— Упокоевай давай! — гаркнул рослый паренек, наваливаясь на коня с одной стороны, будто желал его оседлать.
— Да я не умею, — призналась нехотя, но тут конь замер, наконец-то увидев меня.
И вот его воинственный вид мне как-то сразу не понравился. Я даже осторожный шажок назад сделала, пытаясь отыскать для себя пути отступления. Посему выходило, что бежать сподручнее всего мне было в сторону леса, потому что с противоположной стороны, словно на представление, собирались зеваки.
Я даже не моргала, ожидая от коня подвоха, и он не заставил себя долго ждать. Одним единым движением он раскидал повиснувших на нем некромантов и припустил ко мне с неизвестными намерениями. Ну, я и сиганула от греха подальше. Так сиганула, что почти добежала до елок, которые толпились, будто забором окружая лес. Почти.
Мне оставалось каких-то пару метров, когда я нелепо споткнулась о корягу, торчащую из земли, и полетела вперед, размахивая руками. Даже на спину повернуться успела, отчаянно застонав, но конь будто только этого и ждал. Всем своим немалым весом он рухнул на землю как подкошенный, тогда как его немаленькая голова разместилась у меня на животе. Так нас и застал ректор академии.
— Аристель Релти, — протянул он со вздохом. — И почему я не удивлен?
— Вы все еще можете отправить меня домой, — ответила я, пытаясь высвободиться из несанкционированного захвата.
— И не надейтесь.
Коня моего упокоевать лорд Эсенджер, к моему великому удивлению, не стал. Сказал, что это мое личное наказание и я обязана до конца первого полугодия научиться его упокоевать самостоятельно. В противном же случае ждет меня кладбище и два наряда вне очереди. Эх, где наша не пропадала? Но да. Ночью на кладбище мы пока не бывали.
Вместо того чтобы вернуться в свою новую комнату, мне пришлось тащить упертую животинку в сторону одного из амбаров, которые были специально построены для содержания в них нежити. Что уж скрывать, чем больше я приближалась к серым корпусам, тем страшнее в ночи становились вои и хрипы. И уже не я тащила коня, а он лихо приплясывал в сторону амбара, совсем не замечая того, что я изо всех сил упираюсь, не желая встречаться с какой-то другой нежитью, которая наверняка не будет такой дружелюбной, как моя.
— А если они нас съедят? — в отчаянии воскликнула я, стараясь сдержать пыл и нрав скотины.
— Пффрр! — не собирался слушать меня конь, изрядно насмехаясь над моими небезосновательными опасениями.
— А я тебе говорю, не пойду! — упиралась я сапогами в землю.
Но кто я против этой любопытной животины? Так, букашка. По силе уж точно. Ему ничего не стоило вырвать веревку из моих рук и протрусить к амбару так, будто он прекрасно знал, куда, а главное, зачем он идет. Никакого почтения к необученным некромантам!
— Никакого почтения к необученным некромантам! — сокрушенно повторила я вслух, будто конь устыдился бы и вернулся, услышав меня.
Но услышал меня кто-то другой.
— Так-так-так… И кто же это тут совсем один? Никак маленькая некроманточка… — протянули за моей спиной до дрожи знакомым голосом.
Обернувшись, я смерила любителя чугунных сковородок насмешливым взглядом и тяжело вздохнула, вспомнив, что оружие массового поражения так и осталось спрятанным в тумбочке. Надо бы с собой его носить почаще. Глядишь, и поумерят некоторые свой пыл.
— Так-так-так… — передразнила я его, не двигаясь с места. — Тебе, значит, одного раза было мало? Хочешь еще разок сковородой по голове получить?
— О, нет. Я хочу кое-чего другого. Знаешь ли, я подумал и решил, что принимаю твое лестное предложение и, так уж и быть, возьму тебя второй женой, — начал он надвигаться на меня, а я опасливо оглядывалась по сторонам в поисках подмоги.
— Ишь ты, губу раскатал. Сейчас вот как закричу, мало не покажется! — пригрозила я, тогда как от страха сердце бухало где-то в пятках.
— И? Ну закричишь ты, тебе же хуже, — продолжал он свою неспешную прогулку. — Мне никто ничего не сделает, а вот тебе… Думаешь, желающих мало? Соглашайся. И тогда, так уж и быть, будешь жить в самом дальнем поместье.
— Ох и расскажу я о твоих словах Арелии, — попыталась я зайти с другой стороны.
— Насмешила, — усмехнулся он, в один миг сокращая меж нами расстояние.
Я оказалась прижата к воротам одного из амбаров, что стоял ближе других, и створки его, в отличие от тех, куда прошмыгнул мой конь, были заперты. Оттуда раздавалось утробное рычание, и совершенно точно я могла сказать, что кто-то устрашающе скребся когтями о стену.
И вот почему-то тот, кто был заперт в этом амбаре, по сравнению с Ародом показался мне куда привлекательнее.
— Сдавайся, Нара. И тогда я не стану обвинять твоего отца в нападении на меня… — протянул он, едва ли не прикасаясь губами к моей щеке, тогда как его рука ловко заправила мне за ухо выбившуюся прядь в каком-то несуразном сейчас рвении.
Угроз в сторону отца я стерпеть уже не могла.
Глава 6: О бальных платьях и любопытных умертвиях
— Ах ты, умертвие костлявое! — прокричал Арод, когда моя коленка все-таки угодила ему… В общем, угодила в самое интересное место, за которое, подвывая, он сейчас и держался.