Я нехотя села. И поспешила отодвинуться от озера как можно дальше: оно выглядело застывшим, совершенно безжизненным.
Вечность все-таки минула?
Простояв довольно долго над замершей гладью, я так и не дождалась ни единой картинки. Это пугало, заставляло передергивать плечами… будто у меня по спине ползал еще один уж.
В попытке собраться с мыслями я оставила озеро в покое и отправилась на поиски кого-нибудь из Старших Судеб. Ну, я так думала в самом начале.
Сейчас мне казалось странным, что нас всего трое. Даже с учетом того, что Судьбы появляются на свет довольно редко, все равно как-то мало. Рядовых Судеб куда больше. Они в основном присматривают за нитями предначертанного, чтобы сообщить Аиме или бабушке о замеченном значимом изменении. Иногда немного плетут или исправляют. Смотрят в Вечность. А сколько Корректирующих или Оберегающих, которые постоянно живут среди смертных, я не знаю.
На самом деле на моей памяти всерьез никогда не наказывали никого. Уж слишком мы ценны, и каждая важна на своем месте. Бабушка скорее мягко наставляла и советовала. Аима была строгой, требовательной и могла позволить себе несколько едких слов. Карало же предначертанное. Вот как в моем случае с принцем.
С двумя принцами.
Думать о втором, который остался жив, не получалось. При мысли о нем так больно начало выворачивать что-то внутри, что я заставила себя сосредоточиться на чем-нибудь более важном.
Вот, например, осмотреться. Удивиться, обнаружив, куда я пришла. Вернее, куда привело меня замирье. Зачем-то.
Прямо передо мной возвышался громадой камень, в котором, казалось, пылали ручейки огня. Изначального пламени. Сам же камень представлял собой ворота в ту часть замирья, где души ожидали перерождения… или чего-то еще.
Я никогда не бывала там и ничего своими глазами не видела.
Простым Судьбам, пусть и Старшим, ходу туда нет.
В «мертвом царстве» всем заправляла особенная Судьба. Она занималась только мертвыми и стояла как бы вне нашей иерархии.
Мириельда.
Мы никогда не встречались, но мне откуда-то было известно ее имя.
– Камилия? – Ей мое тоже, как выяснилось. – Что тебя ко мне привело? Ты ведь знаешь, что тебе нельзя в мои владения, правда?
Красивая женщина с золотистой кожей, гривой красновато-рыжих волос и миндалевидными, чуть вытянутыми к вискам глазами появилась в окружении пламени. Оно пахнуло жаром и искрами опало к ее ногам и через миг уже затухло на холодных камнях.
Поддавшись внезапной робости, я отступила на шаг.
– Я… кхм…
В бордовом платье с разрезами эта Судьба была вызывающе красива. Но главное – от нее пахло каленым железом, огнем и дымом. Не в точности как от Дэлла, но довольно похоже. Достаточно, чтобы ощущение узнавания болезненно резануло что-то в груди.
– Его у меня нет.
– Кого?
– Твоего принца. Того, ради которого ты сбежала.
Она первая назвала мой поступок так, как он того заслуживал. Но вместо стыда я испытала прилив благодарности.
– Несьена? – переспросила дрогнувшим голосом.
– Несьена у меня нет, – кивнула Мириельда.
Выжить он не мог. Ни единой возможности. Я держала его остывшее тело.
Но вдруг…
– А его отец? – сама не знаю, зачем спросила.
– Отвратительный тип. – Мириельда скривилась, и так у нее это здорово получилось… вот просто мои впечатления от старшего Жиольского выразила. – Переродился недавно.