Злость превратилась в ярость, на глаза словно алая пелена упала. Уши заложило ватой, и сквозь эту вату донеслось глухое:
— Элия, с тобой всё в порядке?
— Всё отлично, — не задумываясь солгала я.
Вернее, не я. Что-то внутри меня. Что-то бесконтрольное, действующее по собственной инициативе, в обход моего сознания.
Этот момент лжи оказался настолько пугающим, что я очнулась и споткнулась. Попыталась упасть, но Рэй подхватил и удержал.
Я ворчливо отметила, что это не в первый раз — не часто ли дракон спасает меня от падений? Затем пришла паника, которую я подавила — выпрямилась и принялась дышать ртом.
Я пока не могла разобраться в своих чувствах. Было страшно и стыдно, я не знала, как себя вести.
— Элия? — опять позвал Рэйтран. Его голос прозвучал обеспокоенно, и я нарочито бодро улыбнулась.
— Всё хорошо. Просто в ноге кольнуло.
Я опять лгала, но теперь осознанно. А чтобы эта ложь не выглядела странной, я отодвинулась от мужчины и наклонилась, желая поправить ботинок. Лучше бы оставила всё как есть! Просто в ботинке обнаружился второй сюрприз.
Весна, конечно, уже вступила в свои права, на улице потеплело. Но времени, чтобы вытащить из дальнего уголка шкафа облегчённую обувь я до сих пор не нашла.
Взамен пары пострадавшей от магического удара Хорина, просто надела вторую, которая стояла на входе. Ботинки были удобными и высокими! Такими, что за голенищем, кроме прочего, очень удобно прятать… кинжал.
Кинжал! Ни утром за завтраком, ни на практикуме, ни во время прогулки, я никак его не ощущала. Обнаружение опаснейшего оружия стало шоком, который мне, опять-таки, пришлось проглотить.
Я опустила подол платья и снова выпрямилась, стараясь придать лицу нейтральное выражение, но Рэйн что-то заподозрил — он продолжал смотреть обеспокоенно.
А в моей голове, словно обрывки тумана, начали всплывать воспоминания… Вот мы с девчонками, смеясь, собираемся выходить из комнаты… Вот замираем перед выбитой и приставленной к проёму дверью… Потом Ририан кричит, призывая Хорина, который это самое дверное полотно отодвигает… Мы выходим. Но прежде, чем дракон возвращает дверь на место, я заявляю, что кое-что забыла. Ужом проскальзываю обратно в комнату и, метнувшись к своей кровати, забираю из-под матраса кинжал.
Как кинжал оказался под матрасом? Ведь после прошлого раза я всё же изловчилась убрать оружие в чемодан!
На этот вопрос тоже нашёлся ответ — новое обрывочное воспоминание… Я вижу, как приставляю стул, встаю на цыпочки, чтобы дотянуться до полки, подтягиваю чемодан, не глядя роюсь в нём и, после недолгих поисков, достаю украшенные строгим узором ножны. Это случилось вчера, когда девочки куда-то отлучились. Я действовала уверенно, но словно… во сне?
Понимание, что я, кажется, сошла с ума, вогнало в ступор.
Но хуже другое — в голове мелькнуло осознание, что убить я должна конкретного человека. Моя жертва — Салис тэс Малей.
Мысль вспыхнула и погасла. Я словно ухнула в черноту, которая тут же взорвалась болью. По голове словно чем-то ударили.
На этом фоне совсем уж странно прозвучали тихие, произнесённые почти шёпотом, слова Рэйтрана:
— Что ж, похоже всё правильно. Медлить нельзя.
Сидя за столом и ковыряясь ложкой в супе, я хмурилась. Глубоко внутри поселилось ощущение какого-то непонимания. Я словно забыла что-то важное — вспомнить бы ещё что!
Но память оставалась чистой, словно белый лист. Попытки напрячь извилины отзывались уже знакомой болью.
В какой-то момент мне надоело заниматься самоистязанием, и я смирилась. Подумаю об этом позже, а сейчас…
Я подняла голову и посмотрела на Рэйя, который привычно расположился за преподавательским столом — мы держали дистанцию. Это было правильно с точки зрения приличий, да и статус мой был понятен не до конца.
Я вроде и невеста, а вроде и нет. Ведь предложения выйти замуж так и не прозвучало!
— Эй, Элия, — отвлекла от этих мыслей Ксанна. — Ты после обеда с нами или снова гулять со своим драконом?
Сердце хотело второго, но разум выбрал первое. Просто обаятельные синеглазые мужчины с высоким статусом — это хорошо, но у нас сессия на носу.
Рэй, к моей некоторой печали, против такого поворота не возражал. Он подошёл после обеда и, узнав, что отправляюсь в комнату, ретировался.