Видимо, выпитые стопки горячили кровь паренька и нашептывали ему мысли о собственной неотразимости. Возможно, кто-то внушил ему, что настоящие мужчины не знают отказа, – кто его разберет. Но он решил так просто не сдаваться. Подошел вплотную, больно схватил за руку и попытался вложить в ладонь порядком помятый цветок. Я струсила и с силой дернулась, нечаянно толкнув его в грудь. Тот не удержался на ногах и с громких плюхающим звуком улетел в бассейн, подняв кучу брызг.
Я инстинктивно отскочила подальше: то ли побоялась обвинений в случившемся, то ли не захотела намочить платье – мысли в этот момент путались.
– Эйкан, когда женщина говорит «нет» – это значит нет. Ты этого не понял?
За спиной стоял Дайс и, скрестив руки на груди, мрачно смотрел на барахтающегося в воде несостоявшегося Ромео.
– Откуда мне знать, что на самом деле думает землянка! Разве их поймешь?
– По-моему, все было очевидно. И не прикидывайся идиотом. Извинись перед землянкой и молись ринам, чтобы она тебя простила.
Во взгляде паренька прорезалась вся боль не раз отвергнутых неудачников, и я смягчилась. Даже слушать ничего не стала, лишь цокнула языком и направилась к вымощенной камнем дорожке – лучше бы мне поскорее вернуться к компании.
– Эйкан, еще раз увижу тебя рядом с ней…
– Да понял я, понял! Ой! По уху-то за что?
Я хмыкнула и ускорила шаг. Все-таки женщина может здесь рассчитывать на защиту. Приятно…
– Майя, подожди!
Я остановилась как вкопанная. Было что-то завораживающее в том, в какие бархатистые тона окрашивал мое имя звук его голоса.
Повертела головой, убедилась, что мы одни и спросила на цинфийском:
– Да?
– Я хотел извиниться за Эйкана. Глупый парень, но не злой. Он не хотел тебя пугать.
Я задумчиво посмотрела на Дайса. Тот, немного ссутулившись, прятал руки в передние карманы джинсов и смущенно улыбался.
– Боишься, что устрою скандал?
– Нет. – Дайс растерялся. – Просто не хотел, чтобы у тебя остался неприятный осадок от случившегося.
Я прищурилась. Кажется, искренен.
– Все в порядке. Не переживай. Я уже забыла об этом.
– Уверена?
– Да.
Дайс переступил с ноги на ногу, покосился на ночное небо, усыпанное звездами, и неуверенно проговорил:
– Почему-то я чувствую себя виноватым.
Я улыбнулась. Иногда я его не понимала, но с ним было тепло и… уютно.
– Брось! Ты-то тут при чем?
Я отвернулась и вновь зашагала к беседке, но Дайс вынырнул передо мной и заглянул в глаза, двигался он при этом спиной вперед, забавно семеня длинными ногами. Его лицо, лишенное привычной невозмутимости, приобрело мальчишеские черты. Я с запозданием припомнила, что он не намного старше меня. Надо же, часто об этом забываю.
– Давай я исправлю неловкость? Подкорректирую воспоминания?
– Это как? – мгновенно насторожилась я.
– Что бы ты хотела прямо сейчас?