Точно, лежит на камнях и истекает кровью.
– А, когда захочу, вернусь?
– Да, когда, захотите, вернетесь. Для проведения дальнейших тестов и обследования вашего физического и психологического состояния, нам нужно получить ваше предварительное согласие.
– На переселение в другой мир?
– Да.
Это загробный? Странно, что туда приглашают.
– Я умираю?
Гости молчали, смотрели вопросительно.
– Я уже умерла?
– Вы живы, насколько я понимаю. Показатели вашего здоровья в относительном порядке.
Они странно говорили и странно себя вели.
Но, если это сказка, шутка воспаленного воображения, почему бы не пойти с ними? Главное ведь не очнуться на камнях, когда тебя, возможно, уже едят, главное, ничего не чувствовать.
– Так вы согласны?
Алеста еще раз обвела взглядом темные бревенчатые стены, низкий потолок, «воображаемых» гостей, подумала о том, как это хорошо, когда в теле не больно, и кивнула.
– Согласна.
Часть 2. Мир Уровней
Глава 7
Уровень 2.
Город Ринсдейл.
Полгода спустя.
Утро началось хорошо: с маленькой кухни, зеленых кленов за окном и шума дождя по густым кронам. Капли по подоконнику, свежий ветер в форточку; ароматно пах свежезаваренный кофе.
Алеста достала из холодильника сыр и масло, положила на блюдечко два хрустящих хлебца, расстелила под блюдцем бумажную салфетку, расслабленно втянула воздух – тишина, выходной – и приготовилась завтракать.
Утро и продолжилось бы хорошо, если бы минуту спустя в кухню не прошлепала бы босыми ногами Хлоя, не уселась бы, одетая в растянутую футболку и короткие шорты, на соседний стул, не скорчила бы недовольную гримасу.
– Я опять видела его во сне, представляешь? Он ждет меня там, ждет. Скажи, а тебе еще долго?
Аля знала, что все это означает.
«Долго?» переводилось во фразу «ну, сколько же ты провозишься? Я ведь страдаю без него, я умираю, неужели тебе все равно?». «Его» означало Тима, а «снова видела его во сне» приравнивалось к целому дню страданий, ибо, если сегодня Хлоя останется дома, она примется ежеминутно допекать Алесту душевными муками, состоящими из фраз: «Я должна попасть на третий. Обязательно должна, потому что это – любовь, а любовью не раскидываются. Даже если ты не любила, ты должна понять…»
– Аля, пожалуйста, ну, сделай это уже…
Сыр и хлеб вдруг потеряли свой вкус, аппетит пропал, даже цветастая салфетка, до того радовавшая глаз, превратилась в обычный кусок аляпистой бумаги с некачественно пропечатанными красными цветами. Блюдце было отодвинуто в сторону, кофе горчил.
– Ты не понимаешь: даже если я расшифрую эту бумагу, может оказаться, что это вовсе не место расположения тайного перехода на Третий, а всего лишь набор из идиотских знаков, ерунда.
– Но это же шанс! Ты сама говорила – скорее всего, переход!