Ох, а ведь это было всего несколько часов назад! Сегодня произошло так много событий, что даже не верится. Как будто целая вечность миновала.
Но задать вопрос я не успела. Карета дернулась, замедлила вход и въехала на главную площадь Индермейна.
Стены королевского дворца были сложены из темного камня. В лучах заката он отливал мрачной синевой.
Надо же. Перед балом все выглядело иначе. Все вокруг искрилось в магических огнях, и дворец словно парил в воздухе. А сейчас при одном взгляде на него почему-то заломило в висках. Как будто вся эта махина давит мне на голову. И почему-то пришло на ум сравнение со склепом.
Я поторопилась прогнать неуместную мысль. Строго одернула себя. Хельга, не сходи с ума! Дворец точно такой же, как и был перед балом. Ничего в нем пугающего нет. Просто я слишком переживаю из-за всего случившегося.
Но, несмотря на все эти рассуждения, я все равно чувствовала себя на редкость неуютно. В душе поселилось тянущее противное ощущение какой-то смутной неправильности всего окружающего.
К слову, народа на площади почему-то совсем не было. И это тоже тревожило меня. Я привыкла, что площадь была излюбленным местом для вечерних прогулок горожан. Здесь всегда было не протолкнуться от зевак, а уличные торговцы на все лады зазывали оценить их нехитрые товары.
– Почему тут так пусто? – испуганно спросила я. – Неужели о покушении уже стало известно?
– Нет, не думаю. – Максимилиан мотнул головой. – Тревис активировал специальные рунные камни.
– Рунные камни? – переспросила я с любопытством. – Что это?
– Как понятно по названию – это камни, – насмешливо пояснил Максимилиан. Тут же добавил уже серьезнее, заметив, что я обиженно насупилась: – Они были заложены еще при строительстве дворца много веков назад. На них вырезаны особые защитные символы, призывающие древнюю магию.
И на самом интересном месте замолчал.
– И что это магия делает? – не унималась я. – Разгоняет людей, что ли?
– Ну, вообще-то, да, – снисходительно подтвердил Макс. – Созданы они были для предупреждения восстаний. Эти чары вызывают чувство некой опасности. Насколько я знаю, интенсивность их можно регулировать. При необходимости легко сделать так, что обычный человек и близко к площади не подойдет. Впадет в панику еще на дальних подступах, после чего развернется и убежит сломя голову. Но в данном случае они работают почти на минимуме. В принципе, оно и логично. Любой, кто сегодня захочет прогуляться в центре города, при всем желании долго на площади не пробудет. А скорее всего, даже не станет приближаться ко дворцу. Решит, что лучше вернуться домой или выберет для променада какую-нибудь улочку подальше.
– А зачем лорд Бейвуд так сделал? – спросила я. – Как-то это подозрительно, не считаешь?
– Не считаю, – неожиданно не согласился со мной Максимилиан. – Хельга, вообще-то, короля чуть не убили. Кто знает, действовал ли злоумышленник в одиночку, или готовится целый мятеж. Как говорится, береженого и демоны десятой дорогой обходят. В таких вопросах слишком мало безопасности быть не может.
Наверное, он был прав. Но все-таки вид пустой площади угнетал. И на сердце все так же было неспокойно, хотя теперь я и понимала причины странного волнения.
Карета между тем остановилась у подножия широкой мраморной лестницы, ведущий к массивным дубовым воротам, окованным серебром. Сейчас они были закрыты, лишь два стражника несли подле них свою службу.
Лорд Бейвуд прибыл чуть раньше нас. Он уже нетерпеливо переминался у начала подъема. Распахнул дверцу еще до того, как карета полностью остановилась.
– Идемте! – отрывисто кинул. – И побыстрее!
– Что-то не так с Калебом? – отрывисто спросил Максимилиан, сразу же как-то подобравшись.
Вся расслабленность мгновенно слетела с него, взгляд стал цепким и острым.
– Нет, с ним все без изменений, – буркнул лорд Бейвуд. – Спит.
– До сих пор? – удивился Максимилиан. – Целители пытались его разбудить?
– Вы здесь не для того, чтобы я с вами обсуждал, как лечат его величество, – огрызнулся лорд Бейвуд. – Точнее сказать, вы мне тут вообще не нужны. Нужна только леди Гессен. Поэтому при всем моем уважении – хватит разговоров! Пора заняться делом!
Максимилиан аж скрипнул зубами от нарочитой грубости лорда Бейвуда, но смолчал. А тот уже протянул мне руку в вежливом предложении помочь выбраться из кареты.
Я с опаской покосилась на его ладонь, затянутую в тончайшую дорогую кожу перчатки, однако все-таки приняла ее.
Пальцы лорда с силой обхватили мое запястье, заставив меня поморщиться. Хватка была пусть и не болезненной, но весьма ощутимой.
Однако жаловаться я не стала. Послушно вылезла из кареты, и лорд Бейвуд тут же потащил меня вверх по лестнице.
Мне пришлось чуть ли не бежать, лишь бы не отстать от него. К концу подъема я совершенно сбила дыхание и начала жадно хватать ртом воздух, тогда как у лорда Бейвуда, по-моему, даже пульс не изменился.