Изогнулась, извертелась в его объятиях, вцепилась в плечи, ощущая кончиками пальцев каждую мышцу. Потянулась к шее. Такой твердой, горячей. Легонько поцарапала.
… зарыться в темные волосы, помассировать, притянуть к себе. Ближе. Еще ближе.
Энран зарычал. Схватил меня, сделал несколько шагов и прижал спиной к чему-то шершавому… Древу!
Я висела, зажатая между рельефной твердью древнего исполина и столь же рельефным телом моего изначального. Кончиками пальцев на ногах касалась корней, но обрести опору не удавалось. Высоковато.
Зато сейчас мы «стоим» лицом к лицу.
Его обычно синие глаза полыхают демоновым красным, тело светится ровным оранжевым, однако меня это не пугает от слова «совсем».
Мощный. Сильный. Умный.
Невероятный мужчина!
— Ведешь себя как пещерный человек, — прокашлявшись, прошептала ему в губы.
— Ты не лучше! — припечатал он.
— И где же твой хваленый самоконтроль? Вдруг я завтра начну тебя винить?
Зачем? Зачем я это говорю? Неужели хочу по своей воле лишиться невероятного, крышесносного оргазма? Он ведь сейчас отступит.
Или мне важно знать, что я настолько желанна, что он готов поступиться важными для него принципами?
— Вини, — произнес Энран с ухмылкой. И вновь заткнул поцелуем и мой рот и мой внутренний голос.
Обжигающая страсть огненного мужчины не была ласковой. Его руки уверенно держали меня, ласкали безо всякого трепета. Уверенно, требовательно, даже грубо.
Я стонала, терлась о горячее мужское тело и безумно хотела продолжения, однако Энран не торопился, сводил меня с ума последовательно и настойчиво.
… Прикусить ухо. Так, чтобы по моим венам разошлась лавина огня.
Зарыться рукой в волосы. Легонько, чувственно царапнуть, спускаясь вниз, к беззащитно подставленной ему шее. Вцепиться в нее, заставить посмотреть в его глаза. Нечеловеческие. Страшные. Страшно прекрасные.
— Ты уже горишь, — довольно произнес он и впился в мою шею. Губами. Зубами. А я застонала. Зарычала первобытно. Выгнулась в его руках, лопатками врезаясь в шершавую кору дерева. И эти острые, взрывающие нервные окончания ощущения меня почти довели до предела.
Я подвигала бедрами в бессильном стремлении плотнее прижаться к телу изначального, но мне оставалось лишь их сжимать, ведь этот негодяй и не думал «пользоваться» своим положением!
— Энран! — простонала я, надеясь, что этот твердолобый поймет намек и сделает уже что-нибудь!
— Не торопись. Наслаждайся, — распорядился этот гад и, без труда меня приподняв, остался один на один с той моей частью тела, что давно уже горела и жаждала его касаний. Так же, как и все остальное тело!
Когда жадный мужской рот накрыл мою грудь, я до боли вцепилась пальцами в кору дерева и застонала. Еще! Еще немного! Вот… сейчас…
Мне не хватило секунды!
— Энран! — рявкнула я недовольно, глядя на него сверху вниз. — Энран! — потребовала внимания у этого… наглого, отвратительно, беспринципно-жестокого нечеловека.
Однако изначальный не был настроен на переглядывания. Меня поставили на ноги.
О нет! Только не это! Он что, передумал?!
— Тише, искорка. Мы возвращаемся к воде.
— Зачем?!
— Тебе не хватает энергии.