Пока девушка с удовольствием поглощала мясное рагу с грибами, магичка расспрашивала ее о том, что с ней произошло. По мере того, как Ниара рассказывала ей о своем полном разных событий дне, глаза у Катейры становились все больше, а рот – все шире.
– Свет меня раздери, – сказала она в конце повествования, – теперь я понимаю, почему у тебя тогда в ванной была истерика. Меня бы, наверное, еще несколько дней успокоительными травами отпаивали.
– А ты как помирилась с Мериньяком? – спросила в свою очередь подругу демонесса.
– Конечно, твой эльф приврал малость по поводу монастыря, – начала рассказывать Катейра, – никуда мой муженек не уходил, а просто слонялся по дому, как злобное приведение, кидаясь на всех подряд.
– Откуда ты знаешь? – удивилась ее собеседница.
– Младший брат Ньяка рассказал, – ответила магичка, – ему пришлось все это время фактически выполнять обязанности главы Верланда, попутно утихомиривая своего разбушевавшегося братца. Целители в него столько успокоительных отваров влили за это время, что на целый Эльфанс бы хватило.
– А что он написал тебе в ответном письме? – спросила Ниара, – мы с Лавьеном лично отдали его Олеану.
– Там было множество извинений и обещаний больше никогда даже не кричать на меня, не говоря уже о том, чтобы швыряться темными заклинаниями. В результате мое сердце не выдержало. А еще мой муженек, наконец-то, согласился открыть в Катенхольме школу темной магии для девушек, которую я не могла у него выбить уже год.
– Так вот почему ты вернулась! – догадалась демонесса.
– И поэтому тоже, – хитро ответила Катейра, – а еще я его все-таки люблю.
– Он тебя тоже, – сказала ее подруга, – это видно по тому, как великий и ужасный повелитель Верланда ведет себя с тобой.
– Сейчас совсем по-другому, не так, как раньше, – согласилась магичка.
После сытного ужина Ниара поднялась на второй этаж, где ей выделили одну из спален для гостей, и без сил упала в кровать.
На следующий день она проснулась поздно, зато отдохнувшей и в хорошем настроении. Одевшись, демонесса спустилась вниз, где в столовой нашла свою подругу с ее мужем и незнакомым ей дроу, который представлял собой точную копию Мериньяка, только помоложе.
– Выглядите уже намного лучше, – сделал ей комплимент хозяин дома, – позвольте представить Вам моего младшего брата Арлона эль Оболье.
– Ниара аш-Шати, – произнесла демонесса, подавая руку, которую молодой брюнет не пожал, к ее изумлению, а галантно поцеловал.
– Наш братик – любитель красивых женщин, – хмыкнула Катейра, – можешь не стараться, дорогой, – обратилась она к Арлону, – птичка уже с браслетом.
– Очень жаль, – обольстительно улыбаясь, произнес дроу, отпустив руку демонессы.
Девушка села за стол, и ей незамедлительно принесли завтрак. «Судя по тому, какой здесь вышколенный персонал, – подумала она, – у хозяев очень крутой нрав».
– Как Лавьен? – спросила демонесса вслух, – можно мне его повидать?
– Ваш жених чувствует себя намного лучше, – предельно вежливо ответил Мериньяк, – но целитель, который заходил его проведать, настоятельно не рекомендовал ему подниматься с постели. Завтрак Лавьену подали прямо в комнату.
– Я тебя отведу к нему только после того, как ты поешь, – строго сказала Катейра, – вон какая худая, кожа да кости.
– Это у меня просто кожа смуглая, – засмеялась ее подруга.
– Ничего не знаю, – отрезала магичка.
Ниара не заставила себя просить дважды и с удовольствием приступила к трапезе. «Что-то у меня последнее время просто демонический аппетит, – подумала она, – наверное, из-за беременности». Она прислушалась к себе и четко ощутила два огонька у себя внутри, которые теперь не могла заглушить даже ее собственная магия.
После завтрака Катейра отвела свою подругу наверх и показала, в какой спальне разместили Лавьена. Дверь была закрыта, и девушка тихо постучалась, боясь разбудить эльфа, если тот вдруг отдыхает.
– Войдите, – услышала она довольно бодрый голос, и это ее обрадовало.
Демонесса зашла в комнату и увидела, что эльф сидит на большой кровати под кремовым балдахином, оперевшись о подушки. К удивлению девушки, он не отдыхал, а внимательно изучал множество документов, разложенных по всей кровати и даже на ковре. Увидев Ниару, ее жених тепло улыбнулся ей, и демонесса ответила ему тем же. Выглядел Лавьен намного лучше, чем вчера, и это подняло настроение его невесте.
– Я с утра переговорил с Нивилем, – начал бодро рассказывать начальник полиции. – Его ребята обследуют ту поляну, где на нас напали, и сообщат мне, если им удастся что-нибудь найти. Потом они опросят всех оставшихся друидов с помощью заклинания светлой правды, – продолжил он, – если найдут еще причастных к нападению на нас, то их ждет арест и королевский суд. Покушение на жизнь полицейских Эльфанса – это серьезное преступление.
Слушая Лавьена, Ниара порадовалась тому, что ей не нужно идти на работу вместе со всеми. Воспоминания о прошедших событиях были еще очень свежими, и девушка совсем не хотела вновь очутиться на той поляне. Заклинанием светлой правды она не владела, поэтому в допросе друидов тоже не могла принять участия. Правда, было в ее арсенале заклинание огненной истины, но демонесса резонно предполагала, что на светлых магов оно может оказать губительное воздействие.