Я вбежала в лес, не понимая, что кричит Лара, и даже не пытаясь понять. Это было моей фатальной ошибкой…
— Тпр-р-р, — прозвучало одновременно с нескольких сторон.
Я испуганно шарахнулась назад, но дорогу к отступлению мне перегородил всадник на лошади. Их было пятеро, не исключено, что больше. Все как на подбор — молодые и бравые парни. Три темноволосых и два светленьких. Одеты вычурно, непривычно для моего взгляда. У всех черные кожаные брюки, но рубахи разных цветов, на плечи наброшено что-то вроде пиджаков или жакетов. Военные, что ли? Вот не повезло.
Я подозрительно осматривала мужчин, те с интересом глядели на меня. Баб, что ли, никогда не видели? Дикий народ! Лариса спряталась в ветвях ближайшего дерева, да так, что только глазки-бусинки видно было. Играть в шпиона птице явно нравилось.
— Иш гляйн туру мисси Виолетта? — спросил по виду самый старший, пристально разглядывая меня.
И тут меня осенило — местный язык я не понимаю! Ой, мать, все, приплыли. Сушите весла, связывайте канат. Канат для повешения, да… Я-то, наивная дурочка, полагала, что если понимаю Ларису Ивановну, то и с местными проблем не будет. Адаптацию, так сказать, прошла, гугл-переводчик в мозг закачали, все хорошо. Не тут-то было.
— Мисси? — уже более требовательно прозвучало от того же светленького.
Чего он хочет-то? Какая «мисси», какая Виолетта, какой «гуляйн», или что он там сказал? Мысли панически прыгали, я пыталась придумать выход из ситуации. Мужчине надоело ждать, он спрыгнул с лошади и двинулся ко мне. Я испуганно попятилась от него, активно замотав головой. Не надо ко мне подходить! Стой на месте, кому говорят!
— Мисси Виолетта, иш гляйн цварк! Мисс Лионель ати миссас Дамина диаргон шляйн ваыник зварк! Хвасти фыфырик!
Пока светловолосый пытался схватить меня за руку, а я очень активно мешала ему в этом, остальные с интересом наблюдали, перебрасываясь непонятными фразами.
— Мисси Виолетта?
— Дроган унгриг мисса Лионеля.
— О-о-о!
— Мисси Виолетта прогринг диаргон ваыник. Хвасти фыфырик!
Я бросилась от него, он — за мной. Съеденный хомяк давал о себе знать — у меня болел живот, и мужчина был проворнее меня. Когда ему удалось схватить меня за руку, выглядел он неприлично гордым собой. Мальчишка!
— Отпусти меня, урод! — выкрикнула я после того, как мужчина больно дернул меня за руку. — Кто так с женщинами обращается?!
— Мисси Виолетта? — удивленно спросил лось в кожаных штанах.
— Какая я тебе «сися Виолетта», я Лиля, больной придурок! — вырвав руки из его захвата, прошипела не хуже змеи. — А еще раз меня сисей обзовешь, я сама тебе по сисе дам, понял меня?! — грозно просипела, потирая ушибленную руку.
Все пять мужчин уставились на меня как на больную. Очень-очень душевно больную. С удивлением и сочувствием. Складывалось ощущение, что еще немного — и они начнут рыдать, жалея меня, непутевую.
Лариса, до этого тихо сидевшая в укрытии, вылетела из веток дерева стремительнее пули. Мужчины вышли из ступора, похватались за мечи, которые я, признаться честно, не заметила, и попытались зарубить мою храбрую подругу, нападавшую на них. Но куда им до Ларисы Ивановны?! Она успевала уклоняться и ранить покусившихся на меня когтями и клювом. Я в это время предприняла попытку к бегству, неудачную, надо сказать. Аборигены не теряли бдительности даже во время боя. Один из них снова схватил меня за руку и оттолкнул в сторону, к лошадям. Еще и пробурчал что-то, что я распознала как типичное мужское «Сиди тихо и не высовывайся». Мужлан!
Я показала ему неприличный жест из трех пальцев, в надежде, что посылы в неприличные места во всех мирах одинаковые. Надежды не оправдались, «защитник» оказался глух к моим потугам. Я даже немного обиделась. Ну ничего, этот мир еще узнает силу великой фигуры из трех пальцев!
— Лариса! — испуганно воскликнула, увидев, как одному из уродов все-таки удалось схватить мою подругу за крыло.
Я ринулась на помощь, и все пятеро снова удивленно уставились на меня, явно не понимая, почему я пытаюсь освободить птицу, которая напала на них, и что я лепечу на непонятном им языке.
— Отпусти ее! Ты делаешь ей больно!
Ларису удерживали за оба крыла, вывернув их в неестественном положении. Ей явно было больно, но она все равно отчаянно пыталась клюнуть или хотя бы поцарапать своего мучителя.
— Мисси Виолетта, арка правиро унисвали! — уверенно сказал один из мужчин, встряхнув рукой, в которой была зажата Лариса. — Правили унисвали. Шцули!
Я замотала головой, силясь донести, что Лара не опасна и вообще она пыталась меня защитить. Потом, немного подумав, привлекла внимание того самого светловолосого, решив, что он в их компании идиотов — главный идиот, и схватила его за рукав вызывающей красной шелковой рубахи. Он обернулся и вопросительно приподнял идеальную правую бровь.
— Виолетта? — спросила я, указывая на себя пальцем.
Мне подарили обворожительную улыбку и старательно закивали головой. Дескать, да, ты — Виолетта, дорогая моя, а не Лиля, как все эти двадцать пять лет считала.
— Виолетта, — еще раз указала на себя пальцем и утвердительно кивнула.