— Сашенька. Саша. Иди ко мне, — несмело крикнул Гера. Казалось, участник не понимает смысла слов. Он медленно — наверное, от холода мышцы заледенели — достал из кармана нож. Метательный. Цельностальной.
— Саша, отдай мне нож, — Гера шагнул ему навстречу. Что-то подсказывало, что участник прихватил его не для охоты.
— Не подходи ко мне! — пронзительно и громко завизжал Саша. — Ты, ты, это все ты! Это все ты придумал! Ты нас там всех собрал! Тебя надо убрать!
— Саша, послушай, — во рту все пересохло. Гера вдруг понял, что участник на самом деле не в себе. Вот он опасно покачнулся — Гера резко шагнул вперед, но нет. Все обошлось.
— Стоять! На месте! Ты самец? Самец ты или самка? Я не могу понять. Фемина или нет? Встань боком. И разденься. Зачем ты это все устроил? Так ты самец? Самец? Самец? — как заведенный, затараторил Саша. От страха Гере получалось лишь моргать. — А мне уже неважно. Тебя надо убрать, и я проснусь.
Еще шаг ближе. И тут Гера увидел кровь на руке Саши. Сбоку на платье. Окровавленный подол, из-под которого выглядывали синие ступни. Неотправленное сообщение стучало в голове. Прервать эксперимент — пока не поздно. А Гера смотрел на Сашу и понимал, что не успел. «Поздно» сменилось на «уже».
«Что я наделал?!» — на грани паники Гера шагнул еще вперед.
— Я же сказал — стоять! — заорал Саша.
Гера открыл рот, чтобы сказать, что больше нет эксперимента. Что Саше можно лететь домой, спать сколько хочется, и никогда не подходить к младенцам, ему хотелось извиниться, сделать хоть что-нибудь, но…
Свист. Удар. Хруст межреберных хрящей, бульканье — воздух, смешанный с кровью, вышел из легкого. Скосил глаза вниз — рукоять торчала в сантиметре справа от грудины, вокруг быстро росло красное пятно. Где-то там рядом бешено ухало сердце, а Гера прислушивался к себе, чувствуя, как стремительно слабеет — не задета ли аорта? Как долго он сможет простоять? Можно ли выдернуть нож, или так станет только хуже?
— Ты вообще не человек! — сквозь плотный туман в голову закрался гулкий голос. Гера поднял на него взгляд, едва различил мутный силуэт. Ноги подкашивались. Кажется, аорта все-таки задета.
— Ты — монстр! Чудовище! — фигурка попятилась назад. Назад!
— Са… — Гера закашлял. Он с радостью бы объяснил, что просто не чувствует боли, но что ему на самом деле очень плохо и он скоро обязательно умрет, предупредил бы Сашу об опасности, но с кровью, булькающей в глотке, не получилось говорить. Алые брызги окрасили снег в крапинку, кашель душил, остановиться не получалось, и, наверное, со стороны он и правда походил на редкостного монстра.
— Монстр, ты монстр, бесчеловечный, жуткий монстр! — продолжал визжать участник.
Из последних сил Гера подался вперед.
Наверно, зря. С истошным визгом Саша отскочил назад, и… резко исчез с обзора. Гера не сразу понял, что произошло. Кашляя, под затихающий вопль, который, однако, еще долго отдавался эхом что в голове, что в горных пиках, он рухнул на колени. Пополз к обрыву. Метрах в пяти обмяк, царапнул наст ногтями, закрыл глаза и, за мгновение перед тем, как окончательно забыться, вспомнил, что до сих пор не послал сигнал тревоги, а перенастроить чип, конечно же, забыл.
— У вас без происшествий?
— Нет, — хором ответили Рома, Кира и Воля. — Его нашли?
— Разыскиваем, пока безрезультатно… а Гера не у вас?
— Гера?
— Да, Гера. Мне не получается с ним связаться. Он кабинет зачем-то отключил. И Саша тоже. Так он у вас?
В ответ Эн ничего не услышал.
— Вы ведь его предупредили? Предупредили, да? Скажите, что он в курсе!
— Ну, как тебе сказать… — промямлил Рома.
— Ребят, ну как же так? — раздосадованный Эн прервал трансляцию. — Все, я так больше не могу. Да чтобы я еще раз взял на себя эту ношу, все население, как дети!.. Так, Вэра, быстро всем сюда! Оперативников направьте к пещере Геры. Туда же медиков. Ну быстро, быстро!
— С чего ты взял, что именно туда?
— Он никогда, ни разу от меня не закрывался. А сейчас его кабинет исчез. Ты понимаешь, что это значит? Понимаешь? А ведь он чип наверняка так и не перенастроил, он же самонадеянный и самый умный, да чтоб его!.. А если поздно? Вэрочка, а если уже все?
— Ну Энчик, держись. Найдем мы твоего Геру. Найдем, и он тебе еще крови не один литр попьет.
— Честно?
— Конечно. Ну же, леопардик, не реви. Все будет хорошо. Ребята! Срочно тащите успокоительный раствор! — в сторону проорал Вэра. — Эннуля. Смотри на меня. Сейчас мы найдем твоего Геру. А потом все полетим в тайгу. Забудем эти планетные проблемы, будем ползать по болоту и собирать морошку. Заблокируемся, само собой, от всех, чтобы никто не отвлекал. И клюкву соберем. Полное ведро! И если ты опять выдвинешь свою кандидатуру, то голосовать я за тебя больше не буду. И всех подговорю, чтобы никто не голосовал. И будешь ты сидеть дома, и ягоды сушить. Понятно?