— Что-нибудь еще нужно? — переглянулись братья. А я все хитрым взглядом смотрела на кожаный доспех, побитый мехом, который до этого момента скрывала бело-серая шкура. Интересно, а кто невеста? Наверняка она где-то в замке!
Я открыла книгу, от удара которой умерло не одно поколение тараканов. Лежа на кровати, я вдумчиво читала, как проходят разные свадьбы. Половина букв заплесневело. И лишь по обрывкам фраз я угадывала общий смысл предложения.
— После первой брачной ночи ирбисов вывешивается простыня… — прочитала я, чувствуя, что у меня волосы на голове зашевелились. То, что простыня вывешивалась явно не для того, чтобы высохнуть, мне стало понятно по картинке. На гравюре был изображен косоглазый мужик, держащий в руках брачную простыню перед родственниками.
— По простыне смотре…Видимо, смотрели… — разбирала я слова, чувствуя, как внутри меня нарастала тревога. — … девушка …. Кровь…
Я вспомнила про старинные обычаи проверки девушка- не девушка. И мне стало страшно!
Дальше все было про то, какие символические подарки дарили молодым. И правила выживания на свадьбе… Но мне хватило и этого!
Я сглотнула и захлопнула книгу. Мне срочно хотелось подать объявление. Чтобы оно висело на заборе и колыхалось ветром. Пропала девственность. Нашедшему принести ее срочно, потому что у меня завтра свадьба!
— Нда… — протянула я, закусывая палец.
Жизнь меня как-то не предупреждала о том, что однажды я выйду замуж за его величество. И для этого нужно хранить девственность, не вступать в отношения и держать всех мужчин на расстоянии вытянутого дробовика.
1.7
— И вот что теперь делать? — спросила я, понимая, что нужно идти сдаваться! А то мало ли чем дело кончится? Начинать отношения со лжи мне не хотелось.
«Может, не надо?», — занервничали коленки, стукаясь друг об друга.
«Авось пронесет?», — тряслись внезапно ослабевшие руки.
«А вдруг зарастет?», — стучали зубы.
На мгновение я представила гнев его величества и съежилась.
— Нет! — отогнала я от себя предательские мысли о «промолчать». — Самое время сказать ему, как обстоят дела на самом деле. Пусть сам решает, как поступить!
Мужества хватило дойти ровно до двери и положить руку на дверную ручку. Дальше «мужественная железа» отказала. Я вспомнила ревнивый приказ слугам, что они не имеют права ко мне прикасаться. И в этот момент мужественная железа отказала окончательно.
— Да ладно! — стиснула я зубы, рванув дверь на себя. — Ребят! Посидите с принцем! Мне нужно сказать его величество нечто важное!
Я могла бы придумать какое-то ухищрение, порезать себе руку в конце-концов, но я не хотела, чтобы наш брак начинался со лжи.
Я спустилась по лестнице, чувствуя, что ноги объявили забастовку. И теперь прогибаются при каждом шаге.
Идти было недалеко, а я мысленно репетировала важный разговор.
Роскошные двери встали передо мной, словно стена. Я набиралась мужества, чтобы постучать в них, полушепотом проговаривая все, что я хотела сказать.
Открыв их я увидела, как на меня посмотрели голубые глаза. Я замерла, видя роскошный торс, украшенный глубокими шрамами и украшение в виде наконечника стрелы, оправленной в золото.
«Вау….», — простонало что-то внутри, когда я смотрела на его фигуру.
«Да успокойся ты!», — отмахнулась я от собственных мыслей
«Да-да, конечно… Но … Вау!», — завороженно прошептало что-то внутри, когда я уставилась на роскошные плечи и кубики пресса, забыв, собственно, что хотела сказать…
— Эм… — моргнула я, пытаясь отогнать от себя разные очень интригующие мысли.
Опомниться я не успела, как дверь за мной за хлопнулась, а меня взяли за подбородок.
— Что случилось? — послышался встревоженный голос. На меня внимательно посмотрели голубые глаза. — Говори! Не молчи! Что?
В его глазах помелькнуло все! Мне показалось, что мою спину уже проверили на наличие стрелы, торчащей в ней.