Мы приземлились. Декан кивнул — экзамен сдан.
Расписался в зачетках, задумчиво погладил длинными пальцами гладкий подбородок, а потом заговорил:
— Чего-то я в этой ситуации не понимаю. Я стребовал с вас программу четвертого курса, и вы ее выполнили. И что прикажете с вами делать?
Я улыбнулась:
— Только не надо переводить нас на четвертый курс! Столько экзаменов нам экстерном не сдать! А вот о третьем после зимней сессии можно будет подумать…
Сероглазый лорд покачал головой. Вздохнул, снова взял наши зачетки и вписал в них сдачу экзамена по «источнику» за третий курс.
На прощание мы договорились о сдаче «Основ видов магии» в конце недели и «Законодательства Тер-Шэрранта» через десять дней. Честно говоря, в разумности последнего шага уверенности у меня не было. Если мы попадемся той же комиссии, нас на ленточки располосуют и бантиков из них навяжут.
«Не бойся, я его знаю. Если засыплешься, подскажу».
Я гордо задрала нос — вот еще, не хватает пользоваться этой белобрысой шпаргалкой — сама выучу!
Ар вздохнул: «Не видать мне беспомощной невесты…»
«Ага, если б тебе была нужна такая, ты б уже лет двадцать окольцованным ходил», — хмыкнула я.
Тиану ждал в парке с кипой свертков для Мирики и бутербродами для голодных нас. Болтая и закусывая на ходу, мы двинулись к студенческому общежитию. Три корпуса — два для парней и один для девушек — стояли за парком на отшибе, в отдалении и от города, и от башен. Задвинули их сюда не просто так — именно здесь был эпицентр всех студенческих хулиганств и безобразий. Тут по ночам летали «привидения» мужеского пола в простынях, заглядывающие к визжащим девчонкам в окна, бегали невиданные зверушки психоделических тонов с нестандартным количеством лап, хвостов и крыльев. Один раз какой-то умник прочел детскую сказку про молочную реку с кисельными берегами и воплотил этот гастрономический кошмар в жизнь — на следующий день все не умеющие летать студенты опоздали на занятия, потому как влипли. В самом прямом смысле слова.
За порядком в этом сумасшедшем доме предписывалось следить старшекурсникам и дежурным преподавателям с каждого из факультетов. Но, как показывала практика, они чаще принимали участие в различных непотребствах, чем их пресекали. Когда к ректору Академии лорду Барракшу в очередной раз приходила делегация из мэрии Галарэна с жалобой, что поутру по рыночной площади опять бродило стадо розовых бегемотов с сидящими на них мороками голых девиц, тот гладил пальцами подбородок, кивал, обещал принять меры… и оставлял все как было.
— Бель! Свяжись с Мирикой, узнай, где она сейчас.
— А что, в общежитии спросить нельзя?
— Можно. Но вот нужно ли?
— Ти, ты о чем?
— Подумай сама. К девушке ни с того ни с сего начинают ходить эльфы — одна женщина и двое мужчин. Что бы ты подумала?
Я вздохнула.
— Интрижка. С одним из эльфов. И после этого Мирику, которой и без того нелегко, могут начать шпынять. И из вредности, и из зависти, что внимание обратили именно на нее.
— Ну вот, я и предлагаю либо пройти под покровом невидимости, предварительно узнав, где ее комната, либо влететь в окно. Тоже под пологом. Зачем привлекать к ней лишнее внимание?
Мирика жила на пятом этаже и была сейчас одна. Я договорилась, что она откроет окно и нам помашет. Через пару минут мы влетели в раскрытые створки и, скинув заклинание невидимости, «возникли» посреди комнаты. Вообще, комнатой назвать эту клетуху было сложно. Восемь локтей в длину от двери в одном конце до окна в другом, крохотный душ у выхода, две неширокие кровати, письменный стол у окна с двумя стульями рядом и книжные полки по всем стенам. А куда они одежду прячут? Ага, вот какие-то дверцы прямо в стене. Наверное, туда.
Хозяйка кельи — так называли эти апартаменты студенты, — малость обалдев, захлопала глазами. К повседневной магии девушка, похоже, еще не привыкла.
— Вы летаете? И умеете становиться невидимыми? Ой, простите, добрый день! — Мирика сделала реверанс.
— Добрый день! — отозвалась я. Именно мне предстояло вести разговор. — Рассказывай, ты уже была у декана?
— Да, спасибо вам! И теперь все очень хорошо! Я буду работать по вечерам в библиотечном архиве. Там платят больше, а еще есть возможность учиться. — Мирика сияла.
— Вот и отлично! — улыбнулась я. Потом повернулась к женихам: — Вы не полетаете полчасика где-нибудь? Нам надо поговорить о своем, о девичьем.