И что солнце не падает в воды океана вечером и не выныривает из них утром. Что оно наоборот стоит на месте, а это мы вращаемся на своём шаре вокруг него.
А раз вращаемся, значит в миг, когда солнце освещает одну часть шара, в другой части сгущаются тени. Глупость, конечно, но прямо сейчас я находилась очень далеко от дома и… в темноте?
Впрочем, темнота была условной. На улицах горели фонари, причём зажглись они задолго до того, как я вышла на крыльцо башни.
Город спал. Улицы были пустынны. Поёжившись от ночной прохлады, я взяла и вообразила плащ. Представила, будто он лежит на моих плечах, согревая теплом.
Как и в случае с угольком, плащ появился! Кажется удивляться нечему, но из груди всё-таки вырвался вздох.
Укутавшись, я отправилась гулять. Сейчас я ориентировалась лучше, чем в прошлый раз, и весьма быстро отыскала ту самую смотровую площадку.
Тут моё сердце снова замерло. Просто внизу разливалось целое море бесконечных, невероятно притягательных огней.
Дворец тоже был. Он по-прежнему возвышался этакой монолитной громадой, и уж не знаю как у драконов получилось, но дворец тоже оказался подсвечен. Лучи били откуда-то снизу, и со стен, и из-под самих крыш.
Получилось очень красиво. Волшебно!
Я снова вздохнула и застыла, любуясь этой сказкой.
Не знаю сколько времени провела возле парапета — может вечность, а может лишь пару минут.
Постояла и снова отправилась в башню. В голове вертелось множество мыслей, но цеплялась я только за одно. «В данный момент ты моя пара, моя дэйлира…»
То, что со значением слова дэйлира меня явно обманули — это ладно, не критично. Куда интереснее другое: Рэй дал понять, что дэйлира — это не навсегда.
«В данный момент» пара, а потом… ну, видимо, никто. Посторонняя. От этого становилось неприятно и неожиданно больно. Так, словно я рассчитывала на нечто большее. Словно меня отвергли, прогнули прочь.
Глупо?
Нелогично?
Да. Но реагировать спокойно я всё равно не могла.
Вновь очутившись в роскошных интерьерах, я сняла портрет драконьего принца со стены и перенесла в гостиную. Водрузила изображение на каминную полку, а сама забралась с ногами на кушетку и «наколдовала» себе травяной отвар.
Получилось вкусно. Вот так, с кружкой в руках, под аккомпанемент мерно потрескивающих дров, я и сидела. Смотрела на ушастого Рэйтрана и пыталась убедить себя в том, что дракон мне абсолютно не нравится.
Ну а что в нём хорошего? Одно только самомнение чего стоит! И ревность эта дурацкая… Я Рэйю не нужна, но встречаться с другими мне запрещено.
При этом он сам всячески привечает Вивирону. Хоть капля совести у этого мужчины есть?
Стоило вспомнить о Виви, и у меня случилось новое, предельно неприятное открытие. Я тоже ревную. Бешусь до сжатых кулаков и зубного скрежета. И именно ревность заставила меня согласиться на ту прогулку с Салисом.
Я ревную Рэйтрана.
Дико ревную!
Я…
— Вот она, — сказала, пытаясь хоть как-то справиться с эмоциями. — Безответная любовь.
Стоило признаться, и внутри начался настоящий пожар. Было жарко и до слёз больно. Ведь очевидно, что парой для Рэйя я стала принудительно, по велению каких-то там сил.
А когда всё закончится, когда дракон защитит меня от Непроявленного, он просто вернётся в свой великолепный город, и заживёт как раньше. Будет назначать аудиенции хорошеньким драконицам и заниматься другими положенными по статусу делами.
Я же… останусь дома, в родном королевстве. Буду… устраивать собственную судьбу.
Боль накатила с новой силой, но я всё-таки смогла выдохнуть и отодвинуть эти мысли.