Увидела. Только улыбался он не ей. Отозвали в сторону какие-то друзья, они что-то шумно обсуждали пару минут, а Лете кусок в горло не лез в этот момент.
И полевой выход тоже прошел… не так. Феникс старательно оберегал ее, помогал преодолеть какие-то сложные участки, заботился о том, чтобы она не замерзла и не пострадала, но болтал опять не с ней, а со своими боевыми товарищами. Не отмалчивался, если она что-то спрашивала, только теперь и делать этого не хотелось.
И вроде, опять же, самое время радоваться, потому что полевой выход протекал по-деловому и достаточно спокойно, и пусть стычки с тварями случались часто, но все закончились без потерь и серьезных неожиданностей. Но Лета уже ловила себя на предательской мысли, что лучше бы произошло нечто из ряда вон выходящее, лишь бы феникс оставил эту свою сдержанную вежливость. Она даже подумывала самостоятельно устроить что-нибудь этакое, но здравый смысл взял верх над эмоциями, и Лета не стала подвергать ненужной опасности себя и отряд.
Потом Вольнов опять ушел в учебку, оставив Летану одну. И снова. Затем очередной полевой выход, и новые дни безделья…
Горская хотела спросить Яра, удалось ли что-то выяснить про чары и лавину, разговаривал ли он об этом с подозреваемыми, потому что сама бы она ни за что не осмелилась лезть в эти дела, но так и не смогла. Она понятия не имела, как можно обсуждать что-то подобное с этим новым Яроплетом. Ненастоящим. Чужим.
Глупая мысль! Как будто он когда-то вообще был «своим».
Она бы не заметила приближения Длинной ночи, но вежливый феникс сообщил, что в офицерском собрании будут праздновать, пригласил ее туда, и Лета не стала отказываться. Она не видела смысла на один день мчаться к родным, да в последние годы и не встречала этот праздник с ними, а в праздничную ночь сидеть в одиночестве над книгами… Она боялась, что на этот раз привычный способ встречать Длинную ночь может оказаться последней каплей и сподвигнуть ее на что-то нехорошее.
Почему-то именно сейчас, сидя в чужой крошечной квартирке, она пронзительно остро осознала себя мучительно, чрезвычайно одинокой. Казалось бы, в чем разница? В столице она тоже жила одна, иногда днями не выходила из дома, разве что на пробежку, в институт по работе или в госпиталь. Но тогда это не настолько тяготило, тогда было больше работы, срочные вызовы – некогда задумываться о смысле жизни. А здесь безделье окончательно добило ее настроение.
Она неоднократно задумывалась о том, чтобы обсудить все это с Вольновым, но не представляла, что и с какими глазами ему скажет. «Я передумала, становись обратно безалаберным фениксом»? А главное, не понимала причин этой резкой перемены в нем. Не мог же Яроплет обидеться просто из-за того, что она отказалась кататься с ним с горки! Ну в самом деле, он взрослый мужчина, несмотря на видимую бесшабашность, совсем не глупый и весьма проницательный, да и она не сделала ничего ужасного. Почему?!
Восстанавливался он стремительно, уже через пару дней мог позволить себе простейшие чары, на которых и тренировался, нарабатывая форму и возвращая контроль над собственным даром. Против проверок не возражал, но больше не подшучивал, и вдруг это стало совсем не так интересно. Просто и обыденно. Снова – не то.
Длинная ночь подошла незаметно. Вечерних нарядов у Леты с собой не было, а настроения искать способ выбраться в город и прикупить что-то – тем более, пришлось выбирать из небольшого набора вещей, уместившихся в чемодан, то есть выбор, можно сказать, отсутствовал вовсе – всего пара юбок, которые она взяла для проведения лекций. Лучше подошла прямая черная, достаточно короткая, чтобы сойти за более-менее неповседневный наряд, а к ней – белая приталенная шелковая блузка с пышными рукавами, почти романтическая, если не надевать сверху жакет.
Она как раз рассматривала отражение в зеркале, обнаруженном на внутренней стороне дверцы шкафа, и с тоской признавалась себе, что выглядит до отвращения скучно и серо, и не спасают даже непривычно распущенные волосы, когда в спину толкнулось сильное магическое возмущение. Лета встревоженно обернулась – ровно для того, чтобы успеть поймать буквально выпавшего на нее из портала хозяина квартиры.
– Что случилось?! – испуганно ахнула она.
В первый момент показалось, что мужчина без сознания, но нет, он все же стоял на ногах, пусть и нетвердо, а в руке его была внушительного размера сумка, явно тяжелая и чем-то подозрительно звякнувшая, когда ее плюхнули на пол.
– А что случилось? – хрипло спросил бледно-зеленый феникс. – Все замечательно. Я что-то пропустил? Вроде не должен, специально порталом пошел…
– Ты что, открывал портал?! – задохнулась от возмущения Лета, которая как раз помогала ему сделать пару шагов и упасть в кресло. – Куда тебя понесло?!
– Как – куда? Праздник же! Вот, медовец. Отличный, домашний! – усмехаясь, он кивнул на сумку.
– Ты… Ты вообще идиот?! – вспылила Лета, потроша на столе аптечку, благо укрепляющего зелья взяла с запасом. – Чем ты думал?! Из-за какого-то медовца… Нельзя было попросить кого-то другого? Демоны тебя сожрите, ты хоть иногда головой думаешь?!
– Где уж мне до тебя! – хмыкнул он, без вопросов подставляя руку для укола. – Это у тебя все продумано и распланировано, а мы – существа спонтанные.
– Ну пойди и прыгни сразу в Разлом, раз ты такой спонтанный! – огрызнулась Лета, делая укол. – Чтобы не тратить время целителей и не трепать нервы тем, кто за тебя волнуется!
Руки действовали сами собой, твердо и уверенно, несмотря на то, что ее потряхивало от возмущения и желания как минимум отвесить подзатыльник этому сумасшедшему, который готов угробить себя ради нескольких бутылок. Надо же додуматься – устроить такое после полного выгорания!
– Так не трать время, я вроде бы тебя не заставляю, – неожиданно ощетинился феникс, совсем не похоже на себя обычного.
Лета на мгновение замерла и подозрительно сощурилась:
– Ты что, пьян? Мало того что портал полез открывать, так еще на пьяную голову?!
– Когда открывал – был трезвым, – проворчал Вольнов, морщась. – Меня с двух бокалов и в учебке не выносило, не то что…
– Ты себе повторное истощение устроил, открывая портал! – устало вздохнув, Летана качнула головой и принялась разбирать шприц. – Да еще и с нестабильной силой, по едва восстановившимся каналам. Конечно, на тебя алкоголь подействовал мгновенно, и гораздо сильнее… Вставай, помогу добраться до кровати, тебе надо спать.
– И пропустить все веселье? Да ни за что! – усмехнулся он и, проигнорировав ее руку, поднялся сам, опираясь на подлокотники.
– Нет, я слышала, что фениксы все с придурью, но чтобы настолько… Это уже на вторую сущность не спишешь, это собственное! Я еще могу понять, когда ты ради кого-то рискуешь, но ради пьянки?!
– У тебя же занудство собственное, – усмехнулся феникс, глядя на нее сверху вниз. – Хотя, казалось бы, ирия – должна быть интересной, но нет.
– Интересной – это легкомысленной, необязательной и не способной на чем-то сосредоточиться? Вот уж спасибо, не надо. Вторая ипостась, к счастью, не приговор.