Арден преподнес мне свой подарок – удивительной красоты брошь в том же стиле, что и моя любимая драколилия. Их можно было носить вместе, как ансамбль – цветок и изящно закрученный лист, украшенный дивными, баснословной ценности радужными бриллиантами. Связана безумная цена была с тем, что изготовить радужные камни при помощи магии не удалось еще никому, а в природе они встречались крайне редко. Арден добавил, что это украшение – аналог драколилии, только для связи с ним, а не с Тиану. И что если я к ней прикоснусь – он почувствует.
Оглянулась на жениха, что скажет он? Ти улыбнулся и кивнул.
Я поблагодарила и приколола брошь на ворот, погладив ее рукой – Арден повел плечами и тоже улыбнулся.
– Ар, а что с ней будет, если я превращусь в единорога? Пропадет?
– Нет, что ты! Я заколдовал и ее, и твою драгоценную драколилию так, чтобы они повисли на твоей длинной цепочке. Так что просто не забывай ее носить.
Потом мы снова пели, танцевали, кажется, играли в салочки на лету, гоняясь друг за другом вокруг ратуши. Кто приволок меня домой – не знаю, потому что в какой-то момент я просто отрубилась. Завтра надо проверить, стоит ли на месте ратуша. Надеюсь, еще стоит.
Подняла голову – похоже, как парни прилетели, так и попадали. А именно на мою безразмерную кровать. Моя голова почему-то лежала на животе Шона, Арден счастливо сопел, уткнувшись мне в шею, а Ти крепко держал за ногу. Должно быть, чтоб не улетела…
Я захихикала – видел бы нас сейчас лорд Регент!
Мелькнула мысль – не устроить ли парням сеанс коллективной левитации вроде вчерашнего – чтоб не расслаблялись, благо мы все уснули одетыми. Но было лениво, и очень хотелось спать.
Зевнула, завозилась, устраиваясь поудобнее, и провалилась в сон.
Глава 26
Когда я утром разлепила глаза, оказалось, что мы с Ти остались уже вдвоем. Арден и Шон смылись, пока я спала, резонно решив, что вряд ли я буду рада их видеть поутру в своей кровати. Голова трещала, как спелый арбуз. Привкус во рту наводил на мысль о переночевавшей там лягушке.
– Ага, – зевнул помятый Ти, – хорошо погуляли. Ну и как тебе одна из прелестей взрослой жизни – похмелье?
Если и остальные «прелести» таковы, то, может, стоит притормозить в росте? Положила пальцы на виски и занялась самолечением. Полегчало, спасибо учившему меня целительству Ару.
Потом подтянула колени к подбородку и пригорюнилась – голова прошла, но послепраздничная хандра осталась.
– Ти, вот у других моих сверстниц в таком возрасте дети растут уже, а не как у меня – драконица. Я, по имперским меркам, скоро старой девой считаться буду! Ти, ты женишься на старой деве?
– Ну, если старая дева согласится выйти за несчастного эльфа с ревматизмом и больной поясницей… – иронично поднял бровь жених.
– Ти, откуда у тебя – ревматизм? – не поняла я. Вчера на крыше, что ли, продуло?
– От холодных ежеутренних душей! – буркнул эльф.
– А зачем? – удивилась я еще сильнее. – Закаляешь тело? – Мне бы в голову не пришло после теплой постели добровольно лезть в холодную воду.
– Закаляю. Характер. Лучше не спрашивай!
Ну вот, опять у нас маленькие мужские тайны. Честно говоря, надоело. Я решила сегодня же узнать у Шона, что бы все это значило. Взъерошенный маг не считал, что меня надо оберегать от информации, не предназначенной для моего возраста. Похоже, ему вообще было глубоко фиолетовы и мои годы, и мой пол. Маг полагал, что либо у человека есть мозги, либо нет. А сколько именно лет они мариновались в черепной коробке – совершенно неважно.
Пакостное настроение просто требовало измыслить и устроить какую-нибудь гадость. Обвела комнату нехорошим взглядом. Глаза сами сфокусировались на стоящих на комоде пудренице с миндалем и розовой коробке с цукатами от озабоченных матримониальными планами лордов Роуэна и Шэрна.
– Ти, а сила приворота зависит от количества потребленного зелья?
– Да. А что ты задумала?
Я мерзко улыбнулась.
– Хочу накормить обоих лордов их же конфетками. До свадьбы или дипломатического скандала доводить не будем, а вот если они прилюдно друг другу начнут строить глазки и держаться за ручки, будет забавно.