Самое пугающее, что это тоже была моя мысль. Воспитывать саму себя – часть себя – занятие неблагодарное, так что я постучала в дверь баронессы. И, получив разрешение, вошла.
– Если я стану проводить с его высочеством времени больше, чем с тобой, все решат, будто между нами что-то есть, – сразу же изложила цель визита. – О, ты вяжешь?
Баронесса сидела за туалетным столиком, с идеально прямой спиной и умиротворением на лице. В руках у нее были спицы, и одновременно с тем, как они проворно двигались, шарф рос.
– Все мы индивидуальны в способах работы с плетениями, – напомнила «тетушка».
Запоздало, но я все же почувствовала особый флер силы. Кажется, одна дама, которая могла бы сегодня вечером изменить мужу, не станет делать глупостей. И… что-то там еще. Разумеется, все эти события не имели значения в масштабах королевства и Гиселль здесь не для того, чтобы оберегать кого-то от излишнего сумасбродства, но каждый развлекается по-своему. Судить не мне уж точно.
– А ты не знаешь, что случилось с Судьбой, которая присматривала за Джазгаренами? – Я решила использовать момент, чтобы собрать побольше информации.
– Никогда о ней не слышала. – Меж изящных бровей баронессы появилась аккуратная морщинка. – А кто это был?
– Понятия не имею.
Похоже, что никто. И как дотошная Аима подобное допустила?
Паучиха слегка покусывала руку под браслетом, подгоняя скорее вернуться в наши покои и отдать ей ее награду.
Или нет?
Импульс силы направлял совсем в другую сторону. В часть дворца, где я до сих пор не бывала. Насколько получалось судить, тут располагались рабочие кабинеты и приемные залы.
Меня толкнуло в темную нишу, и очень вовремя, потому что совсем близко послышались шаги. Все ближе. Я вжалась в стену и почти забыла дышать. Не хватало еще, чтобы меня поймали и решили, будто я тут шпионю!
Впрочем, молодой мужчина в щегольском наряде был слишком занят тем, чтобы самому не попасться. Этому типу определенно было не до меня.
Воровато озираясь, он едва ли не на цыпочках подошел к одной из дверей, замер на мгновение, а потом вытащил из кармана плоский камень с оттиском оскаленной драконьей морды и приложил его к замку. Зашипел, будто обжегшись, но намерений своих не бросил. Даже неодаренный, наверное, смог бы увидеть, как один за другим снимаются слои защиты.
Поверить своим глазам было непросто.
Хорошо, что паучиха дала лощеному типу скрыться внутри, а уже потом укусила меня.
– Ай!
Я и сама поняла, что он не по королевскому приказу туда вошел! Незачем каждый раз меня грызть!
– Веди к Несьену!
И она повела.
Гиселль права: мы все видим нити и работаем с ними совершенно по-разному. К примеру, я сама не вижу почти ничего, мне нужна реальная паутина, которую сплела моя плетущая. И с плетениями я работаю через нее. Но почему-то до сих пор храню в себе ведьминскую силу, замешенную на тьме Вечности, и, вместо того чтобы слабеть, она во мне лишь крепнет.
Начинаю понимать бабушку, которая любит говорить, что никакой вечности не хватит, чтобы впитать все существующие знания.
Принца мы нашли в его покоях. И дальше я сделала то, что сделала бы рядом с любым обычным человеком: ворвалась без стука, пробежала гостиную и распахнула дверь спальни.
– Несьен!
Наследник престола, который как раз одевался, с недоумением и нарастающим осуждением посмотрел на меня. Куда хуже, что трое слуг, которые зачем-то присутствовали в спальне, тоже посмотрели.
Конец репутации.
– Камилия? – голос Несьена звучал почти строго.
– Ваше высочество. – Я глубоко поклонилась ему, надеясь хоть так компенсировать свое неуместное поведение. – Простите, но вы должны пойти со мной.
Он как ни в чем не бывало продолжил застегивать рубашку. Надо же ему было войти в роль принца именно сейчас!