А что со вторым шрамом? Что несёт в себе он?
После короткой паузы я снова сместил фокус внимания.
Второй шрам практически сливался с первым — будь я менее дотошным, я бы его и не заметил.
Интересно, а насколько внимательны человеческие маги? Допустим они узнали о любовном воздействии в пользу Салиса, начали искать доказательства на энергетическом теле. Увидят ли они второй шрам при таком поиске? А ведь между шрамами тончайшая, с волос толщиной, перемычка…
Секунда… Новое погружение в чужеродную магию. С некоторой отстранённостью я понял, что передо мной звенья одной цепи:
«Элия-Мия тэр Линидас, я приказываю тебе слушать и подчиняться! — чеканил в голове всё тот же голос. — Ты свободная, сильная личность. Салис тэс Малей применяет к тебе магию внушения, и это недопустимо. Его приказы пробуждают в тебе ненависть и желание убивать.
После того, как Салис тэс Малей произнесёт ключевую фразу трижда, ненависть затмит твой разум. Ты выберешь способ и убьёшь тэс Малея, затем убьёшь себя».
А дальше ещё строже и почти шёпотом:
«Элия-Мия тэр Линидас, я запрещаю тебе обращаться за помощью даже в том случае, если ты заподозришь, что с тобою происходит нечто неправильное. Мой приказ подлежит исполнению при любых обстоятельствах. Ты моя слуга!»
После этих слов меня едва не выбило из смещённого спектра.
Воздух в лёгких закончился, я рассвирепел!
Это что за дрянь?
Кто посмел?
Какого… Р-р-р!
Ярость уподобилась урагану. Из небольшого смерча она стремительно выросла в гигантскую, грозящую засосать весь мир воронку.
Снова пришлось взять паузу, чтобы вернуться в равновесие. Затем я вновь сосредоточился на первом шраме, и пусть не сразу, но всё-таки нашёл, что хотел.
У нас, драконов, ментальная магия тоже не в почёте. Но никаких шрамов она не оставляет и похожа на силовой удар.
Здесь принцип был иным. При ещё одном смещении спектра магического зрения, я отыскал тончайшие нити, которые тянулись от шрама и уходили в энергетическое тело.
Судя по всему, внушение вошло в тело Элии, разлилось по нему, а шрам являлся не только следом, но и печатью. Очень осторожно я подхватил одну из нитей от первого шрама и потянул на себя. В голове опять зазвучал голос, повторяя уже слышанный приказ.
За этой нитью сами собой потянулись и другие, и довольно быстро я вытянул целый клубок посторонней, чужеродной Элии, энергии.
Сила чужого внушения. Вот теперь я и смял, и сжёг, а шрам сразу стал светлее и незаметнее. При повторном обращении к нему, голосов уже не звучало. Всё. Первое внушение я убрал.
А вот со вторым…
Увы, но тут оказалось сложнее. Во-первых, воздействие находилось в полуактивной фазе, а во-вторых, слишком сильно слилось с телом моей леди.
Нити не желали расставаться с Элией, а она не желала их отпускать. Видимо ещё и потому, что подсознательно действительно возненавидела тэс Малея за его манипуляции. Ведь сознание сознанием, но себя не обманешь. У моей леди были все причины, чтобы тэс Малея убить.
После четвёртой попытки убрать второе внушение, я сдался и отодвинулся.
Отстранился не физически, но мысленно — вернулся к привычным спектрам и в реальный мир. И замер, обнаружив, что заключённая в мои объятия девушка, спит. Элия дышала тихо и ровно, выглядела при этом настолько безмятежно, что я улыбнулся.
И вновь подумал о тэс Малее. Если этот гнилостный аристократишка являлся заказчиком «любовного внушения», то нанял плохого исполнителя. Как всё-таки занимательно: Элия должна убить его, а потом и себя.
Если леди останется в живых, наверняка будет следствие. Её станут допрашивать и осматривать, и, полагаю, в этом случае шрам от воздействия всё-таки найдут.
Только читать информацию с таких следов-печатей люди не умеют, определения магического почерка у них тоже нет, поэтому никто не скажет точно. Значит убивать леди не обязательно. Однако маг, сделавший внушение, решил подстраховаться…
Умно. Но я не позволю этому плану воплотиться в жизнь.