Я в ней словно купалась. Провозилась несколько часов, пока окончательно не устала.

Быстро поужинала и легла спать. А утром на браслет пришло уведомление, что назначена не только дата, но и время проведения первого экзамена. Комиссия желала меня видеть через день ровно в полдень.

Впервые в жизни я шла на экзамен и боялась не того, что я не знаю. Я боялась, что знаю слишком много, что магистры заметят, заинтересуются, что кто-то обнаружит диадему. Я знаю, что однажды это случится, но думать не хочу, какой окажется конец. Я вошла в аудиторию, поклонилась комиссии и встала перед длинным столом, за котором собрались всего трое. Ни моего куратора, ни ректора, ни Дайнича. Председательствовал магистр, который вёл «Всезнание», справа от него, подперев щёку кулаком, сидел Ансей, а слева неизвестный мне преподаватель.

– Пожалуй, начнём, адептка. Я надеюсь, коллеги не будут возражать, если я предложу вам слегка нарушить процедуру экзамена и взять стул.

– Разумеется, никаких возражений, – подтвердил неизвестный, а Ансей просто утвердительно кивнул.

Попыталась вспомнить, что об этом говорится в Уставе. Запрета сидеть нет. Точнее, адепту следует перед комиссией отвечать стоя, но никаких санкций за нарушение не предусмотрено. Я взяла предложенный мне стул, переставила на то место, где мне полагалось стоять, и села.

– Видите ли, адептка. На моей памяти вы первая, кому курс назначен обязательным. Оно и понятно. Общие сведения о мире мало кому нужны. Адепты приходят ко мне, чтобы развивать эрудицию. Вы пришли узнавать элементарное о Нозане, то, что очевидно любому ребёнку. Это не в упрёк вам. Просто я объясняю, почему в отношении вас экзамен должен быть жёстким. Мы решили, что необходимо пройтись по всем темам. Приступайте.

Мало я Устав наизусть рассказывала. Теперь учебное пособие надо пересказать в полном объёме. Так мне не сложно, если магистрам времени, сил и ушей своих не жаль. Я начала ответ с пересказа введения. Вижу по глазам, магистры впечатлились.

– Простите, адептка. Вы всегда учебные пособия наизусть учите?

– Стараюсь. На память не жалуюсь.

– Тогда, вероятно, нам не имеет смысла слушать всё.

– Да, коллеги, поддерживаю. В случае с адепткой мы можем ограничится вопросами.

Вот не стало мне от этого легче. Вопросы сыпались сразу от трёх магистров. Задавали они их без всякой логики, и при этом довольно конкретные. Это было мучительно. Сначала я искала ответ с помощью диадемы, потом пыталась понять, что и как можно ответить, чтобы не вызвать лишних подозрений.

Мучили меня почти час.

– Думаю, можем остановиться, коллеги. Виктория демонстрирует блестящие знания. Нет ни одной темы, по которой бы она не ответила. И единственное, что у Виктории западает – география.

Я преднамеренно перепутала столицы двух государств, и поселила одну из стран на чужой материк.

– Да, засчитываем. Магистр Ансей?

– Принято.

– Наши поздравления, адептка.

Встала, поклонилась и вышла на негнущихся ногах. Уфф, если они так дальше продолжат спрашивать… Думать не хочу.

Следующий экзамен назначили через три дня. «История и современность пыточного ремесла» было отвратительной, тошнотворной, но историей. Хотелось бы сдать и забыть, как страшный сон, но кто сказал, что мне не назначат продолжение – практику. Три дня ожидания я промаялась в безделье: опять пыталась сплести заклинание, ходила в лабораторию и варила себе зелья из категории «первая необходимость», ещё раз прогулялась к статуе в лабиринте за синей дверью.

Экзамен прошёл по тому же сценарию. Мне предложили рассказать всё, что я знаю про историю пыток. Я и начала. Правда, в этот раз стоя. Магистры выдержали полчаса и перешли к вопросам.

Я отвечала не слишком подробно, местами намеренно допускала мелкие огрехи, один раз переврала способы фиксации жертвы. Словом, ответила хорошо, но далеко не идеально и была отпущена магистрами до следующего экзамена.

– Вы молодец, справляетесь, – сказали они мне. – Жаль, что заклинания плести не можете. Далеко бы пошли.

Вот зачем об этом напоминать? Я раскланялась и удалилась.

Остался последний экзамен. Он тоже хлопот не доставил. Собрались, правда, полным составом. Возглавлял комиссию ректор, по правую от него руку расположился магистр Гвидо. Был мой куратор, снова пришёл Ансей. Даже Харп сидел среди экзаменаторов. Не было только Дайнича.

– Адептка, расскажите нам, кто такие демоны, – задал ректор первый вопрос.

– Демоны являются самостоятельной расой, что означает наличие интеллекта. Они агрессивны, опасны. Внешне от людей отличаются наличием крыльев, небольших клыков и втягиваемых когтей, – начала я.

Экзамен плавно перетёк в беседу, и проговорили мы несколько часов. Всё бы неплохо, но я стояла, и у меня не было ни глотка воды. Успокоились магистры только, когда я окончательно охрипла.

– Ладно, адептка, достаточно. Вы показали, что азы «Демонологии» освоили. Остановимся. Экзамен зачтён. Поздравляю. И советую хоть пару деньков просто отдохнуть.

– Благодарю.

Я поклонилась комиссии и вышла. Наконец-то, всё это закончилось. Домой! Спустилась на этаж и пошла мимо учебных аудиторий, самым коротким путём. При моём приближении одна из дверей раскрылась, и смутно знакомый голос позвал:

– Адептка Виктория, зайдите, пожалуйста.

Кому и что из магистров могло понадобиться? Я вошла в аудиторию. Первый момент не увидела никого.

– Привет, – с боку от двери навстречу шагнул Артур Сольский.

Я непроизвольно отступила. Кажется, он поморщился. Артур закрыл дверь, отрезая мне пути к отступлению. На всякий случай я сделала ещё один шаг назад.

– Виктория, я хоть и не педагог, но уже магистр. Кстати, поздравляю с успешной сдачей экзаменов и закрытием первого модуля.

– Спасибо.

Он улыбнулся.

– А второй ещё не назначили, да? Знаете, что это значит?

Молчу, смотрю. Вариантов много. Смысл гадать? Сейчас сам скажет. Говорит:

– Как магистр я имею полное право привлечь вас к исследовательской полевой работе.

– Что? – такого я меньше всего ожидала.

– Прошу, – Артур протянул мне бумагу.

Я осторожно её взяла. Уведомление. Артур, пользуясь своим положением, берёт меня в качестве помощника в исследовании цивилизации агатов.

– Капельку крови, пожалуйста. Вы же получили уведомление?

Да, подтвердить, что с бумагой я ознакомилась, я должна. Уколола палец, приложила к ведомости.

– Виктория, вы, конечно, знаете, что можете обратиться в ректорат, если вы не хотите со мной никуда ехать. Ректор имеет полное право отменить моё решение.

Киваю.

– Вот и хорошо.

Артур сделал шаг ко мне, потом ещё.

– В чём дело? – я начала отступать, но очень быстро оказалась припёртой к стенке. Артур остановился в нескольких сантиметрах от меня. Лицо его стало сосредоточенным. Я испуганно ойкнула. Мир мигнул, стена за спиной исчезла. Всё исчезло. Теперь мы стояли в небольшой светлой комнате. Перемещение, поняла я.

– Добро пожаловать на полевую практику, – Артур отстранился. – Обустраивайтесь. Дом полностью в вашем распоряжении. Ваша спальня на втором этаже, от лестницы вторая дверь справа. А я скоро вернусь. Не скучайте, – и с этими словами Артур вышел из комнаты.

С ума сойти. Могу сказать одно точно. До ректората мне не добраться никак, а значит, здравствуй отпуск, Академия, временно прощай.