— Делай, что следует. Я… не боюсь видеть.
— Как скажешь, — отозвался Алекс, не в силах больше терпеть.
И тут тень из-под Итана выросла в три раза. Оказалась, что все это время Кроуфорд пригибался и стоял на коленях. То, что возникло перед моими глазами, не походило на волка и человека. Это был мутант три метра ростом с огромной волчьей мордой, лапами и шерстью. Но взгляд у чудовища оставался человеческий, как и некоторые части тела.
Уверена, не потеряла сознание я только потому, что совершенно не верила в то, что вижу.
— Ты не мог не знать, что будет, если посягнуть на истинную. Ты не мог не знать, что за этим последует, — вынес вердикт мужчина, повернув лицо Итана к себе. К тому моменту парень уже плакал и читал неизвестные мне молитвы. — Казнь вполне оправдана.
Алекс обнажил коготь, медленно поднося его к шее Итана. Он издевался нам ним так же умело, как и Итан надо мной. Давал почувствовать все оттенки страха, ощутить скорую смерть.
— Прощай и… — раздались последние слова, как вдруг за спиной послышалось истошное:
— Боже, нет! Прошу тебя, Алекс! Не делай этого!
В дверном проеме стоял Джон. Глаза старика были красными, тот истошно держался за сердце.
— Сын не знает краев, но это только моя вина. Прошу тебя, дай мне его наказать! Не убивай!
Он понял, что слова не воздействуют на Алекса, который и так стоит на грани. Бешеное желание мести искрило в его глазах, рык не прекращался. Внезапно Джон упал на колени, преклоняясь перед Кроуфордом. Такого исхода не ожидал никто, даже у меня это вызвало ступор и полный шок. Хотя, казалось бы, куда еще больше потрясений на сегодня?
— Не губи его. У нас с ним особая связь. Умрет он — умру и я, — взмолился старик. Сложно было вспомнить, как он же рассказывал о корыстном использовании женщин всего час назад. — Вспомни о нашей дружбе. Я гарантирую сыну достойное наказание!
— Я отношусь к тебе как отцу, Джон. Но он посягнул на мою жену. Мать моих будущих детей, — поставил точку в этом бессмысленном споре мужчина.
Я видела, словно в замедленном фильме, как взметнулся ноготь, как зарыдал Итан и как зажмурился Джон. Атмосфера вокруг накалилась, время разделилось на «до» и «после».
И тут я решила, что нельзя так. Нельзя вести себя по-волчьи, если ждешь к себе человеческого отношения.
— Алекс! — закричала я, привлекая к себе внимание всех вокруг. Кроуфорд остановился, впечатавшись в меня своими огромными глазами. У меня даже дух перехватило. — Ты не должен этого делать. Итан… не успел мне навредить. Послушай его отца, Джона.
— Я не могу, Руби. Это зов крови, — с сожалением протянул Алекс, пожав широкими мохнатыми плечами. — У нас нет тюрем, потому что все преступники наказаны. И я не могу отпустить того, кто едва ли не взял тебя силой!
Алекс утробно зарычал, будто одна мысль об этом заставляла его злиться с тройной силой. Но теперь отступать я была не намерена.
— В первую очередь ты человек. Итан заслуживает наказания и жизненного урока. Но не такого жесткого! — я поймала взгляд Джона, в нем была вся надежда мира. Возможно, жизненный урок получит не только сын… — Закрой глаза и медленно считай до десяти…
— Руби, — обреченно протянул альфа, не в силах побороть тот самый зов, что жил в нем с рождения.
— Один… Два… Три… Четыре… — медленно считала я, показывая мужчине, как стоит дышать. Сперва ничего не выходило, а позже я заметила, как громадные уши волка стали немного меньше. — Пять… Шесть… Семь… Восемь… — ногти уменьшились в размере, голова стала стремительно уменьшаться. Чтобы не выдать страха, я думала о Кларе и бабушке. Это внушало мне спокойствие. — Девять… Десять… Ты — человек, Алекс. И только ты можешь решать, что делать волку внутри тебя, а что нет.
Кроуфорд обратился у меня на глазах, оказался полностью голым, но никого вокруг это не заботило. Включая меня. До сих пор не верилось, что мне удалось укротить зверя!
— Скажите спасибо моей жене Руби, Джон, — жестко отрезал альфа, поворачиваясь к старику. — Я бы никогда не пощадил Итана. Даже сейчас желание выпустить его кишки наружу перевешивает все другие.
— Боги, спасибо тебе! Спасибо! Спасибо! — Джон подполз ко мне на коленях и принялся целовать ноги. Я с трудом выпуталась, отстранившись в сторону.
— Наказание назначаю я, и оно будет ужасным. И, первое, что неоспоримо, — Алекс сделал паузу, внимательно заглядывая в глаза Итану. — Кастрация. Если этого не будет — никакой сделки.
Итан потерял сознание только от этого слова, а Джон согласно закивал. В общем-то, это не худшее наказание для насильника.
— Идем, Руби. Нам пора, — Алекс взял меня под руку, уволакивая из комнаты, тошнота в которой граничила со страхом.
Я сидела около камина за маленьким стеклянным столом, укутанная двумя одеялами. После усиленного часового душа тело морозило, хотя, наверно, сказывалось пережитое за день. Передо мной стояла чашка горячего ароматного капучино и вишневый пирог. Но есть не хотелось. Как и шевелиться.
Алекс, посадив меня в машину, отправился в дом решить какие-то важные вопросы, но уже через десять минут вернулся, и авто с охраной тронулось от дома Араша Айдына.
Только тогда напряжение спало, и я сдулась, словно резиновая кукла.