Ромашковый, пожалуй.
Динь-дон!
Дверь?
Я прислушалась, но звук не повторился, и шагов слышно не было. Показалось, наверное.
Пока чай заваривался, вспомнилась еще одна важная вещь. Нужно еще счет за Лану составить, так я избавлю себя наутро от скучной бумажной работы и смогу немного посидеть с чашечкой кофе из ближайшей кофейни, обдумывая следующее свое изделие. Идея меня соблазнила, и, несмотря на усталость, я, прихватив с собой чай и печенье, отправилась в торговый зал.
Зажгла светильник…
И так и застыла, вся обмерла. Крик ледяным комком застрял в горле.
Руки задрожали, отчего чашка зазвенела, ударяясь о блюдце. Горячие капли брызнули на пальцы, рука дернулась сильнее, чашка накренилась, и ее обжигающее содержимое полилось на пол. И на мои туфли заодно, но я даже боли не почувствовала.
Это не может быть реальностью… Не может происходить на самом деле.
Но сколько я ни моргала, стараясь прогнать жуткое видение, наваждение не уходило. И на резной антикварной скамеечке, куда я кладу готовые заказы, которые предстоит в самое ближайшее время отдать покупателям, сидела кукла в человеческий рост, так похожая на ту, что я только что упаковала. Даже платье точь-в-точь.
Одеревеневшие пальцы разжались, и полупустая чашка ударилась об пол. Разбилась, конечно, увеличив коричневатую лужицу и усыпав пол осколками.
Боги… Боги… Но как? Аржис в тюрьме, далеко от Эмшира!
В голове болезненно пульсировали его последние слова.
«За каждое слово ответишь». Кажется, он так сказал.
Крик из воспаленного горла все же вырвался, правда, на выходе получился жалкий всхлип.
Зато оцепенение прошло, и я бросилась к телефону. Заодно мысленно поблагодарила настырную Лику: сама я не видела смысла устанавливать новомодный аппарат, меня и записки вполне устраивали, но будущая золовка настояла, а потом сама купила телефон и привела мастера. Правда, справедливости ради надо признать, что только они с братом сюда и звонили, когда я задерживалась допоздна. В основном сама Лика.
Правильнее было бы связаться с Дегейром, но, глядя на диск с цифрами, я поняла, что вспомнить его номер сейчас просто не способна. Даже пытаться бессмысленно. Поэтому просто набрала короткий номер управления.
— Дежурный Мопсон, — прозвучало на том конце полусонное.
— Доброй ночи… — по привычке ляпнула я, за что сразу же обругала себя. Какая эта ночь, к демонам, добрая, если у меня в магазине сидит мертвая девушка?! Так, Ксилена, спокойно, надо собраться. — Я — Ксилена Гарав, консультант. У меня срочное сообщение для старшего следователя Дегейра Брана.
Кажется, на том конце смачно зевнули.
— Он появится только завтра к полудню, — прозвучал ленивый ответ. — Везет же некоторым.
— Не особенно, — не согласилась я. — Вызовите его. У меня в магазине тело. Мертвое.
Никогда бы не подумала, что сообщать о преступлении так трудно. Быть собранной и отрешенной не получалось, руки тряслись, отчего я пару раз чуть не выронила трубку, голос дрожал, еще я постоянно оглядывалась, боясь, что этот ненормальный до сих пор где-то здесь…
А вот Мопсона мое сообщение даже взбодриться не заставило.
— Диктуйте адрес, сейчас отправлю к вам дежурную группу, — с очередным зевком выдал он.
Скрипнув зубами, я в очередной раз мысленно призвала себя к спокойствию и терпеливо проговорила:
— Нужен именно Дегейр. Это напрямую касается нашего последнего дела.
Глава 2
В следующие полтора часа мне довелось на личном опыте убедиться, что эмширские стражи порядка к мертвым клиентам не сильно торопятся. Оно вроде бы и понятно, тело никуда не денется, да и новомодными автомобилями полицию еще никакой меценат не обеспечил, а в экипаже добираться дольше. К тому же я все-таки настояла на присутствии Дега и за ним обещали послать, а это тоже время.
Однако находиться один на один с «куклой» было жутко. Страх пересиливал все доводы рассудка, и я металась из угла в угол, про себя кляня чью-то медлительность.