Ванда обернулась и цыкнула на нас.
— Соблюдайте тишину. Вы не на романтической прогулке.
Было в глазах хозяйки что-то такое, что заставило меня замолчать. Наверное, страх.
Я никогда не видела, чтобы Ванда чего-то боялась, даже когда мы обнаружили Чёрные Тени, она и то бесстрашно кинула им дымовую завесу. И подходила близко, чтобы убедиться, что всё кончено.
Дорога привела нас к раскидистому дубу. Я слышала, про Непроторенный лес, что дорог в нём столь много, что каждому путнику полагается своя. И кончается она по-разному. Некоторых ждёт награда, других — опала.
Ванда совсем не выказала удивления, что дуб, который минуту назад был почти сухим, стоило ей подойти к дереву, зазеленел. Я двинулась было следом за хозяйкой, чтобы подметить, как она общается с Форин, но Рысь схватил меня за запястье.
Я вырвалась, вернув ему осуждающий взгляд. Так и хотелось сказать: не лезь ни в своё дело! Я тебе никто, чтобы ты так обо мне беспокоился.
Ожидая, что мужчины останутся, где стояли, я двинулась вперёд, Сначала несмело, шепча охранные заклятия, которые выучила наизусть, читая книги в библиотеке приюта.
Тогда я и подумать не смела, что они мне пригодятся не в защиту от разбойников, а для умилостивления леса.
Сделав несколько шагов, я поравнялась с Вандой и так же, как и она, опустилась на колени. Из кармана белоснежного передника хозяйка достала крапивную куклу, похожую на невесту. Она была вся с ног до головы окутана атласом, даже фата имелась.
Жалко хоронить такую красоту, но необходимо.
Ванда подала мне лопатку, с помощью которой мы выкапывали корни растений, и я поняла её без слов. Надо сделать ямку. Достаточно глубокую и широкую, чтобы в ней поместилась кукла.
Я принялась за работу, чувствуя на себе взгляды мужчин, а когда закончила, опустила глаза и смотрела только на куклу, опускаемую в землю.
Мы преподносили лесу щедрый дар: крапивная невеста защитит лес от Магов. Плауполис давно хочет забрать Силу леса, подчинить её, но города строятся и разрушаются, а Непроторенный лес был здесь с самого начала времён.
Рысь самолично подал мне руку, чтобы помочь подняться с колен. Я отряхнулась и внимательно следила, как рябой помогает встать Ванде. И как хозяйка милостиво принимает его помощь, будто королева кивает вассалу.
Я глядела на них, чтобы не чувствовать волнения оттого, что Кестер положил мне руку на плечо.
Он хотел уберечь меня, убедиться, что я не исчезну, но в его заботе мне чудилась лишь личная выгода. Лада не просто так сказала: Рысь везёт меня на Север, чтобы продать кому-то. И только.
Мне надо выяснить все обстоятельства этого дела до того, как мы прибудем в пункт назначения.
«Иди ко мне, София, — услышала я грудной женский голос. Он нёсся откуда-то сбоку, из чащи со стороны, где цвёл дикий каштан. — Я научу тебя любовным зельям. Будешь вызывать любовь и гасить её. И ядам обучу. Сильным, быстрым и медленным, когда жизнь уходит по капле. Ты слышишь меня, София?»
На мгновение перед глазами встала крапивная невеста. Она лежала в яме, невинная дева, приносимая в дар по чужой воле, и сверху на её белоснежное платье падали грязные комья земли.
«Я слышу тебя, Форин, — мысленно подумала я. — Но я не могу остаться с тобой. У меня другая судьба».
«Путь долгий, дорога небыстрая. Люди недобрые», — было мне ответом, и шёпот в ветвях деревьев стих.
Мне дали время на раздумье.
Глава 11
— Ты любишь запах лаванды, София? — спросил меня Рысь, когда мы возвращались к экипажам и оставленным возле них людям.
Я вздрогнула от неожиданности, Кестер вторгся в мои мысли, нарушив их ход так же бесцеремонно, как и много дней назад этот Маг вошёл в мою жизнь. Сначала я сама пришла к нему по деловой надобности, но потом…
Иногда мне казалось, что с той поры он следил за мной.
— Люблю, — ответила я с лёгкой полуулыбкой кокетки.
Ванда и рябой шли впереди, они не разговаривали и держались друг от друга на почтительном расстоянии. Я вдруг подумала, что мужчина боится моей хозяйки не меньше, чем она его.
А вот Кестеру, кажется, неведом страх.