В Карилию прибывает делегация Ишерского княжества. На кону подписание мирного договора, а шайка заговорщиков продолжает плести свои интриги. Принц Литар ожидает диверсии, потому снова вынужден просить Ориен о помощи. Но, соглашаясь изобразить фаворитку принца, бывшая воровка и не подозревала, что способна всем сердцем полюбить того, кого так долго ненавидела. Всесильный Белый Сокол даже не допускал мысли, что однажды будет готов отдать жизнь за ту, кого сам же отправил на каторгу. И уж точно Ори с Литаром не могли знать, что скоро им обоим придётся делать нелёгкий выбор между долгом и собственными чувствами…

Татьяна Зинина Мираж для Белого Сокола. Фаворитка

Глава 1

Прими удар! Прими, будь стойкой!

Хоть бьют в лицо, хоть по душе,

Хоть травят жизнь настойкой горькой…

Прими. А злость свою зашей,

Запри, закрой, хоть сердце режет.

Пусть враг почует вкус побед.

И будет он легко повержен,

Когда ударишь ты в ответ[1].

На первый взгляд сегодняшний день, абсолютно ничем не отличался от всех предыдущих. Ори точно так же, как и всегда, проснулась с рассветом, ещё до завтрака успела дочитать три последние главы в книге по блокировкам памяти, и уже собиралась приступить к трапезе, когда в столовую вдруг вошёл странно озадаченный дворецкий. И он выглядел таким непривычно напряжённым, что Ориен сразу поняла, что произошло нечто из ряда вон выходящее.

Она уже поднялась с места и хотела спросить старого Горито, в чём причина его ступора, когда он, наконец, заговорил:

— Леди Ориен, к вам посетительница, — сказал, глядя на девушку со странным смущением.

— Посетительница? — удивлённо уточнила она.

И здесь на самом деле было чему удивляться, ведь за те четыре месяца, что Ори провела в этом доме к ней ещё ни разу никто не приходил. Да и кто мог прийти? Мили? С ней Ориен не виделась с того дня, как ту увели на допрос стражники. И пусть они исправно обменивались письмами, но подруге вряд ли бы пришло в голову приехать в гости. Сит же, по словам Сокола, давно отбыл на юг, где в горах располагалось одно секретное учебное заведение. Конечно, у Ориен были ещё знакомые, но вряд ли кто-то из них стал бы искать с ней встречи в доме верховного мага королевства.

— Да, — подтвердил дворецкий. — Посетительница. Её имя — Шарлотта Крилит. И… она утверждает, что приходится вам матерью.

Вот после этих слов, Ориен просто остолбенела. Её руки друг задрожали, а на глазах стали наворачиваться неуместные слёзы. Почему-то сейчас, в этот волнительный момент, оказавшись так близко к разгадке той тайны, что мучила её всю жизнь, ей стало страшно.

В голову тут же начали закрадываться самые гадкие мысли, опасения, предположения… Она очень боялась, что не понравится маме, что окажется не такой дочерью, о которой та мечтала. Ведь мисс Кариэлла Терроно утверждала, что мать Ори была аристократкой до мозга костей, а ведь самой Ориен даже до простой леди было очень далеко. Да, её обучили этикету и правилам поведения в обществе, но она всё равно оставалась простой девчонкой, выросшей в приюте. Ей было страшно посмотреть в глаза маме… и вместе с тем, она мечтала поскорее её увидеть. Обнять… и наконец-то разрыдаться на родном плече.

Не желая более оттягивать этот прекрасный момент, Ориен вдруг сорвалась с места и побежала к зелёной гостиной, где в этом доме было принято принимать посетителей. Она пролетала по коридорам, подобно порыву ураганного ветра. Она спешила увидеть ту, которую считала роднее всех в этом мире. Но распахнув настежь высокие двухстворчатые двери и взглянув, наконец, на посетительницу… вдруг резко остановилась.

Гостья сидела на обитой зелёным бархатом софе и с любопытством осматривала комнату. Она была абсолютно спокойна, и производила впечатление приветливой доброжелательной женщины. На вид ей можно было дать около пятидесяти, может чуть меньше. Её белые кудри оказались тщательно собраны в пучок на затылке, а простой наряд говорил о том, что она явно относится к низшей аристократии, или даже к простолюдинам.

— Мисс Крилит, — абсолютно спокойным учтивым тоном обратилась к ней Ориен, у которой в один момент будто отключились все эмоции. Она смотрела на эту женщину и чувствовала в душе только дикую звенящую пустоту. — Рада приветствовать вас в доме моего наставника. Разрешите угостить вас чаем?

— Ори… малышка… — взволнованно протянула гостья, поднимаясь и подходя ближе.

Она остановилась в паре шагов от девушки и принялась рассматривать ту с какой-то явно чрезмерной жадностью. А потом и вовсе отбросила все правила этикета и заключила её в крепкие объятия.

— Девочка моя… маленькая… — шептала эта женщина, даже не пытаясь сдержать всхлипы, переходящие в рыдания. — Сколько же лет я тебя не видела…

— И правда, сколько? — спросила Ориен ровным пустым тоном.

— Много, очень много… — протянула та, сквозь плачь.

Её слёзы капали на рукав светлой туники Ориен, но девушка продолжала стоять совершенно неподвижно. Только смотрела на мокрые пятнышки, остающиеся на ткани и отчаянно старалась понять, что с ней происходит.

— Ты так выросла… стала такой красавицей… — срывающимся тоном говорила Шарлотта. — Прости меня… я думала, что ты погибла… Я не знала, что ты в приюте…

Она висела на шее у стоящей как столб Ори, и продолжала отчаянно рыдать. Но сама Ориен почему-то не чувствовала к этой странной женщине ничего кроме презрения. Она даже пахла как-то совершенно отталкивающе… уж точно не мамой. И только теперь девушка поняла причину своего странного ступора.

— Мисс Крилит, — сказала она, отпихивая ту от себя, потому что сама Шарлотта просто так отцепляться не желала. — Ответьте мне на два вопроса… пожалуйста.

— Конечно, родная. Спрашивай, — проговорила гостья, стирая слёзы со своих щёк рукавом платья.

— Как звали моего отца? — равнодушным тоном поинтересовалась Ориен, пристально глядя ей в глаза. Она хотела подловить эту женщину на лжи, которую бы обязательно почувствовала.

И Шарлота с самым уверенным видом ответила:

— Яро… он был из народа ишау.

И эти слова оказался чистой правдой. По крайне мере, сама мисс Крилит ни капли не сомневалась в том, что говорила. И, возможно, если бы Ори не пребывала в каком-то эмоциональном ступоре, она бы сама разрыдалась. Но сейчас все её чувства будто находились за толстой стеной. Они прятались где-то в глубинах её души и выплывать наружу не собирались.

— Яро? А как он выглядел? — спокойным тоном спросила девушка.

— Ты на него немного похожа, — с восхищением в голосе ответила эта явно переигрывающая мисс. — У него были красные волосы, правда, он их сбривал почти под корень, чтобы не выделяться на фоне других людей.

— А фамилия? У него ведь была фамилия? — дрогнувшим голосом спросила Ори, и это стало первым проявлением эмоций за всё время их странного разговора.

— Его называли Яро Красный. Он почти ничего о себе не рассказывал. Да и… мы провели вместе всего одну ночь.

А вот теперь она точно врала. И это почему-то дико взбесило Ори. Она была уверена, что эта женщина — ей не мать. Да и, по словам мисс Кариэллы Терроно, её мама была утончённой аристократкой, а такие манеры даже с годами никуда бы не делись. Эта же — вела себя слишком просто.

— И второй вопрос, мисс Крилит, — произнесла Ориен, глядя ей прямо в глаза. — Зачем вы мне лжёте?

— Я? Лгу? Доченька, да что ты такое говоришь?! — воскликнула та, всплеснув руками. — Понятное дело, что так сходу ты не проникнешься ко мне чувствами и доверием, но… со временем…

— Вы не моя мать! — выкрикнула девушка, у которой внутри что-то будто взорвалось. — Я помню мать… Нет, не лицо, а чувства, которые у мня возникали рядом с ней. И вы — не она! Поэтому, скажите лучше по-хорошему, зачем вы мне врёте, и откуда знаете моего отца?

— Я не вру! — продолжала стоять на своём женщина, всё больше раздражаясь. — Не вру!

И тогда, уже придя к выводу, что та ни в чём так просто не сознается, Ори снова посмотрела ей в глаза и отдала мысленный приказ: «Спать». В то же мгновение женщина рухнула на пол, а у Ориен, при взгляде на её бессознательное тело, не возникло ни одной эмоции, кроме гадкого отвращения.

— Господин Горито, — позвала Ориен, выходя из гостиной. А когда перед ней появился старый дворецкий, грустно вздохнула, и попросила. — Пожалуйста, вызовите Кери. Я знаю, у вас есть такая возможность. И если сможете, передайте Его Высочеству принцу Литару, что мне очень срочно нужно с ним поговорить. Дело касается нашего с ним договора и его ведомства.

Тот кивнул и уже хотел отправиться выполнять поручение, когда его снова окликнул голос Ориен.

— И не обращайте внимания на ту мисс, что лежит на полу в гостиной. Она просто спит… и проспит так, пока я не позволю ей проснуться.

И ушла, проигнорировав ошарашенный взгляд дворецкого.

* * *

Когда Литу, у которого и без того с самого утра голова кругом шла от огромного количества важных первостепенных задач, сообщили, что его очень просила зайти леди Терроно, он на несколько секунд даже опешил от удивления. Но тут же понял, что просто так она бы его ни за что не позвала, тем более, утром. Именно поэтому, отдав основные распоряжения и загрузив своих сотрудников работой, он покинул кабинет и отправился прямиком в портальную комнату дворца.

Проснувшаяся интуиция говорила Литу, что этот визит обещает быть очень интересным, хотя он даже примерно не представлял, что могло заставить Ори вызвать его к себе.

Выйдя из мерцающей арки портала в доме Кертона, он приветственно кивнул, отчего-то напряжённому дворецкому и попросил проводить его к леди Ориен. Но вопреки его ожиданиям, она нашлась не в своей библиотеке, где обычно просиживала дни напролёт, а в зелёной гостиной. Девушка расположилась в кресле, привычно поджав под себя ноги, и что-то записывала на прижатом к книге листе бумаги.

Ори оказалась так увлечена своим занятием, что даже не отреагировала на звук шагов. Но стоило двери с щелчком закрыться, вдруг вздрогнула, подняла лицо и увидела Литара.

Он стоял у самого входа и с напряжённым видом смотрел на бессознательное тело женщины, лежащее посреди комнаты на ковре. И только когда заметил, что на её лице присутствует лёгкий румянец, а грудная клетка мерно вздымается и опускается, всё же выдохнул с огромным облегчением.

— Думал, убила, — выдал он, поворачиваясь наблюдающей за ним девушке. — Умеешь ты удивлять… Ориен. Представь… я — глава департамента правопорядка только что поймал себя на том, что думаю, где бы поудачней спрятать труп.

Ори же в ответ как-то грустно ему улыбнулась и отвела взгляд в сторону. Казалось бы, прошло всего каких-то три недели, а она уже успела так безумно по нему соскучиться. И сейчас… в этот странный момент, ей хотелось просто подойти… просто обнять… просто ощутить его тепло, чтобы хотя бы попытаться снова начать что-то чувствовать.

— Так что с этой несчастной? — спросил принц, подходя к женщине и присаживаясь рядом с ней на корточки.

— Спит, — отозвалась Ори.

— Твоими силами? — усмехнувшись, уточнил он.

Но девушке оказалось совсем не до веселья или шуток. Для неё всё это было очень серьёзно, поэтому она лишь нервно дёрнула плечом и посмотрела на Лита со всей возможной серьёзностью.

— Эта женщина утверждает, что является моей матерью, — сказала Ори абсолютно равнодушным тоном. В её голосе не проскальзывало совершенно никаких эмоций, а во взгляде отражалась пустота. — Но это не так. Она врёт… но знает моего отца. Она сказала, что его зовут Яро Красный. И ещё ей известно, что он — ишау. Говорит, что провела с ним одну-единственную ночь.

С каждым словом Литар становился всё мрачнее, а под конец короткого рассказа, и вовсе принял свой обычный серьёзный вид, и от его весёлости не осталось и следа.

— В память не заглядывала? — поинтересовался он, отходя от спящей женщины. — Подозреваю, что там много интересного.

— Решила дождаться тебя, — ответила Ори, снова встречаясь с ним взглядами. — Всё-таки это несанкционированный ментальный взлом, а за такое в нашей стране можно оказаться на каторге.

— Тоже верно, — согласился Лит, прохаживаясь по комнате и усаживаясь на кресло, стоящее рядом с тем, где сидела Ориен. — И ты лучше пока не трогай её сознание, — добавил он, ловя холодную руку девушки и легко сжимая её между своими ладонями. — Позже… когда успокоишься, я дам тебе разрешение покопаться у неё в голове. А пока ты взвинчена, последствия могут быть непредсказуемыми.

От его прикосновения, пусть и такого простого, ненавязчивого, ей сразу стало немножечко легче. Казалось, всего лишь одного присутствия рядом Сокола достаточно, чтобы панцирь её отчуждённости и обиды начал покрываться мелкими трещинами, и на его поверхности стали появляться отголоски настоящих эмоции.

Она согласно кивнула и посмотрела на него с благодарностью и какой-то затаённой нежностью, от которой в его душе сразу стало очень тепло. Он легко погладил ладошку Ори, пальцами, а потом и вовсе поднёс её к губам и поцеловал. А когда снова посмотрел ей в глаза, в них уже почти не было той ледяной грусти.

И такая маленькая перемена в её состоянии, отчего-то вызвала на лице принца довольную улыбку.

Он вообще любил манипулировать людьми. В какой-то степени это помогало успешно управлять таким сложным механизмом, как департамент правопорядка. Да и в политике оказывалось нелишним. Но вот от игры на эмоциях Ориен Литар получал особенное удовольствие. Она казалась ему идеально настроенной гитарой, при умелой игре на которой, получалась прекрасная мелодия. Ори была так отзывчива, так открыто реагировала, что он просто млел. А стоило ему представить, что той же отзывчивостью обладает и её юное тело… и его тут же бросало в жар, а перед мысленным взором появлялись совсем нецеломудренные образы.

— Ну что ж, милая, буди свою матушку, — усмехнулся Лит, для которого это дело стало своеобразным глотком свежего воздуха после неуёмной суеты последних недель. Да и сидя рядом с Ори работать было втройне приятней.

Ориен снова вздохнула и, переведя взгляд на лежащую на полу гостью, отдала ей мысленный приказ проснуться.

В тот же момент, женщина резко открыла глаза и сразу же попыталась встать. Она выглядела немного помято и даже растерянно, но увидев Ориен, да ещё и в компании принца, мгновенно подобралась и присела в неумелом реверансе.

— Ваше Высочество, — учтиво протянула эта мисс. — Прошу простить мне это странное падение… Сама не знаю, что на меня нашло.

Литар кивнул в ответ и тут же указал на стоящий напротив диван.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — предложил он, правда, сделал это с таким видом, будто в случае отказа сам бы не поленился заставить её сесть. — С Ориен вы уже познакомились, моё имя вам тоже известно. А вот мне ваше — нет.

— Простите, — поспешила извиниться она, заливаясь краской смущения. — Меня зовут Шарлотта Крилит. Я — мама Ориен.

Ори снова недовольно дёрнулась, а Лит, видя её реакцию, вдруг улыбнулся, причём совершенно по-мальчишески. Правда, стоило ему снова повернуться к гостье, и ту в буквальном смысле прошиб холодный пот. Ведь, несмотря на открытую улыбку, в глазах принца она читала самую настоящую угрозу.

— А давайте сделаем вот что, — предложил он, продолжая изображать весёлого парня. — Я буду задавать вам вопросы, и в случае если вы дадите правдивый развёрнутый ответ, то получите от меня, скажем… двадцать золотых. Но если решите солгать… — он снова изобразил задумчивость и с тем же хитрым видом добавил: — Год каторги. И так за каждый вопрос. Согласны?

Женщина согласна не была, но глядя в глаза Литару, просто не смогла найти в себе смелости ответить отказом. Она смотрела на него с неприкрытым испугом, ведь отлично знала, что этот человек шутить не привык.

— Я просто хочу поговорить с дочерью… — попыталась объяснить мисс Крилит, но Сокол остановил её, несомненно, прекрасно отрепетированную речь одним лишь знаком руки.

— Мисс Шарлотта, мы ведь оба знаем, что она вам не дочь, а вы только что уже заработали себе год каторги, — сказал он до приторного добродушным тоном. — И да, кстати, если вы откажитесь сотрудничать, то мы просто вскроем вашу память. А это очень болезненный процесс… Хотя, что-то мне подсказывает, что на вашем сознании довольно искусный блок. Я прав, Ори?

— Прав, — тут же ответила девушка, с тем же равнодушным видом. — Я недавно как раз читала о ментальных щитах и особенностях их построении магами разных стран. Так вот, судя по всему, блок на сознании мисс Крилит… — она кивнула в сторону сидящей на диване женщины, — …был установлен магом из Гауса.

Взгляд принца на мгновение вспыхнул холодной яростью и откровенным предвкушением, — вероятно, ему просто не терпелось встретить того самого мага. А Ориен, заметив в глазах Литара этот хищный огонь азарта, мысленно поблагодарила всех Светлых Богов, что сейчас они с ним находились по одну сторону баррикад. Всё же дружить с Соколом было куда приятнее, чем быть его врагом. Уж Ори и то и другое успела ощутить на собственной шкуре.

— Что-то подсказывает мне… — загадочным тоном начал Лит, — что я знаком с этим менталистом. И вы даже не представляете, как жажду вновь с ним повидаться.

И его слова были чистой правдой. Сокол на самом деле теперь жил мечтами поймать всех тех, кто едва не отправил его к праотцам. Ведь эти гады до сих пор гуляли на свободе. Увы, в тот день, когда в небезызвестный дом, служащий «гнездом» для скрывающихся преступников, явились стражники, тот уже был пуст. И теперь Литар прикладывал невероятные усилия, мобилизовал всех своих лучших агентов, чтобы поймать Армана Савари, его подельников, и понять всю суть его замысла. Ведь тому далеко не просто так была нужна украденная книга.

К сожалению, на снятие с неё всех охранных плетений ушло очень много времени. И если поначалу Кери ещё надеялся на то, что справится сам, то вскоре всё же был вынужден обратиться за помощью к другим магам из ордена. Увы, никто из них не мог так мастерски ловить нити силы, как это делала Ориен. Но зная, как сильно она реагирует на красную платину, привлекать её к этому делу не стали.

Несчастные маги промучились почти месяц, но книга всё-таки открылась… Хотя легче от этого всё равно никому не стало. Ведь оказалось, что её текст написан именно на том наречии, которое уже несколько веков никто не использовал. И вот уже не первую неделю над этим фолиантом работали лучшие специалисты по древним языкам, стараясь расшифровать непонятные надписи и описания неизвестных ритуалов. Но одно Литар знал уже сейчас — особенное, можно сказать ключевое место в этой книге отводилось всё той же пресловутой красной платине. А точнее тому, как с её помощью усилить действие энергетических плетений.

— Ори, сможешь сломать блок? — обратился к девушке Лит.

— Да, — спокойно отозвалась она. — Но только сознание сломается вместе с ним. Восстановить не удастся.

— Значит, — с наигранным расстройством уточнил принц, — мы ничего не узнаем?

— Почему же, узнаем, — ответила Ориен, которой вдруг странным образом передалось это коварно-насмешливое настроение Сокола. — Только мисс Шарлотта после этого вряд ли будет в состоянии вести прежнюю жизнь. Боюсь, она даже кушать самостоятельно не сможет.

После этих слов Литар посмотрел на Ориен с такой открытой гордостью, что она даже немного смутилась. Ему явно нравились её попытки подыграть, и этот его взгляд стал для девушки лучшей похвалой.

А вот сидящая напротив них женщина всё больше бледнела. Вероятно, она никак не ожидала, что вместе тихой спокойной девушки, выросшей в приюте, её встретят два жутких хищника. И пусть Ориен было ещё очень далеко до мастерства Литара, но сейчас даже она казалась мисс Шарлотте безумно опасной.

— Итак, — протянул Сокол, глядя на притихшую гостью. — Расскажите всё сами или будем действовать через боль?

И она неожиданно даже для самой себя стушевалась, опустила голову и вдруг сказала:

— Расскажу.

Весь следующий час Ори слушала её почти не шевелясь. Она сама не заметила, как вцепилась в руку Литара и не отпускала до самого конца этого странного повествования.

Оказалось, что мисс Шарлотта когда-то работала официанткой в одной прибрежной забегаловке Карсталла, куда часто захаживали моряки. Там-то она и познакомилась с матросом по имени Яро Красный. Он заходил нечасто, пил мало, в основном просто заказывал еду и беседовал со своим извечным спутником Дирелли. Тот работал боцманом на корабле «Северная жемчужина», потому Шарлотта решила, что и Яро тоже из его команды.

Он выглядел очень молодо. На вид ему можно было дать не больше двадцати, но в его серебристо-серых глазах будто бы жила вечность и отражалась странная глубокая тоска. А потом он перестал приходить в их заведение, а Дир, как коротко называли Дирелли, шутливо сообщил, что мальчик влюбился.

Но как-то утром, когда их трактир только открывался, в зал снова пришёл Яро. Он выглядел взволнованным и попросил Шарлотту подсказать ему хорошего ювелира. И даже сообщил, что хочет сделать гравировку на кольце. А когда официантка поинтересовалась, для чего ему понадобилось кольцо, тот с улыбкой счастливого человека ответил, что хочет жениться.

Именно она отправила его к ювелиру Мирдо Рапини. А после того больше ничего о нём не слышала. До недавнего времени…

— Так, — задумчиво протянул Лит, — значит всё снова упирается в этого ювелира.

Он замолчал и выжидающе посмотрел на бывшую официантку, которая очень старалась изображать леди, и в этот момент она со всей ясностью осознала, что умолчать о чём-то у неё просто не получится.

— Ко мне сам Мирдо обратился… недавно, — продолжила она. — Сказал, что дело есть плёвое. Сыграть роль матери одной особы, которая отчаянно мечтает найти родителей. Он рассказал, что это дочь того самого Яро, и мне стало любопытно посмотреть, какой ребёнок получился у такого видного парня.

— И что же вы должны были сделать, если бы я поверила? — подала голос молчавшая до этого Ориен.

— Уговорить тебя поехать со мной, — ответила та. — В мою задачу входило вывести тебя из этого дома. А дальше…

— А дальше вы бы просто передали Ори своим подельникам, — закончил за неё принц, а от улыбки на его лице не осталось и следа. — Говорите адрес места, куда вы должны были её доставить.

— К себе в номер в гостинице «Сиреневый тюльпан», — без промедления ответила она.

А Лит тут же взял из рук Ори исписанный листок, оторвал от него чистый кусочек и быстро нацарапал там несколько слов. Затем сложил его в несколько раз, зажал в ладони и сосредоточенно прикрыл глаза. В следующее мгновение его руку обуяло белое пламя, а обрывок исчез, будто его и не было.

— А теперь леди… — сказал он, пристально глядя на мисс Шарлотту, — у меня к вам будет просьба. Заметьте, не приказ, — добавил с ледяной ухмылкой. — Постарайтесь вспомнить лицо Яро и представьте его перед глазами во всех подробностях. Дайте Ори возможность его увидеть.

Фальшивая мать в очередной раз сжалась под его тяжёлым взглядом, но всё же кивнула. А Ориен, уже сообразив, что задумал Сокол, подошла к ней, положила руки на её плечи и заглянула в глаза.

— Я только посмотрю, ничего ломать не буду, поэтому, пожалуйста, покажите его, — попросила девушка, а в следующее мгновение уже нырнула в её сознание, попросту пройдя сквозь ментальный блок. Ведь ей оказалось незачем что-то ломать, — он и так не был для неё преградой.

Мисс Шарлотта подошла к этой просьбе принца со всей ответственностью, и теперь Ори не просто смотрела на лицо отца, а видела его сидящим за деревянным столом, с кружкой чего-то напоминающего пиво, и с улыбкой смотрящего на своего собеседника. Он выглядел едва ли не младше её самой. Его кожа была смуглой, черты лица — довольно резкими, а на левом виске виднелась небольшая царапина. Волосы на его голове оказались коротко острижены, но даже так было понятно, что они имеют насыщенный тёмно-красный цвет. А вот глаза Яро оказались точно такими же, как у Ориен… совпадало всё, и разрез, и оттенок радужки, даже взгляд.

Ори смотрела на этого парня, и никак не могла поверить, что он — её отец. И пусть они на самом деле оказались очень похожи, да и сама она чувствовала, что это правда, но пока не могла её принять. Ведь в этом воспоминании мисс Крилит он был таким молодым… Как ему вообще пришло в голову жениться так рано? Да и на ком? Была ли его невеста матерью Ориен или он собирался связать свою жизнь с другой? Всё это пока оставалось загадками, но теперь девушка почти не сомневалась, что обязательно отыщет на них ответы. Правда, уверенность ей вселяло даже не то, что она теперь знала, как выглядел её отец, а то, что сделанное ей предсказание на самом деле сбывалось.

Когда до её слуха долетел звук чьих-то торопливых шагов, Ори поняла, что пора заканчивать. Она осторожно прервала контакт и обернулась к Литару, рядом с которым неожиданно обнаружились двое мужчин в форме. Они стояли в дальнем углу и вполголоса о чём-то переговаривались, но заметив внимание девушки, вдруг замолчали.

Ориен решительно подошла ближе, вежливо поздоровалась с прибывшими сотрудниками департамента правопорядка и снова посмотрела на Сокола.

— Что дальше? — спросила она, всё ещё пребывая в каком-то эмоциональном ступоре.

Оно и понятно, ведь это утро стало для неё поистине странным, лишающим и сил, и эмоций. Увы, даже то, что она столько узнала о своём отце, увидела его, пусть и в чужой памяти, не смогло вернуть её в нормальное состояние.

Видя, что Ориен до сих пор сама на себя не похожа, Литар вдруг решительно взял её за руку и обернулся к одному из стражников.

— Подождите меня здесь, — приказал он, глядя на подчинённого. — Запишите пока показания мисс Клирит. И расспросите её как можно подробнее… Хотя, не мне вас учить, лейтенант Бринни. Я вернусь максимум через час.

Тот даже и не думал спорить с высоким начальством и на приказ Его Высочества ответил резким чётким кивком. А сам Литар снова посмотрел на притихшую Ори и решительно повёл её к выходу.

Но теперь, даже несмотря на его близость и непонятное поведение, Ориен продолжала оставаться спокойной и странно равнодушной. И если до рассказа мисс Шарлотты она ещё хоть как-то реагировала на его касания, то теперь полностью перестала обращать на них внимание.

Но Лит уже догадался, что это такой своеобразный вид молчаливой истерики. Ведь эта глупая женщина, представившаяся её матерью, ударила по самому больному. Она гадко и бессовестно сыграла на чувствах девочки, чьей главной мечтой в жизни было увидеть родную маму.

Ори плелась за Литом, почти не обращая внимание на то, куда именно её ведут. Она покорно поднялась с ним по лестнице на второй этаж, прошла по коридору, и только когда он со щелчком повернул ключ в двери её комнаты, отрезая все пути к отступлению, потихоньку начала осознавать происходящее.

— Ты спрашивала, что дальше, — напомнил принц, разворачивая её к себе лицом и медленно проводя ладонями по её плечам. Его пальцы сдвинули в сторону широкий ворот её туники, обнажая светлую кожу. Сам же Лит продолжал смотреть ей в глаза, отмечая отразившееся в них опасение. Но даже теперь Ори не стала никак комментировать его действия. Просто стояла совершенно неподвижно, словно большая кукла.

— И что же? — равнодушным тоном уточнила девушка.

Тёплые пальцы Литара пробежали по её шее, до самого затылка и медленно опустились обратно на обнажённое плечо. И когда она уже думала, что он ничего за этим не последует, он медленно наклонился и коснулся губами её кожи, почти у самого уха.

— А дальше, Ори, ты отправишься во дворец, — сказал он тихо, но она прекрасно расслышала каждое слово, хотя её разум в это мгновение оказался слишком ошарашен непонятными действиями Сокола.

— Литар… — выдохнула Ориен, вздрагивая от незнакомых, но безумно приятных ощущений.

Но тот не собирался давать ей время опомниться и только улыбнулся, придя к выводу, что от её апатии теперь не осталось и следа.

— Завтра ко двору прибудет Терриана — жена Бриса. Ты займёшь место в её свите, — продолжил он, проводя рукой по её напряжённой спине.

— Лит… — попыталась возразить Ори, цепляясь за его плечи… Но с её губ сорвался лишь какой-то непонятный полустон.

— Это не обсуждается, Ориен… — прошептал он ей на ухо, легко цепляя губами мочку, и медленно спускаясь к ключице. — Ты нужна мне там. К тому же здесь ты не останешься. Сейчас это слишком большой риск, а рисковать тобой я больше не намерен.

Уже почти не отдавая себе отчёт в собственных действиях, Ори потянулась к его губам. Сейчас ей было плевать на всё… и на его слова, больше похожие на приказы, и на какую-то непонятную опасность, о которой ей ничего не было известно. Она хотела только одного — снова почувствовать вкус его поцелуя. А всё остальное казалось совсем не важным.

Но Лит не спешил удовлетворять её желание. Вместо этого он лишь невесомо коснулся её губ и посмотрел прямо в затуманенные глаза.

— Ты согласна? — спросил он, желая получить её подтверждение тому, что только что озвучил.

— На что? — не понимая, уточнила она.

— Перебраться во дворец, — прошептал этот искуситель, продолжая ласкать её шею, мягкими пальцами.

— Нет, — отозвалась Ори, которая даже в таком состоянии понимала, что попросту пропадёт там. — Не могу… не нужно…

Но Литар не собирался так легко сдаваться.

Он всё-таки поцеловал её, и едва не сорвал свою же игру, неожиданно увлекшись этим невероятно ярким поцелуем. Ведь сейчас Ори сама стремилась к нему. Она целовала его со всей той страстью, что сейчас бушевала в душе. А её эмоции, что всё это утро так тщательно подавлялись, теперь, наконец, получили выход.

И всё-таки Лит нашёл в себе силы остановиться, хотя это стало для него настоящим подвигом. Но он понимал, что должен получить её согласие и поражение признавать категорически не желал.

— Я прошу тебя, Ори, — проговорил Литар ей в губы. — Ты мне нужна там. Рядом с Террианой. — Он снова спустился к шее девушки, с наслаждением вдыхая ни с чем несравнимый аромат её волос, от которого снова едва не потерял голову. И тем не менее, всё-таки продолжил говорить, правда его голос звучал теперь невероятно чувственно: — Терри и дети — самое слабое звено нашей семьи. И если будут нападать, то в первую очередь на них. А ты… улавливаешь малейшие колебания потоков.

Когда его губы снова коснулись её кожи, Ори застонала в голос и прижалась к нему всем телом, желая оказаться как можно ближе.

— Ориен… — хрипло проговорил Литар. — Прошу, соглашайся… Потому что если ты сейчас этого не сделаешь, то я продолжу уговоры, и мы с тобой окажемся в постели.

— Просишь… уговариваешь… — она уже дрожала, её голос почти не слушался, а губы горели, отчаянно желая нового поцелуя.

— Соглашайся… — снова протянул он, чуть прикусывая её оголённое плечо. — Немедленно.

И она ответила, уже понимая, что выбора у неё всё равно нет.

— Только если ты пообещаешь не оставлять меня там, — неожиданно твёрдо заявила девушка, — объявляться хотя бы раз в день…

— Любой каприз… Ори, — ответил он с заметным облегчением. — Могу пообещать, что буду навещать тебя при каждой возможности. А моя постель вообще всегда в твоём распоряжении… — добавил шёпотом. И это прозвучало настолько двусмысленно, что по телу девушки пробежала волна жара.

— Тогда я согласна, — ответила Ориен, ловя его взгляд, в котором отражалось совсем не наигранное желание.

— Умница, — выдохнул Лит, и снова потянулся к её губам.

И теперь он почти себя не сдерживал, целуя её именно так, как ему хотелось. Жарко, властно, требовательно… с полной отдачей. А она отвечала, окончательно потерявшись в своих эмоциях. И мечтала только об одном, чтобы этот сладкий безумный поцелуй никогда не заканчивался.

Но, увы… вскоре Лит всё-таки оторвался от её губ и, прикрыв глаза, коснулся лбом её лба.

— Мне нужно идти, — сказал он сбивчивым шёпотом.

Ориен обречённо вздохнула… и вдруг снова почувствовала, будто в душе прорастает колючий сорняк, царапающий только начавшее открываться сердце. Сейчас, находясь в объятиях Сокола, наслаждаясь его близостью она опрометчиво позволила себе думать, что нужна ему… На самом деле нужна. А ведь он просто в очередной раз сыграл на её эмоциях, заставив ответить согласием на то, на что она никогда бы не согласилась, находясь в здравом уме.

Наверно её мысли в полной мере отразились на лице, потому что когда девушка попыталась отстраниться, Литар лишь отрицательно покачал головой и обвил её талию обеими руками.

— Ори… — начал он, заглядывая ей в глаза. — Милая, ласковая Ори… Сейчас у меня очень много важных дел, в том числе и имеющих отношение к поиску твоих родителей. Поэтому, я уйду… а ты пока распорядишься, чтобы горничные упаковали твои вещи. Думаю, Белли будет рада помочь тебе перебраться во дворец. Я же зайду к тебе вечером и расскажу обо всём, что удастся узнать. Хорошо?

Он говорил с ней как с маленьким неразумным ребёнком. Медленно, уверенно, и очень мягко. А она смотрела на него и со странной растерянностью осознавала, что сделает всё так, как он просит. Послушается… повинуется… выполнит все условия. Только бы пришёл… только бы точно так же обнял и был рядом.

— Я буду тебя ждать, — ответила она, не отводя взгляда.

А Литар вдруг улыбнулся, и от этой улыбки на душе Ориен стало невероятно тепло. А когда он, глядя в глаза, ласково погладил её по щеке, она поняла, что пропала окончательно.

— Знаешь, Ори, — проговорил Лит, улыбнувшись. — Для любого мужчины, очень важно знать, что есть та, которая ждёт. Тогда любая, даже самая сложная и муторная работа воспринимается, как пустяк. А все проблемы кажутся мелочью. И если ты будешь меня ждать…я точно приду. Возможно, это случится поздно, но, обещаю, появлюсь обязательно.

После этих слов она заметно успокоилась, а с её лица почти исчезло выражение обеспокоенности.

— Тогда… до вечера, — проговорила девушка, накрывая его руку своей, и тут же добавила: — …пусть даже очень позднего.

— До вечера, — повторил Литар.

Затем нехотя выпустил её из объятий и, не оборачиваясь, покинул комнату.

* * *

Этот день стал для Ори поистине сумасшедшим. Таким насыщенным событиями и впечатлениями, что под вечер она просто валилась с ног от усталости. И, казалось бы, что может быть сложного в простом переезде? Причём, учитывая тот факт, что ей самой почти ничего делать не приходилось. Одежду собирали служанки, переносили — лакеи, а снова раскладывали по полкам уже дворцовые горничные. Вот только… Ориен при этом чувствовала себя очень неуютно и как-то совершенно неправильно.

И, возможно, она бы смогла перенести это без каких-либо лишних эмоций, сумела бы объяснить самой себе, что согласилась на это только для помощи в охране принцессы. Смирилась бы с тем, что теперь является её фрейлиной, но… Ори поселили в королевском крыле, куда простым смертным вообще вход был категорически заказан. И мало того, её комната располагалась в аккурат между покоями Литара и Дамьена, хотя обычно фрейлин селили или в гостевых покоях, или рядом с комнатами их госпожи.

Даже сама Ориен, бесконечно далёкая от особенностей жизни придворных, понимала, насколько всё это неправильно. И пусть ни для кого не было секретом, что она является официальной фавориткой принца Литара, но раньше это считалось лишь простыми слухами. А теперь же у них появилось очень весомое подтверждение.

— Не переживай, — успокаивала её Беллиса, наблюдая за тем, как горничные развешивают в просторной гардеробной привезённую одежду. — Я ведь всё прекрасно понимаю. Но тебя хотя бы предупредили, что теперь придётся пожить здесь, а я когда-то просто очнулась в одной из спален покоев Эриол. Думала, что… умерла и попала на небеса. А оказалось, всё очень даже реально.

— Ну, зачем я на это согласилась? — обречённым тоном протянула девушка, глядя на многочисленные платья, грудой сложенные на широкой кровати.

— Даже не представляю, как Лит тебя уговорил, — отозвалась Беллиса, хотя на её лице играла до неприличия довольная улыбка. — Кери сам давно хотел, чтобы ты перебралась во дворец, но был уверен, что откажешься. Тебе, на самом деле, будет гораздо полезней жить здесь, чем безвылазно просиживать в имении. Пора привыкать к новому статусу. И мой тебе совет, не закрывайся от людей. Постарайся обзавестись знакомыми. Так тебе будет гораздо легче здесь прижиться.

Ори одарила её ещё одним растерянным взглядом и возвела очи к потолку. Глупая, ну как можно было так легко поддаться уговорам?! Как можно было настолько просто согласиться перевернуть с ног на голову собственную жизнь?!

Белли не пробыла с ней долго. Они даже толком поговорить не успели, когда за первой помощницей королевы прибыл один из лакеев, сообщая, что ту срочно желает видеть Её Величество. Естественно, Беллиса ушла, вслед за ней удалились и горничные, закончившие с вещами госпожи, а Ориен снова осталась одна.

И только теперь в полной мере осознала, во что на этот раз вляпалась.

Подумать только… ей предстоит жить во дворце. Во ДВОРЦЕ! И больше того, в королевском крыле. Среди членов семьи Её Величества. Служить фрейлиной принцессы, которой вскоре предстоит стать королевой. Выполнять обязанности, о которых она толком ничего не знает. И что хуже всего — каждый день надевать платье, делать причёску и вести себя как подобает высокородной леди. Леди… которой она никогда не была и вряд ли станет.

Упав на свою новую кровать, застеленную приятно пахнущими мягкими простынями, Ори раскинула руки в стороны и посмотрела на потолок. Да… в этой комнате было очень просторно. Стены здесь оказались оклеены однотонными тканевыми обоями, мягкого зеленоватого цвета. Вся мебель была сделана из редкого белого дерева и выглядела поистине роскошно. В спальне помимо кровати имелось несколько тумбочек, огромное зеркало, и низенький чайный столик с двумя удобными креслами. Пол устилал мягкий светлый ковёр, с высоким ворсом, а окно украшали сложные шторы, светло-кремового цвета.

Вообще, эту спальню можно было назвать воплощённой мечтой… особенно для той, кому большую часть жизни приходилось спать в общей комнате вместе ещё с четырьмя другими девочками. Да… тогда Ори сама едва помещалась на собственной неудобной кровати, а теперь рядом с ней могли бы спокойно разместиться ещё несколько человек, и всем было бы очень удобно.

К счастью в этот день её больше никто не беспокоил. Ужин ей подали в комнату, не заставляя отправляться в столовую, и девушка мысленно поблагодарила Беллису за такую заботу. Видят Боги, сейчас она была совсем не готова к тому, чтобы появиться среди других придворных. Ведь одно дело — танцевать на балу с Литаром, который всё время оставался рядом, и совсем другое — отправиться ко всем этим лощёным стервятникам одной.

Белли объяснила, что у фрейлин нет каких-то особенных обязанностей. Они просто составляют компанию принцессе, по большей части развлекают её, а иногда выполняют мелкие поручения из тех, что не принято доверять прислуге. И так как сейчас Терриана считалась единственной принцессой в королевстве, в её свите состояли только самые знатные дамы страны. Было их всего семнадцать, и Ориен предстояло стать восемнадцатой.

Фактически от неё требовалось просто находиться рядом с Её Высочеством, чтобы контролировать магический фон. Хотя сама Ори уже начала догадываться, что это далеко не главная причина её появления в свите принцессы. Она чувствовала, что Литар сказал ей далеко не всё, и была намерена обязательно расспросить его об остальных причинах. Если, конечно… он придёт.

Спать она легла поздно. Долго читала одну из привезённых с собой книг по особенностям памяти. В последнее время девушку очень увлекла именно эта часть сознания, и она с жадностью и огромным интересом изучала работы великих учёных, описывающих тонкости извлечения из глубин сознания нужных воспоминаний.

Так она просидела почти до полуночи. Потом не спеша приняла ванну, которая здесь больше напоминала небольшой бассейн, высушила волосы… И в который раз за этот вечер с тоской посмотрела на дверь, в которую так никто и не постучался. Она ждала Лита… как обещала. Но он… не пришёл.

Когда часы показали половину второго, Ори всё же уговорила себя улечься в постель. Спать хотелось просто до одури. Глаза сами закрывались от усталости, и бороться со сном уже почти не получалось. Так она и уснула… с тяжёлым камнем в душе и с пониманием того, что в очередной раз поверила в собственные иллюзии.

Глава 2

Он сильнее тебя. Он сильнее проблем.

Он сильнее любых ненастий.

Он решает всё сам. Для него нет дилемм.

Разбивает щелчком напасти.

Он — погибель для всех, кто законы не чтит.

Он для них, как кинжал у сердца.

Но спокойно тебе, когда рядом он спит,

С ним лишь можешь душой согреться.

В этот поздний час в коридорах королевского крыла было очень тихо и спокойно. Под потолком приглушённо мерцали магические огоньки, на постах дремали стражники, а вокруг царила атмосфера глубокого сна. Лит возвращался после очередного допроса и был просто невероятно вымотан. Он даже ловил себя на том, что готов уснуть, просто прислонившись к какой-нибудь стене. И только осознание собственного статуса не позволяло ему поступить именно так.

Добравшись до своих покоев, он прошёл мимо оставленного на столе давно остывшего ужина и сразу же направился в ванную комнату. Литар никогда не ложился спать, не приняв перед этим душ. И это было даже не привычкой или особенностью воспитания, а простой необходимостью. Ведь вода, помимо всего прочего, обладала поистине уникальными свойствами и была способна смывать грязь не только с тела, но и с души. А Соколу по долгу службы каждый день приходилось сталкиваться с таким количеством этой самой «грязи», что в пору бы завыть. Она оседала на ауре тёмными пятнами и только струи проточной воды были способны её уничтожить.

А сегодня у Лита оказался поистине гадкий день. Ведь, как выяснилось, замысел тех людей, которые хотели похитить Ориен, был только верхушкой айсберга — частью огромной сети, одним из пунктов невероятного плана, вся суть которого оставалась неизвестна до сих пор.

Да, сотрудникам службы правопорядка удалось поймать тех, кто должен был забрать Ори из гостиничного номера её фальшивой матери. Кери, как менталист, любезно помог их разговорить, но то, что они сказали, только сильнее запутало Литара. Он и без того погряз в сотнях собственных догадок и предположений, а их показания и вовсе сбивали его с толку.

Единственное, что Лит теперь знал наверняка — на его семью открыта настоящая охота, а в стране совершенно точно планируется очередной переворот. Вот только на этот раз он должен стать поистине кровопролитным.

Двое головорезов, прибывших забрать Ори, после довольно болезненного допроса всё же сообщили очень злому и настойчивому Соколу, для чего им понадобилась девушка. Хотя… после их ответа сам Литар едва не придушил обоих собственными руками. Оказывается, им было приказано доставить Ориен для разговора с господином Рапини… тем самым демоновым ювелиром. Неизвестно, о чём этот гад собирался с ней говорить, да только один из допрашиваемых сказал, что оставлять девку в живых никто не собирался.

О местонахождении Савари и его подельников они ничего не знали, но ювелира сдали, правда, не без вмешательства Кертона. А вот за этим субъектом Литар отправился вместе с группой захвата. Ему очень хотелось лично поймать эту сволочь и проследить, чтобы он попал в изолятор живым. Чутьё настойчиво подсказывало Соколу, что Рапини известно много интересного. Ведь, судя по всему, он занимал в группировке бывшего графа не самое последнее место.

Само задержание прошло без сучка и задоринки. Всё оказалось сработано очень чётко, как по нотам. И если поначалу Рапини ещё пытался строить из себя честного человека, которого арестовали исключительно из-за какого-то чудовищного недоразумения, то стоило ему увидеть Литара… и он замолчал, уже сообразив, что теперь уже влип окончательно.

Правда радоваться было слишком рано, потому как дежурный менталист, присутствующий на первом допросе с виноватым видом сообщил Его Высочеству, что на сознании задержанного стоит очень хитрый щит, обойти который почти невозможно. Он так же рискнул высказать предположение, что даже верховному магу такой блок окажется не по зубам.

А Рапини, слыша эти слова, только самодовольно скалился, чем ещё сильнее бесил и без того злого Литара. Естественно, добровольно рассказывать что-то ювелир отказался, заявив, что он — честный человек, ставший жертвой чужого произвола.

Конечно, можно было бы отправить его в пыточную, для приватной беседы с палачом, после встречи с которым многие становились очень разговорчивыми, но Лит решил поступить иначе.

Допрос было решено отложить до утра, а сам Сокол, наконец, получил возможность отправиться к себе. И теперь стоя под струями привычно обжигающе горячего душа он вдруг вспомнил, что собирался зайти к Ори. А ведь малышка действительно обещала его ждать…

При воспоминании о том, как сегодня днём он уговаривал её согласиться перебраться во дворец, на мокром лице Литара появилась лёгкая улыбка. А стоило представить её чуть затуманенный взгляд… мягкие податливые губы… и на его душе сразу стало гораздо теплее.

Сейчас он мог с полной уверенностью признаться самому себе, что ему на самом деле очень нравится Ориен. Пусть он и раньше знал, что за её пугливостью и внешним спокойствием кроется очень сильный характер, но после того как она фактически вытащила его с того света, а затем в грубой форме высказала всё, что о нём думает, только убедился в своих догадках. Сейчас Лит уже не сомневался, что при правильном подходе и достаточной мотивации из неё мог бы получиться очень хороший агент. Поистине незаменимый. Но почему-то теперь от одной мысли о том, что её жизни может угрожать опасность, его сердце сжималось от волнения и страха.

Даже сейчас, стоило ему снова вспомнить похотливый взгляд Савари, говорившего о том, что именно он сделает с Ори, и кровь в жилах Лита мгновенно превращалась в расплавленную вулканическую лаву, а стихия внутри начинала по-настоящему бушевать. И в этот момент ему просто до безумия захотелось увидеть Ориен, почувствовать под пальцами мягкость её кожи, и убедиться, что с ней всё хорошо.

Выбравшись из душа, Литар привычно надел свободные штаны из тонкой мягкой ткани, и уже собирался лечь в постель, но… вдруг остановился. Он с тоской посмотрел на свою большую кровать заправленную чёрным шёлком, и со странной болезненной ухмылкой подумал, что не желает спать здесь один. Уж точно не сегодня. И накинув длинный чёрный халат, решительно покинул собственную спальню.

Когда же один из стражников, дежуривших в коридоре, сообщил ему, что леди Терроно поселили прямо здесь, в королевском крыле, вечно невозмутимый Сокол просто не смог сдержать довольной улыбки. Всё же, когда он передавал Беллисе просьбу подобрать для Ори хорошую удобную комнату, он даже не подумал, что фрейлина матери распорядится выделить ей спальню так близко к его покоям. Но теперь такое положение вещей показалось ему очень удобным, а это решение Белли — самым правильным.

К Ориен он вошёл без стука, будто знал, что она специально не заперлась. А едва оказавшись внутри, тихо прикрыл за собой дверь и повернул ключ в замке. В спальне девушки царил приятный полумрак. Видимо, засыпая, она всё же решила оставить один из светильников включенным, чтобы ночью не растеряться в незнакомой комнате. И в этом свете, спящая Ори выглядела невероятно трогательно. Её тёмно-красные волосы разметались по подушке, а светлое личико казалось удивительно умиротворённым. Она снова спала на боку, притянув колени к груди, и старательно кутаясь в одеяло.

«Опять замёрзла», — пронеслось в мыслях Литара, а на его губах расцвела мягкая улыбка.

Тихо приблизившись к кровати, он скинул с себя халат и совершенно бесцеремонно улёгся рядом с девушкой. И сначала на самом деле собирался целомудренно обнять её поверх того кокона, в который она оказалась замотана, но Ори вдруг сама потянулась к нему, будто глупый мотылёк к пламени костра. Ей нужно было его тепло, нужен был он сам… и тогда Сокол отбросил край разделяющего их одеяла и прижался к девушке всем телом.

— Лит… — прошептала Ориен, ёрзая по кровати и стараясь придвинуться к нему ещё ближе. — Пришёл…

— Пришёл, Ори, — отозвался он, кладя руку на её живот.

Литар честно пытался уснуть…

Но, Боги, о каком сне может идти речь, когда рядом лежит настолько притягательная особа? Как можно оставаться спокойным, ощущая близость такого приятного женского тела? А она была расслаблена и спокойна… и даже не подозревала, какие коварные мысли витают сейчас в голове обнимающего её мужчины.

Осторожно переложив руку на её бедро и легко перебирая пальцами, Литар всё выше поднимал край тонкой ночной сорочки девушки. Но Ори, казалось, совсем не замечала этого его самоуправства. Она наслаждалась его теплом и тем чувством умиротворения, которое дарила ей близость Литара. Её дыхание было глубоким и ровным и, Литу даже показалось, что она снова погрузилась в сон.

И даже когда горячая мужская ладонь оказалась под тканью её одежды… погладила изгиб талии и скользнула на обнажённый живот… поднялась выше… к груди, Ори никак на это не отреагировала. Будто всё происходящее было вполне обычно, а может она на самом деле успела уже крепко уснуть? Но стоило наглым пальцам принца спуститься ниже и попытаться забраться под ленты её белья, Ориен резко дёрнулась и испуганно попыталась отползти. Её глаза открылись, а с сознания мгновенно слетели остатки сна.

— Не надо… — выговорила девушка, хриплым голосом, в котором читалась настоящая паника. — Пожалуйста…

Она села в кровати и сжав трясущимися руками край одеяла, посмотрела на Лита с настоящим ужасом. Сейчас её сонный мозг ещё не успел разобраться с эмоциями, а предательский страх упрямо твердил, что нужно бежать.

А Литар, видя её реакцию, клял себя самыми последними словами. Глупец! Олух! Идиот! Зачем вообще полез со своими приставаниями? Знал ведь, как она может такое воспринять. И это было совсем неудивительно, после того, что ей пришлось однажды пережить.

— Ори, тише… — проговорил он, даже не пытаясь приблизиться. — Прости. Глупо вышло… Не бойся меня. Клянусь, не сделаю тебе больно.

Но девушка не верила его словам. Она смотрела на сидящего в её кровати полуобнажённого Сокола и нервно мотала головой. Сейчас он был для неё не другом, не принцем и даже не главой департамента правопорядка. Сейчас рядом с ней находился мужчина, у которого при желании хватит сил подавить любые сопротивления с её стороны. Она понимала, что он может просто повалить её на кровать, прижать своим телом, ударить…

И вдруг в её голове будто что-то прояснилось. Почему-то она была абсолютно уверена, что этот блондин, чьи распущенные чуть вьющиеся волосы едва доставали до плеч, никогда не поднимет руку на женщину. Это ведь Сокол… Литар. Он не сделает больно… Больше не сделает.

Видимо принц заметил в её глазах эту перемену, потому осторожно протянул ей раскрытую ладонь, при этом не отпуская её взгляда.

— Обещаю, буду обнимать тебя очень целомудренно, — сказал он, а его тон показался девушке непривычно мягким и странно нежным. — Пойдём спать. Просто… спать.

И она вдруг доверчиво вложила свои пальцы в его руку и медленно вернулась на подушку. А потом и вовсе придвинулась ближе и уложила голову ему на плечо.

— Спи… — добавил Лит, поглаживая пальцами её чуть спутавшиеся волосы.

На самом деле он сам испугался. Всё же эта её вспышка панического страха стала для него совершенно неожиданной. Да если бы он знал, что всё так обернётся, то пальцем бы к ней не притронулся.

А Ори, будто окончательно придя в себя, вдруг уткнулась носом ему в шею и крепко вцепилась в его руку.

— Ты меня напугал, — проговорила она тихим шёпотом.

— Мы поговорим об этом утром, — отозвался он. — А сейчас нужно спать. Уже очень поздно.

— Ты останешься? — неожиданно спросила девушка, и её голос показался Литару искренне взволнованным. А когда она сильнее стиснула его предплечье, а потом, для верности ещё и ногу на его бедро закинула, всё-таки понял, что она очень не хочет, чтобы он ушёл.

— Останусь. До самого утра, Ори, — сказал с лёгкой улыбкой, а потом заботливо укрыл её одеялом и обнял обеими руками. — Буду охранять твой сон. Так что можешь спать спокойно. Я с тобой.

Какое-то время она лежала с открытыми глазами, ощущая щекой гладкую тёплую кожу такого мягкого Сокола. Несмотря на приступ паники и тот страх, который до сих пор так до конца и не исчез, она наслаждалась этим безумно ценным моментом. А в её голове кружила странная мысль о том, что она в постели с мужчиной… с принцем… и что ей рядом с ним очень хорошо.

Сам же Литар после этого её испуга вообще сомневался, что сможет заснуть. Ори была такой мягкой, такой притягательной, что он боялся, вдруг во сне может сделать что-то такое, способное снова её напугать. И даже когда лежащая в его объятьях девушка погрузилась в сон, всё равно не позволял себе закрыть глаза и расслабиться. Он снова думал… и о заговорщиках, и о ювелире. Об ишау, которые, наконец, прислали свой ответ; о матери, считающей, что с ними обязательно нужно установить тесные дипломатические отношения. Даже о старшем брате, чья вернувшаяся супруга сегодня устроила настоящий скандал, свидетелями которого стали все её фрейлины и кое-кто из придворных.

Но мысли об Ориен всё равно снова затмили собой все остальные. И сейчас, лёжа рядом с ней, ощущая её дыхание на своей шее, он вдруг решил, что нужно избавить её от этого страха. Даже придумал, как это можно сделать. И именно в этот момент его всё-таки сморил сон.

* * *

Следуя своей извечной привычке, Ори проснулась с рассветом. Солнечные лучи пробивались сквозь задёрнутые шторы, заливая комнату мягким сиянием и придавая ей какое-то сказочное очарование. Наверно только теперь сама мысль о том, что она живёт в Белом Дворце — древнем обиталище династии карильских королей, заставила её улыбнуться.

Подумать только, она — сирота без роду и племени, воровка, каторжница, лежит в собственных покоях в королевском крыле. И что приятнее всего, совсем рядом, крепко обнимая её обеими руками, спит Литар. Тёплый, мягкий, и такой милый, каким Ориен раньше его даже не представляла.

Его светлые локоны спутались, делая его каким-то простым и понятным. И сейчас, смотря на него, Ори испытывала такую безумную нежность, от которой у неё начало щемить сердце. Её душа тянулась к нему, готовая вручить всю себя без остатка. Её память постоянно прокручивала в голове моменты их объятий, поцелуев… И только здравый смысл тонко намекал, что он — принц, сын королевы. Для чего ему безродная сиротка с сомнительным прошлым? Зачем ему её чувства?

Об этих самых чувствах Ори старалась не думать. Ведь само осознание того, что она испытывает к Соколу далеко не простую симпатию, пугала её до ужаса. Он был ей нужен… очень нужен. И за те три недели, что они не виделись, она успела так по нему соскучиться, что едва с ума не сошла. Наверно именно поэтому и лежала сейчас, боясь шелохнуться и разбудить его. Хотела как можно дольше продлить эти моменты собственного маленького счастья.

— Боги… Ори, как же приятно с тобой просыпаться, — чуть хрипловато проговорил Литар и потёрся носом о её щёку. Глаз при этом он всё ещё не открыл, зато улыбался так довольно, будто ему удалось одним махом переловить всех преступников королевства.

Она же в ответ чуть повернула голову и легко коснулась поцелуем его губ. Но едва он собрался притянуть её к себе, тут же поспешила отодвинуться. И пусть ей очень хотелось его ласки, но… она слишком боялась того, к чему всё это вело. Увы, но даже испытывая к Литу очень тёплые чувства, к физической близости с ним она была не готова.

Сокол, наконец, открыл глаза и, поймав её немного смущённый взгляд, ласково погладил пальцем её подбородок.

— Доброе утро, Ори, — сказал, всё же привлекая её к себе, и сжимая хрупкое тело девушки в крепких объятиях.

— Доброе утро, Лит, — ответила она, улыбаясь. — И да… мне тоже очень с тобой хорошо.

— В таком случае… — его улыбка стала загадочной, а потом и вовсе приобрела какой-то хитрый оттенок, — мы можем проводить вместе каждую ночь.

И в этой фразе звучал такой очевидный подтекст, что девушка смутилась. Ведь ясно же, что он — молодой здоровый мужчина, вряд ли сможет долго сдерживать собственные желания. Понятное дело, что ему будет слишком мало просто с ней спать. Вот только именно это и смущало её больше всего.

— Я не знаю, насколько это правильно, — уклончиво ответила девушка. — Пусть для всего дворца я и так твоя любовница…

— Фаворитка, — поправил принц. — Согласись, это звучит не так вульгарно.

— Пусть будет фаворитка, — кивнула Ориен, — но…

— Ори, — снова оборвал её голос Литара. — Давай не будем об этом говорить. В конце концов, я ведь не замуж тебя зову. Давай просто делать то, что нам обоим нравится. Поверь, мне плевать, насколько это правильно или нет. Я хочу просыпаться с тобой.

Он специально не сказал «спать», потому что это слово могло быть воспринято совсем в другом значении. И пусть оно тоже было верным, но сейчас — совсем неуместным. Ориен — не та крепость, которую можно взять долгими уговорами и убеждениями. Но и сила здесь всё только усложнит. Тут необходимо действовать с хитростью. Что и собирался делать Литар.

— И мы ведь уже договорились, что ты меня не боишься, — добавил он с улыбкой.

— Не боюсь, — подтвердила она, чуть приподнимая голову и заглядывая в его глаза.

— Вот и прекрасно, — проговорил Лит. — Кстати, у меня для тебя сюрприз.

— Какой? — тут же спросила Ори, почему-то не сомневаясь, что ничего хорошего её не ожидает. У Лита вообще все сюрпризы были крайне своеобразными.

Перед тем как ответить, он немного помедлил, будто специально желал подольше помучить её любопытство. И когда она была готова обиженно отвернуться, всё-таки сказал.

— Вчера взяли ювелира. Хочешь с ним побеседовать?

Спустя полчаса они вдвоём уже уверенно направлялись к дворцовым подземельям, где и располагались камеры для особо важных преступников. Так как утро было ещё очень ранним, на их пути почти никто не встретился, кроме, разве что, сонных стражников. Но Литар всё равно попросил Ори накинуть на голову глубокий капюшон, ему очень не хотелось, чтобы в девушке, которую он собирался представить как сильнейшего менталиста, кто-то лишний узнал его фаворитку. И пусть о её способностях скоро всё равно станет известно всем, но Лит очень хотел максимально оттянуть этот момент.

В саму камеру они, естественно не пошли, приказав привести заключённого в комнату допросов. И вскоре уже наблюдали за тем, как двое стражников усаживают на стул закованного в металлические наручники мужчину. Вопреки представлениями Ори, он не был таким уж стариком. Внешне он выглядел не старше шестидесяти лет, хотя даже это было скорее последствиями ночи проведённой в подземельях, чем обычным его состоянием. И пусть волосы на его голове давно поседели, но взгляд тёмно-карих глаз оставался очень ясным и каким-то до неприличия цепким.

— Ваше Высочество, — начал арестованный, изобразив насмешливый поклон. — Чем обязан столь высокой чести, да ещё и в такой ранний час?

— Ну что вы господин Рапини, это для меня честь беседовать с тем самым человеком, который сделал оружие, оставившее в моих плечах два не самых приятных шрама, — отозвался принц с наигранной учтивостью.

Он сидел рядом с Ориен за столом напротив обвиняемого и расслабленно попивал бодрящий утренний отвар. Со стороны могло показаться, что это и не допрос вовсе, а так… светская беседа за завтраком. Но Ори уже давно поняла, что Литар любит устраивать разного рода представления. Можно сказать, эти игры являлись его личным развлечением. Наверно именно поэтому среди обитателей преступного мира Карилии было самым страшным проклятием, попасться в лапы Белого Сокола.

— Кстати, не соблаговолите ли вы, достопочтенный господин Рапини, рассказать мне, откуда же вы брали столько алисита для своих изделий? — как бы между прочим поинтересовался Лит.

— Ох, простите, Ваше Высочество, — отозвался тот. — Представляете… я не помню.

Последняя фраза прозвучала очень наигранно и с откровенно язвительными интонациями, но в ответ на это Литар лишь ухмыльнулся и отставил свою чашку в сторону.

— Очень жаль, — с искренним сожалением протянул принц. — Да, очень жаль, господин Рапини, что вас так не вовремя начала подводить память. Но, к вашему счастью, у меня есть прекрасный специалист. — Он повернулся к Ори и вдруг с самым любопытным видом поинтересовался: — Милая, вчера я заметил у тебя на тумбочке книгу по особенностям памяти. Да и Кери говорил, что ты увлеклась данной темой. Поэтому, дорогая, я и решил предоставить тебе прекрасную возможность попрактиковаться. Думаю, наш друг… — при этих словах он многозначительно посмотрел на ювелира, — …не будет против, если ты немного покопаешься в его воспоминаниях.

Ори знала, что это игра. Этот Рапини был слишком ценным источником информации, чтобы Лит так легко отдал его в руки недоученному менталисту. Ведь ему тоже было известно, что стоит ей совершить малейшую ошибку, и ценнейшие сведения окажутся потеряны навсегда.

И, тем не менее, девушка ответила совсем другое:

— Я с радостью сделаю это, Ваше Высочество. Благодарю за такую прекрасную возможность, но… — она на мгновение встретилась взглядами с ювелиром и тут же поймала его сознание в свой ментальный капкан.

Да, установленная на нём защита имела интересные сложные плетения. Ори даже на мгновение залюбовалась столь точной и искусной работой. И снова чувствовался след представителя гаусского княжества, что почему-то совсем её не удивило. Как и в случае с мисс Крилит, пытавшейся изобразить её мать, блок на сознании ювелира не стал для Ориен препятствием. Она миновала его, даже не заметив, и тут же отдала Рапини ментальный приказ отвечать правду на все вопросы.

Стоило ей разорвать контакт, который почти не отнял у неё сил, и она поспешила отвернуться от ювелира, который, казалось, даже ничего не понял.

— Но? — уточнил Литар, видя, что она снова готова вернуться к диалогу.

И тогда Ори одарила его самодовольной улыбкой и скромно сложила руки на краю стола.

— Но, думаю, нам всем будет интереснее, если господин Рапини сам всё расскажет, — закончила свою мысль девушка.

— А он расскажет? — недоверчиво уточнил Литар. Нет, он не сомневался в её талантах, вот только о ментальной магии знал крайне мало.

Но вместо ответа, Ориен повернулась к ювелиру и спросила с самым невинным видом:

— Вы знали человека по имени Яро Красный?

И тот уже собрался сделать вид, что впервые о таком слышит, но вдруг неожиданно для самого себя сказал совсем другое.

— Знал. Только он не был человеком. Он — ишау. Красноволосый демон с белыми крыльями.

Видя с каким ошарашенным видом сидит допрашиваемый, Литар привычно переплёл руки перед грудью и дал Ори знак продолжать. Отказываться она не стала.

— Как вы с ним познакомились? — спросила девушка.

— Он пришёл ко мне, как клиент, — сказал ювелир, не понимая самого себя. Для него всё происходящее выглядело поистине дико. Он ведь не собирался отвечать… но, тем не менее, отвечал. — Хотел сделать гравировку на кольце. Но я уже встречал ранее такие украшения. Тогда-то и понял, что он — презренный ишау.

— Но вы выполнили заказ, — заметила Ори. — Знаете, куда потом пропал Яро?

— Он не должен был находиться на территории Карилии и стран Объединённого Союза. Я посчитал своим долгом сообщить о нём в орден.

— Какой орден? — напряжённо уточнила Ориен.

— «Красный след». Его представители уже несколько веков следят за тем, чтобы ишау не появлялись на наших берегах.

Этот ответ настолько поразил Литара, что он просто не смог дальше молчать.

— Он существует до сих пор? — настороженно спросил принц.

— Да, — кивнул Рапини, которого уже просто трясло от непонимания собственных действий.

— Имя предводителя? Адрес расположения штаб-квартиры?

— Не знаю.

— С кем вы связывались?

— С Нарисом, моим братом. Он и наш отец были в их рядах.

— И что случилось с Яро дальше? — влезла в ход допроса Ори, которой просто жизненно необходимо было узнать о судьбе отца.

— В тот день, когда он пришёл ко мне забирать кольцо, я опоил его отваром сонной травы. Вечером того же дня передал презренного крылатого людям брата. А через несколько дней Нарис сказал, что этот демон сбежал. Улетел. И крылья у него оказались белыми. Брат был удивлён… потому что во всех книгах писалось, что у ишау — чёрные крылья.

Ориен задумчиво отвернулась к стене, стараясь переварить информацию, и тогда снова в разговор вступил Литар.

— Откуда вам доставляли алисит для сплава Сирилиса? — строгим тоном, без тени былой игры, спросил принц.

— Из Ишерии, — ответил ювелир, мотая головой и едва не плача от собственной беспомощности.

— Презренные ишау? — с иронией бросил Лит.

— Нет. Человек.

— Имя, — потребовал Сокол.

— Его зовут Ларко Дрилли, но в порту его знают под именем Север.

— Расскажите всё, что о нём знаете.

Дальнейший допрос Ори уже почти не интересовал. Она узнала главное, именно то, что хотела. И теперь просто наблюдала за Литаром, который очень умело вытягивал из отчаявшегося ювелира всю нужную ему информацию.

Оказалось, что этот самый Север являлся сайлирским моряком. У него были знакомые в Ишерии, которые раз в три месяца подготавливали для него новую партию алисита. Тот провозил этот металл в страну контрабандой и продавал небезызвестному Арману Савари. Ну а тот уже распоряжался им по-своему.

Сам ювелир уже больше десяти лет работал на бывшего графа, и очень много времени посвятил изучению свойств столь интересного металла, как алисит. Он экспериментировал с различными вариациями сплавов из него, искал возможности использования. И даже открыл, что он является прямой противоположностью красной платины. Эти два металла были полярными. И если один уничтожал магию, то второй, наоборот, усиливал.

Когда же Лит спросил о том, почему вокруг особняка, где его едва не убили, был такой странный магический фон, ювелир всё же не смог сдержать нервной дрожи. Вероятно, это являлось именно той информацией, которую никак нельзя было сообщать Соколу. Но, увы, против ментального приказа Ориен Рапини оказался бессилен.

Покрывшись красными пятнами от напряжения, он всё же рассказал, что сам создал вокруг того дома эту «глушилку». Оказалось, что изделия из чистого алисита обладают сильным фоном. А при правильном расположении, могут воздействовать друг на друга, усиливая. На холме, где располагался дом Савари, его верный помощник зарыл в землю несколько десятков шаров из алисита. Причём действовал по строгой схеме, копируя картинку пчелиных сот. И так как расстояние между шарами было довольно большим, они глушили не всю магию, а только ослабляли стихийные связи. Но при желании и наличии ресурсов, можно было бы сделать так, чтобы нахождение на том участке для магов стало попросту невозможным.

Так как ювелир просто не мог сопротивляться, допрос закончился довольно скоро. Ори по большей части, слушала его вполуха, размышляя о своём отце и о том, что же случилось с ним после побега. Но когда в своих расспросах Лит плавно добрался до темы её подставной матери, снова поспешила прислушаться к этой беседе.

— Кто такая мисс Шарлотта Крилит, — спросил Сокол, поглядывая на стражника, который старательно записывал на листах весь их диалог. — Почему именно она была выбрана для того чтобы сыграть роль матери Ориен?

Рапини схватился за волосы, отчаянно стараясь заставить себя молчать, но ничего у него не вышло.

— Она… работала в той гостинице, в которой вы останавливались на побережье, — сказал ювелир. — Когда после вашего побега мы спешно покидали Карсталл, она вызвалась поехать с нами. Сказал, что готова на всё, чтобы её забрали в столицу. Шарли когда-то была знакома с тем ишау и, увидев в гостинице вашу Ориен предположила, что она его дочь. Выяснить остальное было не проблемой. Тем более что принц Дамьен сам рассказал нашему человеку, что ученица верховного мага ищет своих родителей. Согласитесь, Ваше Высочество, глупо было не попытаться этим воспользоваться.

Лит согласно кивнул и, подперев голову рукой, посмотрел на пленника с интересом.

— А что вы собирались сделать с ней, если бы вам удалось это похищение? — спросил принц.

— Арман приказал доставить её к нему, — выкручивая собственные пальцы, сообщил ювелир. Он до сих пор пытался бороться с этим жутким наваждением, а на Ори смотрел, с невероятной ненавистью.

— Где сейчас Савари? — спросил Сокол, благоразумно не став уточнять, зачем тому могла понадобиться девушка. Тот ещё при прошлой их встрече очень красочно описал, что и как собирается с ней сделать. Вряд ли после того, как она упорхнула из его лап, да ещё и прихватив полумёртвого принца, Арман проникся к ней тёплыми чувствами.

— Не… — прокряхтел мужчина, закрывая свой рот скованными руками. Вероятно, сейчас он был готов вырвать себе язык, лишь бы только не отвечать на этот вопрос. Но, против ментального приказа все его потуги оказались бессильны, и он всё же сказал: — В имении «Чёрная лоза».

— Где оно? — жёстким тоном выпалил Сокол, поднимаясь на ноги и упираясь ладонями в край стола.

— В часе езды на северо-восток от Сепира.

На этом участие Литара в допросе было закончено, потому как теперь его куда больше интересовала поимка Савари, чем беседа с ювелиром. Его место за столом занял второй стражник, а сам принц подхватил Ориен под руку и спешно направился наверх. Ему оказалось необходимо срочно отдать распоряжения по поводу организации группы захвата. Которая, судя по масштабам грядущей облавы, должна была выглядеть как маленький полк.

У небывало воодушевлённого Сокола так горели глаза, что Ори даже на мгновение показалось, будто в них плещут искрами маленькие огоньки. Он, казалось, даже сам не заметил, что притащил её в свой кабинет. Просто усадил в кресло, и тут же отправился отдавать распоряжения по выяснению магических координат нужного места, организации срочных порталов, составлению списка групп. Он так увлёкся, что совсем забыл обо всём на свете. Поэтому когда Ори спросила, нужна ли она ему ещё, отпустил, даже не взглянув в её сторону.

Правда девушка и не думала обижаться. Всё же ей было очень интересно увидеть Литара таким… увлечённым. Её искренне поражала его способность в один момент думать о таком количестве разных вещей и решать множество важных задач. Так, стоило ему узнать точное местонахождение нужного имения, и туда сразу же были направлены четверо агентов, — этакая разведка. Их переместили в разные точки, в небольшом удалении от места предполагаемого захвата, с целью разузнать обстановку.

Литар не стал бросать свою маленькую армию в неизвестность. Ему нужна была информация, и очень быстро. Именно её сбором в срочном порядке и занимались его верные люди.

Возможно, Ори бы и осталась здесь, продолжила бы наблюдать за работой Сокола, но сейчас ей казалось, что её присутствие ему только мешает. Поэтому она и покинула его кабинет, который на время подготовки операции превратился в настоящий проходной двор.

Когда Ориен проходила по коридорам департамента правопорядка, там царила такая суета, что на неё просто никто не обратил внимания. Но сейчас девушка была этому даже рада. Она спокойно спустилась на первый этаж и направилась к королевскому крылу.

Фактически вотчина Литара располагалась в отдельном корпусе, соединённом с основным зданием дворца несколькими галереями и коридорами. На самом деле резиденция карильских королей при взгляде на неё сверху больше походила не на дворец, а на какую-то каракатицу. От основного самого крупного и древнего строения, в разные стороны отходили парящие прямо в воздухе переходы, соединяющие его с другими постройками комплекса. Королевское же крыло тоже располагалось отдельно от остальных, имело четыре этажа, и отличалась огромными полукруглыми балконами, напоминающими лепестки цветка.

Когда Ориен облетала всю эту белую громадину, совершая свои набеги на спальню принца, дворец казался ей не таким уж и сложным. Девушка даже была уверена, что прекрасно его изучила, но стоило ей оказаться внутри, шагнуть в один из этих многочисленных переходов, и она попросту растерялась. И если бы не лакей, так удачно встреченный ею на пути, то Ори, наверное, ни за что бы не нашла путь до собственной комнаты. А если бы и нашла, то точно не в ближайшую неделю. Поэтому она была искренне ему благодарна. Тот же за всю дорогу так не проронил и слова, но то и дело кидал в её сторону напряжённые взгляды.

Но стоило Ори добраться до двери в свою комнату и она и думать забыла о каком-то там лакее. Ведь в коридоре её ждала девушка, представившаяся как (подумать только!) личная горничная. Она сообщила, что её зовут Алисиния, и любезно разрешила своей госпоже называть её Алис. К Ориен она обращалась исключительно используя перед именем слово «леди» и никак не желала называть госпожу на «ты».

Алис выглядела на пару лет старше самой Ори, обладала довольно приятной внешностью и просто поразительным оптимизмом. Её волосы имели светло-рыжий оттенок и вились мелкими кудряшками. Девушка отчаянно пыталась собирать их в причёску, но своевольные локоны всё равно жили своей жизнью. Её улыбчивое лицо было плотно покрыто мелкими веснушками, а в светлых, каких-то бледно-голубых глазах светилась искреннее добродушие.

Новая горничная показалась Ориен настоящим вихрем. Она хоть и называла Ори хозяйкой, но вела себя с ней совершенно свободно, будто они были давними хорошими подружками. Но другого отношения новоявленная жительница дворцового крыла, наверное, попросту не приняла бы. Для неё здесь всё было слишком… а эта Алисиния своей простотой очень разбавляла общую атмосферу возвышенности и роскоши.

Едва они познакомились, Алис тут же усадила Ориен перед зеркалом и занялась её причёской. Сама же Ори только и могла поражаться, как умело эта говорливая весёлая девушка умудряется справляться с её волосами. Она, подобно какой-то сказочной фее, в мгновение ока соорудила на голове Ориен настоящий шедевр из волос. Затем извлекла из шкафа светло-серое платье, довольно простого кроя, и помогла своей госпоже его надеть. Правда при этом посетовала, что у леди совсем нет подходящих украшений. Но потом сама же себя поправила, сказав, что Ориен и так очень яркая, и в её случае любые побрякушки совершенно необязательны.

А как только все сборы оказались завершены, деятельная горничная, привычно сделала книксен и попросила леди следовать за ней. Но когда вместо того, чтобы подняться на четвёртый этаж, где располагались покои кронпринца и его супруги, они неожиданно отправились вниз, Ори остановилась и посмотрела на Алисинию с откровенным недоверием. В её голове ещё были очень живы воспоминания о вчерашнем неудавшемся похищении. Да и после допроса ювелира и плотного общения с Литаром она сама стала ко всему относиться с подозрением.

— Алис… — начала Ориен, желая получить объяснения. Но горничная лишь сильнее напряглась и, подхватив её под локоть, потащила за собой.

— У нас мало времени, — пояснила она. — Минута… не больше…

Но Ори не желала так просто сдаваться. Она снова упрямо застыла на месте и, вырвав из захвата проворной девушки свою руку, посмотрела на неё с ледяной решительностью.

— Покои принцессы на четвёртом этаже, — уверенно возразила она, глядя в глаза этой Алис.

В ответ на это заявление девушка лишь обречённо вздохнула и снова потянула свою госпожу вниз.

— А покои королевы — на втором, — сказала она с нажимом. — А вас, между прочим, пригласили на завтрак.

— Кто? — выпалила Ориен, пребывая в полнейшем непонимании.

— Её Величество, — с самым серьёзным видом пояснила Алисиния.

И в этот самый момент она вдруг остановилась перед высокими двустворчатыми дверьми из тёмного дерева, возле которых дежурили двое стражников, и решительно дёрнула за ручку. Ори даже испугаться толком не успела, когда оказалось в большой светлой гостиной, где её уже, несомненно, ждали… Её Королевское Величество Эриол Карильская-Мадели собственной персоной.

По правде говоря, увидев королеву, она попросту растерялась. Нет, Ори прекрасно знала, что по правилам этикета, должна хотя бы присесть в почтительном книксене, но сейчас просто впала в состояние ступора. Она смотрела в ярко-синие глаза правительницы своей страны и никак не могла поверить в реальность происходящего.

Королева же, видя состояние гостьи, дала горничной знак, и спустя мгновение Алисиния уже испарилась из комнаты. И тихий звук закрывшейся за спиной двери, вдруг вернул Ориен в реальность.

— Простите, Ваше Величество, — тут же проговорила девушка, опускаясь в глубоком реверансе и склоняя голову. — Меня не предупредили…

— Ориен, — оборвала её оправдательную речь королева, вставая из своего кресла и подходя к девушке, которая явно была искренне напугана. — Поднимитесь. Это я попросила вашу горничную привести вас сюда, не говоря вам ничего. Не хотелось пугать вас раньше времени.

Так как даже несмотря на слова монархини Ори выпрямляться не спешила, той пришлось подойти ближе и взять ту за руку. Только после этого девушка всё же нашла в себе силы поднять голову и снова взглянуть на Эриол.

Несмотря на свой почтенный возраст, Её Величество выглядела довольно молодо. Встреть Ори эту женщину на улице, дала бы не больше сорока. Её волосы до сих пор оставались насыщенно чёрными, а кожа гладкой. Хотя у глаз всё же виднелась россыпь мелких морщинок. Королева была одета в простой брючный костюм, подогнанный строго по её худощавой фигуре. Ни украшений, ни уж тем более короны, она не надела, и оттого казалась какой-то более приземлённой.

Её Величество разительно отличалась от всех тех женщин, которых Ори доводилось видеть при дворе. И дело было даже не во внешности. Просто, Эриол не играла никаких ролей. Не старалась казаться другой, не стремилась под кого-то подстроиться. Она просто была собой — Великой Королевой.

Но стоило Ори заглянуть ей в глаза… на мгновение непроизвольно коснуться её сознания и… она вдруг как-то смущённо улыбнулась и тихо проговорила:

— Литар, на самом деле очень на вас похож… — и в этой простой фразе прозвучала такая откровенная нежность, которая не укрылись от слуха Её Величества.

А Ориен снова поспешила опустить голову, кляня себя всеми самыми гадкими словами за такую вольность. Ну что её дёрнуло это сказать? Зачем?

Но вместо того, чтобы указать девушке на бестактное поведение, Эриол растянула губы в совершенно искренней улыбке и потянула гостью к дивану.

— Знаете, Ориен, мне многие это говорили, но почему-то ваши слова прозвучали так, что мне очень захотелось в них поверить, — сказала королева. — Присаживайтесь. Сейчас подадут завтрак. Вы ведь ещё не ели? А Лита надо отчитать за то, что даже не удосужился позаботиться о чашке чая для своей фаворитки, перед тем как тащить в подземелья.

Да… вероятно всё происходящее в стенах этого дворца мгновенно становилось известно королеве. Но как только Ори поняла, что Её Величество в курсе того, где сегодня ночевал её сын, тут же залилась краской смущения.

— Думаю, вам не сообщили, но это именно я распорядилась, чтобы вас поселили в королевском крыле, — добавила Эриол, возвращаясь в своё излюбленное кресло.

Вот после этих слов Ори опешила окончательно. Увы, как она ни старалась, но всё равно никак не могла понять, зачем это могло понадобиться Её Величеству. В мыслях не мелькало не единого даже странного варианта. Но что интересно, она не чувствовала в исходящих от Эриол эмоциях ни капли высокомерия, лишь нечто похожее, на уважение.

— Почему? — всё же нашла в себе силы спросить девушка.

— По многим причинам, Ориен, — отозвалась её царственная собеседница. — Но давайте по порядку.

Бесшумно открылась дверь, впуская двоих лакеев с подносами. Они резво расставили на столике перед Её Величеством приборы, разлили по чашкам ароматный чай, пахнущий весенними травами, и поместили посередине несколько блюд с фруктовым пирогом, и какими-то пирожными.

И едва лакеи скрылись за дверью, королева заговорила снова.

— Ори, сначала я хочу сказать вам спасибо, за то, что спасли моего сына, — сказала она, и в её голосе прозвучала искренняя благодарность. — Литар… рисковый мальчик. Иногда даже безрассудный. Но он рдеет всем сердцем за дело, которым занимается. Я очень рада, что он нашёл своё призвание, что, несмотря на наши с Каем протесты, пошёл по своему пути. Но, поверьте, Ори, каждый раз, когда он снова уносится на задержание какого-нибудь опасного преступника, или сам вызывается проводить какое-то страшное расследование, у меня сердце болит от беспокойства.

И сейчас Ориен как никогда понимала истинный смысл её слов. Она видела в глазах королевы, откровенную тревогу, прикрытую привычной маской полного спокойствия. Но и сама сейчас испытывала похожие чувства. Как ни странно, но у этих таких разных женщин были общие мысли. Они одинаково переживали за одного светловолосого самоуверенного принца.

- Он очень сильный человек, Ваше Величество, — сказала вдруг Ори. — Тогда… попался по глупости. Но, такие люди как Лит… ой, простите, как Его Высочество принц Литар, — тут же поспешила поправиться она, — никогда не совершают одни и те же ошибки дважды. Я верю в него.

— Мне очень приятно это слышать, — отозвалась Эриол. — И ещё больше меня радует, что несмотря на всё, что вам пришлось перенести по его вине, вы всё равно относитесь к нему хорошо.

— К сожалению, так было не всегда, — честно ответила девушка, которая с каждой минутой, проведённой рядом с королевой, ощущала себя легче и комфортнее. — У нас… были сложные отношения.

— Я знаю, — сообщила правительница этой страны. — Почти всё. Не считая некоторых моментов. Всё же, несмотря на наши родственные связи, Лит отчитывается передо мной по всей форме, как и любой другой человек, находящийся на королевской службе. Кстати, спасибо, что вернули корону. Она была мне… дорога, — добавила королева с шальной улыбкой. А Ори снова залилась краской.

Сейчас ей было жутко стыдно перед Её Величеством за то, что вообще осмелилась войти в её покои ночью и забрать такой ценный трофей. Да и вообще, Ори чувствовала себя так, будто её очень мягко, но всё же отчитывали.

— Простите… — пролепетала она, опуская глаза.

— Прощаю, — ответила Эриол. — И предлагаю забыть о тех не самых приятных инцидентах. К тому же, Ориен, спасение жизни Литара — не единственное, за что я хотела вас поблагодарить.

Теперь Ори посмотрела на неё с искренним удивлением, стараясь вспомнить где же ещё успела отличиться настолько, что заслужила личную благодарность от Её Величества. Но Эриол не стала мучить её любопытство.

— Беллиса беременна, — сказала королева, а в её невероятно ярких глазах появилось очень мягкое тепло.

Но Ори настолько опешила от её слов, что просто не нашла, что ответить.

— Они с Кери вместе тридцать пять лет, — добавила Эриол. — И всё это время они мечтали о ребёнке. Но Боги не давали им детей. И вот теперь Белли, наконец, смогла забеременеть. И да, Ори, она сказала мне, что это чудо произошло после вашего вмешательства в её сознание.

Ориен слушала молча, но при этом на её лице расцвела совершенно счастливая улыбка, а на глазах навернулись слёзы. Она тоже знала, как Белли мечтает стать матерью и была несказанно рада, что теперь мечта этой доброй хорошей женщины сбудется.

— Беллиса очень мне дорога, — продолжила Её Величество. — Пока про её беременность знаем только мы с вами и главный королевский лекарь. Она даже Кери ничего не сказала. Срок ещё очень маленький, всего несколько недель, и Белли очень переживает. Но главное, что у них, наконец, получилось. И за это Ориен, примите мою искреннюю благодарность.

— Не стоит, Ваше Величество, — проговорила девушка, с чьего лица так и не сошла улыбка. — Я сделала это потому что очень люблю и Белли и Кертона. Они — моя единственная семья. И, поверьте, сделали для меня не в пример больше. И, знаете… — она на мгновение замялась, но всё же решила поделиться с королевой внезапно всплывшей в голове мыслью. — Настраивая сознание Беллисы на беременность, я очень хотела ей помочь и… возможно у них будет двойня.

Глаза Эриол на мгновение округлились, и вдруг… она рассмеялась. Так искренне и просто, что Ориен даже растерялась. Для неё было очень странно видеть эту поистине каменную леди смеющейся. Когда же спустя несколько мгновений та снова взяла себя в руки, Ори была готова к любым словам, но точно не к тем, что прозвучали:

— Ори, вы чудо! Настоящее чудо! — заявила Эриол. — Знаете, если Белли родит здоровых детей, я пожалую вам титул. Как вы относитесь к баронству на побережье?

— Ваше Величество, — ответила девушка, у которой с лица мгновенно исчезла улыбка, вместе со всеми красками. — Благодарю, но…

— Мои решения в этом дворце не обсуждаются, — неожиданно жёстко сказала королева. — И слов своих я обратно не беру. Так что, у вас просто нет возможности отказаться. — Она перевела взгляд на лежащий на блюде пирог и добавила: — Давайте приступим, наконец, к завтраку. Поверьте, мои повара по праву считаются лучшими в Карилии.

И девушке оставалось только согласно кивнуть и попытаться сделать вид, что она ест с аппетитом. Правда, кладя в рот первый кусочек, Ори сильно сомневалась, что сможет вообще его прожевать и не подавиться, — всё таки её ещё порядком трясло от самого осознания того, что напротив сидит Эриол Карильская. Но стоило ароматному тесту попасть на язык, и девушка оказалась настолько впечатлена, что забыла обо всём на свете. Она даже не удержалась и сказала королеве, что её повара — настоящие волшебники и призналась, что впервые пробует такую вкуснятину. А дальше их разговор превратился в простую светскую беседу о кулинарных изысках и талантливых людях. И только когда последний кусочек был съеден, а на лице Ориен появилось поистине блаженное выражение, Эриол снова вернулась к обсуждению важных вещей.

— Ориен, вы сделали чудо для Кери и Беллисы и, зная о ваших талантах, я не могу не попросить вас об услуге, — задумчиво протянула королева, старательно подбирая правильные слова.

Ори удивлённо застыла, крепче сжав в руках чашку с тёплым чаем. Уже сам факт того, что Её Величество не приказывала, а просила, заставил её насторожиться. Почему-то девушка решила, что речь пойдёт о Литаре. Ведь его матери никак не могло нравится, что он проводит ночи с бывшей воровкой… каторжницей… И Ориен уже была готова услышать вежливую просьбу не приближаться к принцу, но королева заговорила совсем о другом.

— Возможно, вы слышали, что в семье моего старшего сына в последнее время настоящий разлад, — начала Эриол. А когда Ори осторожно кивнула, странно улыбнулась. — Страдают от этого все. И Брис, и Терри, и дети, да и весь двор. Пока Терриана жила вдали от столицы, всё было более или менее спокойно, но вчера она вернулась… и случился грандиозный скандал.

— Простите, Ваше Величество, но чем в данном случае могу помочь я? — спросила Ори, глядя на королеву с сочувствием.

— Двенадцать лет назад в день их свадьбы Светлые Боги признали их брак, так называемым союзом равных. Это означает, что заключён он был по взаимной любви. Поэтому мне очень больно видеть то, что происходит между ними сейчас, — добавила королева.

— Возможно, они просто друг друга разлюбили? — предположила девушка.

— Увы, Ори, маги влюбляются только раз и чувство это остаётся с ними на всю жизнь. Таков закон нашего мира, — она развела руками и, чуть помолчав, продолжила: — Терри постоянно обвиняет Бриса в изменах. Забеременев в третий раз, она стала невероятно ревнивой, каждый день устраивала ему истерики. Рожать уехали на юг в «Сорве-Мирано», и впервые вернулась оттуда только вчера вечером. Это притом, что малышке Миркрит уже исполнилось два года. И возможно, если бы не вчерашний скандал, я бы не стала обращаться к вам, но в этот раз Терри по-настоящему перегнула палку. Она выгнала Бриса из их покоев, обзывала его всеми словами, которые только могли прийти ей в голову. Мне очень неприятно об этом говорить, Ори, но ситуация выходит из-под контроля. Если так пойдёт и дальше, мне придётся сослать невестку в Обитель Тишины.

При последних словах Ориен передёрнуло. Обителью Тишины назывался закрытый монастырь в горах, куда отправляли магов-преступников или не контролирующих свой дар. Фактически, это было настоящей тюрьмой, только с более мягкими условиями. Но сам факт того, что королева готова пойти на такой шаг по отношению к супруге своего сына, вверг девушку в шок.

— Ори, я хочу, чтобы вы, как менталист выяснили истинную причину такого поведения Террианы. Но делать это нужно очень аккуратно. Если она узнает об этой моей просьбе, то вчерашний скандал покажется нам всем лёгкой ссорой, — королева сделала паузу и снова поймала взгляд Ориен. — Я могу рассчитывать на вас? — спросила она, внимательно глядя в глаза девушке.

— Конечно, Ваше Величество, — отозвалась та. — Я сделаю всё, что в моих силах.

— Благодарю, Ори, — сказала Эриол, поднимаясь из своего кресла, показывая этим самым, что завтрак, как и разговор, закончены.

Ориен тоже поспешила встать, правда никак не могла вспомнить, что по этикету следует делать дальше.

— Если вам удастся что-то выяснить, сообщите об этом лично мне, — добавила королева. — И да, я разрешаю вам рассказать Литару о нашем разговоре. Но только ему. Тем более что он всё равно узнает.

Её Величество посмотрела на часы, и снова перевела взгляд на явно растерявшуюся гостью.

- Была рада с вами познакомиться, — сказала Эриол, направляясь в сторону одной из боковых дверей. — К сожалению, мне нужно работать, да и вас давно ждут среди фрейлин принцессы.

— Благодарю, Ваше Величество, — пролепетала Ори, присаживаясь в реверансе. И как только королева удалилась, тут же поспешила покинуть королевскую гостиную.

Глава 3

Страх. Печаль. Больная ревность…

Боль. Обида. Мрак в душе…

Где теперь любовь и верность?!

Где же «счастье в шалаше»?!

Всё. Надежда бесполезна.

В сердце — только темнота.

Впереди лишь злая бездна.

Шаг, прыжок… и пустота…

В покои принцессы, где чаще всего и обитала её многочисленная свита, новую фрейлину вызвалась проводить Белли, за что Ориен была ей несказанно благодарна.

— Сегодня у Террианы настоящий аншлаг, — сообщила Беллиса, когда они поднимались по лестнице на четвёртый этаж королевского крыла. — Всё же её больше двух лет не было, а несчастные фрейлины всё это время оставались не у дел. Многие даже были вынуждены покинуть дворец, поэтому теперь особенно рады, что появился повод вернуться.

— А разве они не должны были сопровождать Её Высочество? — уточнила шагающая рядом Ори.

— Уезжая, Терри взяла с собой только Юниллу Митоли. Это её первая фрейлина и одна из самых близких подруг, — отозвалась женщина, но тут же добавила, наклоняясь ближе к девушке и понижая голос до шёпота. — Та ещё змея. Она постоянно вертится рядом с Террианой. Попросту не отпускает её от себя. И… чисто по-человечески, она мне ни капли не нравится.

Ори в ответ на это только кивнула, принимая к сведению слова Беллисы, а про себя подумала, что нужно бы присмотреться поближе к этой самой леди Юнилле. Дальнейшего разговора не получилось, так как они, наконец, добрались до двери нужных покоев, за которыми оказалось даже очень многолюдно.

В большом зале, оформленном как гостиная, находились как молодые девушки, едва достигшие совершеннолетия, так и женщины постарше, глядящие на них с откровенной снисходительностью. Их было так много, что Ори растерялась. Вероятно, по случаю приезда Её Высочества сюда заявились все её семнадцать официальных фрейлин, которые, судя по всему, прихватили с собой матерей и сестёр.

— Пойдём, — скомандовала Белли, с чинным видом выступая вперёд и направляясь куда-то вглубь этой огромной комнаты.

Ориен послушно шла за ней, ловя на себе самые разные взгляды. Кто-то смотрел на неё с удивлением, кто-то с интересом, но большинство взирало на красноволосую девушку, как на какое-то недоразумение. Для них было невдомёк, что могло понадобиться этой выскочке… простолюдинке… в покоях супруги будущего короля.

Ори чувствовала на себе их злые взгляды, кожей ощущала, как они прожигают её спину, но продолжала идти, делая вид, что ей всё равно. Она уже поняла, что Белли направляется прямиком к принцессе, но эта встреча всё равно стала для неё неожиданностью.

— Добрый день, Терри, — поздоровалась Беллиса, останавливаясь перед сидящей на диване темноволосой женщиной.

Ори же застыла за её спиной, растерянно глядя на ту, чьей фрейлиной теперь официально являлась. Почему-то она совсем не так представляла себе супругу Эмбриса. Ей казалось, что женой такого яркого мужчины должна быть очень красивая леди, гордая, уверенная в себе, и в то же время простая. Как Её Величество Эриол. Но Терриана оказалась совсем другой.

Да, аристократка в ней угадывалась с первого взгляда. Её осанка, поза, причёска, изысканное платье, драгоценности — всё говорило о принадлежности этой леди к королевской семье. Но вот её кожа… выглядела бледной почти до серости. И если на лице это ещё можно было скрыть под слоем косметики, то руки и шея всё равно предательски выдавали её болезненный вид. При всём своём дорогом наряде, принцесса казалась очень худой, а чёрные круги под её глазами не могла скрыть никакая пудра.

Терриана нехотя подняла усталый взгляд и посмотрела на очередную гостью. По всему было понятно, что она несказанно устала от этой своры фрейлин и с радостью бы послала их куда-нибудь… с поручениями. Видимо после двух лет, проведённых с детьми в тихом имении у моря, эта суета казалась ей слишком утомительной. Но стоило ей узнать Беллису, и в потухших светло-зелёных глазах вдруг на мгновение вспыхнуло нечто, похожее на радость. Увы… продержалась эта эмоция там не больше секунды, и вскоре взгляд принцессы снова стал пугающе пустым.

— Белли, — равнодушно сказала принцесса, изображая улыбку. — Очень рада тебя видеть.

И лишь сейчас, заглянув за грань её показного царственного равнодушия, осторожно коснувшись её сознания, Ори поняла насколько Терриана на самом деле несчастна и измотана собственными переживаниями. Тьма душевной боли закрывала её ауру почти полностью, образуя нечто похожее на плотный панцирь. Он не пропускал внутрь почти никаких светлых эмоций, отталкивая их, как нечто чуждое и ненужное. Но самым страшным было даже не это, а то, что под этим коконом скапливалась исключительно негативная энергия, которая рано или поздно обязательно потребует выхода. А когда это всё-таки случится — произойдёт настоящий срыв и от психики Её Высочества попросту не останется ничего.

Но, что удивительно, этот тёмный заслон имел естественное происхождение, — ментальным воздействием тут и не пахло. Но убрать его незаметно было поистине невозможно. К тому же, он так сросся с ментальным щитом принцессы, что уничтожить одно без другого никак бы не получилось. И самым правильным в этой ситуации было бы добиться согласия самой Террианы, убедить её сотрудничать, и уже после этого совместными усилиями убирать этот искажённый тьмой щит. Вот только что-то подсказывало Ориен, что принцесса ни за что на подобное не согласится.

— Признаться, Белли, не думала, что ты придёшь… после вчерашнего, — добавила Её Высочество.

— Я бы не хотела говорить об этом, — неожиданно холодным тоном отозвалась первая фрейлина королевы. — Ты знаешь, насколько я люблю Бриса, и мне тяжело видеть, как вы медленно убиваете друг друга. Но сейчас я пришла к тебе по другому поводу.

После этих слов тонкие брови супруги кронпринца чуть приподнялись, а на её красивом точёном лице отразилось удивление.

— Очень интересно, и по какому же? — спросила она, добавив в тон нотки откровенного высокомерия.

Но Белли, казалось, и не заметила этой перемены. Она повернулась к Ори, до сих пор стоявшей за её спиной и дала знак подойти ближе.

— Разреши представить тебе ученицу Кертона, леди Ориен Терроно, — сказала женщина.

— Леди? — с холодной насмешкой уточнила принцесса. — А с каких это пор безродных особ стали называть «леди»? Или ты считаешь, что если с ней… — Терри окинула явно растерявшуюся девушку надменным взглядом и снова повернулась к Беллисе, — если с ней спит Литар, значит, она сразу же стала леди?

— Терриана, я бы попросила тебя не оскорблять Ори, — строго ответила ей супруга верховного мага. И тут же поспешила добавить: — Думаю, ты знаешь, что союзников при дворе у тебя почти не осталось. Не стоит портить отношения ещё и со мной. И да, по приказу Её Величества, Ориен теперь — одна из твоих фрейлин.

По всему было видно, что принцессе есть, что на это ответить, но всё же она нашла в себе силы сдержаться и промолчать. Правда, на Ори смотрела даже не с ненавистью, а с каким-то ледяным презрением. И сейчас, от одной мысли о том, чтобы остаться в этой комнате без поддержки Белли, Ори начало бросать в дрожь.

— Приказы королевы — закон, — равнодушным тоном ответила принцесса, отворачиваясь к окну. — Кто я такая, чтобы им противиться?

Почему-то, несмотря на эти слова, Ориен не сомневалась, что ей ещё обязательно достанется от этой несчастной принцессы, которая в своей озлобленности и обиде на весь мир была способна на всё.

На этом их разговор закончился. Белли провела Ори по залу, не спеша представила её остальным фрейлинам, после чего удалилась, сославшись на дела. Но как только она скрылась за массивной дверью, Ориен с невероятной растерянностью осознала, что осталась здесь совсем одна.

Она вдруг почувствовала себя маленькой мышкой, попавшей в комнату, полную голодных кошек. Возникло дикое желание просто развернуться и сбежать, но разве она могла себе такое позволить?

— Мисс Терроно, — позвал её приятный женский голос.

И, обернувшись, Ори увидела перед собой смуглую черноволосую девушку в светлом платье. Да они сегодня совершенно точно знакомились, но Ориен всё равно никак не могла припомнить её имени.

— Присоединитесь к нам? — с улыбкой спросила та. — Мы с девочками как раз собирались сыграть партию в «Чёрного короля».

В отличие от многих других, эта молодая леди смотрела на неё без насмешки и осуждения, лишь с лёгкой толикой любопытства. Наверно поэтому Ори и приняла её приглашение, несмотря на то, что вообще не умела играть в карты.

В компании за небольшим круглым столом её приняли на удивление тепло. Здесь собрались четыре самые младшие фрейлины принцессы, и для них Ориен была скорее любопытной загадкой, чем объектом для насмешек. Они с каким-то воодушевлением учили новую знакомую играть в «Чёрного короля», даже поддавались ей поначалу, чтобы она могла почувствовать вкус победы и прониклась этой игрой.

Пригласившую её брюнетку звали Нирида Эвани, и эта молодая леди считалась в их маленькой компании самой старшей. Она призналась, что сама при дворе недавно, поэтому прекрасно понимает, каково сейчас Ориен. Вообще эта Нири оказалась удивительно жизнерадостной особой, и сразу взяла Ори под свою опеку. Её подруги тоже отнеслись к новой фрейлине благосклонно. Они рассказывали ей об особенностях дворцовой жизни, о королевских скачках, проходивших в столице прошедшим летом, о недавнем бале, на котором Ориен, кстати, была в центре внимания. Девушки вели себя с ней как с равной, темы для разговора выбирали исключительно нейтральные, и вообще держались очень почтительно.

И вроде, всё было даже хорошо. Обед, который для всех гостий накрыли в соседней столовой тоже прошёл удивительно мирно. Вот только сама принцесса за столом не присутствовала, заявив, что не голодна. Сложно было не заметить, что в её отсутствии общий эмоциональный фон стал намного более приятным. Леди начали больше улыбаться шутить, и несколько раз кто-то из них даже позволил себе рассмеяться.

За столом Ори познакомилась ещё с двумя фрейлинами — близняшками Ригитой и Лолитой. Они пообещали ей провести экскурсию по дворцу и даже подарить карту собственного авторства. Оказывается, эти две улыбчивые блондинки тоже раньше никак не могли разобраться во всех этих коридорах, галереях и переходах, тогда-то и решили нарисовать для себя схему. Правда, пока занимались её составлением, умудрились изучить каждый закоулок этого огромного здания, и сама карта им оказалась уже без надобности.

В их компании Ориен почувствовала себя ещё более уютно, её страхи и опасения окончательно развеялись, и она даже решила, что рада тому, что согласилась стать фрейлиной принцессы. Но, как оказалось, радовалась она слишком рано.

Когда после обеда они вернулись в большую гостиную, принцесса Терриана, всё так же продолжала сидеть у окна и с обречённым видом смотреть на проплывающие по небу тёмные тучи. Но теперь рядом с ней находились две незнакомые Ори женщины. И если одна, светловолосая, ещё показалась Ориен спокойной, то вторая — высокая, крепкая, с ярко рыжими волосами и поистине орлиным взглядом почему-то сразу вызвала у девушки желание куда-нибудь спрятаться.

Ори чувствовала, что эта особа смотрит на неё даже не с презрением, а с настоящей жгучей злостью. Но никак не могла понять причины такого отношения. А едва Ориен успела снова присесть за игральный стол, к ней подошла одна из горничных и сообщила, что её желает видеть некая леди Юнилла. Почему-то теперь Ори не сомневалась, что речь идёт именно о рыжеволосой «орлице».

Отказывать она не стала, да и разве была у неё такая возможность? Поэтому и поднялась… и последовала вслед за служанкой, и ни капли не удивилась, когда та привела её к дивану принцессы.

- Мисс Терроно, — кивнула ей первая фрейлина Её Высочества и окинула девушку таким ледяным взглядом, что Ори поёжилась. — Увы, нас не представили. Моё имя Юнилла Митоли, баронесса Сарская, а это, — она указала рукой на светловолосую женщину, по виду чуть старше самой принцессы, — Лиара Гради, герцогиня Градицкая.

Ори ответила вежливым кивком, мельком посмотрела на представленную леди, но та, казалось, не обратила на неё вообще никакого внимания.

— Мне очень приятно с вами познакомиться, — вежливо ответила Ориен, снова поворачиваясь к леди Юнилле.

Вот только с той уже спала маска наигранной доброжелательности. И, окинув новоиспечённую фрейлину насмешливым взглядом, она вдруг схватила её за руку и больно сжала запястье.

— Скажи, милочка, правда ли, что ты спишь с Его Высочеством Эмбрисом? — прошипела эта «орлица» дёргая девушку за руку и заставляя сесть в кресло. И так как оно было развёрнуто к залу спинкой, теперь никто из присутствующих в гостиной просто не мог видеть, что на самом деле происходит с Ори. — Ну что ты молчишь? — насмешливо уточнила Юнилла. — Расскажи нам, поделись, каково развлекать двух принцев одновременно?

— Что вы несёте?! — выпалила девушка и тут же попыталась встать, но Юнилла грубо надавила на её плечо, заставляя сесть обратно. Что ни говори, а физически она была намного сильнее хрупкой Ориен, и той не оставалось ничего другого, как подчиниться.

— Только то, что говорят во дворце, — злобно прорычала в ответ эта женщина. — Тебя ведь даже поселили в королевском крыле… вероятно, чтобы всех ублажала. Но так вот слушай меня, деточка. Мала ты ещё для высоких игр. Где тебя нашёл Литар? В борделе? Так обслужила, что он не смог с тобой расстаться?

Ори резко дёрнула плечом, сбрасывая с него тяжёлую руку, и тут же напряжённо уставилась на свою обвинительницу.

— К вашему сведению, я ученица верховного мага. И с Его Высочеством, принцем Литаром меня познакомил именно Кери, — уверенно ответила она. Почему-то всего одного упоминания имени Сокола оказалось достаточно для того, чтобы она собралась с силами и перестала покорно принимать удары.

— А у меня есть сведения, что всё было наоборот, — заявила Юнилла. — Это Литар заставил лорда Амадеу взять тебя в ученицы. Для прикрытия… так сказать. Ты ведь даже не маг! В тебе нет стихийного дара! Это мне тоже доподлинно известно.

— Это правда? — напряжённым тоном поинтересовалась молчавшая до этого принцесса, поднимая на Ориен свой пустой взгляд.

И так как девушка никак не могла решить, что же на это сказать, Терриана нетерпеливо сжала пальцы в кулак и медленно опустила его на раскрытую ладонь второй руки. И вроде со стороны этот жест мог показаться вполне обычным, но Ори чувствовала, что на самом деле Её Высочество находится на грани настоящего срыва.

— Отвечайте, Ориен! — вдруг резко выкрикнула принцесса, поднимаясь на ноги. — Говорите! В вас ведь нет магии. Я не чувствую её… совсем. А значит… все эти слухи… правда?

— Ваше Высочество, я… — попыталась оправдаться девушка, но Терри уже понесло, и останавливаться она не собиралась.

— Что вы?! — выкрикнула она. — Метите на моё место?! Вас ведь за этим ко мне подослали?! Я ведь так мешаю Её Величеству. И Брису мешаю! Всем мешаю!

Всё это прозвучало так громко и с такими истерическими нотками, что не услышать эту тираду было просто невозможно! И заметив, что на неё смотрят сейчас все собравшиеся в гостиной леди, принцесса резко выпрямилась и леденящим душу тоном выкрикнула:

— Пошли вон отсюда! Все! Убирайтесь!

От этих неожиданных криков молоденькие фрейлины испуганно сжались и замерли на месте. А вот их старшие подруги быстро сообразили, что гораздо безопаснее выполнить столь «вежливую» просьбу Её Высочества. Они-то и утащили за собой опешивших девиц. И спустя всего несколько минут в пустой комнате остались только сама принцесса, две её верные подруги и… Ориен, которую никто так и не отпустил.

Тем временем Терриана перевела взгляд на несчастную Ори и заговорила снова, но теперь её голос стал хоть и не таким истерическим, но куда более ядовитым.

— А факты говорят следующее. Тебя прислала королева. Ты связана с Литаром. Ты не маг, хотя считаешься ученицей мага. У тебя крайне странная внешность, уж больно напоминающая ишау, — вслух рассуждала она, стоя напротив девушки и возвышаясь над ней подобно отвесной скале, готовой в любой момент обрушиться и похоронить под своими обломками всё живое. — А зная как Эриол нужен союз с ними, она вполне вероятно могла решить, что ты лучше подойдёшь на роль супруги её наследника.

На этом моменте Ори всё-таки сорвалась. Всё же в прошлом её слишком часто обвиняли совершенно беспочвенно, поэтому она и решила, что сейчас просто обязана ответить.

— Простите, Ваше Высочество, но вы несёте полнейшую чушь! — заявила Ориен, вскакивая на ноги и глядя прямо в лицо принцессе. — Вы правы, я не стихийный маг. И с Литаром мы знакомы дольше, чем с Кери. Но, клянусь, ни одно моё действие не направлено против вас. Если вам интересны причины моего здесь присутствия, спросите Лита. Пусть он сам вам всё объясняет.

— Да как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?! — выкрикнула принцесса, которую уже попросту трясло от переполняющих её негативных эмоций.

— Терри, пожалуйста, возьми себя в руки, — попыталась осадить её светловолосая герцогиня. — Девочка не в чём перед тобой не виновата.

— Она… — Терриана ткнула пальцем в сторону стоящей напротив Ориен, — …марионетка Литара! Может даже наёмная убийца. Я не желаю видеть её в своей свите, но не могу ослушаться приказа королевы. А Эмбрису… всегда нравились девушки с экзотической внешностью! Да и этот союз с ишау…

Принцесса уже заметно дрожала от напряжения. Ори чувствовала, что у той почти не осталось сил держаться. Вероятно, ещё до появления новой фрейлины Терриану постарались довести до отчаянья, убедить её поверить в тот абсурд, что она сейчас говорила. А явление самой Ориен просто сыграло роль пресловутой последней капли.

Казалось, ещё мгновение, и случится непоправимое. Психика принцессы оказалась настолько расшатана, что сдерживать себя она уже почти не могла. Но если герцогиня ещё пыталась как-то её успокоить. Держала за руку, бережно гладила по спине, старалась достучаться до её здравого смысла, то леди Юнилла, наоборот, выглядела до неприличия спокойной и какой-то… удовлетворённой.

Именно это и заставило Ориен всерьёз насторожиться. Больше не таясь и не сдерживая своих способностей, она резко развернулась лицом к рыжеволосой, прямо посмотрела ей в глаза и грубо проникла в её сознание, минуя все щиты и заслоны. И не ошиблась, снова поверив своей интуиции, потому что теперь ей хватило всего нескольких мгновений, чтобы понять слишком многое и срочно начать действовать.

Когда первая фрейлина неожиданно потеряла сознание и упала прямо на пол, Терри вдруг замолчала и уставилась на Ори каким-то совершенно невменяемым взглядом. Срыв принцессы был не просто близок… можно сказать, что он уже начался. А итог его мог стать фатальным для её психики. И у Ориен просто не осталось другого выхода… Ментальный приказ «спать» она произносила почти не думая.

Падающую Терриану очень вовремя подхватила герцогиня. Поймав бессознательное тело принцессы, женщина посмотрела на Ориен с такой искренней растерянностью, что та даже поморщилась.

— Они просто спят, — попыталась объяснить она, медленно качая головой и судорожно обдумывая свои дальнейшие действия. — Простите… другого выхода не было. Её Высочество почти сорвалась…

— Я понимаю, — неожиданно спокойно отозвалась леди Лиара. Почему-то, несмотря на всё происходящее, она не выглядела испуганной. А может, просто слишком хорошо контролировала свои эмоции.

— Нужно позвать Лита… Или лучше сразу Эмбриса, — выдохнула Ори, падая в кресло и нервно хватаясь за голову. — И Кери… он должен справиться лучше…

— Вы менталист? — неожиданно спросила герцогиня.

Она уже уложила принцессу на диван и теперь присела рядом с ней, щупая пульс на руке. По непонятным причинам эта женщина, в которой несомненно присутствовала некоторая доля аристократического высокомерия, совсем не раздражала Ори. Напротив, леди Лиара почему-то вызывала у неё нечто похожее на симпатию, хотя причин для этого почти не было.

— Да, — ответила девушка, не видя смысла врать. — И я чувствую, что вы не желаете ей зла. В отличие от… — она указала взглядом на лежащую на полу Юниллу и тяжело вздохнула.

Герцогиня ничего на это не ответила. Она лишь едва заметно повела плечом, и решительно направилась к одной из дверей. Но не вышла, — лишь передала распоряжения горничным через слегка приоткрытую створку. А после и вовсе закрыла комнату изнутри на ключ.

— Не нужно чтобы кто-то посторонний сюда входил, — пояснила она, тоже опускаясь в кресло, напротив Ориен. — Сегодня здесь и так произошло слишком много неправильного. Лишние слухи всё только усложнят.

Ори в ответ только кивнула, соглашаясь со своей неожиданной союзницей, но вслух ничего не ответила. Она напряжённо думала, просчитывала возможные варианты, стараясь взвесить все за и против. Хотя, по сути, решение было уже принято. Да и не имелось у него альтернатив. Ведь если сейчас просто разбудить Её Высочество, то её истерика разгорится с новой силой и в этот раз уж точно приведёт к нервному срыву… в лучшем случае.

Время шло. Секундная стрелка на часах мерно отсчитывала мгновения… но никто к ним на подмогу почему-то не спешил. И ладно Литар — возможно его вообще не было во дворце, да и Кери мог отсутствовать, но вот Эмбрис совершенно точно находился здесь. И Ори очень беспокоило то, что никто из них до сих пор не появился?

— Ориен, — неожиданно обратилась к ней герцогиня, — скажите, вас на самом деле прислала сюда королева?

Она говорила спокойно, уверенно, с присущим ей достоинством, но смотрела на девушку с таким интересом и так пристально, будто хотела заглянуть в душу.

— Нет, — честно сказала Ори, не желая вдаваться в подробности. Несмотря ни на что у неё не было оснований доверять этой женщине. И пусть сейчас леди Лиара ей помогала, но у неё наверняка имелись для этого свои причины.

Столь короткий и категоричный ответ не произвёл на герцогиню никакого впечатления. Она явно была намерена вывести Ориен на разговор и отказываться от своих планов не собиралась.

— Вы уже закончили академию? — снова обратилась она к девушке.

— Я не училась в академии, — покачала головой Ори, уже почувствовав, что все эти вопросы неспроста. И при других обстоятельствах не поленилась бы заглянуть в сознание и этой леди, но… благоразумно решила пока поберечь силы.

— Но вы ведь совсем недавно стали ученицей Кертона. Значит, должны были до этого где-то обучаться, — не желала оставлять её в покое герцогиня. — Возможно… на дому? Или в школе магов?

— Ваша Светлость, — раздражённо бросила девушка. — Прошу меня простить, но я бы не хотела говорить об этом, тем более с вами. Как у менталиста, у меня не так много опыта, именно поэтому я и попросила позвать Кери. Так что, не переживайте, без его разрешения в сознание принцессы я не полезу.

— Ориен, простите мне моё любопытство, — чуть смутившись, сказала женщина. — И я никоим образом не хотела вас обидеть.

— Я не обижена, — нервно отмахнулась девушка. — Поверьте, меня не так уж легко обидеть. Просто сейчас не самое подходящее время для беседы. Мне нужно сосредоточиться.

В этот момент дверь резко дёрнулась, будто кто-то пытался сходу её распахнуть, но наткнулся на замок. И вдруг раздался громкий резкий стук.

Герцогиня спокойно поднялась и отправилась отпирать. И совсем не удивилась, увидев на пороге небывало напряжённого Эмбриса.

— Что случилось? — выпалил он, глядя на леди Лиару. — Где Терри?!

За его спиной появился такой же нервный Кертон, но тот, в отличие от принца лишних вопросов не задавал. Он тут же направился к дальнему дивану, где уже заметил свою ученицу.

— Ориен, что произошло? — Спросил маг, останавливаясь рядом с бессознательным телом принцессы, и переводя взгляд на лежащую на полу Юниллу.

— Сон, — ответила девушка, поднимаясь к нему навстречу.

— Какой к демону сон?! — воскликнул не на шутку перепуганный кронпринц. Он опустился на колени у самого дивана и попытался разбудить свою супругу. Увы, безуспешно.

Ори видела, что он не в себе и сейчас просто не сможет понять смысл её слов, поэтому решила обратиться к Кери.

— Её Высочество на грани. Срыв неизбежен. Психика расшатана. Тьмы на ауре столько, что даже для меня очень сложно пробиться, — она говорила резко, чётко, прекрасно понимая, что лишние подробности сейчас просто ни к чему. Это потом, когда всё уладится, можно будет обсудить произошедшее. Но уж точно не сейчас.

Кери присел в кресло, где не так давно сидела сама Ориен, и с задумчивым видом уставился на спящую Терриану. А вот супруг принцессы никак успокаиваться не желал. Он вообще выглядел не на шутку взволнованным.

— Ориен, это ведь ты её усыпила? — вдруг проговорил он, глядя на девушку, как на самого страшного врага. — Разбуди! Немедленно!

— Нет, — покачала головой Ори.

— Я приказываю тебе! Верни её в сознание! — с грозным нажимом заявил он. — Сейчас же!

— Нет, — снова повторила она.

Брис явно пытался воздействовать на неё магически, хотя такую магию Ориен ещё не встречала. Увы, ничего у него не вышло, и упрямая ученица Кертона так и не подчинилась.

— Ваше Высочество, её нельзя будить. Это станет крахом для её психики, — попыталась объяснить она.

Но Брис тоже сейчас пребывал не в самом адекватном состоянии.

— Последний раз повторяю, верни Терри в сознание, или я сам тебе шею откручу! — прорычал он, а его синие глаза в одно мгновение затопила самая настоящая тьма.

Ори вздрогнула и испуганно отшатнулась в сторону. Но в этот самый момент ей на талию легла такая родная рука, и девушка оказалась крепко прижата к тёплому боку Литара.

— Успокойся, — строгим тоном заявил Сокол, глядя на брата. — Немедленно возьми себя в руки. Если я правильно понимаю происходящее, то Ори вообще единственный человек в этом мире, способный помочь твоей жене, не убив её при этом. Поэтому, Брис… уймись и постарайся заглушить свои эмоции. Сейчас Терри как никогда нужен адекватный супруг, а не…

Он благоразумно промолчал, не став договаривать свою фразу до конца. Но его слова странным образом сумели подействовать на Эмбриса. Тот сел прямо на пол у дивана, где лежала Терриана, и закрыл лицо руками.

— Кери, — обратился Литар к магу. — Скажи уже что-нибудь.

— Тут особо нечего говорить, — отозвался тот, поднимая на него задумчивый взгляд. — Я не пробьюсь сквозь ментальный щит, который сам же установил, к тому же он сейчас слишком деформирован. Его можно снести… но психика не выдержит. Поэтому вся надежда только на Ориен.

Он посмотрел на свою ученицу, а та в ответ лишь напряжённо кивнула, прекрасно понимая, что выбора у неё нет.

— Я не сниму установленный блок, но тьму постараюсь убрать. Вот только… — она тяжело вдохнула и добавила, — работа очень тонкая, кропотливая. На это может уйти несколько часов и просто уйма сил. И мне нужна полная тишина. Никаких посторонних звуков. Если отвлекусь… всё может закончиться печально… для нас обеих.

Брис с шумом втянул воздух и крепко зажмурился. Он уже привёл эмоции к какому-то подобию порядка и теперь смотрел на Ори без злобы. Затем вдруг поднялся и, подхватив тонкое тело спящей Террианы на руки, решительно направился к одной из боковых дверей.

— Ориен, иди за мной, — скомандовал он, не оглядываясь. И теперь она даже и не думала противиться этому приказу.

Когда они миновали коридор и оказались в спальне, кронпринц осторожно уложил жену на кровать и только после этого соизволил снова посмотреть на ученицу Кертона. И сейчас на его лице отражалось столько самых разных эмоций, что Ори всё поняла без слов.

— Я сделаю всё что смогу, — сказала она, не отводя взгляда от его глаз, которые всё ещё оставались пугающе чёрными. — Всё, на что только хватит моих талантов и сил. Но, Ваше Высочество… то, что с ней случилось, не было результатом ментального воздействия. Говоря простым языком, ей просто планомерно в течение долгого срока «капали на мозги». И я знаю, что это было сделано со злым умыслом, и делала это её первая фрейлина. У неё тоже стоит на сознании щит, но меня он остановить не смог. Поэтому, прошу, передайте её Литару. Думаю, одного допроса будет достаточно, чтобы она сама во всём созналась.

Брис смотрел на неё с искренним удивлением. Всё же со стороны Ориен производила впечатление этакой тихони. И пусть девочка была довольно симпатичной, но он всё равно никак не мог понять, чем она могла привлечь такого, как Лит. И лишь сейчас, слушая её слова, видя в её глазах несгибаемую уверенность, он вдруг осознал… что простоты-то в ней как раз и нет. Она — одна сплошная сложность.

— Я хочу остаться здесь, — заявил кронпринц, снова поворачиваясь к спящей супруге.

— Это лишнее, — ответила Ори, отрицательно качая головой. — Но когда я закончу, ваше присутствие обязательно понадобится.

Благо на сей раз Брис не стал спорить. Он постоял у кровати ещё пару минут, потом присел рядом со спящей Терри и, погладив её по волосам, осторожно поцеловал в губы. Ориен видела, что он хочет что-то сказать… несмотря на то, что любимая всё равно его не услышит. Но в итоге всё же промолчал. И, решительно развернувшись, покинул комнату.

После его ухода, Ори заперла дверь на ключ, прислонилась к створке спиной и закрыла глаза. Ей нужно было отрешиться от всего, выбросить из головы абсолютно все лишние мысли, потому что работа предстояла поистине сложная. А приступать к подобному можно только находясь в полной гармонии со своим внутренним миром. И лишь спустя несколько минут она, наконец, спокойно выдохнула и направилась к кровати.

Кое-как усадив спящую принцессу и обложив её подушками, девушка присела напротив, глубоко вздохнула и… положила пальцы на её виски. В этот момент веки Террианы распахнулись, но взгляд так и остался неподвижным… пойманным в ментальную ловушку Ориен.

* * *

За окнами стремительно темнело. Яркий диск солнца давно спрятался за горизонтом, а его сестра — луна, только начинала своё восхождение на престол небосвода.

В столовой, соседствующей с гостиной покоев кронпринца, разговорчивые служанки неспешно накрывали ужин. Они весело щебетали, обсуждая сегодняшний скандал, устроенный принцессой Террианой, и ни капли не стеснялись высказывать свои мнения. Оно и понятно, ведь эти девушки даже не догадывались, что за стенкой, в погружённой во мрак сумерек комнате в полном молчании уже не первый час сидят оба старших принца Карильского Королевства в компании верховного мага.

— Знаете, — эмоционально выговорила одна из девушек, позвякивая бокалами, — а я понимаю Её Высочество. Она ведь любит своего мужа, а он ей изменяет. Нет, Его Высочество, несомненно, привлекательный мужчина, и его тоже можно понять, но разве он не видит, что его поведение убивает принцессу? А она… девочки, вы видели, как она изменилась за два года. Я даже не сразу её узнала.

— Согласна, Витти, — отозвалась вторая, которая, судя по тону, была намного старше. — А я ведь помню леди Терриану ещё в те времена, когда она только появилась во дворце. Такая была девушка… красивая, яркая, уверенная в себе. И что сейчас? Просто бледная тень, обозлённая на весь мир. Я кстати слышала, что даже дети побаиваются к ней подходить. Стараются вообще матери лишний раз на глаза не попадаться.

— Девочки, а вы заметили, как вырос малыш Эркрит? — прощебетал третий голос, в котором явно слышалось восхищение. — Такой красавец стал. Весь в отца, только глаза от матери достались. Вот увидите, пройдёт всего каких-то десять лет и у него отбоя не будет от женщин.

— Матиша, уймись. Мальчику всего одиннадцать, — снова заговорила вторая.

— Ну и что. Красивый ведь? С этим не поспоришь. Но у него такой печальный взгляд… Оно и понятно. Чему радоваться, когда в семье творится такое?

На этом моменте сидящий в кресле Брис напряжённо сжал обе ладони в кулаки и отвернулся к окну. Да, он злился, но не на горничных, которым вдруг пришло в голову обсудить его отношения с женой. Он сердился на самого себя. На то, что за всеми государственными делами, за своей занятостью упустил главное… свою семью. Сейчас он уже даже не мог вспомнить, когда их отношения с Терри начали катиться в пропасть. Кажется, до третьей беременности всё было хорошо. А потом с ней стали происходить непонятные срывы, объяснения которым он никак не мог найти. А ещё она начала обвинять его в изменах, ревновать абсолютно ко всем придворным дамам, постоянно старалась подловить его на лжи.

Когда по дворцу начали расползаться непонятные слухи о его связях с женщинами, он привычно не придал этому значение. А вот для Терри они стали настоящим ударом. Она устраивала ему скандал за скандалом, а потом и вовсе заявила, что хочет уехать к морю. Брис только поддержал её желание, и даже понадеялся, что там, вдали от дворцовой суеты, она успокоится. Но снова ошибся. Можно сказать, что этот её отъезд и стал началом настоящего краха их отношений.

Нет, поначалу Эмбрис старался почти каждый вечер проводить с Террианой и детьми, но государственные дела иногда забирали всё его время. И так в один прекрасный вечер, она просто не пустила его в свою постель, заявив, что «не имеет никакого желания терпеть его грязные ласки» и что если ему нужна женщина, то он спокойно может продолжить удовлетворять свои потребности с любовницами.

Тогда, они впервые поругались по-крупному… Тогда он первый раз за всё время их брака переспал с другой.

Боги… сейчас, сидя в тёмной комнате, и вспоминая всё, что произошло за последние два года, он был готов пойти на что угодно, лишь бы найти способ всё исправить. Он ведь на самом деле любил свою Терриану. До сих пор так же сильно, как и перед их свадьбой. Она была ему очень нужна… такая, какой он её помнил. Милая, рассудительная, понимающая. Ему не хватало её поцелуев по утрам, ласковых слов. Не хватало её руки на плече, во время особенно сложных заседаний Совета.

Да и детям нужна нормальная семья. Ведь та служанка права… Эрки действительно стал побаиваться свою мать. Он неоднократно просил отца забрать его в столицу, но Брис каждый раз уговаривал его остаться с Терри. Потерпеть. Обещал, что скоро всё обязательно наладится, и они снова будут жить все вместе, но… всё становилось только хуже.

И вот сегодня, после слов Ориен о том, что именно леди Юнилла настраивала Терриану против него, у Бриса почти сорвало все возможные планки. Он был готов собственными руками придушить эту рыжую гадину. Его переполнял такой гнев, что он почти не держал себя в руках. И поэтому несчастную фрейлину даже вести на допрос не понадобилось.

Когда, переместив Терриану в спальню, он вернулся в гостиную, то выглядел поистине устрашающе. В его глазах плескалась тьма, готовая в любой момент вырваться наружу, а руки едва заметно потряхивало от дикого напряжения. Он даже разбудил Юниллу сам, не прибегая к помощи Кери, а может просто после ухода Ориен её воздействие сошло на нет. Не важно. Но стоило первой фрейлине его супруги очнуться, и она тут же оказалась грубо усажена на стул. Бедная женщина даже толком прийти в себя не успела, когда разглядела нависающего над ней злющего Эмбриса. И да, в этот раз он вёл себя не как представитель древней фамилии, не как кронпринц королевства, и даже не как дознаватель. Сейчас ему было плевать на то, что о нём могут подумать — он хотел знать правду.

И… Юнилла оказалась настолько напугана, что даже не думала отвечать ложью на его вопросы. Конечно, поначалу она ещё пыталась всё отрицать, но когда Кери на пару с Литаром договорились сломать её ментальный щит, вдруг резко решила сознаться. И всё, действительно, оказалось именно так, как сказала Ориен.

Спустя полчаса, когда женщина закончила свой рассказ, Брис стал ещё мрачнее, а Литар спешно вызвал стражников и приказал отвести теперь уже бывшую фрейлину в камеру. И наверно, за все содеянное, её нужно было бы отправить на каторгу, но Лит уже знал, что эта леди отделается высылкой из страны. Ведь фактически она не совершала никаких преступных действий. Да, ей заплатили просто огромную сумму за то, чтобы она втёрлась в доверие к принцессе… чтобы внесла разлад в её семью. А когда у неё начало получаться, когда Терри закрылась ото всех, спряталась под панцирем своих обид, когда её отношения с мужем и со всей его семьёй натянулись до предела, Юнилла получила приказ сделать так, чтобы принцесса окончательно сорвалась. Чтобы после очередного нервного срыва, просто наложила на себя руки…

Когда Брис услышал эти слова, то все его внутренние цепи, сдерживающие гнев, попросту растаяли. И, наверное, если бы не вовремя вмешавшийся Лит, бывшая фрейлина Террианы умерла бы прямо здесь в страшных муках. Хотя на самом деле Эмбрис остановился только потому, что так и не выяснил имя человека, заплатившего за такую жестокую диверсию. Но леди Юнилла теперь даже и не думала скрывать что-то. В её глазах стаял такой ужас, что со стороны даже казалось, будто она от страха тронулась умом.

Когда же, дрожащим голосом женщина назвала фамилию Савари… сам Эмбрис лишь нахмурился, припоминая, что где-то уже её слышал. А вот Литар выругался так цветасто, что позавидовали бы и конюхи.

После того, как бывшую первую фрейлину принцессы отправили в камеру, герцогиню тоже попросили пройти в здание департамента правопорядка. Она хотела отказаться, утверждая, что не может уйти пока не убедится что Её Высочество в полном порядке, но Литар настоял. И пусть лично леди Лиару ни в чём не обвиняли, но её показания были необходимы. Ведь как свидетельница и близкая подруга Террианы она могла многое рассказать.

Таким образом, вскоре в гостиной остались только два принца и Кери, и с тех пор никто из придворных так и не решился их побеспокоить. Даже служанки, сервирующие стол в соседней комнате, подсознательно опасались подходить к запертой гостиной, хотя знать не знали, что там кто-то есть. Вероятно, за годы работы во дворце у них уже выработалось некое подобие интуиции, подсказывающее, куда соваться не стоит.

Когда с тихим шорохом открылась боковая дверь, все трое мужчин синхронно повернули головы на звук. А стоило им разглядеть тонкий силуэт Ориен, и они в буквальном смысле замерли в оцепенении, боясь услышать окончательный вердикт. Что ни говори, а её вмешательство в сознание Терри само по себе было огромным риском. И теперь, когда всё оказалось закончено… получить ответ стало особенно страшно.

Девушка перешагнула порог и, пошатываясь, вошла в тёмную гостиную. Она двигалась очень медленно, будто боялась упасть. И тогда Лит поспешил поднять с места и, быстро преодолев разделяющее их расстояние, попросту подхватил её на руки.

— Спасибо, — прошептала она, цепляясь ослабевшими руками за его шею и кладя голову ему на плечо.

Но Лит ничего на это не сказал. Он снова вернулся в своё кресло, а девушку усадил к себе на колени, совершенно не заботясь о том, насколько вульгарно это выглядит со стороны. Несколько минут Ори молчала, стараясь хоть немного восстановить силы. Была б её воля, она бы вообще уснула прямо здесь, в тёплых объятиях Сокола. Но рядом находились люди, которые с огромным нетерпением ожидали её слов. И она просто не могла оставить их в неведении.

— Получилось? — спросил Кертон, глядя на неё с искренней надеждой.

— Кажется, да, — тихо ответила ему Ориен.

Она повернулась к магу, который уже зажёг над ними несколько магических светильников, но головы от плеча Литара всё равно не подняла.

— Всю темноту убрать мне не удалось, — пояснила девушка. — Она проникла в глубины подсознания, отпечаталась там. Избавиться от неё можно только закрыв новыми положительными эмоциями.

— А что блок? — тут же уточнил Кертон.

— Целый, — сказала девушка. — Я была очень аккуратна.

Лит задумчиво молчал. Одной рукой он продолжал прижимать девушку к себе, а второй легко поглаживал её спину вдоль позвоночника. А вот Брис явно хотел что-то спросить, но… почему-то не решался. Вообще, странно было видеть этого сильного опасного мужчину, кронпринца королевства таким… растерянным и разбитым. Но Ориен прекрасно понимала каково ему сейчас.

— Ваше Высочество, — обратилась она к нему, чуть приподнимая голову. Несмотря на довольно странные обстоятельства их беседы, она всё равно хотела выглядеть почтительной. — Простите заранее, если я скажу что-то лишнее. Но после всего того, с чем я столкнулась в сознании вашей жены, промолчать уже не могу.

— Говори, Ориен, — ответил ей Эмбрис, и его тон показался девушке искренне виноватым. — Поверь, сейчас от тебя я готов выслушать что угодно.

И тогда она вздохнула и попыталась встать с колен Литара, но он не пустил, лишь отрицательно покачав головой. Пришлось Ориен смириться с таким его самоуправством, но она всё же повернулась к Брису и заглянула ему в глаза.

— Вижу, что вы сами всё понимаете, — сказала она, спустя несколько мгновений. — Знайте, вы нужны своей жене. Без вас она медленно умирает. Я не волшебник… и не могу щелчком пальцев сотворить для неё счастье. Мне кажется это даже Светлым Богам не под силу. Но вы — тот, кого она любит, и вряд ли в этом мире кто-то кроме вас сможет сделать её счастливой.

Ори снова устало уложила голову на плечо Сокола и прикрыла глаза.

— Сейчас она особенно уязвима, — добавила девушка. — Да, тьмы в сознании почти нет, но ваша супруга уже привыкла жить в этом мраке, с такой тяжёлой болезненной ношей. Поэтому, ей нужны новые эмоции, впечатления, радости. Ей нужна ваша забота… ваше тепло. И было бы очень хорошо, если бы вы хотя бы неделю провели рядом с ней. Не оставляя ни на минуту.

— Так и сделаю, — решительно отозвался Эмбрис. И уже поднялся, желая покинуть комнату, но вдруг неожиданно остановился, будто чего-то испугавшись. — Ориен, а… не станет ли хуже, если я сейчас пойду к ней?

— Идите, — ответила девушка, легко улыбнувшись. — Сейчас Её Высочество, скорее всего, даже не заметит вашего присутствия. Она тоже вымотана и спит совершенно естественным сном. Но я бы всё равно рекомендовала вам обнять её покрепче.

Будто повинуясь этим словам, Лит обхватил саму Ориен чуть сильнее и прижал к себе вплотную. А когда вдруг коснулся губами её виска, она окончательно расслабилась и позволила себе на несколько мгновений отключиться от реальности. Всё равно она уже сказала и сделала всё что могла, а остальное теперь зависит уже не от неё.

Наверно, Ори всё-таки провалилась в сон, потому что дальнейшие события почти не отпечатались в её памяти. Она запомнила лишь ощущение тепла и уюта, укутывающее её, как мягкое одеяло. И запах… обжигающего огня… тёплой корицы… свежей мяты… и ещё почему-то морского бриза. Её совершенно точно кто-то держал на руках, куда-то нёс, но всё это казалось девушке совершенно неважным.

А проснулась она от ощущения того, что с неё стягивают платье. Но, что интересно, никакого страха при этом не испытала, ведь рядом был не чужой человек, да и руки Сокола она уже узнавала по малейшему прикосновению.

— Спи, Ори, — прошептал он, заметив, что она смотрит на него сонным взглядом. — Я только платье и обувь с тебя снял, остальное не трогаю.

А она вдруг улыбнулась, представив, как сейчас выглядит, — в белье, чулках и тонком нижнем платье, едва доходящим до колен. Но Лит её и не в таком виде лицезрел, да и не стеснялась она его. По крайней мере, сейчас.

Он уже поднялся с кровати и хотел уйти, когда его догнал тихий голос девушки.

— Мне обязательно нужно сегодня полетать, — проговорила она, снова закрывая глаза. — А в моей комнате очень неудобное окно и нет парапета.

Он же на это лишь улыбнулся и, снова подойдя к Ориен, присел рядом и погладил её по щеке.

— Сейчас только семь вечера, — заметил Литар. — Вот выспишься и полетаешь. Мой балкон в полном твоём распоряжении.

После чего встал и ушёл, теперь уже не оборачиваясь. А Ориен снова приоткрыла глаза, и только сейчас поняла, что находится в его спальне.

Глава 4

Теперь она совсем твоя, -

Она с тобой душой и телом.

И нежность больше не тая,

Тебе себя вручает смело.

Ты научил её сиять

От ласк твоих, пусть в чём-то грубых,

Ты научил её мечтать

О сладких поцелуях в губы.

Ты научил её гореть,

В руках твоих огнём лучиться.

Ты научил её любить…

Но… сам любить не научился.

Спала Ори без сновидений. Хотя, это совсем не удивительно, ведь после таких напряжённых манипуляций с чужим сознанием мозг слишком устал, чтобы развлекать свою хозяйку яркими картинками. Ей было хорошо и очень спокойно и, наверное, она могла бы проспать так до самого утра… если бы не ощущение гадкого неприятного зуда на спине.

Это чувство оказалось таким противным, что терпеть его было слишком сложно. Именно для того, чтобы избежать таких вот неприятных сюрпризов Ориен и стремилась летать исправно каждые три-четыре дня. Ведь в противном случае кожа вокруг точек «выхода» крыльев начинала жутко чесаться, а после и гореть, будто кто-то держал рядом пламя зажжённой свечи. Чесать её было абсолютно бессмысленно, потому что от каждого касания зуд лишь усиливался, и от этого существовало только одно лекарство — дать крыльям волю.

И как бы ни хотелось уставшей девушке поваляться в кроватке ещё хотя бы несколько часов, всё равно пришлось разлеплять ресницы и вставать.

— Ты как раз вовремя, — ворвался в её сонные мысли голос Литара.

И, обернувшись на звук, она с непониманием уставилась на сидящего в кресле принца. Хотя сейчас он выглядел совсем не так, как она привыкла. Его светлые волосы были распущены и казались влажными, будто он только что покинул ванную. Вместо обычного строгого костюма на нём красовались уже знакомые ей тонкие тренировочные штаны, напоминающие шаровары, и чёрный халат, который она видела утром, когда он уходил из её комнаты.

— Как относишься к позднему ужину? — улыбнувшись, спросил Лит, и тут же решил добавить: — Кери сказал, что после таких перегрузок менталисты обычно просыпаются очень голодными, в общем, как и другие маги. И для восстановления сил лучше всего подходит что-нибудь сладкое. Так что, специально для вас, леди Ориен, здесь помимо всего прочего имеется фруктовый пирог, пирожные с ванильным кремом и орешки в сахарной глазури.

Ори же смотрела на него со странной смесью умиления и недоверия. Сейчас он вёл себя с ней так просто, будто они на самом деле были близкими людьми… будто ему действительно хотелось сделать ей приятное.

А кушать, и правда, хотелось просто безумно. Сейчас Ори казалось, будто она не ела, как минимум, неделю, поэтому на предложение Литара отреагировала почти с восторгом. Она даже с постели умудрилась не встать, а соскочить. И только теперь поняла, что платья-то на ней нет…

Но Лит быстро разгадал причину отразившегося в её глазах замешательства и молча указал рукой на халат, перекинутый через угол резной спинки кровати. Естественно, этот предмет одежды принадлежал ему, и на его гостье сидел, подобно балахону. Но девушка всё равно быстро запахнула его на себе и крепко перевязала поясом.

Увы, сейчас Ориен не была готова вести себя, как леди. Во-первых, чесалась спина, во-вторых, кушать хотелось почти до безумия, ну а в-третьих… такого вот домашнего Литара она просто не могла воспринимать, ни как принца, ни как главу департамента правопорядка. С этими милыми светлыми кудряшками и мягкой улыбкой на добродушном красивом лице он казался ей настоящим ангелом… спустившимся с небес, чтобы разделить с ней скромную трапезу. И пусть, ужин был далеко не скромным, да и Сокол по своей натуре никак до ангела не дотягивал, но после такого сложного эмоционального дня, ей как никогда хотелось теплоты и сказки, в которую она с радостью поверила.

На еду Ориен почти набросилась. Кушала с диким аппетитом, а каждый раз пробуя что-то вкусное, так закатывала от удовольствия глаза, что Лит просто не мог не улыбаться. Сам же он почти ничего не ел, лишь задумчиво наблюдал за Ори и медленно попивал красное вино из изящного стеклянного бокала. Девушка ловила на себе его взгляды, но отчётливо ощущала, будто мысленно он находится не здесь, а в совершенно других местах.

И когда её дикий голод оказался удовлетворён, она расслабленно откинулась на спинку своего кресла и всё-таки спросила:

— О чём ты всё время думаешь? — В её голосе прозвучало такое открытое любопытство, которое вдруг вызвало на лице Лита какую-то покровительственную улыбку.

— О разном, Ори, — ответил он, продолжая медленно потягивать вино. — Но если тебе интересно, то конкретно перед тем, как ты задала свой вопрос, я размышлял об ишерской делегации, которая будет здесь через три дня.

— Ты серьёзно? — выпалила девушка, сжимая деревянные подлокотники. — Так скоро…

— Фактически они уже находятся на нашей территории, — охотно поведал ей принц. — Передали послание сегодня, когда причаливали на Максине для пополнения запасов. Мы бы могли построить для них портал прямо оттуда, но… они отказались от услуг наших магов. Сообщили, что доберутся до Карсталла, а оттуда уже прибудут в столицу через стационарный пункт переноса. В итоге было решено, что мы встретим их в столице семнадцатого утром.

— Они не доверяют магам, — проговорила девушка. — Но, согласись, их можно понять. А… много их к нам едет?

— Четверо послов и двадцать стражников, — сообщил Лит. — Причём, как я понял, среди них будет младший сын тамошнего князя, поэтому меры безопасности с нашей стороны должны быть очень серьёзными. Если вдруг он пострадает, о мире с ишау можно будет смело забыть.

Ори молчала, напряжённо обдумывая слова Лита, но вдруг в её голове всплыла картина утреннего допроса ювелира, и того, как поспешно Сокол организовывал захват…

— Ты поймал Савари? — спросила она, поднимая на него взгляд.

Но после этого вопроса всё благодушное настроение Литара попросту кануло в небытие. Он заметно напрягся, губы сжались в линию, а на лице появилось выражение настоящей злости.

— Нет, Ориен, — раздражённо бросил он. — Хотя взяли целую шайку его подельников. Сам же господин граф прошлой ночью отбыл в неизвестном направлении, и никто из арестованных не знает, где его искать.

— Может, врут? — с надеждой предположила девушка.

Лит снова посмотрел ей в глаза и отрицательно покачал головой.

— Мои менталисты проверили всех, — пояснил он. — Они говорят правду. Савари ведь маг… ему не составило труда построить портал прямо из своей спальни и прыгнуть в любую точку страны. — На несколько секунд Сокол замолчал, но потом странно усмехнулся и добавил: — Подозреваю, что ему стало известно, об аресте ювелира. А может, он просто решил перестраховаться… Не знаю. Но этот гад будто предчувствовал, что я за ним приду. Хотя даже в таком положении вещей есть один приятный момент.

— И какой же? — с искренним интересом спросила Ори.

— А такой, — бросил он, снова встречаясь с ней взглядами, — что теперь в дворцовых подземельях своего часа дожидается некто по имени Ларит Гарс — наш общий знакомый гаусский менталист.

Ориен прекрасно поняла, о ком говорит Лит. Она хорошо запомнила того человека с татуировкой на бритом затылке. Но, несмотря на не самые приятные обстоятельства их знакомства, всё равно воспринимала его как человека здравомыслящего. Ведь если бы тогда он промолчал, не объяснил бы ей, что именно дротики вытягивают из поверженного принца энергию, то всё закончилось бы гораздо хуже. И пусть Ори не испытывала к нему ни малейшей симпатии, но и смерти ему не желала.

— Не уверена, что у меня получится так уж легко влезть в его голову, — проговорила она, глядя на задумчивого Литара. — С менталистами это всегда сложнее…Через щит-то я пробьюсь, но он совершенно точно будет закрывать от меня те участки своего сознания, на которые я могла бы воздействовать.

— Но ты ведь сильнее, — заметил Сокол.

— А у него намного больше опыта, — добавила девушка. — Конечно, я попробую…

— Пока не нужно, Ори, — ответил Литар, затем снова поймал её непонимающий взгляд и легко улыбнулся. — Этот Гарс оказался неглупым человеком. И едва я заикнулся, что допрос откладывается до завтра, по причине твоего отсутствия, и он сразу же согласился на добровольное сотрудничество. Мне даже показалось, что он готов лично привести ко мне Армана, лишь бы только не встречаться с тобой.

Но сама Ори весёлости принца не разделяла. Да и гаусскому магу не верила. Всё же он был приближенным Савари, а значит, знал очень многое. Возможно, он согласился на сотрудничество только для того, чтобы иметь возможность скрыть часть известной ему информации. Именно это и напрягало Ори больше всего.

— Я всё же хочу с ним побеседовать, — сказала она, глядя прямо в глаза Литару.

Но тот не стал возражать или противиться такому её желанию. Напротив, лишь улыбнулся с какой-то непонятной гордостью и сделал приглашающий жест рукой.

— Пожалуйста, милая, — чуть насмешливо протянул Сокол. — Но только после того, как полностью восстановишься. Правда, по словам Кери, на это может уйти несколько дней. А до того момента, я тебя к нашему пленнику не подпущу. Для твоего же блага.

Ори насупилась, но промолчала. Конечно, она понимала, что Лит прав, но разве сложно было сказать об этом не таким строгим тоном?

— Мне нужно немного полетать, — проговорила девушка, вставая из-за стола.

— Я помню, — кивнул Лит. — Твой чёрный костюм висит в гардеробной справа. — А заметив, что Ори смотрит на него с удивлением и явной подозрительностью, лишь невинно пожал плечами и добавил: — И не нужно ни в чём меня подозревать. Я по твоим вещам не лазил. Это твоя горничная всё подготовила и доставила сюда.

— Ах, ну если горничная… — усмехнувшись, бросила девушка. На самом деле она и не думала, что Литару могло бы прийти в голову самому копаться в её одежде. Не по статусу ему подобные поступки. А поразил её уже тот факт, что он догадался приказать доставить её костюм сюда… Будто ему, на самом деле, было больше нечем заняться.

Когда через пятнадцать минут, в течение которых девушка спешно принимала душ, сбивая с себя остатки усталости, она снова появилась в комнате, большие настенные часы показывали ровно полночь. Литар продолжал сидеть в своём кресле, и теперь снова выглядел чрезвычайно сосредоточенным и погружённым в собственные мысли. Но увидев Ори, вдруг поднялся и направился к ней.

— Не летай долго, — сказал, беря её за руку.

А потом и вовсе притянул девушку к себе и поцеловал в губы. Да так нежно… так тягуче сладко, что Ориен едва смогла удержаться на ногах. Хотя не упала она исключительно потому, что он крепко прижимал её к себе, обнимая обеими руками.

— Я буду тебя ждать, — добавил Лит, нехотя выпуская её из объятий.

И эти его слова стали для неё настоящей неожиданностью. Ведь одно дело — предоставить свой балкон для того, чтобы она могла спокойно покинуть дворец, и совсем другое — покорно ожидать её возвращения. Правда отвечать на это Ори не стала. Лишь кивнула и направилась к запертым стеклянным дверям. Вот только мысли её в этот момент были уже совсем не о полётах, а о светловолосом принце и его губах…

Несмотря на то, что дни до сих пор оставались довольно тёплыми, ночью на улице уже ощущался настоящий холод. И пусть костюм Ориен и был сшит из ассиомского шёлка, и прекрасно согревал и не продувался никакими ветрами, но вот её лицо и руки при этом всё равно сильно мёрзли.

Сделав несколько кругов над дворцом, Ориен полетела дальше, к западным границам столицы, за которыми начинался лес. Приземлилась только раз, среди деревьев, да и то лишь для того, чтобы немного размять ноги. Затем снова поднялась в небо, правда, не слишком высоко, и отправилась обратно в сторону города.

Повинуясь непонятному порыву, она даже решила пролететь над старым домом, где раньше находилась квартира Ситара. У неё вдруг возникло почти непреодолимое желание как и раньше, опуститься на парапет, заглянуть в окно… И лишь понимание того, что друг давно уехал, удержало девушку от этого поступка.

Потом Ориен направилась к тому зданию, где когда-то жила вместе с Мили — но здесь свет во всех окнах оказался погашен. И как бы ни хотелось ей увидеть подругу, но Ориен не стала спускаться. Влезть к ней в окно незамеченной было невозможно, потому что выходило оно на одну из центральных улиц, по которой постоянно кто-то гулял, несмотря на поздний час. Да и подоконник там был неудобным, и рама открывалась только на несколько сантиметров. Отчасти когда-то всё это и стало теми причинами, по которым Ориен оказалась вынуждена постоянно наведываться в гости к Ситу.

Бросив последний взгляд на свой бывший дом, девушка поднялась выше и направилась обратно к сияющей громаде дворца. В этот момент она вдруг подумала, что теперь просто обязана днём зайти к Милене. В конце концов, они уже четыре месяца не виделись…

Ещё только подлетая к знакомому широкому полукруглому балкону, Ори заметила на нём тёмную фигуру Литара. Он стоял, опершись ладонями на мраморные перила, и всматривался в темноту ночи.

Ждал её… как и обещал.

Повинуясь странному порыву, девушка поднялась чуть выше, а потом приземлилась как раз за спиной у принца. Она хотела подшутить… застать его врасплох. Но в итоге оказалась мгновенно поймана и прижата к его груди.

— Что же это вы, леди Ориен? Неужто, решили на меня напасть? — проговорил он, одной рукой крепко удерживая оба её запястья, а второй обнимая за талию.

Но Ори не чувствовала в нём ни капли агрессии, лишь какое-то непонятное озорство. Её чёрные крылья растаяли, превратившись в густой туман, который сразу же развело порывом ветра. А сама девушка лишь теснее прижалась к тёплому Литу, только сейчас понимая, насколько продрогла.

— Ледышка, — прошептал он ей на ухо и повёл в сторону дверей. А оказавшись в комнате, сразу усадил её на мягкую шкуру у камина, где уже был разведён огонь.

Ори потянулась к пламени, пытаясь отогреть закоченевшие ладони, но пока его жар казался слишком обжигающим. Литар же, скинув с себя надоевший халат, присел рядом с ней и бесцеремонно принялся расстёгивать пуговицы на её куртке.

— Я сам буду тебя греть, — заявил он, поймав её настороженный взгляд. И это было сказано таким тоном, что спорить моментально расхотелось. В конце концов, Ори была только рада, снова оказаться в тёплых объятиях Сокола.

Отбросив в сторону лишний предмет одежды, он потянул замёршую девушку за руку, заставляя развернуться к нему спиной, а после прижал к своей горячей груди так крепко, что у Ори просто не осталось возможности для манёвра.

Несколько минут они сидели в тишине и просто наблюдали за игрой языков пламени в большом камине. Литар задумчиво поглаживал Ориен по животу, прямо поверх рубашки, а она тихо млела от его близости и тепла. В какой-то момент в её голове промелькнула странная мысль, что она ещё никогда в жизни не была так спокойна… и счастлива. Но самым странным оказалось то, что эти эмоции она испытывала рядом с тем, кого должна была ненавидеть.

— Ори… — прошептал Лит и нежно коснулся губами её шеи. — Ты останешься сегодня со мной? — спросил он, продолжая легко целовать её кожу… поднимаясь до самого уха и спускаясь к плечу.

Она же оказалась так поражена теми ощущениями, что испытывала от его ласк, что ответила далеко не сразу.

— Мы будем спать? — спросила она, чуть дрогнувшим голосом. Какая-то часть её сознания уже догадалась, что за предложением принца кроется нечто иное, чем обычный сон, но Ориен всё равно озвучила свой вопрос.

И тогда Лит поднялся и, сев перед ней, коснулся пальцами её лица.

— Нет, Ори… — сказал, наклоняясь к её губам, которые уже дрожали от предвкушения. И никакие слова не смогли заставить Ориен отказаться от его поцелуя. Но стоило Литу отстраниться и снова посмотреть ей в глаза, и она тут же вспомнила суть его вопроса.

— Останешься? — снова поинтересовался он.

— Я не могу… — с надрывом в голосе ответила девушка. — Прости… не могу…

— Почему? — тихо спросил Литар, не отпуская её взгляда. Он провёл рукой по её плечу и подсел чуть ближе. — Объясни мне, Ори. Потому что я на самом деле хочу понять.

Она же снова помотала головой, но отстраниться даже не пыталась. Вместо этого сама придвинулась к сидящему напротив мужчине и взяла его лицо в ладони.

— Я не хочу… не хочу боли, — сказала, ловя его взгляд. И в этот момент в её глазах отражался настоящий испуг, который и придал Литу уверенности. Он не хотел, чтобы она боялась, и твёрдо решил избавить её от этого страха.

— А если я пообещаю тебе, что больно не будет? — просил он, целуя её ладошку. — Ты ведь веришь мне, Ориен?

— Верю, но… — она отчаянно замотала головой и даже попыталась встать, но он удержал.

— Не бойся. Нет, так нет, — резко пошёл на попятную Литар. И тут же спросил: — Но поцеловать-то тебя можно?

— Можно, — отозвалась она, снова возвращаясь в его тёплые объятия. Что ни говори, а его поцелуи ей нравились до безумия. Да и… не хотелось сейчас уходить. Ведь здесь, с ним ей было по-настоящему хорошо.

И он поцеловал, но совсем не так, как раньше. Теперь его ласки стали какими-то упоительно-дразнящими. Нежными, и в то же время дерзкими. А Ори просто сходила с ума от того пожара, что разжигали в ней его губы. Она отвечала ему со всей той страстью, что он так умело в ней разжигал, и вскоре сама поймала себя на том, что ей слишком мало просто целовать Литара, — теперь ей хотелось чего-то большего… касаться его плеч… руками, губами. Прикусить его шею… совсем чуть-чуть, просто потому что возникло такое странное желание…

Но стоило ей попытаться воплотить этот свой порыв в жизнь, — пройтись лёгкими поцелуями от его шеи до плеча… и инициатива снова была перехвачена коварным принцем. Он снова поцеловал её в губы, только в этот раз действовал особенно неторопливо. А его шустрые пальцы в это время успели расстегнуть все пуговички на её рубашке и стянуть ту с разомлевшей девушки.

С этого момента Ори окончательно потерялась в своих эмоциях и ощущениях. Стоило Литу коснуться губами её груди, она вздрогнула, но совсем не от страха… а с её губ сорвался первый едва слышный стон. Эти неторопливые чувственные ласки всё больше распаляли ничего не понимающую девушку. Она вздрагивала, когда Лит щекотал языком горошинки её сосков, задыхалась от удовольствия, когда он спустился ниже… к её животу, и просто потерялась в собственных ощущениях, когда, стягивая с неё брюки, он гладил мягкими ладонями её бёдра, целовал колени и даже тонкие щиколотки. Уже не сдерживала стонов, когда он поднимался обратно, будто рисуя линию из поцелуев по внутренней стороне её бедра… когда чувствовала его дыхание чуть ниже пупка, где начинались кружевные шортики… когда ощущала, как их ткань легко скользит вниз, повинуясь ласковым пальцам.

А потом он снова её поцеловал, очень ярко, с едва сдерживаемой страстью… и вдруг поднял на руки и куда-то понёс. Если бы хотя бы на мгновение он прервал этот свой невероятный поцелуй, она бы, наверное, опомнилась, но… Лит слишком хорошо знал, какой может быть её реакция, и не собирался допускать ни единого промаха.

Опустив девушку на кровать, и не переставая при этом ласкать её губы и маленький острый язычок, он осторожно развёл её ноги в стороны, чуть согнув их в коленях, стянул с себя ставшие лишними штаны и аккуратно лёг сверху. И только в момент проникновения… когда пути назад уже не было, Ори сообразила, что происходит.

В одно мгновение она вся будто заледенела и даже попыталась отпихнуть от себя Литара, но тот никуда уходить не собирался. Вместо этого он двинулся чуть вперёд, погружаясь в неё до максимума, и только теперь остановился.

— Ориен… — позвал он. Пытаясь поймать её испуганный взгляд. — Ори, — повторил чуть громче. — Посмотри на меня. Пожалуйста, милая, сладкая, красивая… Ориен…

— Ты меня обманул, — прошептала она, отворачивая голову и стараясь сдержать навернувшиеся на глазах слёзы. — Обманул…

— Нет, милая, — опершись на один локоть, он провёл ладошкой по её лицу и мягко повернул его к себе. — Я ведь не сделал тебе больно. И сейчас, Ори, тебе не больно…

— Нет… — ответила она, глядя ему в глаза. — Но и не приятно.

— Дай мне возможность доказать тебе, что бояться нечего… Обещаю, я буду очень осторожен.

Он ласково погладил её по щеке, глядя в её глаза с невероятной нежностью, а потом наклонился ближе и осторожно поцеловал. Поначалу Ори не отвечала, попросту игнорируя его настойчивые губы. Но Литар не собирался сдаваться, и вскоре она всё же поддалась этому нежному мягкому натиску, а её напряжение начало потихоньку растворяться.

Она чувствовала, что он до сих пор находится внутри её тела, ощущала его обжигающее тепло. И в какой-то момент даже захотела, чтобы он уже продолжил то, ради чего всё это затеял. Она сама легко качнула бёдрами и с каким-то диким трепетом ощутила движение внутри. Тогда Лит оставил в покое её губы и чуть отстранился, снова ловя её взгляд. И так, глядя ей в глаза, стараясь не упустить не единой её эмоции, начал двигаться. Сначала действовал осторожно, боясь на самом деле причинить ей боль, но вскоре почувствовал, что она не просто откликается, а даже старается проявлять инициативу. Вот тогда-то он и понял, что этот раунд обязательно выиграет.

Ориен снова терялась в своих ощущениях. Но теперь ей казалось, что она несознательно стремится куда-то… в какую-то странную неизвестность. Каждая клеточка её тела находилась в предвкушении. Дыхание сбилось, пальцы дрожали, а губы умирали, без ощущения на них губ Литара. А потом… она почувствовала, что ещё мгновение и она просто не выдержит. Взорвётся от переизбытка незнакомых ощущений. И даже хотела остановиться, но… её принц, наоборот вдруг стал двигаться гораздо резче, сильнее. Она ощущала его каждой клеточкой своего тела, каждой напряжённой до предела мышцей…

И вдруг почувствовала, будто нырнула в волну… На мгновение пропали все звуки, мысли, ощущения, а тело наполнилось тягучей обжигающей негой. Ори казалось, что она больше не принадлежит этому миру, что она взлетела без крыльев… растворилась в пространстве… И лишь ощущения губ Литара на её шее, лице, говорили о том, что всё происходящее с ней реально.

С трудом распахнув не желающие открываться глаза, Ориен посмотрела на светлый потолок, на котором сейчас мелькали причудливые тени от игры языков пламени в камине… и снова их закрыла.

— Ори, — позвал Литар, легко водя пальцами по её руке. — Милая, взгляни на меня, пожалуйста.

Несмотря на своё странное состояние, она прекрасно расслышала в его голосе откровенное беспокойство. И лишь сейчас в её мыслях начало понемногу проясняться. Хотя, сама Ориен была бы рада и вовсе не думать о произошедшем между ними. Слишком неправильным всё это казалось…

— Ори, — снова проговорил Лит. — Открой глазки… я же вижу, что ты не спишь.

— А что делать, если я не хочу тебя видеть? — тихо произнесла она, но всё же выполнила его просьбу и разлепила ресницы. Вот только смотрела она не на принца, а всё на тот же потолок.

— Хочешь, — как всегда самоуверенно отозвался Лит. — Тебе ведь было хорошо со мной.

— Было, — не стала отрицать девушка. И тут же грустно усмехнулась и добавила: — Но я не хотела этого. Глупо верила, что ты не станешь делать что-то против моей воли.

Лит перевернулся набок и, подперев голову рукой, посмотрел на девушку.

— Нет, ты хотела, сладкая моя, — сказал он спокойным уверенным тоном. — Очень хотела. Твоё тело просто жаждало моего вмешательства. Да и, милая, свою долю удовольствия ты тоже получила. И вообще, Ориен, — он коснулся её щеки, и медленно наклонился ниже, — хватит строить из себя обиженную девочку. Всё. Перестань. По сути, не случилось ничего ужасного. Каждый из нас получил то, что хотел.

Он коснулся её губ своими, но она даже и не думала ему отвечать. И тогда Лит, вдруг опустил голову ниже и… укусил её за шею. Просто, грубо и совсем не нежно.

— Если сейчас же не перестанешь дуться, я тебя покусаю, — заявил он с самым серьёзным видом. — Честно, Ориен. Или… того хуже…

В доказательство своих слов он, спустился ниже и чуть прикусил кожу на её плече. Правда, сразу же провёл мягкими губами по пострадавшему месту, будто этой лаской хотел компенсировать причинённую боль.

А потом вдруг обхватил её руками и перекатился на спину. Девушка же при этом оказалась распластанной на его теле и совсем не была рада такому раскладу.

— Отпусти, Лит, — потребовала она, упираясь ладошками в его грудь и пытаясь подняться.

— Ори, — ласково позвал он. — Маленькая, хорошая, красавица моя… — продолжал говорить его нежный голос. — Огненная девочка. Ну… прости, — выдавил он из себя. — Прости, — повторил увереннее. — Знаю, что должен был сначала поговорить с тобой, но… это было бы бессмысленно. И вообще, я тут возможно, впервые в жизни искренне извиняюсь, а ты даже на меня не смотришь.

Наверно именно эта фраза и стала для Ориен переломной. Он ведь на самом деле почти никогда не признавал своих ошибок, а извинялся на её памяти всего пару раз, да и то, скорее для галочки. Но сейчас он на самом деле сожалел о том, что проигнорировал её отказ. Она видела это в его глазах.

Заметив, что Ори всё-таки соизволила на него посмотреть, Литар поймал её взгляд и сделал то, что заставило её ошарашено замереть, — он сам приподнял завесу своего ментального щита… фактически приглашая её заглянуть в его сознание. Он открылся для неё… дал возможность увидеть все те истинные эмоции, что испытывал сейчас. И это стало для девушки настоящим признанием.

Из всей той гаммы чувств, что она ощутила, попав в сознание Лита, больше всего её поразили невероятная нежность и трепетное тепло, которые он испытывал по отношению к ней. А ещё Ори поняла, что он действительно искренне обеспокоен её обидой, и очень не хочет, чтобы она на него обижалась. Более того, для него оказалось важно, чтобы ей было с ним хорошо. Он хотел доказать ей, как приятна бывает близость между мужчиной и женщиной. И очень надеялся, что она его поймёт и не станет злиться.

— Мне очень с тобой хорошо, — проговорил Литар, не отводя глаз и не разрывая ментального контакта. — Не только физически, Ори. Моей душе тепло рядом с тобой. И я не хочу, чтобы ты боялась. После всего того, что было между нами в прошлом… мне больно видеть страх в твоих глазах. Но я совру, если скажу, что сделал это только ради того, чтобы избавить тебя от боязни. Нет, милая. Я хотел тебя. И в какой-то степени это было эгоистичным решением. Но если бы ты попыталась меня остановить, клянусь, я бы не стал ничего продолжать, но… Ори, ты ведь тоже этого хотела, невзирая на свой страх.

Она смотрела на него и просто не знала, что ответить. После всех этих слов, она уже не могла злиться. Да и был ли смысл врать себе… ведь ей на самом деле хорошо с ним. И даже сейчас, понимая, что они оба обнажены, и что она фактически лежит на нём, ей было абсолютно комфортно. Он прав, — им слишком хорошо вместе.

А вспомнив о тех умопомрачительных поцелуях, что он дарил ей совсем недавно, Ори сама себя не понимая, перевела взгляд на его губы. Сейчас на них не было ни фирменной усмешки, ни улыбки… И даже когда она наклонилась и коснулась их своими, они остались так же неподвижны. Правда, когда девушка несмело тронула их кончиком языка, Лит всё же ответил, решая, что все разговоры можно отложить. Да и разве этот её жест не означал, что она его простила?

В этот раз инициатива всецело исходила от Ориен, а Лит милостиво позволил ей делать то, что она хочет. Его безумно радовало уже то, что она не стала закрываться или стесняться, а совсем наоборот, старалась понять истинную суть этого притяжения тел. Ей было интересно, так же ли приятно Литу, когда она целует его шею, плечи, грудь? Так же он может потерять голову под её ласками? Но даже не это было главным, ведь ей просто нравилось его целовать… проводить по тёплой коже ладонями, ощущать под пальцами кубики пресса. Правда, когда со своей исследовательской инициативой она добралась до живота и явно намеревалась спуститься ниже, он поймал её и потянул наверх.

— Тебе не нравится? — спросила девушка, не понимая, почему он её остановил. — Я не знаю… как нужно… как правильно… У меня ведь…

— Тс… — прошептал он, прикусывая мочку её уха. — Запомни, милая моя, я — стал у тебя первым. Никаких других не было. И… мне всё очень нравится. Безумно… — добавил шёпотом, а после мягко перевернул её на спину и поцеловал в губы.

Всё, что происходило дальше, иначе как сладким сумасшествием Ори назвать не могла. Её переполняли такие яркие эмоции, от которых разум очень быстро отключился, уступив место лишь ощущениям и инстинктам. Лит больше не старался щадить её восприятие, теперь он не боялся её напугать, и поэтому всё получилось гораздо ярче. Он не сдерживал свой огненный темперамент, позволил стихии внутри бушевать на полную катушку. А то как ярко Ори реагировала на его ласки, попросту сводило его с ума.

Больше не было тягучей нежности, неторопливости движений… теперь на их место пришла обжигающая страсть… Яркая, горячая, дикая и безумная. Такая сильная, что бороться с ней было просто невозможно. И если поначалу Ориен ещё пыталась сдерживаться, то поймав горящий огнём взгляд Литара, поняла, что это бессмысленно. Именно сейчас, именно в этот момент их общего безумия, он был с ней настоящим. Истинным огненным. Он раскрылся для неё, впустил в свою душу, показал свою истинную суть и… она ответила ему тем же.

Позже, когда они уж спокойно лежали на сбившихся простынях, а Лит как-то лениво поглаживал Ори по обнажённому бедру, ей вдруг подумалось, что ничего лучше этого момента в мире быть не может. Она чувствовала себя не просто счастливой, а по-настоящему растворившейся в этом нежном счастье. Потерянной на просторах бесконечной вселенной… разбитой и склеенной заново волшебными руками самого лучшего и любимого мужчины.

Любимого? Да, теперь Ориен уже не сомневалась, что любит его. Любит… вопреки всему. Несмотря на то, что именно он отправил её на каторгу… Он заставил её принести клятву на крови и шантажом вынудил её выполнять его задания. Сейчас ей было плевать на прошлое. На все их разногласия и споры, на обиды и ненависть. Он был нужен ей. Очень нужен…

— Ори, — тихо позвал Лит, накрывая её мягким одеялом. — Милая, устала? Что-то болит?

— Нет, — отозвалась она, поворачиваясь к нему. — Всё хорошо.

Но было в её голосе что-то такое, какая-то едва заметная горечь, которая и заставила его напрячься.

— Что тебя беспокоит? — спросил Литар, легко гладя её по щеке и растрёпанным волосам. — Говори. Привыкай говорить мне обо всём. Поверь, так нам обоим будет гораздо легче понять друг друга. И сейчас, красавица моя, я ведь вижу, что ты думаешь о чём-то нехорошем.

— О прошлом, — честно ответила она, но тут же добавила: — О нашем с тобой прошлом.

— М… да, не самые приятные мысли, — отозвался он серьёзным тоном, но тут же улыбнулся и добавил. — Давай лучше подумаем о ближайшем будущем. А именно о том, что совсем скоро нам предстоит встретить делегацию ишау. И ты, моя хорошая, на всех официальных и неофициальных мероприятиях обязательно будешь рядом со мной.

— Как фаворитка? — удивлённо спросила девушка, для которой такая роль казалась поистине гадкой.

— Нет, как ученица верховного мага, — ответил Лит. — Но это официально. На самом деле причин для этого много. Но главная в том, что мне так хочется. — И улыбнулся так довольно, что Ори не сдержалась и легонько толкнула его в плечо.

Сейчас рядом с Соколом ей было настолько легко, хорошо и просто, что невольно возникало ощущение, будто она знает его всю свою жизнь. А сама мысль о том, что совсем недавно она его жутко боялась, теперь стала казаться ей настоящей глупостью. Ведь…как можно бояться настолько родного человека? А теперь сама Ори не могла сказать, что в этом мире есть для неё хоть кто-то роднее его.

— Хорошая моя, ты мне очень нравишься любой, а такой… — он обвёл её обнажённую фигуру ласкающим взглядом, — особенно. Но… во время встречи ишау тебе придётся выглядеть соответственно своему статусу.

— У меня есть много красивых платьев, — ответила Ори, вспоминая собственную гардеробную, в которой теперь было столько одежды, что казалось, можно в течение года каждый день надевать что-то новое.

— Это прекрасно, но, к сожалению, не достаточно, — отозвался Лит, ловя её руку и переплетая их пальцы. — Тебе нужно ещё как минимум два строгих наряда, для официальной встречи, платье для бала и… драгоценности.

На этом моменте девушка напряглась и посмотрела на него с каким-то затаённым опасением.

— Какие ещё драгоценности? — спросила она.

— Такие, Ори, — он снова улыбнулся и игриво поцеловал её в кончик носа. — Украшения… серьги, колье, можно пару браслетов. Причём подобрать к каждому платью, в котором ты будешь появляться.

— Но… — от растерянности Ориен поспешила сесть и с непониманием уставилась на Литара. — Где же мне их взять?

— Купить, — ответил он и, потянув её за руку, заставил снова улечься рядом. — Или ты думаешь, такие приобретения мне не по карману? — его улыбка после этих слов стала поистине запредельной.

— Но с чего ты должен мне их оплачивать? — выпалила Ори.

— С того, ласковая моя, что ты — моя женщина, — ответил Сокол, глядя ей в глаза. — И завтра… как только выспишься, я бы хотел чтобы ты отправилась в город, прошлась по ювелирным лавкам, подобрала бы себе что-нибудь… — он поцеловал её запястье и снова посмотрел в глаза. — Не переживай, с тобой будет охранник. Он же решит все вопросы с оплатой. А ты лучше вообще не обращай внимания на цены. Просто бери то, что тебе понравится. Хорошо?

Но Ори была далеко не в восторге от этого его предложения. Да она даже примерно не подозревала, какие украшения нужно выбирать. Всё это казалось ей таким странным, таким диким и неправильным, что девушка только сильнее расстроилась.

— Милая моя, ну что такое? — ласково проговорил Лит, чуть приподнимаясь и опираясь на локоть.

Потом вдруг сел сам и усадил её напротив.

— Слушай, — начал он, немного нахмурившись. — Я понимаю, что тебе сложно, но… придётся привыкнуть. Ты — ученица верховного мага, официально, ты — моя фаворитка, Ори. Жизнь во дворце — не сахар. Но у неё есть свои негласные правила. И если твой наряд окажется недостаточно дорогим, или твои драгоценности будут выглядеть недостаточно изысканными, это бросит тень, в первую очередь, на меня. Но… сейчас важно совсем другое, — он вздохнул и, поймав её взгляд, сжал в ладонях обе её ручки. — Я хочу, чтобы ты говорила мне обо всём, что тебя тревожит, обо всём, вообще. Чтобы доверяла мне…

— А ты? — она смотрела в его глаза и чувствовала, как её напряжение начинает стремительно таять. — Лит… ты вообще способен хоть кому-то доверять?

Он улыбнулся, но в этой улыбке было столько горечи, что Ори вдруг придвинулась ближе и положила голову ему на плечо.

— Я готова попробовать… — сказала она тихо. — Но это слишком сложно.

— Тогда и я… постараюсь, — ответил он и потёрся щекой о её щёку. — Вот, Ори, мы с тобой уже договорились. А значит, небезнадёжны. И вообще, давай спать. Скоро утро.

Лит уложил её обратно на подушки, прижал спиной к своей груди и крепко обнял. Но Ориен было совсем не до сна. Её продолжали одолевать мысли о пресловутых драгоценностях, которые она понятия не имела, как подбирать. Конечно, можно было бы обратиться за помощью к Беллисе, но девушка не сомневалась, что в преддверии встречи послов из Ишерии, та будет просто невероятно занята. А больше обратиться ей оказалось не к кому.

— Лит, — позвала девушка, не оборачиваясь. — Я сама с драгоценностями не разберусь…

Он легко поцеловал её в плечо и, помолчав несколько секунд, ответил.

— Я решу этот вопрос. Не переживай.

И она поверила. И успокоилась. И снова почувствовала себя самой счастливой в этом мире. А всё потому что теперь рядом с ней был мужчина… сильный, уверенный в себе, умный, пусть и жёсткий, но с ней всё равно мягкий. Тот, рядом с которым можно было позволить себе быть слабой. Тот, с кем ничего не страшно.

Глава 5

Когда всё что было — уплыло в забвение

И злыми словами отравлена кровь…

Когда друг бросает в лицо оскорбления,

А сердце сжимает удавка-любовь,

Не прячься от слов, тех, что грязью покрытые

Летят, словно камни, не помня стыда.

Пусть узы падут, горькой болью разбитые,

И мёртвая дружба… уйдёт без следа.

Утром Литар ушёл тихо, стараясь не разбудить Ориен. После выматывающего ментального воздействия, после полётов, да и после всего, что произошло позже, ей было необходимо хорошо отдохнуть. А вот у самого Лита оказалось слишком много важных дел. Он по привычке уже составил для себя мысленный план на весь этот день, но едва выйдя из спальни, наткнулся на ожидающего его камердинера, который сообщил, что час назад к Его Высочеству приходил кронпринц Эмбрис.

В этот момент Лит с усмешкой подумал, что после появления Ори брат стал гораздо более тактичным. Раньше он всегда бесцеремонно входил в спальню к Литару, и его ни капли не волновало — спит тот, или нет. А теперь вот лишь вежливо передал просьбу, зайти к нему при первой возможности.

Вообще Литар и так собирался наведаться к Брису, узнать как там его супруга, правда, рассчитывал нанести им визит во второй половине дня. Но раз уж брат просит… придётся идти сейчас.

Едва оказавшись в гостиной покоев кронпринца, он сразу отметил, что здесь будто стало… теплее, уютнее. Хотя ещё вчера это место своей гнетущей атмосферой куда больше напоминало склеп.

— Дядя Литар, доброе утро, — поздоровался с ним старший племянник.

Мальчик сидел за одним из столов для игры в карты и старательно что-то рисовал на большом листе бумаги. Кроме него в этой комнате сейчас находилась только его няня и, как ни странно, леди Лиара Гради герцогиня Градицкая. Последняя сидела прямо напротив Эркрита и старалась не двигаться.

— Доброе утро, Эрки, леди, — Лит поочерёдно кивнул обеим дамам, только после этого снова посмотрел на мальчика. — Ты снова рисуешь? — спросил Сокол, останавливаясь рядом с ним и заглядывая через его плечо.

— Да, дядя, — отозвался беловолосый парнишка, поднимая на него свои глаза цвета весенней листвы. — А леди Лиара милостиво согласилась стать моей натурщицей.

Лит перевёл взгляд на улыбающуюся герцогиню и сам не смог сдержать улыбки. О страсти Эрки к рисованию при дворе знали все. Первую свою картину он нарисовал в три года, причём дворец на ней был на самом деле похож на оригинал. Тогда-то всем и стало понятно, что у мальчика явный талант.

— Тебе надоело рисовать Мику и ты решил разнообразить обилие её портретов изображением леди Лиары? — с доброй насмешкой уточнил Литар. Как и все в семье, он прекрасно знал, что больше всего остального Эрки любит рисовать девочек. В частности свою младшую сестрёнку.

— Всё дело в том, Ваше Высочество, что Микаэлья пока ещё спит, — ответила вместо маленького принца герцогиня. — Поэтому наш юный художник решил пока попрактиковаться на мне.

— Неправда, леди Лиара, — строгим тоном отозвался Эркрит. — Мне на самом деле давно хотелось вас нарисовать. Вы ведь очень красивая женщина.

Лит с герцогиней многозначительно переглянулись, но промолчали. Ведь оба сделали один и тот же вывод, что в вопросах общения с противоположным полом этот юный покоритель женских сердец явно пошёл в Эмбриса.

- Дядя, — мальчик снова перевёл взгляд на Литара и вдруг поднялся с места, — отец просил позвать его, когда ты придёшь. Так что, с вашего позволения, я отлучусь ненадолго, — добавил, обращаясь уже к своей натурщице.

— Конечно, — отозвалась она с улыбкой. А едва он скрылся за дверью, ведущей в коридор, расслабленно откинулась на спинку своего кресла.

— Давно вы здесь позируете? — поинтересовался Лит, присаживаясь на стоящей рядом диванчик.

— Уже больше часа, — ответила женщина. — Я пришла справиться о состоянии Террианы, но горничная сказала, что Её Высочество до сих пор спит. Тогда-то меня и поймал Эрки. А как вы знаете, отказать ему в чём-то крайне сложно, впрочем, как и любому принцу.

Эта её фраза почему-то натолкнула Сокола на мысль об Ориен и о необходимости её подготовки к предстоящим мероприятиям по встрече ишау. Конечно, в идеале следовало бы обратиться за помощью в решении этого вопроса к Белли, но… той самой сейчас помощь бы не помешала. А вот сидящая напротив герцогиня была занята куда меньше, и являлась одной из тех немногих придворных дам, кого Лит искренне уважал.

— Леди Лиара, — начал он, поймав её взгляд. — Означает ли это, что если я обращусь к вам с просьбой, вы и мне не откажете?

Но и женщина хорошо знала, с кем сейчас разговаривает. С Литара бы сталось втянуть её в какое-нибудь расследование, при этом ни слова не объяснив. И, тем не менее, отвечать отказом не стала.

— Всё зависит от самой просьбы, — сказала она уклончиво. — Ведь вы можете попросить о том, что я выполнить не в силах.

Несколько секунд он просто смотрел на сидящую напротив женщину, взвешивая все за и против, и только после этого всё же заговорил.

— Леди Ориен Терроно, с которой вы имели честь вчера познакомиться, будет в числе официальных представителей нашей страны в переговорах с ишау, — сказал он сухим серьёзным тоном. — И, как вы понимаете, выглядеть она должна соответственно своему высокому статусу. Но если с платьями ещё можно что-то решить, то с драгоценностями — нет. Девочке нужны несколько комплектов… а лучше, больше чем несколько. Правда, сама она слишком боится сделать что-то не так.

— Как я понимаю, Ваше Высочество, ей нужна помощь, и вы хотите попросить об этом меня? — с мягкой улыбкой уточнила герцогиня, а когда он кивнул, ответила: — Я выполню эту просьбу с большой радостью. Ориен… очень хорошая девушка. А если учесть то, что она сделала для Террианы, можно сказать, что мы все перед ней в неоплатном долгу.

— Благодарю, леди Лиара, — искренне ответил ей Лит. — Очень надеюсь, что вы найдёте с ней общий язык.

— Не сомневайтесь, — заверила его женщина, — я приложу для этого все усилия.

Послышался топот ног, и в гостиную снова вбежал небывало довольный Эрки, а когда вслед за ним в комнату вошли оба его родителя, Литу сразу стали понятны причины такого прекрасного настроения племянника.

Если Брис выглядел обычно, не считая того, что его синие глаза светились истинным счастьем, то Терри показалась Литу совсем другой. Вместо привычной высокой причёски её волосы были заплетены в обыкновенную косу, платье выглядело хоть и элегантным, но казалось слишком уж простым для дворца, а на лице не отражалось ни капли надменности. Сейчас перед ним стояла красивая молодая женщина, в чьём взгляде больше не было печали и пустоты. Теперь им на смену пришла какая-то тихая теплота и лёгкая растерянность.

На самом деле, Литар уже почти не помнил её такой. Думал, что той Террианы, которую они с Дамьеном обожали, и к которой когда-то в юности приходили за поддержкой, больше нет. А ведь они на самом деле раньше очень дружили. По правде говоря, Терри была для него большей сестрой, чем та же Лисса. Она всегда относилась к нему с пониманием и присущей ей добротой. И сейчас, видя в её глазах то, что считал потерянным… Лит попросту не нашёл что сказать.

— Доброе утро, — поприветствовал их Брис, присаживаясь на диван и совершенно бесцеремонно усаживая супругу к себе на колени.

Та и не думала сопротивляться и даже не пыталась осадить мужа. Совсем напротив, она крепко обняла его за шею и покорно уложила голову ему на плечо. И видя такую невероятную идиллию, Литар просто не смог и дальше держать язык за зубами.

— Боги, неужели случилось чудо? — выпалил он, переводя взгляд с брата на Терриану. — Скажите уже что-нибудь.

— Лит… — протянула Терри, ловя его взгляд.

Она улыбалась… Именно так как раньше. А ведь у неё была поистине чарующая улыбка. Мягкая, ласковая, такая, в которой отражалась невероятная забота и поразительное тепло. Наверно именно за эту улыбку когда-то давно он и полюбил эту девушку… жену брата. Правда довольно быстро понял, что видит в ней скорее сестру, чем женщину, но с тех пор она стала очень дорога Соколу. Боги… как же давно она уже так не улыбалась.

— Терри… — чуть хрипло протянул Литар. — Скажи мне срочно что-нибудь, чтобы я поверил, что всё это правда.

— Лит, — повторила принцесса, а её глаза вдруг заблестели от навернувшихся на них слёз. Но, что удивительно, она всё равно продолжала улыбаться. Потом перевела взгляд в сторону такой же ошарашенной герцогини и вдруг всхлипнула: — Лиа… Лит… Простите. Прошу… я столько всего сделала… столько сказала…

— Тише, милая, — прошептал Брис, успокаивающе гладя её по спине.

Но она вдруг покачала головой и решительно поднялась на ноги. Он не стал её удерживать, прекрасно понимая, что ей нужно выговориться, нужно признать всё, каждую свою ошибку, нужно смыть остатки тьмы из души. Ведь сейчас именно слёзы были для неё истинным очищением…

…Проснувшись среди ночи от её тихих всхлипов, он искренне испугался. Решил, что Ориен всё-таки в чём-то ошиблась и Терри окончательно тронулась умом. Но когда попытался развернуть её к себе и посмотреть в глаза… она вдруг крепко обняла его за шею и спрятала лицо у него на груди.

Он же… чувствовал, как по коже медленно стекают её холодные слезинки, как она вздрагивает от рыданий. Но что важнее всего, он ощущал, насколько крепко и доверчиво она прижимается к нему, и от этого растерялся окончательно. Он молчал, не имея ни малейшего понятия, что говорить. Просто держал её в своих объятиях, грел в кольце своих рук. Касался губами волос, висков, щёк. На самом деле он сам не понял, как добрался до её губ… и лишь когда она ответила, когда поцеловала его сама, понял, что теперь уже точно всё будет хорошо.

Подумать только… он больше двух лет не прикасался к ней, не имел возможности ласкать тело свой законной супруги. Не мог быть с той единственной, которую любил. И этой ночью, он упивался их близостью, сгорал от ярчайших эмоций, которые мог испытывать только с ней. А она… отдавалась ему с таким трепетом, с такой безумной нежностью, что у него начинало щемить сердце.

Что ни говори, а в произошедшем между ними разладе они были виноваты вдвоём. Но… видят Светлые Боги, он никогда бы не переспал с другой, если бы Терри тогда так его не разозлила.

Да… потом этих «других» было много. Но они дарили удовольствие телу, совершенно не трогая душу. И лишь сегодня, лишь этой ночью он понял, насколько был глуп. Только теперь осознал, что едва не потерял ту единственную, которая была для него дороже всего мира.

Позже… тихо сжимая её в своих объятиях, он слушал её сбивчивое дыхание, ощущал её тепло и… чувствовал себя поистине счастливым человеком.

— Брис… мой… — шептала Терри, лёжа у него на груди. А потом вдруг приподнялась и, глядя ему в глаза, с какой-то мольбой проговорила: — Я не хочу… не могу делить тебя с другими. Прошу… не убивай меня этим. Я люблю тебя. Но… Боги, как же больно ощущать собственную никчёмность… ненужность…

— Тише, Терри, — прошептал он, садясь в кровати и привлекая её к себе. — Всё плохое — в прошлом. Теперь всё будет просто замечательно. Я любил и люблю только тебя. И больше не позволю кому-то или чему-то испортить наши отношения.

И… она поверила ему. Вот так просто кивнула и доверчиво потёрлась носом о его шею.

Потом они долго разговаривали. Вместе встретили рассвет, и в тот момент для них обоих он показался добрым знаком. Символом начала нового этапа… символом возрождения их отношений.

Утром, увидев сына, Терри снова разрыдалась, но мальчик всё равно умудрился понять, что мама плачет не от горя. Он сам обнял её… впервые за долгое время, и в этот момент выглядел самым счастливым.

И вот теперь, Терри абсолютно искренне просила прощения у своей подруги Лиары, которая всё это время старалась поддерживать её несмотря ни на что, и у Лита, с которым она умудрилась разругаться в пух и прах. Но если герцогиня, отбросив условности, сама обняла давнюю любимую подругу, то Литар так и остался сидеть в своём кресле, хоть и выглядел поистине шокированным.

Увы, но он, как и их мать, попросту не умел прощать. А те люди, в которых он однажды разочаровался, навсегда становились для него теми, кто не достоин внимания. И сейчас, глядя на брата, Брис даже не представлял, что случиться дальше. С Лита бы сталось просто встать и уйти. На самом деле Эмбрис почти не сомневался, что младший именно так и поступит. Он отлично помнил, как тот когда-то целых полгода его игнорировал за простую шалость… ну, подумаешь, татуировка сокола на спине. Разве это повод не разговаривать со старшим братом? Мелочь же. И тем не менее, с Эрлиссой Лит после того случая отношения так и не наладил. Они до сих пор общались крайне натянуто, хотя прошло двенадцать лет.

Сам же Литар смотрел на преобразившуюся Терриану, видел счастливую улыбку Эрки, горящие спокойным теплом глаза Бриса… и чуть ли не впервые в жизни задумался о том, что тоже хочет свою семью. Любимую жену… ребёнка. Не важно, мальчика или девочку. Хочет свою частичку уютного тепла. И… он даже не думал злиться на Терриану. Ведь сам проводил допрос леди Юниллы. Как оказалось, та не просто ежедневно давила на психику принцессы, но и не гнушалась поить её отварами, повышающими нервозность. Ей платили за это… и она честно отрабатывала свои деньги.

Видя, что Терриана смотрит на него с грустью, Лит вдруг усмехнулся и сам поднялся к ней навстречу. А потом подошёл ближе и взял её за руку, осторожно сжав хрупкие пальчики. И этот жест был максимумом того, что он мог себе позволить в отношении супруги брата. Да и в отношении любой другой леди. По сути, Ориен была единственной, кого он обнимал, даже не задумываясь о собственных порывах.

— Забудем, Терри, — сказал он, глядя ей в глаза. — Ты даже не представляешь, как приятно видеть тебя прежней. И прошу, не меняйся больше. Мы все очень рады, что ты опять стала уравновешенным человеком.

Она улыбнулась, сквозь слёзы, которые до сих пор катились из её глаз, и только хотела что-то ответить, но Брис заговорил раньше.

— Литар, мы уезжаем, — сказал он тоном человека, который всё для себя решил и на компромиссы не пойдёт. — Вместе с детьми. К Лиссе на остров. И ишау встречать придётся тебе.

Лит же лишь усмехнулся и покорно кивнул. Он ещё накануне вечером понял, что в ближайшее время от Эмбриса толка не будет. Ведь с делами страны вместо него было кому справиться, а вот в семье его никто заменить не сможет.

— Договор, если таковой будет заключён, всё равно должен будешь подписывать ты, а не я, — ответил Сокол. Он учтиво коснулся губами пальцев Терри и подвёл её к дивану, где сидел Брис. — Но пока об этом говорить рано. Встречу ишау мы, так уж и быть, организуем без тебя. Но я всё равно прошу вас не задерживаться. Если будет возможность, появитесь пару раз, хотя бы для того чтобы познакомиться с потенциальными союзниками.

— Появимся, — отмахнулся Брис, забирая руку супруги у брата и притягивая Терри к себе. Потом снова поднял взгляд на Литара и добавил: — Я теперь в неоплатном долгу перед твоей девочкой. И обязательно поблагодарю её лично, но ты всё же передай ей, что мы этого никогда не забудем. Береги её.

Сокол кивнул и уже собрался покинуть комнату, когда до него снова донёсся голос брата.

— Лит, — бросил Эмбрис, глядя на него с лукавой улыбкой. — Дело, конечно, твоё, но я бы не отказался от красноволосых племянничков. Подумай над этим.

— Обязательно, — раздражённо бросил Литар, а в его голосе отчётливо прозвучала ирония. — Сразу же после того, как в Карилии закончатся преступники.

И ушёл, сам не понимая, почему эта простая шутка брата настолько его разозлила.

* * *

Ори проснулась, когда солнце стояло высоко в зените. В теле чувствовалась приятная нега, а в мыслях царил мир и покой. На самом деле она очень давно не просыпалась в таком прекрасном настроении, и ещё никогда у неё не было так легко и спокойно на душе… никогда она не чувствовала себя настолько счастливой.

И у этого была всего одна причина — Белый Сокол. Её Лит… Её принц.

С лёгким шорохом открылась дверь, и в комнату тихо вошёл Литар, а за ним показались камердинер и две служанки с подносами, заставленными различными блюдами. При виде такого количества посторонних, Ори поспешила прикрыть лицо краем одеяла и сделать вид, что спит. И пусть во дворце все и так считали её любовницей Лита, но раньше ведь это было всего лишь сплетнями, а вот теперь стало правдой.

До её слуха доносился едва уловимый звук шагов, чуть слышимый звон приборов, шуршание салфеток. Но вскоре дверь закрылась, и в комнате снова стало тихо, да только Ориен всё равно не желала открывать глаза. Наверно, только сейчас она в полной мере осознала, что всё случившееся ночью — не сон, и она на самом деле переспала с Соколом. И пусть в первый раз всё произошло исключительно по его инициативе, пусть он попросту проигнорировал её отказ, но ведь после… она сама ему отдалась, сама решилась.

Даже теперь, когда пришло понимание, что её ночная сказка оказалась явью, Ори не собиралась ни о чём жалеть. Да и какой теперь в этом был смысл? Всё уже случилось, исправить ничего не получится. Но… стоило признаться хотя бы самой себе, что ей было очень хорошо с Литом. На самом деле она даже не подозревала, что всё это…может быть так прекрасно.

Кровать рядом с ней чуть прогнулась, и девушка вдруг почувствовала, что кто-то нагло стягивает с неё одеяло. И если поначалу она ещё пыталась перетянуть столь важную вещь обратно, то вскоре поняла насколько это бессмысленно.

— Ты такая красивая, Ори, — ласково проговорил Литар прямо у неё над ухом.

И что удивительно, девушка больше не ощущала рядом с ним ни капли смущения. После этой ночи она уже не сомневалась, что действительно нравится ему. И что, говоря ей красивые слова, он не льстит, а просто озвучивает свои мысли.

Лит провёл рукой по её лицу, убирая от глаз мешающие пряди, а потом наклонился ниже и легко коснулся губами её губ.

— Пора вставать, моя хорошая, — проговорил он, чуть отстраняясь. — Обед на столе. И мне бы очень хотелось провести его в твоей компании. Увы, времени у нас не так много. Причём дела ждут и тебя и меня.

Он снова погладил её по щеке, и Ори покорно потянулась за этой его лаской, подобно прирученному зверьку.

— Спасибо тебе за эту ночь, — проговорила она, открывая глаза и встречаясь с его мягким взглядом.

— И ты даже на меня не злишься? — с лёгкой иронией поинтересовался он. — Я ведь… снова сделал всё по-своему.

— Теперь не злюсь, — отозвалась она, накрывая его ладонь своей. И добавила, смущённо подбирая слова: — Мне было хорошо с тобой… Я… не знала, что так бывает.

— Может быть ещё лучше, — ответил он. — Но мы с тобой обязательно это узнаем. Правда, не сейчас. И да, Ори, если ты сию минуту не встанешь, то я сам отнесу тебя… под холодный душ. Потому что времени остаётся всё меньше, а нам ещё нужно кое-что обсудить.

Она разочарованно вздохнула и всё-таки поднялась на ноги и направилась в сторону двери в ванную. И провожая взглядом её обнажённую фигуру, Лит с огромным трудом сумел подавить в себе желание пойти за ней следом. Ведь его леди Мираж в своём естественном виде была поистине очаровательна. Ему нравилось в ней всё… каждый изгиб тела, каждая линия и каждый жест. Её светлая кожа казалась ему самым гладким шёлком, а тёмно-красные волосы напоминали дикий непокорённый огонь.

Но не только внешность привлекала в ней Литара, хотя девушка была очень даже симпатичной. Куда сильнее ему нравилось то, что скрывалось внутри. Её воля, характер, упрямство, рассудительность и даже жёсткость, которые странным образом сочетались с поразительной мягкостью и добротой. Раньше, в самом начале их знакомства, Ори казалась ему слишком наивной, но он быстро понял, что как раз наивности в ней давно не осталось. Ведь Ориен, как никому другому была известна изнаночная сторона этой жизни, она на собственном примере знала, какими гадами и негодяями могут быть приличные с виду люди. Да, ей много пришлось пережить, но несмотря на это она всё равно осталась чистой… не запятнала свою душу тёмной ненавистью. Да что говорить о других, если она даже его смогла принять — человека, который фактически сломал ей жизнь.

Когда Ори вернулась в комнату, на ней был надет только его халат, тот самый, который Лит сам вручил ей накануне. Но сейчас, глядя на улыбающуюся девушку, и зная, что под чёрным шёлком больше нет никакой одежды… Лит едва не сорвался. Ориен на самом деле будоражила его душу, заставляла забывать обо всём остальном, хотя сама даже и не подозревала, какую власть над ним имеет.

Она присела за стол напротив принца и, подарив ему счастливую улыбку, принялась за еду.

— Ты хотел что-то обсудить? — напомнила Ори, прекрасно видя в его глазах совершенно неуместные сейчас желания. И пусть они ей искренне льстили и приятно грели душу, но она знала, что сейчас он не может позволить себе расслабиться, поэтому-то и постаралась его отвлечь.

— Да… — отозвался Лит, будто сбрасывая с себя непонятное наваждение. — Ишау прибудут в Эргон послезавтра.

— Ясно, — ответила она, накалывая на вилку кусочек индейки.

— А завтра утром ты будешь сопровождать меня в одной поездке. Передай горничной, чтобы подготовила брючный костюм и тёплый плащ. Там, куда мы отправимся, значительно холоднее, чем в столице.

— Хорошо, — снова согласилась Ори, прекрасно зная, что если он решил взять её с собой, значит так, действительно, нужно.

— И ещё, — на этом моменте он чуть заметно улыбнулся и, поймав её спокойный взгляд, добавил: — Через час ты приглашена на прогулку по городу… точнее по ювелирным лавкам.

— Кем приглашена? — настороженно уточнила Ориен.

— Леди Лиарой Гради.

— Герцогиней? — удивилась девушка. — Ты серьёзно?

— Да. Она пообещала мне, что поможет тебе подобрать украшения, — ответил он. — И даже сказала, что сделает это с огромным удовольствием.

— Но… — попыталась возразить Ориен.

По правде говоря, у неё не было никакого желания находиться в компании этой женщины и нескольких минут, не говоря уже о часах, которые им предстояло провести вместе. Разговаривать с ней… всё время изображать леди, боясь даже случайно нарушить какое-нибудь правило пресловутого этикета.

— Ори, ты мне веришь? — вдруг спросил Лит, откладывая в сторону вилку. — Верю, — даже не задумываясь, ответила она.

— Присмотрись к Лиаре, — сказал он, но тут же поспешил уточнить: — В сознание лучше не лезь, это может быть расценено, как ментальный взлом, что повлечёт за собой ненужные нам проблемы. Просто… пообщайся с ней, расскажи что-то о себе, расспроси её. Только ненавязчиво.

— Но… зачем? Я верю тебе, но, пожалуйста, объясни… — не желала сдаваться девушка.

А он вдруг покачал головой и совершенно честно ответил:

- Я не знаю. Это интуиция… странное ощущение. Можно сказать — уверенность, что вам с ней обязательно нужно подружиться. — Лит снова поймал её непонимающий взгляд и добавил: — Я знаком с герцогиней много лет. Она — давняя подруга Террианы и, на самом деле, хорошая женщина. Как представитель древнего рода Гради, леди Лиара имеет высокий авторитет среди придворных. И такая покровительница, как она, будет тебе очень полезна. Да и… ты ей понравилась.

— Она вчера пыталась меня расспрашивать… — вдруг вспомнила Ори. — Где я училась? Закончила ли я академию?

— Говорю же, ты умудрилась чем-то её привлечь. Но я не заставляю тебя заводить с ней дружбу. Пока она просто поможет тебе подготовиться к встрече ишау. А дальше будет видно.

Несмотря на свой внутренний протест, Ори прекрасно понимала, что отказываться от помощи леди Лиары было бы с её стороны очень глупо. И пусть сама она не испытывала к этой женщине ни каких тёплых чувств, но всё равно согласилась отправиться вместе с ней в город.

* * *

Сегодня Её Светлость герцогиня Градицкая выглядела куда проще, чем прошлым вечером. Её светлые волосы были собраны в простой элегантный пучок на затылке, а изысканное платье заменили тёмные брюки и расшитый серебряными нитями камзол. На тонкой изящной фигуре этой леди сей наряд смотрелся невероятно гармонично, хотя даже в мужском костюме она умудрялась оставаться очень женственной.

Сама Ори предпочла надеть платье — не самое шикарное, но и не совсем простое, прекрасно подходящее для прогулки по ювелирным лавкам. Но даже в нём рядом с герцогиней она самой себе казалась просто сопровождающей её служанкой.

Леди Лиара тепло поздоровалась с девушкой, взяла её под локоть и повела вниз, где во внутреннем дворе их дожидался шикарный белоснежный картел.

— Располагайтесь, Ориен, — сказала она, присаживаясь на сидении напротив своей спутницы. — Нужные нам лавки и находятся не очень далеко, но я всё равно предпочитаю добираться до места с комфортом.

Закрыв дверцу за своей госпожой, водитель занял место впереди и почти сразу привёл их транспорт в движение. А Ори не могла не обратить внимание на то, что за ними тут же двинулись ещё два небольших чёрных картела с королевскими гербами на дверцах.

— Литар очень за вас переживает, — заметила герцогиня, проследив за взглядом девушки. — Даже члены королевской семьи выходят в город с меньшей охраной.

— У этого беспокойства есть причины, — спокойно отозвалась Ори. Но в подробности вдаваться не стала.

Она снова отвернулась к окну, за которым медленно проплывали незнакомые улицы самых богатых кварталов столицы. Поближе к дворцу всегда предпочитали селиться наиболее знатные представители аристократии, и совсем не удивительно, что их дома сами были похожи на жилища королей.

— Не бывали здесь раньше? — спросила леди Лиара, заметив восхищение в глазах девушки. — С точки зрения архитектуры это очень интересный район.

— Я жила в других… частях столицы, — ровным тоном ответила Ориен. Всё же ей было очень сложно говорить с герцогиней. Сказывалась разница в воспитании, да и в социальном положении.

— Наверно ваши родители рады, что их дочь стала ученицей верховного мага, — улыбнувшись предположила женщина, но теперь её улыбка показалась Ори слишком фальшивой. — Это ведь большая честь.

— К сожалению, Ваша Светлость, я не знаю своих родителей, — резко бросила Ори, борясь с собственным странным раздражением. Она вообще не любила говорить о себе и своём прошлом, тем более с малознакомыми людьми. А уж тема родителей всегда была для неё самой больной.

— Простите, — виновато проговорила леди Лиара и хотела уже отвернуться к окну и оставить девушку в покое, но… лишь вздохнула и снова обратилась к Ориен. Вот только тон её голоса теперь стал совсем другим: более простым, мягким. И в нём не осталось ни капли высокомерия. — Глупо. Простите, Ори. Я ведь… знаю, что вы сирота. Сама не понимаю, зачем спросила про родителей. Просто…

Она говорила сбивчиво, что совершенно не соответствовало её образу утончённой аристократки. Именно это и заставило Ориен оторваться от созерцания улицы за окном картела и снова посмотреть на герцогиню.

— Ваша Светлость, не стоит извиняться, — спокойным тоном проговорила девушка. — Я понимаю, что вы просто хотели завести беседу. Я сама виновата, что не смогла поддержать разговор на другие темы. К сожалению, я не самая приятная собеседница. Честно признаться, даже не представляю, о чём мы с вами можем говорить.

— Ори, — протянула женщина, медленно качая головой. В глаза Ориен она упорно старалась не смотреть, будто на самом деле чувствовала себя виноватой. — Вы ведь мне ни капельки не доверяете, поэтому и не желаете идти на контакт. Но я прекрасно вас понимаю. После того, какой приём оказала вам Юнилла, вы имеете на это полное право. Но… вчера вы спасли мою единственную подругу. Поверьте, людей ближе принцессы Террианы у меня в этом мире нет. Поэтому, я считаю себя вашей должницей. Да, Литар попросил меня вам помочь, но я сама очень рада это сделать. И не только оказать вам помощь в покупке подходящих драгоценностей…

Ориен смотрела на неё со странной смесью смятения и зарождающейся симпатии. Что ни говори, а вот такой, без прикрытия маски высокомерия, герцогиня нравилась ей куда больше. Было в ней что-то, вызывающее в сердце тёплый отклик. Наверно именно поэтому Ори и решила хотя бы попытаться наладить их общение.

— Скажите, — спросила она, — а вы давно знакомы с Литаром?

Этот вопрос оказался для её собеседницы немного неожиданным, но она сразу поняла, что это и есть повод начать беседу.

— Да, Ори… я помню его ещё совсем маленьким, — с мягкой улыбкой проговорила леди Лиара. — Когда я появилась при дворе, ему было всего десять. В то время близнецам — Лиссе и Эмбрису исполнилось по восемнадцать, и королева отослала их куда-то из дворца. А роль первого наследника на всех светских мероприятиях досталась Литару. Но он справлялся со своими обязанностями прекрасно. Он даже тогда казался очень сдержанным, воспитанным, серьёзным. Это гораздо позже я узнала, что за этой маской царственного холода скрывается живой ум, яркая импульсивность и невероятная любознательность.

Ори улыбнулась, представив Лита маленьким, и эта её улыбка странным образом отразилась на лице герцогини. Казалось, у неё даже глаза заблестели от такого успеха, и тогда она решила закрепить достигнутый результат.

— Ори, а вы ещё не знакомы с Эркритом? — спросила женщина.

— С сыном кронпринца Эмбриса? — уточнила Ориен. — К сожалению, нет. Да и слышала о нём крайне мало.

— Вам обязательно нужно с ним познакомиться, — воодушевлённо заявила герцогиня. — Представляете, он очень талантливый художник. Ему всего одиннадцать, а он рисует лучше многих признанных мастеров. Да и вообще, Эрки — прекрасный мальчик. Он хоть и похож на Бриса, но по характеру куда больше напоминает Литара. Хотя, наверно, всё дело в том, что они оба — огненные маги.

Дальше их разговор складывался куда проще. С каждой минутой, проведённой рядом с этой женщиной, Ори всё больше проникалась к ней симпатией. И когда леди Лиара предложили им перейти на «ты», девушка согласилась с радостью. Ориен настолько расслабилась, что даже рассказала ей о своей бывшей работе в салоне мисс Дартир, мимо которого они как раз проезжали. А Лиара заметила, что это очень хорошее место, и сама предложила заказать там пару платьев.

Девушка не стала возражать. На самом деле она была очень рада увидеть свою старую работодательницу, с которой когда-то даже попрощаться не успела. Правда сама мисс Дартир, при виде Ориен едва не упала в обморок. Пришлось даже поить её успокоительными каплями, потому что женщина так разволновалась, что долго не могла успокоиться.

Пока хозяйка приходила в чувства, одна из её помощниц предложила клиенткам чай и принесла каталоги. Ори с улыбкой рассматривала уже знакомые ей работы, над некоторыми из которых сама трудилась. Она даже показала Лиаре то платье, которое всегда считала здесь самым красивым, а герцогиня решила, что они теперь просто обязаны его заказать. Присоединившаяся к ним хозяйка сразу заверила, что выполнит работу в самые кротчайшие сроки, и даже пообещала сделать Ориен скидку, но герцогиня заверила её, что это лишнее.

Когда леди Лиара изъявила желание посмотреть готовые наряды и удалилась в соседнюю комнату, где они и были выставлены, мисс Дартир осторожно присела на диванчик рядом с Ориен и всё-таки обняла свою бывшую работницу.

— Ори, деточка, мы так все переживали, когда ты пропала, — причитала она, качая головой. — Тут такие слухи про тебя ходили. Будто всё… убили тебя гады-стражники. Или отправили куда-нибудь… в ссылку на каторгу. Потом Милена твоя рассказала, что всё с тобой хорошо. Что живёшь ты у нашего верховного мага и теперь считаешься его ученицей. У меня тогда даже от сердца отлегло.

— Зря вы волновались, — отозвалась девушка, по-доброму глядя на пожилую хозяйку. — Я на самом деле несколько месяцев жила у Кертона Амадеу. А недавно пришлось переселиться во дворец.

— А я и не знала, что ты маг, — заявила мисс Дартир. — Не замечала никогда за тобой каких-то способностей.

— Да я и сама не думала, что они есть, а вот лорд Амадеу рассмотрел и взял к себе ученицей, — пояснила Ори. И тут же поспешила добавить, чтобы женщина не подумала ничего плохого: — Поверьте, Кертон — очень хороший человек. А его супруга — Беллиса, настоящий ангел. Они были очень добры ко мне.

Тут хлопнула входная дверь, затем послышался какой-то громкий звук, будто что-то упало, а в следующее мгновение в узкой арке между комнатами показалась светловолосая немного взъерошенная девушка в платье, с пятнами от земли на подоле.

— Мили! — воскликнула Ориен, счастливо улыбаясь и поднимаясь навстречу подруге.

Ори на самом деле была искренне рада встретить её здесь. Ей нужно было столько рассказать, стольким поделиться. Хотелось узнать, как дела у самой Милены… И пусть они переписывались, но в последнее время письма стали приходить очень редко. Да и разве может переписка заменить личное общение?

— Ну что ты стоишь столбом? — выпалила Ори, крепко сжимая её руку и широко улыбаясь. — Мы так долго не виделись! Я в городе только третий день, и очень хотела тебя увидеть. Увы, было слишком много дел…

Она говорила, буквально лучась радостью от этой неожиданной, но такой приятной встречи и, казалось, совсем не замечала, что сама Милена продолжает стоять неподвижно и смотрит на неё со странной обидой и даже презрением.

— У входа стражники, — выговорила Мили, глядя в окно, за которым вдоль улицы неспешно прогуливались двое мужчин в чёрной форме с серыми нашивками.

Ориен проследила за её взглядом, но не придала увиденному никакого значения. В последнее время ей приходилось настолько часто видеть сотрудников департамента правопорядка, что она начала воспринимать их как обычных людей. А вот у Мили, судя по всему, после ареста было к ним особое отношение.

— Это охрана, — отмахнулась Ори. — Лит приставил. Но они ребята смышлёные, свою работу знают. Не обращай внимание. Расскажи лучше, как ты живёшь?

Но Милена после этих пояснений только сильнее напряглась. Она даже отошла от Ориен и теперь смотрела на неё, как на настоящего предателя… врага.

— Значит это правда… — протянула она, разглядывая дорого одетую подругу. — Все эти слухи о том, что ты стала фавориткой Его Высочества?

— Правда, — отозвалась Ори, только теперь замечая, что с подругой явно творится что-то не ладное. — Но Мили, разве это имеет какое-то значение? Мы ведь с тобой всю жизнь дружим.

— Имеет! — резко бросила Милена. Она явно была на взводе и даже не пыталась подавить в себе эту непонятную агрессию. — Боги, Ориен, ты ведь из-за него столько пережила! Столько натерпелась. Даже я по его милости провела сутки в камере! А Сит… — она сглотнула и судорожно сжала кулаки. — Сит вообще пропал. Говорят, что его сослали на каторгу. И тоже по приказу твоего принца. Да и вообще, Ори… я не могу поверить, что ты спишь с этим выродком!

— Замолчи! — выкрикнула Ориен, видя в глазах Мили настоящую ненависть. — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь. Ты с ним не знакома! И я никому не позволю при мне оскорблять Литара!

— Дура! — заявила Милена, глядя ей в глаза. — Не думала я, Ориен, что ты так легко продашься. Чем он тебя купил? Роскошью? Дорогими тряпками? Обещаниями? Или ты отдалась ему просто так? Ну что ты молчишь?! Скажи, каково это, быть подстилкой принца?

Этого Ориен уже терпеть не стала. Преодолев разделяющее их расстояние, она замахнулась и ощутимо ударила подругу ладошкой по лицу.

— Мили… — дрожащим голосом проговорила она. — Я не узнаю тебя. Ты сама-то себя слышишь? Откуда в тебе столько желчи? Грязи? Ты ведь никогда такой не была… Когда ты успела так измениться?

— Это не я изменилась, а ты, — злобно выплюнула блондинка. — Прошло-то всего четыре месяца, а ты вон теперь… леди. Вылитая аристократка. Ученица мага… шлюха принца…

Второй раз Ориен её бить не стала, как и говорить что-либо. Увы, это не имело никакого смысла. Сейчас Милена была просто не способна ни услышать её, ни тем более понять. Поэтому ещё раз заглянув в горящие презрением глаза подруги, Ори тяжело вздохнула и направилась к диванчику, где лежал её плащ.

Но стоило ей обернуться, и она столкнулась с напряжённым взглядом герцогини, которая совершенно точно являлась свидетелем всего произошедшего в комнате. И в этот момент Ори стало жутко стыдно перед этой женщиной. За себя, за Мили, за свою беспомощность… Она хотела что-то сказать, как-то объяснить происходящее, но… не нашла слов.

Легко разгадав её состояние, леди Лиара решительно подхватила их вещи, вежливо сообщила мисс Дартир, чтобы заказанные платья доставили во дворец к субботе и, вновь взяв Ори под локоть, сама подтолкнула её к выходу.

Ориен прошла мимо подруги, даже не взглянув в её сторону. А вот сама герцогиня промолчать не смогла. Она остановилась рядом с Миленой, поймала её взгляд и ледяным тоном сказала:

— Молитесь, чтобы об этом разговоре не узнал Его Высочество Литар. Потому что в противном случае, беседовать вам придётся с ним лично. И никто, даже Ориен… даже сами Светлые Боги не смогут вам помочь.

И ушла, не позволив Ори задержаться здесь ни на минуту. А Милена осталась… лишь теперь понимая, что натворила…

Естественно, после такого морального потрясения Ори уже стало совсем не до драгоценностей. Сейчас ей хотелось вернуться во дворец, упасть лицом в подушку или, лучше, уткнуться в грудь Литара и просто поплакать. Всё же она никак не ожидала, что Мили, та девушка, которую она считала сестрой, та, с кем они прошли бок о бок через столько всего, вдруг начнёт бросать ей в лицо такие гадости. И если сначала Ори думала, что Милена говорит всё это только потому что за неё волнуется, но быстро поняла, насколько это мнение ошибочно.

На самом деле Мили просто душила зависть. Она не радовалась за подругу — совсем нет. Её грызло злобное жуткое чувство неправильности, несправедливости. Она не могла принять того, что не она, а какая-то красноволосая выскочка Ори теперь живёт во дворце. В то время как сама Милена вынуждена продолжать зарабатывать себе на жизнь возясь в земле в саду мистера Ритто и торгуя в его лавке.

Ориен и раньше иногда чувствовала в подруге нечто подобное, но тогда они были равны во всём, хотя Мили всегда считала себя куда более красивой девушкой. Но теперь, когда Ори приняла свой дар к ментальной магии, когда всё больше училась его использовать, для неё больше не было секретом истинное отношение к ней Милены. Но… от этого становилось только тяжелее.

Герцогиня молча вывела Ориен на улицу, сама усадила её в картел и строгим тоном отдала распоряжение водителю ехать домой. Правда, как выяснилось позже, под словом «дом» она подразумевала далеко не дворец, а огромный особняк из золотистого камня, стоящий в одном из богатых кварталов столицы. Наверно, будь Ори в другом состоянии, она бы совершенно точно воспротивилась такому самоуправству и настояла на том, чтобы её отвезли во дворец, но сейчас на неё напала такая апатия, что стало попросту всё равно.

— Пойдём, Ориен, — проговорила Лиара, подавая ей руку. — Это мой дом. Не герцогский, а именно мой. И я очень хочу, чтобы ты стала моей гостьей.

Она говорила искренне, ей на самом деле было не всё равно. Наверно именно поэтому Ори и согласилась пойти с ней, несмотря на все опасения.

Герцогиня привела её в небольшую уютную гостиную на третьем этаже. Окна в этой комнате оказались поистине огромными, и из них открывался прекрасный вид на королевский дворец. Лиара сама помогла Ори снять плащ, дала горничной несколько поручений и предложила гостье присесть в кресло.

— Красиво здесь… и как-то хорошо, — проговорила девушка, только теперь начиная приходить в себя.

— Это моя любимая гостиная, — ответила Лиара, с мягкой улыбкой оглядывая комнату и останавливая взгляд на стоящем в углу белом рояле. — Когда мне печально, я прихожу сюда и играю… Становится легче. Музыка вообще обладает поистине волшебной исцеляющей силой.

— К сожалению, я не умею играть, — отозвалась Ори, с грустью глядя на большой рояль.

На самом деле она раньше видела такие только на картинках. И тогда этот инструмент казался ей чем-то невероятным, дорогим, изысканным. Но здесь, в этой комнате, среди всей этой роскоши он смотрелся очень гармонично. Наверно подобные вещи и создавались именно для таких людей, как герцогиня. Для тех, кто привык жить среди богатства и роскоши. А вот Ориен здесь явно было не место.

— Я ведь далеко не аристократка, — бесцветным тоном проговорила девушка, поднимая на Лиару взгляд. — Это не мой мир. Я здесь… словно чёрная клякса на белом фоне.

— Нет, — спокойно, но решительно заявила женщина. — Ты не права, Ориен. Теперь это твой мир. Ты не просто так живёшь во дворце. Ты сильный менталист, каких по словам твоего же учителя, больше нет. Ты… девушка принца. И поверь мне, интерес к тебе Литара далеко не мимолётный.

— Я его любовница! — выпалила Ори, с горькой усмешкой. — Леди Лиара, называйте вещи своими именами. У нас с ним нет будущего. Он принц… а я… сирота… брошенная родителями по неизвестной причине. А хотите правду?! — нервно заявила Ориен, медленно вставая с кресла. Она уже поняла, что банально скатывается в истерику, но остановиться оказалось не в силах. Сейчас ей было необходимо дать волю своим эмоциям, которые разрывали её душу на части. — Рассказать вам, где мы с ним познакомились? Вам ведь интересно… я же вижу по вашим глазам. Так вот… я воровка, Ваша Светлость. Он поймал меня и отправил на каторгу. На пять лет… — проговорила девушка, а ошарашенная герцогиня после её слов мгновенно побледнела и непроизвольно коснулась своей шеи, которую будто сдавили верёвкой.

— Как… почему… — только и смогла выговорить женщина.

— Мне нужно было на что-то жить, что-то есть, а на работу никто брать не хотел, — ответила Ори, отходя к окну. — Друг… попросил помочь ему с прохождением защиты одного богатого дома. Я согласилась. Там-то меня и поймал Сокол. А потом, — она сжала руки в кулаки и, резко обернувшись, посмотрела в лицо ошарашенной женщине, — полгода я провела в поселении каторжников. Потом сбежала. И вот… — она горько улыбнулась и развела руки в стороны, — теперь живу во дворце. Видите, как странно повернулась судьба?

Герцогиня сидела неподвижно и смотрела на девушку с полнейшим непониманием. Вероятно, в её голове никак не укладывалось, как она могла так ошибиться в этой девочке. И Ори видела в её глазах презрение, но что странно, оно было обращено совсем не на молодую гостью…

— Вот так, Ваша Светлость… — попыталась подвести итог Ориен, но герцогиня неожиданно резко её оборвала.

— Не называй меня так! — сдавленно выкрикнула она и сразу же добавила чуть мягче. — Пожалуйста, Ори… мы ведь договорились перейти на «ты».

Её слова повергли девушку в состояние ступора. Она-то ожидала, что леди Лиара после этого рассказа попросту выкинет её из своего дома, но та повела себя совсем иначе. И пока Ориен не успела прийти в себя, герцогиня неожиданно поднялась с места и, подойдя к ней, осторожно взяла её за руку.

— Бедная девочка, — проговорила она тихо, а на её глазах вдруг показались самые настоящие слёзы, которые леди Лиара поспешила сморгнуть. — Как же ты всё это вынесла? Как смогла остаться такой… хорошей, доброй?

— Не знаю, — отозвалась Ори, которой это прикосновение Лиары показалось каким-то до странного знакомым. Но от её руки исходило тепло и, ощущая его, девушка постепенно начала успокаиваться.

— Не переживай из-за подруги, — уверенно сказала герцогиня, уже справившись с собственными эмоциями. — У вас с ней теперь слишком разные жизни. Я понимаю, что она была для тебя близким человеком, но… случается, что даже близкие люди нас разочаровывают. Знаешь… — она отвела взгляд к окну и чуть крепче сжала руку Ориен. — Мне тоже пришлось испытать подобное. Только, поверь, Ори, мне было в тысячу раз больнее. Потому что разочароваться пришлось в собственной родной матери. И вот уже восемнадцать лет мы с ней не общаемся.

Ори удивлённо округлила глаза и уставилась на герцогиню, как на ненормальную. Для неё, — для той, кто жил мечтами о маме, было дико, что кто-то может так просто отказаться от самого родного в мире человека.

— Но почему? — не сдержала вопроса девушка.

— На то есть веские причины, — отозвалась Лиара. Но разглядев глазах Ориен откровенное непонимание, всё же попыталась пояснить: — Ори, она сделала то, за что я никогда не смогу её простить.

Деликатно постучав, вошла горничная с подносом. Она оставила его на чайном столике и тут же поспешила выйти. Но это её мимолётное появление напомнило обеим женщинам, кто они, где и зачем находятся.

— Мой повар готовит удивительно вкусные эклеры, — проговорила Лиара, снова принимая на себя роль радушной хозяйки. — Давай не будем его обижать и попробуем этот маленький шедевр кулинарии. К тому же, сладкое прекрасно поднимает настроение.

Ори согласно кивнула и поспешила вернуться в кресло. Странно, но после этого ответного откровения Лиары ей будто стало легче. Хотя в голове всё равно не укладывалось, как можно отказаться от собственной матери. Даже пробуя хвалёные эклеры и запивая их, несомненно, вкуснейшим чаем, Ориен всё равно продолжала думать о сидящей напротив женщине и проблемах в её семье. Она пыталась представить хотя бы одну возможную причину, для такого серьёзного конфликта, но всё равно не смогла. Все они казались ей недостаточно вескими…

— Ты снова вспомнила о своей подруге? — спросила хозяйка дома, заметив, что её гостья явно о чём-то напряжённо размышляет.

— Нет, — честно ответила Ориен, поднимая на неё взгляд. — Знаете, у меня не было матери. Точнее, была, конечно, правда, я почти её не помню. Но… сейчас, я отдала бы многое, чтобы иметь возможность просто поговорить с ней. А ваша мама… жива, вы знаете, где она, но не общаетесь. Мне сложно это понять.

Герцогиня молчала, рассматривая игру чаинок на дне своей чашки, и тогда Ори решила продолжить.

— Восемнадцать лет… — протянула она, рассматривая ухоженное лицо Лиары. Внешне она выглядела на тридцать пять, не старше. Зеленоглазая, светловолосая, с мягкой улыбкой, эта женщина на самом деле была очень красива… истинная леди, настоящая аристократка. — И что, даже ни разу не разговаривали?

— Нет, — покачала головой хозяйка дома. — Я честно говоря, даже замуж за герцога вышла, только ради того чтобы больше от неё ни в чём не зависеть. А ведь он был старше меня на двадцать восемь лет.

Ори посмотрела на Лиару с сочувствием. Для неё такая разница в возрасте казалась поистине дикой. Невероятно огромной. Наверно все эти эмоции снова отразились на лице девушки, потому как герцогиня легко разгадала ход её мыслей.

— Мы прожили вместе совсем немного, — добавила она, изображая улыбку. — Герцог очень любил женщин и выпивку. Они-то его и сгубили. Так что, Ориен, для меня всё сложилось вполне сносно. Сейчас я вдовствующая герцогиня, наследство от супруга мне досталось вполне приличное, а сама я могу жить так, как хочу.

Слушая её рассказ Ори видела, что Лиара говорит ей далеко не всё, что на самом деле этот брак дался ей совсем не так просто, но с расспросами лезть не стала. А ещё… она всё-таки не удержалась и осторожно влезла в её сознание. Совсем чуть-чуть, с самого края, затронула даже не мысли, а отголоски истинных эмоций, и очень удивилась, поняв, что даже сейчас, улыбаясь и мирно попивая чай, Лиара на самом деле едва сдерживается, чтобы не разрыдаться. И Ориен отчего-то не сомневалась, что именно она является причиной такого её состояния. Хотя объяснения этому так и не нашла.

Больше в разговорах щекотливых и неприятных тем они не касались. Говорили о предстоящем визите заморских соседей, о подготовке к их встрече. Ори рассказала Лиаре всё, что вообще знала об ишау, а та слушала с таким интересом, будто они для неё были, как минимум, волшебными существами. Герцогиня, в свою очередь, поведала ей о том, как обычно проходят встречи иностранных посольств, рассказала, как правильно следует вести себя на таких мероприятиях. И Ори была искренне благодарна ей за такую ценную информацию.

Расстались они только спустя несколько часов, когда день неумолимо начал клониться к вечеру. Да и то лишь потому, что один из сопровождающих Ориен охранников намекнул, что им давно пора возвращаться.

— Жаль, что сегодня мы с тобой так и не купили драгоценности, — проговорила женщина, изображая виноватую улыбку. — Предлагаю завтра всё же посетить лавки ювелиров.

— В первой половине дня я буду занята, — отозвалась Ори, неожиданно вспомнив о том, что Литар говорил о какой-то поездке. — К сожалению, не знаю, во сколько освобожусь.

— В таком случае, я буду ждать тебя здесь, — сообщила хозяйка дома, провожая свою гостью до ожидающего её картела.

— Тогда я очень постараюсь приехать, — заверила её Ориен и уже собралась забраться внутрь, но вдруг снова обернулась к герцогине. — Лиара, мы сегодня много друг другу сказали, но мне очень хотелось бы, чтобы это осталось между нами.

— Об этом, Ори, можно было и не напоминать, — ответила та и снова поймала её руку.

И этот жест… опять показался девушке странно знакомым. Она чувствовала, что есть что-то непонятное в отношении к ней этой женщины. И это наталкивало её на определённые мысли, которыми она решила обязательно поделиться с Литаром.

Глава 6

Рукой ледяной твою душу он трогает

И помнит всё то, что желаешь забыть.

За ниточки нервов жестоко он дёргает.

Ни жить не даёт, ни мечтать, ни любить…

Тебя задавить он жестоко старается,

И сердце твоё зло сжимает в руках.

В сознанье твоём чёрной тенью он мается,

И имя его отвратительно — «страх».

Его две сестры — опасенье и фобия,

Они тебя свяжут, заставят дрожать.

И будешь ты просто пугливым подобием,

Того человека, которым мог стать…

Сегодня Лит снова возвращался в собственные покои очень поздно. Этот день вымотал его жутко, ведь помимо дел своего департамента ему пришлось взять на себя ещё и контроль за подготовкой к встрече ишау, и часть обязанностей Бриса, который покинул дворец ещё днём. И сейчас больше всего Литару хотелось просто упасть в свою кровать, обнять Ори и уснуть. Вот только добравшись до спальни, он с явным раздражением отметил, что его постель… пуста.

В тот же момент Его Высочество решительно развернулся и направился прямиком в комнату Ориен. И пусть девушка давно спала, но сейчас он был настроен слишком решительно, чтобы думать о таких мелочах. Поэтому, подняв спящую Ори на руки, он спокойно отправился обратно к себе. И лишь уложив её в свою постель, с лёгким сердцем отправился в ванную.

Девушка же этих его манипуляций даже не заметила. Сегодня, после столь нервного дня она спала на удивление крепко. И даже когда Литар осторожно влез к ней под одеяло и уже привычно прижал её к себе, никак на это не отреагировала.

Лит честно собирался спать… Но стоило ему ощутить такое приятное тепло её тела, почувствовать под пальцами мягкость кожи, и он мигом забыл, что совсем недавно валился с ног от усталости. Ведь с самого утра мечтал об этой девушке, заставлял себя отвлекаться на другие мысли, не думать о ней, но всё равно думал. И вот сейчас, когда она лежала рядом, он решил, что сдерживаться больше не станет.

Литар будил её нежно. Покрывал поцелуями шею, плечи, спину, ласково гладил её грудь, живот… бёдра. А девушка лишь сбивчиво дышала, борясь со сном, и сама старалась прижаться ближе к своему принцу. Наверно она так до конца и не проснулась, продолжая думать, что это просто до невероятного реалистичное сновидение и потому вела себя с ним абсолютно раскрепощённо. Она очень охотно откликалась на его ласки, сама двигалась к нему навстречу и… принимала его с такой отдачей и страстью, что Лит сам едва не сошёл с ума от тех ощущений и эмоций, что дарила ему сегодня его красноволосая девочка.

Когда позже, она сонная и разомлевшая лежала на его плече, бесцеремонно закинув на него ногу, он вдруг поймал себя на том, что таким удовлетворённым не ощущал себя ещё ни разу. И дело было даже не в физическом удовольствии, совсем нет. Просто рядом с Ори он чувствовал себя совсем не так… даже сам мир начинал казаться ему иным, более правильным, гармоничным. Ему было хорошо с ней, настолько, что в её объятиях он забывал обо всём на свете. О своём департаменте, о проблемах страны, о неприятностях, которые обязательно принесёт визит ишау.

А ещё, он вдруг понял, что Ориен последние две ночи спала без кошмаров. Она больше не просыпалась в слезах, не кричала, не старалась вырваться, борясь с неизвестным призрачным противником. А это могло означать лишь одно, — рядом с ним, с Литаром, она ощущала себя в полной безопасности.

Но даже понимая это Лит всё равно не собирался отказываться от своей затеи, которую собирался претворить в жизнь завтрашним утром. Он хотел, чтобы Ори окончательно отпустила своё прошлое, распрощалась со своими страхами… Но, к сожалению, ей вряд ли понравится то, что он для неё приготовил.

Утро они встретили уже привычно в объятиях друг друга. Проснулись почти одновременно и долго лежали, просто наслаждаясь этим приятным моментом.

— Кажется, вчера я ложилась спать в другой комнате, — проговорила Ори, медленно перебирая пальцами мягкие светлые локоны своего сонного Сокола.

— Давай считать, что тебе показалось, — отозвался Лит, ловя её улыбающийся взгляд. — А вообще, Ори… предлагаю тебе, во избежание подобных ситуаций, сразу ложиться спасть в правильной спальне.

— То есть? — уточнила девушка, приподнимаясь на локте и выжидающе глядя на Литара.

— То есть, Ориен, я хочу, чтобы ты спала здесь. Со мной. Каждую ночь, — уверенным тоном заявил он. — Пусть твоя комната останется закрепленной за тобой, но я хочу, чтобы ты жила здесь. В конце концов, моей гардеробной достаточно места, твои вещи там прекрасно поместятся. И вообще…

— Лит, — девушка чуть заметно нахмурилась и, сев в кровати, отвела взгляд в сторону. — Это ведь… неправильно. Живут с жёнами… а я просто любовница. С такими как я проводят ночи…

Он же в ответ на это её заявление лишь многозначительно усмехнулся и потянул её за руку, заставляя снова лечь рядом.

— Тебе хорошо со мной? — спросил он с самым серьёзным видом.

— Очень, — призналась Ори, не видя никакого смысла врать. — Но…

— Милая моя, в таком случае не стоит обращать внимание на чужое глупое мнение. Для меня важно только то, что думает по этому поводу моя семья, а их такое положение вещей вполне устраивает. Что же касается твоей Милены и её вчерашней пламенной речи…

— Лит… — испуганно выдохнула Ориен. Ведь ей было прекрасно известно, каким жёстким и даже жестоким человеком он мог быть. А Мили вчера наговорила очень много всего, и свидетелей у этого оказалось предостаточно.

— Не волнуйся, жива твоя подруга, — отозвался Сокол. — Хотя, после вчерашнего, я бы не стал её так называть.

— Но… ты же… — попыталась спросить Ори.

— Да, я говорил с ней. Лично, Ориен. И поверь, этот разговор она запомнит надолго, — добавил он холодным тоном. — Но зная, как ты к ней относишься, я позволил ей остаться в столице. Правда, лишь до первого промаха. Так что, если она позволит себе ещё хотя бы одно нелестное высказывание о тебе или обо мне… разговор пойдёт по-другому.

Вот в этом Ори не сомневалась. Хотя, уже сам тот факт, что Сокол (подумать только!) ограничился для Мили предупреждением, казалось Ориен чудом. Милена при всех назвала его выродком, а он… смирился? Простил? Слишком это было не похоже на Литара. Он был слишком мстительным и злопамятным человеком, чтобы просто так спустить это дело на тормозах.

— Скажи мне, — начала девушка, пристально глядя ему в глаза, — чем ей пришлось заплатить за такую доброту с твоей стороны?

Литар же, услышав эти слова, и заметив, как напряжена его красноволосая девочка, лишь иронично улыбнулся и нежно провёл большим пальцем по её губам.

— Ответь, пожалуйста, — проговорила Ори, не обращая внимания на его ласку. — Прости, Лит, но мне очень хорошо известно, на что ты способен.

— Не нужно делать из меня монстра, — спокойным тоном проговорил Сокол. — Твоя Милена жива, здорова, и вообще… Ей плевать на твоё беспокойство.

— И всё, же, Литар. Скажи, — продолжала настаивать Ори.

И тогда он поднялся, набросил на плечи халат и, обойдя кровать, остановился напротив девушки, которая продолжала пристально наблюдать за его передвижениями.

— Ладно, Ори. Я не хотел говорить тебе об этом, но если уж ты так настаиваешь, то слушай, — выпалил Литар, уже понимая, что отмалчиваться бессмысленно. — Она рассказала мне всё… Абсолютно всё, что знала о тебе, Ориен. О каждом твоём страхе, промахе, каждой детской симпатии к приютским мальчикам, обо всём, что смогла вспомнить. Она выдала мне все твои тайны, милая. Каждую… тщательно хранимую. Рассказала о том, что именно случилось в поселении каторжников, как ты, голодая, без денег добиралась до столицы, как возвращалась к жизни после всего случившегося…

Он говорил, хотя понимал, что стоило бы промолчать. Но сейчас ему тоже хотелось выговориться. Ведь до вчерашнего дня он даже не подозревал о том, насколько тяжело пришлось Ори… и по его вине в том числе. Но когда об этом всём ему рассказывала её обозлённая подруга, он едва сдерживался, чтобы не показать, насколько на самом деле ему больно всё это слышать.

А Милена, всё же заметив промелькнувшие в его взгляде истинные эмоции, даже и не думала как-то смягчать свой рассказ. Она очень подробно поведала ему об изнасиловании Ориен — рассказала всё, что знала сама, упомянула каждую гадкую подробность. А видя как остро на это реагирует всесильный бездушный Сокол, решила добавить ещё и про те кошмары, которые мучили Ори каждую ночь.

Лит беседовал с ней больше двух часов, и за это время пережил столько, что едва не сорвался прямо там. Одни Светлые Боги знают, чего ему стоило сдержаться, но он всё равно был благодарен Милене за этот разговор.

— Зачем..? — только и смогла выговорить шокированная Ори. Она смотрела глаза Литару и чувствовала себя поистине гадко. И ладно Сокол, от него чего-то подобного стоило ожидать. Но как могла Милена так просто предать их многолетнюю дружбу. Почему сделала это? За что?

Видя, что Ориен начинает мелко дрожать от растерянности и напряжения, Лит выругался про себя и снова поспешил вернуться к ней.

— Зачем, Литар? — Повторила она, поднимая на него глаза, в которых холодным блеском отражались застывшие слёзы. — Для чего?

— Я должен знать о тебе всё, — ответил он, наклоняясь к её лицу и ловя губами бегущую по щеке слезинку. — Ты бы сама не рассказала. А так… я узнал почти всё, что хотел.

— И что тебе это дало? — выпалила она с вызовом.

— Многое, — отозвался он, крепко её обнимая и целуя в висок. — Прошу, не смотри на меня, как на врага. Ты… очень нужна мне, Ори…

Это признание стало для неё поистине шокирующим. Ведь он говорил честно, на самом деле признавая, что она необходима ему самому, а не его драгоценной стране. Конечно, это не было словами любви, но Ориен всё равно приняла их с невероятным трепетом.

— Ты тоже нужен мне, Лит, — прошептала девушка, касаясь пальцами его щеки.

Он накрыл руку Ориен своей и, поднеся к губам, поцеловал её ладонь. Потом мельком взглянул на большие настенные часы, чуть нахмурился и, подхватив девушку на руки, направился в ванную. К сожалению, нужно было поторопиться, потому что всего через час им обоим предстояло ещё одно важное дело, которое откладывать Литар не собирался.

Вопреки заведённой традиции, в этот раз завтрак им накрыли в небольшой гостиной, тоже считающейся частью покоев Сокола. Вызванная горничная без лишних вопросов принесла Ориен нужный наряд и помогла одеться, сделала хоть и простую, но элегантную причёску и теперь Ори снова превратилась в леди… по крайне мере, внешне.

Литар же сегодня выглядел не совсем обычно. Вопреки своим привычкам, он почему-то надел не серый, а чёрный костюм, уж больно напоминающий форму сотрудников его отдела, разве что без нашивок. Да и рубашку выбрал не белую, а тёмно-серую, какие носили стражники. Почему-то это натолкнуло Ори на мысль, что Лит явно что-то задумал, и она уже собралась спросить, но почему-то… не стала этого делать. Ведь если бы он хотел объяснить, давно бы это сделал, а значит лучше ей пока оставаться в блаженном неведении.

Тем более что именно сейчас она вдруг вспомнила, что хотела поговорить с ним о другом.

— Лит, у меня будет к тебе просьба, — сказала она, медленно размешивая сахар в своей чашке.

— Просьба? — удивился он. — Непривычно слышать от тебя подобное. Если честно, мне даже страшно представить, о чём ты можешь попросить.

Ори прекрасно понимала его удивление, ведь на самом деле крайне редко обращалась к нему за чем-то. Но сейчас была именно та ситуация, когда без него она не справится никак.

— Мне нужно самое полное и подробное досье на леди Лиару Гради, — сказала девушка, поднимая на него уверенный взгляд.

Сокол же оказался настолько поражён, что даже отодвинул в сторону свою тарелку и, сложив руки на столе, внимательно посмотрел на Ори.

— Это несложно, Ориен, — отозвался он, наконец. — Но я всё-таки хочу знать, для чего тебе понадобилась такая информация. Поверь, этой женщине можно доверять.

— Лит… — проговорила Ори, снова опуская голову. — Мы вчера с ней много разговаривали. Я даже рассказала ей, что побывала на каторге, а она… чуть не расплакалась, когда об этом узнала, но даже не подумала меня выгнать. И… мне совершенно точно знакомы её прикосновения… голос.

Вот теперь Литар смотрел на неё с откровенным изумлением. У него не было причин сомневаться в суждениях Ори, но то что она говорила, точнее, на что намекала, казалось ему поистине невероятным.

И, тем не менее, он не стал никак комментировать её слова, да и свои сомнения оставил при себе. Всё это нужно было обдумать, рассмотреть с разных сторон, но сейчас его голова была забита совсем другими вопросами.

— Сегодня не успею, а вот завтра к вечеру у тебя будет вся необходимая информация. Всё, что удастся раскопать, избегая открытой демонстрации интереса, — сказал он, наконец. — Но пока не стоит делать преждевременных выводов.

— Конечно, — согласилась девушка, возвращаясь к своему завтраку. — Кстати сегодня мы с ней снова встречаемся. Она сказала, что будет ждать меня у себя дома.

— Хорошо, Ори, — с улыбкой отозвался Сокол. — Когда закончим с делами, я доставлю тебя прямиком к леди Лиаре. Заодно и сам посмотрю… как она себя с тобой ведёт. Признаться, ты меня заинтриговала.

* * *

Первым, что Ори почувствовала, перешагнув границу портала, стал холод. Там где они оказались, было намного прохладнее, чем в столице, из чего девушка сделала выводы, что они находятся где-то ближе к северным горам. Их с Литаром сопровождали ещё десять вооружённых стражников, среди которых она заметила двух боевых магов. Внешне от других их можно было отличить только по золотистым нашивкам на форме, в остальном же они не выделялись ничем.

Портал, из которого Ори снова вышла с лёгким головокружением, вывел их к высоким металлическим воротам. А спустя мгновение из-за них появился дежурный охранник и, поклонившись Соколу, выдал традиционное: «Служу Карилии и королеве» и только потом распахнул перед ними массивную калитку.

Ориен с любопытством осматривалась по сторонам, стараясь понять, куда же их занесло на этот раз. Отчего-то это место казалось ей смутно знакомым, но девушка всё равно никак не могла понять — почему. Кутаясь в плащ, она шла вслед за Литаром по выложенной камнем дорожке и уже заметно дрожала от пронизывающего холода. Здесь дул поистине леденящий ветер, и девушка была вынуждена сильнее натянуть на лицо капюшон, отчего смотреть по сторонам стало почти невозможно.

— Отвратительная тут погодка, — заметил Лит, подхватывая её под локоть. — Говорят, почти круглый год так.

— Мы надолго? — спросила Ори, поднимая на него взгляд. — Холодно.

— Увы, милая придётся немного потерпеть, — отозвался он, обнимая её за талию, и прижимая к себе. Так на самом деле стало хоть немного теплее. — Сейчас зайдём к старшему, выпьем чаю, пока они всё подготовят. Потом, к сожалению, нам снова придётся немного помёрзнуть. И я бы согрел тебя огненным коконом, но тут… сложно использовать магию. Защита периметра очень сильная, она может принять такой всплеск энергии, как попытку прорыва, и тогда поднимется тревога.

Ори кивнула, хотя толком не поняла, о чём вообще идёт речь. Они уже подошли к двухэтажному каменному зданию, вокруг которого были высажены низенькие ели и, подняв глаза на небольшое крыльцо к которому вели массивные ступеньки, Ориен вдруг с ужасом поняла, почему всё здесь кажется ей таким знакомым…

Накрывшее её чувство можно было назвать только шоком… не иначе. Дыхание сбилось, руки задрожали, а в ногах начала ощущаться предательская слабость. Видят Светлые Боги, это было именно то место из её прошлого, куда она меньше всего хотела когда-либо вернуться. Место, которое она с радостью вычеркнула бы из своей памяти.

— Спокойно, милая, — прошептал Сокол, наклоняясь к ней ближе. — Не паникуй. Мы здесь по делу. Скоро уйдём. Тебя никто не тронет.

Но Ори будто его не слышала. Она смотрела на деревянные двери, выкрашенные в зелёный цвет, и никак не могла отделаться от всё больше накрывающих её воспоминаний. Перед глазами сами собой всплывали картинки гадкого прошлого…

…вот её со связанными руками проводят через ворота… грубо затаскивают в эту самую дверь… и дальше, в какой-то мрачный кабинет…

…вот снова, в который раз, зачитывают приговор… заставляют расписаться в каком-то документе… выдают форму…

«…что сделала эта девочка? — будто наяву слышит она слова поварихи, неизвестно зачем зашедшей к лейтенанту, оформляющему её документы. — Такая молодая, с виду — безобидная, а на такой большой срок…»

«Наши тоже удивлялись, — ответил один из стражников, доставивших её сюда из столицы. — Но говорят, это личное распоряжение Его Высочества. А значит она, действительно, опасная преступница. Будьте с ней построже»

— Ори! — донёсся до неё голос Сокола, но девушка никак на него не отреагировала.

В её мыслях снова начали всплывать обрывки прошлых воспоминаний. Барак, продуваемый всеми ветрами… Форменная одежда, от которой чесалось всё тело… Работа с утра до позднего вечера… разодранные в кровь руки… Наглая морда надсмотрщика, которому плевать, устала она или нет…

— Ориен! — выкрикнул Лит и, кажется, подхватил её на руки.

Она же инстинктивно обхватила его за шею, будто желая спрятаться, защититься. Увы, от её собственных воспоминаний не мог защитить даже он.

Она снова вспомнила тот гадкий вечер, когда одна из соседок по бараку шёпотом сообщила, что для Ори есть письмо, и что человек, у которого оно хранится, сейчас ждёт её у входа в катакомбы. Тогда это показалось девушке настоящим чудом, потому что каторжникам была запрещена любая переписка. Поэтому Ориен и обрадовалась, решив, что это Сит нашёл способ как-то с ней связаться. Дура наивная… Сама ведь пошла. И с лихвой получила за свою наивность.

— Выйти всем! — прорычал Сокол у неё над ухом. Да так грозно, что она вздрогнула и резко вынырнула из своего полуобморочного оцепенения, с невероятным облегчением осознав, что это всего лишь воспоминания.

Послышался быстрый топот ног, захлопнулась дверь и вдруг… всё стихло.

Литар напряжённо прорычал что-то себе под нос и, решительно двинувшись к небольшому узенькому дивану, попытался уложить девушку на него, но… Ориен категорически не желала отпускать своего принца. И вместо того, чтобы покорно прилечь, лишь крепче вцепилась в ткань его плаща.

— Ори… Ты как? — выдохнул он, заметив, что та снова смотрит на него вполне осмысленным, хоть и испуганным взглядом.

На самом деле, он и сам жутко испугался, когда, остановившись перед зданием администрации, она побледнела и начала оседать на пол. А увидев, как в ужасе остекленели её глаза, Лит впервые на своей памяти грубо выругался при подчинённых. Но в тот момент, куда сильнее собственного авторитета его волновало состояние Ориен.

Да, он догадывался, что она будет не рада снова оказаться в том поселении каторжников, где ей пришлось провести полгода, но даже представить себе не мог, что реакция окажется такой жуткой. Даже теперь, когда она начала приходить в себя, её тело продолжало мелко дрожать, а лицо оставалось совершенно белым.

Так как девушка наотрез отказалась его отпускать, Лит сам присел на диван, а её усадил к себе на колени. Она же доверчиво уткнулась лицом в его шею, поймала его ладонь и крепко сжала, только теперь окончательно осознав, что бояться нечего. По крайней мере, пока рядом её Сокол.

Несколько долгих минут они сидели в тишине. Он легко поглаживал её напряжённую спину и размышлял о превратностях судьбы, а она чувствовала его родное тепло, слушала его дыхание и потихоньку успокаивалась. На самом деле Ори сама поразилась своей реакции, и той неконтролируемой панике, что накрыла её, не позволяя сдержать собственные эмоции. Наверно, если бы её предупредили о том, куда именно они направляются, этого бы не случилось. Да… не случилось, потому что она бы ни за что не согласилась сюда прийти.

— Литар… — прошептала девушка. — Объясни…Зачем..?

— Объясню, милая, — ответил он, радуясь тому, что она, наконец, заговорила. — Но только позже, когда ты придёшь в норму.

— Я в норме, — сказала Ори, чуть приподнимая голову и глядя ему в глаза.

Да, сейчас она уже не казалась настолько невменяемой, но и на себя обычную совсем не походила. Её взгляд будто потух. В нём больше не было ни искр, ни теплоты. Теперь в её глазах отражались лишь растерянность и… опасение. И Лит понимал её чувства, но всё равно не собирался отказываться от задуманного.

— В норме? — спросил он, приподнимая уголки губ в лёгкой усмешке. Но она уверенно кивнула, подтверждая свои слова. — В таком случае слезай с моих колен и готовься вести себя как леди. Сможешь? Так нужно.

— Для чего, Лит? — спросила Ори, нехотя отпуская его и усаживаясь рядом с ним на край дивана.

— Для тебя, в первую очередь, — проговорил Литар. А потом, наклонился к её лицу и нежно поцеловал в губы. И после этого поцелуя ей на самом деле стало легче, а темнота жутких воспоминаний будто отступила, напуганная светом её огненного принца.

Он отстранился, ласково погладил её по щеке и, поднявшись с места, скрылся за дверью. А спустя несколько мгновений после его ухода в кабинет вошли двое стражников: старший смотритель этого каторжного поселения и его заместитель. Их обоих Ори прекрасно помнила в лицо, но вот имен не знала. Тогда, в прошлом, ей приходилось встречаться с ними всего пару раз, наверно поэтому и сейчас их появление не вызвало у неё абсолютно никаких эмоций.

Вслед за ними в комнате появилась та самая знакомая Ориен черноволосая повариха. Женщина поставила на стол поднос с чашками и принялась наполнять их ароматным чаем из небольшого чайничка. Она была напряжена и заметно нервничала. Оно и понятно, ведь далеко не каждый день их отдалённое от столицы поселение посещает глава департамента правопорядка.

Лит всё ещё не вернулся, но оба находящихся в кабинете мужчины, вели себя удивительно тихо и даже смотреть в сторону Ориен не решались, не то чтобы заговорить с ней. Для них спутница Его Высочества была тёмной лошадкой, и они пока могли лишь гадать, для чего он вообще притащил её с собой. А вот повариха, наоборот, посчитала своим долгом позаботиться о бедной гостье, которой внезапно стало плохо. Она взяла в руки чашку и уже развернулась, чтобы подать её девушке, и вдруг в буквальном смысле остолбенела.

В прошлом эта женщина была одной из немногих, кто относился к Ори хорошо. Когда-то она не считала зазорным улыбнуться ей при встрече, или положить в её порцию чуть больше кусочков мяса, или незаметно передать маленькое сладкое яблоко. Ориен знала, что её зовут мисс Карми, и что она жена кого-то из офицеров, но лично они даже ни разу не разговаривали.

И вот теперь, увидев, что у несчастной поварихи при взгляде на неё отчего-то дрожат руки, а в глазах отражается настоящее неверие, граничащее с затаённой радостью, Ори вдруг поняла, что даже во время её пребывания в этом месте, далеко не всё было так плохо. И всего от одной этой мысли ей стало гораздо спокойнее и легче. Будто тот жуткий груз из воспоминаний и страхов, что тащился за ней последние два года, в одно мгновение попросту растаял… как утренний туман в тёплых лучах солнца.

— Благодарю, мисс Карми, — проговорила девушка, принимая из рук поварихи чашку. — Я на самом деле жутко замёрзла на этом холоде, и чай сейчас будет очень кстати.

Голос Ориен звучал ровно, спокойно, как и подобает настоящей леди, коей она теперь на самом деле считалась. Но её слова подействовали на женщину странно. Она вдруг сделала шаг назад и уже хотела сделать второй, но именно в этот момент в кабинет вернулся Литар.

Он закрыл за собой дверь и с недоумением посмотрел на застывшую посреди комнаты женщину в переднике.

— Ваше Высочество, это мисс Элена Карми, наш повар, — поспешил пояснить глава поселения. — В прошлом она была неплохим лекарем, поэтому и вызвалась оказать помощь вашей спутнице.

— Благодарю, со мной уже всё в порядке, — великосветским тоном ответила Ори. — Но за чай огромное спасибо.

Лит же, заметив, что Ориен на самом деле чувствует себя гораздо лучше и даже уверенней, чуть расслабился и присел рядом с ней.

Подав ему чашку, повариха поспешила покинуть кабинет, и как только она вышла, Литар, перевёл ледяной взгляд на двоих своих подчинённых и холодным тоном поинтересовался:

— Господа, вам знакомо лицо моей спутницы? — Голос его звучал хоть и спокойно, но в нём проскальзывали такие жуткие нотки, что становилось не по себе.

— Нет, Ваше Высочество, — отозвался заместитель главы. Его начальник тут же в точности повторил эту фразу и для верности отрицательно покачал головой.

И с одной стороны такой их ответ порадовал Сокола, ведь он совсем не хотел, чтобы в Ори кто-то здесь узнал беглую каторжницу. Но с другой — жутко разозлил. Ведь получалось, что оба этих человека и не пытались заниматься выяснением обстоятельств её мнимой гибели, более того, даже не открывали материалы дела, где имелся её большой портрет.

— Господа, сейчас по моему приказу на площади перед зданием собирают всех заключённых и личный состав, — проговорил Лит, строго глядя на своих подчинённых. — А пока… мне хотелось бы послушать ваши отчёты по тому расследованию, которое я поручал вам провести.

После его слов бледность на лицах мужчин стала просто невероятной, и если заместитель главы ещё старался сохранять внешнее спокойствие, то сам старший стражник поселения от волнения даже не устоял на ногах и был вынужден опуститься в своё кресло.

— Ва. Ваше Высочество, — промямлил он, не в силах скрыть дрожь в голосе. — К сожалению, из-за давности произошедшего у нас не получилось выяснить ничего нового. Но мы не нашли причин сомневаться, что она была растерзана дикими зверями…

— Господа, — протянул Литар с ледяной усмешкой, — боюсь, ваши суждения неверны. И та девушка… на самом деле сбежала. После того, как была изнасилована вашими же людьми. А вы, капитан Шиммеро, даже не потрудились провести расследование, — добавил Сокол, глядя на напряжённого главу поселения. — И исходя из всего, что мне стало известно, я считаю, что и вы, и ваш заместитель, больше не можете занимать свои посты. В связи с чем вы должны до завтрашнего утра передать дела по управлению поселением назначенному мной человеку и покинуть это место.

Он перевёл взгляд на второго мужчину, на чьей форме красовались лейтенантские нашивки, и холодным тоном добавил.

— Вы же, лейтенант Грит, будете разжалованы до рядового.

Но тот на слова главы департамента отреагировал странно. Он нервно сжал кулаки и посмотрел на Сокола с неожиданной прямотой.

— И всё из-за какой-то заключённой? — выпалил он со злостью. — Из-за швали, осуждённой сгнить в этих бараках? Да она должна быть благодарна, что на неё вообще обратили внимание наши солдаты.

Ори непроизвольно дёрнулась и поспешила отвести взгляд в сторону. А вот Литар вдруг поднялся и, медленно пройдя по кабинету, остановился в шаге от Грита.

— Знаете, а я передумал, — протянул он обманчиво спокойным голосом. — И с этого момента вы уволены со службы, без права занимать любую должность в государственных учреждениях. Это официально, — добавил Лит и вдруг… замахнулся и резко ударил его кулаком в лицо.

От неожиданности и резкой боли лейтенант отшатнулся и упал на пол. Он пытался зажать повреждённый нос рукой, но кровь всё равно лилась оттуда ручьём, скатывалась по пальцам и капала на деревянный пол. Сам же Литар смотрел на него с высоты своего роста и выглядел при этом всё таким же невозмутимым, будто не имел к происходящему никакого отношения. И только огненные вспышки в его глазах говорили о том, что на самом деле принц в бешенстве.

— Это вам лично от меня, — добавил он всё тем же ровным тоном. — И запомните, Грит, любая женщина, независимо преступница она или леди, всё равно в первую очередь человек, который к тому же, слабее мужчины. А теперь идите вон отсюда, и очень вам рекомендую мне на глаза не попадаться.

Последняя фраза прозвучала как самая настоящая угроза. В ней проскользнули такие жуткие нотки, что передёрнуло даже Ориен. А лейтенант всё же поспешил подняться и, зажимая рукой свой явно сломанный нос, быстро скрылся в коридоре.

Едва Литар успел присесть на диван и сделать всего пару глотков уже успевшего остыть чая, как в дверь постучали. Появившийся перед ним высокий черноволосый мужчина лет тридцати на вид, на чьём мундире красовались золотистые нашивки, сообщил Его Высочеству, что всё готово. Лит же в ответ на это лишь кивнул и с досадой вернул чашку обратно на стол.

— Ори, это капитан Трамли. Он проводил здесь расследование по моему поручению, — представил принц своего подчинённого. Затем повернулся к ожидающему его мужчине и добавил: — А вы, капитан, и без меня прекрасно знаете, кто эта леди.

— Да, Ваше Высочество, — согласился тот, учтиво кивая девушке. И она чувствовала, что он на самом деле знает, какое отношение она имеет к этому поселению, но при этом смотрит на неё с огромным уважением и даже почтением.

— Что ж, — протянул Лит, поднимаясь и подавая руку Ориен. — Если всё готово, тогда идём.

— Куда? — всё же спросила Ори, вкладывая пальцы в его ладонь. По правде говоря, ей совсем не хотелось выходить отсюда. В этом кабинете было тепло, спокойно и… почти не страшно. А вот за его стенами шла совсем другая жизнь. Жизнь… каторги.

— Я буду рядом, — сказал Сокол, так и не ответив на её вопрос. И уже это натолкнуло девушку на самые неприятные предположения. Ведь если он так говорит, значит, ей предстоит очередное потрясение. И это притом, что она ещё от прошлого не совсем отошла.

Когда они вместе покидали кабинет, Литар крепко держал её за руку. Более того, внизу, перед выходом из здания, сам помог ей надеть подбитый мехом плащ, натянул на её голову капюшон. А потом вдруг коснулся её лица, наклонился ближе и совершенно бесцеремонно поцеловал в губы… на глазах у всех своих сопровождающих.

— Ори, ты сильная девочка, — проговорил он так, чтобы могла слышать только она. — И я верю, что сможешь пройти через это. Но мне нужна будет твоя помощь. Ты ведь не подведёшь меня?

— Нет, — едва слышно ответила она, глядя в его серьёзные глаза.

Он видел, что ей страшно, что сейчас она готова согласиться на что угодно, лишь бы только не выходить из этого здания, где её, несомненно, ожидала очередная встреча с прошлым. Но Лит не мог позволить ей сдаться. Не сейчас…

— Ориен, там будут люди, которых обвиняют в серьёзных преступлениях, — пояснил Литар, поправляя на ней капюшон. — У нас есть доказательства их причастности к двум инцидентам. Но я знаю, что подобных случаев было гораздо больше. И мне очень нужно, чтобы на вопросы они отвечали только правду. Чтобы сами признались во всех своих деяниях.

— Я сделаю всё, что от меня зависит, — тихо, но уверенно проговорила Ори, глубоко вздохнув.

Теперь, когда появилась хоть какая-то ясность, ей стало намного легче. Мысли в голове перестали метаться, подобно бешеным пчёлам, и снова почти пришли в норму. И увидев, что она не спешит впадать в панику, Литар снова взял её за руку и решительно направился к двери.

Они вышли на ступеньки широкого крыльца и оказались перед заполненной людьми небольшой площадью. Казалось, здесь собрались все, кто проживал и работал на территории этого каторжного поселения. Все стражники, включая тех, у кого были выходные; все заключённые, даже те, кто в это время должен был находиться на работах. Они стояли большим полукругом в центре которого оставалась свободная зона, и молча смотрели на представшего перед ними Белого Сокола.

— Господа, обойдёмся без пафосных речей и громких приветствий, — начал Литар, обращаясь к толпе. Вот только руку стоящей рядом с ним Ориен так и не отпустил. Его голос звучал спокойно, но благодаря манипуляциям одного из воздушных магов, был прекрасно слышен на всей территории площади. — Вы знаете, кто я. Я же прекрасно знаю кто вы. Мне понятно, что вас беспокоит то, зачем вас собрали, поэтому не будем терять время на лишние слова.

Здесь оказалось очень холодно. Ориен даже заметила, что с неба срываются мелкие снежинки. Вообще она была готова смотреть куда угодно, только не на всех этих людей, собравшихся внизу. Ведь прекрасно понимала — сложись всё иначе, и она бы сейчас стояла среди них… и Лит бы уж точно не держал её за руку.

— Не так давно совершенно случайно мне стало известно, что здесь творится настоящий произвол, — продолжил Сокол, обводя толпу пристальным взглядом. — Я поручил капитану Шиммеро провести расследование, но он, увы, проигнорировал мой приказ, за что сегодня был снят с должности.

После этой фразы по толпе пронёсся гул откровенного удивления, в котором явно ощущалось общее смятение. Но вскоре всё стихло, и взгляды всех присутствующих снова обратились на Литара. Ведь всем им было предельно ясно, что собрал он их здесь, для чего-то более серьёзного.

Но Лит больше ничего говорить не стал. Вместо этого он дал знак одному из стоящих рядом мужчин, — тому самому капитану Трамли, с которым они покидали кабинет главы поселения. Тот же лишь кивнул сделал шаг вперёд.

— Рядовой Вирли, сержант Шиммеро, — скомандовал он, глядя куда-то в сторону. — Выйдите в центр.

А спустя несколько мгновений от толпы отделились двое довольно молодых мужчин в форме стражников и направились прямиком к ступенькам. Они шли спокойно, хотя на их лицах и отражалась некоторая нервозность. Ори же смотрела на них с любопытством, пока не понимая, в чём провинились перед Литом эти приличные с виду парни. Но стоило им подойти ближе, и она дёрнулась так, что едва не упала.

Пальцы Лита крепче сжали её руку, вот только сейчас Ориен почти не почувствовала его тепла. Ведь на сей раз воспоминания нахлынули таким потоком, что сдерживать их оказалось уже почти невозможно. Она будто опять попала в холодные коридоры катакомб, где её ждали эти самые люди. Словно наяву услышала свой собственный крик, вспомнила гадкие усмешки на их лицах… их слова… их удары. Вспомнила, как один из них держал её, пока второй избавлял от одежды… Вспомнила боль…

— Ори, соберись, — тихо, но строго сказал Литар, наклонившись к ней. — Я рядом. А их нужно наказать.

— Да, Лит, — отозвалась она, попросту отгораживаясь от собственных воспоминаний, насильно заталкивая их в самые дальние уголки сознания. Ведь Литар прав — сейчас не время впадать в панику. Ведь она обещала помочь ему, а значит, обязана сделать всё, как надо.

Тем временем оба стражника остановились недалеко от ступенек и выжидающе уставились на вызвавшего их Трамли.

— Вам предъявляется обвинение в превышении своих должностных полномочий, — ровным тоном начал капитан, — в нарушении устава, в жестоком обращении с заключёнными и… в изнасилованиях. Вы признаёте свою вину?

— Нет, — в один голос ответили оба обвиняемых, а вокруг повисла просто удушающая тишина.

— И, тем не менее, у нас есть доказательства и свидетельские показания, подтверждающие вашу виновность, — с уверенным видом добавил их обвинитель.

Они стояли перед ним с невозмутимыми лицами и, судя по всему, были уверены, что ничего серьёзного им не грозит. Именно это и вернуло в сознание Ориен леденящую ясность. Лишь одной мысли о том, что им всё сойдёт с рук, оказалось достаточно, чтобы она окончательно отмахнулась от образов прошлого и решилась на действия. Она осторожно высвободила свою ладонь из руки Литара, и уверенно направилась вниз. Он же, видя её порыв, лишь едва заметно кивнул, но сам остался на месте.

Спустившись со ступенек, девушка сделала ещё несколько шагов и остановилась напротив своих обидчиков. Они же смотрели на неё с откровенным непониманием и даже не думали прятать взгляды. Это-то и стало для них роковой ошибкой.

Когда же особа в чёрном плаще и глубоком капюшоне так же молча развернулась и направилась обратно, все присутствующие на площади оказались искренне озадачены. Но стоило прозвучать первому вопросу капитана, обращённому к обвиняемым, и всё сразу стало понятно.

— Отвечайте, скольких женщин вы принудили к насильственной близости? — спросил он, глядя на них со своего места на ступеньках.

— Восьмерых, — сам от себя не ожидая, ответил рядовой Вирли, и тут же испуганно распахнул глаза и постарался закрыть свой рот руками. — Нет… я не это хотел сказать! — попытался оправдаться он. Но было уже слишком поздно.

— Одиннадцать, — заявил стоящий рядом с ним сержант, чья фамилия удивительным образом совпадала с фамилией теперь уже бывшего главы поселения. Он ошарашено смотрел на друга, и никак не мог понять, как вообще решился сказать подобное?

— Вот и ответ, — с холодной усмешкой бросил Литар. — Подробности вы расскажете дознавателям. Позже. Но ваш приговор я могу озвучить уже сейчас. Если бы вы были обычными подданными королевства, вас бы судил Королевский Суд. Но вы — солдаты, служащие в моём ведомстве, а значит и наказание вам будет назначено именно мной. И я приговариваю вас к десяти годам каторги… именно в этом поселении. Естественно на службу вы больше не вернётесь.

После этих слов к опешившим мужчинам подошли двое стражников из тех, кто прибыл сюда сегодня вместе с принцем, и застегнули на их руках металлические наручники.

К чести обоих арестантов, они приняли свою участь молча. Может, надеялись, что позже удастся как-то уладить это недоразумение, а может просто не желали злить и без того мрачного Сокола. Они даже не пытались оправдываться или сопротивляться, но и в глаза Его Высочеству не смотрели.

— Можете отпускать людей, — сказал Литар, обращаясь к Трамли.

Он снова поймал холодную руку Ориен и зажал её между своими ладонями, стараясь согреть. При этом лицо его оставалось всё таким же хмурым и невозмутимым, а взгляд — поистине ледяным. Лит смотрел в спину арестованным стражникам, и всеми силами старался унять в себе желание уничтожить их на месте. Но в тоже время он прекрасно понимал, что не может позволить себе ничего подобного, хотя не сомневался, что долго эти люди всё равно теперь не проживут.

— Пока не закончится расследование останетесь здесь за старшего, — добавил Литар, поворачиваясь к капитану. — И я хочу знать обо всех нарушениях, которые имели место в этом поселении.

— Будет исполнено, Ваше Высочество, — чётко, по-военному, отозвался тот.

— И ещё, Трамли, — добавил Сокол, глядя ему в глаза. — Выясните имена всех женщин, пострадавших от их деяний, и сократите каждой срок минимум на полгода. Если будут достойные, можете написать прошение на досрочное освобождение и предоставить их мне вместе с отчётами. Думаю, это будет справедливо.

Тот снова кивнул и перевёл взгляд на застывшую рядом с принцем девушку.

— Леди Терроно, — проговорил капитан, галантно поклонившись, — примите мою высочайшую благодарность. Если бы не вы, нам бы пришлось очень долго выбивать из этих подонков признание. А теперь они уже никак не отвертятся.

Ори промолчала лишь едва заметно улыбнувшись уголками губ. А вместо неё снова ответил Лит:

— Капитан, для леди Терроно будет лучшей благодарностью, если её имени не окажется в материалах расследуемого вами дела. Считайте, что она не имеет к нему никакого отношения, — голос Литара звучал хоть и вполне дружелюбно, но в нём всё равно слышались довольно грубые нотки.

— Как вам будет угодно, — отозвался Трамли. Затем снова повернулся к Ори и добавил. — Леди, для меня большая честь познакомиться с вами лично.

— Взаимно, капитан, — отозвалась она, сильнее кутаясь в свой плащ.

На этом их общение закончилось. Лит просто потянул её за собой вниз по ступенькам и уверенно повёл к воротам поселения. Правда, теперь за ними последовали всего двое сопровождающих, а вот остальные, судя по всему, пока остались здесь.

- Вот и всё, милая, — сказал Литар, едва за ними закрылись ворота. — Вот теперь точно всё…

Ори молча наблюдала, как один из стражников активирует арку портала, как она разгорается привычным голубоватым свечением, и почему-то в этот момент подумала, что переходы, созданные Литаром, обычно выглядят немного иначе. В них будто промелькивают мелкие язычки пламени, а этот был слишком чистым, прозрачным и… будто бы неправильным.

— Лит, — позвала она, поворачиваясь к принцу. — Ты обещал, что доставишь меня к леди Лиаре.

— Я помню, — ответил он, — но если ты не возражаешь, мне бы хотелось сначала переместиться во дворец. Да и тебе бы не помешало сменить наряд на более подходящий.

Он уже сделал шаг к мерцающей арке, но Ори осталась стоять на месте, всё ещё не решаясь двинуться за ним.

— Литар, послушай, — она снова перевела взгляд на портал, энергия в котором теперь пульсировала совсем уж странно, и всё-таки решила озвучить свои мысли: — Мне не нравится этот переход. Он меня пугает.

Принц внимательно посмотрел ей в глаза, недовольно поджал губы и всё-таки обернулся к переливающейся арке. И на первый взгляд она действительно выглядела вполне обычно, но…

— Ори, поясни мне, что тебя настораживает? — чуть раздражённо попросил он, снова обращаясь к девушке. — С технической точки зрения всё построено верно.

Но Ориен не стала вдаваться в объяснения. Да и что она могла сказать? Что ей почему-то страшно туда входить? Ведь она на самом деле ничего не понимала в построении порталов. Но тем не менее, следуя странному порыву, вдруг подняла с земли небольшую палку и, замахнувшись, швырнула её в самый центр перехода.

То, что произошло дальше заставило побледнеть даже вечно невозмутимого Литара. Ведь вместо того, чтобы переместиться в пространстве, этот кусок дерева попросту пролетел сквозь сияние и упал с другой стороны. А спустя несколько секунд вдруг полыхнул голубоватым светом и… рассыпался в прах.

— Гаси! — выкрикнул Сокол, указывая на портал, и один из стражников тут же ринулся вперёд, перекрывая потоки энергии, которые никак не желали ему поддаваться.

И только когда арка, наконец, потухла, а на её месте осталась только полоса выжженной земли, Лит повернулся к Ори, медленно выдохнул… и крепко зажмурил глаза. Лишь теперь ему стало окончательно понятно, что если бы не эта девушка, если бы не её видение энергии и вовремя проснувшаяся интуиция, их бы всех уже не было в живых.

— Ваше Высочество! — обратился к нему один из подчинённых. Он сидел на корточках у самой линии бывшего перехода и держал в руках странного вида металлическую пластину. — Эта штука лежала в центре схемы. Не понимаю, как мог её не заметить. Активируя переход, я не видел её… Клянусь.

Но Ори уже чувствовала, что это за изделие. Потоки силы притягивались к нему, как к магниту. А в этом мире существовал только один металл, способный так скапливать и искажать энергию стихий.

— Красная платина… — прошептала девушка, сильнее вцепившись в руку Литара.

— Она самая, Ори, — мрачным тоном отозвался Лит.

Он окинул схему портала напряжённым взглядом, потом поднял лицо к одному из сопровождающих стражников.

— Сообщите о произошедшем капитану Трамли, — приказал он. — Пластину верните на место. Пока не будет произведён тщательный осмотр места, к схеме никого не подпускать. О результатах расследования докладывать мне лично.

Тот лишь покорно кивнул, хотя Ори видела по его глазам, что ему очень хочется высказаться. Но стражник всё же промолчал, и тут же отправился выполнять приказ Сокола. А сам Литар развернулся, притянул к себе Ори и… в одно мгновение перенёс их воротам дома герцогини.

Всё произошло настолько быстро, что Ориен даже растерялась. Нет, она слышала, что некоторые маги могут совершать прыжки в пространстве без начертания схем переходов. Но сама столкнулась с подобным впервые. Да и Литар при ней до этого момента всегда использовал традиционные способы переноса. Она и не подозревала, что он на такое способен.

Наверно все эти эмоции и мысли очень красноречиво отразились на её лице, потому что Литу хватило всего одного взгляда, чтобы понять причину её шока.

— Честно, Ори, впервые получилось, — отозвался он, а на его лице появилась какая-то виноватая улыбка. — Стресс… мать его… — совсем не по-королевски выругался принц. Но тут же поспешил снова взять себя в руки и добавил уже более спокойным тоном: — Всё же осознание того, что едва не умер, странно действует на психику… да и на собственный резерв сил…

— Лит, — Ори легко коснулась его щеки своей холодной ладонью и посмотрела в глаза. — Это ведь было покушением… продуманным.

— Именно, — отозвался он, накрывая её руку своей. — И мы с тобой прекрасно знаем, кто именно может быть причастен к его организации. Схема портала была закреплена и защищена, но кто-то обошёл эту защиту и внёс в неё изменения. Да и металл этот гадкий положили, чтобы мы все уж точно сгорели, — Лит тряхнул головой, будто стараясь отогнать от себя эти жуткие мысли. — Страшная смерть, Ори… А ты снова меня спасла. Нас всех…

— Не думай о плохом, — прошептала она.

И сама потянулась к его губам… и поцеловала. Совсем не целомудренно. А он ответил, и прижал её к себе крепко-крепко, будто боялся потерять. В этот момент никого из них ни капли не беспокоило, что по улице могут прогуливаться знакомые, что кто-то может осудить их за такой откровенный поцелуй при свидетелях.

— Мне нужно во дворец, Ори, — проговорил Лит, чуть отстранившись. — Да и тебя здесь ждут. Я пришлю охрану… Не выходите из дома без них.

Она лишь молча кивнула, прекрасно понимая, что он просто заботится о её безопасности. Но сейчас ей очень не хотелось его отпускать.

— Прошу тебя, будь осторожен, — прошептала она, касаясь губами его щеки.

— Буду, Ори, — отозвался он тихо. — Пойдём, провожу тебя.

Они довёл её до крыльца, сам постучал в дверь, а когда на пороге появился дворецкий и пригласил их войти, Лит подтолкнул Ориен вперёд, а сам наоборот отступил в сторону.

— До скорого, Ори, — сказал он, ловя её полный опасения взгляд. Затем закрыл глаза и… исчез, будто его и не было.

Глава 7

За закатом приходит рассвет,

И день новый опять начинается.

Так и в жизни, — за стенами бед

Двери к счастью всегда открываются.

Как бы ни было сложно — иди.

Как бы ни было больно — старайся.

И пока сердце бьётся в груди,

На своём ты пути оставайся.

Только внутренний свет не туши…

В темноту не ныряй понапрасну.

Мягкий свет своей чистой души

Сохрани… Он не должен погаснуть!

Прямой и какой-то чрезмерно напряжённый дворецкий учтиво принял у Ори плащ и проводил наверх, всё в ту же гостиную, где её принимали в прошлый раз. Он заметно нервничал, — его явно что-то беспокоило, причём настолько, что скрыть это никак не получалось. Но когда они добрались до третьего этажа, девушке стала понятна причина его состояния. На лестнице и у входа в личные покои герцогини дежурили двое стражников, причём, судя по характерным эмблемам на форме — принадлежали эти бравые ребята к рядам королевского полка.

Они окинули Ориен внимательными взглядами, но препятствовать её проходу внутрь всё же не стали. А заметивший это несчастный дворецкий даже вздохнул с облегчением. Вероятно, он очень боялся, что гостью его хозяйки не пропустят внутрь и та устроит скандал. И потому был несказанно рад, что всё обошлось.

— Леди Ориен Терроно, — громко объявил он, распахивая высокие двустворчатые двери и пропуская её внутрь.

— Ори, — с улыбкой поприветствовала её герцогиня и тут же поднялась ей навстречу. — Проходи, пожалуйста. Желаешь чаю?

— Да, благодарю, — отозвалась девушка. Она уже привычно развернулась к тому креслу, где сидела накануне, и только теперь увидела, что оно уже занято.

— Леди Терроно, — проговорил гость герцогини, поднимаясь на ноги и учтиво кивая головой. — Добрый день.

А Ори смотрела на стоящего перед ней мальчика и никак не могла понять, почему он кажется ей настолько знакомым. Она не сомневалась, что видит его впервые, — всё же, несмотря на юный возраст, он обладал очень выразительными чертами, и его внешность просто нельзя было бы не запомнить. Его волосы выглядели совершенно белыми, будто безжизненными. Они чуть завивались и лежали непокорными вихрами, едва прикрывая уши. Длинная непослушная чёлка постоянно норовила упасть на лицо, и он смахивал её, даже не замечая собственных действий. Его глаза имели очень красивый светло-зелёный оттенок, и придавали всему его холодному образу яркой живости. Но что поразило Ори больше всего… это его чуть ироничная лёгкая ухмылка, точно такая же, как у Литара… и королевы.

— Ориен, разреши представить тебе моего друга, Его Высочество принца Эркрита Карильского-Мадели, — с торжественным видом проговорила герцогиня, разглядев её смятение.

А сам мальчик неожиданно поднялся, подошёл ближе и, взяв Ори за руку, совершенно открыто ей улыбнулся.

— Зовите меня Эрки, — сказал он, с любопытством рассматривая красноволосую девушку.

— Тогда и вы зовите меня просто Ори, — отозвалась она, улыбаясь ему в ответ. — И можно на «ты». У нас с вами, Ваше Высочество, не такая уж и большая разница в возрасте.

— Да? А сколько тебе лет? — тут же спросил мальчик.

— Эрки, неприлично задавать подобные вопросы леди, — попыталась осадить его герцогиня, но Ориен только порадовалась такой его бестактности. Всё же этот маленький принц пока был просто ребёнком… Милым, симпатичным и очень любознательным, пусть и имеющим высокий титул.

— Двадцать два, — призналась ему девушка с заговорщическим видом. — А тебе?

— Одиннадцать, — с гордостью заявил он, и тут же заметил: — Ты в два раза меня старше.

— Да, — подтвердила Ори. Несмотря на то, что она видела его впервые, ей очень нравился этот парнишка. В его глазах горел такой яркий огонь чистой и ничем не запятнанной души, что рядом с ним было очень приятно находиться.

— Родители Эрки вчера отбыли из дворца, а он изъявил желание остаться, — пояснила Лиара, глядя на него со странной смесью мягкости и укора.

Сам Эркрит на этот её взгляд ответил поистине обезоруживающей улыбкой, способной растопить и вечные льды северных гор, и снова обратил свой взор на девушку.

— Ори, отец говорил, что ты тоже будешь встречать ишау. А мне, представь, не разрешили, — он состроил на лице выражение обиды и, отпустив руку Ориен, направился обратно к своему креслу. — А так интересно на них посмотреть. Говорят, что у этих людей есть крылья…

Игнорируя правила этикета, он с невозмутимым видом сбросил туфли, подтянул к груди одну ногу и развалился на подушках, подобно ленивому коту.

— Эрки! — снова попыталась повлиять на него герцогиня.

— Ну, леди Лиара, — протянул он, изображая жуткую усталость. — Мы же не во дворце… и вообще, вернитесь на место, я ещё не закончил ваш портрет.

Пришлось хозяйке дома повиноваться, правда при этом она одарила его таким красноречивым взглядом, что Ори не смогла сдержать смешок. Судя по всему, этот мальчишка на самом деле был поистине невыносимым, но вместе с этим до невероятного обаятельным. Да и привилегиями своего титула пользовался без малейших зазрений совести. Вот уж точно настоящий маленький правитель!

Вскоре подали чай, и на некоторое время в гостиной воцарилась уютная мягкая тишина. Эрки сосредоточенно выводил карандашом линии в своём альбоме, герцогиня старалась сидеть неподвижно, а Ориен искренне наслаждалась такой тёплой атмосферой и ощущала, что та тяжесть, которая образовалась в её душе после жутких событий сегодняшнего утра, начинает стремительно таять.

- Эркрит… — проговорила она, с любопытством разглядывая немного взъерошенного и чрезвычайно сосредоточенного мальчика. — Никогда не слышала такого имени.

— В переводе с древнеаргальского, то есть с языка первопредков нашего народа, оно означает «огненный вихрь», — пояснил он, не отвлекаясь от своего занятия. — Правда, изначально меня собирались назвать Эдуардом, в честь прадеда, предыдущего короля Карилии. Но потом маме приснилось, будто меня следует назвать Эркритом. Так я получил имя. А узнал его значение совсем недавно. Кстати, — мальчик отвёл взгляд от рисунка и с интересом посмотрел на Ори. — Твоё имя тоже необычное. Но я встречал его в той книге, где нашёл значение своего. И даже помню, что оно означает.

— Да? — искренне удивилась девушка. — И что же?

— Чистая душа, — с возвышенным видом пояснил мальчик и даже сделал непонятный жест рукой, будто пытался изобразить эту самую чистую душу. — Красиво, да?

Но услышав эту фразу, Ориен вдруг застыла. По её спине пробежал неприятный холодок, а в мыслях тут же всплыло лицо старой предсказательницы, чьи слова так круто изменили её жизнь. Эрки же заметил, что она больше не улыбается, и почему-то тоже нахмурился.

— Тебе не нравится значение твоего имени? — спросил он, виновато глядя на девушку.

— Нравится, — проговорила она, стараясь улыбнуться. — Просто… Не обращай внимание.

— Нет, — упрямо возразил этот до неприличия внимательный и деятельный парнишка. — Расскажи, что тебя расстроило. Может, я смогу помочь? — и самодовольно добавил: — В конце концов, я ведь принц.

Она снова заглянула в его красивые зелёные глаза, перевела взгляд на чем-то обеспокоенную Лиару и вдруг неожиданно даже для самой себя решила ответить правду… пусть и не всю.

— Когда-то, Эрки, на улице ко мне подошла старая женщина, предсказательница, — загадочным тоном начала Ори, желая выдать эту историю, как небылицу или сказку. — Она поймала меня за руку и сказала, что я должна обязательно найти своих родителей. И тогда же добавила, что свет чистой души никогда не должен погаснуть. А теперь, оказывается «чистая душа» — это моё имя. Забавно… — добавила она, хотя даже улыбнуться не смогла, как ни старалась.

— У тебя нет родителей? — удивлённо поинтересовался маленький принц. — Совсем?

— Ну… если верить той женщине, то они у меня есть… — уклончиво отозвалась Ори, — вот только я не знаю, где они.

— Как это возможно? — возмущённо спросил мальчик.

— Такое иногда случается, — мрачным, лишённым любых красок голосом пояснила герцогиня. — Бывает, что родители не могут сами растить своих детей.

— Но почему? — не унимался Эрки. — Объясните мне, леди Лиара.

— По разным причинам.

— Я не понимаю, — возразил мальчик. — Если родители живы, то почему они сами не воспитывают своего ребёнка? Ори, — он снова повернулся к девушке. — Может, они тебя потеряли? Ты не знаешь, где твой дом?

— Нет, Эрки, — сказал Ориен, всё же улыбнувшись, пусть и немного грустно. — Просто… так получилось. Но ведь речь сейчас совсем не об этом, — она перевела взгляд на странно побледневшую хозяйку дома и спросила, желая перевести тему: — Лиара, а что означает твоё имя.

- Летний дождь, — машинально отозвалась та, даже не поднимая глаз.

— Тоже красиво, — заметил мальчик, о чём-то задумавшись. — А «Эрки», кстати, переводится как «огонёк». Мика иногда зовёт меня именно так.

— Мика — это твоя сестра? — спросила девушка, радуясь, что они всё же оставили столь тяжёлую для неё тему.

— Да, Микаэлья. Ей сейчас только шесть, — ответил принц и тут же с откровенной гордостью добавил: — Но она у меня красавица. Говорят, что на нашу бабушку похожа. И у меня уже столько её портретов, что можно завешать стены во всех коридорах дворца.

— Ты так любишь рисовать? — поинтересовалась Ори, всё больше ощущая, как атмосфера в комнате снова становится тёплой и беззаботной.

— Очень, — с честным видом сказал мальчик. — А можно я тебя нарисую? Когда закончу портрет леди Лиары.

— Конечно, — улыбнулась девушка.

— Но… мне совершенно точно понадобятся мои краски… а они остались дома, — размышлял он вслух. — Я прикажу охранникам принести.

Даже не подумав, что исполнение подобных поручений не входит в их обязанности, он встал и направился к выходу, причём обуться при этом не удосужился.

— Судя по всему, попасть в ювелирные лавки нам сегодня снова не удастся, — заметила герцогиня, провожая его обречённым взглядом. Потом повернулась к Ори и с лёгкой улыбкой пояснила: — Эрки стало скучно во дворце, вот он и решил нанести мне визит. Сказал, что хочет закончить портрет. А теперь уже нам вряд ли удастся выйти отсюда до вечера.

— Ну что ж… Значит обойдусь без драгоценностей, — пожав плечами, проговорила Ори.

— Нет уж, — решительно заявила Лиара. — Коль уж мы не можем пойти в ювелирные лавки, тогда пусть они придут к нам. Сейчас всё организуем.

И она на самом деле организовала.

Всего через полчаса перед Ориен уже лежали несколько каталогов самых известных ювелирных домов Эргона, а они с герцогиней с интересом рассматривали представленные в них работы. Это занятие настолько их увлекло, что они даже на обед отвлекаться не стали. Всё что-то обсуждали, рассматривали, и даже пару раз поспорили, обсуждая драгоценные металлы и надёжность оправ для крупных камней. В итоге были выбраны четыре комплекта для вечерних выходов, а так же серьги с чёрными ониксами, и браслет из красного золота, выполненный в виде водного дракона. Он так понравился и Ориен, и Эрки, что герцогиня сжалилась и дала добро на приобретение и его тоже. Хотя всё равно сказала, что не представляет, куда можно такое надеть.

В конце концов, Эркриту, закончившему карандашный портрет леди Лиары, просто надоело ждать, когда женщины закончат рассматривать каталоги, и он решил, что пользуясь моментом нарисует их обеих. Так что теперь пришлось дамам мучиться вдвоём. Правда, герцогиня и здесь нашла прекрасный выход из положения. Она распорядилась доставить им каталоги самых именитых модных лавок столицы, и следующие несколько часов обе леди с интересом изучали представленные там работы, попутно делая заказы. Здесь же имелись и образцы нижнего белья, рассматривая которые Ори постоянно краснела, а Лиара, видя её смущение, только покровительственно улыбалась.

Уже ближе к вечеру, когда картина Эрки была почти закончена, доставили заказанные украшения, и обе женщины с одинаковым воодушевлением принялись открывать футляр за футляром. И глядя на всё это великолепие, Ориен только взволнованно вздыхала. Ведь она прекрасно понимала, что все эти вещи стоят столько, сколько ей в жизни не заработать. Это раньше, когда она брала в руки драгоценности, ей было почти всё равно. Она относилась к ним, как к чужим вещам, дорогим безделушкам, не более. И лишь теперь, понимая, что всё это предстоит надевать именно ей, стала понимать истинную красоту и изысканность подобных изделий.

— Тебе очень идёт, — проговорила герцогиня, застёгивая на шее Ориен колье из белого золота, украшенное россыпью мелких рубинов.

Ори благодарно улыбнулась и, поймав взгляд Лиары, несмело коснулась камней на своей шее. И в этот момент вдруг почувствовала странную непонятую теплоту, вот только её причиной были совсем не драгоценности. Куда сильнее Ориен поразила то, что она увидела в глазах сидящей рядом женщины. Ведь сейчас старшая подруга смотрела на неё с такой гордостью и мягкой нежностью… Так, как, наверно, должна была бы смотреть мать.

В этот момент Ори очень хотела проникнуть в её сознание, и сделала бы это, наплевав на прямой запрет Лита, но… на самом деле ей просто было страшно узнать правду. Наверно, она просто слишком сильно хотела, чтобы её догадки оказались верными, и очень боялась снова разочароваться.

Ориен действительно нравилась эта женщина, — она чувствовала в ней что-то родное, близкое. Ей было приятно проводить время рядом с герцогиней. Да и сама Лиара относилась к ней с искренней теплотой.

— Ори, тебе правда идёт, — оборвал её размышления голос Эрки. — И я обязательно нарисую тебя в этом колье. Только нужно подходящее платье… даже не знаю, может, чёрное?

— Нет, — решительно возразила герцогиня. — Белое. Только белый шёлк… он прекрасно подчеркнёт цвет волос, да и рубины засияют.

— Да! — воскликнул Эркрит, глядя на девушку и широко улыбаясь. — Это станет истинным шедевром!

В этот момент он выглядел настолько воодушевлённым, что не заметить это было поистине невозможно. В его зелёных глазах ярко вспыхивали огненные искорки, что делало его взгляд поистине завораживающим.

Наверное, если бы не появление неожиданного гостя, то этот деятельный мальчик уже отправил бы лакеев герцогини на поиски отреза белого шёлка и тут же приступил к реализации своей фантазии. Он уже даже начал присматривать подходящий фон для новой работы, когда дверь в гостиную распахнулась, и громкий торжественный голос дворецкого объявил:

— Его Высочество принц Литар Карильский-Мадели!

Он проговорил это с таким видом, будто ему выпала честь сообщить о появлении самой королевы или даже кого-то из Светлых Богов. Судя по всему, Сокол виделся ему кем-то вроде недоступного небожителя, и поэтому дворецкий даже не посчитал нужным поинтересоваться у своей хозяйки, готова ли она принять гостя, а просто проводил его до нужной комнаты.

— Леди Лиара, добрый вечер, — с присущей ему строгой учтивостью поздоровался Литар. — Прошу прощения, что явился без приглашения и даже без предупреждения. Каюсь, мне просто хотелось самому забрать от вас Ориен и своего неугомонного племянника.

— Дядя, к твоему сведению, я не неугомонный, а умный, красивый и невероятно талантливый, — с самым серьёзным и даже высокомерным видом возразил ему Эрки. Но потом всё же растянул на губах шальную улыбку, махнул Литару рукой и пригласил подойти ближе. — Смотри лучше, каких очаровательных леди я сегодня целый день рисовал.

Что ни говори, а для своих одиннадцати лет Эркрит был просто до неприличия самоуверенным и самолюбивым. Оно и не удивительно, ведь маленького принца, похожего на прекрасного ангелочка, с самого раннего детства окружали только любовь и восхищение. Он был просто чудным ребёнком, почти всё свободное от учёбы время занимался рисованием, или изучением внутреннего строения картелов под чутким руководством королевских магов-механиков. Стараясь утолить своё неуёмное любопытство, очень много читал, причём совсем не те книги, которые подходили детям его возраста. Но что интересно, самым любимым увлечением Эрки было именно рисование с натуры… прекрасных леди любых возрастов.

С обречённым видом взглянув на воодушевленного племянника, Литар тяжело вздохнул и покорно прошагал к мольберту, стоящему рядом с креслом маленького принца. Но стоило ему взглянуть на картину, которая на самом деле была почти готова, и он попросту опешил, в очередной раз удивляясь поразительному таланту мальчика. Всё же, как художник, Эркрит умудрялся подмечать и отражать в своих работах даже те мелочи, на которые любой другой попросту не обратил бы внимание. И сейчас, глядя на написанное им полотно, Лит не смог сдержать удивлённой усмешки.

— Прекрасно, Эрки, — сказал он, с интересом разглядывая картину. — Как, впрочем, и всегда.

Мальчик лишь кивнул, ни капли не сомневаясь в собственной уникальности и таланте, и перевёл взгляд на сидящую на диване Ори.

— Кстати, Ориен будет позировать мне в этом колье, — хвастливым тоном заявил Эркрит. — Оцени, дядя, ей невероятно идут рубины.

О да, в этом Литар был абсолютно согласен с племянником. Эти камни на самом деле смотрелись на шее его девочки поистине восхитительно и настолько гармонично, что в мыслях вечно невозмутимого Сокола сами собой начали появляться совсем неприличные картинки. И на них Ориен стояла перед ним в этом самом ожерелье… но только совсем без одежды. Такая яркая, но в то же время нежная, немного пугливая… Его Ориен.

— Хм, Эрки, — с сомнением протянул Лит, — а ты спросил у леди Ориен, согласна ли она стать твоей натурщицей?

— Конечно, согласна, — заявил тот, глядя на девушку и лучезарно ей улыбаясь. — Да и как мне можно отказать?

Литар же при этих словах заметно скривился и покачал головой. В такие моменты племянник до жути напоминал ему Эмбриса, — тот тоже иногда в своей самоуверенности мог доходить до абсурда. Но, что удивительно, брату почти всегда всё сходило с рук. А вот Эрки частенько доставалось, причём не от окружающих его людей, а от самой жизни. То с лошади свалится, решив перескочить через высокий забор, то картел разобьёт вдребезги, возомнив себя великим гонщиком. А однажды, решив, что он и так прекрасный маг и учиться ему не обязательно, Эркрит чуть не сгорел заживо в собственной комнате, попросту не сумев укротить свою стихию. Подобных инцидентов происходило великое множество, но судя по всему, самоуверенность маленького принца была явлением поистине неизлечимым.

Лит поймал лучащийся спокойным весельем взгляд Ориен, перевёл взгляд на сидящую рядом с ней леди Лиару и снова мысленно удивился тому, чего раньше не замечал. Хотя, когда бы ему заметить, если двух этих женщин рядом друг с другом он увидел только сегодня. А ведь в них на самом деле имелось очень много схожего. Рост, одинаково стройные фигуры, улыбки… И пусть Ори не хватало грации, гордой осанки, да и уверенности в себе, присущей леди Лиаре, но вот в остальном… Общих черт у них было достаточно, и малыш Эркрит очень ярко отразил это в своей картине.

— Дядя, ты за мной пришёл? — спросил маленький принц, отвлекая его от размышлений.

— За вами с Ориен, — ответил Литар, продолжая задумчиво рассматривать работу племянника. Но в какой-то момент вдруг решительно поднял голову, посмотрел на спокойную герцогиню и спросил: — Леди Лиара, я слышал, у вашего почившего супруга была прекрасная коллекция холодного оружия. Скажите, она до сих пор хранится в этом доме?

— Да, Ваше Высочество, — спокойно подтвердила женщина. — Его Светлость собирал её всю свою жизнь, а после смерти завещал мне. Если вы желаете её увидеть, я с радостью всё вам покажу. Тем более что оружейный зал находится на этом же этаже.

— Я был бы вам очень признателен, — отозвался Литар с вежливой улыбкой. А подойдя ближе и подав ей руку, добавил с лёгкой иронией в голосе: — Жаль только, что мой племянник и Ориен не смогут составить нам компанию…

Услышав его слова, Эркрит уже собрался решительно возразить, но встретив холодный взгляд дяди, быстро понял, что в сейчас правильней всего согласиться. Ори же вообще даже и не думала противиться такому решению Лита. Она уже догадалась, что он просто желает поговорить с герцогиней наедине, а коллекция — всего лишь предлог. Поэтому и промолчала, делая вид, что очень увлечена рассматриванием драгоценностей.

— Я пока сделаю набросок портрета Ори, — нашёлся маленький принц и тут же поднялся с места и направился к девушке, желая усадить её в правильную позу…

* * *

Литару всегда нравилось оружие. Когда-то давно один из преподавателей фехтования рассказывал им с Дамьеном притчу о том, что у каждого клинка есть душа, и что лишь почувствовав её, позволив ей слиться со своей сутью, можно стать настоящим мастером. Сам Лит отдавал предпочтение кинжалам и метательным ножам, но и с клинком обращался виртуозно. У него самого имелась приличная коллекция подобных изделий, среди которых встречались настоящие шедевры. Но герцогская оружейная всё равно произвела на него впечатление.

Сама комната оказалась оформлена в серебристо-синих тонах, и по виду куда больше напоминала гостиную, пусть и крайне своеобразную. На стенах висели резные деревянные стеллажи, на которых располагались самые разные виды холодного оружия: от маленьких метательных звёзд до массивных гаусовскийх сабель. И здесь действительно было на что посмотреть и чему удивиться, но… Лит не позволил себе отвлечься и забыть об истинной причине, по которой пришёл сюда вместе с хозяйкой дома.

Наверно, если бы он не был настолько занят во дворце, если бы у него было больше времени, этот разговор стал бы совсем другим, — более изящным, с завуалированной сутью. В лучших традициях карильских придворных интриганов. Но… уже завтра утром в Эргон должна прибыть делегация ишау, и в связи с этим у Лита имелось просто бесчисленное количество важных дел. Он-то и за Ориен пришёл лишь для того, чтобы хотя бы ненадолго отвлечься от своих забот и проветрить голову.

— Леди Лиара, — начал Литар, снимая с крепления длинную изогнутую саблю и внимательно осматривая тонкую вязь символов на рукояти, — я очень признателен вам за то, что согласились помочь Ориен.

— Я уже говорила, Ваше Высочество, что мне самой приятно ей помогать, — отозвалась женщина, медленно прогуливаясь по залу. — Ори — очень интересная девушка и, мне кажется, мы сможем стать с ней подругами.

Лит кивнул, повесил обратно на место саблю и пошёл дальше к стенду со шпагами.

— Мне известно, что она рассказала вам о том, что полгода провела на каторге, — равнодушным тоном проговорил он, осматривая клинки. — Но вряд ли она сообщила, что едва не оказалась там повторно… причём, не так давно. И снова за кражи, правда, теперь куда более масштабные.

— Нет, она не говорила об этом.

В голосе герцогини появилось едва заметное напряжение, но Лит уже понял, что движется в правильном направлении.

— Возможно, вы слышали о той истории. В конце весны газеты нашего города пестрили заметками о некоем воре… Они называли его «Миражом», — будто рассуждая, продолжил говорить Литар. — Так вот Ориен — и есть тот самый Мираж.

Леди Лиара едва заметно вздрогнула и остановилась, отчаянно стараясь скрыть собственную растерянность. А затем и вовсе поспешила отвернуться, делая вид, что проверяет, насколько качественно горничные вытерли пыль с полок.

— Но важно совсем не это, — продолжил Сокол, прекрасно видя её реакцию. Он потянулся за очередной шпагой и, обхватив пальцами её рукоять, снова повернулся к хозяйке дома. — Ведь Ори не продала ничего из того что украла. Как оказалось, она делала это не ради денег.

— А ради чего? — Чуть дрогнувшим голосом уточнила хозяйка дома.

А Литар изобразил на лице лёгкую усмешку и снова отвернулся к оружию.

— Девочка просто поверила глупому предсказанию, — сказал он равнодушно, будто ему было абсолютно всё равно. — А ведь Ори просто сказали, что ей необходимо найти родителей… иначе жизнь её скатится в бездну, и уверили, что помочь в этом смогу именно я. И, представляете, — он снова посмотрел на побледневшую герцогиню и добавил, растянув на губах надменную улыбку. — Однажды ночью она наглым образом забралась в мои покои и заявила, что вернёт драгоценности, только если я пообещаю найти её отца и мать.

Вот теперь и без того пошатнувшаяся внешняя невозмутимость Лиары лопнула, как мыльный пузырь. Её глаза напряжённо заблестели, дыхание сбилось, а обращённый на Литара взгляд стал поистине пугающим.

— И… что было дальше? — всё же нашла в себе силы спросить она.

— Вам честно? — поинтересовался он.

Но видя, как напряжена стоящая перед ним женщина, понял, что больше нет смысла что-то разыгрывать, ведь и так ясно, насколько сильно всё это её беспокоит.

— Если бы не Кери, её бы уже не было в живых, — серьёзным тоном добавил Сокол. — Всё же со стороны Ориен оказалось непозволительной наглостью ставить мне ультиматумы. Но именно наш верховный маг спас её от моего гнева. Именно он рассмотрел в ней дар к ментальной магии. Именно он увидел в ней ишау.

На несколько секунд в комнате повисло тяжёлое молчание. И если Литар просто снова отвернулся к стенду со шпагами, поочерёдно снимая и рассматривая одну за другой, то леди Лиара застыла на месте, глядя в одну точку и безуспешно стараясь взять себя в руки.

— А сегодня утром Ори обратилась ко мне с просьбой, — продолжил свой монолог принц, так и не дождавшись от герцогини никакого ответа. — Она вообще очень редко меня о чём-то просит. Но в этот раз сказала, что желает получить ваше полное досье.

— Зачем? — хриплым от эмоций голосом спросила герцогиня, глядя на Литара со смесью страха и надежды.

— Она сказала, что вы кажетесь ей знакомой… не внешне, а по ощущениям, — ответил Лит, поворачиваясь к своей собеседнице. — Досье уже готово. Я его ещё не просматривал, но теперь не вижу в этом большого смысла. Мне ответ на её вопрос уже и так известен, и сейчас я говорю всё это исключительно из уважения к вам. Но… завтра вечером, досье будет у Ориен, и, думаю, она найдёт там много интересного.

— Ваше Высочество, — начала герцогиня обречённо вздыхая, — я… не знаю, что вам сказать.

— Ори ведь очень сильный менталист, — добавил он. — Удивлён, что она до сих пор не влезла в ваше сознание. Думаю, девочка просто боится разочароваться.

Лиара снова замолчала, опустив голову, а Лит мельком взглянул на часы, вернул обратно очередной клинок и развернулся к выходу.

— Коллекция оружия вашего покойного супруга, поистине, вызывает восхищение, — добавил он, изображая на лице благодарную улыбку. — К сожалению, меня ждут дела, да и Эрки пора возвращаться.

Он учтиво подставил локоть, за который леди Лиара зацепилась скорее машинально, чем осмысленно. Сейчас она выглядела слишком растерянной, оттого казалась моложе своего истинного возраста и… слишком напоминала Ори.

— У вас есть сутки, — тихо добавил Литар, когда, пройдя по коридору, они остановились перед дверью той самой гостиной, где их дожидались Эрки и Ориен. — Завтра, в это время, я отдам ей досье. И уж поверьте, мои люди умеют собирать информацию, а Ори — сообразительная девушка, и легко сможет сопоставить факты.

Он не стал дожидаться её ответа, — просто толкнул створку и вошёл внутрь. Герцогиня прошла следом, да только даже теперь выглядела слишком бледной и будто бы потерянной.

— Лиара, тебе нехорошо? — взволнованно выпалил Ори, тут же подходя к женщине и беря её за руку.

— Нет, милая, всё в порядке. Просто немного устала, голова закружилась. Со мной такое иногда случается. — Герцогиня попыталась улыбнуться, но в глаза девушке всё равно смотреть побоялась.

А Ориен видела, что та слишком взволнована, ощущала её напряжение и что-то похожее на страх, и ни капли не сомневалась в том, кто виноват в таком состоянии этой леди. Ори нахмурилась и повернулась к остановившемуся у двери Соколу, на чьём спокойном лице играла лёгкая холодная усмешка.

— Лит, — позвала девушка. — Это ведь ты так расстроил леди Лиару.

— Нет, Ориен, — покачал он головой. — Я может и сказал Её Светлости нечто, не очень для неё приятное, но не более того. К самой причине расстройства леди Лиары я не имею никакого отношения.

И Ори знала, что он говорит правду. Литар вообще никогда ей не врал, ведь прекрасно знал, что это попросту бессмысленно.

— Нам пора, — добавил он, подходя к Эрки. — Завтра прибывают ишау, и во дворце уже сейчас творится настоящий хаос из-за подготовки к этому, несомненно, важному событию.

Затем протянул руку Ориен и повернулся к хозяйке дома.

— Леди Лиара, благодарю, что помогли подобрать драгоценности. Согласен с Эркритом, рубины поистине прекрасны, и очень подходят моей очаровательной Ори. Надеюсь, вы будете присутствовать на завтрашнем торжественном ужине в честь наших гостей?

— Безусловно, Ваше Высочество, — ответила женщина бесцветным тоном, потом повернула голову к стоящей рядом с ним девушке и повторила уверенней: — Безусловно.

* * *

Это утро выдалось для осеннего Эргона невероятно тёплым. На ясном голубом небе не было ни единого облачка, а яркое солнце пригревало почти по-летнему. Все, кому сегодня выпала честь встречать ишерскую делегацию, давно поснимали с себя ненужные сейчас плащи и даже подумывали перейти в тенёк, спасаясь от нарастающей жары.

— Мне вот интересно, они все такие же красноволосые, как ты? — тихо проговорил Дамьен, наклоняясь к стоящей рядом с ним Ори.

— Если верить летописям, то да, — отозвалась девушка, поглядывая на Лита, который вместе с Кери и ещё тремя мужчинами что-то обсуждал чуть в стороне. — Думаю, варьируются только оттенки.

— А зрачки? А крылья? — не унимался младший сын королевы, которого просто распирало от любопытства.

Кстати говоря, он сам настоял, чтобы этим утром отправиться встречать гостей вместе с Литаром, просто потому что ему не терпелось посмотреть на ишау. Но сейчас Ориен была искренне благодарна ему за компанию.

Вообще, после знакомства с Эмбрисом и Эркритом, ей стало очень легко общаться с Дамьеном. Он действительно оказался самым простым из всех членов королевской семьи. Политикой интересовался мало, жизнью придворных — ещё меньше. Искренне увлекался архитектурой, и уже успел поведать Ори, что королева одобрила его план нового моста через протекающую через Эргон реку Элиату. Да и он сам воспринимал Ориен, как равную. И что поразило девушку больше всего, в нём совсем не было высокомерия. Будто он не имел к правящей династии никакого отношения, а являлся самым обычным выходцем из среднего класса.

— Один мой приятель работает в министерстве иностранных дел, — проговорил Дамьен, и выглядел при этом так, будто собирается поведать ей настоящую тайну. — Так вот, он рассказывал мне, что политическое устройство в Ишерии несколько отличается от нашего. Государством управляет князь. Он же — глава своего клана, в который входят все его родственники. Кланов у них великое множество. К аристократии относятся высшие кланы, их десять крупных, и больше сотни мелких. За ними на иерархической лестнице стоят так называемые «вторые». Как я понял, это кто-то вроде наших богатых семей, не имеющих титула. Ну а все остальные относятся к тэру — это низшие кланы. Есть ещё армаис — отступники. Это те, кто решил жить сам и ушёл из семьи. Ну, или кого оттуда изгнали.

Ори слушала его очень внимательно. Ей на самом деле было интересно узнать больше об укладе народа, к которому она тоже, судя по всему, имела отношение.

— Значит, я — армаис? — спросила она с лёгкой улыбкой. — Ведь не принадлежу ни к одному клану.

— Получается, что так, — задумавшись, покивал Дамьен. — Но лучше не говори им об этом. Ещё неизвестно, как они относятся к таким девушкам. Фактически ты подданная Карильского Королевства, и просто имеешь черты, схожие с ишау. Может, они и не заметят, что ты одна из них.

— Думаю, всё же заметят, — проговорил подошедший к ним Кертон. — Пойдёмте. Мне прислали весточку, что ишерская делегация в полном составе готовится войти в портал. Они будут здесь с минуты на минуту.

Ориен нервно вздохнула, как перед прыжком в воду, снова положила руку на локоть Дамьена, и они вместе направились к центру небольшой площадки перед зданием Эргонского стационарного пункта переноса. К счастью сегодня он оказался закрыт для обычных перемещений, и поэтому кроме встречающих и стражников здесь не было больше никого.

Помимо верховного мага, двух принцев и Ориен, честь встретить ишерских гостей выпала так же министру иностранных дел Карилии и двум его помощникам. Но охраны для этого события Лит выделил столько, что собравшаяся здесь толпа казалась поистине внушительной.

Когда же из распахнутых дверей здания начали по двое выходить вооружённые красноволосые мужчины, вся многочисленная стража встречающей стороны вмиг взяла площадь в плотное кольцо. И пусть оружие никто из них доставать не спешил, но всем и так было понятно, что при малейшей опасности любой из этих мужчин среагирует моментально.

Ори с любопытством и затаённой надеждой всматривалась в лица ишерских солдат, но к её досаде, ни один из них даже отдалённо не был похож на того, кого она так мечтала увидеть. Ни один не имел даже малейшего сходства с Яро.

Их волосы были коротко острижены, а на шеях виднелись тёмные непонятные рисунки, похожие на татуировки. Их форма оказалась тёмно-синей, и состояла из прямых брюк и застёгнутых по самую шею кителей. Их воинские знаки отличия выглядели как золотистые изогнутые линии. Они изображались на груди и чем-то напоминали маленьких змеек. Мужчины выстроились по обе стороны от выхода, и у тех, кто стоял во главе этих шеренг Ори разглядела по две такие линии, изображённые рядом. Остальные же имели только по одной.

— Мощные ребята, — не смог промолчать Дамьен, шёпотом комментируя увиденное. — Внешне от нас только цветом волос отличаются. Это, как я понимаю, и есть двадцать охранников. А теперь должны появиться сами послы.

И будто исполняя озвученное им желание, на порог вышли ещё четверо мужчин. При их появлении Лит сделал шаг вперёд и, изобразив лёгкий учтивый поклон, обратился к гостям.

- Я — Литар Карильский-Мадели, второй принц Карильского Королевства, рад приветствовать вас в столице моей страны, — проговорил он торжественным тоном.

Самый старший из прибывших послов, которому на вид можно было дать около шестидесяти, спустился со ступенек и остановился в нескольких шагах от Лита.

— Я Хемиэрте Орте Гриан, министр иностранных дел Ишерского Княжества, благодарен вам за приглашение посетить вашу страну.

В его голосе слышалась лёгкая хрипотца, но в остальном он звучал очень уверенно и чётко. Его длинные волосы, в которых заметно виднелась лёгкая седина, были заплетены в какую-то сложную косу, спускающуюся почти до самой талии. Этот мужчина, как и остальные ишерские послы, был одет во всё чёрное. Их костюмы почти не отличались от тех, что было принято носить в Карилии, да и на всём континенте, за тем лишь исключением, что камзолы опускались чуть ниже колен и были щедро расшиты серебряными нитями.

— Разрешите представить вам моего младшего брата принца Дамьена, — продолжил Сокол, указывая на стоящего рядом родственника. В ответ тот чуть поклонился, ничего при этом не ответив. Но, как поняла Ори, на подобных мероприятиях разговор всегда вёлся только между главами делегаций. Остальные же права слова не имели и были вынуждены на протяжении всей процедуры приветствия хранить молчание.

Далее Лит представил всех, кому выпала честь встречать гостей, не считая, конечно, стражников. Но, что интересно, имя Ориен он назвал последним, и от его внимательного взгляда не укрылось, как при этом удивлённо полыхнули глаза старшего ишерца. Тот явно хотел что-то спросить, но всё же промолчал. Возможно, посчитал свой вопрос неуместным, а может просто решил задать его немного позже.

Вместо этого лорд Орте Гриан, поймал внимательный взгляд девушки и, чуть улыбнувшись, кивнул ей. Ори же, даже не касаясь его сознания, почувствовала, что умудрилась чем-то заинтересовать этого представителя ишерской делегации. Хотя и он сам показался ей очень интересным, рассудительным и даже мудрым. Вокруг него будто витала аура спокойной уверенности. Он прекрасно знал, как нужно себя вести. Каждое его слово, каждый жест, взгляд, были продуманы, лаконичны и имели своё определённое значение.

— Ваше Высочество, разрешите представить вам Ренделли Орте Горини, младшего княжича Ишерского Княжества, — проговорил лорд Хемиэрте, указывая на стоящего рядом с ним молодого мужчину. Тот кивнул Литару, Дамьену и, как ни странно, Ориен. Причём, глядя на неё он так загадочно улыбнулся, что Ори просто не смогла не улыбнуться в ответ.

Ренделли оказался довольно высоким, хотя все прибывшие ишерцы были примерно одного роста. Его наряд ничем не отличался от костюмов остальных послов, а длинные огненно-красные волосы были так же заплетены в сложную косу. Внешне он выглядел не намного старше самой Ори. Черты его лица показались ей очень даже привлекательными, пусть и не лишёнными резкости, свойственной всем представителям его народа. Но помимо всего прочего, было в нём нечто такое, притягательное, отчего девушка никак не могла заставить себя отвести от него взгляд. А ещё, она прекрасно видела по его глазам, что это вынужденное молчание даётся ему очень непросто. В княжиче бурлила жизнь, а эти скучные представления уже успели его порядком утомить. Его одолевала жажда действий, а внутренняя энергия настоятельно требовала выхода.

— А это мои помощники, — продолжил лорд Хемиэрте. — Гарсилли Орте Мирд…

Он указал на стоящего за его спиной хмурого мужчину, чьи волосы имели бледно красный цвет и были острижены до плеч. Он выглядел как настоящий войн, а три изогнутые линии на его камзоле, вероятнее всего указывали на какой-то военный чин. Да и глаза этого ишерца показались Ориен слишком внимательными, будто он в любой момент был готов броситься в бой.

— …и Ридьяро Орте Гриан, — закончил представитель посольства Ишерии, указывая на последнего представителя своей делегации.

Ори повернула голову в сторону указанного ишерца и тут же встретилась с холодным взглядом его внимательных серых глаз. Тёмно-красные волосы этого мужчины оказались заплетены в косу, которая доставала до середины спины. Верхние пуговицы его рубашки были расстёгнуты и именно поэтому на шее оказались видны края чёрно-белой татуировки.

Из всех представителей ишерской делегации именно этот человек пугал Ори больше всего. Она чувствовала в нём нечто… какую-то темноту, горечь и даже ненависть. Он с одинаковым равнодушием смотрел на всех представителей Карилии, но единственная девушка среди мужчин встречающей стороны всё же привлекла и его внимание. Да только заглянув в его глаза, Ориен ощутила лишь ледяное презрение. Этот мужчина явно был осведомлён о том, какой статус она имеет при карильском дворе и в постели одного из принцев. И пусть внешне он выглядел спокойно и даже приветливо, но от него веяло таким холодом, что её передёрнуло.

Лит снова заверил гостей, что очень рад видеть их в Эргоне, и пригласил в королевский дворец. После чего ишерцев проводили до больших картелов, стоящих неподалёку. И на этом, к общей радости всех присутствующих церемония торжественной встречи, была закончена.

— А они занимательные, — проговорил Дамьен, помогая Ори забраться в ожидающий их картел, украшенный королевскими гербами. — Особенно княжич. Мне кажется, проще всего будет договориться именно с ним.

— Не думаю, что его слово будет иметь большой вес, — заверил брата Литар. Он присел рядом с Ориен и, только обвив рукой её талию, смог, наконец, вздохнуть спокойно. — Этот Ренделли скорее похож на мальчика, который изъявил желание посмотреть на нашу страну, чем на серьёзного политика. Орте Мирд — тоже явно далёк от дипломатии. Остаются оба Орте Гриан… — продолжил рассуждать Сокол. — Эти — явно близкие родственники, возможно отец и сын. Но если старший старательно делает вид, что готов играть по правилам, то у младшего на лице написано, что он будет вести игру только в своих интересах, наплевав на противников.

— А что может сказать об ишерских гостях наш прекрасный менталист? — поинтересовался Дамьен, переводя взгляд на Ориен.

Девушка спокойно сидела, прижавшись к Литару, и со стороны казалась погружённой в свои мысли.

— Не стоит недооценивать княжича, — проговорила она, глядя куда-то перед собой, будто видела там всех тех, о ком шла речь. — Он старательно играет роль беззаботного повесы, но его взгляд… слишком цепкий. — А вот глава делегации, судя по всему, здесь именно, как опытный дипломат. Второй Орте Гриан… меня пугает. Он смотрит на всех нас с откровенной неприязнью. Думаю, больше всего проблем будет связанно именно с ним. А Отре Мирд… явно военный. Подозреваю, он здесь исключительно для обеспечения безопасности послов.

— Ладно, — подвёл итог Литар. Затем повернулся к девушке и добавил: — После обеда назначены первые переговоры. Ори, ты со мной. Читать никого не нужно, неизвестно как на твоё вмешательство могут отреагировать наши гости. Поэтому, пока будешь просто наблюдать и следить за изменениями магического фона. Увы, появление во дворце ишау вполне возможно заставит активизироваться наших недоброжелателей. Поэтому, нужно быть готовыми ко всему.

Глава 8

Хоть плачь теперь ты, хоть кричи…

Ответам суждено открыться.

Хотела правду — получи,

Но ведь придётся с ней смириться.

Тебе придётся с этим жить,

Знать — кем могла стать, но не стала.

Но прошлого не изменить…

Всё суждено начать сначала.

Вопреки опасениям Литара переговоры проходили довольно продуктивно. Всё началось даже красиво — с торжественного подписания нового мирного договора, который был призван заменить предыдущий… трёхсотлетней давности. Карилия подтверждала согласие на добровольное уничтожение всех месторождений красной платины и любых изделий из неё, но при этом радушно открывала свои границы для ишерских гостей. Они же со своей стороны соглашались на мир между их странами и обещали во время нахождения на территории Карильского Королевства, неукоснительно соблюдать все местные законы.

Договор подписывали Её Величество Эриол и Ренделли Орте Горини, как представитель княжеской семьи Ишерии. И наблюдая за этим действом, Ори наивно подумала, что и дальше всё будет проходить так же гладко, но… глупо ошиблась.

После сей торжественной части королева удалилась, а роль её представителя снова досталась Литару, хотя по всем правилам это место должен был занимать кронпринц, который, к сожалению, до сих пор не объявился.

И началось…

Следующие два часа оказались посвящены ярому обсуждению основных условий торгового договора. Но теперь переговоры проходили гораздо напряжённее. С карильской стороны в обсуждении участвовали Лит и их бессменный министр иностранных дел — барон Камиль Виттар. А вот со стороны ишерцев им упорно противостояли оба лорда Орте Гриан, причём, как предполагал Сокол, именно младший из мужчин оказался наиболее принципиальным и непримиримым. В итоге, так толком и не договорившись, они решили отложить решение по этому пункту на другой день и перешли к вопросу организации посольств.

У Ори от всех этих разговоров и споров попросту разболелась голова. Поначалу она ещё пыталась вникать в суть происходящего, но вскоре предпочла отвернуться к окну, за которым открывался вид на королевский парк, и погрузиться в свои мысли. А как только объявили перерыв, девушка просто не смогла и дальше сидеть на месте. Поэтому, едва открылись двери, она молча поднялась со своего места на одном из диванов расставленных по периметру комнаты и выскользнула на улицу.

Стоило Ори выйти на воздух, и она сразу почувствовала себя намного лучше. Всё же большая политика оказалась для неё поистине утомительной, а по сравнению с душным помещением, парк виделся самым чудесным местом в мире.

Несмотря на тёплую погоду, сегодня здесь было удивительно безлюдно. Вероятно, в связи с приездом ишау, придворных попросту не пропускали на ту сторону дворца, куда выходили двери и окна зала переговоров. Ведь иначе любопытные леди и лорды могли бы ненароком помешать обсуждению важных вопросов, попросту отвлекая своим назойливым мельтешением.

Ори не спеша прошла по одной из извилистых дорожек и присела на лавочку у красивого фонтана, в центре которого располагалась статуя маленькой танцующей девочки. Тонкая струйка воды спокойно лилась из небольшого кувшина, который мраморная танцовщица держала над головой. Голубоватая прозрачная жидкость стекала в большую чашу, выложенную из треугольников чёрно-красного мрамора, создавая свою неповторимую мелодию. Вокруг тихо шуршали ещё не опавшие листья, и было удивительно тихо. Будто это место находилось не на территории королевского дворца, а где-то в глухой глубинке.

— Вижу, не только меня утомили все эти бессмысленные разговоры.

Ориен повернула голову на звук и почему-то даже не удивилась, разглядев в подходящем к фонтану молодом мужчине младшего ишерского княжича.

— Надеюсь, я не нарушу никаких законов этой прекрасной страны, если заговорю с вами? — с лёгкой иронией уточнил он, останавливаясь у высокого борта выложенной мрамором чаши и разглядывая водруженную в его центре скульптуру.

— Нет, Ваше Высочество, — ответила девушка, внимательно следя за его передвижениями. — Хотя правила нашего этикета запрещают молодым незамужним леди оставаться наедине с мужчиной, не являющимся её родственником или опекуном. Но сейчас это не столь важно.

— Хотите сказать, что вам не дорога собственная репутация? — усмехнулся он, оборачиваясь к девушке. — Или вы просто относитесь к подобным правилам с некоторым пренебрежением.

Ори покачала головой и, поймав его любопытный взгляд, совершенно искренне улыбнулась.

— На самом деле всё гораздо проще, — проговорила она. — Я знаю, что вы не позволите себе лишнего в моём отношении, так как это может негативно сказаться на результате переговоров.

— Тоже верно, — хмыкнул княжич, внимательно рассматривая сидящую на лавочке девушку. — Леди Терроно, а ответьте мне на один вопрос. Почему вы присутствуете на заседаниях? Вы ведь не политик и в обсуждениях не участвуете. Не маг… я не чувствую в вас стихийной магии. Мне известно, что вы считаетесь фавориткой принца Литара, но он не похож на человека, который стал бы брать с собой на подобные мероприятия… свою даму.

Он сделал осторожный шаг вперёд и снова встретился с ней взглядами. И, глядя в его ярко-зелёные глаза, Ори непроизвольно… всего на мгновение, попала в его сознание. И обычный человек даже и не заметил бы такого секундного проникновения, но только не он.

— Менталист, — выговорил княжич, растягивая губы в победной улыбке.

В этот момент он выглядел таким довольным, будто разгадал одну из величайших загадок мира. Но что удивило Ориен больше всего, так это его потеплевший взгляд.

— Менталист, — подтвердила она, отворачиваясь к фонтану. — Но на заседаниях присутствую не поэтому. Мне запрещено читать кого-то из вас.

— А у вас и не получится, — самодовольно бросил он. — Наше сознание защищено гораздо лучше человеческого, и поэтому ваши менталисты для нас совершенно неопасны.

— Значит, вы уверены, что я не смогу пробиться в вашу голову? — с интересом спросила она. — Это звучит, как вызов.

— Разрешаю вам попробовать. — Он изобразил шутовской поклон и, подойдя ещё чуть ближе, остановился напротив девушки.

— Хорошо, — легко согласилась она, правда лукавую улыбку сдержать всё равно не смогла. — Но чтобы это не выглядело ментальным взломом, пожалуйста, представьте в мыслях любую картинку. А я вам её опишу. Думаю, этого будет достаточно для эксперимента.

Ориен сама не ожидала, что в ней может проснуться такой странный азарт. Хотя, ещё утром, во время встречи ишерской делегации, едва увидев молодого княжича, она сразу поняла, что в нём есть нечто яркое, будоражащее, заставляющее тянуться к нему. И сейчас Ори на самом деле было приятно его общество. Ей нравилось с ним разговаривать, шутить… Она не чувствовала в нём ни грамма высокомерия. Да, он играл с ней и даже не пытался этого скрывать, но девушка отлично понимала его игру и с интересом принимала в ней участие.

— Согласен, — ответил Ренделли, а в зелени его глаз вдруг появились серебристые искорки, похожие на капли росы блестящие в лучах утреннего солнца.

На мгновение он изобразил задумчивость и вдруг кивнул, подтверждая, что готов начать. А Ори снова поймала его взгляд и, уже не страшась быть обнаруженной, погрузилась в его сознание.

Почему-то она не сомневалась, что он представит нечто подобное… но всё равно не ожидала увидеть столь откровенную фантазию. А в мыслях княжича они с ним стояли на этом самом месте и страстно целовались. Причём Ренделли в своём видении даже и не думал сдерживаться. Одной рукой властно прижимал её к себе, не позволяя отстраниться, в то время как вторая его ладонь наглым образом поднимала её юбку…

— Да, Ваше Высочество, — проговорила она, разрывая контакт. — Видимо я ошиблась, посчитав, что в вашей компании могу не опасаться за свою честь. Но теперь…

На мгновение в его глазах отразилось недоверие и нечто похожее на сомнение. Судя по всему, он сильно сомневался, что его собеседнице удалось что-то рассмотреть.

— С нетерпением жду вашего описания, — проговорил он, переплетая руки перед грудью.

— Что ж, — отозвалась Ори, легко улыбнувшись. — В своих мыслях вы позволили в моём отношении нечто из того, о чём леди с малознакомыми мужчинами говорить не должна. Но коль у нас с вами получился спор…

— И что же я себе такого позволил? — иронично поинтересовался княжич.

— Поцелуй… причём далеко не целомудренный. На этом самом месте. Только вокруг стояла ночь… — добавила она задумчиво. — И на мне было надето красное шёлковое платье… которое вы, судя по всему, собирались с меня снять.

После этих слов его лицо перекосило настолько, что Ори не смогла сдержать смешок. Она видела его удивление, ощущала смущение, и всё же не сумела промолчать. Он был ей слишком симпатичен, чтобы она могла наслаждаться тем, как его мучает совесть.

— Бросьте, Ваше Высочество, — сказала девушка, открыто улыбнувшись. — Смущение — не ваш конёк. У вас плохо получается его изображать. Хотя… поздравляю, вы мастерски вычислили во мне сильного менталиста.

Но он и не думал улыбаться в ответ. Вместо этого смотрел на сидящую на лавочке девушку с откровенным неверием, а потом вдруг сделал ещё шаг вперёд и протянул ей раскрытую ладонь.

— Леди Терроно, прошу вас, дать мне вашу руку, — он проговорил это таким серьёзным и даже напряжённым тоном, что Ори стушевалась. Но, тем не менее, отказывать ему не стала. Она чувствовала, что он желает что-то проверить и почему-то была уверена, что для неё это не опасно.

— А не хотите объяснить, для чего? — уточнила Ориен, правда, руку ему всё-таки подала.

Но стоило ишерцу обхватить холодными пальцами её ладонь, и Ори вздрогнула. То, что она почувствовала едва их руки соприкоснулись, иначе как тёплым вихрем не назовешь. Он был похож на дуновение ветра, только ощущался внутри… будто под кожей. Её собственная энергия вдруг в одно мгновение пришла в активное состояние, какое бывало, когда она призывала крылья. И Ори чувствовала, что они готовы вырваться… раскрыться, даже против её воли, но что-то их останавливало. Будто этого импульса оказалось недостаточно, хотя не хватило ему самой малости.

Ориен напряжённо вглядывалась в глаза стоящего рядом мужчины, с удивлением замечая, как вытянулись его зрачки. Хотя, по изменившемуся зрительному восприятию, она поняла, что и сама теперь мало похожа на обычного человека.

— Вы меня удивили, леди Терроно, — проговорил княжич, всё же отпуская её и отходя назад. — По правде говоря, я никак не ожидал встретить в Карилии, да ещё и в королевском дворце нашу девушку. Вы ведь ишау… как и я.

Ори кивнула и снова присела на лавочку.

— Мой отец был ишерцем, — сказала она, не видя никакого смысла скрывать.

— Был? — уточнил он. — Надеюсь, он жив?

— Я тоже на это надеюсь, — с горькой усмешкой проговорила девушка. — На самом деле, Ваше Высочество, я выросла в приюте. Ни матери, ни отца никогда не видела. Так что и о себе почти ничего не знаю, — она покачала головой и вдруг добавила. — По правде говоря, вы — первый представитель расы ишау, с которым я говорю.

Он же смотрел на неё с откровенной растерянностью. Снова вглядывался в черты её лица, разглядывал цвет волос, оттенок радужки… Будто пытался понять, на кого она может быть похожа.

— У нас так не принято, — сказал он, чуть качая головой. — Даже если оба родителя ребёнка погибают, его забирает кто-то из клана. В Ишерии нет приютов… поэтому для меня дико слышать это от вас.

— Я не знаю никого из родственников, Ваше Высочество, — ответила ему Ори. — Всё, что мне осталось от родителей — это кольцо из какого-то чёрно-белого сплава.

Вот теперь глаза Ренделли округлились ещё сильнее. Вероятно, ничего подобного он услышать просто не ожидал.

— Такое? — спросил, протягивая к ней левую руку, на безымянном пальце которой был надет точно такой же перстень.

Ори оказалась настолько удивлена увиденным, что сама взяла его за запястье, ошарашено рассматривая изображённые на перстне знаки.

— Да, — проговорила, охрипшим от волнения голосом. — Очень похоже.

— А вот это, леди Терроно, в корне меняет ситуацию. Ведь такие перстни являются родовыми, причём носят их исключительно мужчины высших кланов, — заметил он, продолжая разглядывать девушку. — Но я не могу ничего сказать, пока не увижу его своими глазами. Покажете?

— Покажу, — кивнула Ори. — Он ведь правда, очень похож на ваш… Даже рисунок такой же. Только на этом изображено два круга, а на том — один. А буквы те же.

Он ошарашено моргнул и хотел уже что-то сказать, но в этот момент на прилегающей аллее показался стражник. Заметив Ори и ишерского княжича, он уверенно чеканя шаг подошёл ближе, изобразил поклон и сообщил, что их обоих очень ждут на заседании, которое начнётся с минуты на минуту.

Ишерец ответил ему сдержанным кивком, учтиво подставил Ориен локоть, на который она благодарно положила руку, и повёл девушку обратно.

— Леди Терроно, а могу я пригласить вас на прогулку после ужина? — галантным тоном поинтересовался Ренделли, неспешно шагая по аллее парка. — Вы бы показали мне перстень, и мы могли бы закончить наш разговор.

— Благодарю за приглашение, Ваше Высочество, но, к сожалению, я не могу ничего вам обещать, — с виноватым видом ответила девушка. Она не хотела давать ему ответ, не поговорив с Литом.

— Понимаю, — сказал её спутник, изображая на лице лёгкую усмешку. — Но всё же буду надеяться, что мы сможем с вами продолжить беседу. Если того требуют правила, возьмите с собой компаньонку.

Они как раз подошли к распахнутым дверям зала, и ишерский княжич учтиво пропустил её вперёд. Вот только первым, что Ори увидела, войдя внутрь был раздражённый взгляд непривычно холодных глаз Литара. Ориен чувствовала, что он злится, причём именно на неё, и рада была бы подойти ближе, обнять, объяснить, где была, но Лит отвернулся и направился к своему месту за большим овальным столом…И за всё время, сколько длились эти переговоры, больше ни разу не посмотрел в её сторону.

* * *

Этот день на самом деле стал для Литара очень сложным. Он хоть и являлся принцем, сыном королевы, но большая политика никогда его не увлекала. Вот Брис на самом деле был прирождённым правителем и дипломатом. Возможно, если бы он присутствовал сегодня на переговорах, то договориться с ишерцами оказалось бы гораздо проще. Но, увы, Эмбрис не появился, а сам Литар всё же был вынужден признать, что без помощи не справится. Именно поэтому во время первого перерыва отправил отцу записку. И пусть лорд Мадели все последние годы занимался исключительно делами внешней разведки, уступив обязанности первого королевского советника Брису, но на просьбу Лита всё равно откликнулся. И с появлением за столом переговоров Кая дело пошло гораздо быстрее и продуктивнее.

Литар же только удивлялся поразительной изворотливости своего родителя. Вот уж кому на самом деле стоило встречать делегацию заморских гостей. Всего за час лорд Мадели умудрился непонятным никому образом завоевать симпатию старшего лорда Орте Гриан, вовлечь в обсуждение княжича, который до этого предпочитал просто слушать, а с Ридьяро вообще наладил почти дружеское общение. Четвёртый представитель их посольства на заседании не присутствовал, но Литар не сомневался, что отец легко смог бы договориться даже с таким хмурым воякой, как тот.

За час до торжественного ужина, деятельный лорд Мадели предложил завершить обсуждение, а все неоговоренные вопросы перенести на следующий день. Но никто даже не подумал ему возражать, да и не имелось в этом смысла, ведь всем было понятно, что за один день ничего решить всё равно не удастся, и переговоры, так или иначе, затянутся минимум на неделю.

Литар, услышав, что это жуткое мучение подошло к концу, едва ли не первым поднялся из-за стола и направился к выходу, но не успел даже переступить порог, когда его окликнул кто-то из ишерцев.

— Ваше Высочество, прошу вас уделить мне несколько минут вашего драгоценного времени, — проговорил подходящий к нему княжич. И как бы Литу ни хотелось сейчас уйти, но ответить отказом столь высокому гостю он никак не мог.

— Конечно, — спокойно отозвался он, и тут же предложил: — Давайте я провожу вас до гостевого крыла через парк. И мы сможем спокойно побеседовать.

— Это было бы замечательно, — согласился Ренделли, изображая на лице благодарную улыбку.

Уже выходя их зала, ишерец на мгновение обернулся, нашёл взглядом явно чем-то расстроенную Ори и вдруг подмигнул ей. И почему-то именно этот его странный жест заставил девушку напрячься настолько, что она едва не сорвалась вслед за ними, хоть и понимала, что этого нельзя делать ни в коем случае. Лишь невероятным усилием воли Ориен всё же заставила себя остаться на месте, а потом покинуть зал вместе со всеми. И пусть внешне она старалась сохранять спокойствие, но в её душе творился настоящий ураган из противоречивых эмоций. Ведь она не знала, чего можно ожидать от княжича, хоть и не сомневалась, что Лита он вызвал на разговор именно из-за неё. Но кто может ответить — зачем он касался её руки? О чём узнал? Что он вообще мог наговорить о ней Литару? И Ори, на самом деле, сейчас было страшно… и больше всего другого она боялась потерять своего Сокола. Боялась, что он может от неё отказаться.

А в это самое время Литар вместе с его ишерским визави покинули здание дворца и направились по одной из аллей, ведущей к гостевому крылу.

— Дабы не ходить вокруг до около, скажу прямо, — начал красноволосый, внимательно наблюдая за реакцией Лита на свои слова. — Мне интересна леди Терроно. Я знаю, что она ваша фаворитка, как и то, что без вашего позволения она даже разговаривать больше со мной не станет. На самом деле, мы встретились с ней случайно и перекинулись всего несколькими фразами.

Лит слушал его молча, уже догадавшись, что этот Ренделли далеко не просто так завёл этот странный разговор.

— Я был очень удивлён, узнав, что она тоже ишау, — продолжил княжич, с интересом разглядывая парк. — Но ещё более меня поразил тот факт, что она росла в приюте. Подобное для нашей культуры поистине непостижимо. Я… могу помочь разыскать её отца, но для этого мне нужно узнать больше о самой леди Терроно. Именно поэтому, Ваше Высочество, прошу у вас позволения встретиться с ней сегодня вечером. Если хотите, можете присутствовать при нашем разговоре.

— Почему вы хотите ей помочь? — спросил Литар, замедляя ход и тем самым вынуждая своего собеседника остановиться. — Вы ведь видите её впервые.

— Всё просто, — развёл руками княжич. — Кем бы ни был её отец, он точно принадлежал к одному из высших кланов. Мне же очень любопытно, к какому именно… У неё сильная кровь, а значит и линия рода близка к княжеской. Но мы с ней если и родственники, то, определённо, дальние.

Лит слушал его с искренним интересом. Он внимательно ловил каждый жест, каждую эмоцию ишерца, но пока тот ничем не показал, что хочет навредить. Совсем наоборот, весь его вид выражал искреннее участие и желание помочь.

— Ренделли, мы с вами равны по статусу, поэтому предлагаю обойтись без официальных обращений, — ответил, наконец, Сокол. Правда, выражение его лица при этом всё равно оставалось таким же серьёзным и совершенно бесстрастным. — Скажу вам честно, Ориен мне очень дорога. Но на её судьбу выпало немало плохого, поэтому я позволю вам общаться только при одном условии — если вы дадите слово, что не сделаете ничего, что могло бы её огорчить.

Княжич удивлённо хмыкнул, но вдруг улыбнулся и спросил:

— Мне почему-то казалось, что вы попросите гарантий того, что я не позволю себе в её отношении ничего лишнего. Она, всё-таки, ваша женщина.

— Но не жена, — хмуро бросил Литар.

— То есть, вы хотите сказать, что если я вдруг начну оказывать леди Терроно знаки внимания, вы спокойно это примите? — поинтересовался Ренделли и, судя по его виду, сам не верил в то, что говорил.

— Нет, — честно ответил Лит, медленно качая головой. — И если подобное произойдёт, я буду говорить с вами по-другому. Не как политик, а как мужчина. Да, я не могу приказать Ориен быть со мной, но и отпускать её не намерен. Поэтому, если вы не желаете испортить отношения между нашими странами…

— Пожалуйста, не продолжайте, — с усмешкой произнёс его ишерский собеседник. — Могу вас уверить, что в отношении леди Терроно буду вести себя очень учтиво и целомудренно. Слово княжича.

— В таком случае я не стану препятствовать вашему общению, — ответил Литар, сдержанно ему улыбнувшись. — И, конечно, буду благодарен за любую помощь в поиске её отца.

* * *

Время шло… а Литар всё не появлялся.

С каждой минутой ожидания Ориен нервничала всё сильнее, хоть и пыталась внушить себе, что всё будет хорошо. Она ведь не сделала ничего предосудительного. Подумаешь, перекинулась парой фраз с ишерским княжичем, это ведь не преступление. Правда, если судить по тому взгляду, которым встретил её Сокол после их возвращения, у него по этому поводу было совсем другое мнение. Да и неизвестно, что мог наговорить ему Ренделли…

Если поначалу Ори просто нервно мерила шагами спальню, то вскоре всё же поняла, насколько это глупо и бессмысленно. Хотя, наверно, если бы не её горничная, то за всеми этими метаниями Ориен бы просто не успела подготовиться к предстоящему ужину.

К счастью деятельная Алисиния сразу заметила, что её госпожа не в себе, потому и не стала с ней особенно церемониться. Она почти силой затащила Ори в ванную комнату, шустро помогла ей раздеться, влезть в воду и только потом отправилась подбирать нужный наряд. Благо, по распоряжению Литара все вещи Ориен ещё накануне перенесли в его гардеробную, и теперь несчастной горничной больше не нужно было постоянно бегать в спальню Ориен.

После Алис помогла Ори одеться, соорудила на её голове изысканную причёску, и уже потянулась за футляром с драгоценностями, но девушка остановила её, заверив, что дальше справится сама. С этим горничная спорить не стала. Поклонившись хозяйке, она собрала расчёски и оставшиеся заколки, и вышла из комнаты.

Как только за ней закрылась дверь, Ори достала с самого дна шкатулки чёрно-белый перстень, протянула сквозь него золотую цепочку и надела ту на свою шею. Тонкая золотая змейка оказалась достаточно длинной, чтобы позволить этой довольно странной подвеске скрыться под тканью платья, в то время как сама смотрелась на девушке довольно гармонично.

Остановившись перед большим зеркалом, Ориен окинула печальным взглядом своё отражение, оценила красоту и изысканность надетого на ней синего платья… и отвернулась к окну, с болью понимая, что ей ничего этого не нужно… если рядом не будет Литара.

И будто почувствовав эту грусть, объект её мыслей распахнул дверь и уверенно вошёл в спальню.

— Лит… — ту же выдохнула Ориен, поворачиваясь к нему. Она хотела многое ему сказать, многое объяснить. Попросить, чтобы он не злился… уверить, что её встреча с княжичем была случайной… но он не дал ей сказать ни слова.

Увидев стоящую перед зеркалом девушку, он бросил на кровать свой пиджак, который держал в руках, и решительно двинулся к ней. А подойдя ближе, вдруг обнял и прижал к своей груди так крепко, что Ори даже стало немного больно.

— Прости, — проговорил он, тут же ослабляя объятия.

Но она и не думала на него обижаться, ведь сейчас, стоя в кольце его рук, чувствовала себя почти счастливой.

— Ори, сам себе удивляюсь… — добавил он тише.

— Тебе не за что извиняться, — отозвалась она, проводя рукой по его щеке, на которой уже начала появляться лёгкая светлая щетина.

— Глупо, Ори, — протянул он, касаясь губами её пальцев. Потом чуть приподнял голову, посмотрел ей в глаза и с горькой усмешкой добавил: — Никогда не думал, что способен на ревность. А сегодня понял, что это такое… Гадкое чувство.

— Ревность? — тихо переспросила девушка.

Сама она даже не предполагала, что та злость Лита могла быть вызвана чем-то подобным. Она-то думала, что он просто недоволен тем, что она повела себя неправильно. Что вообще позволила себе заговорить с княжичем без его разрешения. На самом деле Ориен раньше никогда не сталкивалась с подобным чувством. Слышала о нём, но сама ни разу не испытывала.

— Да, Ори, ревность, — повторил Лит, с какой-то грустной улыбкой. — Низменное чувство, глупое. Оно отравляет душу… Въедается в мысли. Давит… — он вдруг осёкся и легко коснувшись губами её губ, снова посмотрел в глаза. — Скажи мне, Ори… почему ты со мной?

Она смотрела на него, не зная, что ответить. Соврать? Придумать отговорку? Но ведь Лит обязательно почувствует её неискренность. Но что тогда? Сказать правду? А нужна ли ему эта правда?

— Ориен, — протянул он, произнося это имя так, будто оно было для него заклинанием. Будто само по себе умудрялось согревать его сердце. — Ты говорила, что я нужен тебе. Но ведь ты свободна… Я не имею никакого права держать тебя при себе, — он как-то особенно тяжело вздохнул и добавил: — Кстати, Ренделли Орте Горини испросил моего позволения общаться с тобой. Поразительный человек — пробыл во дворце всего пару часов и уже имеет информацию о том, что ты моя фаворитка и, как мне показалось, знает о наших отношениях едва ли не больше чем я сам.

— Лит, он ведь на самом деле может помочь, — с надеждой проговорила Ори, обнимая своего принца. — Я обязана показать ему перстень отца.

— Да, милая, — отозвался Лит, легко поглаживая пальцами её шею от затылка до плеча. — Поэтому и дал ему своё разрешение. Но знаешь, что хуже всего? — он снова посмотрел ей в глаза и чуть качнул головой. — Умом я понимаю, что поступил правильно, но это гадкое чувство… оно будто ядовитая змея, обвивает душу и всё время норовит ужалить.

Ей было странно слышать от него эти слова. Всё же всесильный Белый Сокол, признающий собственную слабость, её даже немного пугал. И пусть он говорил всё это совершенно искренне, да только своё сознание открывать уж точно не собирался. Но вот в его взгляде, в ласковых прикосновениях, в словах так и сквозила горечь и что-то похожее на страх… И именно он сильнее всего сбивал Ориен с толку.

Так и не дождавшись ответа на свой вопрос, Лит всё же нехотя отпустил Ори и направился прямиком в гардеробную, а девушка так и осталась стоять на месте, растеряно глядя ему вслед.

Ревность… Что она вообще знала об этом? Да почти ничего. Слышала когда-то, что это чувство испытывают те, кто боится потерять другого человека… боится, что ему предпочтут другого. Мили говорила, что ненавидит всех девушек Сита… но она любила его, пусть он и не принимал её чувств. А Милена знала это, но всё равно продолжала ревновать.

Но… как это может быть связано с Литаром?

Ори прошла по комнате, размышляя о том, что именно вызвало у него такие странные эмоции. Но по всему получалось, что он разозлился, узнав, что она была в парке с княжичем… То есть, наедине с другим мужчиной. Значит… он на самом деле боится её потерять? Допускает мысль, что она может от него уйти?

Ориен грустно усмехнулась своим мыслям и медленно подошла к стеклянной балконной двери. А за ней… на столицу стремительно опускались сумерки. Солнце уже спряталось за горизонтом, и вскоре вся округа должна была погрузиться во мрак ночи…

— Думаешь о кольце? — раздался над её ухом спокойный и немного грустный голос Литара.

Он легко приобнял Ориен за талию, прижимая к своей груди, и провёл губами по гладкой коже её шеи.

— Обо всём понемногу, — отозвалась девушка, наслаждаясь его родным теплом и лаской. — Пора идти на ужин?

— Увы, Ори, но на сие мероприятие ты отправишься без меня, — сказал он, кладя подбородок на её плечо. — Пришло сообщение от наших агентов, что в связи с приездом ишерцев резко активизировались люди, состоящие в так называемом ордене «Красный след». Сейчас они активно собирают сторонников, готовят агитаторов. По каким-то причинам им очень не нравится тот факт, что мы хотим наладить отношения с ишау. И если, милая моя Ори, сейчас мы не задушим их движение, пока его ещё можно задушить, то очень скоро они придут к нам сами… с толпой сподвижников. И о том что случиться тогда, лучше даже не думать.

Она всё же обернулась и с откровенным испугом посмотрела ему в глаза.

— Ты тоже пойдёшь к ним? — спросила она, искренне не желая, чтобы он принимал участие в этом опасном деле. — Лит…

— Нет, не пойду, — ответил он, ловя её полный беспокойства взгляд. — Но мне нужно координировать действия сотрудников. Да и отец обещал присоединиться ко мне. Ему тоже не даёт покоя эта их организация. А ещё, как оказалось, младший из лордов Орте Гриан является заместителем главы внешней разведки Ишерии, и у него тоже есть важная информация по нашим фанатикам, с которой мне ну очень интересно ознакомиться.

— Тогда, может, я поужинаю здесь? — с надеждой предложила девушка, которой после его объяснения на душе стало заметно спокойнее.

— Увы, но нет, Ори, — покачал головой Сокол. — Ты должна присутствовать. К тому же там у тебя будет прекрасная возможность пообщаться с Его Высочеством Ренделли.

И как бы ни старался Литар скрыть от неё свои истинные эмоции, Ориен всё равно почувствовала, как он напрягся от одного лишь упоминания имени княжича. И в этот самый момент она вдруг осознала, что готова на что угодно, лишь бы не видеть этого опасения и затаённой боли в его глазах.

— Но будет спокойнее, если с тобой пойдёт Лиара, — добавил Сокол беря её за руку и направляя к выходу из спальни. — Пусть она тоже присутствует при вашем разговоре.

Ори покорно кивнула, даже и не думая возражать. Она и сама хотела попросить герцогиню побыть её компаньонкой, и теперь только уверилась в правильности такого решения. Ведь, несмотря на то, что знакомы они были совсем недавно, Лиара казалась Ориен достаточно надёжным человеком, который ни за что не станет рассказывать кому-то её тайны, да и в присутствии этой леди княжич уж точно не позволит себе ничего лишнего. Всё же на Ори произвела немалое впечатление его фантазия, в которой он так жарко её целовал.

У дверей, ведущих в парадную столовую гостевого крыла, Лит остановился и, пожелав Ори хорошего вечера, уже хотел уйти, но она неожиданно даже для самой себя, поймала его за руку.

— Ты спрашивал — почему я с тобой? — сказала она, переплетая свои пальцы с его и вглядываясь в чуть грустные глаза своего принца. — Я скажу… но ты уверен, что хочешь знать мой ответ?

Он уже чувствовал, что она собирается сообщить ему что-то важное. Нечто, способное многое изменить… перевернуть его мир. Но, невзирая на свои опасения, всё равно согласно кивнул. Сейчас он был уверен в одном — что бы ни сказала ему Ориен, это будет истинной правдой.

— Мне не нужен никто другой, — проговорила она тихо. Потом вздохнула, приподнялась на носочки и добавила, легко коснувшись губами его губ. — Никто… кроме тебя. И у этого есть, по крайней мере, одна важная и неисправимая причина… — Ори чуть улыбнулась и добавила, глядя ему в глаза: — Я люблю тебя, Литар. Ты — в моём сердце.

И пока он пытался осмыслить услышанные только что слова, она развернулась и скрылась за дверью столовой. А Лит так и остался на месте, с невероятной нежностью и безумным трепетом ощущая, как разгорается диким первозданным пламенем огонь его души. Корка льда, с самого рождения сковывающая его сердце, в одно мгновение покрылась мелкими трещинами и… рассыпалась, а энергия стихии внутри стала поистине огромной. Её жар был таким сильным, что на какое-то мгновение Литару даже показалось, что сейчас он попросту воспламенится, сам станет чистым огнём. Что ещё мгновение, и его разорвёт на части от переполняющих душу эмоций.

«Любит» — пронеслось в его голове, а на лице сама собой медленно расплылась до глупого счастливая улыбка. «Любит…» — повторил он мысленно, всё ещё не в силах поверить, что это на самом деле так.

— Любит… — беззвучно прошептал одними губами. — Боги… любит…

Несмотря на то, что именно из-за него она попала на каторгу, из-за него была вынуждена пережить столько жутких событий… Да что говорить? Ведь ещё месяц назад их общение даже на дружеское не было похоже. Он использовал её, она же его попросту боялась. И вот… любит.

Но Лит верил её словам, даже не допуская мысли, что она может врать. Их общение… их отношения с самого начала строились на правде, какой бы неприятной и даже грубой эта правда ни была. Но, даже учитывая всё это, он всё равно не мог понять, как она смогла полюбить его после всего, что он сделал. Ведь её подруга — Милена была права: именно он, Литар, сломал Ориен жизнь. Всего одной фразой, брошенной не подумав, обрёк бедную девочку на муки каторги.

И сейчас он был готов сам себя ударить за тот глупый поступок. Но, увы, это уже всё равно ничего бы не исправило. И всё что он мог, это постараться искупить свою вину перед Ори, и сделать всё возможное, чтобы найти её родителей.

Послышался звук шагов, в конце коридора показалась целая колонна слуг, несущих на подносах самые разнообразные блюда, и именно их появление вернуло Лита в реальность. Он решительно развернулся и направился в сторону департамента правопорядка. И как бы ему ни хотелось сейчас догнать Ори, обнять её, поцеловать… но впереди его ожидал ужин с отцом и двумя ишерцами, а так же планирование операции по уничтожению общества расистов-фанатиков, возомнивших себя вершителями высшего правосудия.

* * *

Торжественный ужин по случаю приезда делегации ишау проходил на удивление спокойно. За большим столом собралось не так и много людей, а благодаря завязавшейся беседе между ишерским княжичем и принцем Дамьеном, в которую оказались вовлечены почти все гости, атмосфера этого вечера стала по-настоящему тёплой. Даже королева в коем-то веке отказалась от маски холодно невозмутимости и позволила себе расслабиться.

Дамьен увлечённо рассказывал Ренделли и сидящему рядом с ним Хемиэрте о карильском королевском театре, с восхищением описывал недавно приобретённые его отцом новые модели картелов и их воздушных аналогов — велиров. Обещал показать легендарный Эргонский водопад. Спрашивал, на самом ли деле у ишау есть крылья. А княжич слушал его с большим интересом, принимал все приглашения, а в ответ рассказывал принцу, королеве и другим присутствующим здесь придворным об Ишерии, о своём отце — князе. О знаменитых солёных озёрах, об огромном каньоне, разделяющем их небольшой материк на две части. О чудесных лесах, где растут удивительно красивые серебристые деревья и живут редкие и невероятно прекрасные чёрные единороги.

Услышав об этих существах, сидящие за столом дамы слаженно ахнули, а Ренделли улыбнулся и тут же поспешил добавить, что по легендам эти животные считаются самыми древними жителями всего их мира, а за убийство единорога в его стране предусмотрена только казнь.

— Видят Боги, я впервые жалею, что родился магом, ведь из-за этого путь в вашу страну для меня закрыт, — заявил Дамьен, совершенно позабыв про ужин. — Единороги… мне всегда казалось, что это сказочные персонажи. Ваше Высочество, — он с грустью посмотрел на улыбающегося княжича, — вы своим рассказом просто перевернули моё понимание мира.

— Магам сложно находиться в Ишерии, — подтвердил Ренделли. — Но залежи алисита, в большинстве своём, располагаются у берегов, а вот в центре страны его гораздо меньше. У нас даже есть города, где живут люди со стихийным даром. Правда, выезжать оттуда они не могут. Думаю, если вы будете готовы на несколько дней отказаться от использования магии, мы могли бы показать вам единорогов.

— Это было бы прекрасно! — с восхищением заявил младший карильский принц. — Решено, как только будут улажены все формальности, я обязательно приеду к вам с ответным визитом.

— Буду очень рад видеть вас в своей стране, — довольно отозвался ишерец.

— Дядя Дамьен, — влез в их разговор маленький Эркрит, у которого от встречи с ишерцами и так горели глаза, а уж после упоминания единорогов, он вообще засиял, подобно рассветному солнышку. — Я тоже поеду с тобой, — заявил он. — Мне совершенно необходимо нарисовать единорогов!

Глядя на внука, который уж точно отказываться от этой затеи не станет, Эриол совсем не по-королевски закатила глаза и покачала головой. Всем, кто хоть немного знал Эрки, было ясно, что этот теперь уж точно не отступится. И если ему не позволят поехать с Дамьеном, рано или поздно отправится к ишау сам, и вот тогда всё обязательно закончится плохо… для него в первую очередь.

— Мы поговорим об этом позже, — дипломатично протянула королева, одарив Эркрита строгим взглядом. И тут же повернулась к ишерским гостям и поинтересовалась у Хемиэрте, добывают ли в их стране драгоценные металлы и камни.

Ори слушала их беседу вполуха, изредка поглядывая в сторону княжича. Он же тоже то и дело смотрел на неё, а когда их взгляды всё-таки встретились, девушка легко ему кивнула. Ренделли в ответ на этот её жест лишь улыбнулся и снова вернулся к беседе с королевой и младшим принцем. И в этот момент он выглядел как человек, добившийся своего, в то время как сама Ориен всё больше нервничала.

— Ты совсем ничего не ешь, — наклонившись к её уху, заметила сидящая рядом с ней Лиара. — Тебя что-то беспокоит?

— Нет, — поспешила заверить её девушка и тут же наколола вилкой кусочек запеченной рыбы.

— Но ведь я вижу, что да, — не желала сдаваться герцогиня. — Это из-за ишерцев?

— В какой-то степени, — отозвалась Ориен. А потом всё же повернулась к женщине, смущённо посмотрела ей в глаза и без переходов и предисловий сообщила: — Лиара, мне необходимо поговорить с Его Высочеством Ренделли. Но я бы хотела, чтобы ты присутствовала при этом разговоре.

Несколько секунд герцогиня смотрела на неё с сомнением. А потом всё же спросила:

— Это… просьба Литара?

— Да, но мне самой так будет легче, — отозвалась Ори, отводя взгляд. — Так ты согласна?

— Да, — подтвердила та, слегка пожав плечами. — Предлагаю после ужина прогуляться по парку. Там вы сможете спокойно поговорить. Я же просто буду держаться рядом.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарила её девушка. — Для меня на самом деле важен этот разговор. Княжич сказал, что может помочь мне найти отца.

После этих слов Лиара как-то нервно вздохнула и снова повернула голову к той части стола, где сидели ишерцы в компании королевы и младшего принца. И не будь Ори так занята своими переживаниями, она обязательно заметила бы, насколько сильно подействовали на герцогиню её слова. Но сейчас, когда стало ясно, что одной ей идти на встречу с княжичем не придётся, ей стало намного легче. Настолько, что она даже нашла в себе силы хотя бы попытаться нормально поесть.

Когда после ужина все переместились в соседнюю большую гостиную, где играли музыканты и гостям были предложены различные развлечения, от карточных игр до танцев, герцогиня взяла Ориен под локоть и тихо увлекла за собой в сторону распахнутых стеклянных дверей, ведущих прямиком на одну из аллей дворцового парка.

— Пойдём, — проговорила она тихо. — Если я хоть немного разбираюсь в людях, то тот, с кем ты желаешь встретиться, объявится очень скоро.

И оказалась права. Всего спустя несколько минут на той самой дорожке, по которой они с Ори неспешно прогуливались, показался силуэт мужчины. И пусть в полумраке парка его было трудно узнать, но девушка не сомневалась, что это именно Ренделли.

— Леди Терроно, — поприветствовал он, учтиво кивая, и тут же перевёл взгляд на её спутницу, ожидая, когда Ори его представит.

— Лиара, перед вами, как вы и сами знаете, Его Высочество Ренделли Орте Горини, — объявила Ориен, которой лишние расшаркивания сейчас казались совершенно неуместными. Да только её собеседники явно придерживались другого мнения, и всё это было для них в порядке вещей. — А это леди Лиара Гради герцогиня Градицкая.

— Несказанно рад познакомиться с вами, леди Гради, — проговорил княжич, с улыбкой глядя на женщину.

— Для меня большая честь быть представленной вам, — со свойственной ей изящностью отозвалась Лиара.

— Леди Терроно, — княжич снова повернулся к Ори и спросил: — Вы принесли то, о чём мы с вами говорили?

— Конечно, — хмыкнула она и тут же потянулась к замочку на шее и расстегнула цепочку. После чего вытащила из корсажа тот самый перстень и протянула княжичу. — Вот он.

Ренделли кивнул и, взяв его в руки, подошёл ближе к одному из высоких столбов, на котором был размещён довольно яркий магический фонарик.

— Я был прав, — бросил он, с какой-то странной улыбкой. — Это знак первого круга… то есть ваш отец принадлежал к какому-то из кланов, наиболее приближенных к княжескому. Но буквы… «О» и «Г»… они слишком распространены. Только в нашем клане есть как минимум десяток семей с подобными аббревиатурами. Даже моя фамилия подходит… Орте Горини. Но, — он снова поднял на неё взгляд и добавил, — совершенно точно могу сказать, что мы с вами в близком родстве не состоим.

— И как же вы это определили? — с горькой усмешкой поинтересовалась девушка.

— Просто, — ответил ей княжич. — Если бы я был вашим близким родственником, то взяв вас за руку, смог бы своей силой спровоцировать ваши крылья. Но, как вы помните, ничего у меня не вышло.

И тут она вспомнила то, что могло существенно облегчить им поиски.

— Ваше Высочество, ответьте, пожалуйста, у многих ишау белые крылья? — спросила она, забирая из его рук кольцо и привычно надевая его на большой палец правой руки.

— Белые? — удивлённо переспросил княжич. — Это очень большая редкость. Насколько я знаю, в моей стране крыльями подобного цвета обладают всего несколько мужчин и одна единственная женщина. Но… вы хотите сказать, что ваши крылья — белые?

Он выглядел таким искренне озадаченным, что Ори не смогла сдержать улыбки. Странно, но несмотря на то, что они познакомились только сегодня, ей было удивительно легко общаться с этим ишерцем.

— Нет, Ваше Высочество, чёрные, — поспешила ответить она. — Но мне совершенно точно известно, что у моего отца крылья были белоснежными. И он называл себя Яро Красный.

— Яро? — в непонимании уточнил Ренделли. — Я-р-о… — снова произнёс он, растягивая буквы. И вдруг… издал какой-то совершенно неуместный смешок, а потом и вовсе расхохотался, чем окончательно смутил и без того нервничающую девушку.

Ориен непонимающе оглянулась на стоящую рядом герцогиню, которой, судя по выражению её лица, было совсем не до веселья. Лиара смотрела на смеющегося княжича и, казалось, готова была ударить его, только бы он перестал так откровенно потешаться над тем, что почему-то её расстраивало.

— Боги! — выпалил ишерец и, бесцеремонно схватив Ори за запястье, потянул ближе к свету фонаря. — Да как я сразу не понял?! — говорил он, вмиг растеряв всю свою царственную сдержанность. — Глаза ведь те же… один в один. Ориен, — он поймал её непонимающий взгляд и улыбнулся шире. — Я хорошо знаю вашего отца. Более того… он мой троюродный брат. Представляете?

Она продолжала молчать, пытаясь осмыслить всё, что сейчас услышала. Но Ренделли оказался настолько поражён собственными выводами, что никак не мог успокоиться.

— Поразительно… — добавил он. — Теперь понятно, почему ваше имя мне кажется знакомым. Ведь именно так зовут мою двоюродную тётку. Вашу бабушку. Да и способности к ментальной магии вам могли достаться только от белокрылых. Но я всё равно никак не могу поверить… Подозреваю, что ваш отец просто не знает о вашем существовании.

— Он… жив? — тихо спросила девушка, у которой внутри творился настоящий бардак из самых разных мыслей и эмоций.

— Конечно, жив. И здоров. Да и вообще, — он снова поражённо уставился на Ори и задумчиво поджал губы. — Вы удивительно на него похожи. Но характер вам точно достался не от папочки.

На какое-то мгновение огни, освещающие аллеи парка, полыхнули чуть ярче, и вокруг стало немного светлее. Но не успела Ори удивиться, как со стороны дворца показались две фигуры, в одной из которых она легко узнала Литара, а вот его спутником оказался один из ишерских гостей — младший из лордов Орте Гриан.

Но в этот момент Ориен была так шокирована словами княжича, что напрочь позабыла о любых правилах этикета. Сейчас подобные мелочи вообще волновали её меньше всего.

— Лит, — выпалила она, делая несколько шагов навстречу своему принцу. Она хотела сказать так много, но оказалась не в силах произнести больше ни слова.

Видя, что она явно не в себе, и не сомневаясь, кто именно повинен в таком её состоянии, Сокол бросил в сторону Ренделли недовольный взгляд, в котором читалось обещание серьёзного разговора. Затем снова посмотрел в глаза девушке, где сейчас отражалась невероятная растерянность, смешанная с откровенной радостью, и взял её за руку. А едва их пальцы соприкоснулись, сразу почувствовал, что её напряжение потихоньку начинает спадать.

— Рид, с Ориен вы знакомы, — проговорил Литар, обращая к своему спутнику. Затем остановился рядом с тем самым фонарём, где стояли герцогиня и княжич, и указал на странно побледневшую женщину. — Разрешите представить вам леди Лиару Гради герцогиню Градицкую.

Она же в ответ даже не кивнула. Просто молча смотрела в глаза замершему напротив неё ишерцу и почти не дышала. А в её остекленевших глазах плескалось столько эмоций, столько невысказанных слов, что она просто оказалась не в силах проговорить хоть что-то.

Лит же принял такую её странную реакцию за смущение, и уже обернулся к Ридьяро, чтобы как-то уладить сие недоразумение, но тот выглядел не менее шокированным. Из его взгляда в одно мгновение исчезла вся холодность, а на лице отразилось самое настоящее неверие.

— Лиа… — только и смог произнести он, вглядываясь в черты лица бледной герцогини.

Услышав его голос, Лиара вздрогнула и будто бы очнулась от странного оцепенения. И вдруг перевела испуганный взгляд в сторону явно озадаченной Ориен, и в одно мгновение вернула на лицо привычную маску спокойного высокомерия.

— Моё имя Лиара, — проговорила она, обращаясь к ишерцу и пытаясь изобразить вежливую улыбку. — А вот ваше мне до сих пор незнакомо.

На этой фразе в её голосе проскользнуло нечто, похожее на упрёк, но никто из присутствующих не стал заострять на этом внимание. А вот Ридьяро иронично и как-то горько усмехнулся и, повернувшись к княжичу, сказал:

— Рен, представь меня, пожалуйста, Её Светлости, — и чуть помолчав, уточнил: — По всем правилам.

Тот же лишь кивнул и, сделав шаг вперёд, обратился к герцогине.

— Леди Лиара, разрешите представить вам лорда Ридьяро — старшего наследника первой ветви рода Гриан, правящего клана Орте, — иронично-торжественным тоном проговорил Ренделли, а потом, повернулся к Ориен и добавил, будто поясняя специально для неё: — Моего троюродного брата.

Девушка на мгновение застыла и вцепилась в руку Литара с такой силой, что он поморщился. Медленно, будто страшась чего-то, перевела ошарашенный взгляд с княжича на того, о ком он говорил и судорожно сглотнула. Сейчас, когда Ридьяро больше не изображал из себя каменную глыбу она, наконец, увидела то, чего не замечала до этого. И пусть стоящий перед ней мужчина сильно изменился, но в нём всё равно угадывались черты того самого молодого улыбчивого парня, которого она видела в воспоминаниях фальшивой матери.

Яро…

Ридьяро… Орте Гриан.

Глава 9

На острове жизни моей…

В хмельной пустоте ожидания…

Я стала… я стала твоей -

Твоей пред лицом мироздания.

На жизни алтарь я ложу

Все чувства свои и желания…

И всё… всё, о чём я прошу -

Частичка тепла и внимания.

Твоя я, тебе отдана…

Богами ль, Судьбой… мне не ведомо.

Я в душу твою влюблена…

И ей лишь покорна и предана.

Всё сошлось так легко и просто что Ориен не смогла сдержать какой-то грустной улыбки. Ведь вот он… её финал. То, к чему она так долго стремилась. Перед ней стоит её отец… и, судя по тому, каким взглядом он смотрит на герцогиню, догадки Ори были верны, и именно эта женщина является её матерью. И, казалось бы, нужно радоваться, ведь мечта сбылась, вот только… почему-то в этот момент ей стало так горько, что искренне захотелось разрыдаться.

Но вместо этого она поступила иначе. Стянула с пальца ишерский перстень, на мгновение чуть крепче сжала его в ладони, будто стараясь на прощание впитать в себя частичку хранящегося в нём тепла. А потом отпустила руку Лита и подошла к Ридьяро.

— Лорд Орте Гриан, — безжизненным тоном начала она, протягивая ему кольцо. — Судя по всему, это ваше. Возьмите, пожалуйста. Наверное, оно важно для вас. Я… просто хотела его вернуть.

Он удивлённо посмотрел в глаза фаворитке принца Литара, только потом опустил взгляд и непонимающе уставился на знакомый до боли перстень, который не видел столько лет.

— Откуда… — выпалил он и тут же осёкся, снова глядя на стоящую перед ним красноволосую девушку.

Она же смотрела вниз, не желая встречаться взглядами ни с ним, ни с герцогиней, и больше всего сейчас мечтала просто уйти. Развернуться и убежать… Спрятаться в покоях Литара и тихо поплакать в одиночестве.

— Ориен, — дрогнувшим голосом позвал Ридьяро. — Посмотрите на меня.

И она всё же нашла в себе силы поднять голову и взглянуть ему в лицо. И то, что она там увидела, поразило её до глубины души. В глазах этого мужчины… ишерского лорда… отражалась такая дикая тоска, такая переполняющая душу боль, что Ори всё-таки не сдержалась… Она чувствовала, что по её щекам катятся мокрые капли, что на глазах продолжают наворачиваться глупые слёзы слабости, но оказалась не в силах держать себя в руках.

— Заберите кольцо, — сказала она, нервно растирая влажные дорожки тыльной стороной ладони. — Оно ваше. Делайте с ним, что хотите. А я просто хочу уйти.

— Нет, Ориен. Оно давно не моё, — отозвался ишерец, разглядывая её блестящие от слёз лицо, в котором всё больше узнавал такие знакомые черты. — Этот перстень я отдал девушке по имени Лиара… вместе со своим сердцем. Но она так его и не приняла. Не надела. И вот, прошло двадцать три года, и я вижу тебя… — Он с шумом выдохнул и всё-таки осторожно обхватил пальцами руку Ори, ту самую, на которой лежал его перстень.

И в следующее мгновение она почувствовала дикий безумный порыв силы, и что самое странное, эта сила была внутри неё. Будто все энергетические резервы её организма в одно мгновение собрались воедино, готовые в любой момент вырваться на свободу. А потом… тело Ори резко дёрнулось и выгнулось дугой, а за спиной против воли раскрылись большие чёрные крылья.

Ридьяро же вдруг отпустил её руку и крепко прижал девушку к своей груди, а Ориен даже не пыталась сопротивляться. Она чувствовала, как его сила гасит в ней остатки непокорной разбуженной энергии, подавляет её, заставляя снова вернуться в состояние покоя, и чувствовала… как постепенно успокаивается.

Почему-то вспомнилось, что когда-то она уже переживала нечто подобное, правда тогда поток бушующей в ней силы был в разы сильнее и гасить её, увы, оказалось некому. Это произошло после изнасилования, когда она разбитая, растоптанная лежала на каменном грязном полу одного из тёмных тоннелей катакомб. В тот момент Ори не понимала, что с ней творится. С организмом происходили странные вещи, тело будто выворачивало наизнанку, а внутри ощущалась такая обжигающая боль от проснувшейся энергии, что даже кричать не получалось.

Тогда этот кошмар продолжался до самого утра. И Ориен уже была уверена, что не выживет… думала, что это конец. Агония. Что больше никогда не согреется в лучах тёплого солнца, не сможет увидеть чистое голубое небо. В ту ночь она действительно почти умерла. Но с рассветом, будто возродилась… совсем другим человеком. Да только о том, что именно это и было её инициацией, догадалась гораздо позже.

Тогда она чуть не сгорела в потоках бесконтрольной энергии. Ведь рядом не оказалось никого способного помочь, никого, кто мог бы удержать этот невероятный шквал неконтролируемой силы. Но сейчас, стоя рядом с тем, кто совершенно точно не желал ей зла, кто был сильнее её, кто полностью контролировал ситуацию… Ори вдруг стало небывало спокойно.

— Ты моя девочка, — прошептал Ридьяро, проводя рукой по её спине, где ещё мгновение назад были крылья, а теперь остались только две дыры на платье в месте их выхода. — Ориен Орте Гриан, — добавил он громче. — Здесь при свидетелях, я официально признаю тебя своей дочерью.

Она подняла на него растерянный взгляд, и хотела что-то сказать, но вдруг позорно всхлипнула и разрыдалась, уткнувшись лицом в его грудь. После этого странного контакта, после всплеска силы, в которой совершенно точно участвовала не только её, но и его энергия, она уже не сомневалась, что он — её родитель. Отец…

— Лиара, — ледяным тоном позвал он, поворачиваясь к белой, как полотно герцогине. — Говори… почему она не знала, что ты её мать? Почему, наша дочь росла одна?

Ори снова всхлипнула и, заглянув ему в глаза хотела спросить, откуда он это знает, когда услышала рядом спокойный, но какой-то надломленный голос Лита.

— Я рассказал, — бросил он, глядя на заплаканное лицо девушки. — Думал, что лорд Орте Гриан сможет оказать содействие в поиске твоего отца. А он и оказал…

Ори грустно усмехнулась сквозь слёзы и попыталась мягко отстраниться. Ридьяро не стал её удерживать, позволяя девушке отойти. Но она остановилась в шаге от ишерца и снова протянула раскрытую ладонь с лежащим на ней кольцом.

— Оно принадлежит твоей матери, — пояснил он, чуть нахмурившись и с грустью глядя на свой собственный перстень. — По нашим обычаям, Ориен, брак считается свершённым, если женщина принимает родовое кольцо своего жениха, и оно признаёт её хозяйкой. В тот день, когда я решил отдать его Лиаре, оно перестало быть моим.

Тогда Ори молча кивнула, решительно повернулась к герцогине и, не глядя в её глаза, протянула ей чёрно-белую драгоценность.

— Забери… — проговорила она, севшим от нервов голосом.

Но её мать не сдвинулась с места и даже не дернулась. Она смотрела на Ориен и просто не знала, что делать дальше? Как быть?

— Забери! — выкрикнула Ори, а потом сама взяла её за руку и вложила пресловутый перстень в её ладонь. — Оно твоё. Не моё… Мне оно никогда не принадлежало.

— Ориен, — сдавленно прошептала женщина, но Ори не стала её слушать.

В этот момент она пребывала не в том состоянии, чтобы покорно принимать чьи-то оправдания. Резерв её терпения окончательно исчерпался, и сейчас она едва сдерживала себя, чтобы не закричать от той боли, что, будто змея, кольцами сдавила грудь. Поэтому, не говоря больше ни слова, развернулась и направилась к дворцу.

Литар же хотел пойти за ней и даже почти сделал шаг, но вдруг неожиданно даже для самого себя передумал. Он понимал, что сейчас Ори нужно осмыслить произошедшее. Осознать, обдумать. Что-то принять, с чем-то смириться… и хотя бы попытаться навести порядок в собственных мыслях. А это, как известно, лучше всего делать в одиночестве.

Он проводил девушку напряжённым задумчивым взглядом, и только когда её силуэт скрылся за дверью, ведущей в одну из гостиных дворца, глубоко вздохнул и повернулся к Ридьяро.

— Она очень сильная девушка, — сказал Литар, глядя ему в глаза. — В её жизни случались и более страшные потрясения. Сейчас ей просто нужно немного побыть одной. А после… когда она немного успокоится, вы обязательно объяснитесь. Но…. - он перевёл взгляд на герцогиню, которая явно сама была на грани нервного срыва, и добавил: — Думаю, перед тем, как говорить с Ориен вам бы самим не мешало побеседовать. И не здесь…

— Не могу с вами не согласиться, — холодным тоном бросил Ридьяро.

С этими словами он подошёл к Лиаре и, сжав пальцы на её запястье, повёл за собой вглубь парка. Она не сопротивлялась… На самом деле сейчас эта женщина больше была похожа на какую-то заводную куклу, чем на живого человека. За тем лишь исключением, что куклы не умели плакать… а по щекам Её Светлости беззвучно катились холодные слёзы.

— Да… дела, — протянул княжич, глядя вслед уходящему в темноту родственнику. — Я знал, что Рид отдал перстень женщине, которая по каким-то непонятным причинам его не приняла, но даже не подозревал, что она — человек. А теперь получается… — он на секунду задумался и вдруг усмехнулся. — Ориен — моя троюродная племянница… Надо же.

Ренделли перевёл взгляд на стоящего рядом Лита, и его улыбка стала по-настоящему хулиганской.

— А вам, Литар, я теперь не завидую, — сказал он, даже не пытаясь спрятать собственную иронию.

— Это ещё почему? — уточнил Сокол, поворачиваясь к своему собеседнику.

— Ридьяро не станет мириться с тем, что вы спите с его дочерью, — пояснил Ренделли, разводя руками. — У нас с этим всё обстоит довольно строго.

— Я заметил, — бросил Лит, кивая в ту сторону, куда ушли родители его фаворитки. — А ребёнок у них просто так получился… зачался неким волшебным образом? — иронично бросил он. — Так что не переживайте о моей личной жизни. Лорд Орте Гриан, конечно, имеет право высказать Ори свою позицию по этому вопросу, но решение принимать всё равно будет она.

* * *

Ориен сидела в самом центре небольшого квадратного бассейна и с отсутствующим видом наблюдала за тем, как из изогнутой позолоченной трубы вытекает горячая вода. От медленно наполняющейся ванны поднимались светлые клубы пара, наполняя теплом прохладное помещение. Вокруг было тихо и очень спокойно, и только монотонный звук падающей воды делал эту тишину какой-то живой.

Девушка больше не плакала. То ли успокоилась, то ли попросту закончились слёзы. Но теперь, вдали от эпицентра собственной печали, ей стало гораздо легче. Сейчас вся эта ситуация уже не казалась ей такой уж невероятной. Ведь она же, на самом деле, догадывалась, что Лиара — её мать, и даже хотела, чтобы это оказалось правдой. А Ридьяро… о нём Ори пока знала слишком мало. Но уже сейчас могла сказать, что её отец — человек жёсткий, сильный, волевой и категоричный. Ренделли прав, она сама характером пошла не в него, но и от матери в её натуре тоже было очень мало.

Родители… Подумать только? Мама и папа. Те, кто должен был стать её семьёй… Те, кто должен был растить её… любить. Интересно, как бы сложилась её жизнь, если бы они жили все вместе. Вероятнее всего, она бы выросла настоящей леди, получила бы прекрасное образование, а о каторге вообще имела довольно смутное представление. Ей бы никогда не пришлось под покровом ночи пробираться в чужие спальни, воровать драгоценности. Её внимания бы добивались знатные лорды… и она бы уж точно никогда не узнала, что такое насилие.

В комнату тихо вошёл Литар, но Ори всё равно продолжала сидеть неподвижно. Она знала, что он сейчас не станет ничего говорить. Всё, же, как бы ни складывались их отношения раньше, сейчас он понимал её, как никто другой. Поэтому и не пошёл за ней сразу. Отпустил… дал время прийти в себя. Подумать… поплакать…

Он спокойно разделся и, не говоря ни слова, опустился в воду за её спиной. А потом приобнял за талию и, подвинув ближе, крепко прижал к себе.

Несколько минут они сидели, слушая лишь звук воды, которая всё продолжала стекать в выложенный мраморной мозаикой бассейн. Постепенно расслабляясь в его руках, Ориен доверчиво откинула голову на его плечо и прикрыла глаза. И сейчас, наслаждаясь объятиями своего Сокола, в очередной раз подумала, что рядом с ним ей очень хорошо и спокойно. Настолько, что любые потрясения начинают казаться лишь досадными недоразумениями.

— Спасибо тебе, что ты есть, — проговорила она, открывая глаза. — Спасибо… что пришёл.

Он же вместо ответа, поймал её руку и, поднеся к своим губам, поцеловал запястье.

— Всегда к вашим услугам, — прошептал он, но вдруг улыбнулся и добавил: — Леди Орте Гриан.

Ори хмыкнула, но возражать против такого обращения не стала. Да… теперь она уж точно леди. По праву рождения. Но, Боги, какая же злая ирония судьбы! Её мать — герцогиня, отец — родственник ишерского князя, а она… приютская девочка, воровка и беглая каторжница.

— Где они? — тихо спросила Ори, и принц прекрасно понял, кого именно она имеет в виду.

— Остались в парке, — сказал Литар. — Им нужно поговорить. Ведь, исходя из того, что нам известно, расставались они при странных обстоятельствах. А ведь Ридьяро на самом деле собирался жениться на Лиаре. Честно говоря, мне самому интересно, как они вообще умудрились познакомиться.

Ори вздохнула и перевела взгляд на руки Литара, спокойно лежащие на её животе.

— Он был шокирован не меньше меня, — сказала она, наконец. — Но признал… сразу. И принял тот факт, что у него, оказывается, есть взрослая дочь. А ещё… он явно разозлился на Лиару. Мне кажется, он считает её виноватой в том, что я росла одна.

— Это не удивительно, — ответил Сокол. — С его стороны эта история выглядит даже гадко. Ведь Лиара не приняла его кольцо, а после, оставив маленькую дочь, выскочила замуж за герцога. Таковы факты, Ориен. На самом же деле, здесь слишком много непонятного. Но, я очень надеюсь, что ты согласишься выслушать своих родителей, и тогда нам обоим многое станет ясно.

Она кивнула, ведь и сама понимала, что им всем нужно будет поговорить. Но вдруг приподнялась и, развернувшись, села к Литару лицом.

— Что-то не так? — настороженно поинтересовался он, заметив в её лице смущение. — Говори, Ори.

— Я хочу… попросить тебя, — начала она и вдруг остановилась и опустила голову. — Но, наверное, это будет слишком.

— Проси. Обещаю, я сделаю всё, что в моих силах, — мягким тоном заверил её Литар.

— Мне тяжело… — попыталась начать она, да только снова сбилась и замолчала. Но, набравшись смелости, всё же посмотрела ему в глаза и сказала: — Я хочу, чтобы присутствовал при разговоре с ними. Мне легче, когда ты рядом.

— Конечно, милая, — отозвался он, касаясь её лица. — Я и сам собирался попросить тебя об этом.

— Правда? — её голос прозвучал так, будто она сама боялась поверить в то, что слышит.

— Правда, Ори, — отозвался Лит. Потом наклонился ближе и, коснувшись губами её губ, проговорил: — Ты очень мне дорога. И я чувствую, что тебе нелегко всё это принять, но… так нужно. Потом будет проще. Но теперь ты — Орте Гриан. Официально.

На её губах растянулась горькая улыбка, а в глазах отразилась грусть.

— Странно получается, — протянула Ори, гладя своего принца по распущенным завивающимся волосам. — Когда-то я пришла к тебе, желая найти родителей. А теперь, когда, наконец, отыскала их, понимаю, что мне нужно совсем не это.

— А что? — спросил он, ловя её взгляд.

— Ты… — сказала она шёпотом и, придвинувшись ближе и коснувшись поцелуем его губ, отстранилась и добавила. — Мне нужен ты, Литар. Я ведь на самом деле тебя люблю.

Она не ждала от него никаких слов, ведь не сомневалась, что ответных признаний не услышит. Ей просто хотелось, чтобы сейчас он был рядом… как можно ближе. Она сама поцеловала его, и в этом поцелуе отразились все её истинные чувства. А он отвечал ей с не меньшим трепетом, со всей той теплотой и нежностью, что вызывала у него эта девушка. Обнимал её так осторожно и ласково, будто она была его единственным, самым важным и величайшим сокровищем.

Позже, когда она спокойно уснула, доверчиво прижавшись к его боку, он ещё долго лежал, рассматривая лицо своей красноволосой девочки, умилялся тому, какой светлой кажется её кожа на фоне чёрных простыней, слушал её мерное дыхание, и именно в этот момент вдруг понял, что просто не может никому позволить забрать её у него. Ни Ридьяро, который точно будет против этих их отношений. Ни Ренделли, который явно имеет виды на его Ориен. Никому… даже самой смерти.

Но в то же время он прекрасно понимал, что если сама Ори решит отказаться от их отношений, то он ничего не сможет с этим сделать. Она заслуживала большего, чем считаться простой фавориткой. А он был не готов к тому, чтобы жениться на ней.

Несмотря на то, кем оказались её родители, несмотря на то, что она вполне гармонично вписалась в дворцовую жизнь, роль принцессы была не для неё. Это ведь тоже работа, обязанности, обязательства. Ведь ей пришлось бы наравне с Террианой постоянно находиться на виду, стать публичной личностью… жертвой сплетен и пересудов. Он просто не представлял мягкую чистую Ори в центре всей этой дворцовой грязи.

Да и… не мог он на ней жениться. Даже если бы и захотел.

И пусть она любит его… такая жизнь не для неё. Но, кто бы мог ответить, почему от одной мысли о том, что рано или поздно они расстанутся, ему хотелось кричать? Почему жизнь без неё теперь представлялась для него сплошной полосой мрака? Когда он успел настолько к ней привязаться… привыкнуть… полюбить…

«Полюбить?» — он мысленно произнёс это слово. Потом ещё и ещё раз… снова посмотрел на спящую Ориен и, обняв её крепче, уткнулся носом в её волосы. Она пахла его мятным мылом, лесными травами и свежим ветром, а ещё уютом, теплом и чем-то невероятно родным. Она была мягкой, нежной и очень хрупкой, но вместе с тем имела несгибаемую волю. Её душа на самом деле была чистой. Несмотря на все выпавшие на её долю беды, она так и не научилась ненавидеть, врать, хитрить. Она не держала зла на людей… даже на тех, кто был с ней груб. И… простила ему всё. Полюбила его. А он сам не заметил, что полюбил её.

Полюбил… хоть и был уверен, что не способен на подобные чувства.

— Спи моя девочка, — прошептал он, натягивая на неё одеяло. — Спи…

Услышав его голос, она нежно улыбнулась во сне и прижалась к нему теснее.

— …любимая, — прошептал Лит, целуя её голое плечо. — Моя.

* * *

Когда утром следующего дня Литару доложили, что с ним желает встретиться лорд Орте Гриан, принц совсем не удивился. На самом деле он даже ждал этого разговора, вот только не думал, что ишерский гость заявится к нему в департамент с самого раннего утра, ещё до завтрака. Всё же беседа им предстояла совсем не простая. Да и к оговоренным накануне совместным проектам и расследованиям отношения явно не имела.

Вчера за ужином, да и позже, во время обсуждения путей решения проблемы с фанатиками из ордена «Красный след», Лит имел возможность взглянуть на Ридьяро совсем с другой стороны… не как на противника, а как на союзника. Этот ишерец, действительно, оказался неплохо осведомлён о положении дел в Карилии, и об обсуждаемой организации знал даже больше, чем сам Сокол. Ему оказались известны имена многих представителей высшей аристократии королевства, поддерживающих сие движение, и он не собирался держать эту информацию в тайне или использовать её как козырь. На самом деле Орте Гриан был не меньше самого Литара заинтересован в том, чтобы это движение просто перестало существовать.

И казалось бы, что в этом сложного? Ведь можно просто арестовать всех участников, а главарей и вовсе публично казнить. Наверно это могло бы стать выходом, если бы этих людей не было так много. По словам Ридьяро на данный момент в рядах сей организации числилось больше тысячи человек. И с каждым днём их становилось всё больше.

Нужно было срочно принимать какие-то меры. Но главная проблема всей этой ситуации заключалась в том, что пока представители «Красного следа» вели себя достаточно осторожно. Да, их руководители активно взращивали в сознании своих сподвижников мысль о том, что ишау нужно непременно изгнать с континента, но пока это оставалось только разговорами. Пустой болтовнёй, за которую даже на каторгу не отправишь. Но и дожидаться того момента, когда их армии наберут мощь, тоже было бы слишком глупо.

Кай предлагал официально объявить их орден экстремистским, рассчитывая, что в таком случае люди попросту побоятся в него вступать. Но Лит не считал это достаточным. Здесь нужны были другие меры. Он полагал, что во избежание возникновения конфликтов, жители их страны, да и всего континента должны осознать, что ишау для них не опасны. Но вместе с тем, прекрасно понимал, что на это могут уйти годы. Всё же завоевать доверие людей куда сложнее, чем развить в них агрессию.

В итоге было принято общее решение продолжить наблюдать за «Красным следом» и в случае возникновения опасности, действовать жёстко. А ещё Ридьяро с Литаром договорились об обмене информацией и плотном сотрудничестве в этом вопросе. Тогда-то Сокол и подумал, что Рид мог бы помочь ему ещё в одном деле… касающемся Ориен. Почему-то, несмотря на свою невероятную интуицию, он даже не допустил мысли, что младший Орте Гриан может оказаться её отцом. Лит сам рассказал ему пор девочку. И про приют, и про её крылья… про дар к ментальной магии. И в парк они вышли тоже только за тем, чтобы попросить Ори показать Ридьяро кольцо.

Кто ж знал, что всё так обернётся?

И вот сейчас, сидя в кресле в своём рабочем кабинете, Лит почему-то ни капли не сомневался, что разговор снова пойдёт об Ориен. Вот только теперь они уж точно будут говорить не как коллеги… и даже не как политики.

— Литар, доброе утро, — ровным тоном поздоровался с ним вошедший ишерец.

Он закрыл за собой дверь и, спокойно пройдя через кабинет, присел в одно из стоящих у стола кресел.

— Доброе утро, — вежливо ответил ему Лит, но больше ничего добавлять не стал, ожидая, пока гость сам озвучит цель своего визита.

— Думаю, вы догадываетесь, о чём пойдёт разговор, — протянул ишерец, внешне сохраняя полное спокойствие, будто данная тема ни капли его не трогала.

— О моей Ориен, — спокойно отозвался Сокол, всего одной короткой фразой отражая свою позицию по волнующему их обоих вопросу.

Лит ведь прекрасно понимал, что Ридьяро, как отец, будет настаивать на прекращении их с Ори отношений. Ведь с его точки зрения роль чьей-то любовницы, пусть даже фаворитки принца, выглядела позорной для дочери человека, находящегося в родстве с князем. Тем более, что лорд Орте Гриан сразу заявил, что признаёт Ори, а значит готов заявить на неё свои права… как родитель.

— Литар, — начал Рид. Тон его голоса оставался хоть и холодным, но явной агрессии в себе не нёс. — Вы спите с моей дочерью… и я просто не могу принимать такое положение вещей нормально. Но… при этом прекрасно понимаю, что с вами она давно. Вы ей небезразличны, и если сейчас перед Ори поставить выбор между вами и мной, она без малейшего сомнения выберет вас. Поэтому, пока… — он подчеркнул это слово, желая показать, что сия мера носит исключительно временный характер, — …пока я буду принимать всё. Закрою глаза на вашу связь. В любом случае, если бы не вы… и не ваша роль во всей этой истории, то мы бы с ней вообще могли не встретиться.

— Так и что же, в таком случае, вы хотите мне сказать? — с искренним интересом спросил Лит. — Признаться, я ожидал услышать что-то вроде жёсткого ультиматума.

— Я, конечно же, могу поставить вам и вашей королеве ультиматум… — усмехнулся Рид, но тут же покачал головой и добавил: — И потерять только что обретённую дочь. Нет, Литар, это было бы слишком глупо с моей стороны. Мы ведь с вами политики и понимаем, что в подобных скользких ситуациях никогда не стоит действовать сгоряча. А результата можно добиться только тонкой игрой.

Да, Литар понимал, хоть и не был особенно силён в политических интригах. Но сейчас, когда вопрос стоял так, что он может потерять Ори, ему пришлось мобилизовать все свои таланты, чтобы понять суть этой самой игры, которую собрался вести Рид.

— А к вам я пришёл с просьбой, — добавил ишерец.

— Очень интересно, с какой?

Лит наклонился чуть вперёд и, уперев локти в поверхность своего стола, сложил ладони домиком, неосознанно копируя привычку матери.

— Нам с Лиарой нужно поговорить с Ориен, — ответил Ридьяро. — Но я не уверен, что девочка согласится.

— Согласится, в этом можете не сомневаться, — заверил его принц. — И я даже организую вашу встречу… более того, предоставлю для этой беседы собственную гостиную. Но хочу вас предупредить сразу, я тоже буду присутствовать.

— У вас в этом есть какой-то интерес, или вам просто любопытно? — холодным тоном поинтересовался лорд Орте Гриан. По всему было понятно, что он не в восторге от перспективы открывать своё прошлое перед этим человеком.

— Это нужно не мне, а ей. — С невозмутимым видом ответил Сокол. Но тут же холодно усмехнулся и всё же решил высказаться до конца: — Вы хоть представляете, что всё это значит для Ори? Как она смотрит на людей… аристократов, богатых и ни в чём не нуждающихся, когда сама выросла в сиротском приюте? Что вы знаете о ней, Ридьяро? Как она росла, с кем общалась? Что она ела, в конце концов? Знаете, как пошла на первое ограбление? Как попала на каторгу? Скажите мне?

— Знаю, — тихо, но слишком нервно отозвался ишерец. — Пусть и не всё. Мне Лиара рассказала.

— Герцогине известны крупицы из биографии Ориен, — продолжал распаляться Сокол, которого вдруг несказанно взбесило, что этот человек, промаявшись где-то двадцать два года, теперь вдруг решил заявить права на его женщину. И пусть она хоть трижды его дочь, что это меняет?

— Я надеюсь узнать об остальном от неё, — отчеканил его собеседник.

— Да она никогда не расскажет вам и половины! — выпалил Литар. — Мне пришлось приложить очень большие усилия, чтобы узнать о ней хоть что-то. Но… иногда мне кажется, что лучше бы я этого не знал.

Видя, насколько всё это важно для Лита, ишерец вдруг устало выдохнул и отвёл взгляд в сторону, вмиг теряя всю свою напускную холодность.

— Вам, скорее всего, неизвестно, как происходит инициация у ишау, — проговорил он, делая вид, что рассматривает висящую на стене картину. — Это сложный процесс высвобождения силы, и его проводит всегда отец или старший в роду. Нечто похожее вы видели вчера… когда я коснулся её руки. Но сейчас речь не о том, ведь у чернокрылых есть, по крайней мере, ещё один способ инициации — до невозможности глубокое моральное потрясение. Когда тело и дух находятся на грани, когда впереди уже разворачиваются очертания тёмной бездны. Вот тогда, энергия ишау может вырваться сама… дабы спасти и не дать пересечь черту. А Ори инициирована… и я даже не представляю, что ей пришлось пережить, чтобы проснулась её кровь.

На самом деле Лит и раньше догадывался, с чем именно было связано появление у его Миража крыльев. И слова её отца только подтвердили эти догадки. Мгновение он сомневался, — стоит ли посвящать в это дело Рида, но в итоге всё же решил сказать:

— Её изнасиловали… — ледяным тоном выдал Сокол. — В катакомбах каторжного поселения. Двое стражников.

В то же мгновение глаза ишерца полыхнули серебром, а его зрачок вытянулся в тонкую линию. Весь его вид говорил о том, что сейчас он готов убить… разделаться с обидчиками дочери собственными руками.

— Они уже мертвы, — добавил Литар, не меняя тона. — Были осуждены на десять лет пребывания в том самом поселении. Их приговор озвучили перед всеми заключёнными. На следующий день их тела нашли в катакомбах. Забиты до смерти, — пояснил он с ледяной усмешкой. — И виновных я наказывать не буду. Потому что участников у того деяния было больше двух десятков. Можно сказать, что своими руками они исполнили мою волю.

Теперь во взгляде ишерца, обращённом на принца, появилось нечто похожее на благодарность и… уважение. И казалось бы, разве можно уважать человека за организацию жестокого убийства, но со стороны отца Ори поступок Литара выглядел истинным благом.

— Если бы сейчас они были живы, — суровым тоном проговорил Ридьяро, — то им бы пришлось иметь дело со мной. И вряд ли бы их жизни продлились долго.

Лит внимательно посмотрел в его глаза, в которых больше не было ни холода, ни недоверия, молча кивнул и перевёл взгляд на лежащий на столе блокнот с расписанием дел на сегодняшний день.

— Я могу устроить вашу встречу с дочерью через час, — спокойно предложил Лит, с таким видом, будто они и не упоминали ни каторгу, ни фактическую казнь двух подонков, а просто вели обычный светский разговор. — Согласны?

— Согласен, — ответил Рид и уже поднялся, чтобы уйти, но снова посмотрел на Лита и вдруг добавил, совсем другим тоном: — Вы нравитесь мне, Литар. И я был бы искренне рад, если бы избранником моей дочери стал такой человек. Вот только… я хочу, чтобы у неё была семья… но, при всём моём уважении, не верю, что вы готовы на ней жениться.

И ушёл, тихо прикрыв за собой дверь. А Лит проводил его хмурым взглядом, напряжённо вздохнул и, закинув голову назад, закрыл глаза. Теперь он уже не сомневался, что скоро потеряет свою Ори. Фактически, это было лишь делом времени.

И пусть умом он понимал, что так будет для всех правильней. Но, Боги…как объяснить это ноющему сердцу и скрученной в бараний рог душе, которые принимать такое положение вещей никак не желали. Как заставить себя поступать как надо, когда вся внутренняя суть активно выступает против?!

В этот момент ему стало настолько паршиво, настолько гадко, что он просто не смог и дальше оставаться на месте. И передав своему заместителю основные распоряжения, покинул здание департамента и направился в сторону королевского крыла.

Когда Литар вошёл в собственную спальню, Ориен уж проснулась. Она лежала на боку, подложив руку под голову, и выглядела при этом очень задумчивой. Но увидев Лита, который в такое время обычно не появлялся, улыбнулась и поспешила сесть.

— Привет… — проговорила она, но заметив в его глазах какую-то до невозможного горькую печаль, вдруг насторожилась. — Что-то случилось?

— Нет, — бросил он, хотя девушка прекрасно почувствовала — врёт. И за всё время их знакомства это вообще был первый раз, когда он сказал ей неправду.

— Литар, — Ори приподнялась и хотела уже повторить свой вопрос, но он не дал ей этого сделать.

Быстро преодолев разделяющее их расстояние, он остановился прямо перед сидящей на краю кровати девушкой. И пока она тщетно пыталась поймать его взгляд, Лит мягко надавил ей на плечи и уложил обратно на чёрные простыни.

— Что с тобой? — снова спросила Ориен, когда он навис сверху, явно собираясь её поцеловать. — Лит, я чувствую, что тебе плохо. Скажи мне… я ведь могу помочь.

— Не можешь, Ори, — прошептал он, касаясь губами её шеи. Потом снова посмотрел ей в лицо и попросил… причём с такой болью в голосе, которой она никогда раньше не слышала: — Поцелуй меня… Будь со мной. Ты очень мне нужна.

И это было чистейшей правдой. Она чувствовала, что причина такого состояния Литара именно в ней. Но поцеловала, как он и просил… вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь, всю нежность, что испытывала, находясь рядом с ним, а потом чуть отстранилась и глядя ему в глаза, произнесла:

— Я люблю тебя, Литар. Очень люблю… Мне больно видеть грусть в твоих глазах и понимать, что являюсь её причиной. Пожалуйста… не думай о плохом. Будь со мной… — и снова потянулась к его губам, даже не пытаясь сдерживать собственных эмоций.

…В этой их близости всё было иначе. Она сама целовала его тело, снимала с него одежду, а он покорно принимал её ласки. И с каждым новым касанием мягких любимых губ всё больше успокаивался. Ведь на самом деле… ещё ничего не решено. Сейчас его девочка с ним, и даже не думает никуда уходить… уезжать. Она ведь любит его, а значит, не оставит.

В тот момент, когда Лит всё же перехватил у неё инициативу, Ори была уже настолько распалена, что дрожала от каждого его поцелуя, от каждой, даже невесомой ласки. А когда их тела всё же слились, так крепко обхватила его ногами, что Лит не смог сдержать улыбки.

— Моя воительница, — прошептал он ей на ухо. — Горячая, ласковая девочка. Как тебя можно не любить?

Это не было признанием, но у Ориен всё равно потеплело в душе от его слов. А все страхи и сомнения в один момент исчезли, — утонули в волнах её маленького, но такого огромного счастья. И даже физическое удовольствие вдруг перестало иметь хоть какое-то значение… ведь уже само то, что они были вместе… рядом, прижимались кожа к коже… грели друг друга своим теплом, оказалось достаточно, чтобы ощутить самое настоящее блаженство.

— Мой Литар… мой Сокол, — шептала она, цепляясь пальцами за его плечи и погружаясь в какое-то особенно яркое наслаждение.

Её тело содрогалось в его руках… А он смотрел в её затуманенные удовольствием глаза, понимал, что такая она только с ним, только для него, и улыбался. Как может улыбаться только человек, нашедший своё истинное счастье.

* * *

Когда Ориен с Литаром вошли в гостиную его покоев, и Лиара, и Ридьяро уже были там. Они сидели рядом на небольшом диванчике и тихо о чём-то переговаривались. Но первым на что Ориен обратила внимание, оказались их крепко сцепленные руки с переплетёнными пальцами. И этот жест стал для неё поистине знаковым. Ведь получалось, что эти двое — её мать и её отец, несмотря на прошедшие с их последней встречи двадцать три года всё равно… тянутся друг к другу.

— Добрый день, — поздоровалась девушка, останавливаясь у чайного столика. — Рада видеть вас вместе.

Она сама не поняла, почему это сказала. Просто… захотелось. Но Лиара в ответ почему-то стушевалась и опустила взгляд, а вот лорд Орте Гриан, наоборот, улыбнулся и смело посмотрел в глаза дочери.

— Добрый день, Ориен, — сказал он, и сегодня его голос звучал удивительно мягко. — Спасибо, что согласилась на эту встречу.

— А как же иначе? — пожала плечами девушка и направилась ко второму дивану, стоящему напротив того, на котором расположились родители. Правда руку Литара она так и не отпустила, и ему пришлось сесть рядом с ней. Хотя он и не был против. Совсем наоборот.

— Несмотря ни на что, мы виноваты перед тобой, — с серьёзным видом заявил Ридьяро. — Обеспечение благополучия детей — это главная обязанность родителей. А мы… не смогли тебе этого дать. И никакие оправдания не в силах снять с нас эту вину.

— Увы, лорд Орте Гриан, прошлого не изменить, — ответила ему девушка, глядя в такие же, как у неё самой серебристо-серые глаза.

— Но наше будущее — в наших руках, — добавил мужчина.

Внешне он выглядел очень спокойным и уверенным, но Ори чувствовала, что на самом деле он тоже нервничает. Лиара же вообще до сих пор так ни разу и не посмотрела ей в глаза, и была такой напряжённой, что просто не смогла этого скрыть. Заметив состояние женщины, Рид ободряюще сжал её руку и снова обратился к дочери:

- Я считаю, что ты, Ориен, имеешь право знать, почему всё случилось так… как случилось. Именно поэтому мы здесь.

— Я готова вас выслушать, — отозвалась девушка, но при этом крепче стиснула пальцы своего принца, который до сих пор предпочитал хранить молчание. — На самом деле кое-что мне известно и так. Нам с Литаром удалось выяснить, что вы были моряком и работали на корабле «Северная жемчужина». Так же ювелир, который делал гравировку на вашем кольце, сообщил нам, что сдал вас своему брату, который состоял в обществе «Красный след», что они держали вас у себя, и что вам удалось от них сбежать. Всё. О моей матери почти ничего выяснить не получилось. Мисс Кариэлла Терроно, у которой мы с ней жили до моих четырёх лет, рассказала, что та прятала внешность за амулетом, и назвалась чужим именем. Лилия. — На этом моменте Лиара, всё же подняла взгляд и заглянула в глаза дочери. Но Ори продолжала смотреть на отца… будто рассказывала всё это только ему. — А потом она заболела. Врачи не знали что это за болезнь, зато городской маг легко определил в этом какое-то проклятие.

— Это и было проклятие, — сдавленным голосом сказала герцогиня. — Чёрное, кровное, которое на меня наслали по приказу моей же матери. Она решила, что я выберу жизнь и свяжусь с ней. И да… я не могла позволить себе гордо умереть, потому что у меня была маленькая дочь.

Ори поймала её взгляд и на секунду замерла. Она чувствовала, что сейчас Лиара едва сдерживается, чтобы не разрыдаться, и в который раз поразилась невероятной выдержке этой хрупкой с виду женщины. Сейчас Ориен очень жалела, что почти ничего не помнит из поры своего счастливого детства. Почему-то ей казалось, что тогда в её жизни было много хорошего… светлого.

— Леди Лиара, я примерно представляю, что произошло дальше. Но всё же хотелось бы услышать это от вас, — вступил в разговор Литар, и сейчас Ори была очень благодарна ему за участие. Потому что самой ей говорить об этом оказалось очень сложно.

Герцогиня посмотрела на принца, затем повернулась к Ридьяро, и только когда тот кивнул, будто давая ей своё разрешение, заговорила снова.

— Здесь правильней начать с начала всей этой истории, — сказала она глядя на Ори. — Мне было всего семнадцать, когда моя мать, графиня Моника Дезри, сообщила, что некий герцог Градицкий пожелал взять меня в жёны. О нём ходили довольно странные слухи, будто он законченный повеса, мот и бабник. Я знала, что у него есть незаконнорожденный сын и что ему нужны официальные наследники. И всё бы ничего, но… Его Светлости было сорок пять, и в то время он казался мне стариком. И тем не менее, мама от моего имени дала ему согласие на этот брак. У меня не было выбора, и в какой-то момент я решила смириться… но в тот же вечер стала свидетельницей того, как именно предпочитает развлекаться с женщинами мой жених.

Она отвернулась к окну, будто от вида чистого голубого неба ей было легче говорить. А Рид переложил руку на её талию, прижимая к себе ближе. И этот его жест совершенно точно придал ей сил для продолжения рассказа.

— В то время мы с мамой и сёстрами отдыхали на побережье… в Карсталле, — сказала она, снова глядя в глаза дочери. — Там-то я и встретила Яро. После очередной ссоры с матерью сбежала на набережную и… упала, споткнувшись о камень. А он мне помог. Мы познакомились… как-то незаметно подружились. А накануне нашего с мамой отъезда, я призналась Ридьяро, что не хочу уезжать. Что предстоящий брак для меня равносилен плену.

— Я не мог тебя отпустить, — проговорил ишерец, поворачиваясь к Лиаре. — Уже тогда не мог.

Она вздохнула, легко ему улыбнулась и снова посмотрела на дочь.

— Яро предложил мне остаться. Пожить пока у него, а там… будет видно. И я… согласилась. Вернулась домой, собрала необходимые вещи, прихватила все драгоценности, и свои, и сестёр, а потом сбежала. У меня был амулет, меняющий ауру (подарок одного знакомого мага), поэтому я не сомневалась, что найти меня никто не сможет.

— Мы сняли домик на отшибе, — добавил лорд Орте Гриан, дополняя рассказ Лиары. — Жили там вдвоём. Сначала в разных комнатах… как друзья. А потом в одной. Я на самом деле хотел жениться… и должен был просто отдать кольцо, объяснить, что это такое и как это работает, но мне захотелось романтики. В общем… это нас и сгубило. Меня поймали ваши фанатики. Держали в каком-то подвале, собирались судить, но мне всё-таки удалось сбежать. Вот только оставаться в Карилии было небезопасно. Я ведь на самом деле не имел права находиться в этой стране. Поэтому и решил, что должен вернуться домой.

— Прошу прощения, Ридьяро, а как вы вообще оказались в Карсталле, да ещё и как простой моряк? — снова подал голос Лит. Всё-таки опыт ведения допросов и здесь оказался для него не лишним.

Лорд Орте Гриан посмотрел на принца и вдруг улыбнулся. И эта улыбка так преобразила его лицо, что Ори в который раз подивилась тому, как могла не узнать его сразу.

— Я уже рассказывал вам, Литар, как проходит инициация у чернокрылых ишау. Так вот, когда мне исполнилось двенадцать и пришло время вызвать мои крылья, отец не смог этого сделать. Он тогда сказал, что не чувствует моей энергии… Решил перенести сие действие на год. Но и тогда ничего не вышло. У меня не было крыльев, а это огромный позор для мужчины, принадлежащего к одному из высших кланов, состоящему в родстве с князем. Это клеймо на всю жизнь… А я ещё и старший сын, первый наследник, и оказался таким вот… порченным. И вот когда мне исполнилось восемнадцать, я решил, что лучше уж принять смерть, чем быть позором семьи. Ушёл из дома. Подался на флот, вот только никто из ишерцев меня брать в команду не желал. Уж не знаю почему. Тогда-то я и попал к людям, контрабандистам. С ними добрался до ближайшего человеческого острова. А там меня легко приняли матросом на «Северную жемчужину». Мы курсировали между сайлирскими и карильскими портами, перевозя грузы, а в зимние месяцы, когда море часто штормило, жили в Карсталле. Там я и встретил Лиару.

— Лорд Орте Гриан, но у вас ведь есть крылья, — возразила Ори, пытаясь понять, что в этой истории не так.

— Дело в том, Ориен, что чёрные крылья — порождение тьмы, а белые — созданы из света. Их энергии разные в корне. Но чёрная, разрушительная, не может пробудить белую, в то время как белая, созидательная, действует на всё. Именно поэтому мой отец, как носитель тёмной энергии, не смог помочь мне пробудить свою силу. Для этого нужен был другой старший родственник из белокрылых. А таковых у нас в роду не было уже три поколения. Белокрылые вырождаются, и то, что я оказался одним из них, стало сюрпризом для всех.

— Но тогда как? — не понимала девушка.

— Я влюбился, Ори, — с мягкой улыбкой ответил ишерец. — А когда получил свою любимую, когда узнал, что она тоже меня любит, испытал настоящее счастье. Тогда-то и пробудилась моя кровь. Тогда и появились крылья. Оказалось, что инициацию может спровоцировать всплеск эмоций. У белокрылых — светлых, а у чернокрылых — тёмных.

— Значит, вы на самом деле хотели жениться на Лиаре? — спросила девушка, желая уйти от темы инициации.

— Чтобы не подвергать её опасности, я должен был убраться из вашей страны. Тогда, сбежав от фанатиков, я отправился к Лие, попытался всё ей объяснить, отдал кольцо, сказал, что вернусь за ней.

— Почему вы не взяли её с собой? — спокойно поинтересовалась Ори. — Оставили её одну…

— Мне нужно было как можно скорее добраться до Ишерии, а корабли туда не ходили, тем более, зимой. Пришлось лететь, а нести её я бы не смог. Крылья тогда ещё не окрепли. Поэтому и сказал, что вернусь за ней.

— И не вернулись. — Ориен хотела сказать эту фразу ровным тоном, но она всё равно прозвучала, как упрёк.

— Вернулся, — заявил Орте Гриан. — Всего через месяц прибыл на своём корабле. Но не смог её найти, как ни искал. А всё потому, что твоя мать, Ори, не приняла моё кольцо. Она не надела его, не активировала нашу связь, и я вас потерял. Искал долго… очень долго, и перестал искать, лишь когда узнал, что моя Лиа вышла замуж за герцога. Того самого, от которого хотела убежать.

Ори тут же повернулась к женщине, очень желая выслушать её объяснения, но герцогиня снова перевела взгляд куда-то в сторону и выглядела крайне обеспокоенной.

— Лиара, — позвала её Ориен. — Скажи, почему ты не приняла кольцо?

И тогда та вздохнула и всё-таки нашла в себе силы посмотреть в глаза дочери.

— Потому что не поверила ему, — призналась она, сильнее прижавшись к Яро. — Потому что знала историю про крылья и сомневалась, что теперь буду ему нужна. Он вернулся к своим, а я осталась… ко мне приходили люди из этого гадкого ордена, но я их выгнала. Потом ещё и про беременность узнала. Да и… перед тем как Яро ушёл я сказал ему, что приму его перстень, только когда он вернётся. Я знала, что он сможет меня найти по этому кольцу, но не имела понятия, что оно непременно должно быть на моей руке. Глупо ждала… год, два, три… А ты, Ори была так на него похожа…

Герцогиня улыбнулась, а на её глазах всё-таки показалась плёнка из слёз. Но женщина тут же взяла себя в руки и, выпрямив спину, снова посмотрела на Ориен.

— А потом моя мать наслала это демоново проклятие. Я не маг и не разбираюсь в тонкостях. Знаю лишь то, что оно было как-то связано с кровью. Когда же меня привезли в наш родовой особняк, я была почти на грани, неделю не приходила в себя, а очнувшись, сразу же потребовала привезти мою дочь. Графиня отказала, заявив, что в её семье незаконнорожденных детей не будет. Тогда я рассказала ей про Яро, про то, что он ишерец, что обязательно вернётся за нами, и мы уйдём из её драгоценной семьи. И тогда я в ужасе узнала, что мама тоже является членом ордена «Красный след». Она так рассвирепела, что мне стало страшно. Устроила жуткий скандал, а потом ушла, хлопнув дверью. Зашла ко мне только на следующий день… — на этом моменте голос Лиары дрогнул и осип до шёпота. — Она, сказала, что ишерского отродья больше нет. И похвасталась, что девочка умерла от лихорадки, и ей не пришлось убивать её самой. С того дня я с графиней не разговаривала. А когда смогла встать, собрала свои вещи и ушла. Попросилась на временное жильё к сестре моего почившего отца. Наняла детектива, чтобы он узнал о судьбе моей дочери… Сама ехать была не в силах. Вскоре он подтвердил, что девочка действительно умерла от лихорадки. Даже сказал, что видел её могилу…

Вот теперь выдержка Лиары лопнула. Она всё же не сдержала эмоций и, полностью потеряв над ними контроль, на несколько мгновений уткнулась в плечо Ридьяро. А он обнял её так нежно, что у Ориен не осталось сомнений, что, несмотря на прошедшие годы, любовь этих людей никуда не исчезла.

— Ори… — хрипло выговорила Лиара, снова поднимая лицо и смахивая с ресниц позорную влагу. — Когда до меня дошли слухи, что фаворитку принца Литара зовут Ориен Терроно, я думала, что это совпадение. Всё же в нашей стране немало людей носят такую фамилию. Но имя… имя ведь на самом деле редкое… ишерское. Тогда-то я и вернулась в столицу, хотя собиралась отправиться на побережье. Мне нужно было проверить… убедиться.

На мгновение она замолчала, переводя дух. По всему было понятно, что этот разговор даётся герцогине очень нелегко. Но никто не стал её торопить, давая возможность собраться с мыслями.

— Я никак не могла найти подходящий предлог, чтобы заявиться в гости к верховному магу, а сама ты сидела в его особняке безвылазно, — продолжила женщина. — Но потом, ты сама появилась в гостиной Террианы, а я оказалась настолько шокирована, что просто не могла связать двух слов.

— Почему ты не призналась мне сама? — спросила Ори, глядя в блестящие от слёз глаза матери. — Я ведь говорила, что мечтаю найти родителей.

— Боялась, Ори, — отозвалась та, виновато качая головой. — Мне было страшно снова тебя потерять. Я бы обязательно тебе сказала, позже. И признала бы официально.

— В любом случае, Ориен, теперь ты Орте Гриан, — уверенно добавил Ридьяро. — А у тебя, между прочим, большая семья. Помимо нас с Лиарой, которую я теперь уж точно не отпущу, у тебя есть дед, бабушка, два дяди, тётя и четверо двоюродных братьев. Это если касаться близкой родни.

— Но ведь они все в Ишерии, — с грустью заметила девушка. — А мой дом здесь.

— О том, где твой дом мы поговорим в другой раз, — спокойно отрезал её отец. — А что касается родственников, то твой дед в Эргоне. И, кстати, очень хочет познакомиться с тобой поближе.

— Хемиэрте? — с надеждой уточнила Ориен, хотя уже сама знала ответ на свой вопрос. — Я чувствую родство с ним. С первой встречи…

— Это не удивительно, — ответил ишерец. — Он ведь старший родственник, к тому же чернокрылый. Для твоей внутренней энергии он гораздо роднее, чем я. Хотя и меня она приняла.

— Лорд Орте Гриан… — хотела что-то сказать девушка, но он её остановил.

— Ори, я не прошу тебя называть меня папой или отцом. Понятное дело, что для тебя это сложно. Но, прошу, обращайся ко мне по имени. Хочешь, зови Яро, хотя так меня не называют уже очень давно. Лучше Рид или Ридьяро. И, прошу, на «ты». Так нам с тобой будет легче общаться и находить общий язык.

— Я постараюсь, — кивнула она и перевела взгляд на герцогиню, в глазах которой сейчас плескалась неприкрытая ничем горькая тоска.

Ори чувствовала, что ей невероятно тяжело. Это для Яро всё было проще, ведь ему самому стало известно о существовании дочери меньше суток назад. А вот Лиара знала, что такое быть матерью… каково потерять своего ребёнка, а потом, спустя восемнадцать лет, найти. Ориен чувствовала, насколько той тяжело, но вместе с тем ощущала, что нужна ей…

— Мам… — это слово сорвалось с губ Ори само собой. Но, услышав его, Лиара застыла, а в её глазах отразилось настоящее неверие, помешанное с чем-то так похожим на счастье.

— Ори… — прошептала женщина, затем поднялась, обошла стол и, позабыв про любые правила этикета, обняла свою девочку. — Доченька… моя любимая… родная. Ориен…

Вот теперь Литу показалось, что он присутствует при чём-то очень личном. У него возникло ощущение, что он подглядывает в замочную скважину. Всё же, к этой маленькой семье он не имел совершенно никакого отношения. Поэтому, поднявшись, молча кивнул Ридьяро и вышел за дверь.

Вот и всё…

Теперь можно сказать, что свою часть их с Ори сделки он выполнил, — сделал всё от него зависящее, чтобы она нашла своих родителей. Но теперь Ориен в порядке, ей больше не требуется его поддержка. Как и помощь…и защита. Дальше она справится и без него, а он… пока займётся другими вопросами.

Может хотя бы работа заставит его перестать думать о ней? Может в департаменте найдётся дело, способное увлечь настолько, чтобы хоть ненадолго изгнать из его головы гадкую мысль о том, что Ори для него теперь почти потеряна…

Глава 10

Прошу, не убей ты любовь настоящую…

Своим равнодушьем не крой, будто пологом.

Спаси мою душу, над бездной стоящую.

Не дай уничтожить всё то, что так дорого…

Не жги те мосты, что две жизни связали нам,

Не режь по больному ты сердце влюблённое,

Молчаньем своим ты не рви его пополам.

Оно не взлетит без тебя… окрылённое.

С появлением в жизни Ориен родителей для неё изменилось слишком многое, если не сказать — всё. И, казалось бы, разве можно настолько быстро и легко проникнуться сильными чувствами к тем людям, которых так долго не было рядом, сблизиться с ними… причём всего за каких-то две недели? Будь они хоть трижды близкие родственники? Но Ориен на самом деле полюбила их. И маму… и отца.

Теперь она почти всё время проводила с ними. В первой половине дня, когда Ридьяро принимал участие в переговорах с карильцами, они с Лиарой гуляли по городу или по обширному дворцовому парку, или развлекали скучающего Эркрита, который не уставал восхищаться её крыльями, или занимались чем-то ещё, но обязательно вместе. А вот после обеда, когда время заседания подходило к концу, к ним присоединялся Рид, и они, вместе с остальными ишерцами отправлялись смотреть очередную достопримечательность страны. И пусть герцогиня с Ридьяро почти не отходили друг от друга, стараясь даже руки расцеплять как можно реже, но Ори совсем не чувствовала себя рядом с ними лишней.

А ведь из них троих, действительно, получилась прекрасная семья…

…Ещё тем же вечером, после столь важного и знакового для них всех разговора, на торжественном ужине Рид официально поблагодарил Её Величество за приглашение посетить Эргон, и сообщил, что нашёл здесь свою женщину и их общего ребёнка. После чего представил всем Ориен, как свою дочь. С того самого вечера во дворце к ней обращались исключительно как к леди Орте Гриан.

Ещё через два дня Лиара призналась Ори, что приняла кольцо Рида, и что он согласен провести свадебный обряд по карильским традициям. Говоря всё это, она просто светилась счастьем и казалась на десяток лет моложе. Хотя, герцогиня и раньше не выглядела на свои сорок, и куда больше походила на старшую сестру Ориен, чем на мать.

И Ори была очень рада за родителей. Она знала, что они до сих пор любят друг друга. Чувствовала это, видела по их глазам. А ещё она ни капли не сомневалась, что они любят и её, даже несмотря на то, что почти ничего о ней не знают. Для них оказалось совсем не важно, воровка она или нет, каторжница или законопослушная девушка. Она была их дочерью… плодом их любви, которая столько лет этой самой любви не видела. Они хотели дать ей всё, что только могли. Старались как можно чаще находиться рядом, делали всё, чтобы узнать свою дочку поближе. Понять её… показать, насколько она для них важна. Но что самое удивительное, за всё время их общения никто, ни Лиа, ни Рид, ни разу даже не заикнулись ни об её отношениях с Литаром, ни о статусе его любовницы.

С Хемиэрте у Ориен сложилось тёплое дружеское общение. Может всё дело было в том, что она чувствовала в нём близкого родственника, а может — в особенностях характера самого мужчины, но Ори очень нравилось проводить с ним время. А когда после свадебного обряда между Ридьяро и Лиарой, старший лорд Орте Гриан воспользовался приглашением новоявленной невестки и перебрался в её особняк, они с Ори стали видеться каждый день.

У девушки в доме теперь уже бывшей герцогини тоже появилась своя комната. Просторная, светлая, с огромной кроватью, мягкими коврами и даже камином. Едва впервые войдя в неё, Ориен полюбила это место. Всё здесь было именно таким, как ей нравилось, и даже небольшой балкон имелся. Причём с него было прекрасно видно дворец и… королевское крыло.

И во всём многообразии положительных и счастливых моментов был, по меньшей мере, один существенный повод для расстройства. Ведь за всеми этими заботами: знакомстве с семьёй, общением с матерью, Ори почти не виделась с Литаром. Днём он, как и Рид, присутствовал на переговорах, от которых Ори, к счастью, освободили. А потом до поздней ночи пропадал в родном департаменте. В своих покоях появлялся почти под утро — просто падал на кровать и засыпал, иногда даже не раздеваясь. Ориен видела, что с ним творится нечто непонятное, чувствовала, что он не в себе, но понятия не имела, как ему помочь.

Когда Лиара пару дней назад предложила Ори переночевать в её доме, та с радостью согласилась. Но не предупредить Литара просто не могла, и сама направилась в его рабочий кабинет в здании департамента правопорядка. Правда Лит снова был занят планированием очередной срочной операции по поимке кого-то важного и смог уделить ей всего минуту. А Ори, видя его занятость, не стала вдаваться в объяснения, и просто сказала, что сегодня останется на ночь у матери. Литар же на это лишь спокойно кивнул, но она всё равно заметила, как в его глазах будто что-то потухло.

На следующий день Ориен тоже осталась у Лиары, попросту засидевшись допоздна. Они так увлеклись обсуждением предстоящего королевского бала, что совершенно не заметили, как на дворе наступила ночь. А учитывая, что этот праздник устраивался именно в честь заключения договора с ишерцами, к которым обе женщины теперь тоже официально относились, для них было особенно важно хорошо к нему подготовиться.

И вот сегодня, в день сего знакового мероприятия, Ори тоже во дворец не вернулась, решив собраться в доме матери. Тем более, что и её платье, и драгоценности и даже горничная Алисиния, находились здесь…

Казалось бы, жизнь наладилась. Всё хорошо. Нужно радоваться, улыбаться и благодарить судьбу за то, что дала шанс обрести семью. И Ори на самом деле была несказанно ей за это благодарна. Вот только во всей этой бочке мёда была одна ложка дёгтя, которая напрочь перебивала его сладкий вкус. Дилемма… вот уже который день не дающая девушке покоя…

— Милая, — позвала её Лиара, наблюдая, как горничная закалывает отдельные пряди красных волос Ориен маленькими шпильками.

Ори вынырнула из своих странных размышлений о переменчивости жизни и превратностях судьбы и вопросительно посмотрела на мать.

— Ты что-нибудь решила? — мягким тоном спросила новоявленная леди Орте Гриан. — Прости, что спрашиваю, я ни в коей мере не хочу на тебя давить, но… отъезд назначен на завтра. И Рид, и Хемиэрте очень хотят, чтобы ты поехала с нами. Даже Ренделли просил меня как-то на тебя повлиять, — говоря это, она чуть улыбнулась и добавила, глядя на Ориен с гордостью: — Мне кажется, ты ему симпатична. И… он как-то даже сказал, что мечтал бы взять в жёны такую девушку как ты…

— Мам, — оборвала её Ори. — Рен ведь мой родственник.

— Дальний, милая, — отозвалась женщина. — Бывали времена, когда ради сохранения чистоты крови, браки устраивались даже между двоюродными братом и сестрой. Правда, в итоге люди всё же поняли, что это ведёт к вырождению, но… Ориен, ты и княжич состоите в очень дальнем родстве.

— Не стоит забывать, что я фаворитка Литара, — чуть грубее, чем следовало бы проговорила девушка. — Мам, он, на самом деле, дорог мне. Очень.

Бывшая герцогиня лишь покачала головой и, подойдя ближе, присела на край небольшой софы.

— Ори, я понимаю твои чувства, — сказала она, мягко глядя на дочь. — И была бы очень рада, если бы ты смогла быть с тем, кто живёт в твоём сердце. Но… Его Высочество пока ничем не показал, что желает жениться на тебе, а статус фаворитки — явление временное. Я не хочу что-то тебе внушать или заставлять тебя принимать удобное для меня решение, но, Ори, что будет, если он отвернётся от тебя… а нас не окажется рядом?

Девушка же в ответ на это лишь опустила глаза и промолчала. Несмотря на свои чувства к Литу она тоже понимала, что их отношения вряд ли продлятся долго. Но о том, что случится с ней, когда они закончатся, старалась не думать. Да только решение нужно было принимать сейчас… сегодня.

— Даже если ты решишь остаться, этот дом и все мои капиталы будут целиком в твоём распоряжении, — вклинилась в её размышления Лиара. — Но, Ори, как бы неприятно мне ни было это говорить… — она тяжело вздохнула и всё же добавила, — милая, для всех в Карилии ты — любовница Литара. В какой-то степени это высокая честь, но… и настоящий позор. Ни один уважающий себя лорд не возьмёт в жёны ту, что так открыто принадлежала другому. Для девушки… для леди это несмываемое пятно на репутации. А в Ишерии ты смогла бы начать всё сначала. Если не с Ренделли, то с другим юношей.

— Думаешь, для них не будет важно, что я делила постель с другим мужчиной? — чуть нервно выпалила Ори.

Но Лиара сделала вид, что не заметила её повышенного тона.

— Никто не заставляет тебя признаваться в этом каждому новому знакомому. Думаю, мы сможем сделать так, чтобы сей факт твоей биографии благополучно забылся, — спокойно заверила её мать. — К тому же ты принадлежишь к правящему клану, да и кровь твоя сильна. А благодаря дару к ментальной магии ты вообще станешь завидной невестой.

Горничная закончила с причёской Ори и отступила в сторону. Тогда Лиара подошла к дочери и жестом попросила подняться. Девушка нехотя встала, поправила юбку на своём длинном платье жемчужного цвета и снова посмотрела на мать.

— Красавица, — протянула та, рассматривая свою девочку с гордостью и умилением. — Только грустная…

— Мам, я… не знаю, что делать… что решить, — призналась Ориен, поднимая на неё растерянный взгляд.

— В любом случае, милая, решение придётся принимать тебе, — ответила женщина, доставая из шкатулки то самое рубиновое колье, которое когда-то они с Ори выбрали, и застёгивая его на шее девушки. — Но, хочешь совет? Поговори с самим Литаром. Он ведь рассудительный человек, да и ты ему дорога. Думаю, он сможет понять ситуацию. И…

— Ты же сама сказала, что он на мне не женится, — с плохо скрытой обидой, бросила Ориен, снова поворачиваясь к зеркалу и с иронией взирая на отразившуюся там прекрасную леди.

— А ты-то сама хотела бы за него замуж? — строго спросила Лиара. Но не успела Ори даже открыть рот, как мать сама же остановила её, показав, что ещё не договорила. — Только не забывай о том, что ты бы стала не просто его женой, а принцессой. А у принцесс, как тебе известно, очень много обязанностей. Они вынуждены всегда и во всём следовать правилам, действовать строго по протоколу. Они всегда на виду. Ты готова к этому? Вспомни Терриану… ты же видела, какой она стала. А ведь когда она только прибыла во дворец, то была совсем другой. Чистой, милой, доброй девушкой…

Несколько долгих минут Ори молчала, всё так же разглядывая своё отражение и осмысливая всё то, что сказала ей мать. На самом деле, если бы Лит предложил ей выйти за него, если бы… любил её, она была бы готова снести всё что угодно. Пережить любые трудности, только бы иметь возможность быть рядом с ним. Она бы смирилась и этикетом, и с бесконечными правилами. А может, попросилась бы работать в его департамент… менталистом. Чтобы видеть его ещё чаще. Но, увы… это всё только мечты.

— Я поговорю с ним, — сдавленным голосом ответила девушка. И решительно добавила: — Прямо сейчас.

— Думаю, это правильное решение, — согласилась с ней бывшая герцогиня. Потом ещё раз окинула красавицу-дочь умилённым взглядом и направилась к выходу: — Возьми плащ, а я пока распоряжусь, чтобы тебе открыли портал во дворец.

* * *

Над обжигающе горячей водой медленно поднимались белые клубы пара. Они долетали до самого потолка и рассеивались, расползались по всей комнате, а потом оседали на мраморный пол мелкими, едва заметными капельками. Все зеркала и стёкла на небольших окошках давно запотели, создавая иллюзию полной изоляции от внешнего мира… Мира, в котором, несмотря на холодную погоду и наступление вечера, всё так же кипела жизнь.

Литар расслабленно лежал в своей огромной ванне, больше похожей на бассейн, и старался выбросить из головы все лишние мысли. После двух недель работы на пределе своих сил, после всех этих нудных переговоров, после трёх спланированных операций, ни одна из которых не увенчалась успехом… ему просто хотелось немного тишины и покоя.

Откинув голову на один из покатых бортов, Лит медленно вздохнул и прикрыл глаза. Видят Боги, он бы с радостью остался сегодня в своих покоях и просто посидел бы в одиночестве. Но, увы, его, как и всех остальных придворных, впереди ожидал довольно насыщенный вечер. Бал… Праздник, на который должна была съехаться чуть ли не вся аристократия королевства. Да и сайлирцы ещё утром пожаловали, и вертийский император изволил присутствовать.

«Родственники…» — с усмешкой подумал Литар, ни капли не кривя душой.

Всё же в чём-то они не далеко ушли от традиций ишерцев. У тех все высшие должности принадлежали исключительно представителям княжеского клана — Орте. И очень многое было завязано на семейных узах и особой родовой магии, которая и являлась основной связующей силой клана.

Почти так же и правящие семьи стран материка были связаны разной степенью кровного родства. К примеру, вертийский император Арлит приходился Терриане (жене Эмбриса), старшим братом. А супругой сайлирского кронпринца Дамира являлась Эрлисса — их с Литаром родная сестра. Вот только, в отличие от ишау, семейные узы людей были гораздо слабее, и даже династический брак не мог являться полной гарантией дружеских отношений между правящими семьями.

Вообще из всех соседних стран, у Литара не было родственников только в Гаусе, да и то только потому, что традиции их народов слишком уж разнились. Хотя, отец как-то намекал, что неплохо было бы укрепить отношения с ними посредством брачного союза. К тому же, у тамошнего князя есть дочь. И насколько известно Литу, малышке недавно как раз исполнилось двадцать, а именно этот возраст у гаусских женщин считался совершеннолетием.

В его голове тут же промелькнула мысль, что вероятнее всего, вскоре Кай предложит им с Дамьеном присмотреться к ней. Нет, заставлять жениться точно не станет — не в его правилах действовать грубой силой. Всё же лорд Мадели всегда предпочитал более тонкие игры, и крайне редко выходил из них проигравшим.

На какое-то мгновение Лит даже попытался представить в своей постели черноволосую княжескую дочь… но как ни старался, перед мысленным взором всё равно неизменно появлялся образ его Ориен.

А его ли? Имеет ли он теперь право называть эту девушку своей?

От раздумий расслабленного принца отвлёк негромкий шорох… будто кто-то осторожно нажал на ручку двери. Затем до его слуха долетел тихий звук чьих-то лёгких шагов. Но даже не открывая глаз Лит мог с уверенностью назвать имя той особы, которая почтила его своим присутствием. Ведь никто другой в этом дворце не осмелился бы так легко войти в его ванную. Да и активированная магическая защита бы не пропустила.

— Привет, — проговорил он, не меняя позы.

— Привет… — мягко ответила Ориен, останавливаясь в двух шагах от ступеней бассейна.

Она смотрела на разомлевшего мокрого Литара, и её сердце сжималось от нежности, помешанной с непонятной болью. Она ведь, действительно, до безумия любила его, но при этом понимала, что он не попросит её остаться с ним. А ведь она бы осталась… даже в роли простой любовницы, даже без надежды, что когда-нибудь он станет ей настоящим мужем. Осталась… если бы он любил её. Но, увы, даже будучи прекрасным менталистом, одним из сильнейших в мире, она не верила, что такой как Сокол вообще способен кого-то полюбить.

Литар открыл глаза и обвёл фигуру стоящей перед ним Ориен внимательным взглядом, в котором явно читалось нечто похожее на искренне восхищение.

— Ты сегодня особенно красива, — проговорил он, с удовольствием рассматривая девушку. — Сказочная красноволосая фея…

— Боюсь, что ты ошибаешься, — отозвалась она, улыбнувшись. — У этих мифических существ по приданию были прозрачные крылышки. И если судить по ним, то я куда больше похожа на демонессу.

- Для демонессы, ты слишком добрая, — возразил Лит, тоже улыбаясь. — И слишком красивая. Ори…

Он на мгновение замолчал, рассмотрев на её шее то самое колье с рубинами, которым так восхищался Эркрит, а в его голове сами собой пронеслись картинки совсем не целомудренных фантазий. И сейчас, в этот момент… он просто не видел смысла оставлять их при себе.

— И всё же я хочу считать тебя феей, — протянул он с хитрой улыбочкой. — И как фея ты просто обязана исполнить хотя бы одно моё желание.

И Ори с радостью подхватила его игру, только сейчас осознавая, насколько соскучилась по вот такому Литару. По его мягкому взгляду, по его тёплым глазам, в которых то и дело мелькали огненные искры. Но вместе с тем, она с какой-то затаённой горечью понимала, что вероятнее всего это их последняя встреча наедине.

— В таком случае… — она изобразила книксен и, чуть склонив голову, добавила: — К вашим услугам, мой господин.

При этих словах на лице Литара растянулась поистине коварная улыбка, а глаза блеснули откровенным желанием.

— Ориен… я хочу видеть на тебе это колье… и больше ничего, — заявил он с самодовольным видом и тут же добавил: — Разденься.

— Сейчас? — чуть смутившись, уточнила девушка.

— Сию минуту, — уверенно подтвердил он.

Несколько секунд Ори колебалась. Всё же, даже несмотря на то, что она не раз, и не два находилась рядом с ним обнажённой, но вот так раздеться перед его глазами почему-то оказалось для неё не так-то просто. Ведь одно дело, когда одежду с неё снимает он, и совсем другое — делать это самой, причём вот так… будто на сцене.

— Лит… а как же бал? — чуть замявшись, спросила Ори. Она ведь прекрасно помнила, что только на создание её причёски у Алисинии ушёл почти час, а ведь если сейчас она поддастся и сделает так, как хочет Литар, то от этого шедевра не останется ничего. Да и вообще…

— А что «бал»? — пожал он плечами. — Начало через полчаса, а мы можем позволить себе немного опоздать.

— Я… — не знала, что сказать девушка. — Потом придётся снова долго возиться с волосами, и мы точно никуда не успеем.

— Обещаю, с твоей драгоценной причёской всё будет в полном порядке, — клятвенно заверил её он. И тут же добавил, снова меняя тон на более расслабленный: — Ну что же ты, фея? Так и оставишь моё заветное желание не исполненным?

И состроил такой печальный вид, что Ориен не смогла сдержать улыбки. В этот момент он дико напоминал ей Эрки. Ведь маленький принц вёл себя точно так же, когда пытался добиться её согласия на что-либо. И сейчас, глядя на вот такого Литара, очень сложно было представить, что в действительности он является жёстким и непримиримым главой департамента правопорядка целого королевства, и его откровенно опасаются даже самые матёрые головорезы.

Ори опустила взгляд, смущённо улыбнулась и… коснулась широкого пояса на своей талии. А развязав его, осторожно повесила на деревянную вешалку у стены. Затем потянулась к крючкам, которые на её наряде были расположены сбоку и, расстегнув их, снова взглянула на Сокола.

Он смотрел на свою Ори, не отрываясь ни на мгновение. Ему нравилось её лёгкое стеснение, её непорочность, лёгкий румянец на щеках. Лит ловил каждое её движение, каждый жест, старался не пропустить ни единой эмоции. И когда она чуть замешкалась, ободряюще улыбнулся ей и дал знак продолжать.

Благо это платье снималось очень просто, и не подразумевало под собой никаких лишних деталей вроде нижних юбок. Ведь в противном случае действие по избавлению от этого предмета одежды выглядело бы совсем не привлекательно. А так, когда груда жемчужного шёлка легко скользнула к её ногам, на Ори осталось лишь бельё и тонкие белые чулки.

Увы, она никак не могла оставить столь изысканный наряд сиротливо лежать на полу ванной, поэтому тут же поспешила подхватить его и как можно аккуратнее повесить рядом с поясом. А когда снова обернулась к Литу, тот смотрел на неё уже совсем иначе… без мягкости и трепета… скорее, как охотник на дичь.

— Дальше, — немного хрипло произнёс он, продолжая при этом оставаться на месте. — Ты прекрасна, Ори, — добавил, лаская предвкушающим взглядом её длинные стройные ноги.

Она скинула туфли и, развязав ленты на чулках, бережно спустила те вниз. Расстегнула застёжки на поясе, и тоже поспешила убрать всё это к платью. И лишь теперь, оставшись в одном белье, и поймав горящий огнём взгляд Литара, поняла, что уже сама мечтает избавиться от оставшейся на ней одежды. Вот только, в мыслях Ори в этом ей обязательно должен был помогать её принц, в то время как он даже и не думал двигаться с места.

Когда же она распустила шнуровку бюстье и расстегнула расположенные на нём крючки, Лит заметно напрягся и вдруг поднялся на ноги и покинул свою ванну. Да только к Ори всё равно приближаться не спешил. А она смотрела на своего Сокола, по чьей чуть смугловатой коже сбегали капельки воды, разглядывала его рельефное немного похудевшее тело, и понимала, что просто не может от него уехать. Несмотря ни на что.

— Дальше, Ори, — мягко потребовал Лит, неспешно вытирая волосы большим чёрным полотенцем. — Продолжай, милая. Не лишай меня удовольствия видеть твою истинную красоту.

И она послушалась. Убрала в сторону бюстье, развязала ленту на кружевных коротких шортах и, избавившись от них, осталась обнажённой… И только красные рубины в оправе из белого золота составляли весь её наряд.

Лит смотрел на неё с искренним восхищением. В его фантазиях, в мысленных представлениях Ори выглядела совсем не так… Да что говорить, ведь он сам много раз видел её без одежды, но всё равно оказался невероятно впечатлён открывшейся картиной. Её кожа в тусклом освещении ванной казалась ещё более светлой, изгибы тела — заставляли кровь в его венах кипеть, а колье только подчёркивало изящность тонкой шеи. Ориен была поистине восхитительна, и сейчас Лит мог легко признаться себе в том, что готов любоваться ею бесконечно.

— Вот такой тебя нужно рисовать, — проговорил он, подходя ближе. — Но я, увы, не художник, а никого другого к тебе допустить не могу. Ведь такая ты… — он ещё раз обвёл её тело ласкающим взглядом и прерывисто вздохнул, — … даже для меня — слишком. Слишком прекрасна. Слишком нереальна.

Лит остановился рядом с ней и замер, будто не решаясь дотронуться. И только поймав её взгляд, в котором в равной степени уживались и сильнейшее смущение, и дикое желание, сдался окончательно.

Он целовал её хоть и нежно, но довольно напористо. Ори чувствовала, что он сдерживает себя, но его выдержка вот-вот лопнет. Она знала, каким горячим и резким он может быть, когда выпускает из-под жёсткого контроля своё истинное огненное «я». И сейчас ей совсем не хотелось ласковой неторопливости. Ей нужен был он… такой, каким и был на самом деле.

А Лит, будто почувствовав её настроение, на мгновение отстранился и посмотрел ей в глаза. И увидев в них отражение своих желаний, лишь предвкушающе улыбнулся…

…Да, причёска не помялась, так как до кровати они так и не добрались. Да и зачем вообще нужна эта кровать, когда в ванной комнате обнаружилась такая удобная тумба? Причём, просто идеальной высоты…

— Литар… — прошептала Ори, стараясь восстановить дыхание, которое никак выравниваться не желало. — Значит… я всё-таки тебе нужна…

Она была обессилена, и если бы он не стоял рядом, то попросту бы упала вниз со своего насеста. Лит же чувствовал, как сильно стучит её сердце, как подрагивают её руки, и улыбался. Он знал, что она его любит, как и то, что готова ради него на многое, но… прошедшие две недели всё равно умудрились поколебать его уверенность в ней и в их отношениях. Оно и не удивительно, ведь раньше она принадлежала только ему. Он был для неё единственным во всём, а теперь… Теперь многое изменилось. У неё появилась семья… Мать и отец, которые будут отстаивать её интересы. Дед, которому совсем не нравилось, что она считается чьей-то фавориткой. Да ещё и этот гадкий княжич, который теперь проводил с Ори гораздо больше времени, чем сам Литар.

Но сегодня она сама пришла сюда, сама согласилась исполнить его желание. И теперь, когда его Ориен постепенно успокаивалась в его руках, после пережитого ими маленького безумия, он с трепетом осознал, насколько ему её не хватало.

— Нужна, Ори, — проговорил, касаясь губами её обнажённого плеча. — Я жутко соскучился по тебе, моя фея. Этот балаган с ишерцами просто выбил меня из колеи. Но, уже завтра они уедут, и всё опять будет как прежде.

— Лит, — Ори приподняла голову и, посмотрев ему в глаза, всё же решилась сказать то, зачем пришла: — Мама уезжает с отцом. Они зовут меня поехать с ними.

Но это не стало для него новостью. Совсем наоборот. За последние три дня по поводу отъезда Ориен с ним говорили и Ридьяро, и Хемиэрте и даже Кай. Но если первые двое настоятельно убеждали его отпустить девушку, ведь знали, что если он попросит — она с радостью останется с ним, то лорд Мадели оказался более дальновиден. Он намекнул сыну, что эта его интрижка, которая рано или поздно всё равно завершится, может обойтись Карилии очень дорого. Ведь теперь Ори не просто какая-то леди, а родственница ишерского князя. И тому совершенно точно не понравится, что девушка из его клана позволяет себе быть чьей-то официальной любовницей.

По всему правильней было бы отпустить её… расстаться если не друзьями, то добрыми приятелями. Но, сейчас, прижимая к себе свою Ориен, Лит просто не мог сказать ей об этом. Поэтому, вместо того, чтобы как-то отреагировать на её сообщение, он снова склонился к её приоткрытым губам и поцеловал, так нежно и трепетно, как только мог. И пусть никогда раньше Белый Сокол не убегал от проблем и важных решений, но сейчас делал именно это.

Он скажет ей… обязательно скажет. После бала. И она поймёт… ведь всегда его понимала. Понимала… как никто другой.

— Пора одеваться, милая моя, — проговорил он, прерывая поцелуй. — Бал уже в самом разгаре.

И ей ничего не оставалось, как кивнуть и попытаться привести себя в порядок. Им на самом деле нужно было спешить. И пусть они так и не поговорили, но… Ори и сама желала оттянуть этот разговор, ведь уже знала, что ничем хорошим он не закончится.

* * *

На торжественный ужин они безнадёжно опоздали и когда, наконец, спустились в бальный зал, вечер был уже в самом разгаре.

Под созданным магами куполом, изображающим звёздное небо, под звуки какого-то волшебного неторопливого вальса кружили пары. И сегодня Ори чувствовала в себе такое невероятное воодушевление, что ей самой казалось, будто сможет протанцевать всю ночь напролёт. И пусть она до сих пор танцевала неважно, но с Литаром у неё любые движения получались просто замечательно.

Проникнувшись общей торжественной атмосферой этого вечера, они выпили по бокалу игристого вина, угостились фруктами, а затем присоединились к танцующим. И пусть Лит не был большим любителем танцев, но видя, как горят глаза его прекрасной спутницы, просто не мог её не пригласить.

— Я ведь всего второй раз на балу, — проговорила девушка, замерев в ожидании первых аккордов очередной музыкальной композиции. — И снова с тобой. Но…

Она сама оборвала себя и странно замялась, а её улыбка отчего-то стала откровенно натянутой.

— Что «но», Ори? — спросил Сокол, прислушиваясь к звукам разливающейся по залу мелодии.

И Ориен была бы рада промолчать, но всё равно решила высказать свою не самую радужную мысль до конца.

— Тогда… во время прошлого бала, я тебя боялась, а теперь… всё очень изменилось, — ответила она, отводя взгляд в сторону. А чуть помедлив, добавила: — Для нас обоих.

— Тогда, Ориен, мы с тобой были чужими людьми, — спокойно проговорил Лит, ловя её погрустневший взгляд. — Тогда наши отношения основывались на простом договоре: ты должна была выполнять мои поручения, а я — заниматься поиском твоих родителей. И вот чем это всё закончилось. — Он усмехнулся и чуть покачал головой. — Но, если так посудить, мы вдвоём остались в выигрыше. Ты — всё же обрела родных, а я — получил нужную мне книгу, выяснил, что граф Арман Савари до сих пор жив, и вместе со своими сподвижниками очень желает свергнуть мою семью с трона. А ещё, я едва не умер, и выжил только благодаря одной красноволосой особе, от которой никак не ожидал помощи.

— Я бы всё равно ни за что не оставила бы тебя там… — бросила она, легко пожав плечом, что во время танца было делать крайне неудобно. — Но, мне кажется, даже тогда, в ту жуткую ночь, когда ты был на грани, я уже тебя любила. Хоть ты и относился ко мне как к преступнице.

— Давай не будем об этом, — попросил он, чуть крепче сжав её ручку. — В любом случае бал — не самое подходящее место для подобных разговоров.

Она лишь молча кивнула, соглашаясь с правильностью этого довода и ничего больше говорить не стала. Да и сам Лит теперь совсем не стремился завязать беседу. Увы, но сейчас они оба прекрасно понимали, что в данной ситуации любые разговоры всё равно так или иначе приведут их к одной теме… которую обсуждать им совсем не хотелось.

После нескольких танцев, за время которых Ори успела выдохнуться и сама попросила передышку, они направились к так называемой королевской зоне зала, где сегодня помимо семьи Её Величества, находились так же представители правящих семей соседних стран и, конечно, ишерские послы.

Но среди всех этих людей, внимание Ориен почему-то привлекла одна незнакомая ей леди в ярко-синем платье, стоящая под руку с темноволосым мужчиной. И на первый взгляд, на фоне остальных гостей сия особа почти не выделялась, если не считать того, что её волосы имели тот же белоснежный безжизненный оттенок, что и у Эмбриса, и у Эркрита. Наверно именно поэтому Ориен и смогла определить в ней Эрлиссу, единственную сестру трёх карильских принцев.

Заметив интерес Ори, Лит пусть и нехотя, но всё же подвёл её к родственнице, рядом с которой, к счастью, так же обнаружились и Брис с Террианой. И это было поистине замечательно, потому как сам Литар с сестрой общий язык категорически не находил.

Но едва он представил Ориен Лиссе, и беловолосую принцессу будто подменили. В её глазах, в которых до этого отражалось лишь холодное равнодушие, в одно мгновение загорелся огонёк искреннего интереса, переходящего в настоящее любопытство, а руки сами собой потянулись к спутнице Сокола.

— Я столько о тебе слышала! — заявила Лисса, отводя девушку к одному из стоящих в отдалении диванов. — Ориен, прости за мою простоту, но до зубного скрежета достали эти титулы и расшаркивания с этикетом. А ты, насколько я знаю, девушка простая. С тобой и поговорить можно…

Если до этого момента Ори считала Эмбриса истинным вихрем, то теперь поняла, что по сравнению с Эрлиссой он так… лёгкий сквозняк. И ещё ей на самом деле стало ясно, почему Лит старается по возможности как можно меньше контактировать с сестрой. Просто они с ним были абсолютно разными. Настоящими диаметральными противоположностями.

— Расскажи мне, объясни… — эмоционально просила Лисса, которая сейчас меньше всего была похожа на леди, не то чтобы на принцессу, причём именно ту, которой в будущем предстояло стать сайлирской императрицей. — Как ты его терпишь?! Он ведь ледышка! Настоящая каменная глыба! Никогда не любила подобных людей. Нет, я понимаю, многим приходится держать себя в рамках на публике, но он же всегда такой! Лит — единственный человек, которого почти невозможно вывести из себя. Поверь, я пробовала не один раз.

— Думаю, в этом вы не правы, — попыталась вставить хоть слово Ори. Но заметив, как удивлённо расширились голубые глаза Эрлиссы, пожалела, что вообще открыла рот.

— Я не права? — выпалила принцесса. — Нет. Поверь, я знаю этот кусок мрамора всю жизнь.

— Но ведь, насколько мне известно, вы больше двенадцати лет не живёте во дворце, — осторожно заметила Ори.

— Ну и что? — фыркнула та. — Мы всё равно видимся достаточно часто. Но суть не в этом. А в том, что у моего правильного братца вдруг появилась фаворитка. Да ещё и с такой интересной историей.

Ори будто невзначай посмотрела по сторонам, ища возможные пути отступления. Видят Боги, она совершенно не хотела говорить с кем-то об их с Литаром отношениях, и уж точно не собиралась этого делать. Но и просто так отмахнуться от столь напористой девушки, как Эрлисса, не могла.

К счастью в этот самый момент закончилась очередная мелодия, и к их диванчику подошёл супруг Лиссы. Извинившись перед Ори, он утянул свою ненаглядную неугомонную жену танцевать.

Но не успела Ориен вздохнуть с облегчением и насладиться минутой спокойствия, как перед её глазами неожиданно нарисовался улыбающийся Ренделли.

— Леди Ориен, — начал он, галантно ей поклонившись и протянув раскрытую ладонь. — Разрешите пригласить вас на танец? — И тут же добавил: — Возражения, естественно, не принимаются.

И, несмотря на то, что его голос звучал очень официально и даже строго, на лице Рена всё равно сияла мягкая, чуть хитрая улыбка, к которой Ориен за время их знакомства уже успела привыкнуть.

— И вообще, я здесь почётный гость, которому нельзя отказывать. Поэтому, пойдём, — усмехнувшись, добавил ишерец.

В этом он был, несомненно, прав. Даже несмотря на их близкое общение, сейчас её отказ мог стать причиной целой череды никому не нужных сплетен и пересудов.

По сути, никакого выбора у неё всё равно не было, но перед тем как вложить свою руку в его протянутую ладонь, она всё же огляделась по сторонам и попыталась найти взглядом Литара. Но его, к сожалению, по близости не оказалось. И пусть Ори прекрасно знала, что он вряд ли обрадуется, увидев её рядом с Ренделли, но всё равно приняла приглашение княжича.

Он привел её в круг танцующих и, изобразив поклон, остановился напротив. А когда Ориен присела в лёгком книксене и покорно вложила пальцы в его руку, чуть потянул девушку на себя, пробежался пальцами по её спине и только потом опустил ладонь на её талию.

— Думаю, стоит предупредить, что мне ещё не приходилось танцевать ни с кем, кроме Литара, — проговорила Ориен, старясь скрыть собственное смущение.

И пусть за прошедшие две недели их общение с Ренделли стало довольно близким и даже дружеским, но его прикосновения всё равно казались ей чужими, неправильными и будто бы преступными. А в душе возникало странное ощущение, будто позволяя ему касаться своего тела, пусть и поверх платья, она предаёт саму себя.

— Подозреваю, что не только танцевать, — хмыкнул княжич, начиная движения под музыку.

Ори ничего ему на это не ответила, хоть и прекрасно понимала суть его намёка. Да и что она могла сказать? Правда в данном случае была слишком гадкой, а лгать она никогда не любила.

Княжич же принял её молчание за согласие и всё-таки решил развить свою мысль.

— Ориен, ты ведь в этой жизни ничего толком не видела. Да и твой ледяной принц далеко не единственный мужчина в мире, — спокойно проговорил Ренделли. И тут же добавил: — Я слышал, что ты до сих пор не определилась, поедешь ли с нами в Ишерию. Но… мне кажется, что для тебя в любом случае было бы лучше уехать.

— Почему ты так думаешь? — тихо спросила Ориен.

По непонятным даже для самой себя причинам ей совсем не хотелось сейчас смотреть ему в глаза. Хотя, наверное, дело в том, что она прекрасно знала, какие именно желания в них увидит. Всё же Рен даже не пытался скрывать, что она привлекает его, как женщина.

— Да здесь масса причин, — бросил он с лёгкой усмешкой. — Вот скажи, что тебя вообще тут держит? Ну кроме Его Высочества? Да, понимаю, ты ученица верховного мага, но лорд Амадеу сам неоднократно говорил, что у вас с ним разный уровень силы и что тебе нужны совсем другие учителя. А в моей стране есть прекрасные менталисты.

— Это, бесспорно, очень интересно, но… — попыталась отмахнуться Ори и вдруг осеклась. Её взгляд сам собой наткнулся на стоящего неподалёку Литара, который смотрел в их стороны с плохо скрываемым раздражением. Почему-то у девушки не было ни малейших сомнений, что причина такого состояния Сокола именно в её партнёре по танцу.

— Скажи, тебе разве самой не противно быть простой фавориткой? — влез в её мысли голос княжича. — Ты молодая, красивая, талантливая, просто невероятная девушка… разве тебе не хотелось бы большего? Выйти замуж, родить детей?

— Наверное, хотелось бы, — протянула она, снова ища взглядом Лита, который снова куда-то пропал.

— Тогда тебе тем более нужно ехать с нами, — уверенно заявил Рен, с раздражением заметив, что она кого-то упорно высматривает. — Да и я, как твой родственник, пусть и дальний, никак не могу оставить тебя здесь. В конце концов, Ори, что тебя тут ждёт? Жениться Литар на тебе не станет, это понятно всем. Долго фавориткой ты не пробудешь… Но даже если случится чудо и твой ледяной принц растает, это всё равно ничем хорошим не кончится. Ведь без детей семья — не семья. А их вам вряд ли позволят завести.

— Детей? А причём здесь дети? — не поняла его Ориен. Почему-то это его заявление зацепило её сильнее всех его предыдущих слов.

— А ты разве не знаешь? — удивился он, но заметив, что она и не думает шутить, лишь посмотрел на неё с сочувствием и пояснил: — Всё дело в том, Ори, что маги и ишау — очень разные. Я сейчас не имею в виду людей, они в принципе другие. Они слабее нас, как вид, поэтому легко совместимы и с нами, и со стихийниками. Поэтому и ты, Ори, совсем не похожа на человека, даже несмотря на то, что твоя мать не имеет к нашей расе никакого отношения. Но вот в случае с тобой и Литаром всё было бы куда сложнее.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила девушка, всё больше напрягаясь.

— Я знаю немного, — отозвался он, виновато качнув головой. — По сути, мне известно только то, что в те времена, когда мои соотечественники ещё свободно жили на этом материке, браки между ними и магами были строго запрещены.

— Почему? — не могла понять Ори.

Мелодия, под которую они танцевали, благополучно завершилась, ей на смену пришла другая, но ни княжич, ни Ориен не спешили возвращаться к диванам и продолжали двигаться под музыку.

— Мой учитель истории рассказывал, что когда-то давно, в те времена, когда подобного запрета ещё не существовало, было много смешанных семей. В таких союзах тоже рождались дети, но они были… другими.

— Как это понять?! — чуть громче чем стоило выпалила Ори, но звуки музыки скрыли её выкрик… столь неуместный на королевском балу.

— Наши называли их «недомагами», а люди — «полукровками». У них были вертикальные зрачки. Не такие изменчивые, как у нас с тобой, а скорее похожие на кошачьи. Они видели энергию всегда, она была частью их восприятия. Но эти создания рождались слабыми. Их внутренней силы не хватало ни чтобы вызвать крылья, ни чтобы приручить стихию. Они не могли создавать плетения из нитей силы. Мой учитель говорил, что их магия была другой, странной… и какой-то примитивной.

— Стоп, подожди, — остановила его девушка. — Но как маги, они не могли жить в Ишерии. На нашем континенте о таких даже не слышали. Куда же они делись? Ведь не могли же они исчезнуть бесследно…

— Это было очень давно, — отозвался Ренделли. — Больше тысячи лет назад. Тогда, если верить нашим книгам, здесь располагалось даже несколько городов, в которых жили эти недомаги. Кстати Эргон — тоже был их городом. И… если я правильно помню ту историю, случилось так, что молодой карильский король женился на ишерке. Их сын, как ты понимаешь, родился «недомагом». И когда пришло время принцу надеть корону, поднялся бунт. Люди и маги не желали видеть своим правителем полукровку. Начались кровавые расправы… но, как ты понимаешь, стихийники в любом случае были сильнее. И тогда, двоюродный брат новоявленного короля предложил ему отказаться от трона и убраться туда, откуда он не вернётся. Взамен пообещал сохранить жизнь всем полукровкам…. Которые согласятся уйти с ним.

— И куда они ушли? — не могла понять девушка. — У нас о таких слыхом не слыхивали. Даже в летописях ничего подобного не значится…

— Их нет в нашем мире, — ответил Ренделли, и голос его при этом звучал совершенно равнодушно. — В тот день был построен межмировой портал и их отправили прочь с Аргаллы. Тогда же был подписан указ о запрете браков между магами и ишау… чтобы не порождать новых полукровок.

— Боги… почему? Это ведь расизм, — ошарашено выговорила Ори. — В чём они были виноваты? В том, что отличались от других?!

Рен ничего ей не ответил. Видя, как близко к сердцу его рассказ приняла девушка, он уже успел пожалеть, что вообще завёл эту тему. Сам-то он отлично знал, что в той истории была замешана исключительна политика, но по понятным причинам не стал пояснять это для Ориен.

Мелодия закончилась, а Ори всё никак не могла осмыслить и уложить в голове такую странную информацию. В её мыслях творился настоящий бардак. Ведь по всему получалось, что у неё просто нет выбора… что у них с Литаром не может быть совместного будущего… никак.

— Я, пожалуй, выйду на воздух, — сообщила она, глядя на Ренделли. — Не провожай. Мне необходимо уложить в голове всё, что ты сказал. Это… ужасно.

— Иди, — ответил он, отпуская её руку. — Не думал, что мои слова произведут на тебя такое впечатление. Прости, я ни в коем случае не хотел тебя расстроить.

— Ты не виноват, Рен, — ответила девушка, качая головой. — Ты просто рассказал мне то, что я и так рано или поздно узнала бы.

Он молча кивнул, но в его глазах всё равно отразилось искреннее сожаление.

Ори же развернулась и направилась прямиком к высоким стеклянным дверям, ведущим в парк. Сейчас ей нужно было хотя бы несколько минут провести наедине со своими мыслями. А прогулка по извилистым аллеям казалась ей для этого очень подходящей.

С началом месяца голых лесов в городе стремительно похолодало. Всего за несколько дней с деревьев облетели все листья, а от цветов, что совсем недавно украшали многочисленные клумбы, остались лишь пожухлые стебли. Бродить по дорожкам парка лишь в тонком платье было откровенно холодно, но здесь, под порывами промозглого ветра Ориен удалось очень быстро привести мысли в порядок, хотя её эмоции всё равно так и норовили вырваться из-под контроля.

Увы, но даже теперь, зная, что для них с Литом общего будущего быть просто не может… она всё равно продолжала надеяться на лучшее. Её сердце рыдало и разрывалось на части от одной мысли о том, что она больше его не увидит. Не поцелует. Не почувствует тепло его рук…

В этот момент на её плечи легла мягкая ткань подбитого мехом плаща, а ладони коснулись такие родные тёплые пальцы.

— Замёрзнешь, Ори, — проговорил Лит, сильнее запахивая на ней полы тёплой накидки. Но заметив, как она дрожит, плюнул на приличия и крепко притянул девушку к себе. — Ледяная. Заболеешь же.

Он внимательно посмотрел в её глаза, где всё ещё отражалась какая-то дикая растерянность, смешанная с глубокой печалью, и едва сдержался, чтобы не выругаться.

— Что этот олух тебе опять наговорил? — недовольно выпалил Литар. — И пусть невежливо так говорить о дорогих гостях, но я жду не дождусь, когда он покинет мою страну.

Но Ориен предпочла пропустить его слова мимо ушей. Сейчас она просто не смогла промолчать о другом.

— Скажи, Лит, ты что-нибудь знаешь о «недомагах» или «полукровках»? — спросила она, поднимая на него взгляд.

— Нет, — совершенно честно ответил он. — Кто это такие?

— Так когда-то называли детей, рождённых от союзов магов и ишау.

— Странно, — удивился принц. — Никогда не слышал. Но учитывая то, что мы и об ишау до недавнего времени почти ничего не знали, это вполне объяснимо. Подозреваю, что о полукровках тебе тоже рассказал этот ишерский герой.

Последнее слово он произнёс так, словно оно являлось жутким и очень обидным ругательством, отчего Ори даже поморщилась.

— Лит, он хороший. Очень мне помогает, многое объясняет. Мы с ним подружились… — мягким тоном отозвалась девушка.

— Так уж и подружились, — иронично бросил Сокол. — И ладно, я промолчу о том, какими взглядами он тебя провожает. Это и без меня видит весь двор. Но ведь этот выскочка прямым текстом заявил мне, что не собирается отступать. Здесь у него связаны руки, но стоит вам оказаться в Ишерии, и он…

— Литар! — оборвала его тираду Ориен. — Перестань. Я знаю, что тебе не нравится Рен, но сейчас не о нём речь. Хотя… — она тяжело вздохнула и опустила голову. — Ты ведь не станешь меня здесь удерживать, да? Сам сказал… Ты уже всё решил.

— Ориен, — строго проговорил он, легко касаясь пальцами её подбородка и приподнимая лицо, — Что ты хочешь от меня услышать? Ты дорога мне, и знаешь об этом…

— Но не настолько, чтобы пожертвовать ради меня своими странными убеждениями, — выпалила она, уже зная, что терять ей нечего. — Хотя… о чём я говорю? Ты, наверное, только рад, что всё вот так закончится.

— Ори, — он обхватил её лицо ладонями и внимательно посмотрел в глаза. — Что с тобой? Что ты говоришь? Да будь моя воля, я бы никуда тебя не отпустил! И хочешь правду? Я бы женился на тебе. С радостью… но не могу. При всём моём уважении, Ориен, роль принцессы — не для тебя. Да и рядом со мной никогда не будет спокойно. Тебе нужна семья…

— Это всё уже не важно, — прошептала она, даже не думая отстраняться от него. Сейчас Ори несознательно старалась растянуть последние мгновения рядом… — Видят Светлые Боги, Лит, я на самом деле тебя люблю. Я бы отдала многое, пожертвовала бы чем угодно, только бы никогда с тобой не расставаться. Да что там… — она вздохнула, стараясь подавить предательский всхлип, но и недоговорить уже не могла: — Литар, я бы очень хотела от тебя ребёнка. Но… это запрещено. Мы слишком разные. Принадлежим к разным расам… и наш малыш не был бы ни полноценным магом, ни ишау.

— Это ты с чего взяла? Твой Ренделли сказал? — нервно выдал Литар. Почему-то слова Ори о детях зацепили его гораздо сильнее, чем он сам мог предположить.

— Да, именно он, — не видела смысла отрицать девушка.

— А ты не допускаешь мысли, что он мог наговорить тебе всё это только для того, чтобы ты точно согласилась уехать с ними? — раздражённо бросил принц. — Вот так легко поверила его словам?

— Да какая разница, поверила я им или нет? — чуть громче выпалила она. — Лит… разве это может что-то изменить? Я тебе не нужна. И речь о детях сейчас вообще не идёт.

Она попыталась от него отодвинуться, но он и не думал её отпускать.

— Ты нужна мне, Ориен! Нужна! — почти кричал он. — Но, Боги… я не могу обрекать тебя на жизнь в этой королевской клетке…

— Это отговорки, Литар, — заявила она, прямо глядя ему в глаза. — И пусть я не в силах влезть в твою голову, но точно чувствую, что это не главная причина. Если бы ты хотел, чтобы я осталась с тобой, ты бы никому и никогда меня не отдал. Но… сейчас уже нет смысла сокрушаться. Завтра я покину Эргон вместе с родителями. И наша с тобой история… закончится.

Она говорила всё это, не отводя взгляда от его горящих настоящих огнём глаз. Чувствовала, что он на грани срыва. Что почти не контролирует собственных эмоций. Но теперь она даже и не думала его бояться. Что бы он сейчас ни сделал, больнее ей уже точно не будет.

— Всё, Литар. Отпусти меня, — добавила она ровным тоном, который всё равно не скрывал, как дрожит её голос. — Прощай… и… спасибо тебе за всё, что ты для меня сделал.

Она уже не сдерживала катящихся из глаз слёз. Но при этом всё равно продолжала смотреть на своего принца.

Но когда снова попыталась вырваться, он крепко сжал её руку и молча повёл за собой. Так же, не говоря ни слова, Лит вывел её за ворота дворца, а потом неожиданно обхватил за плечи и… в одно мгновение перенёс прямо к дверям дома герцогини.

— Не плачь… прошу тебя, — проговорил он, касаясь лбом её лба. — Ори, ты мне невероятно дорога. Моё сердце разрывает изнутри от вида твоих слёз… Я понимаю, что ты ждала от меня другого… и я сам бы многое отдал, чтобы остаться с тобой, но… — на мгновение Лит запнулся, а потом вдруг крепко прижал девушку к своей груди. — Боги, Ори… сейчас я готов послать куда подальше все сковывающие меня условности. Но… не могу. Не могу…

— Уходи, Литар, — выговорила Ориен, стараясь отпихнуть его от себя. — Ты всё сказал. Но знаешь что… я слышала, что маги любят только раз в жизни. И я очень надеюсь, что это не касается ментальных магов… и что… я смогу когда-нибудь прогнать твой образ из своего сердца…

Он всё же заставил себя убрать от неё руки, и даже сделал маленький шаг назад, когда Ори вдруг горько усмехнулась и, подняв глаза к ночному небу, крепко сжала кулаки.

— Я глупая наивная дура, Литар, — заявила она, всхлипывая. — Ведь даже зная какой ты… зная, что ты в принципе не способен на сильные чувства, всё равно позволила себе тебя полюбить. Но… я всё равно ни о чём не жалею.

Она продолжала смотреть на тёмное небо, на котором мерцали яркие звёзды, и уже хотела уйти, когда почувствовала на себе такие родные руки Сокола. А когда он коснулся губами её губ, просто не смогла найти в себе сил для сопротивления. Но, несмотря на всю нежность и чувственность этого поцелуя, он был пропитан невероятной тоской и дикой горечью. И при этом Ори с болью ощущала, что эмоции Лита едва ли не сильнее её собственных. Он на самом деле не хотел её отпускать, но… не мог просить остаться.

— Прости меня, милая, — прошептал он ей в губы. — Прости и прощай… Но, знай одно, Ориен Орте Гриан… Ты лучшее, что когда-либо происходило в моей жизни.

И, решительно отстранившись, бросил на неё последний, полный тоски взгляд и ушёл… ни разу не обернувшись. А она молча смотрела, как в темноте тает его силуэт, и едва находила в себе силы, чтобы продолжать дышать. Ведь понимала, что видит его в последний раз.

Глава 11

Он рос средь света, как солнца лучик…

Горел, не зная, как мир жесток.

От царства грёз он берёг свой ключик, -

Прекрасный маленький «огонёк».

Но в дом средь ночи ворвались люди,

Родною кровью залив рассвет.

И холод чистую душу студит,

От пониманья свершённых бед…

Бил неумело, — пусть грубо слишком,

Спасая жизни людей родных

А он ведь юный совсем, мальчика…

Попавший в сети чужих интриг.

Музыка бала давно стихла… Гости разъехались по домам, слуги убрали посуду, потушили освещение… маги развеяли украшающие зал иллюзии и дворец карильских королей погрузился в сон.

После столь насыщенного во всех отношениях дня крепко уснули все… даже те, кто мучился постоянно бессонницей. Стражники на постах, — и те всё больше клевали носом. А некоторые из них и вовсе спали, прислонившись спиной к стене.

А вот Литар уснуть не мог, как ни старался. От одной мысли о том, что в его жизни теперь не будет Ориен, ему становилось дурно. Сердце в груди ныло так, будто собиралось разорваться изнутри, а в мыслях творился настоящий бардак. И как бы Лит не убеждал себя, что поступил правильно, что так будет лучше для всех, легче ему не становилось.

В итоге, к трём часам ночи он настолько устал от этих мыслей, что просто не смог больше лежать в кровати. Его хвалёная интуиция, которой он всегда беспрекословно доверял, просто кричала, что он совершает ошибку. Что, несмотря на все его многочисленные аргументы, отпустив свою красноволосую девочку, он разрушит жизни их обоих. Сделает несчастными и её, и себя.

Странно, но раньше, до того момента, как Ориен появилась в его жизни, Литу было в принципе всё равно женится он когда-то или нет. Этот вопрос вообще казался ему неважным и второстепенным. Если бы тогда королева сказала ему, что для укрепления связей с тем же Гаусом он должен взять в жёны дочь тамошнего князя, Литар бы послушался. Да ему бы и в голову не пришло возражать. Но вот теперь он просто не мог представить рядом с собой ни одну другую женщину… Только Ориен.

Вот кого он видел своей женой. Матерью своих детей. И в этот момент его ни капли не волновало, что слова княжича о недомагах могли оказаться правдой. Более того, стоило ему об этом подумать, как перед мысленным взором сам собой появился маленький светловолосый мальчик с кудряшками, такими же как у самого Лита. Глазки малыша были такими же серебристо-серыми, как у Ори, а зрачок даже в спокойном состоянии оставался вертикально вытянутым. Мальчишка улыбался… тянул к нему ручки… щелчком пальцев создавал огненные шарики…

На этом моменте Литар не выдержал.

— Мать твою! — прорычал он в темноту собственной комнаты. — Боги… Да пошло оно всё!

И вдруг решительно откинул одеяло и, поднявшись на ноги, пустил лёгкий огненный импульс к потухшему камину. Вот только тот почему-то не зажёгся. Тогда принц списал эту странную осечку на своё нервное состояние. Он даже подошёл ближе, заставил себя успокоиться и создать огненный сгусток, но… ничего так и не вышло.

И только теперь он, наконец, сообразил, что интуиция вопила не только из-за Ори. Она кричала об опасности. Ведь сейчас он вообще не чувствовал связи со своей стихией. А такое могло быть только в двух случаях: либо какое-то изделие из алисита соприкасается с его кровью, чего точно сейчас не было, либо… кто-то создал сеть из этого металла вокруг комнаты. Или даже… вокруг всего дворца.

Последняя мысль очень не понравилась Литу. Ведь сие могло означать лишь то, что и магической защиты больше нет, а значит, проникнуть в королевское крыло может любой. А охраняют их сейчас только немногочисленные сонные стражники.

И будто в подтверждение его мыслей, ручка на двери чуть слышно скрипнула, и в тёмную комнату осторожно вошли несколько человек. Все они были вооружены и свои шпаги держали наготове.

В этот момент Лит мысленно поблагодарил свою бессонницу и навязчивые раздумья об Ориен, так и не давшие ему уснуть. Ведь если бы он сейчас спал, то у него просто не было бы шансов. А так… ещё оставалась хоть и мизерная, но всё-таки возможность выбраться из всего этого живым.

К счастью даже оружие оказалось под рукой, — над камином обнаружились две коллекционных сабли. И пусть ими вообще никто никогда не дрался… пусть по своему весу и балансировке они совершенно не подходили Соколу, привыкшему к более лёгким клинкам, но выбора не было. Сейчас его радовало только одно: обе сабли оказались невероятно острыми. Он сам не так давно их натачивал, надеясь тем самым отвлечься от неприятных мыслей. Правда, тогда Лит даже представить себе не мог, что вскоре ему придётся использовать одну из них по назначению.

В это время ночные гости тихо рассредоточились по комнате. Один остался у выхода, другой остановился у закрытой двери в ванную, а вот последний, направился прямиком к кровати, на которой грудой лежало смятое одеяло.

И благо вокруг было очень темно, а камин, у которого стоял Литар, вообще располагался в дальнем углу… Ведь только благодаря этим обстоятельствам принц мог пока оставаться незамеченным. Он даже каким-то непостижимым образом умудрился снять со стены одну из сабель, не издав при этом ни единого звука. И когда она всё же оказалась в его руках, крепко сжал пальцами рукоять и попытался слиться со своим оружием, почувствовать его душу. Именно так, как когда-то его учил наставник.

И может ему показалось, но он будто на самом деле ощутил живое тепло, исходящее от его тяжёлого изогнутого клинка. Именно в этот момент Лит понял, что у него всё же есть шанс выиграть предстоящую битву за свою жизнь. Несмотря даже на то, что ему одному придётся выступить против троих бойцов.

Крепче ухватив своё оружие, Литар медленно вздохнул и постарался выбросить из головы все лишние мысли. Сейчас ему нельзя было отвлекаться даже на долю секунды. Нельзя было допускать ни единого лишнего движения, вздоха… звука. В этот момент Лит как никогда понимал, что сейчас ему придётся убивать. Холодно, жестоко, без капли сожаления. Будто перед ним ожившие куклы, а не люди. Убивать… потому что иначе они убьют его. Ведь именно за этим пришли ночью к нему в спальню.

В это самое мгновение один из его палачей дошёл до кровати и, не став лишний раз рисковать, воткнул свою шпагу прямо в одеяло. Вероятно, он всё-таки опасался, что если Его Высочество проснётся, то так легко им выполнить задание не удастся. Вот только… под одеялом никого не оказалось, и этот факт заставил несостоявшегося убийцу напрячься.

Но не успел он обернуться, чтобы подать сигнал своим подельникам, как услышал доносящийся сбоку едва различимый шорох. А в следующее мгновение его шея оказалась перебита точным ударом острия тяжёлой сабли. И пусть Литар фактически напал со спины, но сейчас ему было плевать на законы чести. На кону стояла жизнь, а в крови уже вскипал адреналин предстоящего боя.

Не успело тело его противника упасть на пол, как рядом уже появился второй мужчина. Лит едва успел увернуться от его удара, как тут же оказался в сантиметре от острия клинка третьего из своих ночных гостей. Сейчас Сокол отчётливо понимал, что время играет против него, и либо этот бой закончится сейчас, либо он его проиграет. Один, с тяжёлой неповоротливой саблей, против двоих фехтовальщиков, которые были гораздо маневреннее его, он уж точно не продержится долго.

Да… сабля по весу сильно отличалась от того оружия, к которому он привык, но именно в этом состояло её главное преимущество. Её сталь была поистине прочной, её лезвие могло разрезать всё что угодно. И зная об этих особенностях своего оружия, Лит понимал, что с одним из своих противников уж точно справится. Но вся загвоздка заключалась в том, что от нападения второго он просто не успеет увернуться. А тот обязательно воспользуется моментом, чтобы воткнуть остриё своего клинка так, чтобы принц наверняка не выжил.

Увы, у Лита просто не оставалось иного выхода. Он и так попытался отступить под прикрытие небольшой ниши, а потом всё-таки замахнулся и ударил по тому из нападавших, что стоял к нему ближе. И вполне предсказуемо сломал тонкую шпагу и воткнул лезвие сабли у основания его шеи. Но в то же мгновение почувствовал укол…

Наверное, ему должно было быть больно, но сейчас он не мог… не имел права отвлекаться.

Плевать на боль! Ведь пока он ещё жив, а значит должен бороться за свою жизнь.

Всегда… До самого конца.

Последнего противника он отпихнул от себя ногой. Да только тот даже не упал, — лишь отшатнулся немного, но тут же выпрямился и снова кинулся в атаку. Правда, теперь, впечатлённый оружием принца, он уже не лез напрямую, а старался достать его так, чтобы тот его не зацепил. Литар же многое сейчас отдал бы за то, чтобы поменять свою саблю на обычный клинок, на любой из собственной коллекции. Но, увы, сделать это было просто невозможно.

Противник принца ещё несколько раз оцарапал его остриём своей шпаги, даже немного зацепил лицо, но контрударов пока не применял. Он явно выжидал, когда раненый Сокол ослабнет и начнёт делать ошибки. Но и Лит прекрасно понимал его тактику и потому внимательно следил за его движениями. Пытался подгадать наиболее подходящий момент и парировал удары, стараясь напрягаться как можно меньше. Он тоже ждал… и дождался.

Когда шпага последнего из ночных гостей в очередной раз просвистела в считанных сантиметрах от шеи Сокола, тот резко махнул саблей снизу вверх, рассекая её остриём бок так неосторожно раскрывшегося мужчины. Тот хрипло вскрикнул и упал на колени, отчаянно стараясь зажать огромную рану дрожащими ладонями.

Шпага выпала из его рук и с глухим звуком ударилась о пол. Сам же раненый мужчина с шипением втянул в себя воздух, поднял лицо к застывшему перед ним Литару и с гордостью истинного воина посмотрел ему в глаза. Он не сомневался, что сейчас умрёт… и теперь просто ждал, когда руки принца окончательно оборвут линию его судьбы.

— Скажи, кто вас послал, и останешься жить, — леденящим душу голосом бросил Лит. — Думай… смерть или каторга? Выбор за тобой.

— Убивай! — голос поверженного звучал хоть и хрипло, но в нём слышался настоящий вызов. Он всем своим видом демонстрировал, что лучше примет смерть, чем покроет своё имя позором предательства. Что бы там ни было, но сам себя этот человек уже точно приговорил.

Вот только вместо ожидаемого удара саблей, этот отчаянный получил коленом по челюсти и тут же рухнул на пол. И пусть он до сих пор был жив, но Лит не сомневался, что в ближайшие несколько часов этот человек точно очнётся. И если не умрёт здесь от потери крови, значит, сможет рассказать дознавателям много интересного.

Сокол обвёл тёмную комнату пристальным взглядом, медленно выдохнул… и лишь теперь позволил себе мгновение слабости. На самом деле рана под рёбрами болела просто невыносимо. Кровь из неё лилась маленьким липким ручейком, оставляя красные следы на коже. И пусть шпага вошла не очень глубоко, но порез получился совсем не приятный. Его нужно было срочно чем-то перетянуть, чтобы хотя бы попытаться замедлить это кровотечение. А остальное уже будут делать целители. Если, конечно, он до них вообще доберётся.

Крепче обхватив свою саблю, которая совершенно невероятным образом умудрилась спасти ему жизнь, Литар схватил в гардеробной первую попавшуюся сорочку и перевязал ею собственный торс. Увы, но разрастающееся тёмное пятно на белом фоне было заметно даже в тусклом свете тонкого серпа луны. И по-хорошему, Литу нужно было бы прямо сейчас отправиться к лекарям, но, увы, в настоящий момент собственное здоровье волновало его чуть ли ни в последнюю очередь. Ведь он почти не сомневался, что убийцы были направлены не только к нему. А от одной мысли о том, что головорезы могли сделать с его спящими родителями, Литу стало дурно. Перед глазами всё поплыло, а тяжёлое оружие едва не выпало из рук. И лишь невероятным усилием воли он заставил себя выпрямиться, вернул зрение в нормальное состояние и с самым уверенным видом направился к выходу.

В его мыслях с невероятной скоростью пролетали возможные варианты развития событий. И сейчас, просчитывая действия этих диверсантов, он радовался лишь двум вещам, — что Эмбрис с семьёй после бала снова отправились на остров к Эрлиссе, и что Дамьен уже которую ночь остаётся у какой-то молодой леди. Причём влезает в окно её спальни… в доме её родителей. А ведь рано или поздно родственники его пассии обязательно узнают о его шашнях, и тогда несчастный принц может и не отвертеться от свадьбы…

Коридоры оказались невероятно тёмными. Здесь совсем не было окон, и в обычное время они освещались магическими светильниками. Но сейчас, когда стихийная магия во дворце каким-то образом оказалась заблокирована, ни один из них не горел.

Передвигаться приходилось, держась рукой за одну из стен. Но даже несмотря на это Лит дважды чуть не полетел на пол, споткнувшись о непонятные предметы. Что ими, вероятнее всего, были тела стражников, он старался не думать. Просто шёл по направлению к лестнице, надеясь как можно скорее добраться до матери.

Уже начав спускаться, он услышал непонятный шорох сверху, где располагались покои Эмбриса, но посчитал, что туда иди не стоит. Скорее всего, напавшие на дворец не в курсе, что кронпринца там нет, поэтому и обшаривают его комнаты. На самом деле, сейчас это было далеко не самым важным моментом… Куда сильнее Литара беспокоили родители.

Оказавшись на втором этаже, где и находились королевские покои, Литар с замиранием сердца услышал звуки боя и, как ни удивительно, почувствовал огонь. Да только радоваться здесь было совсем нечему, ведь сейчас родная стихия ему совершенно не подчинялась — не стоило и пробовать.

Идя в полной темноте на тепло пламени, он уже перестал обращать внимание на то, что всё чаще наступает на чьи-то лежащие на полу тела. Сейчас у него была цель, добраться до королевы, убедиться, что с ней всё хорошо и, по возможности, помочь. Но стоило ему открыть дверь королевской гостиной, и по слуху тут же резанул громкий лязг оружия, а в глаза ударил яркий свет огня.

Здесь в сравнительно небольшой комнате творилось нечто страшное. Шторы и мебель пылали жутким пламенем, едкий дым всё больше заполнял помещение, и при этом доблестные стражники всё равно продолжали отбивать атаки противников. Напавшие на дворец перекрыли выходы и теперь старались удержать позиции, не позволяя никому выбраться, в то время как бойцы королевского полка явно делали всё, чтобы проложить путь королеве.

Пока численный перевес оставался на стороне диверсантов, — они всемером наступали на пятерых стражников. Но защитники Её Величества явно сдаваться не собирались. И пусть из-за дыма было очень тяжело дышать, а глаза и вовсе почти не видели, но они всё равно продолжали сражаться.

Видя всё это Лит не стал тратить время на раздумья и проработку подходящей тактики. Сейчас нужно было сделать хоть что-то, оказать хоть какую-то помощь. И воспользовавшись тем, что его появления пока никто не заметил, он замахнулся и ударил остриём своей сабли по шее того из захватчиков, что стоял ближе всего.

Мужчина рухнул вниз, будто подкошенный, а его подельники на мгновение опешили. Вероятно, они никак не ожидали, что кто-то может вот так напасть на них со спины, ведь считали, что сделать подобное попросту некому.

С этого момента расклад сражения изменился, как и общее настроение защитников. Теперь у них появилась странная уверенность, что они ещё смогут победить. Двое стражников встали по бокам от принца, прикрывая его, в то время как он наносил по противникам пусть и редкие, но очень точные удары своей саблей. Остальные солдаты, продолжили наступление, стараясь освободить проход для королевы.

Огонь всё ещё продолжал разгораться, захватывая новые и новые предметы мебели. Дышать становилось всё тяжелее, глаза резало от едкого дыма, и в какой-то момент стало казаться, что все они полягут в этой горящей гостиной.

И вдруг дверь снова открылась и случилось то, что Лит мог бы назвать истинным чудом…

* * *

В эту ночь не только Сокола мучила бессонница. Ориен тоже не спалось. Вот только в отличие от принца она даже не пыталась уснуть, прекрасно понимая, что не сможет.

После разговора с Литом… после их прощания она ещё старалась держаться, заставляла себя думать о другом. О предстоящем отъезде, о путешествии в Ишерию. О новом доме, о родственниках, с которыми ей только предстояло познакомиться. А ещё она отчаянно пыталась убедить себя, что Литар — её прошлое. Что он уже сыграл в её судьбе свою роль, что теперь их пути окончательно разошлись. Она старалась внушить себе, что её любовь — всего лишь иллюзия, которая скоро развеется. Что всё происходит только к лучшему и, возможно, в Ишерии её ждёт встреча с тем, кто сможет её полюбить… С тем, кто изгонит из её сердца все воспоминания о Белом Соколе.

Ориен старательно делала вид, будто у неё всё в полном порядке. Пусть и натянуто, но всё же улыбалась слугам, даже рассказала своей горничной о том, как очаровательно был украшен бальный зал. А когда та спросила, почему госпожа вернулась так рано, ответила, что просто почувствовала себя неважно.

В какой-то момент Ори даже подумала, что сможет перенести это расставание стойко, гордо, как и подобает настоящей леди. Не позволит отравить свою душу тому человеку, которому оказалась не нужна. Но когда дворецкий сообщил, что из дворца доставили её вещи… Ориен всё-таки не выдержала. Сорвалась. Она с ошарашенным видом смотрела на собственные платья, которые вносили в спальню лакеи и, наверное, только в этот момент в полной мере осознала, что в их с Литаром истории теперь стоит жирная точка.

Сил держать себя в руках просто не осталось… и она банально и позорно разрыдалась. Как маленькая девочка, не обращая никакого внимания на присутствующих рядом людей. А потом и вовсе выгнала всех из своей комнаты, упала на колени… уткнулась лбом в ворсистую поверхность ковра и, наконец, отдалась своему горю.

Слёзы лились ручьями и даже не думали заканчиваться, руки дрожали, а губы всё равно отчаянно шептали только одно имя… И сейчас, оказавшись наедине с собой и своим разбитым сердцем, Ориен окончательно поняла, что просто не сможет жить без своего Литара. Завянет… как цветок без воды. Высохнет… превратится в жалкое подобие себя прежней. Ей нужен был именно он… и никто другой. Только её принц… Её Сокол.

С пола она поднялась лишь через несколько часов, когда услышала, что вернулись родители. К сожалению, сейчас она просто не могла видеть никого из них, поэтому и поспешила закрыть дверь на ключ, а сама снова уселась на ковёр.

Приходила мама. Просила её впустить… говорила, что понимает Ори, что сама когда-то переживала нечто подобное. Убеждала, что всё обязательно наладится, но девушка всё равно осталась глуха к её словам.

В итоге Лиара всё-таки смирилась и решила оставить дочь в покое. А сама Ориен после её ухода упала на кровать и долго лежала в темноте, просто разглядывая потолок. И пусть слёзы уже не бежали, но в мыслях всё равно было невероятно мрачно и пусто. Не хотелось совсем ничего: ни плакать, ни двигаться, ни дышать… да и жить теперь тоже не было никакого желания. И дабы хоть как-то избавиться от этой убийственной пустоты, Ори начала прокручивать в памяти моменты прошлого.

Вспомнила их первую встречу, когда Лит не дал ей сбежать с места преступления, поймав за ноги огненным арканом. Первый странный поцелуй… который был просто прикрытием, ширмой, вынужденной мерой… и который чуть не свёл её с ума. Вспомнила ту жуткую ночь, когда он умирал у неё на руках, как звала его, как грела крыльями. Вспомнила каждое их совместное утро… его слова о том, что ему нравится просыпаться с ней. Вспомнила его кровать, заправленную чёрным шёлком, которую уже привыкла считать своей. Его руки… губы… Его голос. Тепло его кожи… И едва не закричала, осознав, что ничего этого больше не будет. Всё… Уже завтра она окажется так далеко от него, что и на крыльях не долететь.

С этими мыслями Ори решительно поднялась с кровати и подошла к окну, из которого даже тёмной ночью был прекрасно виден сияющий белый дворец карильских королей. Странно, но даже это место она успела полюбить, несмотря на все его порядки и правила. А к некоторым его обитателям и вовсе привязалась. Прикипела душой.

Да, сейчас Ориен не сомневалась, что будет очень скучать по Кери, Беллисе, Дамьену, да даже по Её Величеству. Но больше всего, конечно, по Эркриту. Этот маленький неугомонный художник за столь недолгое время их общения на самом деле умудрился покорить её сердце. А ещё он ведь искренне считал её своей подругой… а она… даже не сказала ему, что покидает Карилию. Но если с остальными Ориен сможет попрощаться завтра на официальной церемонии, то малыша туда никто не пустит, и они просто не успеют увидеться.

В этот самый момент она и решила, что не имеет права просто так уехать и, резко развернувшись, направилась к своей гардеробной, где сиротливо висел её чёрный костюм. И плевать, что на улице холодно, что от промозглого ветра не спасёт даже куртка из ассиомского шёлка. Она должна увидеть Эрки… и может быть… на минутку… заглянуть к Литару.

Но когда спустя полчаса она одетая и почти причёсанная выходила на собственный балкон, её внимание снова привлекло здание дворца. И вроде на первый взгляд всё было так же, как и всегда. Вот только его сияние стало гораздо тусклее. Причём касалось это именно той части, которую занимало королевское крыло.

В этот момент в душе Ориен будто что-то рухнуло… обвалилось. Она сама ещё не понимала, что именно произошло, но была уверена, что обязана поспешить. С перил спрыгнула, даже не подумав закрыть за собой балконную дверь. Летела так быстро, как могла, несмотря на порывы ледяного ветра, которые постоянно норовили сбить её с пути. И только подлетая к знакомому до боли балкону Литара, поняла, что именно так её смутило. Ведь вокруг этой части дворца больше не было магической защиты. Никакой.

В окнах второго этажа показались отблески огня, а до слуха донеслись звуки сражения… и Ори уже хотела метнуться туда, но вдруг снова посмотрела на тёмные окна покоев Лита. Исходя из тусклого свечения чьей-то ауры, она могла сделать вывод, что там находится один человек, но это был точно не её Сокол. А значит идти туда не имело смысла…

И тогда она решила подняться выше, проверить покои кронпринца. Но то, что она там увидела, заставило её внутренне похолодеть от страха. Ведь если судить по яркому золотистому свечению ауры, Эрки определённо был там. Но рядом с ним находились совсем не родители, и даже не стражники, а какие-то непонятные люди, которые добра ему явно не желали. Не маги, скорее наёмники. А мальчик, судя по всему, никак не желал сдаваться. Он медленно отступал, держа в ладони сгусток из какой-то непонятной энергии, которая к стихийной не имела никакого отношения.

Больше не теряя ни секунды, Ори приземлилась на балкон и, мгновенно спрятав крылья, распахнула стеклянную дверь. Мужчины при её появлении напряглись, а вот стоящий к ней спиной мальчик даже не подумал обернуться. Знал ведь, что стоит ему отвлечься, и эти люди сразу его поймают.

— Эрки, это я, Ориен, — проговорила девушка останавливаясь рядом с ним, и отчаянно пытаясь понять, что происходит и кто эти люди.

Мальчик же лишь едва заметно кивнул, но ничего не ответил, продолжая внимательно следить за действиями своих противников. Хотя… что мог сделать одиннадцатилетний парнишка против троих взрослых вооружённых мужчин? И тем не менее, они явно его опасались. И Ори быстро сделала вывод, что всё дело именно в этой странной энергии, сгусток из которой он удерживал в руках.

Когда же, один из наёмников, вдруг замахнулся, собираясь бросить в Ориен метательный нож… Эркрит не думая разделил своё пульсирующее тёмное оружие на две части, одну из которых резко направил в мужчину. И то, что произошло дальше потрясло Ори больше всего того, что она видела в этой жизни. Ведь тот, кто ещё мгновение назад стоял перед ними и представлял явную опасность, в одно мгновение почернел… и вдруг рассыпался, словно состоял из песка. Опал чёрным прахом…

— Уходите! — хрипло прокричал мальчик, которого начинало заметно трясти. — Иначе я убью и вас!

Но эти люди явно не собирались его слушать. Вероятно, у них был приказ доставить Эркрита живым, и именно поэтому они до сих пор на него не напали. Но теперь… увидев, как на их глазах человек за мгновение превратился в пепел, они больше не могли медлить.

— Спать! — вдруг разнеслось по комнате и в то же мгновение оба наёмника рухнули на пол, подобно двум тряпичным куклам.

Сама же Ори застыла на месте, кляня себя последними словами за то, что так долго соображала. Ведь могла же сразу нейтрализовать всех троих… если бы не была так шокирована происходящим. Тем более что стояли они очень удобно и даже не думали закрываться от неё. Но теперь было уже слишком поздно.

Как только девушка убедилась, что эти люди для них больше не опасны, схватила замершего Эркрита за плечи и развернула к себе лицом.

— Эрки! — позвала она, прямо глядя в его глаза. — Ты меня слышишь?

Он же смотрел на неё странно, будто испугано… потом вдруг сглотнул и только теперь начал нормально дышать.

— Они убили мою няню… — проговорил он совершенно бесцветным голосом. — Закололи во сне. Я… хотел убежать…

— Эрки, где твои родители? — продолжала расспрашивать Ориен, пытаясь вытянуть его из того состояния в котором он сейчас пребывал.

— Сразу после бала вернулись на остров. Я отказался с ними ехать, — проговорил мальчик, чей голос теперь почти перестал дрожать, но всё равно казался совершенно бесцветным, словно чужим. — Мне сказали, что ты завтра уезжаешь… Я не мог не попрощаться, поэтому и остался.

Видя, что в его почерневших глазах почти не осталось той странной ледяной корочки, что была там ещё минуту назад, Ори вздохнула с огромным облегчением и вдруг крепко прижала мальчика к себе.

- Ори… я человека убил… — прошептал он, крепко и даже как-то отчаянно обнимая её за шею.

— Зато ты спас меня, — с невозмутимым видом ответила ему девушка. — И себя. Но, прошу, Эрки, не убивай больше. Никого. Не мы даём жизнь, и не нам её отнимать. Если есть возможность обойтись без убийства, мы всегда должны её использовать. Хорошо?

— Да, Ори… я понимаю, — отозвался Эркрит. Потом растерянно посмотрел на свои руки, где уже не было никаких сгустков энергии, и снова взглянул на девушку, которая внимательно следила за его движениями. — Это тёмная магия… — пояснил он и даже попытался ободряюще улыбнуться. Вот только улыбка получилась слишком печальной. — Она мне от отца досталась. Я никогда раньше не использовал её против людей… но сейчас стихийной совсем не чувствую. А эта вот… повиновалась. Она разрушительная… может уничтожить всё что угодно. Но я пока плохо её контролирую, поэтому стараюсь вообще не использовать…

Ориен вздохнула, отстранилась от мальчика и снова осмотрелась вокруг.

— Где стражники? — спросила она, вглядываясь в темноту знакомой ей гостиной.

— Не знаю, — покачал головой Эркрит. — Проснулся, когда услышал странный звук. Вышел… увидел, как один из этих… стоит со шпагой у кровати няни… Попытался убежать…

В его глазах снова начал появляться тот жуткий лёд, который можно было назвать просто шоковым оцепенением, и Ори пришлось дёрнуть его за руку, чтобы снова вернуть в нормальное состояние.

— Эрки, ты ведь мужчина. Пусть и ещё очень молодой, — проговорила она, крепко сжимая его ладонь. — И как настоящий мужчина, ты защищал свой дом. А эти люди, — она указала рукой на лежащих на полу наёмников, — пришли сюда с недобрыми намерениями, за что и получили. Но сейчас, нам с тобой нужно выбраться из дворца. На втором этаже пожар…

— Но там же бабушка! — вдруг выкрикнул мальчик и, больше ни мгновения не раздумывая, сорвался с места и потащил Ори к выходу из покоев.

— Эрки, стой… что мы можем против огня? — пыталась вразумить его Ори. — Давай, я спущу тебя вниз?

— Там бабушка! — резко выпалил он именно тем холодным уверенным тоном, который не терпел никаких возражений. — Я должен ей помочь!

— Как?! — пыталась достучаться до его здравого смысла Ориен, но при этом всё равно продолжала следовать за ним. — Ты ведь не чувствуешь стихию.

— Зато я могу уничтожить огонь, — уверенно заявил тот, в ком сейчас совершенно точно проснулся будущий правитель этой страны.

В его необычно серьёзном холодном голосе больше не было ни капли сомнения. Будто за какие-то мгновения он повзрослел на десятки лет. Будто всего несколько минут… убили в нём ребёнка.

Даже оказавшись в полной темноте коридора, Эркрит продолжал упрямо тащить за собой Ори. Одной рукой он крепко сжимал её запястье, а второй держался за стену. Увы, иначе сквозь этот жуткий мрак было не пробраться.

— Ты сама сказала, что я мужчина. И я буду защищать свой дом! — добавил Эрки, бесстрашно шагая вперёд.

И глядя на то, как он уверенно пробивается к своей цели, Ори окончательно осознала, что уж он-то ни за что не отступится и не при каких обстоятельствах не повернёт назад. Да, она могла бы воздействовать на него ментально. Могла бы заставить передумать или, на крайний случай усыпить, но… не стала этого делать. Ведь несмотря на свой юный возраст, Эркрит на самом деле мог помочь тем людям, что находились в огне. А этот аргумент был для девушки поистине значимым.

В отличие от маленького принца, Ориен довольно сносно видела даже в кромешной темноте. И когда на их пути показалось первое лежащее на полу бесчувственное тело стражника, она решительно обогнала мальчика и повела его так, чтобы тот не только не споткнулся, но и не понял, что за препятствие они обходят. Иногда она просила его переступить, объясняя, что там лежат какие-то обломки, и он верил ей… или просто делал вид.

По лестнице они спустились очень быстро. По коридору второго этажа шли ещё быстрее. А когда Эрки разглядел блики огня, мелькающие под закрытой дверью королевской гостиной, он с такой силой рванул створку на себя, что та едва не сорвалась с петель.

Деятельный мальчик, который, судя по всему, возомнил себя величайшим из героев… великим спасителем мира, явно желал сразу оказаться в самом пекле боя, но Ориен вовремя дёрнула его за руку, оттаскивая от прохода. Несмотря ни на что, она не могла отпустить его туда. По крайней мере, вот так сразу.

— Эрки, уничтожай огонь отсюда. Внутрь не лезь! — строго выкрикнула она, глядя ему в глаза.

Тот же хоть и не был доволен тем, что ему указывают, но всё равно согласно кивнул. Затем молча обернулся к проходу, сосредоточился… И в следующее мгновение огненные языки начали таять, оборачиваясь чем-то тёмным… а горящие предметы мебели вдруг стали рассыпаться, превращаясь в прах.

Произошедшее настолько шокировало и дезориентировало сражающихся мужчин, что на несколько секунд бой и вовсе прекратился. Этим и воспользовалась Ориен, чтобы постараться вывести из строя противников. Увы, для ментального воздействия приходилось направлять импульсы, глядя на конкретного человека. Но даже невзирая на это, после их с Эрки появления сражение закончилось очень быстро.

Но радоваться всё равно оказалось слишком рано, как и расслабляться. Неизвестно, что оказалось тому виной… случай, а может сама Судьба, да только Ориен никак не ожидала, что среди диверсантов окажется тот, на кого её сила почему-то не действовала. Возможно, на нём был защитный амулет, а может он просто оказался невосприимчив к ментальной магии… Но именно это и стало причиной того, что произошло дальше.

Видя, что его подельники, все как один лежат неподвижно, последний оставшийся на ногах диверсант быстро понял, кто виноват в таком исходе битвы. И тогда, отбив очередную атаку стражника, и оттолкнув его от себя, он вдруг вытянул из-за пояса явно непростой нож, и резко метнул, желая прикончить ту, что всё им испортила.

А Ори… видела, что тот замахнулся… что в его руках мелькнул какой-то предмет. Как в бреду следила за тем, как оружие серебристой молнией стремительно несётся прямо в неё… и понимала, что не успеет уйти с траектории его полёта. И вдруг почувствовала резкий толчок и стремительно полетела на пол.

Её приземление и так нельзя было назвать мягким, а тут ещё поверх упал кто-то тяжёлый, остро пахнущий дымом и кровью, и грубо придавил её своим телом. Девушка больно ударилась спиной обо что-то твёрдое и имеющее острые края, да ещё и затылком о стену стукнулась. Наверно именно поэтому она не сразу узнала в лежащем на ней мужчине — Литара.

А он… почему-то улыбался. Вот только эта улыбка была поистине жуткой. Его глаза показались Ориен будто бы потухшими, а дыхание — каким-то слишком резким.

— Ори… — прошептал он, а в уголке его рта показалась тонкая тёмная струйка. А потом… его веки медленно опустились, а с губ сорвалось тихое слово… похожее на хрип: — Живи…

— Литар! — выкрикнула она, чувствуя, что он уже почти потерял сознание. Но принц никак не отреагировал на её вопль. — Литар… — позвала она тише, с ужасом видя, как стремительно тает его внутренняя энергия… как быстро из его организма уходят остатки сил.

А потом её кто-то дёрнул за руку, вытягивая из-под бессознательного тела Лита и оттаскивая в сторону, а к нему в то же мгновение бросился один из стражников и… черноволосая женщина, в которой Ори не сразу узнала королеву. В полном оцепенении девушка смотрела на то, как Её Величество падает на колени рядом с сыном и трясущимися руками тянется к рукояти кинжала… торчащего из его спины.

— Боги… — выдохнула Эриол, убирая руку. К счастью, даже в таком состоянии она понимала, что лучше ничего не трогать. — Лекаря! Срочно! Всех кого найдёте! — выкрикнула она, и в её голосе ярко проскальзывали отголоски едва сдерживаемой истерики.

Мимо Ориен пронеслись двое стражников, но даже это не смогло вывести её из того странного состояния, в котором она находилась. Всё застыло, мир замер, и только время неумолимо отсчитывало секунды… каждая из которых могла стать для её Сокола последней.

— Ориен, придите в себя! — донёсся до неё строгий голос того человека, который продолжал крепко удерживать её за предплечье.

Она медленно обернулась к нему и с удивлением узнала в стоящем рядом мужчине перепачканного в крови лорда Кая Мадели. А тот, заметив, что девушка начинает возвращаться в реальность, напряжённо вздохнул, явно пытаясь взять себя в руки. По всему было понятно, что ему очень сложно оставаться собранным и хладнокровным, но он всё равно старался держаться.

— Ориен, лекари спешат, но им тоже понадобится сила стихий, которая сейчас заблокирована, — чётко выговорил он, глядя в её глаза. — Я знаю, что вы лучше многих чувствуете энергии. Нужно найти источник этой блокировки и устранить его. Сможете?

— Смогу… — прошептала она, снова обращая взгляд на Литара.

Он так и лежал лицом вниз, и с каждой секундой становился всё слабее. Нить, связывающая его дух с телом всё больше истончалась, и в любое мгновение могла оборваться окончательно.

Наверно Ори всё-таки была в шоке, потому что почти не ощущала собственных эмоций. Все они словно отгородились от неё толстой стеной, оставляя лишь глухую пустоту. Она хотела подойти к Литу… но при этом слишком хорошо понимала, что лорд Мадели прав… и если она хочет помочь своему Соколу, то должна сделать всё, чтобы уничтожить блокировку. Ведь даже если лекари успеют… без связи со своей стихией ослабленный принц долго не протянет.

— Я пойду с тобой! — решительно заявил появившийся перед ней Эрки. И пока она не успела отказаться от его компании, добавил. — Ты найдёшь источник, а я его уничтожу.

С этим аргументом оказалось трудно поспорить. Да и сейчас было не самое подходящее время для разговоров. Поэтому, бросив на бессознательное тело Литара ещё один полный боли взгляд, Ори схватила Эркрита за руку и потянула того к окну. Затем резко распахнула створки и, приказав ему ждать на подоконнике, спрыгнула вниз. И пусть сама она сейчас почти не соображала, пусть в её сознании творилось демон знает что, но она всё же заставила себя действовать.

Крылья за её спиной развернулись за долю секунды и, сделав небольшой круг, она сразу поспешила вернуться за мальчиком. А стоило им приземлиться у стен дворца, тут же принялась сосредоточенно осматриваться.

— Я чувствую огонь… с другой стороны дворцового комплекса, — бесцветным тоном протянул маленький принц. — Что-то горит… и очень сильно.

Но девушка его не слышала, она уже определила, то место, рядом с которым образовывался своеобразный энергетический вакуум, и быстрым шагом направилась к нему. А там, в одном из кустов лежал тяжёлый металлический шарик, размером с большое яблоко. И в том, что состоял он из чистого алисита, Ори ни капли не сомневалась.

— Вот. Действуй, — сказала она, кладя это странное изделие перед Эркритом. А сама направилась за следующим, который находился всего в метре от первого.

Больше они не говорили. Ориен просто доставала очередной шар, а Эрки молча обращал его в прах. И только когда они совместными усилиями уничтожили десятый, девушка с каким-то явным облегчением заметила, как в окнах королевских покоев загорелись магические огоньки.

— Ори, с другой стороны дворца пожар. Нужно идти туда. Я ведь… могу помочь, — дрогнувшим голосом выпалил Эрки.

А она тяжело и как-то обречённо вздохнула, ещё раз с грустью посмотрела на окна комнаты, где лежал её умирающий принц, и лишь невероятным усилием воли смогла заставить себя не возвращаться туда. Ведь Эрки прав… им нужно отправиться к пожару. Там они могут быть полезны, в то время как здесь ни он, ни она помочь были, увы, не в силах.

— Там ещё шары, — сказала она, уже снова вызвав крылья, которые распахнулись за её спиной большими чёрными тенями.

— Ими мы займёмся позже, — тоном истинного правителя ответил ей мальчик. — Ограничитель больше не действует. — Давай же… летим к огню!

И она, повинуясь, обхватила его руками со спины и взмыла вверх. Что ни говори, а передвигаться таким способом было гораздо быстрее, чем бежать. Поэтому Эрки и настоял на том, чтобы они летели. Но когда они с Ори увидели, что горит гостевое крыло, им обоим стало совсем не до размышлений о полёте.

— Эрки… там же ишерцы! — в истерике выкрикнула девушка, едва её ноги коснулись выложенной камнем дорожки. — И я чувствую красную платину… Здесь контур из неё. Такой же как там был из алисита.

Но мальчик её уже не слушал. Он, как завороженный смотрел на охваченное огнём здание и лихорадочно размышлял, как именно стоит поступить. А когда он резко сорвался с места и двинулся прямо к дверям, Ориен даже дёрнуться не успела.

— Эрки! Остановись! — кричала она ему вслед.

Но тот и не думал слушать. Бежал прямо на огонь, не обращая внимания на препятствия. Но, что удивительно… едва он оказался внутри, и пламя начало стремительно затухать. А потом и вовсе будто отодвинулось от границ здания, переместилось на деревья в парке.

Ори же смотрела на всё это и просто не верила своим глазам. Нет, она и раньше знала, что сильные огненные маги могут играючи управляться со своей стихией, но даже представить себе не могла, что огромный пожар может вот так в один момент превратиться в покорного зверька.

— Ориен! — выкрикнул кто-то за спиной голосом её отца.

Девушка тут же обернулась и увидела опустившегося рядом с ней белокрылого родителя. Вероятно, он тоже заметил пожар и примчался на подмогу. Вот только… всё равно толку здесь от него было слишком мало. Увы, контур из красной платины, губительной для ишау, ни он, ни Ори преодолеть не могли.

— Опять этот проклятый металл! — выругался Ридьяро, не решаясь подходить ближе к зданию, вокруг которого мерцал едва заметный красноватый энергетический полог. — Там ведь совершенно точно есть раненые. А я даже зайти не в силах… а ведь мог бы помочь.

Ори замерла, уставившись на родителя так, будто он был, как минимум, небожителем.

— Папа, ты можешь лечить? — Этот вопрос она просто выкрикнула, а в её глазах полыхнуло настоящее нетерпение. — Скажи мне? Ты ведь белокрылый, то есть твоя энергия созидательная…

— Да, Ори, — отозвался Рид, пока не понимая, что хочет от него дочь.

— Папа… — она схватила его за руку и посмотрела в глаза с настоящей мольбой. — Литар ранен. Он… умирает. Прошу… помоги ему. Клянусь… Я век буду твоей должницей.

И он видел, насколько сильно благополучие этого принца волнует его дочь, а её слова про должницу и вовсе ввергли его в шок настолько, что он даже не сразу нашёл слова для ответа.

— Папа, прошу… Он в покоях королевы. На втором этаже королевского крыла в гостиной нараспашку открыто окно. Лети… — срывающимся голосом умоляла она и добавила, уже не сдерживая навернувшихся на глазах слёз: — Пожалуйста…

И он просто не мог отказать ей. Не сейчас, не в этой просьбе. И несмотря на то, что в здании гостевого крыла находились его раненные соотечественники… несмотря на то что им совершенно точно нужна была его помощь, он всё же взмыл в небо, направляясь туда, куда просила Ориен.

А сама Ори проводила его фигуру полным надежды взглядом, подняла лицо к тёмному небу и в отчаянье прошептала:

— Светлые Боги… покровители этого мира… прошу… Никогда ничего не просила, а теперь вот прошу… умоляю… пусть он выживет. Пусть он будет здоров…

Но, увы, небо никак не отреагировало на её молитву. Оно осталось таким же равнодушным и беспристрастным. Да и какое вообще Богам дело до какой-то ишерской девушки, умоляющей спасти жизнь любимого человека, который, между прочим, сам подставился.

Уже второй раз он находится на грани… и второй раз — из-за неё.

Глава 12

Это чувство острее кинжала

И безумнее ста ураганов.

Его пламя сильнее пожара,

И страшнее глубин океанов.

Его силу давно разгадали,

Признавая проклятьем и даром.

Его в мире любовью прозвали -

Обжигающим душу дурманом…

Двери обгоревшего здания распахнулись, и на крыльце появился растрёпанный измазанный в саже Эрки, причём ещё и в обгорелой одежде. Но увидев напряжённую и какую-то дёрганную Ори, он вдруг приветливо махнул ей рукой и быстро сбежал по ступенькам.

— Все живы! — выкрикнул он, улыбаясь во весь рот. — Есть пострадавшие, у некоторых даже очень сильные ожоги, но никто не при смерти. Вылечим! Давай искать платину, а то они выйти не могут.

Наверно именно эта его невероятная жажда деятельности, вкупе с неизлечимой самоуверенностью и вернули её в реальность. Да, конечно, Эркрита необходимо было отчитать за глупую неразумную самодеятельность, за бессмысленный риск, которому он себя подверг, вбегая в горящее здание. Но сейчас Ориен даже заикаться не стала о том, что думает по поводу геройства этого маленького принца, решив высказать всё позже… Когда эта история с нападением на дворец закончится.

Увы, с шарами из красной платины им пришлось повозиться гораздо дольше. Вся проблема заключалась в том, что Ориен не могла к ним приблизиться, а Эрки сей металл не чувствовал совершенно. Ему приходилось рыскать по кустам в поисках каждого шарика, и это при том, что некоторые из них вообще оказались ещё и основательно присыпаны землёй.

Почти сразу после того, как отступил огонь, в здание направились стражники и лекари. Они помогали раненым, разбирали завалы из того, что сгорело, но вывести никого из ишау пока не могли — контур из энергии платины был ещё слишком силён и смертельно опасен для ишау. И только когда Ори с Эркритом расправились с половиной пресловутых шаров, его действие ослабло, а пострадавшие ишерцы смогли покинуть здание.

Уже на рассвете, когда из-за гор показались первые лучи холодного осеннего солнца, а всех пострадавших гостей из Ишерии переместили в лазарет, Ориен заметила на одной из дорожек парка необычно хмурого княжича. Он явно кого-то искал, высматривая по сторонам, а заметив девушку, тут же прибавил шагу, направляясь прямиком к ней.

— Ори! — пзвал подошедший Ренделли. — Ты как?

— Не пострадала, — честно ответила она, пожав плечами. — На самом деле, я вообще здесь случайно оказалась.

Заметно уставший и вымотанный Рен выглядел сейчас совсем не так, как она привыкла. Его длинные красные волосы были распущены и откровенно растрёпаны. Их концы оказались подпалены, как и ресницы, и брови. Его одежда выглядела ещё более плачевно, чем у Эрки, а на руках виднелись сильные ожоги.

— Это было диверсией, — выпалил Эркрит, откопавший очередной шарик и тут же превративший его в пыль. Затем поднял взгляд своих почерневших глаз на княжича и добавил: — Они сказали, что живым им нужен только я. Даже думать не хочу, почему.

Ренделли с каким-то мрачным удивлением посмотрел на маленького принца и вдруг спросил, обращаясь к нему, как к взрослому… как к равному:

— Кто пострадал?

Его голос хоть и прозвучал ровно, но в нём всё равно слышалось откровенное сочувствие. Вероятно, ему уже доложили, что нападение было совершено ещё и на королевское крыло. И если с ишерцами диверсанты боролись, используя замкнутый контур из красной платины и огонь, то с королевской семьёй решили разобраться наверняка.

— Убиты моя няня… — отозвался мальчик. Потом вздохнул и добавил, едва сдерживая рвущиеся наружу позорные для мужчины слёзы: — …и дядя Литар.

Ори же вдруг дёрнулась от его слов, будто от удара, и тут же обернулась к Эркриту.

— Нет же, Эрки. Лит жив! — воскликнула она, причём голос её звучал невероятно уверенно, словно она пыталась убедить саму себя. — Да, состояние тяжёлое, но ведь к нему вовремя прибыли целители. Они помогут. Вот увидишь.

Но мальчик лишь медленно покачал головой, бросил немного растерянный взгляд на княжича и снова посмотрел на девушку.

— Ори… ему нож попал в сердце… — проговорил Эркрит, опуская голову. — Его уже тогда нельзя было спасти. Пойми… после таких ранений не выживают. Я ведь несколько книг по анатомии прочитал… да и мой наставник по фехтованию тоже о таком рассказывал. — Он медленно выдохнул и добавил шёпотом: — Прости… Ориен. Но дядя Литар уже не с нами. Но он погиб… как герой. Защищая свой дом, свою королеву… и тебя.

— Нет же, Эрки! — снова выпалила она, даже не замечая того, что по её щекам стекают мокрые ручейки. — Я не верю! Этого не может быть. Такие, как Сокол так просто не погибают…

Мальчик растерянно сглотнул и, подойдя ближе, ободряюще взял её за руку.

— Ориен, ты ведь большая девочка, — проговорил маленький принц, стараясь её успокоить. — Давай думать, что он теперь в лучшем мире…

— Нет… — прошептала она, отчаянно мотая головой. — Эрки, ты не прав. Нет. — И вдруг вырвала свою руку из его пальцев и выкрикнула с настоящим отчаяньем: — Я не верю в это!

Она была не в себе… и совершенно не контролировала собственные эмоции. Но несмотря на своё жуткое состояние, просто не могла заставить себя поверить, что всё кончено.

— Я должна быть с ним! — решительно сказала Ори, медленно пятясь назад. Потом повернулась к княжичу и попросила, продолжая отходить дальше. — Рен, помоги Эрки найти оставшиеся шары из платины. Прошу тебя… Я должна увидеть Литара. Должна убедиться, что с ним всё хорошо.

И не дожидаясь его ответа, развернулась и мгновенно взмыла вверх.

Громадину дворца, который в лучах рассветного солнца засиял каким-то поистине мистическим светом, Ори перелетела за считанные мгновения и уже хотела вернуться в королевскую гостиную тем же путём, каким её покидала, но окно оказалось плотно закрыто. Потому пришлось ей добираться до нужных покоев через обычный вход.

А во дворце всё выглядело почти привычно. Повсюду горели магические огоньки, в коридорах больше не было тел раненых и погибших, а на постах снова стояли стражники. И лишь их бледные лица и пятна крови на мундирах, стенах и полу напоминали о том, что минувшая ночь прошла далеко неспокойно.

Наверно можно было спросить у кого-то из них, где принц Литар, но… Ориен слишком боялась услышать ответ, поэтому просто шла к королевским покоям, ни капли не беспокоясь, что её могут попросту туда не впустить. Хотя… вряд ли кто-то в здравом уме решил бы сейчас встать на её пути.

Вот только обгоревшая гостиная оказалась пустой. Сейчас эта некогда красивая комната выглядела ужасающе. Стены и потолок почернели, часть мебели полностью сгорела, окна закрывали обугленные шторы. Но стоило взгляду Ори упасть на то место, где в последний раз она видела Литара, а ныне виднелась лишь большая лужа крови… и мир её снова пошатнулся, а сама девушка едва смогла устоять на ногах.

— Нет… он жив, — упрямо шептала она сама себе. — Не мог умереть… Боги… не мог!

Из комнаты она в буквальном смысле выбежала. Сразу же набросилась на одного из стоящих у дверей стражников в надежде выяснить, куда унесли раненного Лита. А тот так опешил от её напора, что далеко не сразу сообразил, что именно эта странная леди от него хочет.

В итоге ей удалось узнать только то, что всех раненых переместили в лазарет, расположенный в лекарском крыле. Вот только Ориен сильно сомневалась, что принца разместили там же, где и простых солдат. Но всё равно направилась туда, ведь других вариантов у неё просто не было.

А лазарет оказался поистине переполнен. Здесь в этот утренний час творилось что-то жуткое. Всем пострадавшим попросту не хватило места в палатах, и помощь некоторым из них оказывали прямо в коридоре. Лекари метались от пациента к пациенту, стараясь сделать хоть что-то. Существенно осложняло ситуацию то, что на ишерцев человеческая магия не действовала, и целительная в том числе. Поэтому обрабатывать их раны приходилось обычными способами.

В этом плане пострадавшим стражникам повезло чуть больше, хотя их ранения были в разы страшнее. Оно и понятно, ведь многим из охранников дворца пришлось сражаться с противниками в полной темноте, в которой оказалось очень сложно определить, где свои, где чужие…

— Ориен, — обратился к ней усталый мужской голос.

Девушка обернулась и с какой-то откровенной растерянностью уставилась на побледневшего, будто высохшего отца. Он стоял в дверном проёме и выглядел так, будто только что облетел всю Карилию на собственных крыльях.

— Не думаю, что тебе стоит здесь находиться, — добавил Ридьяро, протягивая ей руку. — Пойдём. Я провожу тебя до портальной комнаты. Маги откроют тебе переход к дому.

— Нет! — решительно заявила она, резко качая головой. — Папа, ответь, что с Литаром? Я должна его видеть.

— Ори… — попытался что-то сказать мужчина, но по тому, как напрягся его голос, девушка уже поняла, что ничего хорошего он ей не сообщит.

— Папа, где он?! — воскликнула Ориен, цепляясь руками за его ладонь. — Скажи… прошу… я должна его увидеть! — Она начала дрожать всем телом и даже не пыталась сдержать рвущиеся наружу слёзы. — Умоляю, папа… Я должна…

Лорд Орте Гриан отвёл взгляд в сторону, будто стараясь найти правильные слова, но вдруг обречённо вздохнул и, развернувшись, потянул Ориен за собой. В той же напряжённой тишине они покинули лекарское крыло, прошли через несколько переходов, миновали крутую лестницу и оказались перед невзрачной серой дверью.

И только теперь, когда пути назад уже не было, Рид снова обернулся к дочери и хотел что-то сказать… предупредить… но так и не смог найти слов. Но Ори не стала дожидаться его разрешения. Она сама толкнула створку и решительно переступила порог.

Но войдя внутрь просторной комнаты, залитой холодным утренним светом, сразу остановилась. Первой кого она увидела, оказалась необычно бледная королева, чьи синие глаза сейчас будто остекленели, и в них очень ярко отражалась бескрайняя холодная пустота. Эриол сидела в кресле у кровати, а рядом с ней стоял мрачный лорд Мадели. Он держал женщину за руку и явно о чём-то напряжённо раздумывал. Но заметив появившуюся в дверях Ори, оставил королеву и направился прямиком к ней.

— Лорд Мадели… — попыталась начать она, но он вдруг выставил перед собой ладонь, призывая её молчать.

— Ориен… он отдал за вас жизнь, — холодно, но без упрёка проговорил Кай, глядя ей прямо в глаза.

От этих слов сердце девушки на мгновение замерло… и будто бы покрылось корочкой льда. Всё же она до последнего не верила, что её Сокол, её любимый упрямый Литар может вот так умереть. Увы, вынести это она была не в силах.

Уже не обращая внимания на какие-то там правила, которые теперь стали совершенно не важны, Ори обогнула мужчину и в отчаянии упала на колени рядом у кроватью, на которой лежал её принц. Его кожа была белой… и почти сливалась с простынями, его глаза оказались закрыты. Его обескровленные губы потрескались, на лице виднелось несколько царапин, но… он совершенно точно дышал.

Не веря своим глазам, Ори схватила его ладонь и крепко сжала обеими руками. И пусть та оказалась далеко не такой тёплой, как обычно, и даже прохладной, но… он был жив.

— Жив… — прошептала девушка, уткнувшись лицом в его предплечье. — Боги… жив…

— Ори, — севшим до шёпота голосом обратилась к ней стоящая рядом королева. — Он до сих пор на грани… Почти перешагнул за неё. Раны залечили, но это уже… не могло помочь. По словам лекарей… — Она запнулась, словно ей на самом деле было невероятно сложно говорить всё это. Но всё же нашла в себе силы закончить, хотя Ори прекрасно видела, каких невероятных усилий ей это стоит: — Они говорят, что он уже не выкарабкается.

— Нет, — выпалила девушка, отчаянно замотав головой. — С ним всё будет хорошо. Он обязательно поправится. Я знаю… чувствую. Ваше Величество, он поразительно сильный человек. Он справится со всем. Всегда справлялся!

Она приложила холодную руку Сокола к своей щеке и накрыла ладонью. И в этот момент вдруг почувствовала, как его внутренняя энергия медленно… будто нехотя… но всё же начинает откликаться. Как тот огонь, что и являлся его истинной сутью, словно просыпается… возрождается… и медленно растекается по организму.

— Я ощущаю его пламя, — проговорила Ори, оборачиваясь к Ридьяро и глядя на него с дикой надеждой. — Оно ведь… не позволит ему умереть?

Тот же посмотрел на дочь с искренним сомнением и, подойдя ближе, коснулся ладонью бледного лба принца. На несколько мгновений Рид прикрыл глаза, анализируя состояние своего пациента, а когда снова их распахнул, просто не смог сдержать мягкой улыбки.

— Выживет. Теперь уже точно, — сообщил он, глядя на напряжённую королеву, у которой после его слов на глазах показались слёзы.

Её Величество вдруг едва слышно всхлипнула и тут же поспешила закрыть лицо руками. Кай же вздохнул просто с невероятным облегчением, а потом подошёл к Эриол, присел прямо на пол рядом с её ногами и крепко сжал руку своей супруги.

Ориен снова погладила ладонь Литара, с безумной радостью ощущая, как та начинает теплеть. И в этот момент почувствовала себя по-настоящему счастливой… ведь её любимый, самый важный для неё человек, был жив.

— Поразительно, — добавил Ридьяро, прикладывая пальцы к вискам своего пациента. — На мой зов его огонь откликаться не желал, как бы я ни старался. Но стоило прийти тебе, Ори, и эта своенравная энергия повиновалась, как дрессированная, притом, что ты даже не пыталась её звать.

— Лорд Орте Гриан, — обратилась к нему немного пришедшая в себя королева. — Благодарю вас за всё. Вы спасли жизнь моему сыну.

— Учитывая тот факт, что самую опасную рану он получил, спасая мою дочь, я не мог поступить иначе, — ответил ей Рид, убирая руки. И тут же поспешил добавить: — Стихия снова разбужена, восстановление организма идёт полным ходом, но… ближайшие сутки, а то и двое, он точно проспит. И лучше, чтобы при этом рядом с ним кто-то находился.

— Конечно, — тут же отозвался лорд Мадели, поднимаясь на ноги и подавая руку своей королеве. — Сейчас же распоряжусь, чтобы прислали кого-нибудь из лазарета.

— Не нужно, — решительно заявила Ори, поднимая взгляд на отца своего любимого Сокола. — Я сама с ним останусь. Если что-то произойдёт, сразу же позову лекаря. Сейчас, в любом случае, каждый из них куда нужнее другим раненым.

— Ори, ты сама устала, — попытался переубедить её Ридьяро. — Бледная, и вот-вот свалишься от бессилия.

— Ничего, пап, — поспешила заверить его девушка, — переживу. Сейчас для меня куда важнее состояние Лита, чем моё. Не беспокойся.

Риду явно было, что на это ответить, но видя, как на самом деле это важно для его девочки, он всё-таки заставил себя промолчать. Вскоре и он, и родители пострадавшего принца покинули комнату, а Ориен придвинула кресло вплотную к кровати и, присев в него, снова крепко сжала руку Литара.

Он всё ещё оставался совершенно белым, но теперь дышал куда увереннее. Его грудная клетка оказалась перетянута белыми бинтами. На теле ещё виднелись остатки поспешно смытых кровопотёков, а ссадин и мелких порезов виднелось столько, что Ори внутренне похолодела. Но, несмотря на все эти многочисленные повреждения, Лит был жив и шёл на поправку. И уже этого оказалось достаточно, чтобы Ориен почувствовала себя счастливой.

Она сидела рядом с ним, совсем не замечая течения времени. И так как категорически отказалась куда-то выходить, и завтрак и обед ей принесли в комнату, вот только Ори так и не нашла в себе силы притронуться к еде. Несколько раз заглядывал Эрки, который на самом деле оказался искренне рад и даже счастлив от того, что его любимый дядюшка всё-таки выжил. Ещё приходил Дамьен… и выглядел очень виноватым, ведь в такой важный момент, когда его семья в нём нуждалась, его попросту не оказалось рядом. Заходил и Эмбрис, и вид у него при этом был настолько суровым, что Ори заранее посочувствовала всем, кто сегодня попадётся под его горячую руку.

А ближе к вечеру, когда солнце уже почти село за гору, завершив свой дневной путь, неожиданно пришёл капитан Мартин — тот самый, который считался первым заместителем Литара в его драгоценном и горячо любимом департаменте. Вот только явился он совсем не для того, чтобы проведать своего начальника. Как оказалось, у него было дело именно к Ориен.

— Леди Орте Гриан, — начал он, осторожно прикрыв за собой дверь. Но когда заметил её непонимающий взгляд, тут же поспешил поправиться и опустить официальное обращение: — Ори, я пришёл к тебе.

— Зачем? — удивлённо уточнила девушка. И пусть с Мартином их связывали довольно тёплые приятельские отношения, но она всё равно никак не могла представить, что могло ему от неё понадобиться, причём именно сейчас.

— Один из нападавших раскололся, — поспешил пояснить капитан. — Покушение и диверсия были акцией спланированной и проведённой графом Арманом Савари. Полчаса назад его вместе с сообщниками доставили во дворец. Нужно провести допрос, но наши менталисты сквозь его щит пробиться не могут. Поэтому нам необходима твоя помощь.

Ориен понимающе вздохнула и перевела виноватый взгляд на Литара. Тот уже выглядел не настолько бледным, да и дыхание его стало гораздо ровнее. Теперь уже при взгляде на него можно было подумать, что он просто сильно устал и поэтому так крепко спит.

С одной стороны девушке не хотелось отходить от него ни на минуту, несмотря даже на то, что его жизни уже ничего не угрожало. Но с другой, — он ведь так мечтал поймать Савари, а она могла очень сильно помочь с допросом этого негодяя. Именно поэтому, пусть и скрепя сердце, Ори всё же поднялась и, бросив прощальный взгляд на Лита, направилась к выходу вслед за Мартином. А стоило ей покинуть комнату, как её место у кровати принца тут же занял дежуривший в коридоре младший лекарь.

По правде говоря, сейчас Ориен была слишком взвинчена, чтобы действовать аккуратно. А когда увидела наглую самоуверенную физиономию Савари, и вовсе едва удержала себя от того, чтобы не снести ему сознание сильнейшей силовой вольной. И лишь понимание того факта, что в этом случае он просто не сможет ничего им поведать, пока удерживало её от воплощения этого желания в жизнь.

Вот только кое-что она всё-таки сделала… просто не смогла удержаться. Заглянув ему в глаза, легко прошла сквозь ментальный щит, но не стала его ломать, а просто немного подкорректировала. Теперь в нём образовалась ощутимая брешь, дающая возможность влезть в голову этого человека любому менталисту. Правда, для самого Армана каждое такое проникновение теперь будет отдаваться жуткой безумной болью, способной попросту свести с ума. Ну и конечно, Ориен сделала так, чтобы он отвечал чистую правду на любой заданный вопрос, существенно облегчив работу дознавателей. И лишь после этого посчитала свой долг выполненным.

Вот только гордо уйти из подземелий у неё не получилось. После всех переживаний, после бессонной ночи, после того, что она испытала, решив, что потеряла Литара, это ментальное воздействие попросту сыграло для неё роль последней капли. Наверно, не окажись рядом капитана Мартина, она бы точно рухнула на пол. Но бравый служитель департамента правопорядка очень вовремя поймал её под локоть, а потом и вовсе поднял на руки и понёс наверх. И как бы она ни сопротивлялась, как бы ни отмахивалась, как ни уговаривала, но её всё равно доставили домой, где девушку уже ждала искренне волнующаяся мать.

Лиара сама напоила Ориен каким-то странным чаем и настояла на том, чтобы та поспала хотя бы пару часов. И Ори согласилась прилечь ненадолго, но стоило голове коснуться подушки и веки сами собой закрылись, а её сознание провалилось в такой необходимый и спасительный сон.

* * *

Сознание к Литару возвращалось урывками…

Первый раз открыв глаза глубокой ночью, он несколько долгих секунд смотрел на совершенно незнакомый потолок, но как ни пытался повернуть голову, ничего у него не выходило. На какое-то мгновение он даже подумал, что его собственное тело больше ему не подчиняется… и на этой мысли снова провалился в забытье.

В следующий раз он очнулся уже днём. Вокруг было светло, а рядом с кроватью, к его искреннему удивлению, сидела Эрлисса. Увидев, что брат пришёл в себя она вся всполошилась, но вместо того чтобы позвать кого-то, вдруг улыбнулась и придвинулась к нему ближе.

Видимо его недоумение как-то отразилось на лице, потому что Лисса лишь расслабленно вздохнула и привычно усмехнулась.

— Да, братик, это я. И не нужно так удивляться. Между прочим, мы все за тебя очень переживаем, — проговорила она неожиданно мягким тоном. Но когда Лит никак на её слова не отреагировал вдруг напряглась и спросила: — Ты вообще меня слышишь?

Он уже хотел ответить, что конечно слышит, и даже попытался кивнуть, но… в этот момент перед его глазами всё снова поплыло, а сознание накрыла темнота.

Потом он дважды просыпался ночью, и даже смог повернуть голову из стороны в сторону. Правда, после этого снова мгновенно засыпал. Но только теперь спокойная темнота его снов отступила, а ей на смену пришли странные видения. И в них он снова и снова дрался с кем-то в горящей комнате. С ужасом наблюдал, как брошенный кем-то нож летит прямо в его Ориен… врезается в её тело. Как она падает и, умирая… говорит ему, что любит. Что всё равно не смогла бы жить без него…

Эти сны повторялись постоянно, не оставляя его ни на мгновение. И в итоге он уже сам старался просыпаться чаще и делал всё, чтобы не засыпать как можно дольше. Правда, получалось пока плохо, и время его бодрствования ограничивалось лишь несколькими минутами.

А однажды… кошмары отступили, сражённые ярким светом. Ушли, изгнанные чистым сиянием. Таким тёплым и приятным, что в нём хотелось греться бесконечно. И в какой-то момент Литару даже показалось, что с ним говорит его Ори. Будто это она светится… Сидит рядом, гладит его по голове и… прощается.

Он очень хотел открыть глаза. Посмотреть на неё. Сказать, чтобы она даже и не думала никуда от него уезжать. Сейчас он был готов просить… умолять её остаться с ним. Стать его женщиной перед Светлыми Богами. Его женой… Но, увы, так и не смог сбросить с себя оковы сна.

Ему казалось, что он чувствует её слёзы на тыльной стороне своей ладони, которую девушка прижимала к своему лицу. Ощущает прикосновения её губ к своим губам. Слышит её голос…

А потом… она ушла… чтобы больше никогда к нему не вернуться. И в тот же момент исчезло и сияние, а в его душе поселилась жуткая холодная пустота.

Литар сам не понял, каким образом это ему удалось, но он всё-таки заставил себя проснуться. Вот только когда это у него, наконец, получилось, в комнате уже никого не было. И пусть то странное видение могло оказаться всего лишь очередным сном, но Лит почему-то не сомневался, что Ори на самом деле приходила к нему.

Вдруг его внимание привлёк звук открывающейся двери, и принц тут же повернул голову и уставился на неё с таким воодушевлением, которого даже сам от себя не ожидал. Но, вопреки его ожиданиям, на пороге оказалась совсем не Ориен, а её красноволосый папочка.

Увидев, что Лит не просто в сознании, а даже выглядит вполне сносно, Ридьяро удовлетворённо улыбнулся и направился прямиком к его постели.

— С возвращением, Ваше Высочество, — проговорил он, подходя ближе. — Разрешите, я проверю ваше состояние.

Когда Орте Гриан положил ладонь на его лоб, как обычно делали лекари, Литар поначалу даже немного смутился. Он-то понятия не имел, что у Рида есть способности к целительству. Да и не ожидал от него помощи. Всё же, несмотря на взаимное уважение, друзьями они по понятным причинам так и не стали.

— Связь со стихией восстановилась полностью, — заметил ишерец, прикрывая глаза, чтобы лучше чувствовать внутренние энергии своего пациента. — Но организм очень слаб. Теперь необходимо обильное питание и отдых. Думаю, через три-четыре дня вы сможете встать. Но на полное восстановление уйдёт не меньше нескольких недель.

— Что… со мной… случилось? — прохрипел Литар, и даже эти слова отдались в его груди ноющей болью.

— Много чего, — ответил ему Ридьяро, присаживаясь в придвинутое к кровати кресло. — Вы защищали свой дворец и свою мать. А потом геройски приняли на себя метательный нож. Хотели отпихнуть Ори, а подставились сами. Было пробито лёгкое. Сердце только чудом оказалось не задето, ведь иначе даже я не смог бы помочь.

— Вы? — не понял Сокол.

— Да, Литар. Меня к вам Ориен направила. Очень за вас испугалась. И, честно говоря, появился я вовремя, — спокойно пояснил ишерец. — Ваша стихия уже не откликалась, а лекари толком не могли ничего сделать. Они, конечно, талантливые ребята, но в той ситуации явно были не в себе.

— Когда это… случилось? — С каждой фразой голос Лита звучал гораздо уверенней, но ему всё равно пока удавалось говорить с огромным трудом.

— Четыре дня назад, — ответил Рид. — И сейчас я зашёл проверить ваше самочувствие перед отъездом.

— Вы… уезжаете? В Ишерию? — чуть напряжённо протянул Литар. — Но…

— Мы и так задержались, — мягким тоном пояснил лорд Орте Гриан. — Наш корабль в Карсталле уже давно готов к отплытию.

— А Ори? — взволнованно спросил Сокол, а в его тоне заметно промелькнуло нечто похожее на испуг. — Она… тоже?

— Да, — кивнул его собеседник. — И, насколько мне известно, вы с ней всё выяснили…

— Нет! — решительно заявил принц, отчаянно пытаясь подняться. Увы, ничего у него не получалось. Руки почти не слушались, и всё тело казалось каким-то чужим, но он всё равно старался изо всех сил. — Не всё! — выпалил, даже не пытаясь скрыть нервного напряжения. — Мне нужно с ней поговорить.

Ридьяро некоторое время молча наблюдал за его бессмысленными попытками подняться, а потом покачал головой и всё же помог своему упрямому пациенту сесть, опираясь спиной на подушки.

— Встать на ноги всё равно не сможете, — заметил Рид, глядя на него с сочувствием. — Сейчас это вам не по силам.

И тогда Сокол повернулся к ишерцу и с явной решимостью посмотрел ему в глаза.

— Лорд Орте Гриан, — официальным тоном проговорил он. — Я бы хотел увидеть Ориен.

— Для чего? — спокойно уточнил отец девушки.

— Потому что не могу допустить, чтобы она уехала, — взволнованно выпалил принц. — Она нужна мне.

Но Ридьяро на такое заявление отреагировал почти равнодушно.

— Сожалею, Ваше Высочество. Ориен уже покинула дворец. Она заходила к вам… надеялась попрощаться лично, но, увы, не получилось.

Но Литара такой его ответ совершенно точно не устраивал. Никак. Он понимал, что не может допустить того, чтобы его Ори покинула страну. Не мог вот так её потерять…

— Ридьяро, ваш корабль ждал несколько дней, — сказал Сокол, даже не замечая, как странно дрожит его голос. — Может подождать ещё немного. Пожалуйста, позовите сюда Ориен. Я должен сказать ей…

— И что же?

— Что люблю её, — раздражённо воскликнул Литар, уже понимая, что Ридьяро ему помогать не станет. — Да, люблю. И она меня любит.

Но, несмотря на собственное удивление, ишерец внешне продолжал оставаться совершенно спокойным. Будто слова принца о любви к его дочери, не имели для этого человека абсолютно никакого значения. Вместо ответа он лишь едва заметно усмехнулся и отрицательно покачал головой.

Весь его вид говорил о том, что он не станет менять свои планы из-за чьих-то неожиданно проснувшихся чувств. И понимая, что так точно ничего не добьётся, Лит вдруг набрал в лёгкие побольше воздуха и выкрикнул так громко, насколько хватило сил:

— Стража!

На его вопль мгновенно явились сразу несколько дежурных служителей порядка, а с ними — сбитый с толку лорд Мадели. По всей видимости, он как раз шёл навестить сына, когда до его слуха донёсся этот крик. Но не успел он даже и рта раскрыть, чтобы поинтересоваться причинами столь странного вопля, как Лит снова повернулся к Ридьяро и официальным тоном заявил:

— Лорд Орте Гриан, сейчас, здесь, при свидетелях, среди которых присутствует и мой отец, я официально прошу руки вашей дочери, Ориен.

На несколько мгновений в комнате повисло напряжённое молчание. По опешившему виду Ридьяро было понятно, что он никак не ожидал от Литара подобных заявлений и теперь отчаянно старался придумать, как быть дальше. Ведь, как ни выкручивайся, а отказать принцу на территории его страны, да ещё и при посторонних, он просто не мог, но и давать согласие почему-то не желал. А вот Кай — человек, который всегда прекрасно держал все свои эмоции под контролем, вдруг посмотрел на ишерца с видом истинного победителя и улыбнулся так открыто, что просто оказался не в силах подавить в себе эту улыбку.

— Но вы ведь не можете жениться на ней, — попытался возразить ишерец, и тут же поспешил пояснить свою мысль: — Я интересовался, изучал ваше законодательство, традиции. Собственными глазами видел копию того древнего закона, в котором сказано, что король или королева, в том числе наследники престола, не могут быть женаты на представителе другой расы. И это же не просто документ… Насколько мне известно, традиции престолонаследия в Карилии незыблемы. Пойти против них, значит пойти против воли Светлых Богов. А вы, Литар, как ни крути, один из наследников.

— В данном случае я вижу два возможных варианта, — заявил Лит, прямо глядя ему в глаза. — Либо этот закон будет отменён… Либо я напишу официальный отказ от притязаний на трон. В любом случае, кронпринцем является Эмбрис, а у него уже есть свои наследники. Так что Карилия от такого моего решения никоим образом не пострадает.

— Значит… вы действительно готовы жениться на моей дочери? — напряжённым тоном уточнил лорд Орте Гриан.

— Готов, — уверенно подтвердил Лит, хотя при всём его болезненном виде такое громкое утверждение казалось, как минимум, странным.

В этот раз ишерец молчал дольше. Он даже задумчиво отошёл к окну и несколько минут просто стоял, глядя на внутренний двор дворцового комплекса, где несмотря на холодную погоду, по парку прогуливались люди.

А вот Кай наблюдал за его метаниями с поразительно самодовольным видом. Сейчас он как никто другой понимал Ридьяро, ведь сам когда-то был на его месте. Лорд Мадели до сих пор прекрасно помнил, как оказался шокирован, услышав заявление сайлирского кронпринца о том, что тот желает жениться на Эрлиссе. Тогда он чувствовал себя таким же растерянным и загнанным в угол, как сейчас Рид. Вот только ситуации всё же сильно отличались. И в данном случае он почти не видел препятствий для этого брака. Тем более если сын сам всё решил.

Признаться, раньше Кай не воспринимал увлечение Литара ишерской девочкой всерьёз. Перед его глазами до сих пор стояла та картина, что он увидел, войдя как-то утром в спальню Лита. Помнится, тогда Ориен спала на шкуре у камина, причём её руки связывал антимагический шнурок, а ноги были привязаны верёвкой к каминной стойке. Честно говоря, в тот момент он и подумать не мог, что наступит день, и его сын изъявит желание жениться на этой девушке.

Наверно лишь увидев, как Лит отталкивает её с траектории полёта метательного ножа, как фактически подставляется, ради того, чтобы её спасти… Кай понял, что в их отношениях всё гораздо серьёзнее, чем ему казалось. А после того, как Ориен одним своим прикосновением умудрилась разбудить в Литаре его застывшую стихию, лорд Мадели окончательно убедился, что чувства этих двоих не только взаимны, но и очень сильны.

— Я ведь не могу вам отказать, — прозвучал в напряжённой тишине комнаты голос ишерца.

Ридьяро снова подошёл ближе к кровати Лита и, остановившись у придвинутого к ней кресла, посмотрел на принца.

— Вот только… сейчас вы ещё не в себе, — продолжил Рид, глядя ему в глаза. — Вы четыре дня провели без сознания, едва не шагнули за грань. Может случиться так, что уже через неделю ваше решение… этот непонятный порыв, покажется вам глупостью. Возможно, вскоре вы пожалеете о том, что попросили у меня руки Ори.

— Не пожалею! — уверенно заявил Лит. И тут же добавил: — Я люблю вашу дочь, лорд Орте Гриан. Я хочу быть с ней.

— И всё-таки, — не желал сдаваться мужчина. — Как человек, спасший вашу жизнь, я прошу вас об одном…

После этих слов Литар заметно напрягся, а с лица Кая пропал даже намёк на улыбку. Ведь они прекрасно понимали, что долг жизни в любом случае обяжет Лита выполнить всё, что скажет Ридьяро. А тот вполне мог потребовать отказаться от Ори… поэтому продолжение его фразы и принц, и его отец ждали с замиранием сердца.

— Ваше Высочество, я прошу вас не препятствовать отъезду Ориен, — продолжил Рид. Но видя, как искренне взволнован его пациент, которому вообще сейчас были противопоказаны отрицательные эмоции, поспешил пояснить причины своей просьбы: — Пусть она уедет, посмотрит на Ишерию, познакомится с родственниками. А вы за это время обдумаете своё решение. Всё ещё раз взвесите. А через два месяца… если Ори даст вам своё согласие, я обещаю, что приму ваш брак.

— Два… месяца? — бесцветным тоном протянул растерянный Сокол.

— Да, Литар. Нас официально пригласили на новогодний бал в сайлирскую столицу. Там-то вы и сможете поговорить с Ориен. А пока… пусть всё останется, как есть.

Видя, что сын явно от такого предложения не в восторге, Кай всё же решил вмешаться. А то мало ли… на самом деле таким нервным и разбитым он Литара видел впервые. Кто знает, что тот мог выкинуть, находясь в столь напряжённом состоянии.

— Ридьяро, — обратился к ишерцу лорд Мадели. — Мне понятны ваши опасения, и я даже в чём-то согласен с принятой вами позицией. В конце концов, два месяца — это не такой уж и большой срок. А Ориен, на самом деле, стоит посмотреть свою страну. Развеяться… отвлечься. Так для неё будет лучше.

— Отец! — попытался возразить Лит и посмотрел на него, как на настоящего предателя. Он явно собирался прямо сейчас высказать Каю всё, что думает по этому поводу, но тот остановил его простым жестом руки.

— Я понимаю, что ты хочешь сам с ней объясниться, — проговорил лорд Мадели, встречая напряжённый взгляд сына. — Но не рекомендовал бы этого делать. Не сомневаюсь, Лит, что если она хотя бы раз до отъезда войдёт в эту комнату, то попросту откажется уезжать.

— Но я ведь… ничего ей не объяснял! — попытался донести до него Сокол, которого почти уже трясло от собственного бессилия и всё больше возрастающего отчаяния. — Она думает, что я от неё отказался! Думает, что не нужна мне.

И лорд Мадели прекрасно видел, как взволнован его сын, как всё это для него важно. Наверно именно поэтому и решил, что просто обязан сделать всё возможное, чтобы по истечении этих двух месяцев молодая леди Орте Гриан вернулась к Литару.

— Вот что… я сам с ней поговорю, — заверил его Кай. — Прямо сейчас и отправлюсь на её поиски. Но не надейся, что услышав мои слова, она придёт к тебе. Лорд Орте Гриан просил о двух месяцах… и мы должны выполнить его просьбу.

Литу было, что на это ответить, и он уже собрался озвучить своё решительное возражение, но снова встретил взгляд отца, в котором так и светилась фраза: «Поверь, я знаю, что делаю». Наверно именно поэтому он всё-таки нашёл в себе силы промолчать.

Видя, что сын всё же смог усмирить свои бушующие эмоции, Кай кивнул на прощание Ридьяро и решительно направился к выходу. Он ведь пообещал поговорить с Ориен прямо сейчас и теперь обязан был своё обещание выполнить.

Вслед за лордом Мадели комнату покинули и стражники, которым явно было не по себе от всего происходящего. А после их ухода ещё более бледный и тяжело дышащий принц снова остался наедине с Ридьяро, который, судя по всему, уходить пока не собирался.

И всё же Литару пришлось признать, что он переоценил собственные силы. Куда там встать? На самом деле он даже сидеть нормально пока не мог. На то, чтобы просто не дать голове завалиться на бок уходило столько энергии, что и не передать. Сейчас, когда его эмоции немного поутихли, он почувствовал себя дико уставшим, а перед глазами уже снова начали появляться тёмные пятна.

— Рид, вы ведь сами… говорили мне, что хотели бы, чтобы… рядом с вашей дочерью был такой человек… как я, — тихим голосом сказал Литар, которому теперь каждое слово удавалось с большим трудом. — Почему же теперь… возражаете?

Видя состояние принца, Ридьяро снова подошёл ближе и положил ладонь на его лоб.

— Вам нужен отдых, — назидательным тоном заявил ишерец. — Сон, много полезной пищи. Ваш организм необходимо восстанавливать. Ему нужны силы, чтобы удерживать стихию.

— Я понимаю, — прошептал принц, потому что собственный голос ему уже почти не повиновался. — Лорд Орте Гриан… Ориен…

— Лучше молчите, — оборвал его красноволосый, одарив строгим взглядом. — В любом случае, у вас есть ещё два месяца, чтобы всё решить. Да и, в конце концов, моя дочь ещё не дала вам своего согласия.

Принц хмуро кивнул, на мгновение прикрыл глаза, но тут же снова распахнул ресницы и внимательно посмотрел на своего собеседника.

— Рид, прошу… — проговорил он едва слышным шёпотом, — передайте ей, что… я очень хочу сына… — и добавил, в буквальном смысле, тратя на это последние силы: — …с вертикальными зрачками… Она… поймёт…

Литар тяжело вздохнул, снова устало смежил веки и… больше уже не смог их открыть. Но по тому, какая блаженная улыбка застыла на его губах, Ридьяро и так догадался, насколько искренне была сказана последняя фраза. Вероятно этот человек, Белый Сокол, на самом деле любит Ориен. И осознавая это, её отец просто не видел смысла препятствовать их браку. Но…увы, за два месяца могло измениться слишком многое. И, возможно, сама Ори просто не захочет возвращаться к этому человеку… пусть и в качестве законной супруги.

А в это самое время лорд Мадели, уже перенёсся к зданию столичного стационарного портала и, остановившись на его высоких ступеньках, попытался отыскать среди собравшихся здесь людей и ишау нужную ему девушку. Но, так её и не увидев, всё же благоразумно решил обратиться за помощью к стражникам. Вот один из них и поведал ему о том, что около получаса назад леди Орте Гриан покинула столицу, не став дожидаться официальной церемонии. Причин она никому объяснять не стала, но выглядела при этом очень бледной и расстроенной.

Кай с хмурым видом выслушал осведомлённого служителя порядка и, коротко поблагодарив его за информацию, решительно направился к порталу. И пусть время играло против него, пусть он понятия не имел, где в Карсталле искать ишерский корабль, но отступать уж точно не собирался.

Побережье встретило лорда Мадели знойной жарой. После Эргона, где давно царила поздняя осень, эта разница ощущалась особенно сильно. Пришлось ему поспешно сбрасывать с себя и плащ, и пиджак, потому что в местном климате они были совершенно неуместны. А закатав рукава и расстегнув несколько верхних пуговиц рубашки, с разлохмаченными столичным ветром волосами он внешне стал куда больше похож на обычного моряка, чем на благородного лорда. Зато почти не привлекал к себе лишнее внимание местных жителей.

К молчаливой радости Кая, нужное ему судно удалось отыскать почти сразу. А всё потому, что возле ишерского парусника, который во всей своей иноземной красе гордо покачивался на волнах у главного причала, столпилось столько зевак, что пройти мимо оказалось просто невозможно. Здесь собралась такая толпа, что лорду Мадели пришлось сильно постараться, чтобы пробиться к трапу. Конечно, можно было бы подвинуть людей потоками воздуха, или просто приказать им разойтись, но ему почему-то совсем не хотелось поднимать шум.

К счастью, у сходней дежурили солдаты из дворцовой гвардии, которые прекрасно знали супруга королевы в лицо, потому с проникновением на корабль проблем у Кая не возникло. А уж найти на нём нужную ему особу и вовсе не составило никакого труда.

Ори сидела в плетёном кресле на кормовой палубе и с горькой тоской смотрела на спокойное море. И было во всём её облике нечто такое… до боли грустное, какая-то настоящая давящая пустота, отчего складывалось ощущение, что эта девушка очень несчастна. Она совершенно точно не хотела уезжать, но и остаться не могла…

— Леди Ориен, — обратился к ней Кай, подходя чуть ближе и останавливаясь в нескольких шагах от её кресла. — Добрый день.

— Лорд Мадели? — выпалила Ори, поднимая на него удивлённый взгляд. Она явно никак не могла понять, что здесь делает отец Лита, в то время как в столице как раз должна начаться церемония торжественного прощания с ишерской делегацией. — Что-то случилось? — тут же взволнованно предположила девушка.

— Нет, Ори. Всё хорошо, — поспешил заверить её неожиданный гость. — Я просто хотел поговорить с вами перед вашим отплытием.

— О чём? — с сомнением уточнила девушка.

— О Литаре, — честно признался он. Да только заметив, как при звучании этого имени загорелись её глаза, тут же поспешил добавить: — Но перед тем как я начну, вы должны пообещать мне одну вещь. Независимо от того, что я скажу, сегодня вы отбудете вместе со своей семьёй в Ишерию и не появитесь на континенте раньше конца этого года.

Она ответила ему напряжённым недоверчивым взглядом, да только Кай слишком хорошо знал менталистов и потому старался вообще не смотреть ей в глаза. Тем более что способности этой девушки позволяли ей легко обходить любые ментальные щиты.

— Пообещайте, Ори, — настаивал лорд Мадели. — Иначе я ничего не скажу.

Учитывая тот факт, что она вообще больше не собиралась возвращаться в Карилию, ей было совсем несложно дать ему это обещание. По сути, оно не могло ни на что повлиять. Всё уже было решено, и Ори сильно сомневалась, что слова этого человека могут изменить её решение.

— Обещаю, — сказала она, пристально глядя на супруга королевы.

Кай в ответ лишь кивнул, показывая тем самым, что принимает её обещание, затем прошёлся по палубе и остановился, опершись спиной на резные поручни.

— Литар пришёл в себя, — довольным тоном проговорил он.

Услышав его слова, Ори замерла и на несколько мгновений даже перестала дышать. А потом медленно втянула в лёгкие солоноватый морской воздух и с удивлением ощутила, что лишь теперь снова начинает чувствовать этот мир. Странно, но она сама не осознавала, что с тех пор, как Лит оказался на грани жизни и смерти, вся окружающая действительность для неё будто померкла. И лишь теперь, когда он пришёл в себя, она снова смогла продолжать жить.

— Как он? — спросила тихим голосом, в котором так явно слышались нотки искреннего волнения. И не в силах и дальше сидеть на месте, поднялась и подойдя к лорду Мадели, остановилась рядом с ним у поручней.

— Пока очень слаб, но характер уже показывает, — ответил тот, задумчиво глядя вдаль. — Иногда Лит слишком сильно напоминает мне Эриол. Он так же упрям, так же непробиваем. И точно так же, как его мать, готов положить свою жизнь на благо государства.

На мгновение Кай замолчал, следя за полётом кружащей над морем чайки, но вдруг усмехнулся каким-то своим мыслям и добавил:

— Знаете, Ори, даже будучи влюблённой, Её Величество девять лет держала меня на расстоянии. Она была уверена, что для монархини любовь — это слабость, которую нельзя себе позволять. И только по воле Светлых Богов нам с ней удалось стать семьёй. На самом деле, я до сих пор считаю это настоящим чудом. И сейчас, видя то, какие отношения связывают вас с Литом, как вы к нему относитесь… просто не могу оставаться в стороне.

— Он ведь поправится? — спросила Ориен, глядя лорда Мадели с настоящей надеждой. — Восстановится?

— Конечно, — с улыбкой отозвался Кай. — И зная Литара, могу с уверенностью заявить, что это произойдёт очень скоро. Но, Ори, я пришёл сюда не для того, чтобы говорить о его здоровье.

- А для чего тогда? — осторожно поинтересовалась девушка. Ей до сих пор было совершенно непонятно странное поведение собеседника, а в мыслях вертелось только одно возможное предположение. Именно его она и решила озвучить: — Хотите завербовать меня, чтобы я шпионила для вашей страны на территории Ишерии?

— Боги, нет, — удивлённо улыбнулся тот. — Конечно, это было бы просто замечательно, но ваша кандидатура, увы, нашей разведке не подходит.

— Странно, — бросила девушка, старательно пряча иронию.

И тогда Кай всё же смилостивился над ней и сказал то, зачем пришёл.

— Ори, Литар попросил у Ридьяро вашей руки.

Наверно, если бы сейчас небо упало на её голову, Ориен не была бы шокирована сильнее. И скажи ей нечто подобное кто-то другой, она бы и вовсе не поверила, приняв за шутку. Но лорд Мадели совершенно точно не шутил.

— Что… — проговорила девушка, подумав, что, возможно, ей просто показалось… послышалось.

А Кай, видя, что она явно шокирована, лишь покровительственно положил руку на её плечо и посмотрел прямо в глаза.

— Он сказал, что любит вас, — добавил лорд Мадели. — И что хочет жениться. Но Ридьяро настоял на том, что даст согласие на брак только через два месяца… и не раньше. Он хочет, чтобы вы побывали в Ишерии, познакомились с родственниками. И, мне кажется, он надеется, что вы просто решите не возвращаться.

Ори стояла неподвижно и продолжала смотреть на этого беловолосого мужчину с настоящим неверием. И пусть она была совершенно уверена, что он сейчас не сказал ни капли лжи, но его слова всё равно казались ей нереальными.

— Литар хотел поговорить с вами лично, но Рид попросил его этого не делать. Точнее даже не попросил… — На самом деле Каю совсем не хотелось сейчас вдаваться в подробности ультиматума, который поставил им Ридьяро, поэтому пришлось срочно уводить разговор в другом направлении. — В общем, Ориен, я пришёл сюда, чтобы сказать вам, что Лит будет ждать вашего возвращения. Два месяца. И я… очень надеюсь, что вы всё-таки вернётесь.

— Лорд Мадели… вы уверены, что он действительно этого хочет? Может… он был в бреду? — Ори просто никак не могла поверить, что Сокол её действительно любит… Что на самом деле хочет, чтобы она стала его женой.

— Уверен, — ни капли не кривя душой отозвался Кай. — Более того, Ориен, от себя могу добавить, что я бы хотел, чтобы вы дали ему своё согласие. Да и Эриол вряд ли будет против. Тем более, если учесть то, на что Лит готов пойти ради этого.

Ориен смотрела на него с нескрываемым сомнением. Она-то была уверена, что просто не нужна Литару… и теперь никак не могла понять, что именно имеет в виду лорд Мадели. А тот видел всё по её растерянному взгляду, и в очередной раз мысленно костерил некоторые законы престолонаследия — древние, как и сама Карилия.

Правда раньше пункт о том, что наследник или наследница не имеют права связать жизнь с представителем другой расы, казался Каю даже немного забавным. Правда тогда он был уверен, что в их мире кроме людей и магов никого нет. И лишь теперь осознал, насколько гадкие последствия может вызвать смешной, на первый взгляд запрет.

Но Литар всё же решился… нашёл выход. Осознал, что для него наиболее ценно. И пусть он явно воспринимал то, что собирался сделать, как предательство по отношению к своей стране, но всё равно выбрал Ори.

И в этот самый момент, глядя в блестящие от слёз глаза стоящей напротив девушки, помня тот полный опасения взгляд, которым его провожал Литар, Кай вдруг совершенно точно понял, что именно нужно делать дальше. И сейчас ни капли не сомневался в правильности этого неожиданного решения.

Послышалось громкое приветствие стражников, и на корабль один за другим начали подниматься ишерцы. Их появление и напомнило и Ори, и лорду Мадели о том, что до отплытия остались считанные минуты.

— Возвращайтесь, Ориен, — проговорил супруг королевы, убирая руку. — Надеюсь, в скором времени вы всё-таки станете частью нашей семьи. А мне уже пора. Удачного путешествия.

Она же лишь кивнула, не в силах подобрать слова для ответа. Сейчас ей хотелось сказать так много, что в итоге не получилось произнести ни звука.

И когда он уже развернулся и сделал несколько шагов по направлению к трапу, Ори вдруг поняла, что просто не имеет права вот так промолчать.

— Лорд Мадели, — крикнула она ему вслед. А когда тот обернулся, поймала его взгляд и добавила: — Скажите ему… что я вернусь.

Кай же улыбнулся ей, как-то совершенно по-отечески, и ответил:

— Непременно передам. Уверен, он будет счастлив это услышать.

Глава 13

Всё меняется в мире подлунном,

Всё проходит: и радость, и боль.

Жизнь летит в этом ритме безумном,

В ней у каждого — главная роль.

В ней рождается кто-то богатым,

А кому то дом — рабский барак,

Кто-то в армии служит солдатом,

Кто-то вор в ней, а кто-то простак.

Кто-то носит златую корону,

Ну а кто-то — обычный слуга,

Чей-то путь ведёт к царству и трону,

Ну, а чей-то — к другим берегам.

Кто-то жизнью пожертвовать может,

Ради счастья того, кем любим,

А есть те, кто всё в мире положит,

Чтобы жизнь не растратить самим.

Кто-то любит безумно и дерзко,

Отдавая любимым себя,

Ну а кто-то бросает всё резко,

Лишь себя откровенно любя.

Мир непрост, но безумно прекрасен,

Каждый миг в нём — и дар, и совет.

Но случайностям он не подвластен.

Ничего в нём случайного нет!

Тёмная зимняя ночь мягко опустилась на засыпанный снегом Эргон, погружая его в мягкую сказочную тишину. Улицы опустели… в домах зажглись огоньки, а в многочисленных тавернах только начали разливать традиционное молодое вино. Все готовились к встрече одного из любимых праздников, который знаменовал окончание одного круга и начало другого.

По приданию именно в эту ночь главенство над миром Аргаллы переходило от одного из двенадцати светлых богов к другому. Поэтому, чтобы задобрить будущего покровителя, люди старались встречать его со всеми почестями. Накрывали столы, готовили самые вкусные кушанья, надевали новые наряды… загадывали желания.

Когда-то в детстве Литар очень любил этот праздник, а потом, повзрослев, просто перестал обращать на него внимание. Но последнюю ночь этого года он ждал так, как ни одну в своей жизни. Ведь именно завтра в императорском дворце Себейтира должен был состояться большой новогодний бал… Именно завтра должны были истечь те два месяца, в течении которых Лит обещал не искать встреч с Ори.

Казалось бы, что такое два месяца? Сущая мелочь, в масштабах целой жизни. Но именно они дались Литару невероятно сложно. Правда, трудности начались даже не с его немощного состояния — с этим Лит смог довольно быстро справиться. Вопреки ожиданиям лекарей на полное восстановление у него ушло всего чуть больше недели. Но стоило ему подняться на ноги, как его закрутило в настоящий водоворот событий.

Вернувшись к делам своего департамента, Лит сразу же потребовал материалы по расследованию нападения на дворец, и даже не удивился тому факту, что организатором сего мероприятия оказался его старый знакомый Арман Савари.

Конечно, у графа были единомышленники из высшей аристократии, но те скорее являлись его помощниками, чем полноценными союзниками. Этакими простыми пешками в его хитрой игре. И, тем не менее, Брис своей лёгкой рукой без зазрения совести отправил всех этих высоких лордов на пожизненную каторгу, а всё их немалое имущество оказалось конфисковано в пользу короны. И ладно, здесь Эмбрис действовал согласно законам их страны. Но то, что он сделал с самим Арманом, даже Литу показалось слишком жестоким.

На самом деле в документах этого дела значилось, что Савари находится под стражей, но по непонятным причинам не было указано, где именно того держат. Не знал этого ни капитан Мартин, и никто из стражников. Этот загадочный пленник будто просто испарился, что само по себе казалось Литару странным. И тогда он отправился за разъяснениями к Эмбрису.

Но кронпринц не собирался ничего скрывать от брата и даже изъявил желание сам проводить Сокола в камеру арестанта, которая, как оказалось, располагалась на самом нижнем ярусе дворцового подземелья. Так глубоко, что там даже дышать было сложно.

Увы, но поговорить с преступником Литару не удалось, потому что тот уже благополучно простился с жизнью. А увидев тело пленника, возле которого смело суетились крысы, Эмбрис равнодушно пожал плечами и спокойно сказал, что… вероятно, просто забыл отдать приказ, чтобы этому бедолаге приносили воду и еду.

И пусть Брис не говорил прямо, но Лит прекрасно понимал, что именно это и оказалось той казнью, которую он назначил Савари. Всё же талант изощрённо мстить наследник престола совершенно точно унаследовал от своей царственной матери.

Дело с заговорщиками, наконец, было закрыто. Но не успел Сокол перевести дух, как снова грянули сюрпризы. И следующий пришёл оттуда, откуда его совсем не ждали.

Тихим спокойным вечером двадцатого дня месяца голых лесов… Её Величество Эриол Карильская-Мадели… подписала официальное отречение от престола.

Эта новость стала для Литара поистине шокирующей. Он, честно говоря, полагал, что его мать до последнего дня своей жизни будет править их королевством. На самом деле Лит даже мысли не допускал, что она может вот так просто взять и отказаться от трона.

В тот день, собрав всю свою семью и близких друзей, Эриол сообщила, что просто устала… всё же она правила этим королевством больше сорока пяти лет и теперь решила, что её наследник сможет справиться и сам. Теперь, после официального отказа от титула, она стала просто графиней Эриол Карильской-Мадели… супругой графа Мардарского. Кай же даже не пытался скрыть, как рад такому решению жены и официально объявил детям, что на ближайший месяц увозит их мать подальше от дворца. Отдыхать.

Брис же шокированным не выглядел. Литару вообще показалось, что тот был прекрасно осведомлён о планах матери. Возможно, именно поэтому не так давно она позволила им с Терри покинуть столицу на целых две недели. Всё же впереди их ожидали далеко нелёгкие времена, к которым было необходимо подготовиться морально.

Эмбриса короновали в первый день месяца белого снега. Церемония оказалась пышной, шикарной и очень яркой. На ней собралось столько гостей, сколько не видел и сам древний белый дворец карильских королей. Вопреки традициям, Эриол сама надела корону на голову сына… и первая склонилась перед ним, как перед новым полноправным правителем Карильского Королевства. Тем самым она признавала его достойным перед сотнями свидетелей и давала ему своё материнское благословение.

А позже в тишине королевского кабинета, в тесном кругу семьи, Литар с позволения нового короля подписал бумагу, в которой было сказано, что он официально отказывается от притязаний на трон и от собственного титула принца. Теперь, когда власть в стране официально принадлежала брату, у которого имелись прямые наследники, Лит и Дамьен автоматически отходили на второй план в очереди наследования. То есть, если бы сейчас с Брисом что-то случилось, корону бы принял Эркрит. Но, тем не менее, оба младших сына Эриол всё равно номинально оставались наследниками, а значит, должны были следовать определённым, сложившимся веками законам. Именно поэтому Литар и просил у Эмбриса позволения отказаться от сего бремени.

Но даже после всего этого Лит почти ничего не потерял. Ведь дети королевы с рождения получали ещё и множество различных титулов, земель и прочих привилегий. Поэтому, даже перестав быть принцем, он остался герцогом. В его владение перешло крупное герцогство Дриар, расположенное на границе с Гаусом, у подножья северных гор. Ну и, естественно, при нём осталась должность в департаменте правопорядка.

Конечно, с восшествием на трон Эмбриса в политике королевства произошли изменения. Нет, существенно менять выстроенную матерью структуру новый король не стал. Но вот в некоторых министерствах провёл тотальные чистки. Правда, в вотчину Литара благоразумно решил не лезть, поручив тому самому заняться наведением порядка в рядах стражников, несущих службу в отдалённых от столицы поселениях.

На самом деле Сокол и сам давно собирался этим заняться, но всё руки не доходили. И вот теперь пришлось подключать самых доверенных сотрудников и начинать проведение проверок. Времени на всё это уходило просто уйма, и, казалось бы, это прекрасная возможность отвлечься, но… Лит всё равно постоянно думал об Ориен и том, согласится она быть с ним… или нет.

А ещё, помимо всего прочего, из его головы не выходил вопрос о полукровках. И пусть он сам не особо верил княжичу, вот только его хвалёная интуиция упорно твердила, что тогда Ренделли сказал Ориен чистую правду. Увы, у самого Литара просто не было времени рыться в книгах и копаться в библиотеках, и тогда ему на выручку пришёл любимый любопытный племянник.

Эрки так заинтересовал вопрос о полукровках, что он взялся за это дело просто с невероятным энтузиазмом. Перерыл все исторические документы королевского архива и Эргонской библиотеки. Даже прыгал в Сайлирию, причём, не ставя в известность никого из родственников. Но даже там в их огромном императорском хранилище, так ничего и не обнаружил.

И вроде бы… всё говорило о том, что никаких недомагов на их континенте никогда не существовало. Казалось, самое время поверить в это, но та же интуиция всё равно твердила Соколу обратное. Она буквально кричала, что рано или поздно они что-нибудь обязательно откопают.

И однажды, всего за неделю до наступления Нового Года в кабинет Литара неожиданно ворвался до неприличия довольный Эркрит. Мальчика ни капли не волновало, что дядя вроде как был занят делом, изучал отчёт по проверке одного из дальних поселений… Всё это казалось маленькому принцу не важным, ведь у него наконец появилась информация.

— Вот! — выпалил он, кладя поверх документов Сокола какой-то портрет. — Смотри, дядя. Я нашёл это в подвале.

Литар уже хотел по привычке закатить глаза и отчитать мальчишку за то, что снова лезет туда, куда входить запрещено, а иногда даже опасно, когда его взгляд сам собой упал на рисунок. И вроде бы, на первый взгляд в изображённом на нём молодом мужчине не было ничего необычного. У него оказались светлые прямые волосы, собранные в низкий хвост, немного угловатые резкие черты лица, тонкие губы и, судя по водружённой на его голове небольшой короне, когда-то сей субъект носил титул принца. Но что поразило Лита больше всего, так это его глаза… с тонкими вертикальными зрачками.

Видя, что дядя в замешательстве, Эрки важно присел в кресло и всё же решил пояснить:

— Перед тобой наш дальний предок — Яромир Карильский, — проговорил мальчик. — Я нашёл этот портрет в коробке, которая была запечатана каким-то хитрым плетением. Но, у меня есть проверенный способ открывать подобные вещи.

Лит снова хотел возмутиться, ведь знал же, что племянник всё больше стал баловаться тёмной магией, которая с каждым разом повиновалась ему всё легче и покорнее. Конечно, с какой-то стороны не было ничего плохого в том, что мальчик постепенно начинает к ней привыкать, но с другой… он ведь использовал её чтобы вскрывать замки, засовы, разрушать плетения… Одним словом — по мелкому пакостил.

— Дядя, в той коробке вместе с портретом лежал дневник королевы — матери этого принца, — с важным видом добавил Эрки. — Так вот, первая запись в нём сделана в 6709 году. Сейчас заканчивается 7923… а значит этому дневнику больше тысячи двухсот лет.

На самом деле Лит был искренне впечатлён приведёнными цифрами, но всё же промолчал, решив дослушать неугомонного паренька до конца. Ведь тому явно было что сказать.

— Дядя, она была ишеркой, — пояснил мальчик. — Её звали Леония, что в переводе с древнего ишерского наречия означает «ясный день». Её муж, карильский король Янтарий, был магом. А вот их сын, которого ты видишь на портрете — совершенно точно один из тех, о ком мы искали информацию.

Лит протянул к нему раскрытую ладонь, и Эркрит сразу вложил в неё тот самый дневник, о котором говорил. И что удивительно, эта книжечка в кожаном переплёте до сих пор выглядела как новая.

— Получается, что и нашими с тобой предками были ишау… — задумчиво протянул Лит.

— Нет, — тут же мотнул головой маленький принц. — Как я понял, через несколько месяцев после официальной коронации Яромира заставили отречься от престола и уйти. Там написано, что он, вместе с двумя тысячами полукровок покинул Аргаллу. Его мать написала, что если бы он не взял с неё клятву, что она вернётся в Ишерию, то она бы обязательно пошла с ним. Не бросила бы ни за что.

— И когда ты только успел всё это прочитать? — с усмешкой уточнил Лит.

— Вот такой я способный, — самодовольно бросил мальчик и снова посмотрел на портрет. — Кстати, от ишау у него были только глаза. Здесь написано, что он являлся воздушным магом, хотя стихия полностью его не признавала. Я, честно говоря, не понял, как это возможно. В народе его любили. Он занимался просвещением. Мечтал построить в каждом поселении по школе, развивать сельское хозяйство. За это среди бедноты молодого короля прозвали Солнечным. А вот среди аристократии его принимать отказалась…

Лит снова посмотрел на портрет, теперь машинально отмечая некоторые черты, присущие мужчинам его семьи. Прямой нос, немного острый подбородок, ярко выраженные скулы… Да и взгляд ярко-зелёных глаз этого полукровки был поистине королевским.

— А ещё… дядя, — добавил Эрки, отвлекая его от раздумий. — Он очень медленно старел. Если верить подписям, то на этом портрете ему почти сорок.

Вот теперь Лит действительно удивился. Ведь мужчине на этом рисунке едва ли можно было дать двадцать пять. Да и то, с большой натяжкой. А это было поводом серьёзно обо всём задуматься.

Дневник древней королевы Литар изучил вдоль и поперёк. И пусть написанное там во многом стало для него сюрпризом, но и на многое открыло глаза. Теперь он уже не сомневался, что полукровки на самом деле существовали. А ещё в нём поселилась странная уверенность, что с Аргаллы ушли далеко не все. Вероятнее всего даже теперь где-то есть их поселения. А значит, их непременно нужно найти.

Правда сделать это можно позже. После того, как он, наконец, разберётся со своей запутанной и странной личной жизнью… Когда его Ориен снова будет с ним.

Да, эти два месяца оказались насыщенными и очень напряжёнными. И сейчас, глядя в темноту ночи и наблюдая за тем, как с неба медленно спускаются маленькие снежинки, он вдруг искренне улыбнулся. Ведь уже завтра… в это самое время, он будет держать за руку свою ишерскую девочку… свою самую большую любовь и свой личный Мираж. И пусть у него всё равно оставались сомнения, пусть он до сих пор боялся, что она ему откажет, но… отступать не собирался. Для себя он давно признал, что она — его жизнь. Теперь осталось просто доказать это самой Ори.

* * *

— Красавица… — разбил тишину комнаты приятный мужской голос.

Ориен подняла взгляд на зеркало, перед которым сидела, и ни капли не удивилась, увидев за своей спиной улыбающегося Ренделли.

— Тебе очень идут рубины, — проговорил княжич, подходя ближе и будто невзначай касаясь открытого участка кожи на гладком плече девушки. Затем поймал в отражении её взгляд и добавил, растягивая на губах обольстительную улыбку: — Но ни один из этих прекрасных камней не может поспорить с тобой в красоте. Ты, Ориен — настоящее совершенство…

На самом деле, ей уже до тошноты надоели его комплименты, о чём она сама неоднократно ему говорила. Но Рен всё равно продолжал при каждой встрече осыпать её разного рода красивыми словами. И Ори злилась… Правда, ровно до того момента, пока не поняла, что ему просто нравится так её дразнить.

— О, прекрасный цветок моего сердца… — продолжал свои восклицания этот негодник. — Даже солнце не в силах сравниться с твоим сиянием…

— Рен, — бросила Ори, глядя на него с настоящей мольбой, но тот предпочёл не обратить внимание на её молчаливую просьбу.

— Ну что же ты, прекраснейшая из прекрасных, я ведь всё это говорю от чистого сердца… — продолжал разливаться соловьём княжич.

— Рен, ну хватит. Вот знаешь, не до тебя сейчас, — чуть грубее, чем следовало бы, ответила девушка. — И без твоих восхвалений тошно.

— Это всё от нервов, — с видом знатока заявил Ренделли, присаживаясь на небольшую софу у её туалетного столика. — Или думаешь, я не вижу, как ты переживаешь перед этим балом. И даже знаю, по какой причине.

Она ничего не стала на это отвечать и снова отвернулась к зеркалу, но Рен не был бы собой, если бы позволил этому разговору вот так закончиться.

— Ты ведь уже слышала, что у Карилии новый король? — как бы между прочим спросил он.

— Да, — отозвалась девушка, вдевая в уши серьги с рубинами. — Мне папа сказал.

— А он случайно не сообщил тебе, что и у причины твоих нервов теперь тоже новый титул? — с наигранным безразличием уточнил красноволосый интриган.

Об этом Ориен, увы, не знала. И поэтому слова княжича на самом деле умудрились её удивить.

— Какой же? — с нескрываемым недоумением спросила она, опять поворачиваясь к княжичу.

— Он теперь герцог Дриарский, — с преувеличенной важностью ответил тот. — Я, если честно, сначала не поверил, когда мне сообщили, что он написал отказ от титула. Мне почему-то казалось, что такой, как твой Сокол в принципе на подобное не способен. Признаться, он меня удивил.

— Но… зачем это ему? — проговорила девушка, попросту растерявшись от такой новости.

По правде говоря, ей оказался категорически непонятен сей поступок Литара. Он был странным и будто бы противоречащим самой сущности Сокола. Да и для чего ему вообще могло понадобиться подписывать отказ?

Вероятно, её вопрос очень ярко отразился на лице, потому что внимательный Ренделли легко распознал его суть.

— Наши разведчики тоже не понимают, что им двигало. И только твой родитель ходит с таким видом, будто всё знает, но ничего не скажет, — заявил княжич. И тут же добавил: — Всё же зря ты приехала Ори. Лучше оставалась бы в Ишерии. Не думаю, что тебе стоит встречаться с Его Светлостью.

— Ты так уверен, что он будет на этом балу? — Поинтересовалась Ори, стараясь скрыть собственное раздражение. На самом деле, её и без Рена до сих пор терзали сомнения, но… она просто не могла не приехать. Ведь обещала же…

— Я встретил его, когда шёл к тебе, — с усмешкой произнёс Ренделли.

И как только смысл его слов в полной мере раскрылся в сознании девушки, она резко втянула воздух и уставилась на княжича, как на настоящего врага.

— Так ты что специально явился ко мне, чтобы его позлить? — воскликнула она, ловя его смеющийся взгляд. — Рен, но ведь это… подло!

— Ни капельки, моя красавица, — с самодовольным видом заявил он. — Я ведь зашёл к тебе, как родственник. Хотел благородно предложить свою кандидатуру в качестве твоего кавалера на балу. Волновался… Заботливо решил предупредить тебя, что некий герцог уже прибыл в сей прекрасный дворец. И не нужно приписывать мне те качества, которыми я не обладаю.

— Ренделли, — с угрозой в голосе протянула девушка. — Ну зачем ты это сделал? Ведь Литар точно понял, что ты идёшь ко мне. Подозреваю даже, что ты сам ему об этом сообщил.

— Ну и что, — с наигранным равнодушием отозвался тот. — Да, я сказал Его Светлости, что направляюсь к самой замечательной девушке в мире. Чего в этом такого?

— И что же он тебе на это ответил? — настороженно спросила Ори.

— А… глупость, — попытался отмахнуться княжич. Но заметив, что Ориен продолжает сверлить его взглядом, всё же смилостивился и пояснил: — Этот ледяной герцог сначала гордо промолчал, а когда я уже почти дошёл до лестницы, бросил мне вслед, что если я тебя обижу… он поступит со мной так, как я, по его мнению, давно заслуживаю. А когда я уточнил, как именно? Он лишь пожал плечами. Странный холодный тип… и взгляд у него такой, будто замораживающий, — продолжал причитать Рен. — Не понимаю, что ты нашла в этом куске льда?

— Тепло, — честно призналась ему девушка и улыбнулась так мягко, что княжич даже немного опешил.

В этот момент их разговор прервал стук в дверь. Ориен взволнованно напряглась, думая, что пришёл Литар, но как оказалось, за порогом её ожидал необычайно довольный Хемиэрте. Именно он и должен был стать её кавалером на новогоднем балу, который, кстати говоря, уже начинался.

В большой зал приёмов они входили втроём. И пусть Ори держалась за локоть деда, но Ренделли тоже шёл рядом. Причём шагал так близко, что со стороны могло показаться, будто сопровождает девушку именно он, а не лорд Орте Гриан. Правда Ориен почти не придавала значения этим его непонятным играм. Сейчас поведение княжича вообще волновало её меньше всего.

На самом деле она была настолько взвинчена и напряжена, что даже не обратила никакого внимания ни на убранство бального зала, ни на прекрасные иллюзии, появляющиеся то тут, то там. Её не интересовали ни взгляды гостей, ни изысканность угощений. Сейчас Ори могла думать только о Литаре… и ни о чём больше.

Одним Светлым Богам известно, как безумно она по нему скучала. И даже тот факт, что Ишерия оказалась очень красивой, поистине удивительной страной, не смог хоть на каплю уменьшить её тоску. Каждый день она медленно умирала вдали от своего любимого принца. Хотя, уже и не принца, — герцога. Каждый день Ориен мечтала, чтобы эти два месяца быстрее закончились. И пусть она всё же сомневалась, что Лит, действительно, предложит ей выйти за него замуж, что отдавал отчёт своим словам, говоря про сына с вертикальными зрачками… но всё равно до безумия хотела его увидеть.

Приближение своего Сокола она почувствовала ещё до того, как её взгляд выловил из толпы его фигуру. Лит как всегда шёл очень уверенно и… направлялся именно к ней, в этом Ори ни капли не сомневалась. Он приближался, осторожно огибая группки гостей сего прекрасного бала и учтиво кивая знакомым. Сегодня он не надел церемониальных лент, да и его костюм оказался совсем не белым — традиционным для принцев, а скорее светло-серым. Его вьющиеся волосы всё так же были собраны в аккуратный хвост, который показался Ориен гораздо короче, чем раньше.

Она смотрела на Литара, не в силах отвести взгляд. И лишь теперь поняла, что на самом деле счастлива, уже оттого, что имеет возможность просто его видеть. Ори даже не представляла, что можно так дико истосковаться по кому-то. Но сейчас, глядя на своего любимого Сокола, попросту растерялась, не в силах связать и двух слов.

— Лорд Орте Гриан, леди Ориен, очень рад встрече, — проговорил Лит, изображая лёгкий поклон.

— Мы тоже очень рады, Ваше Высочество, — приветливо отозвался ишерец.

— Боюсь теперь данное обращение ко мне не применимо, — спокойно ответил ему Литар.

— Наслышан, — хмыкнул Хемиэрте, но дальше тему развивать не стал.

А вот Ори, так и не сумела выдавить из себя ни звука. Сейчас, глядя на стоящего рядом Лита, она никак не могла унять непонятную дрожь в руках. От волнения её сердце билось так сильно, что отдавало болью в груди. А от самого понимания того, что вот он, рядом… хотелось кричать от радости.

— Леди Ориен, — обратился к ней Сокол и в приглашающем жесте протянул свою раскрытую ладонь. Причём её имя он произнёс невероятно мягко, будто ласкающе. — Прошу вас подарить мне этот танец. И вместе с ним несколько следующих. Если, конечно, ваш кавалер не возражает.

— Не возражаю, — согласно бросил лорд Орте Гриан. — Идите, танцуйте.

И, возможно, Ори показалось, но когда они уже отходили, Хемиэрте посмотрел на Литара с молчаливым одобрением. А сам новоявленный герцог ответил ему лёгким благодарным кивком.

Вопреки правилам этикета, Литар вёл Ориен по залу, держа за руку. Она же просто млела, ощущая прикосновение его тёплых пальцев к своим. А когда он остановился и, легко развернув девушку к себе лицом, положил ладонь на её талию, Ори и вовсе едва не задохнулась от переполняющих её эмоций.

Танец они начали в молчании, но при этом ни один из них не ощущал дискомфорта. Им просто было хорошо… даже вот так кружиться по залу под звуки приятной мелодии. Сейчас для них обоих главным и самым важным оказалось уже то, что они находились рядом друг с другом.

— Я дико соскучился по тебе, Ориен, — едва слышно проговорил Сокол, чуть склонившись к её уху. — Безумно…

От звучания его голоса… от ощущения такой его близости, по её телу мгновенно пронеслась тёплая волна. Наверно только сейчас Ори окончательно убедилась, что он на самом деле с ней… что всё это не сон, а реальность.

— Ты даже не представляешь, как я по тебе скучала, — ответила девушка, поднимая лицо и встречаясь с его невероятно проникновенным взглядом. — Литар…

— Ори, — он чуть крепче сжал её ладошку и словно случайно посмотрел на её губы. — Такая красивая… и ты снова надела рубины. То самое колье.

— Оно ведь нравилось тебе, — отозвалась девушка.

— Мне нравилось и нравится, как оно смотрится на тебе, моя милая девочка…

Он провёл рукой по её спине и снова вернул ту на талию. Да только теперь они почему-то оказались намного ближе друг к другу, чем было разрешено этикетом. До неприличия близко…

— Лит, — попыталась образумить его Ориен. — Здесь столько людей. Что о нас подумают?

И пусть ей самой сейчас хотелось прижаться к нему вплотную… желательно обнажённым телом, но в настоящий момент она просто не могла себе этого позволить.

— Я больше не принц, — сказал он, будто не слыша её слов.

— Я знаю, — спокойно отозвалась она. — Теперь ты герцог.

— Которому очень нужна герцогиня, — заверил её Литар. — Но не какая-нибудь. А обязательно красноволосая, сероглазая и с самой доброй в мире душой.

Ори же от волнения забыла, как говорить. Она растерянно смотрела в его глаза, будто по инерции продолжала выполнять движения танца, но сказать хоть слово оказалась сейчас просто не способна.

— Ты будешь моей герцогиней? — вдруг спросил он, останавливаясь.

И пусть музыка продолжала играть, пусть вокруг них кружили пары, но сейчас всё это его совершенно не волновало. Он хотел услышать ответ… те слова, которые либо станут началом их новой жизни… либо — концом его надежд.

— Ты хочешь… чтобы я стала твоей супругой? — осторожно переспросила девушка. — Лит… ты уверен в этом?

— Уверен, — отозвался он, легко касаясь её лица. — Ответь, пожалуйста. Поверь, Ори… для меня это очень важно.

Она же вздохнула, накрыла его ладошку своей и посмотрела прямо в глаза.

— Я люблю тебя Литар. И…если ты этого хочешь, то, конечно же… я согласна.

Большего ему и не требовалось. Услышав её слова, он совершенно искренне улыбнулся и вздохнул с облегчением. Но не успела она хоть как-то на всё это отреагировать, как Лит взял её за руку и повёл в сторону ближайшего выхода из зала. И как бы ей ни было любопытно, куда они направляются, она всё равно предпочла промолчать. Всё же, несмотря ни на что, она доверяла ему беспрекословно. И сейчас, идя за ним в неизвестность, почти не волновалась. Ведь знала, что пока он рядом — ничего плохого с ней не произойдёт.

Они миновали узкую лестницу, прошли через несколько коридоров, сплошь увешанных картинами с изображениями каких-то людей, и оказались перед дверью, отмеченной несколькими непонятными девушке символами. Лит остановился и, ободряюще улыбнувшись Ори, несколько раз ударил костяшками пальцев по деревянной створке.

Им ответили не сразу. Но когда Ориен уже почти решила, что впускать их никто не собирается, дверь распахнулась, приглашая гостей прошествовать внутрь.

Судя по оформлению и мебели, эта комната использовалась как рабочий кабинет человека, имеющего непосредственное отношение к магии. Его хозяин — седовласый мужчина в длинном белоснежном балахоне, ожидал их, стоя у большого окна. При появлении перед ним гостей, он лишь приветственно кивнул и выжидающе посмотрел на Литара.

— Лорд Старлиз, разрешите представить вам мою невесту — леди Ориен Орте Гриан, — проговорил Сокол, обращаясь к мужчине. Затем повернулся к явно опешившей девушке и добавил: — Ори, перед тобой лорд Франрил Старлиз — верховный маг Сайлирской Империи.

Почему-то после этих слов Ори снова напряглась. Она уже догадалась, что они пришли сюда далеко не просто так, но пока всё равно не могла понять, какие дела могут связывать Литара с главным магом этой страны.

— Ваша Светлость, — обратился к Литу хозяин кабинета. — Вы уверены в правильности своих действий?

— Уверен, — чётко ответил тот.

— Но вы же знаете, что может ничего не выйти. Всё же леди — не совсем маг, да и ваш отказ от наследия предков вряд ли был одобрен Богами, — продолжал объяснять ему лорд Старлиз.

— Знаю, — кивнул Лит. — И, тем не менее, прошу вас приступать.

— Как скажете. Воля ваша, — развёл руками маг, а после и вовсе скрылся за дверью, ведущей в соседнюю комнату.

А Ориен проводила его полным недоумения взглядом и снова повернулась к Литару. И пусть она пока не могла понять, что снова задумал Сокол, но в том, что он собирается провернуть очередную авантюру, не сомневалась ни капли.

Заметив в глазах Ориен нечто похожее на сомнение, Лит легко притянул девушку к себе и коснулся её губ невесомым поцелуем.

— Что происходит? — всё же спросила она, заглядывая ему в глаза.

— Ты согласилась стать моей женой, Ориен, — с улыбкой отозвался Лит. — И я не хочу ждать. Поверь, мне с лихвой хватило этих двух месяцев. Поэтому, моя милая, сейчас мы с тобой пройдём ритуал единения.

Она смотрела на него и не могла поверить тому, что слышала. Ведь мало того, что он собрался жениться на ней прямо сейчас, так ещё и решил провести для этого ритуал, который призван соединять только магов.

— Но я… ведь… не стихийник, — попыталась вразумить его она.

— Но и не человек, — возразил Сокол, легко проводя большим пальцем по её подбородку. — Ори, я понимаю, что может ничего не получиться, но… мы ведь попробуем? — этот вопрос был задан с такой откровенной надеждой, что она просто не смогла бы ответить отказом.

— Попробуем, — выдохнула девушка, на самом деле она до сих пор никак не могла поверить, что всё это происходит в реальности.

Когда в комнату снова вошёл маг, они всё ещё стояли рядом и с нежностью смотрели друг на друга. Лорд Старлиз попросил их разойтись по разные стороны от стола и опустить руки на его поверхность. Затем внимательно посмотрел сначала в глаза Литару, потом девушке, и только после этого церемониальным голосом объявил:

— Ритуал свершится если решение обоюдное и добровольное, — а потом добавил, с сомнением поглядывая на зажатый в руке кинжал: — Надеюсь… вы понимаете, на что идёте.

После чего удобнее обхватил рукоять, украшенную причудливой вязью узоров, и провёл концом светящегося зеленым лезвия по их ладоням.

Ори наблюдала за этим действием с откровенным испугом. Никогда раньше ей не приходилось присутствовать при подобных церемониях. Да что говорить, она-то и на обычной свадьбе была всего однажды. Поэтому происходящее и показалось ей поистине шокирующим.

Будто завороженная она смотрела, как из надреза на её коже появляются капельки крови… как их становится всё больше… как они начинают собираться в ручейки. И в это мгновение её руки накрыли ладони Лита, причём он сделал это максимально осторожно, стараясь соединить их — рана к ране.

Литар с надеждой смотрел на свою невесту и ждал… сам не зная чего. Да, ему было известно, что должно что-то произойти, вот только он понятия не имел — что именно. Ори же, чувствуя, как он начинает нервничать, по привычке чуть крепче сжала его руку, а потом… следуя совершенно непонятному порыву, обошла разделяющий их край стола и встала рядом с Литаром.

В этот странный для них обоих момент в его сине-зелёных глазах отражалась мягкая нежность… смешанная с растерянностью и затаённой болью. И глядя на взволнованную Ори, он мысленно ругал себя последними словами.

Дурак… Хотел обмануть Богов? Хотел пойти против древних законов? Против всех правил? И что в итоге?

Ничего…

Сокол с грустью наблюдал, как кровь из их скреплённых ладоней начинает медленно просачиваться между пальцами и капать на пол, и уже это было главным подтверждением того, что ничего из этой затеи не вышло. Ритуал единения… не свершился.

— Литар, — тихо позвала его Ориен, отвлекая от мрачных мыслей. — Поцелуй меня.

Он снова посмотрел ей в глаза. А там сейчас отражалась такая надежда, такая любовь… что Лит просто не смог сообщить ей о том, что Светлые Боги их союз не приняли.

— Ориен, я так тебя люблю, — проговорил Сокол, крепко сжимая её руку и стараясь сделать так, чтобы девушка не заметила капающую кровь. — И несмотря ни на что… чем бы всё это ни закончилось, знай — у нас будет семья.

И только после этого наклонился к её лицу и поцеловал, так нежно, как только мог. А девушка, у которой от его слов попросту перехватило дыхание, даже не сразу смогла понять, что происходит. Но его мягкие губы, по которым она так дико истосковалась, быстро вытянули её из шокового состояния, погрузив в другое, куда более сладкое, яркое и поистине безумное.

В какой-то момент ей показалось, что мир вокруг попросту исчез. Растворился, развеялся, как обычная иллюзия. Краски потухли, свет померк и осталось лишь странное непонятное «нигде». И только тепло тела Литара, ощущение его присутствия рядом, не позволяли ей окончательно провалиться в эту пустоту. В какой-то момент, пытаясь понять, что происходит, Ори хотела открыть глаза, но… не смогла. Её собственное тело отказывалось ей повиноваться. И наверно, она бы обязательно испугалась и начала паниковать, но… её ладони по-прежнему сжимали руки Литара, а сам он нежно шептали ей в губы: «Моя…»

И в этот самый момент до их слуха донёсся громкий… гулкий, но вместе с тем невероятно тихий, едва слышный голос. Он звучал одновременно со всех сторон, будоража нервы и словно окутывая сознание:

«Люби его, крылатая девочка… И коль выбрала этот путь, верь ему, несмотря ни на что, — проговорил некто, и его слова эхом разлились по окружающей их тёмной пустоте. — Береги её, огненный принц… — добавил голос. — Ты пошёл против воли предков… так будь готов к последствиям. Верь себе… и ты не собьёшься с пути…»

И вдруг… они будто очнулись. Ори открыла глаза и с удивлением уставилась на Литара, который сейчас выглядел не менее растерянным, чем она сама.

— Покажите ладони, — вырвал их из оцепенения голос сайлирского верховного мага.

Тогда они, наконец, расцепили руки и повернули их к лорду Старлизу. Но если Ори смотрела на проявившийся на запястье рисунок с каким-то детским восхищением, то Лит выглядел поистине шокированным.

— Да… — усмехнулся маг, разглядывая одинаковые татуировки на их левых запястьях. — Значит, всё-таки свершился. Но так странно…

— Что странно? — вдруг спросила девушка, пока с трудом понимая происходящее.

Маг же поймал её любопытный взгляд и как-то покровительственно улыбнулся.

— Вас, Ориен, приняли оба духа-покровителя нынешней королевской семьи, — сказал он, указывая на рисунок, на котором были изображены заключённые в золотистый круг чёрная пантера и белый сокол. — А окружность, как я думаю, означает вашу принадлежность к одному из высших ишерских кланов. Хотя, это только предположение. Но, — он пожал плечами и развёл руки в стороны, — в любом случае, поздравляю вас, дорогие мои молодожёны. Теперь вы семья. И фамилия ваша так и останется, по воле Светлых Богов — Карильские-Мадели. И да… брак этот расторгнуть невозможно.

Ори смущённо и как-то растерянно посмотрела на мага, и только потом решилась перевести взгляд на Литара. Но по тому, какая искренняя улыбка сияла в этот момент на лице её мужа, поняла, что он на самом деле счастлив.

Мужа? Подумать только. Ещё час назад она с волнением оглядывала бальный зал, сомневаясь, что вообще увидит его. До последнего не верила, что он всерьёз решил на ней жениться. Сомневалась, переживала, нервничала… И вот — она его жена. Причём не просто на бумаге, а по воле Светлых Богов, принявших их союз. А ещё он сказал, что любит её… и уже от этого Ориен была готова сиять от счастья.

Не желая и дальше злоупотреблять гостеприимством лорда Старлиза, Лит вежливо и очень искренне поблагодарил его за помощь и вывел Ориен из кабинета. Но лишь стоило им оказаться наедине в пустом коридоре… и он мигом развернул её к себе, крепко обнял и, наконец, поцеловал именно так, как и мечтал все эти два месяца. А Ори отвечала ему с тем же пылом, не в силах поверить, что он теперь на самом деле с ней. И главное… больше никуда от неё не денется.

— Люблю тебя, Ори, — прошептал Сокол, мягко останавливая их поистине сумасшедший поцелуй и вглядываясь в серебро её глаз, зрачки которых снова вытянулись, превратившись в расширенную по центру линию.

А она лишь блаженно зажмурилась, наслаждаясь его близостью и впитывая в себя смысл этих прекрасных слов, которые так мечтала от него услышать.

— Теперь ты леди Ориен Карильская-Мадели герцогиня Дриарская, — сказал он, улыбаясь, и тут же добавил, легко погладив её по щеке: — Моя любимая. Моя женщина. Моя жена.

Она же… снова потянулась к его губам, так и не найдя слов, которые смогли бы выразить хотя бы малую часть того, что она сейчас чувствовала. И он прекрасно понимал её состояние, — сам ощущал себя совершенно невероятно.

Но как бы им ни хотелось сейчас побыть вдвоём, пришлось всё равно возвращаться в зал и уже там в торжественной обстановке праздника объявлять всем собравшимся гостям бала, о том, что они теперь супруги.

Конечно, Лит был уверен, что найдутся те, кто заявит, что они пошли против традиций, что он, как маг, относящийся к правящей семье, не имел права жениться на девушке другой расы, но… теперь это его почти не волновало. Их брак приняли Боги, а против Богов не мог пойти не один из смертных. Значит, рано или поздно, но всё обязательно наладится. В этом Литар не сомневался.

Эпилог

…4 года спустя…

— Ваша Светлость, разрешите начать доклад? — спокойным чуть расслабленным тоном проговорил стоящий перед столом молодой мужчина с поистине военной выправкой.

— Начинайте, Ситар. Я внимательно вас слушаю.

Глава департамента правопорядка королевства откинулся на спинку своего кресла и посмотрел на одного из своих агентов с искренним любопытством.

Соколу, действительно, было очень интересно, что расскажет этот человек, ведь задание, которое тот выполнял, в большей степени являлось личным поручением Литара, чем вопросом государственной важности. Хотя на самом деле, оно оказалось столь масштабным, что имело отношение не только к Карилии, но и ко всему их миру.

— На настоящий момент нам известно расположение четырёх крупных деревень, — сказал мужчина, чуть тряхнув головой и стараясь убрать с глаз упавшую тёмно-медную прядь. — Но попасть ни в одну из них до сих пор не получилось. По словам нашего мага там очень странная защита. Некая смесь зеркальной иллюзии с непроходимой стеной. Мы предприняли четыре попытки туда добраться, но каждый раз странным образом ходили кругами.

— Ясно, — кивнул Лит, обдумывая слова подчинённого. — Удалось установить контакт?

— Да, — на этом моменте тот довольно улыбнулся и тут же пояснил. — Они носят амулеты, скрывающие форму зрачков. Поэтому даже для сильного мага сложно распознать эту иллюзию. Но мне удалось познакомиться с одной девушкой… с которой этот амулет я снял. Увы, Ваша Светлость, кроме того, что зрачки у неё действительно вертикальные и что она едва не задушила меня какими-то манипуляциями с воздухом, я ничего не выяснил. Но уже это в нашем деле большой прорыв.

— Хм, — протянул Сокол, задумчиво постукивая пальцами по поверхности стола. — Нам нужно как-то заставить их пойти на контакт. Но для этого, как я понимаю, придётся проникнуть в их поселения, иначе никак, — рассуждал он вслух. — Хорошо, лейтенант Гартом. Пока разрешаю вам остаться в столице. Всё равно в ближайшие два дня во дворце, да и в городе всем будет не до дел. Так что я даю вам выходные.

— Простите, Ваша Светлость, а что за праздник? — уточнил Сит. Увы, его прямолинейность не смогли исправить ни обучение в школе разведчиков, ни служба в департаменте правопорядка.

Но Лит уже успел привыкнуть к его особенностям, и даже смирился с ними. Ведь несмотря ни на что этот человек был прирождённым шпионом. Настоящей находкой для его ведомства.

— Пятнадцатилетие принца Эркрита, — спокойно сообщил Сокол. — И церемония принятия им власти.

Да, Эмбрис на самом деле решил начинать потихоньку приучать своего неугомонного сына к государственным делам. Именно поэтому и заявил, что в этот день его рождения объявит Эрки официальным наследником престола. И пусть сам принц был от этого не в восторге, но отказаться никак не мог.

Он кстати до сих пор очень помогал Литу в деле поиска полукровок. Правда, пока только информацией, но давно уже клянчил разрешить ему хоть несколько дней провести с группой агентов, направленных на поиски их поселений. И буквально вчера всё-таки добился у отца разрешения, после чего у Литара просто не осталось выбора. Пришлось пообещать Огоньку, что после праздников он под прикрытием очень сильного охранного амулета, под чужим именем и внешностью всё же отправится на задание.

Лит как раз раздумывал, чем может обернуться эта авантюра для Эрки, когда в дверь тихо постучали. Но не успел он ничего ответить, как створка распахнулась, и в кабинет влетел маленький мальчик, чью голову венчали озорные светлые кудряшки.

— Папа! — выкрикнул он, пробегая мимо явно опешившего Ситара. Затем обогнул массивный стол и наглым образом влез прямо на колени к Соколу.

— Эрикнар, я ведь много раз просил тебя быть внимательным и вести себя спокойней, — попытался пожурить его отец. — Я занят. У меня очень важный разговор вот с этим господином.

Малыш бросил оценивающий взгляд на лейтенанта и, не найдя его для себя интересным, снова повернулся к отцу.

В этот момент в дверном проёме появилась немного хмурая Ориен. Она вежливо улыбнулась Ситу и перевела взгляд на мужа с сыном.

— Эрик, я ведь просила тебя не убегать, — пусть ласковым, но довольно строгим тоном проговорила она. — Папа занят.

— Мамочка, ну я просто тут немножко посижу… — с невинным видом протянул мальчишка. И в этот момент в залитом солнечным светом кабинете его зрачки выглядели невероятно тонкими, лишь немного расширенными к центру.

— Нет, Эрик. Нас с тобой ждут леди Беллиса и близнецы. Ты ведь хочешь поиграть с Семиром и Селеной? Они уже давно на поляне, — попыталась заинтересовать мальчика Ори.

Но тот был непреклонен.

— Мамочка, я посижу здесь… с папочкой, — заявил он и, повернувшись к Ситу, с важным видом добавил: — Продолжайте. Мы вас внимательно слушаем.

А потом положил руку на стол и начал тихо постукивать по нему пальцами, стараясь скопировать привычку отца. И всё это выглядело настолько умилительно, что Сокол просто не смог выпроводить сына, и вместо этого предпочёл отпустить лейтенанта. Тем более что тот уже всё равно закончил устный доклад, а все подробности были изложены в отчёте.

Как только за Ситаром закрылась дверь, Лит немного отодвинул кресло от стола, затем пересадил Эрика на свою левую ногу и, улыбнувшись Ориен, приглашающее похлопал по правой. Та же прекрасно поняла намёк мужа и с улыбкой заняла предложенное место.

Её сразу же обняли за талию и легко поцеловали в щёку. А мальчик, сообразив, что мама временно никуда не спешит, спрыгнул на пол и с важным видом пошёл рассматривать кабинет. Он ведь прекрасно знал, что на полке в дальнем шкафу стоит целый набор металлических солдатиков… купленный специально для него.

— Такой деловой, — заметила Ориен, провожая сына смеющимся взглядом. — Важный. Весь в отца. Даже обидно иногда, что он ни капли на меня не похож. Ни лицом, ни характером.

— Ну что ж поделать, — самодовольно усмехнулся Сокол. — Можем попробовать ещё раз, вдруг второму сыну достанутся твои красные волосы?

— Попробуем, обязательно, — кивнула Ори с видом самой коварной в мире женщины. Но тут вдруг взглянула на лежащий на столе отчёт по делу поиска полукровок и чуть нахмурилась: — Что-нибудь новое выяснили?

— Пока немного, — отозвался её супруг. — Сейчас нам необходимо показать им, что мы хотим просто побеседовать и не собираемся лезть в их жизнь. Я, честно говоря, готов сам отправиться к одной из их деревень, готов сидеть под воротами, пока кто-то не выйдет. Да вот только вряд ли это сработает. Они слишком привыкли прятаться от всех, а от магов в особенности. А нам пока остаётся только ждать, пока кто-то из них ни допустит ошибку. Всё же, как ни крути, а их магия существенно отличается от нашей, но… она уж точно не слабее. Просто другая.

В дальнем углу кабинета что-то с громким стуком свалилось на пол, и тут же очень честный детский голос поспешил сообщить, что он ни при чём и эти папки сами упали. А Лит лишь закатил глаза и с надеждой посмотрел на свою Ори. Но она явно не собиралась идти у него на поводу.

— Нет, любимый. Пусть он там сам справляется. Пора ему уже начинать понимать, что последствия своих шалостей ему придётся устранять самостоятельно. И не надо смотреть на меня, как на тирана. Я, кстати, пытаюсь его воспитывать.

— Как скажешь, любимая, — отозвался Лит, искоса наблюдая, как трёхлетний Эрик пытается вернуть упавшую папку на полку. — А знаешь… я так думаю, что нам просто необходима дочь, — заметил он с мягкой улыбкой. — Должен же кто-то прикрывать шалости Эрикнара, если уж его мать решила, что больше не станет этого делать.

— Ну что ж… — протянула Ори, легко целуя любимого супруга в губы, а потом улыбнулась и добавила: — Дочь, так дочь.

Конец.

1

Все стихи в эпиграфах к главам — авторские. Каждое их них было написано специально для этого текста.