Я уже собралась снять небольшую, приколотую к кителю булавочку, когда внезапно заметила, что ши как-то странно поник. И взгляд у него сделался такой пугливо-понурый, виноватый. Виноватым ши на моей памяти чувствовал себя всего однажды, когда затащил меня в эту самую пещеру по приказу Флинта…
Вот же… ши, сожри его Глубина!
Словно в ответ на мои мысли позади внезапно прозвучал насмешливый и отлично знакомый голос:
— Ну, привет, синеглазка.
Резко обернувшись, я несколько мгновений неотрывно на него смотрела, а потом с такой же усмешкой, какая играла на его губах, приветствовала в ответ:
— Ну, привет, пират.
— Предпочитаю, когда меня называют легендарным капитаном пиратов, — поправил Флинт. — Прежде чем я обозначу план наших дальнейших действий, хочу прояснить ситуацию. Тот, кто устроил тебе побег из Сумеречной Жемчужины, обладает феноменальными способностями, если он же организовал то… хм… ту досадную неприятность, из-за которой ни я, ни Шатх не смогли защитить и укрыть тебя от стражей.
Похоже, Флинт тоже не был в курсе того, кто стоял за Яли и стоял ли вообще. Собственно, и о том, что именно Яли оказала мне неоценимую помощь, судя по всему, не знал тоже.
Я развивать эту тему не стала и, предчувствуя неладное, спросила:
— Зачем ты пришел?
Последовавшая за моим вопросом ухмылка мне совсем не понравилась, как и азартный блеск глаз. Как-то сразу подумалось, что, поскольку мы больше не на Жемчужине, можно считать, что срок годности всех договоренностей с Флинтом вышел, а стало быть, и доверять ему больше нельзя. Кто знает, что на уме у этого пирата? Вдруг он решит меня украсть, снова таким образом обзаведясь ценным козырем?
— Я собираюсь проникнуть в Гномий банк, чтобы выкрасть хранящиеся там осколки, — как ни в чем не бывало ошарашил меня Флинт. — И ты мне в этом поможешь.
Я так опешила от такого наглого и во всех отношениях самоуверенного заявления, что, приоткрыв рот, не сразу нашлась с ответом.
— Ты в своем уме? — машинально попятилась я.
Одним неуловимым движением Флинт продемонстрирован издевательски блеснувшую между его пальцев монетку.
Несколько секунд я смотрела на нее в полнейшем ступоре, а затем едва не осела на холодный каменный пол. Сказать, что чувствовала себя дурой, — это не сказать ничего. Да как можно было тогда так бездарно попасться?! Еще и Эртану ничего не сказала, потому что было не до того, и это недоразумение совершенно вылетело из головы…
— Долги нужно возвращать, — с довольным выражением лица сказал Флинт. — Разумеется, ты можешь попробовать нарушить нашу небольшую сделку, но я бы тебе искренне не советовал.
А я вот взяла и попробовала! Просто объявила, что отказываюсь идти на такое преступление, и… он был прав, лучше бы я этого не делала. С его слов, нашу договоренность скрепляла простейшая магия, но, как оказалось, простейшая не значит слабая. Меня скрутило так, что стало нечем дышать, тело взорвалось дикой болью, и из глаз непроизвольно побежали неконтролируемые слезы. Наверное, так чувствуют тебя те, на кого нападает скопище потерянных душ. И это — последнее, что они чувствуют в принципе.
— Скажи, что выполнишь мое желание, — прозвучал голос Флинта, по тону которого можно было судить, что происходящее ему неприятно. — Будешь упрямиться — умрешь через пару минут.
— Ты… — прохрипела я, сходя с ума от боли. — Этого не допустишь… я нужна тебе… живой…
— Да будет тебе известно, что для воссоздания кристалла душ нужна твоя кровь, — возразил Флинт. — Рассказать, сколько существует способов, чтобы сохранить ее свежей до того самого дня? Фрида, я серьезно, — добавил он спустя несколько бесконечных и мучительных для меня секунд. — Не упрямься. Вспомни, что я пират. И поступаю только так, как выгодно мне. Ты ведь знаешь о маленьком секрете, красующемся на моей шее. Я сделаю все, чтобы получить осколки, и, хотя ты мне глубоко симпатична, разумеется, предпочту твою смерть своей.
— Грязный… пират… — только и выдохнула я.
Не знаю почему, но это задело. Хотя чего я ожидала? Наверное, никогда не перестану видеть хорошее там, где его нет и в помине!
Терпеть стало просто невыносимо.
— Даже если соглашусь, у меня все равно не получится помочь… — уже практически беззвучно проронила я.
— Ошибаешься, — уверенно разбил мою последнюю надежду Флинт. — Получится непременно. Ну же, Фрида, это всего лишь пара осколков. Они того не стоят, вы всегда сможете отыграться.
Я сильно в этом сомневалась, но нормально мыслить уже не получалось. Все звуки, картинки и ощущения смешались в одно сплошное болезненное месиво. Я стала задыхаться.
Умирать сегодня в мои планы не входило, и подвергать сомнениям намерения Флинта не осталось ни сил, ни времени.
— Согласна… — скорее не прошептала, а подумала я.
И все моментально прекратилось.