Его поцелуи — губы, веки, щеки, нос — они были так же необходимы, как воздух. Он сам был моим воздухом, моей жизнью, моим смыслом. Щемящая нежность — до слез, до спокойствия в моей душе, до умиротворения.
— Ты моя… — шептал он, осыпая легкими поцелуями мой подбородок. — Не сбежишь. Никогда не сбежишь…
Не способна была на ответ. Не способна была просто открыть веки. Меня хватило лишь на улыбку. И именно с ней я провалилась в сон.
В котором ощущала его крепкие объятия.
В котором слышала нежные слова о любви.
Я проснулась не от привычного воя. Видимо, бедный волк за эти месяцы уже просто устал выть и к Темному Богу сорвал себе голосовые связки. Нет, я проснулась, ощущая на себе пристальный укоризненный взгляд, который вознамерился проделать во мне дыру.
Осторожно приоткрыв один глаз, я мигом подскочила на постели, потому что находилась не во дворце, не в спальне Ролта и даже не в его объятиях. Я снова каким-то образом оказалась в своей комнате в Королевской Военной Академии, но… Понимала, каким именно. Об этом красноречиво говорили огненные геоскии, которыми буквально была завалена моя постель. Собственно, именно в их окружении я и проснулась, тогда как около моей кровати на полу беззаботно стояли несколько коробок, перевязанных красными ленточками. А вот на коробках…
— Ну наконец-то ты проснулась! — возмущенно воскликнула Софка. — Мы уже устали на тебя смотреть! Живо собирайся и уматываем отсюда!
— Дайте поспать, выходной же! — заворочалась Вора, но, перевернувшись на другой бок, мигом подскочила с кровати. — Ни хо-хо себе хо-хо! Это от кого?
В следующие полчаса меня пытались с пристрастием допросить, но я лишь отмалчивалась и загадочно улыбалась. Все, что для меня вчера купил ректор академии, я без сожаления отдала девчонкам на съедение. И, пока их рты были заняты, быстренько смоталась в ванную, потому что ночь уже прокатывалась по небу, грозясь забрать его в свое единоличное пользование, а значит, совсем скоро начнется бал.
Софка и Угук забрались в ванную комнату вместе со мной. Под их укоризненными взглядами я читала записку, которую нашла в одной из коробок вместе с роскошным белоснежным бальным платьем:
Глупо улыбалась. Витала где-то высоко над облаками и не могла не улыбаться, прижимая к себе листок бумаги. Безумие какое-то, но до чего приятно. Он появится, он решит мою проблему. И не отпустит — верила, больше никогда не отпустит.
— Похоже, пациента мы потеряли… — со вздохом сообщила Софка.
— Угу, — согласился с ней паучок, повисая на паутине на уровне моего лица. Заглядывал мне в глаза, но я лишь чмокнула его в мохнатую голову, вынуждая уставиться на меня как-то неверяще.
— Софка-а-а… — танцевала я по ванной комнате, прижимая к себе платье. — Он такой…
— Бессовестный! — постановила моя хвостатая подруга. — Он нас вчера вырубил! Еще и из кабинета выходить не разрешал, а я ведь волновалась! И будить тебя запретил, зар-р-раза некромантская!
— Вообще зараза, — протянула я, усаживаясь на край ванны.
— Беги, дура! — вновь воскликнула она, поднимаясь на две лапы. — Ты хоть знаешь, кто он?
— Да мне все равно! — весело ответила я, аккуратно складывая платье обратно в коробку и включая воду. — Все потом!
— Да ты же самого главного не знаешь! Я вчера так тебе и не рассказала, что услышала! — нагло заглянул серый комок за шторку. — Сегодня на балу нашествие мертвяков будет, чтобы тебя, дуру, вычислить!
— Поздно, — ответила я, полностью уверенная в своих словах. — Ролт сегодня объявит о том, что я его невеста, и мне больше не придется прятаться.
— Великий Шабаш, она безнадежна! Все, я умываю лапы!
Естественно, никуда Софка не ушла. Дулась на меня. Минут пятнадцать — на большее ее не хватило. Потом сама же помогала мне прическу делать и пуговички на корсете застегивать, не подпуская к моему платью девчонок. Не могла налюбоваться собой, потому что такой красивой еще ни разу в жизни не была.
— Время, девочки! Время! — кричала Арелия, которая сегодня была на удивление дружелюбна.
Но я не могла и не хотела думать о ее подозрительном поведении. Обняв напоследок Софку и Угука, я поспешила вниз в холл, потому что по академии уже проносилась легкая ненавязчивая мелодия, что должна была служить фоном для праздника, который продлится всю ночь.
— Ты идешь? — окликнула меня Элла, едва я остановилась посреди холла напротив часов, что, как и прежде, стояли на полуночи.
— Нет, я кое-кого жду.
И я ждала. Действительно ждала, но увы, дождаться Ролта мне было не суждено.
— Аристель Релти? — подошел ко мне мой куратор. Он был рассержен и явно недоволен конкретно мной. Еще бы! Ему ведь наверняка вчера влетело из-за меня. — Живо к ректору в кабинет.
— Но бал же…