— Пей. Потом будешь благодарить, — посмеялся доктор. — Так, ну что я могу тебе сказать? Никаких мутаций нет. Признаков вируса нет. Организм функционирует исправно, тебя бы даже до сверхскоростных полетов в условиях атмосферы допустили. Кровь твою будут тестировать долго и упорно, но пока, как я вижу, — он посмотрел на летающий за ним планшет, — там тоже все замечательно. Единственное, что меня заинтересовало… Я даже проверил данные с твоих профосмотров… Ты болела когда-нибудь?
— Не припомню. У нас на Раймоссе вообще болезни не в чести. Я до университета и не знала, что некоторые люди так часто болеют. Простуда выглядит просто ужасно! Этот насморк, мокрота…
Я скривилась. Воспоминания о болезнях окружающих не вызывали добрых чувств. Повезло, что мы с М-Шу не болели. Не представляю, как можно жить в одной комнате с чихающим, кашляющим человеком!
— Да? Это интересно. Надо сообщить императору.
— Императору?
— Разумеется. Если у вас никто не болеет не только на планете, но и за ее пределами, что-то позволяет закалиться вашему иммунитету, — добродушно объяснял мне доктор. Даже странно, отчего его отношение ко мне так переменилось. Помню, в первую нашу встречу, он не был столь радушен. — Таких планет всего несколько и каждая — на вес золота. Мы открываем там здравницы или военные академии.
Фраза «или и то и другое» повисла в воздухе, но доктор ее не озвучил, отвлекся на данные на мониторе.
— И ВАД тоже?
— Конечно. Даргасс — одна из сильнейших в этом плане планет. Тебе вообще повезло. Она еще и молодость тела сохраняет. Для вашей расы это особенно актуально.
Я же вспомнила слова М-Шу о том, что мы, человечки, не подходим под цели жооргов именно из-за слабой оболочки. Так, может, я была не просто запасным вариантом, а настоящим убежищем, где можно отсидеться и продумать дальнейшие планы?
— Доктор Орса, а вы не могли бы объяснить мне, что значат эти связи, которые вы разрушили гелем из кактуса?
— Наши бравые вояки поступили с тобой не совсем честно, — начал доктор, вновь начиная веселиться. — У некоторых рас есть механизмы, позволяющие сохранять популяцию. Каркалы в прошлом имели огромные гаремы и привязывали женщин особым образом, чтобы те им не изменяли. Нужны лишь эмоциональный отклик женщины и смешивание жидкостей.
— Вы про?.. — я постеснялась произнести слово «секс» в присутствии мужчины и тот лишь глаза закатил.
— Про секс, да. Но и поцелуя достаточно. Химическая реакция — и у женщины начинает формироваться привязка. Пока мужчина поддерживает ее… смешиванием жидкостей, — пощадил мои чувства доктор с хитрой усмешкой, — она развивается и крепнет. Женщина даже не смотрит на другого мужчину. А другие мужчины не смотрят на эту женщину, так как инстинктивно чувствуют, что она занята.
— А она пропадает, если этот контакт разорвать?
— Да, со временем полностью исчезает. Природа не позволяет мужчинам быть такими эгоистами.
— Какая молодец наша природа.
— Все продумано до мелочей и отточено миллиардами лет эволюции, — серьезно подтвердил Саорг Орса.
— И каркал сделал это специально или это могло произойти инстинктивно?
— Каркалы — древняя раса, — намекнул доктор.
— И случайности не случайны, — закончила я за него. — А изначальные? Они тоже стайные животные? Я читала, что раньше женщины и мужчины шли бок о бок, были не просто мужем и женой, но практически одним целым. Потому не могу представить, зачем бы им понадобился такой механизм сохранения популяции, — закончила словами мужчины.
— Изначальные, дорогая моя девочка, — не люди. Они не болеют, они не стареют, они даже умереть не могут, если не захотят. Им не нужны никакие механизмы, поскольку более адаптивных созданий не сыскать, наверное, во всей необъятной вселенной.
— Но во мне две такие связи.
— Да. Энран почувствовал зарождение твоей привязки к Марну и решил ее уничтожить. Только по какой-то причине твой организм радостно принял его вмешательство как очередную привязку и, против всех законов эволюции, сохранил обе. Я себе скопировал все данные, так что буду развлекаться, изучать. Жил бы в ВАД, с удовольствием следил бы за их развитием в естественной среде, — без стеснения признался ученый негодяй.
— То есть вы не только помогли мне, но и себе тоже? — сообразила я.
— Именно. Ваш ВАДовский медик точно бы вцепился в тебя клещами и исследовал вдоль и поперек. Первым, — заявил Саорг несколько ревниво.
— Ясно.
Я тихонько рассмеялась. Напряжение ослабевало, подозрительность тоже отступила. Так вот, почему доктор такой милый и добрый. А я переживала!
Все-таки эти врачи — народ своеобразный. Они радуются уникальным случаям, как меркантильные девушки дорогим подаркам. А может, даже больше.
— Спасибо большое, доктор Орса. Привязки к мужчинам мне ни к чему. Хотелось бы сделать выбор самостоятельно, а не под воздействием химической реакции.