Ри толкнула в спину, и я опять удостоилась мимолётного синеглазого взгляда.
Логику поступка подруги я, разумеется, поняла. Но всё равно захотелось её прибить!
— Не нападёт, — сказал дракон. — Непроявленный приходит исключительно за невестой. Следовательно, никому, кроме леди Вивироны, опасаться нечего.
При слове «невеста» глаза Виви заблестели как две звезды.
— Но вы же сказали, что брак невозможен? — прищурилась Ри. — Следовательно, она не невеста, а…
— Невозможен, — кивнул Рэйтран. — Леди… не совсем невеста. Но Непроявленный об этом не знает.
Странноватое и какое-то сомнительное объяснение, но ладно.
Ририан открыла рот, желая спросить что-то ещё, однако дракон уже потерял к моей подруге интерес.
Отступив от сжимающей подвеску Виви, он продолжил уведомлять:
— Мы здесь ненадолго, только до момента нападения и схватки. После того, как решится вопрос с сущностью, мы вернёмся в свои земли. Артефакт брачного выбора тоже заберём. Вам будет не о чем беспокоиться.
— То есть как «вернётесь»? — удивился кто-то. Ректор зыркнул в сторону вопросившего ну очень грозно.
Но Рэйтран не оскорбился, даже счёл вопрос нормальным:
— Вот так. Мы вернёмся, и история закончится. Ну а пока мы здесь…
Дальше прозвучала несколько пугающая «просьба». Растянув рот в этаком хищном оскале, «милорд» попросил не распространяться о присутствии на территории драконов.
— Давайте обойдёмся без посланий родственникам? Без телепатических сообщений о нас? Без прочих откровений?
Мм-м… Значит он не в курсе, что телепатия — умение, доступное лишь архимагам? Или полагает, что каждый из присутствующих в этом зале — архимаг?
До такого звания не дотягивал даже ректор, что говорить о нас, желторотых?
Однако переубеждать гостя никто не решился. Все наоборот закивали — мол, по поводу телепатии ни-ни.
Тут дракону бы успокоиться, принять нашу покорность, но…
— На всякий случай, во избежание неожиданностей и неприятностей, мы поставим временный барьер. Он защитит от многого, включая физическое проникновение разного рода.
В эту секунду я поняла, что Рэйтран не только смазливый, но и наглый.
Более того, он держался так, словно ничуть не сомневался в своём праве устроить нам вот такую изоляцию. Словно королевством, в состав которого входят и эти земли, правит не Луи-Майрар-Койн тэс Линидас, а он сам. Рэйтран! Упавший на нашу голову, покрытый прозрачной чешуёй реликт!
За отца стало обидно, но я, опять-таки, смолчала. Не моего ума и не моей компетенции дело — я только бастард.
Пусть ректор разбирается. Это его вотчина. Вряд ли он позволит гостям устанавливать какие-то барьеры.
И кстати…
— А от сущности ваш барьер не защитит? — перехватила мысль Ксанна.
Дракон снова, и очень-очень нехотя, повернул голову в нашу стороны. Только зыркнул при этом не на Ксанну, а на меня. Ответил тоже мне:
— Нет, леди. Защитить от Непроявленного могу только я.
К счастью, наш сильно взволнованный ректор очнулся.
— Мы обсудим, милорд Рэйтран, — сказал он дипломатично. — Раз личность девицы установлена, то…