— Не так уж и много, — заметил Алан. — Проклятия — одна из запрещенных магий как минимум. А как максимум для таких чар нужны ресурсы, которые многим даже и не снились.
Я мысленно отмахнулась. Думать о настолько мрачных аспектах нашей жизни сейчас не хотелось. Хотелось радоваться, завтра же вернуться к обучению, провести с Марен ночь за разговорами… Наверстать все то, что я упустила, пока была в стране драконов.
— У вас, наверное, много работы, — произнесла я, обращаясь к ректору. Поднялась на ноги и шагнула в сторону двери. — Мы пойдем. Раз завтра можно возвращаться к обучению, надо сегодня подготовиться.
— В нашей каш-ахар проснулась жажда к знаниям, — беззлобно усмехнулась Элиза, тоже выпрямляясь. — Но я с ней согласна, надо подготовиться. По крайней мере, тем, кто не обладает необузданной магической силой и не может колдовать силой мысли.
Я не нашлась что на это ответить и совершенно по-детски показала ей язык. Второкурсница рассмеялась и жестом позвала за собой Алана.
Стоит мне моргнуть, как что-то меняется. Так резко. И так… больно.
Боль пробивает острой стрелой сердце, заставляет согнуться пополам. Перед глазами плывет, мир распадается на части.
Боль сменяется на холод одиночества и слабость. А в ушах стоит женский плач. Дикий вой, от которого волоски на руках встают дыбом. Дыхание перехватывает, а я не сразу замечаю, как оказываюсь на полу ректорского кабинета.
Чьи-то руки пытаются меня поднять. Я цепляюсь за них, как утопающий. Ничего не вижу перед собой. Но в подсознании появляется образ светловолосой женщины в развевающемся длинном платье белого цвета.
Она обхватывает себя за плечи и воет. Так отчаянно, так громко. Каждый звук причиняет мне нестерпимую боль. Настолько сильную, что еще мгновение — и я присоединюсь к ее крику.
— Митор, — выдыхаю я сквозь сцепленные зубы. — Это Митор. Ей больно.
Глава 19
— Мун-ахар, ты меня слышишь?
Мне так и хотелось сказать, что да, слышу. Но губы и язык не слушались. Попросту не желали подчиняться.
— Сейчас все должно пройти, — продолжал успокаивать меня родной голос. И оказался прав — боль отступала. Затихал плач богини, проходила слабость.
Вскоре я начала чувствовать под спиной твердость поверхности. Ощущать объятия крепких рук, которые придерживали меня за плечи. А через какое-то время и свое тело. Оно вновь стало полностью моим, подчинялось.
Пошевелившись, открыла глаза и тут же встретилась с встревоженным взглядом синих глаз. Я полулежала на коленях дракона.
— Что?.. Где мы?
Я осмотрелась, совершенно не узнавая местность.
Яркое голубое небо над головой, зеленые кроны деревьев, стремящиеся к солнцу. И вокруг так тепло, так сказочно.
Сев с помощью дракона на покрытую густым зеленым ковром землю, я увидела огромное озеро с ровными берегами. А в центре этого озера раскинулся большой дуб с золотыми листьями. Они срывались с ветвей, будто от порывов ветра, и медленно падали на водную гладь. Стоило очередному листику коснуться озера, как в небо поднималась струйка пара, а сам лист попросту исчезал.
— Ч-что происходит? — охнула я, испуганно поворачиваясь к дракону. — Где мы?
— Это каш-митор, — медленно отозвался мужчина, не спеша выпускать меня из объятий. — Это тот самый Источник, мун-ахар.
— Но, — голос дрогнул. — Но Капитул запретил мне приближаться к этому месту.
— А ты прямо-таки всегда слушала то, что говорит Капитул. — Усмехнулся Итан. — Дыши. Просто дыши. Тебе здесь легче.
— Но почему?
Я сейчас соображала с каким-то несвойственным скрипом. Не совсем понимала, что происходит. Как Источник может мне помочь?
— Видимо, Митор нельзя находиться далеко от того, что дало ей силу. Богиня связана со своим детищем.
— Но раньше же все же было нормально. — Покачала я головой, цепляясь взглядом за Итана так, будто это могло дать ответы на все вопросы. — Я не понимаю.
— Ты сорвала третью печать и высвободила Митор именно в стране драконов, — поделился своими мыслями Итан. — Все было нормально, пока ты находилась тут. Но стоило вернуться в Каширию…