Свет магии, отразившись от зеркальной поверхности, рассеялся по зале поющего металла. Касаясь стеклянных шариков, он делал сияние их ярче. И другого цвета! Я только заметила, что в некоторых светильничках искра вовсе не та, которые посылает им Анита. Так вот что делал Устин! Он заменял наполнение сфер...
— Что это?
Звенящий незнакомый голос, как и его дрожь, выдавали крайнюю степень испуга у говорившего. Его самого не было видно в столбе света, но я затаила дыхание, понимая, что это не один из стражей. Глянула на Устина с восторгом и шепнула:
— Получилось.
— Кто вы? — просипел незнакомец и, помолчав, добавил неуверенно: — Мама?
— Это моя мама! — ревниво вмешалась Анита и потянула меня за руку подальше от света, будто некто оттуда мог забрать меня.
Я подчинилась, не зная настоящей опасности. Вдруг это на самом деле возможно? Как бы то ни было, возвращаться в старый мир мне совершенно не хотелось. Как я могла оставить свою маленькую дочь?.. Не говоря уж о разваливающемся замке, милом призраке, ехидном коте и эмоциональном графе. И картошка вот -вот даст урожай. Пусть Устин не верит, что его можно будет употреблять в пищу. Да и к суровому немногословному магу я уже привыкла.
Будто ощутив мой мимолётный страх, Устин резко сжал пальцы, и всё погасло. Через некоторое время, когда глаза привыкли к нормальному освещению, я обратилась к магу:
— Кто это был?
— Не знаю, — пожал тот плечами.
— А надо знать! — деловито заявила я. — Нам надо поговорить не просто с одним из многомиллиардного населения живого мира. Совершенно необходимо найти грамотных антикваров, которые представят на рынке наш товар в лучшем свете и получат больше денег.
— Зачем столько сложностей? — передёрнул плечами Устин. — Вам не нравится, что я достаю из шляпы то, что мне требуется для жизни. Мы решили эту проблему, оплачивая золотом продукты и одежду. Не вижу необходимости тратить время и магию на поиск особенных людей.
Печатая шаг, маг под суровый марш направился к выходу.
— Но вы согласились! — вцепилась я в его руку. — Вас воодушевила идея связаться с жителями живого мира! Почему же сейчас сдаётесь? Это отнимает слишком много сил?
Он остановился и, повернувшись ко мне, спокойно объяснил:
— Меня заинтересовала ваша идея, София. Я её проверил и убедился, что она имеет место быть.
Он осторожно убрал мою руку и повернулся к двери, но я не отступала.
— То есть поняли, что с людьми можно связаться, и на этом всё? А как же аукцион?
— Вы имеете в виду ритуал, на котором ценность получает тот, кто заплатит больше других? — сухо уточнил Устин и добавил ледяным тоном: — Это имело смысл в вашей прошлой жизни. В Шааде деньги не важны. У нас есть еда. Где жить. Что надеть. Этого достаточно.
— Но вы поддерживали мои идеи по изменению дизайна замка! — возмущённо крикнула я ему вслед. — И ремонт! Это же комфорт и удобство жизни. Или это тоже не имеет значения?
— Сейчас важнее укрепить магией оставшиеся стены, — донеслось из коридора.
В поисках поддержки я обернулась к Аните, которая тихонько спорила с Януарием, а потом бросала шарик по сверкающему полу. Кот подрывался с места с пробуксовкой и бежал, а волшебный металл при этом выдавал то одну, то другую мелодию под его лапами.
— Он снова угадал! — заметив, что я смотрю в их сторону, пожаловалась дочка на привидение. — И почему он всегда прав?
— А ему Офигейро подсказывает, — плюхнувшись на пол, довольно пояснил Вальдемар.
— Рыцарь во дворе, — возразила я. — Кроме этого, у него нет головы. Как он может говорить?
Ревниво охраняя свои стеклянные игрушки, кот кивнул на провал, который пока был вместо стены.
— Говорят, что два дуба найдут общий язык... — И саркастично оскалился. — Граф железный, пол тоже. А Януарий — призрак. Он способен слышать больше всех нас вместе взятых.
— Хм, — отозвалась я и окинула привидение оценивающим взглядом. — Интересная мысль.
— Мам, когда мы пойдём цемент мешать? — умоляюще протянула малышка.
— Как раз собиралась тебя об этом спросить, — тихо засмеялась я и поманила её. — Идём творить?