— Да так, о своем! Удивляемся, почему его величество оказался к тебе столь великодушен, — заметил бородатый. — Обычно за ним такого не замечено!
— Ой! — столкнулась я с огромной дверью. — Ты живой? Тити?
На меня смотрели выразительные голубые глаза. Они скосились на мои волосы и решили, меня слегка постричь.
Я ожидала увидеть камеру с решетками и цементным полом. Но вместо нее я увидела очень странную комнату. Все острые углы были замотаны и обшиты пушистым мехом. Даже стулья укутали в меховые шубы.
— Это что за… — опешила я, пытаясь понять, почему комната напоминает распродажу шуб.
— Его величество потребовал, чтобы комната принца была безопасной! — заметил бородатый. — Если что — зови! А пока что обживайся!
В такой огромной комнате на полу лежала жеваная игрушка. Меховой кролик. Титикака тут же слез с рук и бросился к кролику, заставив меня выдохнуть от умиления. На стене висели портреты. Только лиц у них не было. Вместо лиц были росчерки когтей. Но по одежде было понятно, что это мужчина и женщина.
— Ку-ку! — позвала я в огромный камин. Я погладила пушистый стул, пробежалась пальцами по столешнице стола и подняла голову на потолок. Огромная люстра — сосульки висела аккурат над кроватью.
Внезапно дверь открылась. А в комнату вошел бородатый.
— Слушай внимательно, — прошептал он, осматриваясь по сторонам. Титикака терзал зайца. — Есть несколько вещей, которые тебе нужно знать! Его величество не любит, когда к нему прикасаются. Прямо терпеть не может. За это можно поплатиться головой.
— Отрубит? — удивилась я.
— Откусит, — мрачно ответили мне, зажигая камин. Очень кстати! А то здесь как-то прохладно.
— Вы за кого меня держите? — уперла я руки в боки. — Вы что? Думаете я сплю и вижу, как отловить в коридоре его величество, с целью погладить? С какой кстати я должна его гладить?
— Ну, мало ли, — заметил бородатый. — И второе. Если что, не пугайся, хорошо?
— Чего не пугаться? — испугалась я.
— Просто не пугайся, — заметил бородатый и ушел.
Я заглянула во вторую комнату, обнаруживая удобства. Кстати, я бы приняла ванну! О, а тут даже полотенца есть! И вода горячая! Даже пар идет! Ничего себе!
— Титикака, тебя можно оставить одного на пять минут? — спросила я у увлеченного принца, жующего заячье ухо. — Мама искупается. Быстренько!
Мне не ответили, самозабвенно вытаскивая из-под кровати жеваного крота. Следом за ним появился кожаный еж.
Я бросилась в ванну, лихорадочно снимая с себя одежду и нижнее белье. Не родился такой мужчина, при виде которого я буду раздеваться с такой скоростью! Все это полетело на пол, а я быстро забралась в горячую воду, намыливая себя мылом без запаха. Любая мама маленького ребенка идущая в душ — это стриптизерша на быстрой перемотке.
Воспоминания вернули меня в тот день, когда я вернулась из магазина. Сходила, называется, за хлебушком. Если где-то есть древняя наука фень-шуй, то я в совершенстве постигла науку хрень суй. Стоит мне попасть в магазин, как я уйду с тремя пакетами. Даже если я пришла за майонезиком.
В тот день я разбирала покупки.
— Шарик с тигром! — удивилась я, вертя шарик в руках. Он был небольшой, но тяжелый. Внутри поднялась целая метель из пенопласта, обдувая маленького белого тигренка.
Я поставила шарик на стол, пока не решив, что с ним делать.
— А это у нас хек! По скидке! Ну да, по запаху чую, что тут «кхек»! — дернулась я и услышала звон.
Это был шарик. Может, я толкнула его локтем. А может, поставила слишком близко к краю. Но только что шарик упал на пол и разбился.
— Прискорбненько, — вздохнула я, направляясь за веником. — Так, стекло вижу, пенопласт вижу, а где тигренок?
— Арррр! — послышалось за моей спиной. Я повернулась и увидела … ти-ти-тигра. Настоящего!
Он был пушист до безобразия и смотрел на меня небесно голубыми глазами.
Пакет выпал у меня из рук прямо на ногу. Я смотрела на тигра, который расхаживает по кухне, присматриваясь к ножкам стола и диванчику.