Читать книгу «Алмазная радуга. Рубиновый рассвет» онлайн

— Прости, звездочка, нет. — Низкий, вибрирующий голос Уина прошелся по натянутым нервам леди Аметист, как смычок в умелых руках скрипача. Горячие губы коснулись местечка за ухом, и оно отозвалось вспышкой удовольствия, заставив Эни тихо ахнуть и выгнуться. Она и не знала, что там так чувствительно! — Я бы хоть сейчас отвел тебя в храм. — И снова поцелуй, теперь чуть пониже, волна жара прошла по телу Эоны и затаилась внизу живота странным, тревожно-приятным ощущением. — Но нас могут перехватить, а я не хочу случайностей. — Уинхилд мягко толкнул девушку к стене, прижал, и его руки переместились на талию, а губы провели вдоль выреза платья, подобравшись к основанию шеи сзади. — Никому не позволю отнять тебя у меня… Звездочка моя, любимая…

Эона сглотнула шершавым горлом, ее пальцы сжались, а тело мягко изогнулось навстречу нежной ласке, и возмущение растворилось в нараставших эмоциях, далеких от раздражения.

— Я… я не люблю тебя… — беспомощно прошептала она и сильно прикусила губу, судорожно вздохнув — язык Уина обрисовал чуть выступающий позвонок, и вниз как будто капля горячего сиропа скатилась, густая, тягучая, оставляя за собой огненный след.

— Полюбишь, Эни, я постараюсь, уж поверь. — И так уверенно он говорил, что леди Аметист не нашлась, что возразить. — И потом, разве я тебе совсем-совсем не нравлюсь, мм, моя леди? — Провокационный вопрос, да еще подкрепленный цепочкой легких, едва ощутимых, как прикосновение лепестка, поцелуев в верхней части спины, заставили Эону беззвучно всхлипнуть от очередной волны ощущений.

Она почувствовала, как ладони маркиза скользнули по бедрам, начали потихоньку, сантиметр за сантиметром, поднимать юбку, и юная леди дернулась, сердце пропустило несколько ударов. Щеки полыхнули жаром, она вцепилась в руки Уинхилда, попытавшись остановить.

— Ч-что ты делаешь?.. — запнувшись, спросила Эона, хотя, конечно, вопрос глупый.

Леди Аметист догадывалась, что происходит, и от этого становилось еще волнительнее, смятение усиливалось. Она никогда не думала, что ее первым мужчиной станет маркиз де Модано, нет! Да еще и до свадьбы… Это же неправильно… Вопреки мыслям по телу растеклась странная истома, и оно обмякло, покорно замерев, а около уха слышалось тяжелое, жаркое дыхание Уинхилда.

— Соблазняю тебя, звездочка моя, — тихо ответил он, и от его честности Эни снова растерялась, в который раз за последние минуты.

Все происходило слишком быстро, слишком неожиданно. Еще этим утром она собиралась замуж за друга — да, друга, откровенно призналась себе, — и не видела для себя другого пути, почти смирившись с этой свадьбой. А теперь… Теперь от поцелуев и прикосновений сердце трепещет, как бабочка, болезненно-чувствительная кожа вспыхивает, едва до нее дотрагиваются, и одежда неприятно раздражает… Поймав себя на этих мыслях, Эона беззвучно охнула, а Уинхилд, воспользовавшись ее задумчивостью, продолжил неумолимо поднимать платье.

— Н-нет, н-не надо… — получилось слишком жалобно, и девушка оборвала себя, крепко зажмурившись, ее пальцы ослабли на запястьях маркиза.

— Эни, Эни, ну что ты. — Горячее дыхание Уина обожгло шею с другой стороны, а юбка уже обнажила ноги до колен, и вот-вот покажутся подвязки… — Все хорошо будет, любимая, не бойся, доверься мне…

Теплые пальцы мягко коснулись кожи на бедрах чуть выше чулок, и лицо Эоны вспыхнуло от залившего его густого румянца, горячо стало даже ушам. Она уперлась ладонями в стену, не зная, чего хочет больше — чтобы Уинхилд продолжил или все же остановился. Проснувшееся желание превратило кровь в густую карамель, а остатки скромности пытались убедить, что нехорошо все это, и надо, надо прекратить… Эона прикрыла глаза, ее мысли путались, а пальцы Уина между тем медленно, самыми кончиками, скользнули выше, рассыпая по ставшей болезненно чувствительной коже обжигающие искры. Собственное тело подвело, с готовностью откликаясь на ласки, оно жаждало продолжения, отзывалось на действия маркиза жаром внизу живота и напряжением мышц.

— Я думал о тебе каждую ночь. — От прерывистого шепота Уина, наполненного неприкрытой страстью, Эона вздрогнула, чуть откинув голову. Его губы продолжали блуждать по ее шее и спине, оставляя горячие следы от поцелуев. — Эни, как же мне хотелось быть с тобой рядом, звездочка моя ясная… — Пальцы коснулись тонкого кружева белья, погладили, и Эни одолел могучий приступ смущения, пересиливший даже пробудившееся желание.

Она тихо пискнула, подавилась воздухом при очередном судорожном вздохе и снова вцепилась в руки Уина, часто сглатывая.

— Ш-ш-ш, — с тихим смешком произнес он и настойчиво высвободился. — Эни-и-и… Я чувствую, тебе нравится, не бойся своих чувств и желаний, не надо…

Да, она боялась. Боялась себя, того, что происходило с ней и чему сопротивляться хотелось меньше с каждым мгновением. Ведь после не будет возврата обратно, к прежней понятной и спокойной жизни.

— Что мы делаем… — вырвалось у нее, а хватка на запястьях Уинхилда ослабла, руки девушки безвольно повисли вдоль тела — Эни признала поражение.

— Поверь, то, что поможет нам быть вместе, — мягко ответил Уин и вынул одну руку, положив ладонь другой на низ живота девушки, поверх трусиков.

Эона почувствовала, как он начал медленно расстегивать пуговички на спине, и подушечки его пальцев так же неторопливо спускались по позвоночнику, рождая волны щекотных мурашек. А под платьем ничего не было кроме трусиков, тонкая ткань не предполагала нижней сорочки, не говоря уже о корсете… Горячая ладонь маркиза уверенно проникла под наряд, провела вдоль тела Эни и обхватила грудь, нежно сжав. Последние сомнения и остатки смущения потонули в горячем всплеске ощущений, окатившем с головы до ног, и девушка сдалась. Зажмурилась, подалась чуть вперед к его руке, погрузившись в эмоции, наслаждаясь каждым прикосновением и уже не думая ни о чем сейчас. Волны чувственного восторга накатывали с каждым разом сильнее, а пальцы Уина играли с напрягшимся соском, нежно сжимали, поглаживали. Твердая горошина стреляла острыми вспышками наслаждения, Эни дышала тяжело, неровно, и с ее губ сорвался первый, пока тихий стон. Пусть она и не любит маркиза… наверное… но, видимо, для происходившего сейчас любовь необязательна. А дальше остатки мыслей осыпались невесомым пеплом, потому что пальцы второй руки Уинхилда уверенно спустились ниже по животу, туда, где все жарко пульсировало.

Эни потерялась в удовольствии, вспыхивавшем по телу искорками, прокатывавшемся волнами, обсыпавшем жгучими мурашками. Она не сопротивлялась, когда колено Уина настойчиво раздвинуло ее ноги. Только слабо вздохнула, почувствовав, как пальцы маркиза проникли под трусики. Эона охнула в голос, зажмурившись до звездочек перед глазами, снова уперлась ладонями в стену, и ногти царапнули шелк. Тело изогнулось, мышцы нетерпеливо сжались, желая большего, а внизу живота поселилось тягучее, остро-сладкое нетерпение, покусывавшее изнутри.

— Да… — сорвалось с губ Эоны, она полностью отдалась восхитительным эмоциям, больше ни о чем не думая.

Пальцы маркиза продолжали двигаться, отчего она всхлипнула, выгнувшись под деликатной лаской сильнее, а потом неожиданно Уинхилд убрал руку. Девушка еле успела удержать разочарованный вздох, распаленное тело жаждало продолжения.

— Я хочу видеть твое лицо, Эни… — Тихий, проникновенный шепот, от которого дрожь пробрала девушку до самых кончиков пальцев на ногах. — Я хочу видеть тебя всю, звездочка моя…

До нее с трудом доходил смысл услышанного, Эона плавилась от жаркой истомы, превратившей кровь в жидкий огонь. Она послушно опустила руки, позволила Уинхилду осторожно стянуть кружево с плеч, и платье упало к ногам шуршащей лиловой волной. Эни переступила через него, на миг снова вернулось смущение. Леди Аметист мелко дрожала от переполнявших ощущений. Прохладный ветерок коснулся разгоряченной кожи, и дрожь усилилась. Ладони Уина медленно скользили по ее спине, и до Эоны долетел его негромкий, полный неприкрытого восхищения, хриплый голос:

— Такая нежная, изящная… Красавица моя…

За ладонями следовали его губы, выкладывавшие замысловатые иероглифы на спине вдоль позвоночника до самой поясницы. Язык обвел ямочки, пощекотал, и сердце Эни чуть не выпрыгнуло из груди, восторг промчался по венам огненным шквалом. Ей нравилось, безумно нравилось происходящее, хотелось сгореть в этом урагане чувств без остатка. Между ног все изнывало от жажды по заветным прикосновениям, и Эона была близка к тому, чтобы откровенно попросить, отбросив стыд и скромность. Она до конца не понимала, чего же хочет, но то, что делал Уинхилд, было восхитительно.

Он чуть сжал ладонями упругие ягодицы, прикрытые кружевными трусиками, потом разгладил тонкую ткань и потянул за шелковые завязки по бокам. Эона замерла, то и дело облизывая пересохшие губы, сердце гулко колотилось в груди. Когда белье скользнуло по ногам, оставив ее тело совсем без прикрытия — только чулки, — Эни снова ощутила румянец на щеках. А Уин выпрямился, коснулся обнаженного плеча девушки нежным поцелуем и развернул к себе лицом. У леди Аметист на мгновение перехватило дыхание, как ее глаза встретились с потемневшими, полными страсти глазами маркиза. Оказывается, читать неприкрытое желание во взгляде мужчины — это так… притягательно, волнующе и очень приятно. Уин же неторопливо рассматривал Эону, пальцы блуждали по ее телу, касались ключиц, гладили плечи. Ложбинку между розовыми полушариями с коралловыми горошинами сосков, спустились на талию и обвели впадинку пупка. Эни млела под его взглядом и ласками, наблюдая сквозь ресницы, почему-то хотелось довольно улыбаться и мурчать, как кошке. А потом…

Уинхилд медленно опустился на колени, оставив ладони чуть ниже талии девушки, и его горячие губы проложили дорожку из огненных поцелуев по животу, отчего Эни громко охнула от неожиданности.

— Уин… — просипела она, от волнения и предвкушения, приправленного пряной ноткой смущения, коленки ослабли, и пришлось прислониться к стене.

Он не ответил, занятый очень важным делом — поцелуи спустились еще ниже, ладони приласкали попку Эоны и провели по бедрам. Обрывки мыслей заметались вспугнутыми мотыльками, руки девушки метнулись к голове Уинхилда, с намерением отстранить, ведь то, что он делал… это… это… Губы и язык маркиза переместились на внутреннюю поверхность бедра Эни, он приподнял ее ногу, воспользовавшись смятением своей маленькой леди. А ее пальчики беспомощно зарылись в огненно-рыжие пряди, чуть сжали их, и Эона тихо всхлипнула, откинув голову и прислонившись затылком к стене. Когда же Уинхилд коснулся языком там, где все изнывало от предвкушения, она только сильнее зажмурилась, длинно застонав, бедра сами подались навстречу без всякого стыда. Умелая, пикантная ласка заставила забыть обо всем, кроме острого удовольствия. Кости расплавились, тело стало легким-легким, горячие мурашки обсыпали кожу, и Эона изогнулась, вбирая новые, яркие ощущения всем существом.