– А я в этом сильно сомневаюсь, Эвиса, – резко выдохнул он, качнувшись ко мне. Я едва успела втянуть воздух распахнутыми губами, как Джерхан обхватил меня за талию и потянул на себя, заставив сползти с подлокотника прямо себе на колени.
Огонь запульсировал в висках.
Джерхан казался таким горячим… Даже сквозь плотную ткань теплого теларанского платья, которое я надела этим утром, я ощущала жар, исходящий от его полуобнаженного тела.
Он не носил рубашек или жилеток. Никакой верхней одежды, кроме штанов, плотно облегающих сильные бедра… на которых я так бесстыдно сейчас сидела. И совершенно не хотела слезать.
Мне было хорошо! Паучьи боги, как же мне было хорошо рядом с ним!
И к сожалению, я понятия не имела, что думал обо мне сам Джерхан, когда не был в ипостаси могучего полубожества.
Великий Айш говорил, что они одно целое. Вот только сам Джер так вовсе не считал.
Может, я и не нравилась ему совсем?..
– Почему же ты в этом сомневаешься? – с легкой улыбкой спросила я, словно ничего необычного не произошло. Ну подумаешь, я сижу на нем и чувствую каждой клеточкой тела, как вздымается его грудная клетка, как бешено бьется сердце совсем рядом со мной. И как его мягкое дыхание касается моей кожи, щекоча и нервируя.
– Потому что ты, маленькая скромная змейка, среагировала бы сейчас совсем иначе, если бы тебе было что вспомнить, – улыбнулся он, вдруг коснувшись кончиком пальца моего носа. – Уползла бы от меня так быстро, только хвост бы мелькнул.
Я не смогла не улыбнуться в ответ, перехватывая его руку, которую он уже собирался убрать.
– А вдруг я не слишком скромная змейка? – выдохнула я, чувствуя, что пульс так сильно повысился, ударяя в горло, что я едва не начала задыхаться.
Зелень переливающихся металлом мирайских глаз стала ярче, отдавая по краям в изумрудное золото.
Джерхан перестал улыбаться.
– Признаться, это сильно удивило бы меня, Эвис-с-са, – до дрожи привычным шепотом протянул он, и его лицо оказалось в паре сантиметров от моего.
Взгляд Джерхана начал темнеть, и где-то в его глубине я заметила знакомые огненные всполохи, грозящие выйти за черту радужки.
Он опустил глаза к моим губам, и воздух окончательно покинул мои легкие.
Я так хотела, чтобы он меня поцеловал!
Но он не двигался. Просто замер, сжимая меня в своих объятиях, в какой-то момент коснувшись своим носом моего.
Снова посмотрел на меня, моргнув, и глаза стали обычными, человеческими. Только темными, как дикий лес в ночном мраке.
Я могла бы сделать едва заметное движение, преодолеть последний сантиметр горячего воздуха, чтобы поцеловать его.
Но у меня не хватало сил. Я видела его глаза, полные глухой болезненной тьмы, и почему-то не могла.
То, что тревожило Джерхана, было невозможно устранить. Этот яд не таял, не растворялся лишь от одного моего желания.
Я хотела, чтобы он тоже хотел…
Поэтому мы продолжали смотреть друг на друга, как завороженные. Дышать одним воздухом, сплетаться телами…
В какой-то момент моя рука сама поднялась, чтобы дотронуться до него. Убрать темную прядь волос, поблескивающую золотом в свете камина.
Кончики пальцев закололо, когда я коснулась его кожи, убирая прядь за ухо. И когда не хватило сил убрать руку обратно.
Я провела по смуглому бархату, очерчивая резкую линию подбородка, большим пальцем застыла на шее, нащупав горячую пульсирующую венку, до которой вдруг ужасно захотелось дотронуться губами…
У меня темнело перед глазами.
Джерхан стиснул зубы, глядя на меня широко распахнутыми глазами, но не двигаясь. Словно боялся чего-то… спугнуть трепетную змейку?..