Дверь поплыла в сторону, закрываясь, и Снежок отпрыгнул внутрь бункера в последний момент. И уже не видел, как дрон рванул следом за ним.
Зак услышал тихое жужжание над собой, покосился на догнавшего дрона. Ухмыльнулся.
«Хотите посмотреть, что я сделаю, мистер Джонс? — насмешливо подумал он. — Знал бы я сам, что сделаю…».
Зак почти ничего не помнил о Вторжении. И совсем ничего не помнил о том, что было раньше. Отец заново учил его всему. И обращаться с песком — тоже. Когда вихрь взметнулся под его ладонью, Зак вспомнил вдруг, как так же делал отец. Приседал напротив — Зак сидел тогда в его инвалидном кресле, кресло отец раскопал на какой-то помойке, и оно перешло потом ему же в наследство от Зака.
Приседал напротив, опускал ладонь к песку и говорил:
— Песок мягкий, мальчик. Смотри: песок мягкий. Песок будет слушать.
— Построй… стену, — осторожно говорил Зак, потому что только недавно начал выговаривать слова, и ему все казалось, что он путает их значения. — Можно построить… стену?
Ему было все еще страшно. Стены бункера были ненадежными и казались гораздо более хрупкими, чем песок. Да что песок — более хрупкими, чем песчаный мираж. Зак уже знал: бункер никого не спасает.
— Песок мягкий, — говорил отец, — стена упадет. Из песка нельзя строить. Его можно поднять, его можно направить. С ним можно говорить. Пробуй.
И Зак опускал ладонь, но вихря не получалось. Ничего не получалось. Между рукой и песком свободно гулял ветер. Рыжие песчаные ручейки ползли сами по себе, а Зак был — сам по себе.
— Ты не готов, — качал головой отец и уходил. И Зак невероятно злился на себя.
Он очень долго он злился и чувствовал себя виноватым во всем. Он был не таким, отцу он не подходил, а больше никого не было, потому что он никого не спас. Все погибли — а он выжил. Но выжил не таким. Плохим, поломанным.
Он был виноват во всем. И в том, что выжил, и в том, что бури, которые не в силах больше никто остановить, потому что он-то выжил, но оказался не готов.
И в том, что бросает теперь всех: отца, Гошу. И в том, что бессовестно врет Рэю про пропавший ком.
Он был поломанным.
А сейчас будто вдруг починился. Все стало на свои места. И было легко, очень легко: он никого больше не бросал.
«Песок мягкий, — упрямо повторял он себе, когда бурю уже было видно впереди — оранжевую сплошную стену, идущую вперед так быстро, что Зак не успевал выйти ей наперерез, только врезаться в нее сбоку. — Песок мягкий…».
— Рэй, — окликнул Мист. — Доложить готовность.
— Мухи заземлены, — сообщил Рэй, — мы у бункера. Ребята спустились.
— Задраивай, — скомандовал Мист.
— Буря, — сказал Рэй, — огромная. Я такой еще не видел.
Мухи лежали на песке в нескольких метрах, Рэй все еще стоял у створки бункера и смотрел вперед, непроизвольно задержав дыхание. Она шла, огромная, рыжая, живая. Будто оранжевая горная гряда надвигалась прямо на них. И так как гряде идти нелегко, шла неспешно, как Мист, но так же, как Мист, неотвратимо. Стонала, скрипела и выла. Издали, но уже — оглушительно.
— Рэй, в бункер, — сказал Мист.
— Ты эвакуировал поселок, Ким? — спросил Рэй.
— Посчитай, пожалуйста, время, необходимое для эвакуации, — попросил Мист, — и сверь со временем, за которое буря придет сюда. Зачем задавать вопросы, если ответ очевиден, дорогой?
— Ким… — сочувственно пробормотал Рэй. Мист ничего не мог сделать, Рэй понимал это. Также Рэй понимал, что будь у него возможность взлететь на Мухе, Мист хрен бы признался, что оставил поселок на произвол судьбы.
Но Рэй прекрасно знал: Мист контролирует все. И его личную Муху тоже.
— Не закатил истерику, молодец, — отметил Мист. — Теперь спускайся, задрай бункер. Понимаю, что смотреть на бурю очень романтично, но не подставляй свой отряд под удар, потому что ты гребаный романтик.
— Сделано, — отозвался Рэй, шагнул внутрь и активировал механизм полной блокировки. Купол бункера поехал вниз вместе с ним. Ребята уже ждали внизу.
— Рэй, внимание, — заговорил Мист, будто только что вышел на связь, будто предыдущего разговора не было. Он часто так делал. Делил информацию на блоки, и каждый блок подавал отдельно. Но, естественно, ничегошеньки не забывал. — Бросаю тебе на контакт координаты дрона. Зафиксируй их в последней видимой точке. Как только буря ляжет, немедленно выходите поисковой группой по ним. Полноценная спасательная операция. И коктейли наготове. Ясно?