Ким говорил дальше, но Рэй дальше не слушал. Он пошел вниз. И Ивор — рядом.
— Первый, второй, огонь, нырнуть на вращениях, замереть на пять, третий…
— Мать твою! — выдохнули в динамиках, Рэй узнал голос первого. — Я их вижу!
— …четвертый, — ровно продолжал Ким, — огонь и в сторону петлей, обратный курс. Пятый, шестой, минута хода до цели.
Поначалу Ким разбил их на пары: прощупать крейсеры Чужих. Те, которые сейчас пытался воссоздать и по аналогии с Мухами обзывал Ласточками. Они были больше цэшек в несколько раз и, несмотря на габариты, маневреннее. Цэшки в сравнении с ними не летели — плыли, увязали в пространстве, как в киселе. И никак не могли пробить силовое поле, чтоб их хоть на мгновение видно стало, поле не глушилось импульсами. Вообще никак не глушилось.
Все, что оставалось, — двигаться. Уходить, лупить бесполезным импульсом, снова уходить и замирать — чтобы полностью укрыться отражателем. В движении отражатели работали плохо, но двигаться было нужно. Перемещаться хаотично — не позволить просчитать траекторию.
— Теперь и я их вижу, — прошептал Рэй на подходе к своей цели.
Они создавали рябь. Едва различимое колебание пространства, заметное только с очень близкого расстояния.
— Девятый, вниз, на девяносто, — тут же скомандовал Ким. — Десятый, аналогично.
К тому моменту еще несколько цэшек сбили на подлете.
Импульсы Чужих глушили все системы, потому пилоты уходили тихо — просто пропадали из эфира. Ни крика, ни слова, ни звука. Раз — и бездна проглотила еще одного. И еще. И еще.
— Ого! — неожиданно обрадовался Ивор. — Тут еще один, внизу, прямо подо мной. Видишь его, Джонс?
— Восемнадцатый, огонь, — не ответил Ким, потому что Киму было некогда отвечать, — девятнадцатый, право, горизонтально тридцать, вниз, вертикально пять, двадцатый….
— Землянин, — позвал Ивор, — а развернись-ка ко мне носом.
Ким снова никак не среагировал, продолжая раздавать команды остальным, и Рэй плавно повел птичку на разворот. Уточнил:
— Зачем?
— Выстрелишь в меня, — сказал Ивор. — А я в тебя.
— И-ив… — неуверенно протянул Рэй, но Ивор перебил:
— Не тупи, землянин, — насмешливо фыркнул он, — они быстрые, так? Сделаем им из этого проблему. Жахнем между ними, пойдет волна. Глядишь, сначала жахнут в ответ, а потом поймут.
— Седьмой, — неожиданно переключился с бубнежа по третьей десятке Ким, — разворот на девяносто, горизонтально, максимальный импульс прямо по курсу, уход на пятьдесят и замереть.
И затараторил дальше, возвращаясь к третьему десятку, точнее, к тем, что от него осталось.
«Черт! — удивился Рэй. — Да он нам шанс дает! Ведет седьмого на отвлекающий маневр для наших Чужих. Только он не сможет отвлечь, если они нас видят. Они и нас, и седьмого сшибут. С другой стороны, заметили б, куда мы нырнули — уже сшибли бы. Может, у них тут слепая зона? Под брюхом?».
Чужие, глушащие всех на подлете, все еще не ударили по его цэшке. Они с Ивором провисели под их экранированным кораблем уже несколько мучительных секунд, выходя на маневр, и до сих пор были в строю. Значит, их не видели.
Правда, куда именно он выходит, Рэй тоже не видел. Видел небольшое искажение пространства прямо над головой — одну птичку Чужих. Ивор якобы видел еще что-то внизу — вероятно, вторую. А они вдвоем болтались где-то между. Самого Ивора, кстати, Рэй тоже не видел, и совершенно не был уверен в том, что разворачивается, куда надо.
А развернуться нужно было точно — чтобы точно ударить.
— Есть вариант, что тут у них слепая зона, — сказал Рэй. — Снимем экраны?
— И задний ход по выходу на цель, — легко согласился Ивор, которого хлебом не корми — дай совершить самоубийственный маневр. Так было на тренажерах, так действовал он и здесь. Сам Рэй, наверное, от него этой самоубийственности нахватался. Да и терять ведь было нечего.
Он щелкнул тумблером, увидел цэшку Ивора. Тот завершал разворот вдалеке, и как только они оказались нос к носу, оба дали полный назад.
— Раз, — сказал Ивор.
— Два, — сказал Рэй хором с ним, мягко нажал на кнопку на «три» и тут же переключил отражатель в рабочий режим. Ивор тоже исчез с монитора. Рэй взял круто вправо и замер.