Читать книгу «Алмазная радуга. Рубиновый рассвет» онлайн

— Вода теплая, в эту речку подземные горячие воды впадают, — негромко произнес Уин, снова встав сзади и обняв девушку, его подбородок удобно устроился на ее макушке. — Здесь когда-то вулкан был, но уже давно потух, только эти источники и остались, — пояснил он, а его ладони между тем потихоньку начали подниматься вверх, к груди Эоны. — Поплаваем, мм, звездочка моя? Тебе же нравилось, я помню, ты с таким восторгом рассказывала про озеро в вашем поместье! — Голос Уина стал вкрадчивым, низким, и дыхание Эни участилось, а кровь быстрее побежала по венам.

Она действительно любила плескаться в воде и, когда приезжала с родителями в поместье, с удовольствием купалась в озере под бдительным присмотром горничной, чтобы никто не потревожил отдых хозяйки. В голове стайкой пронеслись суматошные мысли, что, кроме платья, на ней ничего нет, полотенца они не взяли, в одежде купаться не удобно, а без нее неловко, даже несмотря на темноту и то, что Уинхилд уже видел Эни обнаженной… А маркиз тем временем совсем не оставил ей возможности дальше колебаться. Теплые, настойчивые ладони накрыли полушария, мягко сжали их, а горячие губы прижались к чувствительному местечку чуть ниже уха.

— Эни-и-и-и, — протянул Уинхилд, и его пальцы проворно проникли под кружево — юная леди ахнуть не успела. — Любимая, хватит смущаться, тут, кроме нас, никого нет… — мурлыкнул он, подарив еще несколько нежных поцелуев в изгиб шеи.

Эона замерла, прикрыв глаза, знакомые, ужасно приятные ощущения защекотали тело, заставив чуть выгнуться, бесстыдно подставляясь под медленную ласку. Уин обвел твердые горошины, едва касаясь, потом вокруг, а после аккуратно сжал и одновременно прикусил мочку, несильно, но чувствительно. Эни не сдержалась, охнула в голос, захлебнувшись вдохом, зрачки в ее глазах резко расширились. Тело словно молния пронзила, от сосков по коже брызнули в разные стороны горячие капли наслаждения, изрядно оттеснив смущение. Уинхилд воспользовался моментом, и его ладони тут же проворно скользнули вверх, ловко справившись с застежкой. Верхняя часть платья упала, открыв теплому ночному ветерку и взгляду лорда Рубина призывно торчавшие вершинки. Эни вцепилась в юбку, часто дыша, сердце гулко колотилось о ребра, а внутри все задрожало от предвкушения.

— Красавица… моя… — Тихий шепот Уина музыкой прозвучал в ушах, от блуждавших по шее и плечу губ словно огненные следы оставались, сплетаясь в чувственный узор.

Его ладони провели вдоль тела Эни, намеренно обойдя грудь, и она едва сдержала разочарованный возглас. Напрягшиеся шарики ныли и болели, жаждая ласки, внизу живота зажглось жаркое солнышко, и мышцы свело от желания почувствовать Уина внутри… Тело само изогнулось, прижалось к маркизу, и попкой Эона отчетливо ощутила нечто твердое, и к щекам прилила кровь. Жгучая смесь любопытства и смущения опалила лицо, стекла по шее и плечам на грудь, и дальше, ниже, туда, где и так все горело от ожидания. А ладони Уина уже опустились до талии, потянув за собой платье, и через миг оно кружевной пеной осело вокруг ног Эоны.

— Подожди, — тихо попросил он и вдруг отстранился. — Не поворачивайся, — добавил Уинхилд со странными нотками в голосе, и любопытство девушки в разы выросло.

Леди Аметист поежилась, обхватив себя руками, и самую малость повернула голову, позабыв, что всего несколько мгновений назад смущалась происходящего и того, что Уин снова увидит ее обнаженной. До Эни донеслось шуршание, потом еще какие-то непонятные звуки, а потом… Спины коснулось что-то очень мягкое и медленно-медленно, едва ощутимо провело вдоль позвоночника до самой поясницы. Вслед за деликатной лаской скатилась лавина обжигающих мурашек, Эона ахнула, широко распахнув глаза.

— Что… — вырвалось у нее, но Уин не дал договорить.

— Ш-ш-ш, — перебил он. — Закрой глаза, звездочка моя, и наслаждайся. — Предмет в руках Уинхилда спустился ниже, на упругие ягодицы, погладил бедра и… нежно пощекотал между ними.

А кожа там оказалась очень чувствительной, и по телу прошла волна дрожи, затаившись в глубине живота жаркой истомой. Эона послушно зажмурилась, сглотнув, облизала ставшие сухими губы. Она ощущала присутствие маркиза каждой клеточкой, но он к ней не прикасался, только то, что держал в руке, — Эни подозревала, какой-то цветок. Ничем иным эти чудесные ощущения вызваны быть не могут. Тело налилось желанием, как спелый плод соком, она чуть откинула голову, жадно глотая воздух: цветок пропутешествовал по руке, вверх до плеча, обвел ключицы, лепестки скользнули по ложбинке… приласкали тугие горошины, сначала одну, потом другую… Эона беззвучно всхлипнула, напряженная, как струна, купаясь в восхитительном море эмоций, которые дарили необычные прикосновения. Они вспыхивали яркими искорками по всему телу, заставляли мышцы сжиматься в нетерпеливом предвкушении…

Шелковые лепестки невесомо прошлись по животу, и у Эни перехватило дыхание, а цветок спустился ниже, туда, где все сплелось в тугой комок и болезненно пульсировало. С губ девушки сорвался судорожный вздох, колени ослабли, а нежная пытка удовольствием продолжалась — вдоль бедер, медленно-медленно, вокруг коленок, под ними… Эни понятия не имела, что там такая чувствительная кожа, и не сдержала негромкого возгласа, стиснув кулаки и зажмурившись до разноцветных кругов перед глазами. Кости расплавились, голова кружилась сильнее, а тело стало невесомым, оно почти не ощущалось. Вместо него только вспышки прикосновений, от которых кругами разбегались мурашки. Нервы вибрировали, как натянутые струны, а лепестки между тем уже добрались до щиколоток, ласково погладили пальчики на ступнях… И начали неторопливо подниматься вверх.

Ровно в тот момент, когда Эона осознала, что ноги больше не держат, и испуганно распахнула глаза, начав оседать, сильная рука бережно подхватила, не дала упасть. Взгляд девушки наткнулся на ласковую улыбку Уина, на нежность в его глазах, перемешанную со страстью. Под ладонями Эни, прижавшимися к груди Уинхилда, тяжело, неровно билось его сердце, и леди Аметист, не до конца понимая, что и зачем делает, вдруг потянулась к его губам. Таким близким и манящим, могущим подарить восхитительно сладкий, жаркий поцелуй. Эона поняла, ей нравится целоваться с Уином, даже очень, и нравится отвечать, дразнить, с каждым разом все смелее… Она с головой окунулась в чувственный восторг, обняла маркиза за шею, смутно отметив затуманенным сознанием, что ее вроде как опустили на ступеньки. Эни вытянулась, почти легла на руку Уина, не отрываясь от его губ, а цветок нетерпеливо скользил по бедрам, поднимаясь вверх.

Эона забыла о сомнениях и смущении, купаясь в горячих волнах желания, прокатывавшихся по телу. Без лишних просьб она послушно отвела ногу, лепестки медленно погладили внутреннюю сторону бедра и мягко, нежно коснулись там, где все жаждало изысканной ласки. Эни охнула в голос, изогнулась, вцепившись в плечи Уина, низ живота скрутило от нахлынувших ощущений.

— Все для тебя, любовь моя… — тихо прошептал маркиз, его губы легко коснулись шеи чуть пониже ушка. — Прости, что все так… — Еще один поцелуй в суматошно бьющуюся жилку, а вместо цветка уже пальцы, и Эона негромко вскрикнула, царапнув крепкие мускулы. — Поспешно… Я исправлюсь, обещаю… — Она потерялась в вихре удовольствия, каждый вздох обжигал легкие, и вместо крови давно тек жидкий огонь.

Губы Уинхилда постепенно спускались ниже, к груди, пальцы продолжали двигаться, и бедра Эни послушно подавались навстречу без всякого стыда и скромности. Она тихо постанывала, нетерпеливо ерзая, а Уин словно испытывал ее, подводя к самой грани и останавливаясь в последний момент. Горячий рот играл с набухшими бутонами сосков, нежно прикусывая, посасывая, словно карамельку, и на ставшую чувствительной до болезненности кожу словно брызгали обжигающими капельками. Все вместе складывалось в яркий калейдоскоп ощущений, волшебный, искристый водоворот затягивал все глубже. Девушка кусала губы, ее стоны становились громче, и когда в очередной раз пальцы лорда Рубина дразняще скользнули внутрь и тут же обратно, Эона не выдержала. Изогнулась, попыталась прижаться к ласкающей руке и тихо захныкала, зарывшись пальцами в огненные пряди Уинхилда.

— П-пожалуйста… — сорвалось с покрасневших припухших губ девушки. — Уи-и-и-и-ин… — простонала она, захлебнувшись вдохом — очередное нежное прикосновение окатило горячей волной.

До нее донесся тихий довольный смех, и маркиз сжалился, дав Эни взорваться удовольствием, окунуться в сверкающее море, забиться в руках Уина, в его заботливых объятиях. Она крепко стиснула ноги, не сдержав долгого стона, и на некоторое время выпала из реальности, пребывая где-то в иных сферах…

Вернувшись из приятного забытья, Эни открыла глаза и посмотрела на Уинхилда, с нежной улыбкой склонившегося над ней. Тело наполнила приятная истома, мышцы еще подрагивали от пережитого, и в груди леди Аметист стало вдруг тесно от стремительно разраставшегося там тепла. Какое-то новое чувство, еще не очень понятное и оттого немного пугающее, но, несомненно, приятное, поднималось из глубины души, потихоньку прорастало, вытесняя последние сомнения и тревоги. Эни как завороженная смотрела в темную глубину глаз Уинхилда, ее ладонь медленно поднялась, погладила его по щеке. Она обратила внимание, как часто и тяжело он дышит, и ощутила, как в бедро упирается что-то твердое. Ей хватило нескольких мгновений понять, что именно, но… Смущение на сей раз не торопилось приходить. Проснулось любопытство и вместе с тем смутное ощущение, что полученного удовольствия мало.

Рука Эоны спустилась на грудь маркиза, юная леди Аметист приподнялась, не сводя с Уинхилда взгляда.

— Эни? — немного хриплым, глубоким голосом спросил он, в глазах маркиза мелькнуло беспокойство.

Она медленно улыбнулась, в животе защекотало от предвкушения и собственной смелости.

— Все хорошо, — шепнула Эона, а пальцы исследовали рельеф мышц, и взгляд спустился по подбородку, скользнул по широким плечам, и дальше, за руками…

Вниз, по крепким мускулам пресса, с тихим восторгом отмечая, как прерывисто задышал Уинхилд, но — не остановил. Только звучно сглотнул. Эни осмелела окончательно, слегка отодвинулась и замерла, разглядывая гордо стоявшее орудие маркиза, чувствуя, как щеки стремительно наливаются жаром. Она слегка смешалась, оценивая размеры, а мысль пошла дальше. От мелькнувшей совершенно непристойной картинки Эни задохнулась, эмоции окатили жарким всплеском. Казалось, и не она совсем недавно умирала от наслаждения, рассыпалась на кусочки. Мышцы внутри сжались, требуя продолжения, вот этого самого, к которому уже тянулись пальчики девушки. Любопытство победило вспышку стеснительности, хотелось изучить внимательнее. Эона не стала отказывать себе в удовольствии, осторожно коснулась, прикусив губу. Сердце гулко колотилось в груди, сбивая и без того неровное дыхание, а, услышав резкий вздох Уина, Эни от неожиданности чуть не отдернула руку. Но он не остановил, и леди Аметист посчитала, что можно продолжать.

Она уселась поудобнее, так получилось — верхом на Уинхилда, и его ладони тут же оказались на упругих ягодицах Эоны, поглаживая нежную кожу. Юная исследовательница склонила голову к плечу, продолжая разглядывать непривычный для нее предмет, последние остатки застенчивости улетучились под натиском снова проснувшегося желания. Тело само чуть изогнулось, по нему пробежала легкая дрожь. До нее донеслось тихое шипение Уина, и Эни не удержалась от лукавой и одновременно довольной улыбки. Значит, и ее прикосновения могут приносить такое же удовольствие, и, наверное, не только здесь… Но, пожалуй, она проверит позже. Достаточно на сегодня игр. Повинуясь чутью, древнему, как сам мир, Эни медленно провела ладонью вверх-вниз, наслаждаясь ощущением власти над Уинхилдом, однако недолго — он перехватил ее запястье, остановил и ухватил за подбородок, заставив смотреть в глаза.

— Смелая, да? — хрипло выдохнул он, и не дав ничего ответить, впился в губы жадным, страстным поцелуем.

Эона согласно мурлыкнула, с готовностью ответив, приподнялась, придвинувшись ближе. Утихшие было желания вспыхнули мгновенно, как порох от искры, Эни даже мимолетно удивилась собственной страстности. А ведь она могла никогда и не испытать ничего подобного, если бы Уин не похитил ее… Странно, но теперь воспоминания об Экаре не вызывали стыда, лишь тень грусти где-то на границе сознания. Уин глухо рыкнул, чувствительно сжав попку девушки, и через мгновение, к ее восторгу, гложущая пустота внутри наконец заполнилась. Эни намеренно медленно опустилась, наслаждаясь каждым мгновением, не прерывая поцелуя и уже вполне уверенно отвечая. Шаловливый язычок дразнил, заигрывал, Эона покусывала губу Уина, провоцируя, разжигая огонь страсти все сильнее. Любовная игра чем дальше, тем больше захватывала леди Аметист, стирая запреты и внутренние границы.

Теперь движения контролировала Эни, выбирая ритм и темп, и она могла видеть глаза Уинхилда. В которых отражались радость, нараставшее удовольствие, любовь, нежность… Девушка утонула в бархатной глубине, позволила затянуть себя на самое дно этих омутов, с недоумением спрашивая, как раньше не замечала всего. Не видела в Уине мужчины, красивого, притягательного. Эни обняла его крепче за шею, прижимаясь ближе с каждым движением, мышцы внутри сокращались с каждым новым толчком, и хотелось сильнее, глубже, быстрее… И снова потрясающее, волшебное ощущение нарастающего удовольствия, они с Уином двигались, как единое целое, чувствуя друг друга, чутко отзываясь на малейшее прикосновение или поцелуй. Эона зажмурилась и откинула голову, полностью отдавшись на волю восхитительных переживаний. Когда уже казалось, она не выдержит напряжения, рассыплется на множество цветных осколков, долгожданное освобождение накрыло огромной горячей волной. Эни застонала, подавшись вперед, впитывая каждой клеточкой чудесные ощущения, от которых сердце вспорхнуло бабочкой, и около уха эхом раздался низкий, хриплый стон Уинхилда. Эона ухнула в сладкую бездну удовольствия, поймав вторую волну, и на какие-то мгновения ей показалось, она потеряет сознание от яркости впечатлений…

Так уютно было лежать в колыбели сильных рук, прижиматься к теплому телу, и шевелиться совсем-совсем не хотелось. Эни разморило, она размякла, утомленная бурными утехами, но довольная и умиротворенная. Уин осторожно перебирал темно-рыжие пряди, время от времени его губы касались влажного лба Эоны. Они молчали, и тишина окутывала их мягким одеялом, нарушать ее никому не хотелось. Любые слова сейчас казались лишними. «Ты счастлива?» — долетел тихий шелест Сумеречной, и Эни не успела даже подумать над ответом. «Да», — родилась у нее мысль. «Хорошо». — В голосе драконицы слышалось удовлетворение, и она опять затихла. Эона встрепенулась, собственная реакция на вопрос Суми слегка обеспокоила. Все же одной страсти недостаточно, чтобы говорить о чем-то серьезном!.. Она хотела обсудить это с Уином, однако маркиз не дал ничего сказать. Заглянул в лицо, заботливо убрал локон и спросил с улыбкой:

— Купаться?