– Что ж, тогда развлекайтесь, а нам пора, – отозвался декан, махнув рукой Тайраху.
Оба исчезли в мгновение ока. А мы остались развлекаться. Правда, как именно, мы еще не придумали. Да и ходить-бродить нигде не хотелось.
Облюбовав спокойное местечко, просто завалились на траву. Меня мучила одна мысль, и я поспешила ее озвучить, дождавшись, когда Гиэр окончательно придет в себя.
– А ты видел или чувствовал присутствие кого-то невидимого?
– Да, это как… не знаю, словно дуновение воздуха, проекция, сгусток энергии, – попытался объяснить друг. – А еще дыхание. И мои обостренные чувства. Вот как твоя интуиция, так я ощущаю присутствие незримого.
– А ты? – обернулась я к Ягану. Насколько помню, он тоже прислушивался и насторожился.
– Шорох. И по моему щиту скреблись, словно хотели подобрать ключ и открыть дверь. Неприятное чувство, – поморщился юноша. – Хуже, чем копошение в голове.
– Ясно, но теперь мне интересно, как смогли снять щит с Гиэра и почему не получилось больше ни с кем другим. Уверена, они пытались… – Я задумалась, пробуя снова перестроиться на магическое зрение. – К тому же хотелось бы знать, отчего я сама этого не ощутила.
– Этот вопрос волнует не только тебя, – вздохнул мне в унисон Итиар. – Самое странное, что ко мне не лезли, во всяком случае, я ничего не чувствовал.
Я кивнула. Кстати, а почему на этот раз моя интуиция смолчала? Да и я вообще ничего не уловила. У меня вдруг мелькнула догадка, но поделиться ею я могла только с Тайрахом, а он поторопился сбежать. Может, завтра успею у него вызнать, иначе у нас могут быть неприятности. Точнее, у меня.
– А все-таки эти вэлласийцы гады редкостные, – подвела итог Верта. – Не возьму в толк, почему перед ними все так скачут? Вон, даже жюри уже заранее настроено на их победу. В вашей схватке лишь присутствие королевской четы не позволило членам комиссии смухлевать. А то бы точно нашли, к чему придраться, чтобы присвоить баллы тем, кто их не заслужил.
– А мне жаль их капитана – два раза получить… хм… ниже пояса… Ему же больно, наверное, – тихо прошептала стихийница.
Я вытаращила на нее глаза, не в силах понять, с чего вдруг она вздумала жалеть тех, кто нас едва не победил нечестным способом.
– Это ты сейчас пошутила, надеюсь? – грозно глянула на девушку Верта.
Но я, оценив взгляд – томный, с примесью желания и кокетства, поняла: нет, это не было шуткой. Кажется, кто-то влюбился с первого взгляда. Вот что делает чужая красота, пусть и только наружная.
– Она не шутила, – жестко отчеканила я, качая головой. – И теперь остается надеяться, что у нас не возникнет проблем.
– Не будет никаких проблем, – серьезно пообещала Кэри. – Мои чувства только мои, они вот здесь. И никак не отразятся на нашем поединке.
– Как можно было влюбиться в это… – Боевик запнулся, не став продолжать, потому что Кэри на него так посмотрела, что даже мне не по себе стало.
– У каждого свои запросы и пристрастия. А чувства… Мы не знаем, насколько они настоящие, – вдруг сообразила я. На меня посмотрели удивленно, я же поторопилась развернуть свою идею: – Ну а что? Смотрите, вдруг на девушек они воздействуют именно магией очарования? И если смогли снести щит Гиэра, то почему бы не избавиться и от щитов девушек?
Я посмотрела на Нилу, она ответила мне открытым взглядом, показывающим, что никаких эмоций не испытывает в отношении наших главных соперников. Данный факт порадовал, но стоило разобраться, что же делать с Кэри.
До самого ужина мы обсуждали команды соперников, делились наблюдениями. Это оказалось довольно познавательно, а главное – помогло выявить сильные и слабые стороны адептов. То, что не заметил один, не укрылось от второго.
На ужин шли, готовые к завтрашнему туру. Кое-какие наметки касательно нашей тактики боя, или что там придумают для нас распорядители, уже имелись. А в столовую явились едва ли не последними. Быстро окинув стол вэлласийцев, заметила сидящего капитана. Он был хмур и даже, как мне показалось, стал ниже ростом. С него словно слетела напускная бравада. Ага, так вот чья сила теперь у братца. Как же завтра этот выскочка станет сражаться? Судя по тому, что я сейчас видела, без своей темной сущности он никто, слабый маг, ни на что не способный. А Тайрах точно не станет отдавать свой трофей до конца турнира.
– Чего уставилась? Понравился? – вскинулся капитан.
Я усмехнулась:
– Как может понравиться тот, кто представляет жалкое зрелище? Не льсти себе. А в следующий раз, если сунешься к нам, останешься еще без чего-нибудь, – мстительно пообещала парню.
Он дернулся было ко мне, но его товарищ с ободком на голове положил руку тому на плечо и мотнул головой. С другой стороны к самовлюбленному выскочке приблизился тип в очках и тоже, положив ладонь на второе плечо, сжал его.
К нам резко потеряли интерес. Мы разместились за столом. Несколько раз я ощущала на себе воздействие. Нас пытались прощупать, снова пробить щиты, атаковать ментально. Каждый раз у меня по телу бежали мурашки, но я старалась делать вид, что ничего не замечаю.
– Как же они меня достали, – зашипел сквозь стиснутые зубы Витар.
– Не одного тебя. Посмотри в зал, сквозь зеленый просвет можно увидеть, как колбасит ведьм и драконов. К сожалению, шеорийцев не видно, но уверена, с ними то же самое творится, – удрученно изложила я свои выводы. – Не только нас пытаются поработить, но и с остальными шутки шутят.
– Придушил бы собственными руками. – Боевики переглянулись между собой, сжав кулаки, да так, что даже кости захрустели.