– И что ты предлагаешь?
– Для начала понаблюдать и подождать, пока я хоть что-то смогу им противопоставить, – ответил Вольнов. – Потому что насчет выведения их на чистую воду у меня есть только одна версия: подойти и сказать, что я все знаю, и посмотреть на реакцию.
– Ты так спокоен, – растерянно качнула головой Летана. – А если кто-то из них задумал что-то плохое, как тогда быть? Они же твои друзья…
– Вот тогда и посмотрим, – пожал плечами Яр.
Остаток вечера прошел спокойно. Лета собиралась посвятить его расшифровке записей и бумажной работе, однако запястье подвело и тут, держать ручку тоже было больно. Пришлось просить у хозяина что-то из художественной литературы, но очень быстро Летана начала клевать носом – сказался долгий день на ногах и на свежем воздухе – и ушла в постель. Яроплет, привычный к таким броскам, проводил ее понимающим взглядом, ответил на пожелание хороших снов и ушел с книгой на кухню.
Только спала Лета все равно тревожно. После насыщенного приключениями дня никак не получалось толком успокоиться – терзали сумбурные мысли и страшные сны, а еще в ночи разнылось запястье. Феникс уже лег, и Летана некоторое время уговаривала себя потерпеть, чтобы не разбудить его ненароком, но в конце концов все же не выдержала и отправилась на ощупь искать аптечку.
Конечно, ее возня не осталась незамеченной, и пришлось объяснять хозяину свое поведение. Но от предложенной помощи она отказалась, тем более как раз к этому моменту уже нашла свою сумку быстрого реагирования. И то ли сработал побочный эффект лекарства, то ли просто она вымоталась окончательно, но после приема зелья Лета наконец сумела крепко уснуть.
Утром гостья не услышала, как вставал и переодевался хозяин дома, как уходил – тоже, но зато отреагировала на звук закрывшейся двери, когда Яр уже вернулся.
– Доброе утро, – улыбнулся он. – Какая ты милая спросонья, пушистая. Я тебя разбудил?
Феникс глянул на севшую в постели гостью и прошел к шкафу, чтобы достать оттуда очередные мешковатые домашние брюки. Сейчас он был одет непривычно – узкие штаны из тонкого трикотажа, черная водолазка, эффектно обтянувшая широкие плечи. Непонятно, почему Яроплет так любит черный цвет, но он ему определенно идет. Может, поэтому и любит.
– Ты откуда такой… одетый? – подобрала Лета нужное слово, выпутываясь из-под одеяла.
– Бегал, – не стал он дурачиться и просто ответил на вопрос. – Надеюсь, ты не станешь ворчать, что мне еще нельзя?
– Судя по твоему бодрому и цветущему виду – можно, – отмахнулась Лета. – И мне тоже надо было с тобой…
– Поверь мне, не надо, – со смешком возразил феникс.
– Я понимаю, что твои нагрузки… – начала она с легкой обидой.
– Да при чем тут нагрузки? – перебил он. – Холодно там. Я не скажу, насколько мороз сильнее вчерашнего, но судя по снегу и воздуху – заметно.
– На этот случай есть магия, – проворчала Летана. – Но ты прав, сначала надо с рукой разобраться.
– Болит? – спросил он участливо. – Ничего, сейчас поедим и пойдем тебя лечить.
На завтрак в этот раз спустились в столовую. Яроплет хотел принести оттуда поднос с едой, он так делал почти всегда – предпочитал завтракать с кофе собственного приготовления, но Лете было уже неловко пользоваться его заботой, даже если заботится он о себе в том числе.
Про погоду на улице Яроплет не то что не соврал – приуменьшил из-за собственных особых отношений с холодом. Лета от души порадовалась, что кроме сгинувших в лавине рукавиц и шапки у нее есть другие – красивые, на меху, подходящие к шубе, потому что без них она рисковала отморозить уши даже за те несчастные пару сотен метров, которые они прошли по улице от офицерского корпуса к зданию командования, в котором находился целительский пункт. Вход туда был отдельный, с торца, и Лета с облегчением вдохнула теплый, знакомо пахнущий больницей воздух тесного закутка с вешалкой и тремя стульями, предназначенного для ожидающих.
– Погода точно издевается, – вздохнула она, кивком поблагодарив спутника за помощь с шубой. – Не представляешь, как я завидую твоей морозоустойчивости!
– А как же магия? – насмешливо поддел Яроплет.
Но ответить она не успела: раздался слаженный, на два голоса, детский вопль:
– Дядя Яр пришел! – и из-за прикрытой двери в медпункт выкатилась пара мальчишек лет семи.
Лета едва успела отскочить с дороги и вжаться в стену, когда эти двое промчались мимо и повисли на фениксе. Тот с довольной улыбкой подхватил обоих на плечи, вызвав восторженный визг.
– Вот что это такое, а? – раздался устало-насмешливый женский голос, и следом за мальчишками вышла, видимо, их мать – невысокая, плотного сложения шатенка с аккуратно убранными под шапочку волосами и в медицинском халате. – Хлет, Стан, что за поведение? Яр, ну и ты тоже хорош! – проворчала она, когда феникс ловко перевернул одного из мальчишек вверх ногами, а стоящую рядом Лету чудом не контузил громкий радостно-возмущенный вопль.
– Да, я хорош и этого не отрицаю! – отозвался феникс с удовольствием. – Эй, банда, на горку пойдем? – Слаженное звонкое «да!» заставило поморщиться даже мать мальчишек. – Тогда бегом одеваться, там холодно. Тепло одеваться, а то один уйду кататься. Я сегодня без магии.
– Не уйдешь, ты взрослый, взрослые поодиночке с горки не катаются! – возразил замешкавшийся мальчишка, когда его брат уже умчался мимо матери в недра целительского пункта.
– Будешь утешать себя этим, когда я тебя оставлю, – рассмеялся феникс. – Давай живо!
– Яр, ну не стоило, – смущенно проговорила женщина, когда взрослые остались втроем.