«Они в основном на Шао ставят!» — чуть не сбив меня с плавного шага, сообщил Шон.
Вот счастье, что мы не голосованием решаем, за кого мне замуж идти!
В ответ на мою мысль поймала довольный смешок Ара. Неужели он до сих пор ревнует?
«Ревную. Этот бронзовый уже подъезжал к Ти с вопросом, нельзя ли присоединиться к нашему гнезду. Мол, если Шону можно…»
«Он думает, что мы с Шоном тоже?» — захлопала я глазами.
«А ты помнишь, он видел его, выходящего утром из спальни?»
«Ох… И вправду было…» — мелькнула в памяти Шонова полосатая пижама.
«Бель, ты так мило краснеешь! Прямо настоящая невеста!»
Еще и издеваются? Вот скажу «нет!» Или, нет, сейчас скажу «да», а вот позже — «нет»!
Пока продумывала планы страшной мести, как-то незаметно оказалась наверху, перед алтарем. Протянула левую руку Тиану, а правую — Ардену. Друзья женихов и подруги невесты отступили в стороны, чтобы не мешать людям видеть происходящее.
Народ на площади взвыл. Ясно — все ставили не на того, кого надо. Интересно, а сколько выиграл Шон?
«Бель, ну вот о чем ты в такой момент думаешь?» — укоризненное Ара.
«Четыре тысячи!» — отозвался издали Шон.
«Я вас люблю…» — вздохнула я.
«И мы тебя!»
— Вы подойдете к алтарю, наконец? — вопросил озадаченный нашим столбняком Арисий.
Все же Арисий счел необходимым произнести вступительное слово про традиции древних народов в целом и семьи тер Калариан в частности. Спасибо прабабушке — великая Императрица Рамин была неотделима от имперской истории, и ссылка на ее деяния могла б придать легитимность чему угодно — хоть обычаю бриться наголо, носить на голове медный таз или хлестать грог пополам с ромом по утрам… В целом же речь оставила впечатление, что Арисий всерьез опасается, что паства скучкуется по трое и пойдет жениться. Соображать на троих, так сказать. А что? — народный обычай.
Втолковав слегка разочарованной публике все насчет богов и касательно быков, Настоятель обратился к нам. Я слушала о семье и долге, обязанностях и детях, общих радостях и горестях, кивала в нужных местах, а сама тихонько рассматривала стоящих рядом со мной эльфов. Безупречный гордый профиль Ардена, украшенный моей диадемой, волна сияющих светлым серебром волос ниже пояса, белоснежный с бриллиантовой и изумрудной россыпью камзол. С-ума-сойти-какой-красавец! И Ти не хуже — высокая, по-юношески гибкая, фигура, облаченная в серебряный наряд с россыпью синих, как его глаза, сапфиров. Светлое золото хитро заплетенных волос, неизбежная диадема на лбу и улыбка, от которой сердце замирает, а потом начинает биться, как пойманная птица. За что мне такое счастье?
«Они — наша добыча!» — серьезным голосом сообщила Нара.
Вот уж у кого нет ни тени сомнений в правильности происходящего. Этой сколько ни дай, она только спросит: «Это там мое что такое?». Очень здоровый подход к действительности. Бережет психику, ага.
Прикусила губу, чтоб не хихикнуть, и преданно уставилась Арисию в лоб. И тут же заморгала. Интересно — мне кажется, или над его левым плечом воздух как-то странно мерцает? Присмотрелась повнимательнее — из пустоты, проявляясь как радуга в небе, проступила висящая позади Настоятеля юная дева — рыжекудрая особа со смеющимися зелеными глазами, задрапированная во что-то вроде белой простыни. Очень оригинально! Эта даже Шонову черную хламиду переплюнула.
Особа поймала мой взгляд и подмигнула.
Интересно — судя по отсутствии реакции Ти и Ара и остальных, видела девицу в простыне я одна.
«Шон! Посмотри на Арисия! Ничего не замечаешь?»
«Нет. А что с ним?»
«Привет! Он не видит. Сейчас видишь только ты. Я — Лариша».
Богиня удачи? Та, которой я ставила свечу всякий раз, заходя в Храм? Она существует?! Ну и ну!
«Существую, — рыжая засмеялась, прищурив хитрый глаз. — Ты же спрашивала Настоятеля про человеческих богов? Вот меня послали. Хотя, если честно, я сама попросилась — ты мне нравишься. И за свечи спасибо!»
«А зачем тебя послали?»