И почти на выходе из дома, когда Эргед уже стоял у двери, дух-ищейка внутри тихо зарычал, вздыбив загривок, и мужчине пришлось крепче стиснуть зубы, сдерживая вторую сущность. Чутье безошибочно зацепилось за еще не старого крепкого мужчину, спускавшегося по лестнице с задумчивым и сосредоточенным лицом. Взгляд его был словно направлен внутрь себя, незнакомец казался погруженным в раздумья и не замечал ничего вокруг. И именно на него сделал стойку дух-ищейка.
Эргед прищурился и замер, не отводя от незнакомца глаз. Значит, рядом с этим человеком затаился сумеречный демон. Гончий подобрался, ноздри хищно раздулись, и он мягким, скользящим шагом последовал за мужчиной. Тот, занятый своими мыслями, ничего не замечая вокруг, свернул в коридор на первом этаже, и Эргед двинулся уже по ниточке неразличимого другими запаха, не опасаясь потерять. Они прошли насквозь почти весь дом, добрались до черного хода для слуг, через который незнакомец выскочил – и Эргед за ним – на задний двор. Тут царила обычная суета: разгружались телеги с припасами, служанки, весело переговариваясь, шли к загонам для животных, легко удерживая чаны с кухонными объедками.
Мужчина направился к распахнутым воротам. Эргед не отставал, сохраняя расстояние. Ищейка внутри нетерпеливо порыкивала, но пока ему удавалось сдерживать духа – нужно выяснить, где прячется сумеречный. Они прошли несколько домов, небольшой рынок на площади, свернули, и тут неизвестный словно что-то почувствовал. Резко остановился, обернулся, и их взгляды встретились. Хотя Эргед не носил никаких отличительных знаков, мужчина, похоже, каким-то образом догадался, кто за ним идет, и побледнел. В его глазах мелькнуло затравленное выражение и отразилась такая тоска, что у Эргеда невольно болезненно сжалось сердце: значит, он знал, и это кто-то близкий. Беззвучно выругавшись, гончий едва заметно покачал головой, и его губы неслышно прошептали:
– Не надо.
От ищейки теперь не убежать, она найдет след, как бы далеко ни уехал этот человек, увозя одержимого. Уже не скрываясь, Эргед быстрым широким шагом направился к застывшему мужчине, а тот и с места не сдвинулся, не отрывая взгляда от гончего. Эргед приблизился, остановился рядом и несколько тягучих долгих мгновений молчал. Ищейка внутри нетерпеливо скреблась, требуя выпустить и без лишних слов подтверждая: да, незнакомец связан с одержимым сумеречным духом.
– Веди, – коротко бросил всего одно слово Эргед.
Человек сглотнул, нервно облизал губы, поколебавшись всего миг, потом прикрыл глаза с обреченным видом. Его взгляд потух, уголки губ опустились, плечи ссутулились. Молча кивнув, мужчина развернулся и тяжело зашагал вперед, Эргед за ним, даже не заметив, в какой момент его пальцы крепко сжали эфес меча. Миновав еще несколько домов, они остановились у крепкого деревянного забора выше человеческого роста с воротами и калиткой в них. Светлые сосновые доски украшала затейливая резьба, а по другую сторону открылся широкий чистый двор и трехэтажный особняк с крыльцом и крытой верандой сбоку. В углу стоял сарай, мощенная камнем дорожка уводила в сторону, видимо, за домом располагались хозяйственные постройки.
Незнакомец, не останавливаясь, поднялся по ступенькам, Эргед за ним.
Здесь было бы хорошо, светло и уютно: все то же неизменное дерево, украшенное резьбой, темная массивная мебель, на полу разноцветные узорчатые коврики, явно сделанные кем-то из обитателей дома. Сухие пучки трав распространяли приятный тонкий аромат, на стенах висели несколько красивых пейзажей. Однако все перебивал насыщенный гнилостный запах, присущий одержимым. Ищейка внутри зарычала, вздыбив шерсть, и Эргед еле удержал ее на привязи – еще не время, они же не пришли! Ко всему прочему в доме царила тяжелая, какая-то гнетущая тишина, хотя тут наверняка имелась и прислуга.
Хозяин начал подниматься по лестнице, ступеньки едва слышно поскрипывали под его ногами. Эргед бесшумной тенью двигался за ним, легко и плавно, не убирая ладони с меча. Конечно, оружие вряд ли понадобится, однако привычка была сильнее. А запах становился все насыщеннее, забивался в ноздри, от него в носу зверски свербело и тянуло чихнуть, а еще отфыркиваться как зверю. Ищейка рвалась на свободу, чуя добычу, и Эргед чувствовал, что еще чуть-чуть, и не справится с духом.
Они успели сделать буквально несколько шагов по коридору, когда одна из дверей вдруг распахнулась, и к ним вышла изящная молодая женщина в простом платье из темно-зеленой шерсти. Тонкий золотой поясок с длинными кистями подчеркивал стройную талию, на плечах лежала кружевная шаль, каштановые волосы были уложены в затейливую прическу. Эргед замер, выругавшись про себя. Его словно под дых ударили, хотя, казалось, за годы патрулирования княжества всякого повидал. Однако к таким поворотам до сих пор не привык, и радовался, что схожие ситуации попадались очень редко. Сумеречные духи предпочитали выбирать кого покрепче и к женщинам нечасто подселялись.
– Ольгер? – приятным голосом произнесла его супруга и улыбнулась. Потом заметила Эргеда, и на ее лице мелькнуло растерянное выражение. – У нас гости? Ты не предупреждал, милый…
Их взгляды встретились, и события понеслись с устрашающей скоростью. Словно издалека Эргед услышал ласковый, успокаивающий голос Ольгера:
– Вилена, этот человек поможет тебе…
Однако договорить он не успел. Вилена взвизгнула тонким голосом, пригнулась, и ее глаза яростно полыхнули ярко-голубым светом. Милое лицо некрасиво искривилось, и сквозь него Эргед отчетливо разглядел проступающую безобразную морду сумеречного духа. Силен, гад. Так просто не отцепится.
– Он пришел убить меня, Ольгер-р! – с рычащими нотками отозвалась та, которая когда-то была Виленой.
Хозяин дома болезненно поморщился, оглянулся на Эргеда, но тот уже вышел на охоту, отпустив ищейку.
Мир причудливо изменился, словно на реальность наложилась еще одна, исказив линии и забрав цвета. В стороне остались застывшие фигуры Вилены с перекошенным лицом, Ольгера и его самого, Эргеда. Он стал духом, огромным призрачным волком с темной шерстью, похожей на текучий туман в сумерках. А впереди смердела добыча, сумеречный дух, безобразное существо с множеством конечностей и пастей, вцепившееся в Вилену мертвой хваткой. Где-то на границе сознания мелькнуло сожаление, что женщину, похоже, не спасти, слишком крепко присосалась тварь к ее душе. Знать бы, чем купила, ведь во взрослого человека сумеречному духу проникнуть сложнее…
А потом мыслей не осталось. Демон шипел, ощерив пасти, и ищейка, глухо рыкнув, стремительным текучим движением метнулась вперед. Добыча попыталась увернуться, выбросила перед собой облако тошнотворного тумана, от которого слезились глаза, стрельнула множеством тонких усиков, заканчивающихся ядовитыми шипами, ранившими даже призрачную плоть ищеек. Однако Эргед слишком долго охотился и прекрасно изучил все повадки. Да и его ищейка тоже не щенок какой несмышленый, за плечами сотни уничтоженных сумеречных. Коротко рыкнув, дух-защитник невероятно изогнулся, избегая усиков, распластался в прыжке и длинными острыми клыками намертво вцепился в смердящую плоть.
Раздался противный визг, тварь забилась в зубах, царапая, отбиваясь, впрыскивая яд, но ищейка лишь плотнее сжимала челюсти, высасывая жизнь из захватчика, отбирая энергию. Жаль только, что на другом плане бытия Вилена тоже ее теряла – слишком тесно они оказались связаны… Еще несколько мгновений, и сумеречный дух ослабел, обвис в пасти ищейки, однако клыки не разжимались до тех пор, пока сумеречный не растаял клочьями серого тумана, растворившись в тенях.
Сыто фыркнув, дух Эргеда тряхнул головой, отступая в глубь сознания, снова отдавая бразды правления человеку, и мир плавно вернулся в прежнее состояние. Вот только женщина, бледная, с заострившимися чертами, лежала на руках Ольгера, а он сидел на полу, неотрывно глядя на нее и гладя кончиками пальцев лицо.
– Вилена… Вилена… – беззвучно повторяли его губы, а дыхание женщины становилось все реже.
– Он… обещал… – с трудом выговорила она едва слышно, как шелест ветра в кронах, – вернуть… сына…
Эргед застыл рядом, не вмешиваясь, стараясь отстраниться от происходящего, не прислушиваться к эмоциям. Иначе сорвется и снова напьется, пытаясь утопить болезненные воспоминания, а ведь он держался уже несколько лет, не позволяя себе возвращаться в прошлое. Ольгер издал странный звук, то ли всхлип, то ли тихий стон. Вилена, не отрывая от него взгляда, смогла слабо улыбнуться, грудь в последний раз поднялась, а потом опустилась, остановившись навсегда. Ольгер застыл, не глядя на гостя, и гончий неслышно отступил, не прощаясь и не расспрашивая. По последним словам женщины можно было догадаться, что в недавнем прошлом в этой семье произошло несчастье, они потеряли ребенка. О да, сумеречные твари умели цепляться за людские слабости и затуманивать им мозги.
Поморщившись, Эргед покинул дом, не оглядываясь и стараясь поскорее выкинуть из головы произошедшее здесь и сосредоточиться на насущных вопросах. В первую очередь – сообщить князю и узнать, кто такой этот Ольгер. Забравшаяся так далеко сумеречная тварь – это серьезно, и, если сложить отчеты по рейдам последних недель, картина выходила очень тревожная. Что-то определенно назревало, и Аргорд должен знать.
Добравшись до княжеских хором, Эргед прошел знакомым путем, но пришлось еще немного подождать – правитель проводил совещание, и только спустя почти час гончий наконец снова оказался в кабинете.
– Кто такой Ольгер? – сразу спросил он.
– Мой советник по торговле, – нахмурился князь. – А что? Что случилось?
– В его жену вселилась сумеречная тварь, – хмуро сообщил Эргед, тяжело опустившись на стул. – И слишком сильно вцепилась в нее. Что у них произошло, ребенок умер? – все же уточнил гончий, покосившись на помрачневшего Аргорда.
– Да, Вилена была беременна, и полгода назад они потеряли ребенка, – тихо ответил князь. – Шаман предупреждал их, что так будет, но Ольгер же упрямый… – Аргорд поморщился. – И Вилена очень хотела…