Стало горько, во рту появился привкус кислоты. Можно спать с кем угодно, секс не так важен. Он не касается моей души, не задевает принципы. Пусть бы Кроуфорд снова переспал со мной, а не обвинял в том, что так больно резануло по гордости.
— Иди к черту, Алекс! — отвернувшись к небу, прошипела, даже не заметив, как первый раз назвала своего похитителя по имени. Я так часто делала это про себя, что вслух оказалось проще простого.
Он правда собрался уйти, и это радовало. Туфли его нарочито громко стучали по полу, а я отсчитывала шаги до двери, не глядя на него. Как вдруг все затихло. Взметнулся знакомый ветерок, Алекс возник прямо перед глазами. Вздернув на него голову, я нехотя приподняла бровь. Дескать, говори и проваливай.
— Я кое-что покажу тебе, — протянул он с горящими глазами, вытянув ладонь вперед.
В голове, словно неоновая вывеска, мигало слово «ОПАСНОСТЬ». Но отказать так прямо не решилась, выпалив первое, что пришло в голову:
— Мне тяжело ходить. Не думаю, что это хорошая идея.
— Я понесу тебя на руках, — предложил Алекс непринужденно. Уверена, в этот момент мои глаза превратили в два блюдца, а голос пропал. Что он только что сказал? Я не ослышалась? — Смотри, Руби, у тебя два выхода: оставаться тут и грустно пялиться на звезды, пуская слезы… Либо отправиться со мной.
Удивленно глядя на Кроуфорда, я забыла, что должна была дать ответ. Просто в какой-то момент… Я увидела его другим. Без морщинки между бровей, озлобленного оскала, клыков и рычащего баритона. Она смотрел на меня спокойным, усталым взглядом, выглядел немного растерянным и сбитым с толку моей реакций. Словно нормальный мужчина.
Неужели таким его видит Сьюки каждый день?
— Руби? — напомнил о себе альфа спустя целую вечность. — Ты решила?
— А?.. Что?.. — отведя взгляд, я молила всевышнего, чтобы вмиг покрасневшие щеки скрылись из поля зрения Алекса. Мало ли, как этот безумец расценит мой интерес?! Думая совсем о другом, выпалила на эмоциях: — Эм-м? Что?.. Да, хорошо… Ага…
Нащупав мою ладонь под толщей одеяла, Алекс медленно спустился вниз к ладони, вызывая настроенность и мурашки. Мужчина подхватил меня на руки, словно я ничего не весила или была тряпичной куклой. Тем не менее держал меня крепко и бережно, предварительно закутав в простыни.
Возражать было уже поздно. Честно говоря, я просто испугалась.
Как только дверь палаты открылась, мы попали в небольшой коридор, отделявший мои покои от общей суматохи. Именно поэтому внутри была такая гробовая тишина. Нас встретили два громоздких и устрашающих охранника, которых я бы приняла за статуи, если бы они не кивнули Кроуфорду, коротко и робко бросив:
— Альфа.
В общем коридоре горел свет, пациенты расхаживали из стороны в сторону, врачи спешили по своим делам. Все словно не замечали целой орды охранников, выстроившихся перед моей палатой.
— Это обязательно? — удивленно шепнула я Алексу, не став считать после десятого. — У президента кортеж меньше…
— За президентом охотится меньше людей, — сболтнул лишнего мужчина, но, как бы я ни пыталась узнать, что он имел в виду, больше и словом не обмолвился.
Все время, пока мы поднимались на лифте, Алекс держал меня на руках. Мне не нравилось это, я чувствовала себя некомфортно. И между тем, где-то в глубине души мелькала мысль: как он не устает? Несмотря на мою худобу и «голодный» вид, отец наградил меня тяжелыми костями, и вес составлял около шестидесяти килограммов.
Из-под ресниц взглянув на Кроуфорда, я пыталась понять его истинное настроение. Как он отреагирует, если я попрошу его вернуть меня обратно в палату? Велика ли вероятность быть сброшенной с крыши? Или придушенной прямо здесь?
— Мы могли бы очутиться на крыше за долю секунды, но, боюсь, подобная скорость сейчас не рекомендована для тебя, Руби, — словно оправдываясь, протянул он, резко посмотрев на меня. Я тут же отвернулась и затихла. Будить спящего зверя особого желания не возникало.
Как только лифт остановился, мы очутились на крыше, освещенной небольшим количеством фонарей. Выходит, в больнице было около пятнадцати этажей, само строение располагалось на пригорке, с которого открывался шикарный вид на город. Центр подсвечивался, словно новогодняя ель, некоторые районы горели не так ярко, а вот прежний район семьи Воттер совсем затерялся в части берега Темзы.
Стоило Алексу поставить меня на ноги, как я тут же оказалась возле решетки, судорожно сжав пальцами прутья. На глаза нахлынули слезы, тело стало трясти. Вид завораживал, верно… Но дело далеко не в этом. Я так давно чувствовала себя в гуще событий, частью этого мира. Целую вечность!
— О чем ты думаешь? — знакомо спросил Кроуфорд в тот момент, когда эмоции переполняли. Я была настолько вдохновлена, что забыла о нежелании разговаривать с альфой.
— Вон там мой дом! По соседству школа, где училась я, а сейчас учится Клара! Точнее раньше училась. Рядом с ней огромная пекарня, там каждое утро очередь за свежим хлебом, а справа канцелярия, где весь Лондон закупается бумагой. Обожаю этот запах! Боги, он такой, такой… — от воспоминаний кололо в сердце, но на губах появилась улыбка. Кто бы мог подумать, что я стану скучать по таким рядовым и привычным вещам? Зубы сводило от желания вернуть все на круги своя! Стало зябко и мерзко, будто облили холодной водой. А все потому, что именно Алекс Кроуфорд отобрал у меня все. Все, что имела и могла иметь! А теперь он выпустил меня «на свет», вроде как: «Радуйся, рабыня, что дал подышать!» А я и радовалась, полная идиотка. Резко развернувшись к мужчине, увидела слабую улыбку на его губах, и это окончательно свело меня с ума. Чему, он, спрашивается, радовался?! — Если бы ты не украл меня, я была бы там. В своей жизни! Накопила бы на вуз, закончила его, нашла парня своей мечты и к тридцати годам, возможно, родила ребенка. А может, и нет! Черт его знает!
— Жизнь не всегда складывается так, как того хочется, — помрачнев, выдохнул мужчина. В тусклом свете я могла видеть его прицеленный взгляд, державший меня на цепи. Сперва я не поняла, а потом… Ха! Он ведь боялся, что я прыгну… Или так только казалось? — Это не значит, что происходящее — худший исход событий. Поверь мне.
Белые простыне развевались на сильном ветру, путаясь между ног и мешая нормально ходить. Но я сделала резкий шаг вперед, буквально прокричав в пустоту:
— Я не хочу детей, Алекс! Не хочу быть женой, тем более второй! Ты спросил меня, надо ли мне знать о таких мутантах, как ты?! Ты не спросил меня ни о чем… НИ! О! ЧЕМ! — прикусив губу, я дала себя четкую установку не плакать. Хватит на сегодня, день и так выдался дождливым. — И теперь ты притворяешься милым, приведя меня сюда. Серьезно? Я должна переспать с тобой за это? Или, быть может, родить ребенка для Сьюки?!
— Нельзя изменить некоторые вещи, Руби. Не я тебя выбрал, — отчеканил сквозь зубы Кроуфорд, сжав кулаки. Его тело потряхивало, грудь нервно вздымалась. Но я была так сильно зла на него в тот момент, что не обращала внимания на такие условности! Бочка терпения была переполнена!
— Заставлять человека родить ребенка, которого впоследствии отберут — норма?! Или, быть может, спать с двумя норма, а?! — еще один шаг, и Алекс оказался слишком близко от меня. Я ощущала тепло его тела и злобное полурычание. Клыки знакомо обнажились, а от лучей света заблестели капельки пота на лбу. — Что бы ты ни сделал теперь, как бы себя ни вел… Я ненавижу тебя, Алекс Кроуфорд, и всегда буду ненавидеть!