Читать книгу «Девушка без имени» онлайн

– Да. Но имя само по себе ничего не значит. Нужно раздобыть артефакт, открывающий врата с этой стороны, – вытащив разрыв-камень, Винокуров взвесил его на ладони и отправил к остальным артефактам. – Насколько я знаю, он потерян навсегда. Так что, ваше будущее величество, смиритесь. И будьте мне самой нежной и трепетной супругой.

– Непременно, – процедила Соня и швырнула в Винокурова еще одно заклинание: угодив ему в поясницу, оно отбросило самозванца на стол. Воспользовавшись этим, Соня спрыгнула с кровати и бросилась к дверям. Заклинание оказалось действительно впечатляющим: пусть неповиновение новому владыке обернулось практически парализованной правой рукой, немедленно обвисшей плетью, но зато Винокуров сейчас просто выл от боли в изувеченном теле принца и не мог броситься в погоню.

Коридор был пуст. Изумрудное зарево медленно угасало, и запах уже не был настолько отвратительным. Соня рванулась к боковой лестнице, которой пользовались слуги – сбежав по ней, она оказалась бы в подсобных помещениях, а там и до черного хода было недалеко. Выбежать на улицу, покинуть территорию дворца и постараться найти помощь. В столице ведь остались люди, Винокуров не мог истребить всех своими заклинаниями, и кто-нибудь обязательно придет на помощь… Двигаться было тяжело, как в дурном сне. И когда Соня уже почти добралась до неприметной двери, ведущей на лестницу, в конце коридора вдруг выросла тень – огромная, горбатая, насыщенно-черная. От нее веяло тем самым холодом, который позавчера полностью парализовал любую способность ведьмы к сопротивлению при аресте.

Тень содрогнулась и упала на пол, почти полностью заняв коридор. Зеленый туман с шипением отступил от ее рваных краев.

– Огюст-Эжен? – испуганно позвала Соня. – Это ты?

Помедлив, тень скользнула к ней, и Соня почувствовала, как дверная ручка выскальзывает из пальцев, а ноги подкашиваются.

– Стой там, Алита, – негромко приказал Лефевр. Тень осанисто повела головой и плечами, словно инквизитор принюхивался – брал след. – Стой и не шевелись. Ты ранена?

– Нет, – откликнулась Соня. – Это Винокуров… он там. В моей комнате.

– Не шевелись, – глухо повторил Лефевр, и Соня вздрогнула от неожиданного прикосновения – на голову опустилось что-то тонкое и легкое, остро пахнущее лекарствами. В коридоре стало немного светлее: иероглифы на грязных бинтах Рекигена вспыхнули с новой силой.

– Он не там, – весело откликнулся Винокуров из-за спины Сони. – Он тут.

Холодная твердая рука обхватила Соню, не давая ей упасть – теперь Винокуров заслонялся девушкой от Лефевра. На мгновение Соня подумала, что это конец, но тотчас же решила, что будет барахтаться до последнего. Лампа над дверью издала нервное потрескивание и ярко вспыхнула: Соня увидела Лефевра и издала сдавленный стон.

Инквизитор был страшен.

– Ловко, хвалю, – сказал Лефевр. – Перо чертит тебе нужные заклинания? Например, для мгновенного перемещения в пространстве?

Винокуров ухмыльнулся где-то над головой Сони. Рука шевельнулась, взяв девушку крепче.

– Верно, – ответил он. – Пистольку брось.

– Иначе что? – равнодушно осведомился Лефевр. – Убьешь ее?

– Точно, – усмехнулся Винокуров и погладил Соню по голове свободной рукой. – Брызга – мощная штука. Оценил?

Лефевр кивнул. Задумчиво взвесил пистоль на ладони и швырнул в сторону Винокурова. Тот удовлетворенно кивнул.

– Второй тоже. Он у тебя во внутреннем кармане пальто.

Лефевр пожал плечами.

– Как ты планируешь править оттуда? – поинтересовался он, медленно расстегивая пальто. – Принц спит – графоман строчит?

– Не смей называть меня графоманом! – прорычал Винокуров. Рука сместилась вверх, и пальцы сжали шею Сони: пока некрепко, просто обозначая намерение. Соня знала, что Винокурову хватит одного движения, чтобы свернуть ей шею.

Она вдруг ощутила страшное безразличие к собственной судьбе. Должно быть, именно такое чувство накрывает тех, кто бросается под танк с гранатой. Ты уже ничего не значишь сам по себе – потому что становишься барьером на пути зла. Ты именно для этого и был создан. Лефевр вынул пистоль – тяжелый, многозарядный, – и Соня вдруг отчетливо сказала:

– Стреляй! – Винокуров изумленно дернулся за спиной, он и представить не мог, что кто-то способен пожертвовать собой, чтобы его остановить. Соня улыбнулась и повторила: – Стреляй, Огюст-Эжен!

И Лефевр улыбнулся тоже. Потом Соня поняла, что эта улыбка была самым жутким событием бесконечной ночи.

– Хорошо, – кивнул он и нажал на курок.

Грохот был таким, что на несколько минут Соня оглохла – тьма и тишина, которые навалились на нее непроницаемой тяжестью, казались бесконечными. Наверно, это и была смерть, и Соня невольно обрадовалась тому, что ей не больно. Но потом реальность вернулась, и Винокуров разжал пальцы и безвольно рухнул на пол. Соня тоже не удержалась на ногах – соскользнув по стене на паркет, она завороженно смотрела, как из дыры во лбу принца поднимается светло-зеленый дымок. Теперь Рекиген был мертв уже окончательно – разрушенная оболочка больше не могла служить пристанищем для Винокурова, и он был вынужден вернуться обратно.

Кажется, Соня заплакала. Кажется, Лефевр подбежал к ней и сел рядом. Кажется, он хлопал ее по щекам и что-то говорил – Соня смотрела, как движутся его губы, и не могла разобрать ни слова. А потом Лефевр вытащил из кармана кусок разрыв-камня, и, ощутив резкий запах открывшегося туннеля в пространстве, Соня с невероятной отчетливостью поняла, что эта часть ее истории закончена.

Соня окончательно пришла в себя в кабинете Лефевра – она обнаружила, что стоит у окна и смотрит на улицу. Дом и заснеженный сад были накрыты золотистым полупрозрачным куполом; свечение, исходящее от него, медленно колыхалось, перетекая сияющими волнами и не позволяя рассмотреть, что происходит на улице. Часы на каминной полке мелодично пробили семь утра – значит, город давно проснулся, стряхнул оцепенение, навороженное страшной ночью, и в ужасе смотрит на содеянное.

– Алита, – негромко окликнул Лефевр. – Алита, лучше отойди оттуда.