Читать книгу «Путь к сердцу. Баал» онлайн

Алька? Алька! Регносцирос до боли напряг глаза.

– Аля! Аля-я-я-я! – заорал он диким голосом и чуть не надорвал связки, почти моментально осип.

А пятно далеко, вокруг него тени. Чтобы добраться, надо спуститься в лог, пересечь его, подняться на возвышение – черт, далеко! И он, задыхаясь и хрипя, рванул по камням. Одновременно отстегнул с пояса щит, которым почти не пользовался – тяжело; сбросил лишнее и сразу же ускорился.

Не сбить, не подвернуть бы ногу… Надо было взять с собой… кого-нибудь… в подмогу…

Умные мысли – они всегда после. А теперь сам, один, потому что дурак.

В этот момент с плато, к которому он бежал, раздался выстрел.

Она билась на последнем издохе – замахивалась, ударяла, отбивалась и теряла последние силы. Алька плакала. Что затея ее провальная, она поняла уже давно – когда еще в самом начале пути расстреляла почти все патроны – не думала, что кошки настигнут так быстро, не думала, что их будет так много. И что так быстро стемнеет.

А теперь, когда услышала знакомый голос, зовущий ее, закрутилась еще быстрее, и ручьем потекли слезы – себя погубит и его погубит. Ладно, когда один, а когда в могилу тащишь родного человека…

– Не ходи сюда, Баал… Не ходи. Их слишком много, – хрипела, отбиваясь, знала, что не услышит, но все равно шептала. Сзади плосконосый, сбоку еще два, вокруг даже смотреть не хочется – там камни и тени, там кошки, там страшно… Да сколько же их всего?

Меч двигался в сумерках серебристой змеей – иногда что-то вспарывал, иногда скользил наугад – один раз в цель, один раз мимо; нещадно болели мыщцы – она давно не тренировалась. Свист, хрипы, звон стали и рыки – страшные рыки, голодные, предвещающие близкую смерть.

– Аля-я-я-я! – раздалось уже ближе, и Алеста едва удержалась от того, чтобы повернуться на звук, чтобы не броситься навстречу – не дадут. Догонят и разорвут; и потому билась.

К тому моменту, когда Баал приблизился настолько, что его фигура стала различимой, она убила двоих плосконосых – одному попала по шее, второму по животу – тот теперь ползал по камням и хрипел. У самой текло по спине, по бедру и плечу – разодрали.

Остался еще один – из тех, что рядом; если сможет убить его, то рванет навстречу, а там они уже вдвоем, они справятся…

В тот момент, когда она собиралась развернуться к оставшемуся врагу и вскинуть меч, Алька вдруг увидела, что за Баалом бежит кошка – не бежит, летит, догоняет, настигает, готовится к финальному прыжку – и это со спины! Рука непроизвольно метнулась к кобуре, вытащила пистолет, подняла – глаза зло прищурились, мысли пропали.

Одновременно с грохнувшим выстрелом на нее со спины напал оставшийся в живых мутант.

Баал рубил его – плосконосого – так долго, что разрубил все тело: отсек голову от туловища, раздробил конечности, изуродовал лицо – мстил. Орал, вскидывал и опускал руку сотни раз, слушал хруст ломаемых костей, никак не мог утешиться количеством нанесенных увечий…

Он напал на Альку. Напал на нее! Уронил головой на камни.

И только после того, как убедился, что враг не просто никогда не встанет, а вовек не будет узнан никем из сородичей, оторвался от его тела, шатаясь, поднялся и склонился над Алькой. Поднял ее показавшееся ему чересчур легким и худым тело на руки, захрипел и побежал вперед.

Быстрее, быстрее, к доктору… Нужно вернуть ее домой, вылечить!

Она вовремя выстрелила в кошку, убила ее – спасла ему жизнь. Ему спасла, а свою не сохранила – дурочка… сбежала из хибары… дурочка…

Он слышал свое хриплое дыхание – доносившиеся, как у загнанного коня, из легких сипы, – но не чувствовал ее пульса. Живая? Нет? Не мог определить, не мог остановиться – несся, как оголтелый, вперед. Потому что если остановится здесь, им обоим смерть.

Он донес ее до окружившего бабкин домик невидимого щита – ощутил его кожей, – шагнул внутрь и тут же положил Алю на землю. Теперь знал точно – пульса нет. Сердце не бьется, мозг не подает импульсов, душа уходит. Ее – душу – он как демон чувствовал точно, и она уже начала Переход. Спешно лег рядом на землю, обнял теплое еще тело рукой, закрыл глаза, растворился – начал энергетический процесс – из человека, как делал сотни раз до того, превратился в Демона.

– Отдай.

И в третий раз в жизни он шагнул не просто в собственный страх – в худший из ужасов – посмотрел в глаза Смерти.

Он ненавидел это – смотреть ей в глаза; один раз попробовал и с тех пор не мог забыть, видел кошмарные сны, – а теперь снова смотрел в них, в эти колодцы-провалы, мучился, трясся, боялся, как никогда в жизни, но заставлял себя терпеть.

– Отдай. Человек. Мой.

Здесь, в тонком Мире, говорить получалось плохо – лишь мыслями-импульсами. Обрывками желаний, намерений.

Он ступил не просто на запретную территорию – он перечил тому, кто имел право увести душу с собой, – он рисковал всем. А Коридор для Алькиной души за темным силуэтом уже был открыт – Баалу, а точнее тому, кем он стал в этом мире – неприкрытым сгустком текучей энергии, – хотелось смотреть не на Смерть, на нее – Альку. На слепящий и невероятно чистый свет ее души; он не отдаст ее. Никому, ни за что. Даже Ей.

– Имя.

Прошелестел голос, и Баал дернулся от ужаса – этот голос не мог принадлежать никому, кроме худшего воплощенного кошмара, – Владычице темного мира.