Читать книгу «Наследие. Поцелуй вампира» онлайн

— Я тоже так думаю. Скоро утро, занятия никто не отменял, — сказал он, и уже позже, когда они в полном молчании закрыли книгу, отчего каменные растения тут же растеряли все свое волшебство, и покинули комнату, он добавил: — Есть охота. Может, кто знает дорогу на кухню?

— Если нас поймают, то накажут, — бесцветным голосом предупредила его Мира. — Завтра ночью будет звездопад, я бы хотела подготовиться к этому.

Кира не представляла, зачем нужно было готовиться к созерцанию звездопада, да и как эта подготовка могла быть связанной с тем, что их могут поймать, но расспрашивать Миру не стала, лишь в который раз с интересом посмотрела на нее.

— И все же, — Ждан даже не обратил внимания на слова Миры. Иногда Киарана замечала за ним такое вот упрямство. Он в такие моменты напоминал ей молодого бычка, который, наклонив голову, смотрит исподлобья непримиримым взглядом, давая понять, что не сдвинется с места, пока не получит желаемого.

На это Мира лишь пожала плечами, то ли давая свое согласие, то ли показывая, что ей на самом деле все равно на то поймают их или нет.

Кира глянула на Дамиана, пытаясь понять, что вампир по этому поводу думает. Поймав взгляд Киры, тот чуть приподнял верхнюю губу, показывая тем самым свои клыки.

— Мне ваша пища все равно не нужна, — все-таки сказал он, а Кира в который раз подумала, что странно видеть его в их компании. Все-таки Дамиан не самый обычный член общества, да и ощущался он гораздо, гораздо старше их.

— Хорошо, — согласилась Киарана, останавливаясь. — Хова, ты проводишь? — спросила она у дракончика, тут же получая молчаливое согласие, выраженное кивком крохотной шипастой головы.

Глава 11. Часть 1

Пару недель ребята только и делали, что учились и никуда не спешили влезть. Киарана вовсе и не была против такого — узнавать что-то новое ей всегда нравилось. Днем она усердно слушала преподавателей, записывая самые важные моменты, вечером проводила какое-то время с друзьями, а ночью изредка бродила по Ховалону в компании дракончика.

Иногда она даже скучала по тем временам, когда она находила новую библиотеку, в которой ей еще не приходилось бывать. Была во всем этом какая-то особая тайна, оставляющая на губах сладковатый вкус предвкушения.

Нет, Кире и в Ховалоне нравилось, несмотря на то, что ее не покидало непривычное и не самое приятное чувство, что здесь опасность может поджидать за любым поворотом. И пусть Ховалон не позволял никому из жильцов попасться ей на пути, но все равно Кира привыкла больше рассчитывать на себя. Наверное, именно поэтому она постоянно была готова немедленно стать невидимой, а иногда даже так и бродила по Ховалону.

Ей повезло сдружиться с духом замка. Ночью Ховалон открывал ей свои маленькие тайны: скрытые от посторонних переходы, спрятанные ниши, в которых так удобно прятаться, если вдруг настигнет такая необходимость, громадное количество нежилых комнат, тайные выходы из замка.

Она узнала, что нижние уровни замка плавно переходят в подземелья, а потом по ним и вовсе можно спокойно спуститься под самые горы. Если идти темными, подземными переходами, то можно выйти с другой стороны гор. Конечно, сама Киарана не ходила, так как Ховалон предупредил, что за одну ночь не управиться, даже за неделю не одолеть весь путь. И это был не единственный выход. Ховалон признался, что все они сделаны для того, чтобы в случае серьезной и неминуемой опасности преподаватели могли увести молодых магов из замка. Вот только для того, чтобы знать обо всех этих выходах между ректором и Ховалоном должен быть заключен нормальный магический контракт.

Кира видела, что Ховалон сам стремится к тому, чтобы поведать ей обо всем этом, будто наверстывал упущенные годы или же негодовал, что не может рассказать все это тому, кому положено. Кира почему-то подумала, что магический контракт между Ховалоном и ректором академии для замка значил больше, чем хотел показать сам Хова.

Почти каждый раз, когда Кира покидала с наступлением ночи свою комнату, она ощущала, что не одна. Она не знала, как ей стоит относиться к такому «преследованию» со стороны вампира. Иногда ей становилось страшно, иногда она вспыхивала от смущения, но чаще всего слегка раздражалась. Ей не хотелось делиться своими тайнами ни с кем, поэтому она просто просила Ховалона запутать ее след, не давая Дамиану приблизиться к ней. Сбить вампира со следа было труднее, чем обычного человека. Бывало, что им удавалось скрыться на какое-то время, но рано или поздно позади снова ощущалась уже знакомая аура, и тогда становилось понятно, что Дамиан весьма упертый вампир. Ховалон жаловался, что не может постоянно концентрировать на нем внимание, но Кире отчего-то казалось, что тот просто не видит в Дамиане для нее опасность. Через некоторое время Кире даже понравилась эта их игра.

Надо отдать должное вампиру, он никогда не пытался навязать общение с ним, всегда держался в отдалении и просто наблюдал. Правда, от такого наблюдения иногда начинал дергаться глаз.

Между делом было написано письмо к древним родам, а Кира скопировала некоторые страницы из книг, которые обязаны были стать доказательством их слов. Благодаря тем же книгам они знали, кому именно нужно отправлять свои посылки. Правда, перед этим им пришлось выучить заклинание магической доставки. А еще они узнали, что обычные ученики не могут в течение года взять и просто так написать домой. Для этого выделялись специальные дни.

Объяснения дал Хова. Оказалось, что замок окружает магический барьер, который обычным преподавателям сложно постоянно активировать. Вот если бы был контракт с ректором…

Как поняла Кира, ректор в Ховалоне, при правильно составленном контракте был кем-то вроде защитника. Именно поэтому он обязан был знать пути отступления, поднимать и опускать барьер, и если уже очень нужно будет, то и активировать защитные механизмы, которыми, как оказалось, просто напичкан Ховалон. Замок не простое беззащитное строение. Это была защитная крепость, построенная когда-то с одной целью — защищать детей. И пусть все они поступали сюда уже будучи почти взрослыми, но для магов, живущих намного дольше обычных людей, восемнадцать лет — самое настоящее детство.

К тому же барьер, который мог бы поднять ректор, был во много раз сильнее того, что давался простым преподавателям. Как они узнали позже, за барьером следила Девольдар. Она, кстати, все так же смотрела волком на Киарану, правда, словестно не пыталась унизить или оскорбить.

Ждан как-то раз высказался, что в поведении заместителя есть что-то личное. Она вроде как зла за что-то на Киру, но в то же время при необходимости готова оказать всю возможную помощь. Это выглядело так, словно Киарана была кем-то вроде сильно провинившегося ребенка, которого простить за крупную шалость еще рано, но и допустить, чтобы ребенок поранился — невозможно. Киарана после тех слов еще некоторое время пыталась вспомнить Девольдар, мало ли, вдруг они, в самом деле, уже встречались, а она забыла. Но нет, Кира была уверена, что никогда раньше не то что не видела заместителя, но и фамилии ее не слышала.

Так вот о письмах и о барьере. Если всем остальным приходилось ждать положенного времени, то им Ховалон показал место, откуда можно было отправить магическую доставку в любое время. Место это находилось на крыше самой высокой башни. Лазейка в барьере была небольшой и оставлялась для того, чтобы преподаватели всегда могли связаться с внешним миром. Вдруг война, а они и не узнают!

Узнать об этой особенности барьера тоже мог только настоящий ректор. Так что об этой особенности в данный момент знали только они. Такой возможностью грех не воспользоваться. Они не стали вписывать обратный адрес, решив, что не стоит давать о себе знать. Их задачей было предупредить, поэтому устраивать переписку они не собирались. Просто решили, что потом, когда появятся еще какие-нибудь доказательства, повторят эту массовую рассылку.

Как-то так получилось, что остальные адепты немного сторонились их. Нет, не игнорировали, но в друзья однозначно не лезли. И не совсем понятно было, что именно так настораживало и можно даже сказать отпугивало остальных. Дамиан, который словно прикипел к ним намертво? А может, сама Кира, сияющая белая форма которой до сих пор не давала людям покоя? Или же странноватая Миральда, называя за глаза сумасшедшей Мирой? Наверное, только Ждан не вызывал у остальных никаких вопросов. Веселый, общительный, будто бы сотканный из солнечных лучей парень многих привлекал, но мало кто решался к нему все же подойти. Киарана даже иногда удивлялась странной тяги Ждана быть с ними рядом.

— Понимаешь, то, что я постоянно такой иногда очень утомляет. Удивительно, но только рядом с вами я отдыхаю. Мне не нужно улыбаться, когда совсем не смешно, не надо никого веселить, заигрывать, делать комплименты. Вы все странные, но мне отчего-то с вами комфортнее, чем с остальными. Вы настоящие и не стараетесь никак скрыть этого, — так ответил Ждан, когда Кира поинтересовалась у него, что он забыл рядом с ними и почему так упорно не желает покидать их угрюмую компанию.

Именно тогда Киарана поняла, что Ждан тоже по-своему странный. Его поведение в обществе не искреннее, словно он надел маску. И пусть она близка к его настоящему лицу, но все-таки требует огромных внутренних затрат от того, кто ее носит.

И верно. Стоило Кире немного внимательнее понаблюдать за Жданом, как она убедилась, что рядом с другими он совершенно иной. Более активный, сияющий, улыбчивый, словно исторгающий из себя громадное количество положительной энергии. А вот с ними он спокойнее, рассудительней и внимательней. Кира не знала, зачем ему все это. Для нее было странным такое поведение, и она не видела в нем логики, но как-то влиять на Ждана не собиралась, признав за ним право вести себя с ними и с другими так, как тому захочется.

А еще за это время Кира узнала, что в местной библиотеке многие книги всего лишь призраки. И что интересно, кроме нее об этом никто даже не подозревал.

— Все эти книги покинули Ховалон, — ответил на вопрос Хова, когда Кира впервые поняла, что держит в руках не просто книгу, а что-то вроде призрачного книжного фантома.