– А то! Вряд ли ты примешь за достойную цель жизни получение от нее удовольствия, а?
– Наверное, – рассеянно отозвалась Летана.
Опять наступать на те же грабли и делать скоропалительные выводы она не собиралась. И так уже несколько раз ошиблась в этом человеке, сколько можно! А еще она, кажется, начала привыкать к его манере играть словами и научилась отличать эту игру от действительно искренних высказываний. Вот сейчас впечатление от сказанного оставалось совершенно определенное, но в словах мог скрываться и наверняка скрывался иной подтекст. А может, не один.
Но стоит ли заострять на этом внимание и ловить феникса на двусмысленности? Лета решила, что нет. Не хочет говорить прямо – его право. Ей и самой не очень-то хотелось сейчас выворачивать душу и жаловаться на жизнь. Или наоборот, слишком хотелось, чтобы позволить себе эту слабость?..
– Надо будет и перед Останом извиниться, – не дав себе времени обдумать то, что по-настоящему беспокоило, заговорила Летана. – Мне он неприятен, но все равно ничем не заслужил такого отношения.
– Он неприятен, а я, значит, приятен?
– Ты напрашиваешься на комплимент, – укорила она. – А сам как думаешь?
– Ну-у… Хм. Есть способ проверить.
Летана хотела спросить, чем его не устраивает в качестве проверки нынешний разговор, но не успела: Яроплет мягко обхватил ладонью ее лицо и поймал губами губы. Несколько быстрых и легких, дразнящих прикосновений – действительно, проверка. Ответит? Оттолкнет? Ускользнет?
Лета ответила без колебаний. Вечер сегодня был такой, располагающий к безумствам. После скандала и сумасшедших догонялок в воздухе, сидя на крыше вот так и в такой компании, можно позволить себе еще одну приятную глупость. Интересно же понять, как феникс целуется не по делу, а ради удовольствия…
Целовал он мягко, уверенно, неспешно и ласково. Одной рукой продолжал обнимать за талию, придерживая и прижимая к себе, а пальцами второй осторожно зарылся в волосы – и Лета окончательно отбросила сомнения. Одна ее рука была зажата между их телами, зато вторая – абсолютно свободна, и женщина наконец сумела сделать то, о чем уже не раз задумывалась. Ее ладонь скользнула в вырез полурасстегнутой жилетки и двинулась по твердой груди мужчины вверх. Медленно, наслаждаясь прикосновением к горячей гладкой коже. К ключице, вдоль нее на плечо, по шее вверх на бархатисто-колючий стриженый затылок…
А потом Лета вздрогнула – и вдруг поняла, что ей опять жутко холодно, и жмется она к фениксу не из одного лишь вожделения. По всему телу волной прошла крупная зябкая дрожь – сверху вниз и обратно.
– Ты чего? – не мог не заметить этого Яроплет.
– Заклинание сорвалось, – смущенно призналась она, повторно выплетая защитный купол.
Было ужасно стыдно, от этого горели даже уши, и сейчас Лета радовалась темноте. Мало того что с ней подобных осечек не случалось лет десять и с более сложными чарами, что уж говорить о такой простенькой защите, которой балуются школьники. Так еще и причина этого наверняка все прекрасно поняла и лукаво – а может, и самодовольно! – ухмылялась. Спасибо, что промолчал и дразнить не начал!
– Будем считать, это судьба. Полетели?
– Куда? – озадачилась Лета.
– Как – куда? Ночь только начинается, праздник в разгаре! Нет, если тебе хочется продолжить, или полетать еще, или вообще пойти домой – то я открыт для интересных идей, – вкрадчиво проговорил он, а ладонь легла женщине на колено и медленно двинулась вверх по ноге.
– Праздник так праздник, – согласилась Лета, звучно прихлопнув шаловливую руку, – несмотря на то, что в крови еще блуждал хмель поцелуя и подзуживал позволить фениксу все и сразу, ведь все равно этим закончится.
Пусть заканчивается, Творец с ними, с сомнениями, но не здесь же!
Цепляясь за ладони мужчины, она поднялась на ноги, осторожно утвердилась на скользких каблуках, расставила руки для равновесия и сменила ипостась уже вполне уверенно, без страха, как в прошлый раз. Птичьи когти гораздо увереннее цеплялись за крышу, так что она спокойно отошла немного в сторону, чтобы не задеть феникса при взлете, и поднялась в воздух.
Яроплет проводил ее взглядом – и в два прыжка разбежался, оттолкнулся от крыши. Лета, испуганно вскрикнув, инстинктивно кинулась к нему, чтобы в следующее мгновение едва увернуться от столкновения с огненной птицей. А потом не сдержалась и, через пару мгновений нагнав феникса, возмущенно клюнула его в макушку. Тот шарахнулся, издал несколько странных булькающе-чирикающих звуков, которые Лета не поняла, но гоняться за ней не стал – направился прямо к площади, с которой они взлетали, благо в этом небольшом городке для достижения цели хватало буквально нескольких взмахов.
Обратно сменил ипостась он над самой землей, мягко приземлился на ноги – и дал волю смеху, потирая ладонью затылок.
– Лета, я все понимаю, но выражение «клевать мозг» мне казалось иносказательным даже не на первом году семейной жизни! – радостно сообщил он женщине, которая приземлилась и только после этого сменила облик.
– Дурак! Знаешь, как ты меня напугал?! – подошедшая Летана возмущенно ткнула его кулаком в живот.
– Теперь знаю, – весело фыркнул он и поймал ее в охапку обеими руками. – Ладно, извини, пугать тебя я точно не собирался, только если немного распустить хвост. – То ли в качестве извинений, то ли из хулиганских соображений он звонко чмокнул ее в нос, поймал за руку и потянул к ступеням. – Идем, а то замерзнешь. И там без нас съедят все вкусное.
Глава 9. Клинический диагноз
Прогуляться из зала никто не вышел – слишком крепкий мороз не располагал к играм на свежем воздухе, и на крыльце никто не топтался, так что Летана облегченно вздохнула: свидетелей их возвращения нет, а значит, поводов для смущения – тоже. Вот только своевременно отобрать у феникса руку она не догадалась, а потом стало поздно, потому что несколько человек внутри поприветствовали их протяжно-многозначительным «О-о-о!». Остальные были увлечены собственным весельем и на вернувшуюся пару внимания не обратили. Многие уже танцевали, другие – разговаривали, спорили и смеялись, ели и пили.
Возвращать Лету сослуживцу Вольнов не стал, и товарищи, делившие с ним столик, не смогли этого не прокомментировать.
– Ага, Плетка добыл себе женщину. И почему я не сомневался, что ты именно за этим и уходил? – весело подначил один из них, совершенно незнакомый.