– Хорошо, – кивнула Ула и направилась к коню, – выезжаем завтра рано утром.
Не покидало странное ощущение, что безмятежные деньки закончились, и беспокойство перемешивалось с волнением, щекоча изнутри и сбивая дыхание. Вот только что ждет в будущем?..
Эргед остался ночевать на поляне перед домом под шатром из натянутого на колья плаща, завернувшись в теплый шерстяной спальный мешок. Ула не возражала, хотя в доме можно было вполне разместиться и двоим.
Утром, с рассветом, им предстояло выехать в соседнюю долину.
Глава 4
В королевском кабинете собрались всего несколько человек: его величество, придворный маг и генерал. За окном стоял самый глухой час ночи, но это их не смущало, потому как вопрос на обсуждении стоял очень важный: безопасность целой страны.
– Зачем ты просил собраться, Улгриф? – негромко спросил король, глядя на своего верного советника.
– Мне пришло видение, – мрачно сообщил Улгриф, сильнейший ментальный маг в королевстве, – о конце света, ваше величество. И его нам устроит страж Сумеречного перевала.
В кабинете воцарилась тишина. Военный средних лет с пышными усами и короткими светлыми волосами недоверчиво покосился на говорившего.
– Что за ерунда! Стражи всегда охраняли границу от сумеречных тварей, – пробасил он.
Улгриф поморщился и потер лицо ладонью.
– Я видел, что нынешний страж проведет какой-то ритуал или будет в нем участвовать. В общем, он откроет границу, и наши земли захлестнет вал потусторонних тварей. – Он устало вздохнул и посмотрел на генерала. – В последний раз мои видения уберегли нас от переворота, Каррег. И сейчас не вижу причин усомниться в правдивости того, что я видел.
– И что ты предлагаешь? – Король, нахмурившись, откинулся на спинку кресла.
Маг помолчал, поднялся и прошелся по кабинету, напряженно размышляя о чем-то, потом остановился и посмотрел в глаза его величеству.
– Нужно избавиться от стража и поставить на перевале заставу с гвардейцами, – ровно произнес он.
В помещении повисла вязкая тишина. Двое мужчин во все глаза смотрели на лучшего менталиста, чьи прогнозы еще ни разу не оказывались напрасными. Видения посещали его не так часто, однако, когда они приходили, король к ним всегда прислушивался.
– Жители княжества уважают стражей, – протянул его величество, хмурясь и пощипывая подбородок. – Они не обрадуются, если мы нарушим вековую традицию. Стражи много лет охраняли Сумеречный перевал.
Маг жестко усмехнулся, его глаза опасно блеснули в полумраке кабинета.
– А мы никому не скажем, – вкрадчиво ответил он и тут же добавил: – Вспомните, последний раз именно темный шаман чуть не выпустил тварей с той стороны, а стражами становятся именно шаманы. Где гарантия, что нынешний не пойдет по стопам того, уничтоженного? Пришла пора менять традиции, – твердо закончил Улгриф, глядя в глаза королю.
– Тогда нужно идти тихо и не целым отрядом, – задумчиво пробормотал генерал, поглядывая то на мага, то на короля.
– Вот вдвоем и пойдете, – решил монарх и кивнул своим словам. – Доберетесь до перевала и сделаете, что нужно. Через портал…
– Только до границы княжества, – перебил его Улгриф. – В горах магия сбоит и работает странно, там искажения пространства и времени, лучше не рисковать. А дальше верхом. В деревни заезжать только в крайнем случае, возьмем припасов побольше. Воды и так в достатке, мясо на охоте добудем. От границы до перевала где-то дня четыре пути.
– Отлично, выходим завтра с рассветом. – Генерал поднялся.
Тайный совет разошелся, а рано утром в одном из внутренних дворов дворца открылся портал, пропуская двух всадников. Отъезд их прошел незамеченным.
Горное княжество встретило прохладой, хмурым небом и непривычной тишиной. Конечно, граница проходила условно, ведь княжество принадлежало империи. Каррег и Улгриф рысью двинулись по широкой утоптанной тропе, вьющейся под раскидистыми кронами. Впереди виднелись величественные горы, зеленые, накрытые клочковатыми облаками, и где-то в их глубине скрывался Сумеречный перевал, граница между миром живых и миром мертвых. Маг и генерал ехали молча, погруженные в свои мысли. Время от времени из леса доносился треск ветки под чьей-то лапой, иногда вскрикивала пичужка. Тропинка шла и шла вперед, порой дорогу пересекали весело журчащие ручьи.
Время казалось застывшим, а редкие звуки – слишком громкими, неожиданными.
Они сделали привал только раз, перекусить сыром и прихваченными с кухни лепешками. Вяленого мяса и сушеных овощей хватало на похлебку, поэтому шли до самой темноты, не отвлекаясь на охоту. Наконец остановившись на удобной полянке около неширокой горной речки, поужинали и легли, а на следующий день отправились дальше. Темп сразу взяли хороший, ехали быстро, и никакие неприятные сюрпризы их не поджидали. Изредка виднелись небольшие поселения на три-пять домов – пастухи и фермеры, а крупные деревни они, как и договорились, объезжали. В княжестве чужаков не слишком жаловали, хотя и не проявляли откровенной враждебности. Лишь раз они рискнули заехать купить хлеба и сыра, и поскорее отправились в путь, сопровождаемые настороженными и любопытными взглядами жителей.
На третий день тропинка вывела на широкую дорогу, по которой всадники некоторое время ехали, сверившись с картой. Миновав перевал, спустились в долину и остановились около красивого озера – даже их суровые и в общем-то зачерствевшие души тронула дикая природа. Тем более впервые за их поездку распогодилось, и выглянувшее солнце окрасило округу в яркие сочные цвета. Душистое пестрое разнотравье, неподвижная темно-синяя гладь, все оттенки зеленого в лесу – глаз не мог оторваться от такого богатства. А в лазурное небо упирались величественные вершины, кое-где украшенные снежными языками.
– Пожалуй, понимаю, почему некоторые уезжают сюда жить, – негромко произнес генерал, окидывая взглядом долину.
Иногда им встречались кусты, украшенные разноцветными ленточками, – местные обращения к духам. Улгриф время от времени осторожно обращался к своей силе, проверяя, что с ней, и ощущал, как неровно она пульсирует внутри. Поэтому на большее, нежели разжечь костер и поставить охранный контур, применять магию не рисковал. Вскоре с дороги пришлось сойти, чтобы вдоль довольно широкой мутно-зеленой речки с порогами и очень холодной водой миновать еще одну долину. До Сумеречного перевала оставалось полтора дня, если верить карте.