Мой первый, мой истинный (СИ)

Любовное фэнтези от Марины Индиви с названием «Мой первый, мой истинный» представляет собой самостоятельную историю в рамках авторского цикла «Вервольфы». Среди волков, где каждый аромат – это карта, а каждый шаг – игра, Дэй, вервольф с обостренным чутьем, чувствует присутствие Юмали еще издалека. Ее запах, подобный раскрывающемуся цветку, с нотами соли, дыма и редких цветов нисса, пробуждает в нем первобытный инстинкт. Юмали, следуя дару волчиц – двигаться бесшумно и незаметно, пытается застать Дэя врасплох, как делала это с детства. Но Дэй знает ее слишком хорошо. Их давнее знакомство перерастает в страстное влечение, полное игривых провокаций и невысказанных желаний. Обещая раскрыть свой секрет в день свадьбы, Дэй стремится к близости, но Юмали, играя в недотрогу, испытывает его выдержку. Скоро, по велению главной жрицы Сараси, их союз будет официально объявлен. Однако зов Сараси, истинной пары отца Дэя и женщины, разрушившей семью его матери, омрачает его радостное предвкушение. Дэй направляется к жрице, неся в себе не только предвкушение новой луны, но и тень прошлого.

В мире, где законы джайо непреклонны, а просьбы верховной жрицы Сараси невозможно игнорировать, Дэй, альфа, с трудом находит баланс между своей независимостью и необходимостью подчиняться. Хотя Дэй и выгрыз себе право быть вожаком в честной битве, защищая границы своего народа, его отношения с Сараси остаются сложными. Ведь именно она, женщина-чужачка, сыгравшая роковую роль в судьбе его семьи, обладает властью разрешать или запрещать союзы вервольфов. Когда Сараси вызывает Дэя, его стремление быть с Юмали вынуждает его пересмотреть свое отношение к верховной жрице. Вместо того, чтобы отвергнуть ее просьбу, он направляется к ней в дом – жилище, построенное его отцом, символом их страстной, но противоречивой любви. В этом доме, напоминающем людские постройки, с мебелью из бамбука и камином вместо костра, Сараси, окруженная домашним уютом, наблюдает за играющим младенцем, сыном Кэла. Контраст между суровым миром вервольфов и этой идиллической сценой подчеркивает напряжение, окутывающее Дэя, которому предстоит столкнуться с властью и прошлым.

В суровом мире вервольфов, где законы природы и пророчества сплетаются в тугой узел, человеческая женщина оказывается на перепутье судьбы. Общепринятые истины гласят: вервольфы выбирают себе пару лишь среди волчиц, а обычные женщины для них – лишь мимолетное развлечение, не достойное даже взгляда. Приближаться к хищнику, к чужаку, оставаться с ним наедине – все это строжайше запрещено. Однако для героини эти правила начинают терять свою силу. Все чаще она ощущает на себе пристальный, пронзительный взгляд, словно ее выслеживают, как добычу, словно в ней видят нечто большее, чем просто человека. Этот взгляд, принадлежащий существу, стоящему на грани двух миров – зверя и человека, – будоражит ее, пробуждая древние инстинкты и неведомые прежде чувства. Ее интуиция, дар, данный с рождения, шепчет ей о том, что их встречи не случайны. Что это не просто совпадения, а звенья в цепи судьбы, предначертанной древним пророчеством. Что, возможно, именно ей суждено нарушить вековые устои, разбить границы между видами и ответить на зов, который не могут игнорировать даже вервольфы. Но как принять любовь, предначертанную звездами, когда сам мир предостерегает от нее, когда инстинкты твердят об опасности?